Форум официального сайта Веры Камши

Внимание! Данный форум доступен только для чтения,
для общения добро пожаловать на новый форум forum.kamsha.ru

Добро пожаловать, гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, если хотите стать полноправным участником форума.
27 февраля 2024 года, 13:13:51

Войти
Поиск:     Расширенный поиск
ВНИМАНИЕ! В ближайшие дни должен состояться переезд форума на новый хостинг и новый движок! Переезд будет сопровождаться временным отключением доступа к форуму. Подробности - в разделе "Работоспособность форума"
844443 Сообщений в 12090 темах от 7410 участников
Последний участник: Vera_Kamenskaya
* Начало Помощь Поиск Календарь Войти зарегистрируйтесь
  Показать ответы
Страницы: 1 2 [3] 4 5 ... 291
31  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 11 сентября 2017 года, 21:07:47
Ну вот, все молчат... Плач
Вы хоть скажите: может, мне и писать этого не надо?

Глава 7. Накануне
После того, как Стирбьерну пришлось, по настойчивым требованиям собравшихся, рассказать о своем небывалом путешествии (причем Ютурна отметила, что теперь он говорил прилюдно менее охотно, чем перед ней, в пещере Инвы), пир пошел своим чередом. Другие вожди викингов тоже повествовали о своих походах, хвастались добытыми сокровищами. Те из гостей, что владели искусством стихосложения, произносили висы, восхваляя каждый своего вождя и его хирд. Звенели, опрокидываясь, чаши, хрустели кости жареной дичи на зубах воинов.
Только не всем на том пиру было весело, да и не ради веселья, как видно, созвал гостей Харальд конунг. Постепенно разговор пошел о серьезных делах. Давно уже все заметили, что холода наступают по осени все раньше, а зимы становятся все более суровыми. В море бушевали шторма, потопившие много кораблей. Лов рыбы становился невозможен, а урожаи тоже делались все меньше год от года. Земле Фьордов грозили холод и голод. Говорили, что их посылают злобные йотуны, желающие, чтобы Срединный Мир принадлежал им одним.
Стирбьерн подтвердил их худшие опасения, сообщив о темном облаке, ползущем с севера. Он-то ни на минуту не сомневался, кто стоит за всеми бедствиями: Золотая Змея, его давний враг, к победе над которой он стремился всю жизнь. К сожалению, она, хоть несколько раз доказывала викингу, что знает о нем, не спешила встретиться с ним лично. Но теперь наступало его время, и он не сомневался, что скоро встретит, наконец, неуловимую древнюю тварь.
Сидевшая рядом с мужем Ютурна ощущала почти физически исходившее от него напряжение, словно сквозь него проходили молнии Тора. Мысленно Стирбьерн был сейчас далеко отсюда, вел свой драккар по ледяным морским волнам, навстречу Золотой Змее. Но только что вернувшиеся воины нуждались в отдыхе, а "Молот Тора" - в починке. Кроме того, может быть, пока они отдыхают, наследница Имира даст знать о себе, и ему будет проще ее найти...
Прислушиваясь к разговорам на пиру, Ютурна начинала лучше понимать трудную жизнь северян. Можно было понять их воинственность, их суровые обычаи, если знать, что в их краю до сих пор водились чудовища, подобные которым там, откуда она пришла, остались лишь в мифах.
Но о будущем тем, кто собрался здесь, предстояло позаботиться после. А теперь был пир, и, как сказал Харальд конунг, "даже если ему суждено стать последним, он не должен оказаться худшим". Окончательно пир не смог испортить даже Йорм, принявшийся дерзко насмехаться над всеми подряд, не считаясь ни с кем. Ютурне это не понравилось, в ее душе вновь всколыхнулось неясное предчувствие. Однако хозяев дома выходки Йорма, похоже, забавляли, и они не придали им большого значения, даже когда наглеца, наконец, выставили прочь из зала. Вот так же при дворе Тарквиния ни во что не ставили Юния Брута, - подумалось молодой женщине. Однако Брут, как оказалось, все эти годы был врагом тиранов, тайно готовившим им погибель, - ну а чего ожидать от Йорма? Как он отблагодарит родичей, воспитавших его, когда погиб его отец?
Из всей мешанины человеческих фигур, имен и голосов, что ей довелось встретить в этот вечер, Ютурне наиболее отчетливо запомнились два лица. Проницательное и совершенно непроницаемое - начальника стражи Рольфа и сумрачное, даже немного грустное лицо одного из внебрачных конунговых сыновей, отличавшегося крепким сложением и необычными для викинга черными волосами. За время пира он не произнес ни слова, так что Ютурна уже решила, что он нем. Однако в ответ на издевки Йорма черноволосый викинг бросил несколько слов, не глядя на того. Похоже, что разнаряженный выскочка был ему также неприятен, как и Ютурне. Склонившись к мужу, она шепотом спросила, кто это.
- Это Ульв Черный, мой двоюродный брат. Хороший воин, только конунг его не ценит.
- Почему?
- Боится унизить сыновей королевы, наверное, - Стирбьерн пожал плечами. - А может, просто не замечает. Ульв почти всегда молчит. Я в детстве играл с ним, но он и меня сторонится, как других.
В перегруженном впечатлении сознании Ютурны смутно мелькнула мысль, что интересно было бы узнать получше и этого Ульва. Но она уже плохо соображала. Усталость и обильное угощение, духота и жар от очага совсем уморили ее, и она даже не заметила, когда именно муж унес ее из зала и уложил на скамью в одной из боковых комнат, отгороженной от главного помещения пестрым занавесом. Здесь, видимо, должна была располагаться их со Стирбьерном спальня.
В следующие несколько дней Ютурна едва начала понемногу осваиваться в незнакомой земле. Язык племени фьордов она научилась понимать  при переходе между мирами, как и викинги - латынь. Но их обычаи, одежда, даже пища была ей непривычны, всему приходилось учиться сначала. К счастью, молодая женщина была любознательна и восприимчива, и не отказывалась перенимать опыт местных жителей. Обитатели усадьбы, надо сказать, относились к ней уважительно: как-никак, жена Стирбьерна, к тому же прорицательница - это не случайная наложница-иноземка.
32  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 10 сентября 2017 года, 21:01:47
Затем он протянул руку сидевшей рядом Ютурне:
- С прибытием тебя! Не только мы, но и вся Земля Фьордов будет рада, увидев жену Стирбьерна.
Светлое, искреннее приветствие молодого викинга помогло Ютурне окончательно почувствовать себя как дома. Казалось, он не удивлялся, кто она и откуда взялась, но раз и навсегда принял ее как часть большой семьи.
Но, когда Хельги снова сел в кресло, ласково обняв свою жену, сидевшую рядом, у Ютурны почему-то тревожно сжалось сердце при взгляде на них. Ей вдруг привиделось на месте Хельги животное, избранное для принесения в жертву именно за свою красоту и отсутствие недостатков...
Она встряхнула головой, отгоняя наваждение. Хельги и Герда сидели на своем месте, повернув головы друг к другу, так что их волосы переплелись. Красивая, любящая, счастливая пара... Словно сказка, о которой в юности мечтается всем, да только сбывается она у одной пары на десять тысяч. Но все-таки порой сбывается, чтобы люди вовсе не утратили веры в лучшее!
Королева Ингрид тоже залюбовалась старшим сыном. И, встретившись с ней взглядом, Ютурна поразилась: в ее синих глазах плескалась такая печаль, что, кажется, вырвалась бы на волю - затопила бы всю Землю Фьордов, как второе море, сделала бы небо черным. Но нет - печаль дремала за семью печатями, так что никто, кроме Сивиллы, и не различил бы ее. Ее сдерживала железная твердость и - несмотря ни на что, - отчаянная надежда. У Ютурны мурашки пробежали по коже. Ингрид знала, во всяком случае, предчувствовала нечто, касавшееся судьбы старшего сына, а возможно, и не только его. Она ведь в молодости служила Фригг супруге верховного бога Одина, и, как говорили, богиня иногда посылала ей вещие сны... Но она молчала, и Ютурна также постаралась отогнать свои предчувствия.
- Своей судьбы не избежит никто - ни боги, ни люди, - проговорила королева, словно прочтя ее мысли.
"Она права", - подумала дочь Турна Гердония. - "Лучше уж принять свою судьбу с честью, чем, узнав ее приговор, трусливо вилять, извиваться ужом, стараясь его избежать, и, в конце концов, придти как раз к тому, от чего так старался избавиться".
Тем временем зал заполнился людьми, собравшимися на пир. На почетном возвышении устроился Харальд конунг с женой, вокруг - их дети и незаконные сыновья конунга, рожденные до брака с Ингрид; Стирбьерн с Ютурной и вся команда "Молота Тора"; лучшие викинги и кормчие драккаров, а также все собравшиеся на зиму в Сванехольме ярлы, их родственники и особо отличившиеся воины. Хоть в Земле Фьордов, как стало понятно из их беседы, дела были не особенно хороши, но конунг еще мог себе позволить накормить до отвала столько гостей, сколько вмещал большой зал его дома. Что и доказало обильное угощение, от которого ломился настил из досок, заменявший здесь стол.
В первое время Ютурна не могла запомнить всех новых людей, хоть конунг и приветствовал каждого из знатных гостей, называя их имена и владения. Слишком много было новых лиц, слишком много впечатлений для одного дня. Кроме семьи конунга, ей бросились в глаза лишь немногие. Одним из таких был дальний родственник, Йорм, с волосами как лисий мех, одетый ярко и пестро, точно девушка. О нем, как припомнила Ютурна, муж почти не рассказывал ей, лишь нехотя упоминал раза два его имя. И теперь она поняла, почему.
Бесцеремонно подойдя к ним, Йорм отвесил утрированно-низкий поклон сидевшему Стирбьерну, который лишь небрежно кивнул в ответ. Затем повернулся к Ютурне со сладкой улыбкой.
- Рад познакомиться с новой родственницей! - даже голос у него был вкрадчивый, показавшийся женщине неприятным. - Надеюсь, тебе не будет здесь скучно среди нас, когда Стирбьерн оставит тебя, снова уйдя в море. Что поделать, у него только одна госпожа - море... и Золотая Змея...
Стирбьерн угрожающе поднялся из-за стола, но Ютурна успокаивающе коснулась его руки. Ей почудилось что-то зловещее в интонации, с которой Йорм упомянул Золотую Змею, но она хотела ответить наглецу сама.
- Благодарю за пожелания, но я намерена жить здесь с моим мужем, когда он бывает в Сванехольме. А когда он решит уйти, я пойду с ним.
Теперь уже не только Стирбьерн, но и все викинги с "Молота Тора" выжидательно косились в сторону Йорма. Но этого и не потребовалось: встретившись взглядом с Ютурном, воспитанник конунга отвел глаза и убежал подальше от них, словно подхваченный ветром.
Ее недавние спутники осушили кубки и пиршественные роги за "победу" своей госпожи над Йормом. Это происшествие всех развеселило. Только сама Ютурна никак не могла отогнать подозрение. Что-то странное было в этом Йорме, как будто он был не плотью от плоти своего народа, а таким же иностранцем, как она сама. Его ужимки и бесцеремонная дерзость неприятно напомнили ей сыновей Тарквиния - а ведь она рассчитывала, что впредь не встретит ничего, напоминающего о прошлом. Но все же, это был родственник ее мужа, и она решила пока ничего не говорить о нем, если не будет более серьезных доказательств.
33  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 10 сентября 2017 года, 21:01:36
Стирбьерн под руку с Ютурной первым соскочил с борта драккара на галечный берег и склонил голову, почтительно приветствуя немолодого, но осанистого мужчину в богатой одежде, встречавшего их в сопровождении нескольких воинов. Ютурна поняла, что это и есть Харальд конунг, правитель Земли Фьордов и дядя Стирбьерна. Он оказался именно таким, как рассказывали викинги. Однако даже Сивилла не смогла понять, радуется ли он возвращению родича. Он словно и радовался, и нет, хотя приветствовал Стирбьерна вполне радушно.
- В дальних ли краях побывали? - осведомился конунг, внимательно разглядывая спускающихся на берег викингов.
- На этот раз мы побывали в земле, которой нельзя достичь простым вращением весел. Нас туда перенесла тайная сила по воле богов, и мы могли бы застрять там навсегда, если бы не моя жена. Ее зовут Ютурна, она владеет пророческим даром, и только благодаря ей мы вернулись, да еще с богатой добычей.
При этих словах Харальд задержал на ней взгляд, хотя, разумеется, сразу заметил высокую черноволосую женщину, гордо стоявшую рядом со Стирбьерном. Она даже слегка улыбалась, казалось, ничуть не испытывая тревоги, естественной для человека, попавшего в новую среду. Хороша, бесспорно, но только из-за этого Стирбьерн не привез бы ее с собой. Прорицательница, значит? Ладно, пусть покажет себя на первых порах. Конечно, Стирбьерн лишь такую женщину и мог взять в жены: он него всю жизнь можно было ожидать любых необычных поступков. Вот если бы он вдруг женился на обычной северной девушке из подходящего по знатности рода - тогда бы удивились все, а Харальд конунг - первым.
- Если так, поздравляю тебя со свадьбой, - сказал он племяннику, но покосившись в сторону его жены. - Сразу видно, что в тебе кровь Асгейра Смертельное Копье: ведь он, приведя свой род в Сванехольм - а здесь был тогда дикий берег, - взял в жены деву из рода йотунов, по имени Рагнхильд.
Ютурна поняла, что это относится главным образом к ней, и усмехнулась в ответ:
- Потому-то род Асгейра и сохраняет свою славу, что его потомки по-прежнему берут себе достойных жен.
На сей раз Харальду осталось лишь кивнуть, соглашаясь с ее словами. Не ожидал такого меткого ответа от иноземки, неведомо каким колдовством выучившей северное наречие!
Но, подавив замешательство, сделал знак собравшимся на берегу:
- Что же мы, так и будем беседовать на берегу? Пойдемте скорее в усадьбу, там расскажешь, что вы повидали! Сейчас для вас истопят баню, а вечером будет пир.
Тем временем берег весь заполнился людьми; они подходили и подъезжали со всех сторон, стараясь протиснуться поближе к прибывшим. Всем хотелось увидеть Стирбьерна и его спутников, долго не появлявшихся в родных краях. Поглядывали и на Ютурну; очевидно, слухи о ее пророческом даре уже успели распространиться. Кроме того, богатая добыча, которую викинги принялись разгружать с "Молота Тора", сама по себе будоражила воображение, точно сказочное золотое руно. Ютурна порадовалась про себя, что здесь неизвестна легенда о Язоне и Медее, иначе ее могли бы принять совсем не так...
Большой дом конунговой усадьбы показался Ютурне скромным жилищем. Ни камня, ни дерева - просто приземистое строение из непонятного материала, грязно-бурого цвета, с плоской толстой крышей. Точно сарай или коровник, а не жилище правителя. Стены были сплошными - ни единого окна. Впрочем, Ютурна мгновенно догадалась, почему так. Когда наступают жестокие северные морозы, обитателям такого дома нужно было сохранить как можно больше тепла, а без света можно было обойтись, тем более что зимой его все равно не хватало.
Возможно, окажись на месте Ютурны кто-то из более изнеженных римских патрицианок, Сванехольм показался бы им ужасным. Но дочь Турна Гердония была истой наследницей древних царей, живших задолго до того, как суровые латины узнали, что такое роскошь и удобства. Что хорошо было для ее предков, сумеет принять и она. А ленивые, изнеженные греки-сибариты были рабами в поместье ее отца.
Когда они со Стирбьерном вошли после бани в большой дом, их встретило жаркое пламя огромного очага, занимавшего всю длину северной стены. А затем, в свете укрепленных на стенах факелов, она разглядела, одного за другим, собравшихся в зале людей. Семью Харальда конунга. Семью Стирбьерна - во всяком случае, ближайших ему по крови людей. А стало быть, теперь и ее, Ютурны. Она сама так выбрала.
- Теперь это и твой дом, жена Стирбьерна, - произнесла глубоким голосом светловолосая женщина, поднявшаяся с кресла. Такая же высокая, как Ютурна, с царственной осанкой, хоть и старше ее, по меньшей мере, на двадцать лет. Королева Ингрид, жена конунга. Никто и не усомнился бы, что королева.
- Счастья и долгой жизни тебе, госпожа, - ответила молодая женщина, сев на указанное место рядом со Стирбьерном.
Поблизости от королевы расположились трое ее сыновей, на скамейке у ее ног сидела единственная дочь, рыжеволосая Фрейдис, рассеянно гладившая пушистую кошку. На всех лицах было написано желание как можно скорее узнать историю путешествия Стирбьерна. В ответ на пожелание Ютурны Ингрид улыбнулась, взглянув на свою семью:
- Счастье женщины - в ее семье. Да пошлют боги и тебе возможность в этом убедиться, Ютурна.
Тогда ее старший сын и наследник конунга, Хельги, красивый молодой мужчина, улыбнулся в ответ на слова матери:
- Значит, боги вознаградили и тебя, матушка, заслуженным счастьем.
34  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 09 сентября 2017 года, 21:11:26
- Проси богов, госпожа, чтобы и на сей раз оправдался твой дар, а то здесь есть люди, видящие получше Иринга, - посоветовал ехидный воин.
Однако Ютурна чувствовала, что победителем выйдет именно Иринг, и настояла на своем. Перед сном она еще успела заметить, что Стирбьерн, собираясь отдыхать, передал Ирингу рулевое весло...
Наутро, едва забрезжил рассвет, викинг поднял всех, кто отсыпался после дневной гребли, отчаянным воплем. Очень далеко впереди лежала зубчатая серая полоска - точно кто обронил гребень, - но все же ее можно было разглядеть.
- Смотри, жена! Это Высокие Скалы на юге, значит, мы почти у цели! - указал Стирбьерн в сторону приближающейся земли.
Затаив дыхание, долго вглядывалась в страну, с которой ей предстояло связать жизнь. Потом, меж тем, как Стирбьерн передал награду торжествующему Ирингу, она повернулась к Вестгару.
- Как видишь, боги помогли мне и в этот раз увидеть победу Иринга. Не будем испытывать их терпение, - проговорила она с улыбкой.
К ее удивлению, ехидный Вестгар не только протянул ей проспоренный нож, но еще и поклонился в пояс.
- Бери и владей им во славу богов, вещая госпожа! Пусть навсегда отсохнет язык у всякого, кто вздумает в тебе усомниться.
Таким образом Ютурна окончательно завоевала авторитет у команды "Молота Тора".
Вблизи берегов Земли Фьордов стали часто попадаться другие драккары, отчасти похожие на "Молот Тора", но различающиеся размерами и цветом паруса, и резными фигурами на форштевне. Ютурна видела корабли с головами драконов, птиц, волков и медведей, резных коней с развевающимися гривами и быков, грозно выставивших рога; корабли, увенчанные фигурами людей и неведомых богов. У нее вскоре зарябило в глазах, а вот ее спутники узнавали большинство драккаров, называли имена и владения их облдателей, хорошо зная всех. Большинство драккаров при виде "Молота Тора" спешили показать белый щит, даже если их было несколько против него одного. Викинги вообще-то не стеснялись, столкнувшись в нейтральных водах, нападать и на своих соотечественников, особенно если между родами и прежде была вражда. Но ссориться со Стирбьерном не решился бы никто.
Некоторые корабли какое-то время шли вровень с "Молотом Тора", словно вызвались на соревнование. Но постепенно все отставали: у их гребцов не было такой силы и слаженности движений, как у хирдманов Стирбьерна. Кроме того, те торопились, особенно после того, как увидели далеко на севере странное темное облако.
Оно показалось вдали, сперва лишь крохотной черной точкой, которую легко было принять за летящую в сером осеннем небе птицу. Но и много позднее "точка" виднелась на том же месте, более того - она постепенно расширялась, становясь все заметнее. Теперь уже похож была на  висящий в небе лоскут, стремящийся с севера им навстречу. В тени этого странного облака гасли солнечные лучи, они как будто обламывались, не в силах его развеять, и небо на севере тускнело, словно подернутое пеплом.
Судя по реакции викингов, такого им прежде не доводилось видеть, и необычное явление наполнило их сердца опасением, пожалуй, даже страхом. А лицо Стирбьерна, когда Ютурна увидела его, показалось ей ужасным: зубы оскалились, как у зверя, готового к смертельному бою, глаза горели, шрамы на щеке и на лбу побелели, точно нарисованные, а жесткие рыжие волосы готовы были встать дыбом, если бы не были такими длинными. Казалось, что им сейчас овладеет ярость берсерка. Но, заметив жену, вождь викингов усилием воли заставил себя успокоиться. Стиснув рулевое весло так, что его пальцы побелели от напряжения, Стирбьерн прохрипел, ни к кому не обращаясь:
- Вовремя мы вернулись в Землю Фьордов! Что, Золотая Змея, думала - я уже не вернусь?!
Теперь "Молот Тора" полетел по волнам еще быстрее, так что Ютурна едва успевала разглядывать остающиеся впереди скалистые берега, острова и живописные заливы, чужие корабли. Но, как ни быстро мчались они, темное облако все так же маячило  на севере, и похоже было, что оно приближается, медленно, но неуклонно.
И все-таки, о непонятной угрозе было почти забыто, и даже самые мрачные из викингов повеселели, когда, наконец, впереди показался Сванехольм-фьорд, в котором располагалась столица северного края.
Стоя на носу корабля под белым щитом рядом с мужем, Ютурна глядела горящими глазами на аккуратно расчищенный берег в глубине большого залива. На берегу уже столпились люди, встречая подходивший драккар.
- В этой земле сила моря и железа соединилась с иной, древней силой гор и лесов, - именно эта мысль первой пришла в голову Ютурне, когда "Молот Тора" причалил к берегу.
35  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 09 сентября 2017 года, 21:11:13
Глава 6. В Земле Фьордов
Ютурне и в голову не приходило, насколько обширно море! Потому что много-много дней прошло, и не одна луна взошла и снова уменьшилась и пропала, а викинги продолжали все так же резать веслами волны. И лишь движение звезд показывало, что "Молот Тора" действительно продвигается все дальше на север. Рисунок звезд на небе успел измениться за время плавания. Стирбьерн учил жену различать эти звезды, отличающиеся от тех, что она видела в своем родном мире.
Училась она во время плавания и многому другому, так как твердо решила стать полезной частью хирда викингов, а не просто возвеличенным непонятно за что капризом их вождя. Вращать тяжелое весло даже самой крепкой женщине было не под силу, но она в скором времени научилась ставить парус и крепить снасти не хуже ловкого Эйнара, а при случае могла поймать на крючок большого полосатого морского окуня.
Кроме прочего, она расспрашивала мужа об его северной родине, которой предстояло стать и ее домом, о родичах и других северных жителях. Стирбьерн никогда не старался блистать красноречием, однако же немало сообщил о конунге и его жене, о многочисленных двоюродных братьях и других жителях Сванехольма и подвластных ему владений, так что Ютурне казалось, что она их знает.
Викинги спешили вернуться домой поскорее, и потому "Молот Тора" нигде не задерживался подолгу. Лишь несколько раз высаживались в безлюдных бухтах, чтобы пополнить запасы воды. Стирбьерну не хотелось теперь ввязываться в ненужные стычки, когда он возвращается домой с молодой супругой. Да и новой добычи, кроме римской, "Молот Тора" уже не вместил бы.
Воздух меж тем становился все холоднее, знаменуя приближение к северу. До викингов он доносил дыхание их родины, зато Ютурне приходилось теперь не снимать шерстяного плаща. Она старалась двигаться побольше, но все равно могла по-настоящему отогреться только по ночам, в объятиях Стирбьерна.
Однажды из туч, сгустившихся над морем, пошел снег. Ютурна поначалу не могла поверить своим глазам, видя мягкие белые хлопья, бесшумно кружившиеся в воздухе как перья неизвестных птиц. Они падали все гуще, и вскоре корабль уже двигался сквозь белую пелену, словно кто-то распорол гигантскую перину. Удивленная и немного испуганная, Ютурна облизнула губы и почувствовала во рту растаявшую воду. Затем зачерпнула пригоршнями снег, уже успевший собраться возле борта, и держала так, пока тот не растаял.
- У нас мальчишки лепят из него снежки, а еще строят снежные крепости, - произнес Стирбьерн, заметив замешательство своей жены. На его волосах тоже лежал снег, превративший их из рыжих в седые.
Молодая женщина провела по ним рукой, возвращая настоящий цвет. Потом усмехнулась, поглядев на снежное мельтешение вокруг:
- Когда я сбежала из Рима, мне представилось: вдруг Тарквиний с Туллией вздумают отдать меня замуж за кого-нибудь из их этрусских друзей, туда, где зимой идет снег?
Стирбьерн тоже улыбнулся, в свою очередь сбивая снег с черных кос жены.
- У нас в Земле Фьордов снега гораздо больше. Он лежит больше половины года, а глубиной бывает в два человеческих роста, так что по нему можно ходить только на лыжах. Бывает, что метель метет по нескольку ночей подряд, и тогда земля не видит неба. Корабли зимой стоят на берегу, потому что зимние шторма - немного слишком даже для нас, викингов. А что творится зимой в лесах и горах - известно лишь их хозяевам, йотунам... Ну как, ты испугалась?
Ютурна, поняв его поддразнивание, боднула мужа лбом в плечо.
- Оставь надежду меня устрашить! С тобой я не замерзну и во владениях ваших йотунов, а с чужим, немилым мужчиной было бы холодно и в жарком Риме... если бы только не убила его и себя.
Как долго будет длиться путь, она не спрашивала. Во всяком случае, викинги нашли по звездам верное направление домой, а женщине оставалось лишь доверять их искусству мореплавателей...
Скалистые отроги гор показались в предрассветной мгле совершенно внезапно. Только накануне Стирбьерн обещал драгоценный пояс в награду тому, кто первым увидит Земли Фьордов. Это вызвало оживление среди викингов; они долго спорили, кто это будет, и ставили в заклад собственную добычу, пытаясь угадать счастливца. Потом, вспомнив, что в команде есть прорицательница, обратились к ней. Ютурна не стала отнекиваться, поставила ожерелье из серебра с лунными камнями на храброго Иринга. Викинги охотно приняли ставку, с лукавым почтением показывая, что не сомневаются в ее даре. Но, что верно, то верно - ставки в пользу Иринга сильно возросли. Против ожерелья Ютурны один лишь Вестгар решился сделать крупную ставку - нож, выкованный из остатков Камня с Неба, драгоценной глыбы небесного железа.
36  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 08 сентября 2017 года, 20:50:43
- В мою честь? - удивленно переспросила Ютурна.
Но викинги даже не замечали ее удивления. Они верили, что именно благодаря ее помощи смогли вернуться в свой родной мир, и теперь им оставался лишь путь через море - обычный, достижимый и не связанный не с какими тайными силами. И теперь наперебой восхваляли жену своего вождя, именуя ее Вещей, Приносящей Счастья, валькирией, спустившейся на землю. Ютурна поняла, что ей ничего не остается, как принять за чистую монету их похвалу... и постараться не разочаровать впредь. И она стояла рядом со Стирбьерном, высокая, прямая и гордая, остававшаяся заметной даже рядом с могучим викингом, и многим тогда подумалось, что и королева Ингрид не могла бы держаться лучше.
Никто так и не разобрал, кто первым предложил отделить Ютурне равную долю добычи. Кажется, это был скальд Бьярни, открыто восхищавшийся ею, тем более, что она тоже была певицей. Но в этот раз его предложение поддержали и другие; и, таким образом, Ютурна становилась не просто пассажиркой на "Молоте Тора", но полноправным членом хирда Стирбьерна, наравне с викингами. И сам вождь, хоть и никогда не стал бы первым предлагать такого для своей жены, не скрывал гордости. Если уж ему суждено было в своих вечных странствиях найти себе жену, она, конечно, должна быть непохожей на обычных женщин.
- А какого подарка ты попросишь у меня? - поинтересовался он, когда Ютурна принялась выбирать свою долю из их добычи, предпочитая такие вещи, от которых у нее не оставалось личных печальных воспоминаний.
Ютурна не сомневалась, о чем ей попросить. Оглядев глядевших на них викингов, она спросила у мужа, но так, что ее слышали все:
- Сперва обещай, что ты выполнишь любую мою просьбу, какой бы она ни была.
Стирбьерн подозрительно нахмурился. Ему не очень-то нравилось такое начало, однако на людях не следовало отказываться от своих обещаний.
- Еще никто не сомневался в слове Стирбьерна, сына Арнульфа, - гордо произнес он.
- Я знаю, муж мой, - ответила она мягко, примиряющим тоном. - Тогда моя просьба - всегда сопровождать тебя в твоих походах. Ты и твои воины приняли меня в команду - благодарю вас за честь. Я надеюсь впредь оправдать ее больше. Вы все видели меня в бою и знаете, что я, по крайней мере, не опозорю себя и вас. Но мне этого мало. Я хочу всегда быть рядом с тобой, Стирбьерн, ибо разве мы не единое целое?
Рыжеволосый викинг упрямо склонил голову, услышав такую просьбу. Перед его глазами прошли нескончаемые морские шторма, о которых Ютурна пока что знала лишь по их рассказам; нехватка пищи и воды; бесчисленные сражения с другими племенами; морские и сухопутные чудовища; и, наконец, самая страшная из них Золотая Змея, которой он некогда бросил вызов, и уже давно искал встречи с нею. И всем этим опасностям Ютурна готова была подвергнуться вместе с ним! Сама мысль брать жену с собой в походы казалась верхом опрометчивости. Но ведь он уже дал обещание.
- Пусть будет, как ты хочешь, - наконец, проговорил он, тяжело вздохнув. - Клянусь молниями Тора, что в любом походе, морском и сухопутном, ты, жена моя, будешь вместе со мной!
37  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 08 сентября 2017 года, 20:50:34
Никто не решился ему возразить, и на короткое время все замолчали. Потом Моди нехотя проговорил:
- Почем знать, может, здесь и нет никакой Земли Фьордов? Вот пришли бы мы - а на ее месте плещется море. Лучше станет, когда увидим такое?
- Или она есть, но, как в первоначальные времена, покрыта льдом, и в ней обитают лишь йотуны да тролли, - вмешался его брат. - Тоже не лучше.
- Пусть даже в этом мире есть Земля Фьордов, - добавил Бьярни. - Пускай она также хороша, как наша. Может быть, там даже живем другие мы, похожие на себя нынешних, как отражение в воде... Найдется ли нам место там? Местные жители скорее подумают, что сошли с ума или столкнулись с темным колдовством. Посадить нас за весло драккара и дать место у очага другие-мы вряд ли захотят, и я их понимаю.
И остальные викинги, представив возможность, изображенную скальдом, печально склонили головы. Там, где они оказались - в родном мире Ютурны, - им и вправду не было места.
Понимая, как важно ее спутникам вернуться домой, Ютурна решила попробовать помочь. В Риме ей в облике Сивиллы удалось поднять восстание благодаря безоговорочной народной веры в эту прорицательницу, так что каждое ее слово люди считали откровением богов. Значит, нужна только вера, с ее помощью можно добиться всего! Вера же могла открыть и викингам ворота миров. Ютурна вновь постаралась убедить мужа, что боги, о которых он успел ей рассказать, примут "Молот Тора" обратно, не покинут его команду в изгнании. Показалось ей или нет, но Стирбьерн, кажется, избавился от сомнений. Это было в последнюю ночь перед тем, как, по его расчетам, все должно было решиться.
Ничего особенного вокруг, кажется, не происходило. Драккар шел тем же курсом прямо на север, подгоняемый попутным ветром, его весла мерно резали морские волны, а вокруг не было ни души; разве что стая дельфинов покажет спины из воды далеко впереди, да плеснет крупная рыба. Никакой границы, разумеется, отмечено не было. И тем не менее, все почувствовали: она здесь.
Стирбьерн передал рулевое весло Аснару, а сам пристально вгляделся вдаль, замерев рядом со статуей Тора. Потом проговорил хриплым от волнения голосом:
- Теперь молите всех богов, чтобы вернули нас домой, позволили, как прежде, самим выбирать себе дорогу!
Ютурна же вспомнила его слова о том, что воины верят, что она должна принести им удачу. Вновь почувствовав себя Сивиллой, вдохновленной богами, она звонко воскликнула:
- Боги помогут нам, если увидят нашу веру твердой, как закаленное железо! Отбросьте все сомнения, отважные викинги! Думайте все только об одном: о возвращении в свой мир! Вложите все силы в это желание, сосредоточьтесь только на одной мысли: "Домой!"
Воскликнув так, она легко вскарабкалась на мачту драккара, глядя с огромной высоты на сверкающее под солнцем море. Мачта скрипела и гнулась под порывами ветра, но Ютурна недаром с детства лазала по самым высоким деревьям, да и став взрослой, не оставила своих привычек, несмотря на полученный при падении большой шрам на руке. Опираясь на крепящие парус снасти, она выпрямилась, словно всю жизнь балансировала таким образом. И запела, импровизируя на ходу, песню о возвращении домой - самом трудном и самом желанном, ради которого ничего не стоит ниспровергнуть любые преграды. Заканчивалась песня уверением в том, что боги вознаградят странников, которых только временно изъяли с лица мира, и сейчас откроют им врата...
Никакой видимой разницы, вроде бы, заметить было нельзя. Только ветер стал чуть холоднее и резче, да жаркое солнце юга немного поблекло. Да еще прокатилась пенящимся валом и скрылась за кормой высокая волна. Но все почувствовали: это уже их мир, то самое место, куда "Молот Тора" забросил шторм. Напряжение разом отпустило викингов.
Последних строф своей песни Ютурна не успела допеть. Ее заглушил дружный радостный вопль почти сотни луженых глоток, а вслед за ним - яростный, оглушительный, но ритмичный стук рукоятями мечей о развешенные вдоль бортом драккара щиты. Кто-то дудел в огромный рог. Вся эта дикая музыка странным образом попадала в такт с песней Ютурны, гармонировала с ней, хоть импровизация самозваной Сивиллы сильно отличалась от северных правил стихосложения.
Стирбьерн с горящими от гордости глазами протянул руки к жене, и она со смехом прыгнула в его объятия, отчего он даже не покачнулся. Склонившись к ее уху, он проговорил:
- Это в твою честь, моя госпожа! Между прочим, так в Земле Фьордов редко приветствуют даже самого конунга.
38  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 08 сентября 2017 года, 20:49:46
Эрэа Эйлин, огромное спасибо Вам! Поцелуй Поцелуй Поцелуй
Спасибо  историю, эреа Артанис!  Улыбка Хорошо написано, Ваш слог меня всегда радует. И рада за героев, сумевших победить, остаться в живых и нашедших свое счастье. Конечно, не все - жаль Арпина, но Ютурна нашла свое счастья с другим. Да и Стирбьерн ей очень подходит. Воистину - два сапога пара. Смогут ли они выйти в земли викингов? И что будет с ними дальше?
Спасибо, что читаете и отвечаете! Поцелуй Поцелуй Поцелуй
Арпина жаль в этой версии, но что поделать. Плач Сразу всех осчастливить не получается. А у Ютурны в этом произведении и должна быть другая судьба. Ну и, кроме того, избежит инцеста при таком раскладе.
Очень рада, что одобряете идею насчет нее и Стирбьерна. Ну а что там с ними дальше - можете уже взглянуть сами. Подмигивание

А "Молот Тора", подгоняемый ветром, туго надувающим его широкий парус, стремительно мчался по направлению к открытому морю. Викинги налегали на весла, что было сил, спеша скорее испытать свою судьбу. Удастся ли им покинуть Землю Спасения, или она окажется для них ловушкой? Никто не задавал вслух мучивший всех вопрос; напротив, все старались держаться весело, как подобало воинам после удачного похода. Да и как могло быть иначе: ведь погруженные на корабль сундуки ломились от римских богатств, а кроме того, их сопровождала молодая жена их вождя - Ютурна!
Той поначалу все было в новинку в непривычном походном быте. Ей прежде не доводилось плавать на корабле, да и вообще, римляне того времени не имели флота даже в зачатке. Путешествовать в дальние страны тоже стремились редкие из них, и те, по необходимости, покупали места на греческих или финикийских торговых судах. Да и те, по несовершенству их постройки, обычно двигались вдоль берегов, не выходя в открытое море. Куда было осторожным южным купцам до "Морского Короля" Стирбьерна, правившего кораблем, способным выстоять в любой шторм!
Когда последняя серая полоска скалистого берега растаяла вдали, и со всех сторон, сколько мог окинуть глаз, заколыхалось одно лишь сине-зеленое море, бесстрашной Ютурне на время сделалось не по себе. Ей показалось, что за этой бездной нет ничего, и они будут плыть бесконечно, или пока не иссякнут припасы и силы гребцов. Трудно поверить, что где-то лежит край этой чудовищной бездны, а за ним - другие земли. Море казалось безграничным, как и воздушный океан над головой. И таким же чуждым человеческой природе. Морские боги, должно быть, лишь смеются над попытками людей измерить их владения. Пожелай они - ничего не стоит раздавить корабль, такой крошечный по сравнению даже с одной волной бездонного моря...
Пошатываясь на качающейся палубе драккара, Ютурна все-таки смогла удержать равновесие, добравшись к Стирбьерну, правившему рулевым веслом. Он поднял голову и увидел жену; непривычно бледная, она смотрела расширенными черными глазами. Молодая женщина не произнесла ни слова, но викинг, видевший ее исполненной решимости во время битвы, догадался сразу. Усадил ее на скамью, укрыл своим плащом.
- Мы справимся, Ютурна, - пообещал он. - Только бы удалось уйти обратно, в море нашего мира, а там все ветра и течения помогут нам добраться домой. Море не всегда так уж сурово оно скорее друг нам, чем враг. У нас хватит сил его преодолеть. Взмах за взмахом, наши весла приближают нас к цели. Потерпи немного, ты привыкнешь к морю, ты полюбишь его так же, как и мы.
Под шерстяным плащом, пахнущим морской солью, Ютурне стало тепло, она пригрелась и закрыла глаза. Рядом с мужем уверенность вернулась к ней, и даже больше того - она почувствовала себя так спокойно, как было разве что в детстве. Как бы там ни было, у нее теперь есть муж, он способен справиться с любыми испытаниями, что встретятся им, и, в любом случае, у них отныне одна судьба.
Спустя несколько дней Ютурна достаточно освоилась на корабле, чтобы привыкнуть к качке и не ежиться, когда очередная высокая волна гулко ударялась вровень с бортом драккара, осыпая всех соленым дождем из мириадов колючих сверкающих брызг. Природная ловкость покорительницы высоких деревьев помогла ей научиться и здесь сохранять равновесие. А освоившись, Ютурна внимательно изучила весь корабль, стараясь разобраться во всем, подобно кошке, впервые попавшей на новую территорию. Больше всего ей нравилось место на носу, рядом со статуей могучего бога с настоящим железным молотом в руках. Держась за его огромную фигуру одной рукой, она подолгу стояла так, вглядываясь вдаль. Иногда до нее доносились разговоры вращавших весла викингов.
Их она тоже узнавала все лучше, незаметно приглядываясь и прислушиваясь день ото дня. Для разговоров особенно не было времени, разве что во время обеда или отдыха, когда гребцы сменяли друг друга, но Ютурне и не требовалось никого расспрашивать. Она и без того замечала многое. Прежде всего терзавшее всех опасение: что, если Земля Спасения не выпустит их, если они так и продолжат плавание по чужому морю, неизвестно куда? Об этом даже во сне продолжал думать Стирбьерн, если ему вообще удавалось заснуть; та же тревога посещала и всю команду "Молота Тора". Как-то ветер донес до стоявшей впереди Ютурны разговор викингов.
Первым начал самый молодой на корабле, Эйнар, еще не приобретший выдержки старших товарищей. Оглядевшись по сторонам, он проговорил, понизив голос:
- А что будет... ну, если нас так и не перенесет обратно? Ведь волшебного камня-то больше нет! Куда же мы пойдем? Неизвестно, есть ли в этом мире Земля Фьордов...
В ответ викинги поначалу только фыркали, ворчали, отмахиваясь от подобной возможности, наверняка украдкой чертили на скамьях и веслах руны от сглаза. Наконец, кто-то - кажется, Олаф, - раздраженно бросил:
- Кому хочется это узнать - милости прошу снарядить в ту сторону собственный корабль! А я надеюсь еще вернуться в нашу, родную, Землю Фьордов. Того, кто хочет иного, могу отправить туда вплавь!
39  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 06 сентября 2017 года, 21:11:19
- Благодарю тебя, прорицательница! Пусть и тебе поможет Тор, Метатель Молнии, которого вы называете, по-видимому, Юпитером, - при этих словах Стирбьерн задержал руку девушки в своей и взглянул ей в лицо при свете восходящей луны. - Ты поедешь со мной, Ютурна?
- Я? Поехать с тобой? На северный край мира? - у Ютурны на миг замерло сердце, а потом забилось еще сильнее. Не ожидая услышать этот вопрос, она, как поняла теперь, все-таки надеялась в глубине души, иначе зачем бы ушла от всех вместе с викингом?
- Да! Ничего, что наша земля холодна - ты полюбишь ее, когда узнаешь лучше. Там ты найдешь новых родных взамен погибших. Тебя примут как подобает моей жене. Ты увидишь, что мои родичи не похожи на ваших римских правителей, они чтут богов и уважают закон. У нас почитают прорицателей ничуть не меньше, чем в ваших краях. Мои люди уже говорят, что ты принесла нам удачу...
- Я? - саркастически усмехнулась Ютурна. - Давно уже не слышала такого. При дворе Тарквиния, наоборот, говорили, что я им принесу беду, и... я ее все-таки принесла.
- Зато нам ты подарила победу и богатую добычу в этой земле, которой мы не знали! Ты вела воинов в бой, как настоящая валькирия, не дрогнув, стояла под тучей стрел и мечей! Ни в одной саге не говорится о женщинах, подобных тебе. Мои воины верят, что только благодаря тебе мы сможем вернуться в свой мир. Так что, ты поедешь со мной?
С этими словами викинг, не дожидаясь ответа девушки, заключил ее в объятия и поцеловал, так что у нее мгновенно вылетели из головы все возможные ответы. Ее сердце опять бешено билось, щеки горели, как в огне. Девушке казалось, что земля качается под ногами, как палуба "Молота Тора". Не сразу придя в себя, она молчала, как оглушенная. Наконец, тихо проговорила:
- Если ты хочешь... я поеду с тобой.
Стирбьерн снова поцеловал ее, уже тверже и уверенней, и не собирался останавливаться, но вдруг поблизости от них послышались чьи-то голоса и шорохи.
- Пойдем отсюда, - сказала Ютурна, уводя своего спутника окольной тропой через сад, так что их не заметили.
Она увидела на садовой скамейке среди розовых кустов своего брата Эмилия с царевной Аретой. Они оживленно беседовали, держась за руки, и никого не замечали вокруг. Ютурна улыбнулась, отступив в тень. Что ж, почему бы и нет? Теперь им некого бояться, и никто уже не помешает сыну Турна взять в жены дочь заклятого врага. Могла ли Арета осуждать возлюбленного за убийство брата, за мгновение до того едва не убившего ее саму?.. Ютурне она всегда казалась слишком слабой и хрупкой, не созданной для несчастий, но теперь она могла пожелать брату счастья с ней. И он, таким образом, не очень-то нуждается в своей сестре. Ютурна глубоко вздохнула, словно принимая окончательное решение. Да, в Риме ничто, по-видимому, не удерживает ее.
Стирбьерн, догадываясь, что происходит на душе у девушки, повел ее прочь из сада, подальше от празднующей толпы. А когда они отошли достаточно далеко, поднял ее на руки, прижав к своей груди, и унес прочь, туда, где ждал на берегу "Молот Тора". И Ютурна не произносила ни слова, улыбаясь про себя: ведь викингу неоткуда было знать, что именно так по обычаям римлян положено "умыкать" невесту из родительского дома.
Издали за ними следил могучий человек, одетый в медвежью шкуру. Проводив их взглядом, он печально покачал головой и разом согнулся, сник, продолжая, однако, смотреть вслед, пока черные силуэты не растворились в темноте, и даже звук шагов окончательно стих. С усилием провел рукой по лбу, и надвинул на голову маску мифического чудовища, словно хотел, чтобы никто на свете не видел сейчас его лица.
"Все потеряно. Я слишком стар для нее, слишком поздно нашел ее вновь, и был слишком осторожен. Она достойна лучшего, мне же нечего ей дать. Она рождена любить воина, героя, а не скрывающегося в болотах изгнанника. Мне не следовало даже питать напрасные надежды. Что ж, я пожелаю ей счастья, и ничего больше не скажу. Никто и никогда не узнает".
С этой мыслью Арпин скользнул в заросли и скрылся быстро и бесшумно, как настоящий хозяин лесов.
А когда утренняя заря осветила развалины царского дворца и пирующих горожан, они не нашли на реке чудесный корабль, привезший посланцев богов. И многие тогда удивленно переглядывались: уж не приснилась ли им Сивилла Кумская и могучие бородатые воины?..
40  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 06 сентября 2017 года, 21:11:08
А Ютурна, умывшаяся, переодевшаяся и уложившая волосы, сидела среди победителей, празднуя вместе со всеми. Она, как никто, могла гордиться сегодняшним свершением. И она действительно торжествовала, хоть и не участвовала вполне в бурном веселье, охватившем горожан. Сегодня был день ее мести за своих родных. Ее отец и другие родственники теперь, несомненно, радовались, видя постигшую их мучителей кару. Только Ютурна почему-то не чувствовала полного удовлетворения. Они победили, что же дальше? Впервые в жизни она задумалась о будущем.
Если разобраться, она для всех в Риме была и оставалась чужой. Никогда не пыталась снискать чью-либо дружбу, и не стремилась к тому. И теперь вынуждена была себе признаться, что ее мало что связывает с Римом. Пусть даже здесь больше нет Тарквиния с его семейством - все равно она не забудет, что это Рим виноват в гибели ее отца, что Рим был тюрьмой для них с братом. Несомненно, скоро здесь все пойдет совсем не так, как было. Брут и остальные вожди повстанцев сумеют все изменить к лучшему. Ютурна желала им удачи, но по-прежнему не видела здесь места для себя. Удел римской женщины, патрицианки - выйти замуж, не по собственному выбору - по решению ее семьи, и хорошо, если этот человек не будет ей совершенно чужим...
Или вправду ее судьба - жить одиночкой, чужой для всех, как Сивилла? Уйти снова, куда глаза глядят, и люди не сразу хватятся ее. Быть может, только Арпин будет огорчен по-настоящему; но он не видел ее двадцать лет, и поймет, что она уже давно не маленькая девочка.
Уйти - и перед ней откроется весь мир, не скованный городскими стенами. Как в легендах ее новых знакомых, странников открытых морей... Они не знают границ, как перелетные птицы, даже границы суши им не указ, они покорили изменчивую морскую стихию и истребили опасных чудовищ в своем родном краю..
Неясные, еще не до конца оформившиеся мечтания девушки прервало прикосновение шероховатой ладони к ее плечу. Она подняла голову. Перед ней стоял Стирбьерн.
- Я хочу с тобой поговорить, - объявил предводитель викингов. Его лоб пересекала длинная царапина, полученная в недавней битве.
Ютурна охотно кивнула, словно ожидала этого. Она протянула руку Стирбьерну, и они вместе скрылись среди длинных теней, что отбрасывали вечером уцелевшие деревья и кусты в царском саду.
- Завтра мы уходим, - начал Стирбьерн, сразу беря быка за рога.
Девушка, хоть и ожидала этого, вздрогнула. Ей было неприятно это известие. Уже завтра новые союзники исчезнут навсегда, и она не сможет их поблагодарить за все, что сделали для нее и для Рима? Никто больше не расскажет ей о чудесах и чудовищах севера? И ей никогда не получить от новых друзей ни единой весточки?.. Ютурна стиснула зубы, чтобы не выразить вслух этих мыслей, не пожаловаться на несправедливость. Вместо этого она спросила печальным тоном:
- Так скоро?
- Неизвестно, сможем ли мы выйти обратно, в наши моря, - со скрытой тревогой объяснил Стирбьерн. - Волшебного камня, который нас сюда забросил, больше нет, и остается лишь надеяться, что нас впустят обратно. Чем скорее все решится, тем лучше.
Ютурна не могла не признать его правоту. Всегда лучше поскорее узнать свою судьбу, а там будь что будет. При мысли, что викингам, возможно, придется остаться здесь, навсегда вырванными с корнем из своего родного мира, она не почувствовала никакой радости, хоть ей и жаль было расставаться. Потому что по интонации Стирбьерна поняла, как сильно он хочет вернуться домой, и его спутники, наверное, стремились уплыть отсюда не меньше.
- Я верю, и не сомневаюсь, что вы сможете пройти обратно, в свое море, - заверила его Ютурна с таким же пылом, с каким призывала горожан к восстанию. - Боги привели вас сюда, и они же отпустят обратно, ведь вы исполнили их волю. Пусть они благословят вас на обратном пути, до самой вашей северной родины.
41  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 06 сентября 2017 года, 21:10:37
Эрэа Akjhtywbz22, огромное спасибо! Поцелуй Поцелуй Поцелуй
Вы не представляете, какой подарок для меня возможность поговорить с человеком, который знает, о чем я пишу! Благодарю, что освежили свои воспоминания о "Сивилле"!
Всё же о раннем периоде Рима, временах царей и становления республики реже пишут, чем о Цезарях и раннем христианстве.
Это да, к сожалению. Плач Вообще никого, кроме нее, не встречала на эту тему. Спасибо, что хоть кто-то написал! А то ведь люди воображают, что Рим прямо с первого дня основания был огромной империей с претензией на мировое господство. Кривая усмешка Шаховская, кроме всего прочего, прекрасно учит замечать последовательность событий, развитие общества и государства, обычаев, религии в разные времена.
Цитата
Ваш стиль изложения похож на стиль в книгах княжны Шаховской, а также внимание к деталям, уточнениям.
Не всегда, но когда пишу по ее книгам, оно получается само собой, не приходится особенно прилагать усилий. До аристократки позапрошлого века мне далеко по уровню образования и манерам, но чему-то да смогла научиться...
Кстати, вот Вам посоветую из того, что раньше писала по "Сивилле". Самое лучшее - "Возвращение с местью". Альтернативный вариант, только сразу после первых книг, в пику слишком уж пессимистичному канону. Читать можно дальше в "Нашей прозе" или вот здесь:
https://ficbook.net/readfic/3150692
Цитата
Но дух сильных, не сломленных тиранией Ютурны, Юния Брута, Эмилия, или легендарная жестокость и отвратительные преступления Тарквиния и Туллии с сыновьями - всё описано очень схоже.
Самое главное - чтобы они были похожими на свои канонные прототипы характерами и поведением, а события здесь, понятно, складываются несколько иначе. Надеюсь, что герои все-таки узнаваемы.
Дальше, впрочем, от Шаховской будет гораздо меньше, по сути дела, останется только Ютурна, а события будут уже ближе к миру моих "Саг..." о викингах. Но и Рим же нельзя было оставить без переворота, верно? А то что они стали бы делать без Ютурны?  
Цитата
Новая встреча с уже понравившимися раньше Стирбьёрном и его командой - порадовала, жаль было прощаться после "Золотой Змеи".
Мне тоже было жаль, поэтому и решила сама по себе написать фанфик. Думаю, у Шаховской было после окончания первых книг такое же отношение к одному из героев. Но ни она, ни я не могли написать по-другому.
Еще раз благодарю Вас! Все-таки понимание дороже всего на свете, хоть и не стоит ничего.

Глава 5. Выбор Ютурны
Свергнутый тиран и его жена погибли под обломками своего дворца. Теперь развалины разбирали повстанцы и викинги. Следовало похоронить погибших, кем бы они ни были: по преданию, души брошенных без погребения становились злобными ларвами, вредящими живым, тем более - людей, погибших при таких обстоятельствах, как семья Тарквиния. Что и говорить, римлянам ни к чему были вредоносные призраки, да еще в самом сердце города!
Была, конечно, и другая причина, не только у викингов, собиравшихся взять честно завоеванную долю добычи, но и у многих горожан. Неужели сокровища последнего римского царя должны были сгинуть под обломками, навсегда вернуться в землю? Повстанцы, воображение которых двадцать лет питалось слухами о богатствах, пополняемых Тарквинием на войне и проскрипциях, не собирались уходить с пустыми руками! Теперь они, преисполненные победным торжеством и еще не остывшие после битвы, работали, точно кроты.
Слухи их не обманули: много золота и ценных вещей перенесли еще до окончания дня ан "Молот Тора", приятно отяжелив пустые сундуки. Только Стирбьерн при виде сверкающего металла сумрачно хмурился, не прикоснувшись ни к одной золотой монете, ни одной драгоценности. Себе в долю добычи он выбрал лишь большую серебряную чашу с топазами.
Римляне не мешали своим загадочным союзникам отмерить себе щедрую плату за помощь. Отчасти потому что продолжали все еще видеть в них посланцев богов, к тому же могучих и опытных в бою, но еще и потому что добычи действительно хватало всем. Тарквиний Гордый недаром истребил множество самых знатных и богатых патрицианских семейств, чтобы присвоить их имущество. Конечно, многое было попорчено при разрушении дворца, однако, когда раскопали подвалы, оставшиеся неповрежденными, найденные богатства превзошли все ожидания. А поскольку в том же подвале хранились и бочки с вином, вскоре на развалинах дворца начался настоящий пир, такой же безудержный, как недавнее восстание. Оборванные нищие потягивали дорогие вина из золотых кубков, кутаясь в царские мантии или просто в пышные драпировки. Раненые перевязывали себя тончайшими индийскими тканями, чувствуя себя владыками Рима. Бывший раб Евлалий Ультим, один из давних жителей пещеры Инвы, нацепил багряный плащ и помятую корону и в таком виде разъезжал на осле, изображая Тарквиния; люди катались по земле и корчились от смеха, глядя на него.
И никому, кроме, может быть, Брута, Спурия, Валерия и нескольких других вождей восстания, не приходило в голову, каким теперь должен стать Рим, свергнувший ненавистную царскую власть, насколько изменится их образ жизни. Опьяненным виной и победой горожанам казалось, что счастливая жизнь настала отныне и навсегда, о будущем не задумывался никто.
Но куда же исчезла Сивилла Кумская, вдохновившая римлян на восстание и воодушевлявшая их во время сражения? Никто не удивился ее исчезновению: разве не могла могущественная волшебница в одно мгновение переместиться по воздуху куда угодно или пройти сквозь расступившуюся землю? Выполнив волю богов, он не была обязана далее задерживаться среди смертных. Многие заметили появившуюся среди гостей черноволосую девушку, и даже узнали в ней якобы пропавшую недавно Ютурну. Но никому и в голову не пришло связать ее с поразившим всех до глубины души чудом богов.
42  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 05 сентября 2017 года, 21:27:04
Но Брут сурово покачал головой, пристально глядя ей в глаза.
- Нет, Туллия! Нет больше на свете вашего Говорящего Пса, больше уж я не стану унижаться и лаять у твоих ног. Сегодня пришел конец вашей власти. Ваши сыновья мертвы, весь Рим и сами боги поднялись против вас. Уезжайте в Этрурию к своей родне, или куда хотите, хоть в Тартар!
Тарквиний, услышав это известие, привстал в кресле, и тут же упал обратно, совершенно разбитый. Но Туллия еще раз огляделась по сторонам, будто ища хоть какую-то надежду на спасение.
- Спурий! Но ты-то спасешь нас? - окликнула она полководца, так же явившегося в зал во главе вооруженного отряда.
- Никогда! - бросил он с отвращением.
Тогда Туллия поднялась на ноги и, ведя безвольно следовавшего за ней мужа, сделала несколько шагов, с ненавистью глядя на собравшихся. Люди при виде нее хватались за мечи, но не спешили их обнажить, словно боялись испачкаться. Туллия заметила их гримасы и проговорила гордо, как в молодости:
- Радуйтесь, вы победили! Я оставляю дом, где родилась, и куда вам хватает бесстыдства явиться, чтобы сказать матери, что вы убили ее детей! Но поберегитесь, граждане Рима! Власть и успех - крепкое вино, оно сильно ударяет в голову. На что вы надеетесь, отобрав у нас трон? Милость грязной толпы ненадежна, а вы дали ей почувствовать силу. Не вас, так ваших внуков чернь может так же вытащить из ваших домов!
И, прежде чем кто-то успел ответить, чета свергнутых тиранов прошла через заполненный людьми зал, направляясь к выходу и ловя на себе ненавидящие взгляды. К ним присоединялись их последние уцелевшие воины и рабы. Их уже не преследовали. Битва закончилась.
Только в одном месте еще сражались. Могучий Хальфдан загнал в угол трех этрусков, и теперь даже молния Тора не заставила бы его прервать битву. Вместо сломанного в бою меча он вооружился чудовищных размеров дубиной, какую пара человек едва ли подняла бы. Но в могучих руках силача-северянина дубина порхала, как бабочка. Один этруск уже лежал с размозженным черепом, следующие удары обрушились на стены царского жилища. Тронное кресло отлетело прочь, сплющенное, как под молотом. Со стен посыпалась белая пыль.
Но тут один из уцелевших этрусков метнул дротик, глубоко вонзившийся в плечо Хальфдану.
Только этого не хватало берсерку, чтобы окончательно впасть в самозабвенную ярость. Перехватив дубину обеими руками, он обрушил ее на стену дворца с такой силой, что вся постройка содрогнулась. Затем еще и еще.
Стирбьерн первым понял, что тот делает. Вытолкнув за дверь сразу несколько человек, он закричал, перекрикивая поднявшийся грохот:
- Бегите! Прочь отсюда! Он хочет обрушить стену!
Люди и сами спешили убраться прочь из рушащегося дворца, точно при землетрясении. И последнее, что успел разглядеть Стирбьерн, были полные ужаса лица бывших царя и царицы, враз осознавших, что им никуда не уйти.
Вслед за тем новый страшный грохот потряс дворец. Проломленная насквозь стена стала складываться, осыпаться, как лавина в горах. Утратившая равновесие крыша угрожающе повисла, потом оставшиеся стены тоже подались под ее весом, и медленно стали крениться. Дальнейшее скрыло огромное облако белой пыли, заволокло все, точно невероятно густая метель. И в этой белой мгле поднялся огромный белый призрак - Хальфдан, каким-то чудом успевший выпрыгнуть вовремя из обрушенного им дворца.
Его оглушительное чихание и фырканье удостоверили тут же подбежавших викингов, что их товарищ и вправду жив и здоров. Отдышавшись, он лишь сказал Стирбьерну, пожав плечами:
- Ты велел всем уходить, и я ушел, когда стена стала падать.
Зато трое других викингов пали в бою перед дворцом, а из уцелевших многие были ранены. А потерь среди римских повстанцев было и не сосчитать. Тела погибших переносили в царский сад, чтобы на рассвете следующего дня сжечь всех вместе на общем погребальном костре.
Ютурна, все еще в облике Сивиллы Кумской, долго смотрела на развалины дворца, но, наконец, проговорила - и ее слышали все:
- Отныне навсегда пришел конец тирании в Риме!
43  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 05 сентября 2017 года, 21:26:48
Взбешенный Арунс, едва удержав меч в руках, обернулся вокруг, ища противника - и столкнулся со Стирбьерном.
Викинги с самого начала дрались вместе с римлянами, изумляя тех силой и точностью ударов своего оружия, выкованного из лучшего железа, своей силой и мужеством. Немногие из врагов, скрестив с ними оружие, могли выдержать больше одного удара "посланцев богов". Стирбьерн с гордостью смотрел на своих спутников. Хоть и в чужом краю, где никогда не слышали о Земле Фьордов, они не посрамили имени викингов. Молчалиый, старательный Аснар, неразлучные близнецы, пылкий Иринг, быстрый и ловкий Торголл Охотник - все они были здесь, сражались, как подобает одной команде. Могучий Хальфдан, лишившийся меча в самом начале сражения, орудовал исполинской дубиной так, что враги боялись подступиться к нему. Бьярни, владевший мечом не хуже, чем словом, наверняка мысленно уже складывал сагу, подобной которой еще никто не слышал. И даже самый младший из викингов, Эйнар, в своем первом бою дрался не хуже других.
Откуда-то издалека донесся голос Ютурны - она стояла на высоком белом камне над сражением и пела свои прорицания, вдохновляя союзников сражаться дальше. Услышав ее, Стирбьерн улыбнулся и обрушил свою секиру на голову Арунсу Тарквинию. Защитники дворца непроизвольно подались назад, видя гибель своего предводителя.
С противоположной стороны дворца тоже послышался победный клич. Прибежавший оттуда гонец доложил, что сторонники Тарквиниев разбиты, что младшего из царских сыновей, Тита, восставшие горожане забросали камнями, и вход во дворец открыт.
Однако Секст Тарквиний был еще жив и на свободе. Меч сломался в его руке, и он, оглядевшись по сторонам, стремительно метнулся внутрь дворца. Там, не отвечая на испуганные возгласы отца и матери, он схватил за руку свою сестру Арету. Грубо подняв ее на ноги, он ухватил девушку, вывернув ей руку, а второй рукой приставил нож к ее горлу.
- С дороги! - крикнул он, злобно оскалившись, ворвавшимся в зал повстанцам. - Прочь, или я перережу ей глотку! 
На белоснежной шее девушки появился красный порез, потекли первые струйки крови. Люди невольно расступались по сторонам. Брут, с ужасом глядевший на эту сцену, отступил одним из первых. Он слишком хорошо знал Секста Тарквиния, и не сомневался, что тот способен выполнить свою угрозу.
- С дороги, подлые псы! - рычал Секст, вытащив во двор стонущую от боли Арету. - Коня мне! Иначе она умрет!
Люди поспешно уступали ему дорогу, делая друг другу знаки опустить оружие. Римляне, и прежде ненавидевшие старшего царевича, теперь глядели с ужасом и отвращением, словно на мерзкое пресмыкающееся, заползшее на ступени царского трона. Они охотно растерзали бы Секста прямо сейчас, но он, зная это, не отпускал Арету ни на миг.
Но вот среди собравшихся возникло какое-то резкое движение, толпа расступилась, и навстречу Сексту выскочил высокий юноша с мечом в руках. При виде него сын Тарквиния побледнел и от неожиданности выпустил Арету. Ее тут же подхватили и унесли в безопасное место.
- Эмилий! И ты здесь! - изумленно воскликнул Секст.
- Да, я Эмилий, освобожденный восставшими римлянами из тюрьмы! А ты, подлый убийца, не заслуживаешь смерти в честном поединке!
Никто из тысяч свидетелей этой сцены не подал бы Сексту меча. Тот, поняв это, взмахнул ножом, своим единственным оружием. Эмилий легко увернулся от удара, и в следующий миг пронзил мечом последнего сына Тарквиния.
Радостный гул толпы приветствовал его победу - так, словно разом взревело стадо в тысячу быков.
Теперь путь был свободен. Лишь кое-где викинги и римляне еще добивали телохранителей Тарквиния, но передние ряды под предводительством Брута уже вошли в зал.
При виде него на поблекшем лице Туллии мелькнула радость.
- Это ты, Люций Юний! Так ты все-таки не мог забыть о своей царице, пришел спасти ее? - она даже забыла, что совсем недавно проклинала этого человека.
44  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 05 сентября 2017 года, 21:26:22
Спасибо Вам, эрэа Эйлин! Поцелуй Поцелуй Поцелуй
Смело и решительно стала действовать Ютурна и её помощники! Остальные столько лет таились, но теперь, когда с ними Ютурна, а также Брут со своими единомышленниками да еще викинги явились - дело стронулась с места и понеслось вскачь.  Но удастся ли так просто захватить власть?
Спасибо за продолжение, эреа Артанис! Улыбка
Переворот и в каноне был, только на пять лет позже, чем здесь. И там тоже, кстати, Ютурна заметно поспособствовала. И Брут, и остальные заговорщики тоже. А здесь благодаря викингам удалось это осуществить раньше, что спасет немало человеческих жизней.

"Молот Тора" причалил к берегу, и Ютурна первой спрыгнула на берег, взмахнув рукой неистово приветствующим ее людям. Арпин и Стирбьерн, тревожно переглянувшись, последовали за ней, незаметно охраняя. Ютурна наотрез отказалась надеть кольчугу, ведь бессмертная и неуязвимая Сивилла в защите не нуждалась. И теперь мужчинам приходилось быть особенно внимательными, чтобы не проглядеть в толпе способную вылететь откуда-нибудь стрелу или копье.
Викинги, не теряя времени, последовали за своим предводителем: в полном вооружении, в строю, прикрываясь щитами, как принято у их племени. Они невозмутимо, ни слова не говоря, прошли сквозь расступающуюся перед ними толпу, и римляне, не скрывая удивления, провожали взглядом чудесное воинство, якобы вызванное Сивиллой с помощью волшебства. И впрямь, сколько ни вглядывались в них римляне, не могли придумать, откуда взялись эти люди; может быть, спустились с небес на своем чудесном корабле?
Толпа немедля повалила за волшебницей и ее свитой. Всем хотелось знать, что будет. В воздухе повисло напряжение, как перед грозой; казалось, между людьми проскакивают искры.
По дороге эта толпа встретилась с другой, более организованной, успевшей вооружиться, предводительствуемой римскими заговорщиками. Встретились, как две волны - и меж ними, точно в водовороте, завертелись, забурлили разговоры, слухи о последних таинственных событиях, новые впечатления. Пророчество Сивиллы дошло вскоре и до тех, кто его не слышал, и воодушевление захватывало все больше людей.
Брут, непривычно суровый, сосредоточенный полностью на одной цели, встретился в шумном людском море с Арпином.
- Где они? Защищаются? - во всеуслышание спросил человеческим голосом Сильван Инва.
- Засели во дворце, с ними все, кто остался с узурпатором. Этот орешек еще надо разгрызть, - так ответил ему Брут.
Действительно, приблизившись к дворцу, повстанцы увидели нацеленный им навстречу из окон и с плоской крыши частокол копий и стрел. Несколько горожан упали, убитые или раненые, остальным пришлось отступить на безопасное расстояние. Нет, они не повернули назад; порыв фанатизма, на который их настроила Сивилла, не мог рассеяться просто так, но казались разочарованными, что царский дворец не сдался им легко.
В это время распахнулась дверь, и большой отряд воинов вышел навстречу восставшим. Впереди них был, со злобной усмешкой на лице, старший сын Тарквиния, Секст.
- Рубите всех, кто сунется! - кричал он своему отряду. - Бейте мятежников! Никого не щадить! Риму не нужны предатели!
Одновременно крики и звон оружия послышались и с других сторон. Сыновья Тарквиния и их сторонники готовы были на все, чтобы отстоять свое право властвовать над Римом, творить что им вздумается, забыв все законы богов и людей. Загнанные в угол со всем своим родом, они сопротивлялись, словно крысы.
Но и заговорщики под руководством Спурия и Брута поднимали восстание не для того, чтобы уступить, для них эта битва тоже была единственным шансом. И вот, вокруг царского дворца завязалось ожесточенное побоище. Римляне, союзные Тарквинию этруски и пришлые викинги смешались так, что скоро сделалось трудно различить, кто есть кто; кровь и пыль сделали всех похожими.
Навстречу Бруту метнулся Арунс Тарквиний, облаченный в покрытые золотом доспехи, за которые можно было купить половину Рима. Яростно оскалившись, занес меч над головой старика.
- А, так это твоя работа, проклятый пес? - воскликнул он, перекрикивая шум сражения.
- Нет, это ваша работа! - отозвался Брут, с неожиданной ловкостью отбивая удар узловатой палкой. Про эту палку, в которой под слоем грубой древесины скрывался стержень из чистого золота, в Риме долго потом рассказывали легенды...
45  Клуб любителей всяческих искусств. / Наша проза / Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик) было: 04 сентября 2017 года, 20:37:36
- Тебе бы стать поэтом, отец: завоевал бы власть и славу, живописуя небывалые пытки и казни, - усмехнулся Секст, прерывая охвативший Тарквиния порыв кровожадного вдохновения, некогда обрекший Турна Гердония на мучительную казнь. - Посиди с матушкой здесь. Я все сделаю, а может, и наши молокососы помогут, - он наградил презрительным взглядом младших братьев.
- Ты кого назвал молокососами? - гневно воскликнул вспыльчивый Арунс. Но младший брат коснулся его руки, и тот спохватился, отойдя прочь. Царские сыновья, вооружившись, разошлись к разным выходам из дворца, защищать отцовское наследство. Каждый из них при этом думал об одном: как хорошо было бы позволить мятежникам убить своих братьев, чтобы остаться единственным наследником...
А Тарквиний, столь властно остановленный старшим сыном, сразу обмяк и опустился в кресло. Сейчас он отчетливо осознал: если они и победят, больше править Римом ему не придется. Он не смог удержать власть, позволил сыновьям действовать и принимать спасительные решения вместо него - им и достанутся честь и слава победы. Но свергнутые властелины долго не живут.
Вместе с отцом и мачехой в зале осталась под охраной отряда этрусков только царевна Арета. Она, видя все происходящее, не проронила ни слова, потому что вообще была робка и молчалива, и потому что не знала, что ей чувствовать, когда злодеяния ее родных, наконец, пали на их собственные головы. Родственная привязанность, жившая в ней, несмотря ни на что, боролась со справедливостью и страхом за собственную жизнь. А Эмилий - где теперь он, брошенный в тюрьму по приказу царицы?
А тем временем по волнам Тибра, текущего сквозь город, мчался корабль под синим парусом, невиданной в Риме постройки. Могучие викинги мерно резали веслами воду. А впереди стояла, рядом с огромной статуей бородатого бога, Сивилла Кумская, позволяя себя разглядеть собирающимся на обеих берегах людям. Она пророчествовала, обращаясь к ним, и ее сильный звучный голос далеко разносился по реке:
- Спешите, граждане Рима, а не рабы тирана! Пробил час вашей мести. О том мне, мирно отдыхающей в своей уединенной пещере, возвестил громовым раскатом всемогущий Юпитер! Он сообщил мне: нынче переполнилась чаша терпения богов, и они решили покарать нечестивого царя, Люция Тарквиния, с его присными. Повелитель богов приказал мне обратиться ко всем честным римлянам, не запятнанным преступлениями. Он послал нам на помощь небесное воинство в знак своего благословения! - с этими словами Сивилла указала в сторону своих светловолосых и бородатых спутников, правивших чудесной ладьей.
Будто подтверждая ее слова, вдали прогрохотал гром. Римляне, сопровождавшие корабль по берегам реки, отчаянно вскричали, видя согласие небес со словами пророчицы, хоть им и без того не приходило в голову сомневаться. В те ранние времена своей истории они вообще были крайне суеверным народом, слепо преданным существующему религиозному культу, и не сомневались в его истинности. А бессмертная вестница богов, повсеместно почитаемая Сивилла Кумская, и вовсе считалась у них за полубогиню, и теперь в ее откровения вслушивался весь город. Люди протискивались ближе, чтобы рассмотреть высокую и величественную фигуру знаменитой пророчицы, расслышать все до последнего слова.
- Переполнена чаша мести! - снова провозгласила она. - Кровь доброго царя Сервия, убитого родной дочерью на улице Злодейства, вопиет к небу! Смерть Туллия-сакердота, утопленного в зашитом мешке... Смерть Арунса Тарквиния и первой жены его брата... Беззаконная в своей жестокости казнь Турна Гердония... Множество неправедных убийств за эти годы, по лживому приговору судей или вовсе без суда! Их кровь, сказал мне могущественный бог, вопиет к небу, их ненависть кипит на земле, и оттого та высыхает, не в силах ничего породить. Боги прокляли Тарквиния, и страна больна от этого. Рим должен либо обновиться, либо пасть. Развратные сыновья Тарквиния раздерут царство на клочки, разрушат все, что не успел их родитель. Что выберете вы, граждане Рима - дальше останетесь рабами тирана или завоюете себе свободу? Не черная, слепая, всеразрушающая месть собрала нас здесь сегодня, но благородная ярость, порожденная любовью к своей земле!
Ютурна вещала так вдохновенно, с таким неподдельным пророческим экстазом, что у слышавших ее волосы вставали дыбом. Казалось, она сама в эту минуту верит, что является посланницей богов, их рукой, призванной свергнуть Тарквиния. Быть может, так оно и было: ее побег из Рима, встреча с викингами и с Арпином убедили девушку, что совершается воля высших сил. И теперь она вложила всю свою веру, всю энергию, весь жар своей неукротимой души, чтобы увлечь римлян за собой.
Даже те, кто знал ее тайну, смотрели теперь так, словно наяву увидели божество: Брут, находившийся с другими заговорщиками на берегу; Арпин, по-прежнему в шкуре Сильвана Инвы стоявший за спиной Сивиллы; и, конечно, Стирбьерн со своими викингами. Даже они, почитавшие иных богов, теперь глядели на свою спутницу так, словно в ее облике к ним спустилась валькирия из Вальхаллы. Стирбьерн, раз взглянув на нее, уже не мог отвести глаз, словно завороженный ее пророчествами. Однако Ютурна не оглядывалась назад.
Страницы: 1 2 [3] 4 5 ... 291
Powered by MySQL Powered by PHP Форум официального сайта Веры Камши | Powered by SMF 1.0.10.
© 2001-2005, Lewis Media. All Rights Reserved.
Valid XHTML 1.0! Valid CSS!