[Лопнувшая струна]

История о древнейшем преступлении, совершённом людьми (если не считать нарушенного запрета и сорванного плода с древа познания) - братоубийстве из зависти. 
   Две истории, два поколения братьев. И если Краст и Грасс погибают, то дети Краста остаются живы. Краст и Грасс были магами, пусть даже младший и завидовал старшему. Но у них имелось много общего. А вот у Мидора и Эйгона появился доаолнительный повод для вражды, вернее, не повод, а вполне весомая причина.  Мидор чувствует себя ущербным, обделённый магической силой, в то время как младший унаследовал родительские способности. Это горько, больно, несправедливо, а тут ещё и дядя Грасс подливает масла в огонь. Так что Мидору я отчасти сочувствую, как и Эйгону.  Мальчик всё-таки умнее своего великого отца. Ну вот ни за что не поверю, будто в детстве Грасс был лапочкой и паинькой, и лишь потом переметнулся ко Тьме. И тем более - что никто не заметил вго злости и зависти по отношению к старшему брату, в том числе и сам Краст.  Но Верховный маг, похоже, слишком хотел верить в исправление братца, раз позволил Мидору уехать к дяде. Собственно, если с Эйгоном у родителей (а по совместительству перрвых наставников в магии) было полное взаимопонимание, то с Мидором этого не сложилось.  И не только из-за Грасса. Скорее всего, Краст действительно не слишком много времени уделял сыну-"пустышке". В рассказе нам  дают понять, что чтение мыслей и ауры есть насилие над личностью, но тут же Краст преподаёт Эйгону основы боевой магии. Это - не насилие над личностью и не потенциальная угроза жизни помянутой личности?  И почему чтение ауры стало прерогативой Тёмных? Ведь можно взглянуть на ауру магическим зрением и увидеть не только настроение, но и, к примеру, только зарождающуюся болезнь. Иные болячки годами гнездятся в теле, не показываясь, а потом бывает слишком поздно. Проказа, туберкулёз, тот же рак - или в этом мире такими вещами не болеют? И разве для того, чтобы почуять врага, чтобы определить ложь и притворство, обязательно нужно читать мысли?  Для этого вполне достаточно быть хорошимм психологом.  Собственно, любой маг, тем паче Верховный, обязан разбираться в людях. Но благодушный Краст словно не видит дурного ни в брате, ни в сыне - для него стычка сыновей стала поистине откровением. Он спасает население городка, но не может схватиться с Грассом один на один. В отличие от отца, Эйгон - настоящий боец и мужчина. Он прирождённый целитель и умеет чувствовать агрессию. Впрочем, Мидор практически не скрывает своей ненависти, в отличие от более хитроумного дядюшки.  Эйгон не задумывается, когда атакует брата, за что и получает отцовское заклятие. И теперь ему остаётся лишь бороться с самим собой, чтобы не навредить брату и не потерять силу. Тринадцатилетнему мальчику не приходит в голову, что можно показать свою магию иначе, не направляя её против Мидора. Но вот если бы, к примеру, мечи его обидчиков вылетели из рук и рассыпались ржавчиной, а то и превратились во что-то, может, сослуживцы Мидора и впечатлились бы и не стали бы дальше задирать подростка. Но Эйгон об этом не думает. Он сражается за жизнь генерала Гаспара вопреки всем заклятиям и проклятиям. Мидор, подобно дяде, слаб и подл, как его отец был слаб и великодушен. Так что из четверых Эйгон единственный достоин уважения.