Я наверное сейчас глупость скажу, но у меня почему-то белый жеребец во сне Матильды с Алвой ассоциировался... намек на то, что у Борраска на гербе белая ласточка была. Ну конечно все это за уши притянуто

Конкретно про лошадей не было, вроде, но ведь и Клемент - не трехцветная кошка, а о какой-то особой чувствительности крыс по сравнению с другими животными тоже ничего не было. Остается, конечно, вероятность, что на Робере была не метка истинников, а что-то другое. Но тогда что?

Вообще-то, будь на Ричарде метка истинников, от него бы шарахнулась не только кошка, но и Сона, а он на ней едет.

Время бежать - кому? Килеану с братьями Ариго? Но они тут совершенно не при чём, и даже если Ричарда уже взяли, то на них он точно не укажет. А Штанцлер ждал их на завтрак, чтобы получить подтверждение, что дуэль не состоялась из-за неявки Алвы. Ведь не мог же он сам осведомиться о тот, жив ли Первый маршал. А далее он планировал воспользоваться подготовленным путём отхода, хотя, возможно, это была и не Дорога королев, и спокойно, без спешки, уехать под чужим именем. А вот когда выяснилось, что Алва таки остался жив, Август занервничал и кинулся к Катарине, которая, полагаю, была просто счастлива оказать ему эту небольшую услугу.

Ой ли? Через время и расстояние до Талига и до Штанцлера в частности эта история должна была добраться с такими подробностями, что их уже надо делить на 10 и просеивать сквозь сито. Более того, все "эксперты" уверены, что прицельный выстрел на таком расстоянии невозможен. Так что Алва не  проявил чудеса хитрости и "подколодности", а спьяну дурачился и ему неслыханно повезло. Вот что ИМХО известно эру Августу об этой истории.

Все-таки Алва не зря много лет трудился над своим имиджем пьяницы, драчуна, раздолбая, бабника, но везунчика.

Ну да, примерно и я о том же. По мнению СБЧ, если Алва разоблачил Дика, то ему самому надо бояться не ареста, следствия и суда, а физической расправы со стороны Алвы. 
И даже в этом случае Алва вряд ли набросится на него прямо в королевском дворце при сотне свидетелей. Так что во дворец можно спокойно являться.

Если Дик попался,  то есть вероятность, что вспыльчивый Алва убил его на месте не успев допросить.

Кстати, еще одно смешное соображение. Если Дик "попался", то попасться он может только самому Алве лично. Ну или еще его могут застукать за манипуляциями с едой и напитками слуги Алвы. Но они же не полицию вызовут к Сильвестру побегут, а сдадут пойманного опять же Алве.
А если Алва узнает о чьих-либо враждебным намерениях, то он обычно бежит к супрему с требованием арестовать и покарать мерзавца по всей строгости закона?  Да вроде как нет.  Он предпочитает собственноручно разбираться.

Ну так и чего бояться Штанцлеру на следующий день утром? Разве что мордобоя, да и то посреди дворца вряд ли. Это слегка чересчур даже для Алвиной репутации.

Он на это надеялся. Штанцлеру нужна была не смерть Алвы, а арест Ричарда, чтобы доказать своим нанимателям, что больше он на них работать не может.

То есть заявится к кансилльеру домой или поймает его во дворце и пристрелит? Это даже не смешно. А вызова на дуэль старый больной человек не боялся, его защищали возраст и немощь.

Да. Только там был правитель, проигравший войну, которого, учитывая кагетские нравы, очень скоро сместили бы собственные сыновья, чтобы затем сцепиться между собой. Алва оказал Баате большую услугу, избавив его от греха отцеубийства, а с братьями новый казар справился сам.

Как я уже говорила, Штанцлеру именно это и было нужно.

А зачем ему это? О том, что Ричард таки решился отравить Алву, ему сказало кольцо Каролины на руке Окделла, так что оставалось только сделать вид, что он ни о чём не подозревает.


И тем погубить свою обожаемую королеву? Ведь Ричард был уверен, что спасти её от Сильвестра можно, только убив Алву. Вот то, что Ричард сам решит выпить яд, Рокэ допускал, потому и отобрал у него бокал. 

Но во дворце кансилльер чувствовал себя в относительной безопасности, да и в самом Алве был уверен: "маршал - гремучая змея, но не подколодная... и в спину он не бьёт" (КнК, с. 25).

То есть Штанцлер не боялся, что Алва его убъёт, а для ареста, что оруженосца, что кансилльера, требовалось время - хотя бы для того, чтобы оповестить Сильвестра и получить от него указ, подписанный королём.

И можно не сомневаться, что за всеми, кто за последние сутки выходил из особняка Алвы, как и за теми, кто посещал кардинала, люди Штанцлера тщательно следили.

Заверения Штанцлера вкупе с тем, что они увидели, им показалось достаточно.

Что именно? Признаки того, что Алва был отравлен, и именно вчера, он увидел своими глазами.

Потому что в этот день ему бояться нечего - яд, который он дал Дикону, убивает не сразу

Потому что увидели, что Алва, явившись на следующий день во дворец, демонстрирует все признаки отравления - румянец, блестящие глаза, лихорадочное возбуждение...

... то есть сделал именно то, что от него требовалось...

Умный эр не учёл, насколько доверительны отношения Рокэ и Катарины. Королева сообщила Алве, что готовится покушение, что исполнителем будет Окделл, и даже какой яд будет в перстне с рубином, некогда принадлежавшем Каролине и присвоенном Штанцлером. У Алвы было время и возможность подготовиться.

Алва знал состав судей поименно. Да и Ларак и второй Карлион в их число не входили. Кстати многие тут отстаивали мнение, что Лансар мог выдать список заговорщиков. Кто мог запретит Алву еще разок допросить его.

Мне кажется, вряд ли. Обо всех остальных участниках резни никто в книге даже не упоминает. Поэтому, скорее всего, они были какими-то третьесортными дворянчиками, никому не известными и ненужными. И Карл Борн - родственник супрема - среди них выглядит странно.