Показать ответы
|
|
Страницы: [1] 2 3 4
|
|
1
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 12 июля 2012 года, 16:53:27
|
что-то ностальгия нахлынула)
Вьётся нитка Ожерелья, Каждой бусине почёт, Но из всех её земель я Кэртиану предпочёл. Здесь, обманчиво покорны, Поджидают бурю волны; Как по небу - шпаги молний, По лицу - дуэльный шрам. Здесь меж путников усталых Редкие покой искали: Где незыблемее скалы, Звонче свищется ветрам. Бьются, павших не жалея, Ведь исход, как видно, скор. Вьётся нитка Ожерелья. В каждой бусине - раскол. |
|
|
|
|
2
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 28 декабря 2011 года, 15:55:44
|
Ага, вот ещё что здесь не выкладывала. Непорядок. По заявке с кэртианского феста.
Венок сонетов На смерть Катарины Ариго
1 Ей выпало родиться королевой, Когда в дверях уже стоял Излом, И надо обходиться меньшим злом, А в зеркалах - что справа, то и слева.
Она узнала, как умеют девы Любовью управлять. Как ремеслом Она владела этим, но узлом Увы, переплела измену с гневом.
Судьба не по заслугам воздает. Судьба сама, как женщины капризна. Всему приходит, впрочем, свой черед.
Вот кажется, едва вступила в жизнь, а Глядишь, - и полпути, и путь пройдешь. Конец. Мертва. На что Закат похож?
2 Конец. Мертва. На что Закат похож? Тебе не место там, но втайне ты Не верила в Рассветные сады И в клириков мистическую ложь.
Был ноймар Эрвин молод и пригож, А Катари... невинней красоты Не знает свет. Не пышные цветы, А гиацинт. (Так просто не сорвешь).
Но сводит и разводит нас судьба: Тебе - Оллару в жены, мне - в войска. На западе - скалистая гряда.
Мне в скалах знаки хочется искать: За ними солнце каждый день садится. Алеет отблеск сквозь твои ресницы.
3 Алеет отблеск сквозь твои ресницы. Вечерний воздух навевает сон. Как рассказать тебе, мой друг, о том, Что испытала ты сильней сторицей?
Ты в авангарде. Во дворце, где лица Придворных в масках лести. Грянет гром - И кто с тобой останется потом? На фронте не опасней, чем в столице.
О, женщины! Не стоит забывать: Мужчины - ваша слабость, ваша сила. А прочее - не больше, чем слова.
Ты дорогую цену заплатила. Любовь - не страсть, и смерти не боится. Ты умерла, но мне живая снится.
4 Ты умерла, но мне живая снится, Как будто мы расстались лишь вчера. Как будто время точно кожура Из-под ножа спиралями струится.
Прямой и жесткой, как стальная спица, И тут же слабой, нежной - для двора - Быть сложно - ты сумела. До утра Ты научилась плакать и молиться.
Плести интриги, словно кружева - Занятие отмечено печалью. Ты с правдой ложь соединишь без шва.
Я новости последним получаю. Мне снятся маки, яблоки и нож, А мне твердят, цена виденьям - грош.
5 А мне твердят, цена виденьям грош; А мне твердят, что память - лживый друг, Что королеве помнить недосуг Про ноймара из прошлого. А все ж...
Нет, сгинь, рассыпься, прошлого не трожь! Ведь время шло, за Кругом - новый Круг. Закрой окно, не отвечай стук. Пусть дремлет память. Сон не потревожь.
Ты помнишь мертвых так же, как живых, Сама при этом находясь на грани. Коснись моей склоненной головы.
Я буду счастлив малым. Испытаний Нам выпало немало, но - хорош! Рискуя, не рисуются. Так что ж?
6 Рискуя, не рисуются. Так что ж? Тебе в вину поставили, я знаю, Что ты слегка актриса, и, играя, Бывает, далеко весьма зайдешь.
Пускай. С глупцов болтливых что возьмешь? Ты королева, помнишь, Катарина? Совет я знаю верный и старинный: Сам дурень тот, кто в круг их глупый вхож.
Обязан я тебя предупредить: Общественное мнение - безделка. Мгновенно исчерпаемый кредит.
Ни зависти не верь, ни злобе мелкой. А ты, кто судит - сам-то что за птица? Исход известен. Нужно торопиться.
7 Исход известен. Нужно торопиться. Тянуть не стоит: все решится мигом. Представь, что ты сейчас читаешь книгу, И близится конец, как говорится.
Не сказку, правда, где спасет девицу В конце герой. Сюжета тяжким игом Твой приговор был вынесен, и криком Нельзя никак усовестить убийцу.
Я чувствую в такой развязке фальшь. Все обещало жизнь, а вышел пшик. Но ты мне богохульствовать не дашь:
Создатель, этот день перепиши! Неумолим. Концу не измениться. Не жди конца. Переверни страницу.
8 Не жди конца. Переверни страницу. В твоей руке прощальное письмо. Не дочитав, бросай его на дно Шкатулки: с остальными не разнится.
Мне говорили, мать - всегда тигрица, Никто оспорить не желал бы, но Ревнивей защищать тебе дано Свои секреты. Стоит покориться.
До нас доходят слухи слишком поздно, Когда их лучше вовсе бы не знать. В твой нежный мир вломившись грубой прозой,
Сорвать цветок, не ожидавший зла. В последний миг, когда того не ждешь, Актерство, лицемерие - под нож.
9 Актерство, лицемерие - под нож. В живых всегда останется простак. Так солнце заслоняет туча, так Пейзаж привычный заливает дождь.
И в ясный день порой находит дрожь, Таится в каждом взгляде тайный знак. Пугают дети, не смешит дурак. Вокруг - следы былых ошибок сплошь.
Бросай улыбки. Плачь. Криви душой. Никто не должен править королевой. Мне мысль об этом кажется смешной.
Как страшно, что узнала ты не первой: Здесь, во дворце, шпионят даже стены. Ах, редко ты бывала откровенной!
10 Ах, редко ты бывала откровенной! Ты не со мной одним наедине, Конечно, оставалась. Но вине Твоей подобный слух - как морю - пена.
Лишь пена, что смахни - растает. Смена Весны и лета - с вами наравне, Прекрасные эрэа. На войне Я видел: смерть и женщины - все бренно.
Ты ветрена, я верен, Катари. На нас двоих и этого довольно. Закрой глаза и сердце отвори.
Любить и умирать бывает больно: Чем ты прекрасней, тем грозней беда. Распутница? Нет, женщина. Всегда.
11 Распутница? Нет, женщина. Всегда. Волос и рук, и губ горячий грех. И я - один, счастливейший из всех. И ты - невозвратимо молода.
Еще не осень; жесткой корки льда Ручьи не знают, льются без помех. Мы носим на двоих один доспех Из кож, порозовевших от стыда.
Два юных тела. Два стучащих сердца, Захлебываясь радостью нескромно. Оставь их в прошлом, им не отогреться.
Упрячь тот день в глубины, в омут сонный, Держи меня в темнице тонкостенной, И я из твоего не выйду плена.
12 И я из твоего не выйду плена, Пусть ключ потерян, пусть забит замок. Один Создатель осудить бы смог - Меня, но ты - ты неприкосновенна.
Я опускаюсь на одно колено. Сегодня я опять не одинок. За королеву обнажить клинок Готовы очень многие, конечно.
Теперь я должен звать тебя на Вы. Вы - королева, я - посол, не больше. Смотри поверх склоненной головы.
Мистерия. Пусть рукоплещет площадь. Актёрствуй, плачь, на публику страдай, Гибка, как стебель, но душой тверда.
13 Гибка, как стебель, но душой тверда - Я помню Вас такой. Я к Вам иду. Вы в темноте, и я не на виду. Случается такое, господа.
Кто смел бы причинить Вам боль, когда Я был бы рядом? Я почти в бреду. Увядший гиацинт лежит на льду. О нем не стоит дольше рассуждать.
Скажите, в чем мораль и где идея? Как вышло все - случайно или нет? - Я думаю, от горя леденея.
Я боль и страх переношу в сонет. Мои стихи похожи на твои. Опомнись, мальчик! Что ты натворил?
14 Опомнись, мальчик! Что ты натворил? Из-за чего рука не онемела, Когда клинок дотронулся до тела, Прорвал одежды, дернулся внутри.
Не это ли предчувствовал? Сгори Тогда любовь, как море, что сгорело В огне заката раненой химерой, Не попрощавшись, мир не озарив.
Я ничего не должен Вам... Тебе. Прости меня. Я не был Вам опорой. Но стих окончен. Вечно ли скорбеть?
Я знаю, мы увидимся нескоро. Прощай, и мне дорогу протори. Прощайте, королева Катари.
15 Конец. Мертва. На что Закат похож? Алеет отблеск сквозь твои ресницы. Ты умерла, но мне живая снится. А мне твердят, цена виденьям - грош.
Рискуя, не рисуются. Так что ж? Исход известен. Нужно торопиться. Не жди конца. Переверни страницу. Актерство, лицемерие - под нож.
Ах, редко ты бывала откровенна! Распутница? Нет, женщина. Всегда. И я из твоего не выйду плена.
Гибка, как стебель, но душой тверда. Опомнись, мальчик! Что ты натворил?
Прощайте, Королева Катари.
(венок сонетов сочиняя дидерихнуться автор мог в порядке отдыха пожалуй перехожу на пирожки) |
|
|
|
|
3
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 18 апреля 2011 года, 19:47:53
|
Написано для cardenal_. На не выложенную заявку "Ульрих-Бертольд признается в любви. шестоперу. сонетом"
Сонет №1
Я молод был. Любил ходить на спор Один хоть на медведя, хоть на дрикса: Пускай любой противник убедится, На что способен торский шестопёр!
О, где твои защитники, Талиг? Кто славные воители? Увы! Мальчишка, не державший булавы В холеных пальцах, да седой старик.
Мне семьдесят почти. Я кашдый день... Не слышат. Звон хвастливый шпаг и шпор. Мальчишки, что с них взять? ...А ну их в пень.
В моих ладонях верный шестопёр. Я глажу втайне перья, рукоять. Сейчас такой сумеют ли сковать?
|
|
|
|
|
6
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Поток без сознания
|
было: 21 марта 2011 года, 22:07:42
|
С зачеркиванием - просто шикарная шутка) Зачем всё так серьёзно воспринимать? Эр Colombo, вы не перестарались с игрой в "угадай персонажа, который это написал"? Здесь автор переложения - Трилистник. И Трилистник очень уважительно относится к шаблону, что здорово) |
|
|
|
|
8
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 27 февраля 2011 года, 01:19:24
|
олени !внезапно - в подарок хорошему человеку
на стылых полях сражений - кладбищенский непокой. рассветной тропой олени уходят на водопой. копытцами землю взрыть бы - играйте, пока светло, покуда вас с вашей прытью в болото не завело. один обложился картами, и голос его звенел, не с кошками незакатными твой путь лежит, Лионель! второй, лукаво смеявшийся, кому-то весь свет затмил. и с этим ты тоже справишься, раз имя твоё - Эмиль. а младший - в бою и в радости, жестокий и озорной, бросайся, как прежде, в крайности, будь счастлив и жив, Арно! поля прорастают злаками, у осени сонный взгляд, а летнее солнце спрятано в глазах твоих оленят.
|
|
|
|
|
11
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 08 февраля 2011 года, 20:18:15
|
Бродский невыносимо хорошо перекладывается на кэртианщину. Сокращённый "Конец прекрасной эпохи" все узнали, полагаю.
На Изломе
Потому что искусство сатиры наследует лжи, Я - один из прохвостов, мечтающих верно служить Неумелой, нелепой, наивной, но все-таки правде. Не умея построить в мозгу у себя баррикад, Сам себе посылаю язвительный выпад и взгляд Справедливости ради. Ветер будит, тревожит, но старый идет сериал: В Кэртиане опять правда стали - победа зеркал. Коридорами Лаик идет череда отражений. Даже мыши-монахи обид на Творца не таят. Впрочем, чувство, которое должен испытывать я, Отдает пораженьем. В этой грустной вселенной с оглядкой на зимний излом Все: от клятв и молитв до привычных сражений со злом В виде маршалов, левой руки, кардиналов и кошек. Рыжий волос, наследие предков иль спрут на гербе - От тебя не зависит, но намертво липнет к тебе. Так, наверное, проще. Он изменчив, твой мир, отвечай за него головой: "Кто не наш - против нас!" - это правило раньше усвой, Если хочешь империю, трон и штаны посветлее. Но уродливый зверь со шкатулки гальтарской глядит. И кому-нибудь вроде меня нужно песни плодить, А иным - в Багерлее. Честен только ызарг, пожирая добычу, но их Распознать нелегко при наградах, в камзолах цветных На балах и приемах. Резвись, многолапая нечисть! Ни Рассвет, ни Закат не приемлет глупцов-подпевал: Вы противны Творцу, Леворукий вас вовсе не звал. И от этого легче. Что ли бросить все это - и в Торку, границу стеречь? Не могу оборвать и не смею заканчивать речь. Это требует совесть и впредь оставаться при деле. Чтобы только прервать монолог из бездейственных слов, Сам себе наливаю в чернила "Змеиную кровь", Истекая ронделем. |
|
|
|
|
12
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 07 февраля 2011 года, 04:58:22
|
Что-то меня давно здесь не было. А вот - опять кардинал Агний изволят печалиться.
Ненадёжные засовы Не спасут от долгой ночи. Из-за грани одиночеств Бдят невидимые совы. Что глядите искушённо? Я бы, может, выпил шадди: Голова с душой в разладе. Сердце бьётся, как мышонок. За портретом нет шпиона, За спиной не дрогнут шторы. (Не набросились бы сворой Вдруг из тени заоконной). Тише, мальчик, всё покойно, Не дрожи, не прячь ладони В рукава. Забудь, не помни. За спиною никого не... |
|
|
|
|
13
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 11 декабря 2010 года, 13:33:49
|
Спасибо! Разбавляем страдания)
Изврат сегодня. Мне очень-очень стыдно, да-да. В переделку попало "Представление" Бродского.
Мистерия
Повелитель, Леворукий! (улыбаемся и машем!) Эта книжка безопасна, как гальтарские руины! Это новый шаг науки: вместо мозга - томик Камши, Носит красное на красном, ненавидит Катарину. Кое-кто, пожалуй,даже Стать не против персонажем.
"Покупаю первородство". "Нет к раканству руководства?" "Кто такой он, ваш Павсаний?" "Недостаток ваших знаний".
Входит Марио Барботта, в тонких пальцах - топорище. В чистом поле пень-страдалец изуверски зарифмован. Всем завистникам на горе вдохновенно что-то пишет. Может Марио гордиться: а) фанатом бестолковым, б) толпою пародистов, в) канонную дуэлью... Жил бы здесь-сейчас, так стал бы популярен, как Коэльо. Он - не то, что нудный Веннен: Полон дивных откровений.
"У меня на сердце рана". "Вышла замуж за гогана". "Довели страну до Альдо". "Наше Всё - одна отрада".
Входит сам Диамни Коро с компроматом (но шедевром). Начинаются скандалы и семейные разборки. Между тем эсператисты кардиналу треплют нервы, Наше Всё на трон не хочет, и опять воюют в Торке. Фердинанд - слабак и тряпка, Катарине снова плохо. У шпионов "всё в порядке", а потом - внезапно! - Ноха. Был бы я мориский шад, Жизнь была бы хороша.
"Юноша, имейте совесть". "Рокэ, дайте я прикроюсь..." "Зацвели в Дораке вишни". "Юноша. Вы - третий лишний!"
Входит Совесть Талигойи, никого не беспокоя, (Говорит: "Нарвёшься, Альдо", но не вслух, на всякий случай). Он - предшественник Мазая: увлечённо крыс спасает, Сразу видно: иноходец. Просто очень невезучий. Как всегда никем не понят, он уходит мыкать горе: Может, кто его запомнит положительным героем. Ладно, к кошкам Эпинэ: На войне как на войне!
"Мэллит, Мэллит, Мэллит, Мэллит..." "В Агдемара ль Рокэ целит?" "Маршал, в чём мы там клялись?" "Ради Астрапа, заткнись".
Входят Лит и Унд с Анэмом: "Лэйэ Астрапэ, ребята! Мы, по правде, на минутку: мы у вас забыли зонтик". Посмотрели на столицу и немедля - шасть обратно. Что так скоро? Неужели даже шадди не попьёте? ("Разворована Гальтара, Зверь - голодный просто зверски. Леворукий, что ж ты, падла - приглядел бы по-соседски?") Будь ты демон или бог - Всё равно один итог.
"Спойте грустную балладу". "Ричард Окделл, выпей яду". "Штанцлер, старый и больной Измывался над страной".
Входит наш проэмперадор, тот, который Рокэ Алва. (Тише, в очередь, эрэа!) - невозможно удержаться: синеглазый и с гитарой. Он ызаргов учит плавать, киркорелл - летать, и даже учит Окделла сражаться. Проводя в пылу сражений, горячо и неустанно, полевые испытанья лучших яблок Кэртианы. Кот шипит. Ызарг кишит. Ворон чести вас лишит.
"Загляните к Марианне". "Кто последний? Я за вами". "Я возьму его в мужья!" "Айрис! Очередь - моя!"
Входит с криком Арамона, оскорблённый Сузой-Музой, И с торчащею из ножен шпагой-вертелом. Однако. Оставляет без обеда, матерится безыскусно, Приддирается к унарам и кипит, как скороварка, Восклицая: "В галерею!" И смущает гроссе потекс. Что умею - то умею. Знай, унар, дуэльный кодекс! Кто вернулся из "загона" Не забудет Арамону.
"Даже призрак ходит строем". "Расходитесь по покоям". "В день Святого Фабиана Окделл Дик проснулся рано..."
Входит Альдо белоштанный, говорит: "Теперь я - главный. Есть решение простое, гениальная идея: Скоро снова на престоле будут царствовать Раканы, Я анаксию построю, Ворон сядет в Багерлее. Я уже купил для Зверя поводок, ошейник, миску. На вдове его проверю: то-то, верно, будет визгу!" Где ошибка? Что с мечом? Алва?! Он-то тут при чём?
"В этих брюках ты как Альдо". "Белый - это актуально!" "Я - разумная вдова". "Первородство отдавай".
Прячась друг за друга, вместе входят храбро Люди Чести, Кто - с подделанным приказом, кто с отравой, кто с доносом. Тяжкий труд, но токмо ради благоденствия Талига. (Говорят, кольцо с секретом - очень пользуется спросом). Хороши любые средства: вот лапша, рекомендую. Потребляйте повсеместно, совершенно не рискуя. Помни, друг мой: нашу Честь Не пропить и не проесть!
Входит Автор и Создатель, озирается устало: Все ли ружья дали залпы, не запутаны ли нити. Заключает: всё готово, и проделано немало. А поклонники гадают: "Жив ли? Умер? Не томите!" Кто-то пишет алвадики, кто-то пишет приддоньяки. В головах кишат ызарги и хохочут, как маньяки. Не Излом - венец пути: Книга кончена почти. Расставаться с вами жалко. Кэртианская считалка: "Это - кошка, это - мышка, Это - текст последней книжки. Это - те, кто нас покинул. Их шестнадцать с половиной".
|
|
|
|
|
14
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 09 декабря 2010 года, 07:41:15
|
Грустная песенка кардинала Агния
Крепок дух шаддёвый, ночи коротки. Не надёжней слова крепкие замки. Догорают свечи, плохо спит Талиг. Никому не легче от моих молитв. Сколько до рассвета? Близится Излом. Я хочу, чтоб это оказалось сном: Толку-то в интриге, если может вдруг Сердце встать, и книги вылетят из рук? Что вам шепчет ветер, что огонь поёт? Вы не всё на свете знали наперёд. Заварить бы шадди - даже с чесноком... Полон двор исчадий, ни души кругом.
|
|
|
|
|
15
|
Кэртиана / От Диамни до Барботты / Re: Павсаниева библиотека
|
было: 20 ноября 2010 года, 17:40:52
|
| Мне не повезло иметь знакомство с абсолютно каноничным Диком, который, к тому же, действительно рифмоплётствовует. Так что таки эр должен быть ооочень добрым и терпеливым. |
|
|
|
|
|