Вопрос второй, после гордости - а имеет ли это какое-то отношение к любви? Любишь - люби на здоровье, хоть без перерыва на обед и сон. Но любовь, она, знаете ли, "не ищет своего". Если кого-то любишь - хочешь, чтобы ему было хорошо. Если ему хорошо без тебя (там, где нас нет), то аминь. Отойди. Удалось, к примеру, достать книжку, которую твой "объект" давно искал - ну подари эту книжку и ступай с миром. Зачем же требовать ответного чего-то? Награда уже то, что удалось доставить радость любимому человеку.  То есть, когда любишь, это первым делом научаешься видеть другого человека не применительно к себе, признаешь за ним право существовать совершенно отдельно от тебя, даже против тебя. Ты можешь быть слеп, ты можешь не видеть его недостатков - но ты должен видеть его ОТДЕЛЬНО ОТ СЕБЯ, иначе это не любовь к нему. Это чувство собственника, это любвь к своим ощущениям - что угодно, только не любовь к человеку.
И вот тут опять можно к гордости вернуться, которая тут совершенно не при чем. Запросто можно любить "себя-отверженного", "себя-страдающего", любить ощущение собственной жертвенности, переступая через нанесенные обиды, любить собственный "книжный" образ отвергнутого возлюбленного... "Сколько молодых людей, и не подозревающих, что они Вертеры, ждали только выстрела гетевского героя... "(с)
Вполне вероятно, в данном случае человек делает на самом деле ТО, ЧТО ОН ХОЧЕТ.  Тут не при чем любовь или гордость. Выберет этот человек другой образ, начнет любить другие ощущения, вот, к примеру, как стоит он "задумчив, одинокий" на скале над бушующим морем, этакий полу-лермонтовский полу-демон и прочий байронический герой, и примется с улыбкой возвышенной и горькой взирать на что попало. И при чем тут гордость?