Форум официального сайта Веры Камши

Клуб любителей всяческих искусств. => Наша проза => Автор: Артанис на 28 августа 2017 года, 20:46:13



Название: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 28 августа 2017 года, 20:46:13
Приветствую всех, кто заглянет в эту тему! :-* :-* :-*
Я начинаю новое произведение, хоть оно и не совсем новое. Это альтернативный вариант моего цикла о викингах, скрещенный с книгой Людмилы Шаховской о древнем-древнем Риме: "Сивилла. Волшебница Кумского грота". Кто-то из вас, возможно, его читал, а некоторые помнят хотя бы фанфики, которые я по нему писала несколько лет назад. Да, кроссовер фэнтези с историческим романом - несколько необычно, но тем интереснее взглянуть, что из этого получится.
Попробуем представить, что было бы, если бы Стирбьерн вместо того, чтобы открыть Землю Закатного Солнца, попал в некий альтернативный мир, в Рим эпохи первых царей?

Глава 1. Странники
Яростное море вздымало огромные валы, целые водяные горы, и опрокидывало их с неистовым грохотом, подобным шуму битвы, где схлестнутся  сто тысяч человек. Неистовый ветер гнал их все дальше, не давая передышки, и они мчались, как стадо быков, разъяренных подгоняющим кнутом. Ледяные волны словно кипели в исполинском котле, сверкая белой пеной на колышущихся гребнях. Только блеск пены и нарушал порой сгустившийся мрак. Черным от ярости было штормовое море, и над ним нависало такое же непроглядно-черное небо. Дня не отличить от ночи. Изредка какая-нибудь звезда проглядывала в провале меж туч, и тут же снова скрывалась, будто испугавшись. Ни один солнечный луч уже много дней не прорезал клубящихся небесных громад, и тьма царила всюду, сколько мог окинуть взгляд. Разбушевавшееся море и такое же яростное небо застили весь свет, и не понять было, где заканчивается одно и начинается другое. То ли исполинские волны взметнулись до самого неба, то ли тяжелые тучи, опустившись вниз, готовы были поглотить все вокруг?..
Среди чудовищного месива водяных и воздушных волн казался хрупкой игрушкой корабль, каким-то чудом державшийся на плаву. Волны то и дело подбрасывали его, будто забавляясь, и стремительно возносили ввысь, чтобы тут же опрокинуть вниз, в клокочущую водяную пропасть. Затерянный среди буйства стихий корабль был совсем маленьким и жалким. А между тем, когда-то, в другой жизни, он был гордостью народа прирожденных мореплавателей, и нес команду самых отважных воинов северного племени...
В своих родных холодных краях он назывался "Молот Тора", и там не нашлось бы человека, что не узнал бы его длинный силуэт и украшавшую форштевень статую Бога Грозы. Во многих краях знали Стирбьерна, прозванного "королем открытых морей", вечного странника, истребителя злобных чудовищ. Потомок рода Асгейра, с давних времен правящего в Земле Фьордов, он не довольствовался набегами на прибрежные поселения, как другие викинги, а, собрав дружину самых отчаянных воинов, уходил на "Молоте Тора" все дальше в неизведанные моря. Говорили, будто Стирбьерн мечтает достичь края мира и победить Золотую Змею, по легенде, обвившуюся вокруг земли.
На сей раз "Молот Тора" занесло туда, где не думал оказаться ни Стирбьерн, и никто из его команды. Они вышли из Сванехольм-фьорда прямо на север, собираясь преодолеть Пояс Льдов, куда до сих пор не добирались викинги. Но не тут-то было: должно быть, Золотая Змея или кто-то другой из йотунов услышали дерзкие замыслы смертных. На четвертую ночь после того, как скрылись берега Земли Фьордов, ударил шторм. Он подхватил "Молот Тора" и потащил на юг - все дальше от намеченной путешественниками цели.
Много, много нескончаемых дней и ночей  драккар носило по бурным волнам. Всю свою силу и умение хирдманы Стирбьерна вкладывали в отчаянные усилия удержать корабль на плаву. Всю знаменитую боевую ярость, все упорство и стремление жить вкладывали викинги в могучие взмахи весел, до сих пор противостоящие мощи бушующего моря. Ничем иным, как чудом, нельзя было назвать, что "Молот Тора" до сих пор не был поглощен волнами. Не раз уже водяные валы захлестывали палубу, едва не утаскивая драккар с собой. Еще в самом начале был в клочья изорван его широкий парус. Мачта трещала и угрожающе скрипела, прочный сосновый корпус и весла жалобно стонали, перенося чудовищные нагрузки. Большинство кораблей на месте "Молота Тора" уже пошли бы ко дну.
Но у викингов не оставалось сил гордиться своим искусством, хоть об их племени недаром говорили, что корабль им ближе, чем возлюбленная. Люди изнемогали в борьбе с разбушевавшейся стихией. Уже давно ни у кого не было времени для отдыха, ни на час нельзя было отложить весла. Красноглазые от бессонных ночей, истощенные, оборванные и промокшие насквозь, они, если бы кто-то мог взглянуть на них со стороны, показались бы войском оживших мертвецов на корабле-призраке. Четверых викингов смыло за борт, и все понимали, что, если ничего не изменится, их всех скоро ждет та же судьба.
По звездам, изредка проглядывающим сквозь разрывы между тучами, викинги замечали, что их несет все дальше к югу, но ничего не могли изменить. Шторм не думал стихать, и лишь упорство еще заставляло людей бороться.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 28 августа 2017 года, 20:46:35
Стирбьерн медленно, как усталый вол, повернул рулевое весло, с трудом уводя драккар от ринувшейся навстречу водяной горы. Налетевший шквал донес до него голоса товарищей, вращавших весла с дружным протяжным возгласом, похожим на крик морской чайки. Только этот слитный стонущий голос и сказал Стирбьерну, что его спутники находятся на пределе своих сил.  Вслух никто не стал бы жаловаться, хоть он и без того прекрасно понимал их. Вождю нечем было обнадежить их, и он лишь сильнее налег на весло вкладывая в это движение всю свою надежду.
Волна-исполин промчалась по левому борту, лишь слегка задев "Молот Тора", вздыбилась до самых туч, обрушила на людей град ледяных соленых брызг... и ушла прочь, самую малость разминувшись с намеченной жертвой. Стирбьерн тяжело вздохнул. На этот раз у него еще хватило сил отвернуть "Молот Тора" прочь. На этот раз...
К вождю с трудом пробрался, цепляясь руками за борт и обрывки снастей, один из старших викингов, Аснар. Он сильно хромал: не так давно смытый волной сундук ударил воина в колено. Когда новая волна швырнула корабль, как мячик, Аснар едва устоял на ногах, и не сел, а скорее упал на скамью рядом со Стирбьерном.
- Вода закончилась! - чтобы преодолеть грохот волн и бешеный вой ветра, пришлось кричать, хоть они и были рядом. - Последние бочонки унесло... еды осталось дня на два...
Стирбьерн порывисто вскинул голову, по его плечам хлестнули некогда рыжие, а теперь темно-бурые от морской воды пряди волос. На лице его высыхали соленые брызги - по крайней мере, Аснар не посмел усомниться, что это были именно они. Вождь викингов криво усмехнулся, снова поглядев в сторону тяжело ворочающих веслами людей.
- Что ты говоришь мне об этом, Аснар? Я не распоряжаюсь волнами и ветром. Молись богам: только они могут спасти нас.
С этими словами Стирбьерн сжал ладонью всегда висевший у него на шее железный оберег-молоточек. Это был подарок отца, Арнульфа конунга, погибшего, когда он был ребенком, но еще и знак Тора, которого Стирбьерн почитал больше других богов.
Но сейчас, кроме молота, ему попалось под руку что-то еще. Маленькое и круглое, похожее на гладкую бусину. Викинг не сразу вспомнил, откуда та взялась, но бережно задержал на ладони. В сгустившейся мгле было не разглядеть, но он вспомнил, что когда-то этот камешек был зеленым, как берилл или хризолит. Прощальный подарок матушки Гро...
Мало кто знал, что приемная мать Стирбьерна была из потаенного народа, жившего до появления людей. К своим сородичам она и ушла в конце концов, после гибели своего родного сына Фридмунда. А Стирбьерну оставила на прощание вот этот камешек, да сказала на прощание слова, которым он тогда не придал значения:
"Тебе ходить по дорогам, где не остается следов. Но однажды море может даже для тебя оказаться чрезмерно широким. Когда станет нужна приветливая земля, брось этот камень в море, и он приведет тебя к пристанищу".
Тогда Стирбьерн не придал значения ее совету. Как это для него море окажется слишком широким? Затем ли снаряжать "Молот Тора", чтобы скоро соскучиться по твердой земле? Камень он носил, не снимая, но о совете матушки Гро скоро забыл. А теперь ее слова всплыли в памяти так, словно были произнесены только что. Если не сейчас пришло время последовать им, то когда же?


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 28 августа 2017 года, 20:46:44
Облизнув пересохшие губы, Стирбьерн почувствовал вкус соли. Он знал, что пить хочется всем, и жажду еще усиливала тяжелая работу и морская вода, пропитавшая все вокруг. Без пресной воды они выдержат совсем недолго, даже если их не утопит шторм.
Вождь викингов никогда не медлил, принимая решение. Сделав рукой широкий полукруг, он метнул камешек прямо в пасть новой вздымающейся за бортом волны.
- Во имя Всеотца Одина, и Тора, Метателя Молота, и Ньерда,Владыки Кораблей - пошли нам спасение! - выкрикнул он, не слыша собственного голоса среди буйства стихий.
Но те, к кому он обращался, видимо, услышали. Ветер, только что давивший железной рукой, вдруг заколебался, так что "Молот Тора" закачало из стороны в сторону. Потом стал понемногу рассеиваться, и, наконец, отступил, точно нехотя позволяя кораблю двинуться дальше по расступившимся перед ним волнам. Позади море еще бушевало, но викинги не оглядывались туда.
Среди заполонивших небо туч появились просветы. Они становились все больше и светлее, и вот, наконец, ослепительно яркое солнце брызнуло в глаза отвыкшим людям. Те смеялись и плакали, щурясь от яркого света. Когда их глаза привыкли к нему снова, викинги увидели лежащий совсем рядом берег.
- Если это не волшебное видение, то я вижу впереди лес, а дальше - горы! - воскликнул Иринг.
- Видения не являются сразу многим. Я тоже вижу их, а кроме того, южный ветер доносит ароматы неведомой земли. Она, должно быть, подобна южным краям, где никогда не заканчивается лето, - проговорил, неотрывно глядя в даль, скальд Бьярни.
- Эх вы: о самом-то главном и забыли, - насмешливо проговорил Вестгар, указывая на широкую гладь реки, впадающей в довольно обширный залив. - Клянусь копьем Одина: боги и вправду послали нам спасение!
- Идем к берегу, - приказал Стирбьерн, сосредоточенно вглядываясь в воду: не таятся ли под ней мели и коварные подводные камни. Но нет - "Молот Тора" двигался ровно.
Берег земли, вызванной волшебным камнем, был рядом. Высокий и скалистый, но не настолько, как в Земле Фьордов, так что драккару было куда причалить. Лес поодаль от берега и впрямь был не похож на привычный им. Человек, знакомый с южной природой, легко узнал бы лавры, платаны, оливы, апельсиновые и лимонные рощи, темную зелень кипарисов. Знойный горячий воздух был напоен ароматами юга. В кустах непрерывно звенели цикады - это был первый звук, услышанный пришельцами.
Впрочем, чудом спасшимся викингам было не до окружающих красот. Вытянув первым делом корабль на берег и убедившись, что вокруг не видно людей, все первым делом бросились к реке. Какой вкусной и свежей казалась ее теплая вода после морских волн! Напившись вдоволь и набрав воды про запас, викинги долго плескались в реке, смывая морскую соль с себя и с одежды. Простая человеческая радость - пресная вода - сейчас была чудом уцелевшим людям дороже золота и серебра.
Все были настолько измучены, что никто не решился даже заговорить о разведке незнакомой местности. Про себя Стирбьерн уже решил, что по спасительной реке можно будет пройти вглубь незнакомой земли, узнать, чем она может им пригодиться. Но сейчас людям необходим был отдых. Многие из них так и уснули возле разведенного костра, даже не дождавшись, когда из остатков их провизии будет на скорую руку сварена похлебка.
Ночь настала по-южному быстро. Только что красное огненное солнце склонилось к морю и кануло в волны, как тут же полностью стемнело, без всяких сумерек и остатков света, как бывает на севере. Лежа на спине, закинув руки за голову, Стирбьерн долго прислушивался к звукам таинственной южной ночи, и думал о крае, куда их занесло волей богов.
А, когда на небо высыпали непривычно крупные яркие звезды, вождь викингов убедился, что среди них не найти ни одной, знакомой ему по былым путешествиям.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 29 августа 2017 года, 20:58:48
Ну вот, никто не читает... :'(

Уже двадцать лет царем в Риме был Тарквиний Гордый, правивший вместе со своей женой, властной и честолюбивой Туллией. Двадцать лет прошло, как эти люди захватили власть, убив старого царя Сервия, родного отца Туллии. Жители Рима, поначалу привлеченные обаянием сильного и красивого, энергичного заместителя царя, каким был тогда Тарквиний, а еще более - таинственными обещаниями жрецов, не успели опомниться, как на троне очутился узурпатор. Годы его правления стали тяжелым временем для Рима.
Прежде всего, Тарквиний, чувствуя непрочность своей власти, добытой преступным путем, позаботился устранить всех, кто был в чести у Сервия и мог теперь восстать против тирании. Никто из самых именитых вельмож Рима не мог отныне быть уверен в своем будущем. К числу самых страшных эпизодов принадлежала жестокая казнь Турна Гердония, потомка древних латинских царей. Тарквиний уничтожил его в самом начале своего правления, после чего погубил и почти всю семью своего врага, не оставляя возможных мстителей. Жена Турна вскоре умерла в изгнании, как и ее отец, полководец Эмилий Скавр; а незаконнорожденный сын Скавра, Арпин, пропал еще раньше, и тоже считался погибшим. Казнили и старших сыновей Турна. Уцелели лишь двое младших: девочка Ютурна, которой ко времени гибели семьи было всего шесть лет, и ее маленький брат Эмилий. Их взял на воспитание друг отца, Люций Юний Брут; но тот, прозванный тиранкой Туллией Говорящим Псом, сам был бесправен в сложившихся условиях. Собственная его жизнь в полной власти ужасной женщины была настолько беспросветной, что он не смел и украдкой выразить сочувствие к порученным его детям.
Таким образом Эмилий и Ютурна выросли при дворе, "из милости" у убийц их родных! Но общество знатной молодежи при дворе Тарквиния Гордого мало кому показалось бы желательным.
У царской четы было трое сыновей: Секст, Арунс и Тит, несмотря на молодость, уже развращенные, испорченные юноши, какими часто вырастают отпрыски выродившихся семейств, не привыкшие ограничивать себя в исполнении любых прихотей. С ними делили все увлечения и сыновья Брута. Кроме них, во дворце жила также Арета, дочь Тарквиния от первого брака; его племянник Коллатин и Лукреция, дочь полководца Спурия. Всех их царь и его супруга вырастили под своим покровительством; но немногим оно принесло счастье.
По-разному складывались отношения между повзрослевшими молодыми людьми. В детстве все принимали свою судьбу как должное, но с годами характер и склонности каждого стали определяться.
Последний уцелевший сын Турна, Эмилий Гердоний, вырос робким и замкнутым юношей, казалось, навсегда смирившимся с полурабским, зависимым положением. В глубине души он был очень привязан к царевне Арете, которая тоже выросла чужой в своей семье; однако, оба держались так скромно, что не не вызвали до сих пор подозрения ни в ком. Иначе бы, конечно, оба были наказаны даже за самые невинные проявления любви, выросшей из детской дружбы.
Но совсем иное дело - Ютурна, сестра Эмилия. Она с самого детства держалась сама по себе, нисколько не интересуясь, чем заняты другие. С возрастом лишь сильнее отдалялась от людей; окружающие сами сторонились ее, называя "дикаркой". Она любила лазать по деревьям, тайком училась стрелять из лука и метать дротик, точно юноша, а больше всего любила, забравшись вглубь роскошного сада при дворце, вообразить, что кругом расстилается сказочный лес. В такие минуты Ютурна воображала себя сивиллой, легендарной бессмертной волшебницей, и пела в одиночестве стихотворные импровизации, сочиняя их на ходу. У нее был хороший голос, но песен, сложенных другими, Ютурна не признавала. Ее никто не учил музыке, однако природный дар пробудился в ней сам, и ей не раз представлялось, как из ароматных рощ выходят нимфы, чтобы кружиться в танце, из источника выглядывает резвая наяда, а дальше, в совсем уж глубокой чаще, таится огромная медведеподобная фигура - сам хозяин лесов, могучий Сильван Инва. Все эти фантастические создания считались вполне реальными на взгляд римлян той эпохи, но только одна Ютурна не боялась их; природные духи и низшие божки были для нее друзьями. Недаром ведь из ее рода и раньше иногда происходили вдохновенные прорицательницы, и она носила имя в честь одной из них, нимфы вод, возлюбленной Юпитера-Зевса.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 29 августа 2017 года, 20:58:59
Когда-то ее отец, Турн Гердоний, перед гибелью предчувствуя несчастья своей семьи, больше всего боялся именно за свою любимицу Ютурну, ожидая, что, когда она вырастет, ее красота станет опасным даром судьбы. Если бы он видел ее теперь, меньше тревожился бы, потому что Ютурна унаследовала от него сильный и твердый характер, способный справиться с любыми испытаниями.
Сейчас, в свои двадцать шесть лет, она и вправду была красавицей: высокая и сильная, с роскошными черными кудрями, целым водопадом стекающими по плечам и спине, с блестящими черными глазами, способными отразить и ясный солнечный свет, и тьму подземных глубин. Но за прошедшие годы никакая грязь царского двора не посмела пристать к Ютурне; она была чиста душой и телом.
Она не знала любви; в ее кругу не было мужчины, которого она могла бы полюбить. Лишь такой же эксцентричный, своевольный человек, как она сама, мог бы завоевать сердце дочери Турна. Но, не встречая такого, она продолжала жить, не думая о будущем.
Однако настал день, пробудивший Ютурну от сна. Это произошло после пышной свадьбы Коллатина с Лукрецией, когда весь царский двор выехал на охоту в удаленную от города местность. Сильный дождь застал пирующих на открытом воздухе; уехать сразу было нельзя, и разбили лагерь, собираясь остаться в лесу до утра.
Выросшую в царском дворце, как затворница, Ютурну опьянил чистый лесной воздух, очаровала роскошь природы, с которой не сравниться было никаким людским ухищрениям. Величественные деревья казались девушке храмами богов, горные пещеры воплощали загадку,ручьи весело журчали, будто желая что-то рассказать. Как хорош мир, не стиснутый римскими стенами! А дальше, должно быть, лежат совсем другие края, и в них живут люди, у которых свой язык и обычаи. Что это за племена? Лучше римлян или хуже?
Ютурна осознала, что ей вовсе не хочется возвращаться в Рим. Ей ли, дочери благородного Турна, дальше жить в приживалках у злобной царицы, в последнее время все чаще страдающей припадками безумия? Даже это платье на ней и украшения, данные Туллией, не знак расположения: тщеславная царица всего лишь хотела покрасоваться ею, как живой игрушкой.
Свобода властно манила Ютурну, заставляя забыть девичью робость. Ей казалось, что, куда бы она не направилась, там в любом случае будет лучше, чем в опостылевшем Риме. Она чувствовала, что дух ее отца, несправедливо казненного где-то здесь, в этих местах, благословляет ее уйти прочь, куда глаза глядят.
Дочь Турна не медлила, принимая решение. Не сомневаясь, что боги и тень отца защитят ее, она окинула взглядом притихший после празднества ночной лагерь, и скрылась в зарослях, никем не замеченная.
Рассвет застал Ютурну, облаченную в праздничное одеяние, на берегу Тибра или одного из его притоков. Она не знала точно, куда попала, для всю ночь; для наивной девушки любой путь казался невероятно долгим, и ей показалось, что за такое время можно было дойти до Геркулесовых Столпов. Тем не менее, усталости Ютурна не испытывала, и уж конечно, ничуть не сожалела о своем бегстве, все еще в крайнем воодушевлении и веря, что ее поступок угоден богам. Каждый новый шаг наполнял ее удовлетворением, точно вырвавшуюся на свободу пленницу. Голода Ютурна тоже не испытывала - горсть лесных ягод и свежеснесенные яйца какой-то птички, обнаруженные на дереве, показались ей лучшим лакомством на свете.
Возле реки девушка нашла несколько лодок, видимо, оставленных рыбаками, чьи хижины виднелись неподалеку. Ей пришло в голову, что река поможет сбить со следа погоню, если таковая была послана за ней. В тот момент Ютурна просто не подумала, что лодки принадлежат не ей. Спустив на воду одну из них, она взмахнула веслами, выводя лодку на середину реки. Грести с непривычки было нелегко, но постепенно она приноровилась, с любопытством глядя, как волны с плеском разбегаются из-под носа движущейся лодки.
Второе в ее жизни свободное утро застало Ютурну на реке. Она направила лодку вниз по течению, и теперь находилась в совершенно незнакомой местности, должно быть, удаленной от Рима.
А когда яркое южное солнце озарило золотом речную гладь,  Ютурна увидела из-за поворота реки самый настоящий корабль. Больше тех, на которых поднимались по Тибру греческие и финикийские торговцы, и совсем другой формы: длинный и узкий, с высоким носом и кормой, с широким парусом, синим с белым. На носу корабля возвышалась огромная деревянная статуя воина с молотом в руках, а вокруг нее собрались воины-чужеземцы, светловолосые и бородатые. Они пристально глядели в сторону Ютурны.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Akjhtywbz22 на 30 августа 2017 года, 00:11:04
Красиво, завлекательно... Буду читать дальше :) Интересная и драматичная эпоха, даже с учётом фэнтэзийности сюжета.
Из многотомного цикла Шаховской о римской истории когда-то давненько купила первые пять томов. В них как раз были романы "Тарквиний гордый" и "Сивилла", потом докупила "Любимец Кесаря". Всё читалось взахлёб :), люблю я исторические романы :D.
Спасибо, эрэа Артанис, что напомнили о приятном времяпрепровождении с томиками Людмилы Шаховской.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 30 августа 2017 года, 20:26:11
Спасибо Вам, эрэа Akjhtywbz22! :-* :-* :-*
Кто бы мог подумать... Я впервые встречаю человека, который узнал о книгах Шаховской не от меня! :o
Только ее звали Людмила, а не Лидия. ::) Но я очень надеюсь, что в остальном Вы сможете мне подсказать во всем, кто касается сюжета ее книг. Теперь мне вдовойне важно знать Ваше мнение!

Глава 2. Неожиданные встречи
Чудом спасшиеся викинги, отдохнув и заготовив немало дичи на берегу великолепного залива, поднялись по реке вглубь Земли Спасения. Оправившись от потрясения, они уже готовы были оценить новый край глазами первооткрывателей. Раз уж судьба забросила их сюда, следовало найти здесь добычу, достойную победителей. Каждый из викингов на месте Стирбьерна поступил бы так же.
Однако же, до сих пор на пути "Молота Тора" встречались лишь бедно выглядевшие деревни, ради которых не стоило сходить на берег. Удившие с лодок рыбаки стремительно удирали прочь, точно при виде морского чудовища. До сих пор викингам не удавалось найти ни одного местного жителя, чтобы расспросить о земле, куда их занесло благодаря волшебному камешку. Конечно, северяне не надеялись, что местные жители поймут их речь, но хотя бы направление своих более богатых поселений, они могли бы указать рукой. Теперь же приходилось идти вслепую, не зная, что их ждет. Трудно было ожидать, чтобы такая богатая земля повсюду была так же мало заселена, как и побережье. Воины Стирбьерна знали, что на юге города часто строятся в глубине суши, где больше леса и пахотной земли, в противоположность их соплеменникам, сосредоточившим основную жизнь на морском берегу.
Потому-то появившаяся из-за поворота реки лодка, в которой сидела на веслах одинокая девушка, одинаково изумило всех. Викинги отложили весла и собрались на носу корабля, чтобы разглядеть ее поближе. Драккар остановился перед самой лодкой, так что незнакомка не успела свернуть в сторону. Впрочем, она, казалось, и не думала скрываться, в свою очередь с любопытством разглядывая чужеземный корабль. Сама поднялась на ноги, непринужденно балансируя в качающейся на волнах лодке. Викинги залюбовались ее высокой стройной фигурой. Хоть и черноволосая и смуглая, как истая южанка, она показалась путешественникам очень красивой. Более внимательные, кроме того, отметили богатое платье и драгоценности незнакомки, в которых она гордо стояла перед ними, без тени страха или смущения. Викинги начали уже переговариваться между собой.
- Клянусь копьем Одина: уж не местная королева ли вышла на лодке приветствовать нас? - первым воскликнул острый на язык Вестгар. - Одета богато, хоть и правит лодкой сама. Проверим, большой ли выкуп заплатит за свою госпожу ее народ?
- Королева она или нет, но, тысяча троллей, никакой выкуп не стоит такой красоты! - перебил Олаф, и сразу несколько человек вторили ему. - Будь моя воля, с радостью бы я привез ее в Сванехольм...
- Ты?! Как же, взглянет она на вислоухого щенка вроде тебя! - раздался громовой бас берсерка Хальфдана. - Стирбьерн, если мы возьмем ее на борт, надо позаботиться, чтобы кто попало не тянул к ней лапы. Она заслуживает настоящего мужчины...
Вождь викингов, не меньше других заинтересовавшийся девушкой в лодке, медленно обернулся к своим спутникам. Ему не хотелось отрывать взгляд от "королевы юга", явившейся внезапно, как волшебное видение, и он не сразу отреагировал на неожиданное оживление своих спутников. Но, когда Хальфдан обратился к нему, Стирбьерн окинул свою команду таким взглядом, что все разом смолкли.
- Тихо! - прорычал он вполголоса, но так, что услышали все. - Эта женщина - моя гостья, и никто не должен оскорблять ее.
С этими словами рыжеволосый викинг протянул руки незнакомке, помогая ей подняться на борт "Молота Тора". К его удивлению, девушка не попыталась сбежать, как на ее месте сделала бы почти любая, оказавшись одна в окружении целого отряда чужеземцев. Ступив на палубу драккара, она с любопытством огляделась, изучая незнакомых людей и обстановку, и даже загадочно улыбнулась.
Не ожидая, чтобы женщина с другого края земли могла понять северное наречие, Стирбьерн все же обратился к ней, надеясь успокоить мягкой интонацией, словно собаку или лошадь:
- Не бойся, прекрасная чужестранка. Здесь никто не причинит тебе зла.
Однако, к его удивлению, девушка ответила, прекрасно поняв его:
- Я не боюсь вас, люди неведомого племени. Раз боги велели мне покинуть Рим, значит, они и устроили нашу встречу. И вы, и я в их руках. Но откуда вы родом, и из какого края пришли? Ни в Риме, и нигде в Лациуме прежде не видели подобных вам.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 30 августа 2017 года, 20:26:25
Ютурна заговорила с чужеземцами, видя, что освободиться пока что не представляется возможным, а, если их не злить, они, может быть, не причинят ей зла. Безошибочно определив, кто является главным, девушка с интересом разглядывала могучего рыжеволосого и рыжебородого северянина. Заметив, как он что-то приказал своим, Ютурна поняла, что сейчас он - ее лучшая защита; иные из бородатых воинов и теперь поглядывали на нее с плохо скрываемой досадой. Впрочем, она не сомневалась, что боги и здесь не оставят ее своим покровительством.
Вождь викингов сразу оценил смелость незнакомки. И впрямь, даже королева Ингрид, супруга его дяди, не смогла бы держаться более гордо! Отметил и глубокое почтение, с каким она говорила о своих богах. В его родном краю никому не приходило в голову сомневаться в могуществе Асов и иных тайных сил.
- Садись сюда и отдохни, - он жестом предложил девушке присесть на перевернутый бочонок с водой. - Я - Стирбьерн, сын Арнульфа конунга, а это - мои воины и друзья. Мы родом с далекого севера, нас забросило сюда бурей... - при этих словах он замялся, не зная, как объяснить их переход сюда. К этому времени викинги, обсудив случившееся вдоль и поперек, решили, что вряд ли земля, куда забросила их волшебная бусина, похожа на те края, которых можно достичь простыми взмахами весел...
Ютурна кивнула, тоже удивляясь про себя, что понимает чужаков, как если бы они были ее соотечественниками. Но при этом не усомнилась, что они говорят правду, хотя бы потому что ложь была бы куда правдоподобнее. Их длинные светлые волосы и бороды, штаны и теплая одежда, оружие, корабль - все было слишком необычно и дико. Несомненно, эти люди прибыли издалека.
- А как зовут тебя, южанка? - обратился к ней Стирбьерн. - По твоему виду и драгоценностям, ты принадлежишь к знатному роду, но почему оказалась в лодке одна, без спутников?
Девушка тяжело вздохнула. Вопрос о роде, вполне естественный для любого народа в древности, напомнил ей, что она теперь одинока, "лишена огня и воды", как говорили римляне.
- Мой род был одним из самых древних в Лациуме. Задолго до возведения римских стен мои предки были царями, - гордо проговорила Ютурна, вспомнив семейные предания. - Увы, боги послали моей родне силу и доблесть, но не счастье. Сейчас в живых осталась только я и мой брат. Моего отца казнил Тарквиний Гордый, что теперь правит в Риме. Я убежала из-под его власти.
Стирбьерн смотрел на девушку со все возрастающим восхищением. Он видел, что ей довелось пережить немало, однако же она, видимо, ничуть не пала духом. Впрочем, он обратил внимание и на другие подробности ее рассказа.
- Так ты говоришь, Рим, где правит этот Тарквиний - богатый город? И народ вряд ли может любить такого предводителя... Если ты захочешь, Ютурна, у тебя будет возможность отомстить за своего отца. Нам, раз уж попали сюда, не хотелось бы уходить с пустыми руками, а свергнуть узурпатора, мерзавца - доброе дело в глазах всех богов.
И снова Ютурна не сомневалась долго. Избавить Рим от семьи Тарквиния, несомненно, было благом. И не только ради мести. Ей, выросшей при дворе, слишком хорошо памятны были и пьяный хохот веселящихся царевичей,  и тихие слезы совращенных девиц, вплоть до самых знатных; и ликование тирана по случаю гибели очередного из его врагов, и стоны заключенных в тюрьме. Кроме того, она была не воином, а девушкой, и не задумалась, хорошо ли, если Рим захватят чужеземцы.
- Я хочу отомстить! - горячо воскликнула она, так что эхо повторило ее голос дальше по реке. - Не я одна - все честные люди в Риме говорят, что семейство Тарквиния погубит царство. Жаль, что мало таких людей осталось в Риме... В их дворце вы найдете много сокровищ, награбленных за эти годы. Я вижу теперь, что нас и вправду послали навстречу друг другу боги, иначе пусть меня сожрет Инва...
Казалось, что эти слова Ютурны в самом деле вызвали хозяина лесных чащоб из его владений. Раздвинулись береговые заросли возле того места, где остановился "Молот Тора", и среди камышей выросла огромная фигура - не то вставший на дыбы медведь, не то огромный человек, весь, с ног до головы, заросший густым серым мехом. Он смотрел прямо на викингов и Ютурну, опираясь на огромную дубину.
Увидев чудовище, викинги сразу схватили копья и луки, готовясь стрелять все вместе.
- Тролль! Это тролль! - по-своему определили они существо, водившееся на их родине.
- Инва! Сильван Инва! - ахнула изумленная Ютурна.
Косматое чудовище, бросив дубину, издало ликующий вопль, больше похожий на рев из-за его медвежьей головы. Затем сделало лапами какой-то жест, словно хотело показать нечто, скрытое в его шерсти.
Но в это самое мгновение Стирбьерн уже метнул копье.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 30 августа 2017 года, 21:34:47
Ох, на самом интересном месте закончилось!
Неожиданная история! Встреча героев стол разных культур, но  таких гордых и сильных, явно таит много увлекательного и непредсказуемого.  Встречу видно сами  боги послали, раз они сумели  понять язык друг дргуа, но  сохранится ли это понимание  после броска копья в Ингву, в котором викинги увидели тролля?
Спасибо за  историю, эреа Артанис!  :) Жду продолжения!


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Akjhtywbz22 на 30 августа 2017 года, 21:49:19
Увлекает, затягивает :). Жду, что же будет :)
Спасибо, эрэа Артанис!


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 31 августа 2017 года, 21:10:23
Эрэа Эйлин, эрэа Akjhtywbz22, благодарю, что начали читать и это произведение! Все-таки, два человека - больше, чем никого.
цитата из: Эйлин на 30 августа 2017 года, 21:34:47
Ох, на самом интересном месте закончилось!
Неожиданная история! Встреча героев стол разных культур, но  таких гордых и сильных, явно таит много увлекательного и непредсказуемого.  Встречу видно сами  боги послали, раз они сумели  понять язык друг дргуа, но  сохранится ли это понимание  после броска копья в Ингву, в котором викинги увидели тролля?

Соединить исторический роман и фэнтези - непростая задача, но я стараюсь пока что. Это, в частности, касается их моментального взаимопонимания - иначе бы ничего не получилось. А вот герои этих книг, мне думается, друг друга понять в состоянии.
Насчет Инвы дальше написано.
цитата из: Akjhtywbz22 на 30 августа 2017 года, 21:49:19
Увлекает, затягивает :). Жду, что же будет :)

Ну, Вы-то можете строить предположения. ;)

Никто не смог бы уклониться от тяжелого копья, пущенного с близкого расстояния могучей рукой викинга.
Однако мохнатое чудовище в последний момент успело перехватить копье на расстоянии ладони от своей груди, после чего легко переломило прочное сосновое древко, как тростинку. Ошеломленные викинги опустили оружие, уже направленное в цель. Многие воины учились в свое время перехватывать копья, но не брошенные с такой силой и на таком расстоянии.
Изумленная не меньше других Ютурна тоже не успела сказать ни слова. Потому что мохнатое чудовище выпрямилось совершенно по-человечески и отбросило назад уродливую морду, скрывавшую его лицо. Под ней оказалась голова мужчины средних лет, в обрамлении густых кудрей с проседью, с грубыми и резкими чертами, но ладно сидевшая на меховом медвежьем туловище. При виде него Ютурна радостно всплеснула руками и рванулась к борту, готовая прыгнуть в реку, если бы ее не удержал Стирбьерн.
- Арпин! Это же ты, Арпин! Я не ошиблась: ты жив, ты здесь! - ее голос зазвенел от радости,  протягивая руки к своему давно пропавшему родственнику, которого когда-то ее семья горько оплакивала, считая погибшим.
На смуглом лице "Сильвана Инвы" тоже появилась широкая улыбка, и он сделал несколько шагов ей навстречу, пока не оказался по колено в воде.
- Приветствую тебя, дочь Турна! Мы с друзьями давно следили за тобой. Видели тебя в лесу, среди свиты нечестивого царя. Незримо сопровождали тебя и после. Только на реке потеряли тебя из виду, и вот... Вижу, что другие опередили нас.
При этих словах Ютурна, уже готовая было броситься навстречу Арпину, вдруг замешкалась и оглянулась на викингов. Встретив острый взгляд Стирбьерна, она поспешила сообщить внезапно найденному родственнику:
- Эти чужеземные воины - мои друзья, они обещали мне помощь. Нам следует выслушать друг друга. Боги в добрый час послали нам встречу!
Немного подумав и внимательно оглядев "Молот Тора", Арпин кивнул головой.
- Если так, то нам надо поговорить. Следуйте за мной; дальше в лесу есть место, где нас никто не найдет.
Спустя некоторое время "Молот Тора" был укрыт в прибрежных зарослях, весь увитый ползучими растениями и плетями хмеля, тростником и ивовыми ветками. А викинги, оставив на страже лишь Мара с Моди, вместе с Арпином и Ютурной скрылись в лесу.
"Сильван" привел их к обширному подземному гроту, вернее - целой системе подземелий, где, как показалось викингам, могла бы разместиться самая большая усадьба Сванехольма. Им невольно вспомнился подземный лабиринт цвергов, где довелось побывать в свое время.
И здешние пещеры тоже, как оказалось, были населены, причем их обитателей Ютурна узнавала одного за другим с новой радостью и изумлением. Вот Амальтея, бывшая любимая рабыня ее матери, а двое мужчин в греческом платье могли быть лишь ее братьями, Примом и Ультимом. Хоть она и знала их еще ребенком, узнала теперь, будто они и не изменились за эти годы. А вот гадалка Диркея, прорицания которой любила слушать Ютурна, с детства тяготевшая ко всему загадочному. А стройный мужчина, приветствовавший Арпина у входа в пещеру - конечно, Виргиний Руф, якобы давным-давно сожранный Инвой... Да,  сегодня воистину был день чудес!
Видя замешательство своей родственницы, Арпин рассказал ей свою историю: как он, вынужденный бежать из Рима за нечаянное убийство, превратился в Сильвана Инву, как со временем вместе с ним поселились и другие проскрипты тирании. Здесь они могли жить спокойно, никому не попадаясь на глаза; те, кто встречал их случайно, принимали за духов умерших или за настоящих мифологических существ, костюмы которых они временами надевали.
- Нам не хватало лишь тебя, дочь Турна, - закончил Арпин свой рассказ. - Ты не могла стать своей в городе, где царит беззаконие; и вовсе не случайно именно теперь обрела свободу. Оставайся с нами. Мы все уже много лет мечтаем об одном - отомстить злодеям, как бы высоко те ни стояли.
Как ни велика была радость Ютурны, встретившейся с давними знакомыми, она не могла забыть и о викингах, с которыми пришла сюда.
- Боги вправду благоволят нам, и вот доказательство: они послали нам могучих союзников, готовых сражаться вместе с нами, - с этими словами она обернулась к Стирбьерну. - Расскажи нам о себе и своих доблестных спутниках, вождь северян, чтобы все знали, что вам можно доверять.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 31 августа 2017 года, 21:10:33
Просьба была обоснованной, и никому не ведомым пришельцам не следовало отказываться, если они хотели заслужить доверие. И все же Стирбьерн охотно уступил бы право рассказать об их приключениях Бьярни или кому-нибудь еще, кто лучше владел словом. Сам он никогда не считал себя красноречивым, и не видел смысла в долгих речах. Однако, остановив взгляд на Ютурне, он понял, что не следует уступать этой чести никому другому. Вождь викингов заметил радость, с какой "королева юга" встретила человека, рядившегося в шкуру чудовища. Видно было, что этот человек для нее много значит. Однако в своей мести Ютурне не обойтись без него, Стирбьерна, а там уж будет видно. Как бы там ни было, вождь викингов не захотел упускать случай произвести на нее впечатление, и заговорил лучше, чем когда бы то ни было:
- Моя страна лежит в далеком северном краю, на берегу вечношумящего моря. Она холодна зимой и сурова, но прекрасна. Северные горы и леса поднимались к облакам еще до того, как боги создали людей. В наших озерах вода прозрачна до самого дна, а реки падают с гор гремящими бешеными потоками. Люди нашего края кормятся больше от моря, чем от земли, потому-то мы, викинги - лучшие воины и мореплаватели под солнцем. У себя дома я, Стирбьерн, сын Арнульфа конунга, считаюсь не последним из них, хоть власть над Землей Фьордов и принадлежит моему дяде.
Рыжеволосый викинг хотел рассказать о своем путешествии кратко, но приходилось слишком много объяснять собеседникам, не знавшим ничего о жизни на севере. И постепенно Стирбьерну пришлось повествовать о богах севера и их противниках - йотунах, о троллях и цвергах, с которыми он со своим отрядом сражался в свое время, и о своей главной цели - Золотой Змее. Несколько раз за время своего рассказа он замечал, как блестят глаза внимательно слушавшей Ютурны, и чувствовал при этом воодушевление.
А дочери Турна казалось, что она слушает древнюю песнь тех сказочных времен, когда могучие герои сражались с чудовищами, чтобы сделать землю пригодной к жизни. Подобные истории уже проникали в Рим вместе с греческими торговцами и жрецами, но ведь то было давно! А на первобытном севере, откуда прибыли ее новые знакомые, похоже, время героев не заканчивалось никогда. В полумраке пещеры, рассеиваемом дымным светом факелов, она по-новому разглядывала Стирбьерна и его спутников, мысленно дорисовывала детали коротко изложенных ими событий. Перед ее глазами проходили битвы воинов в железных доспехах; мчались по морю корабли, похожие на "Молот Тора"; сквозь облака летели на белоснежных конях девы с лебедиными крыльями; стучали молотами бородатые карлики-цверги; варила зелье в кипящем котле старая ведьма; и, наконец, свивала чешуйчатые кольца ужасная и великолепная Золотая Змея. Для девушки, обладающей мифологическим и поэтическим воображением, все это представлялось наяву. И Стирбьерн, рассказывающий обо всем этом коротко и просто, без страха и без хвастовства, все более представлялся в ее глазах подлинно героической личностью. Он и его спутники пережили такое, что по плечу было разве что древним героям, Геркулесу или Тезею. Кроме того, девушка отметила, что его происхождение по-своему благородно в родном северном краю. Родом он даже выше ее: ведь ее отец не был царем, а только потомком царей, утративших власть много поколений назад. Все это навевало девушке смутные грезы, в которых она еще не успела разобраться сама. Лишь слушала, как завороженная, все больше увлекаясь открывавшейся перед ней северной "Илиадой" и "Одиссеей".
Арпин также заметил, какой интерес произвела на девушку история рыжеволосого пришельца, и тихо склонил голову. Он было успел обрадоваться, увидев, какой красавицей выросла дочь его сестры. Пещерный изгнанник уже осмелился надеяться в глубине души, что именно она, вспомнив былую детскую привязанность к нему, пожелает разделить с ним жизнь в потаенной пещере, как Амальтея, счастливая в изгнании с его другом Виргинием. Но, похоже, что пришелец с далекого севера успел его опередить. А ему, раз он опоздал, нечего и пытаться вмешиваться теперь...
Погруженный в свои мысли, он долго сидел молча, ни во что не вмешиваясь. Лишь когда Стирбьерн завершил свое повествование обещанием помочь в свержении Тарквиния, житель пещеры решился заметить:
- Я не сомневаюсь в вашем мужестве, но не думай, что в Риме живут трусливые суслики. Тарквиния всегда окружает этрусская стража, да и горожане станут защищаться, не ради него - ради Рима. А у нас не так уж много людей. Вот если бы у нас нашлись союзники в Риме...
Вождь викингов и мнимый леший обменялись пристальными взглядами. И тот, и другой сразу угадали возможного соперника, но столь же быстро и безмолвно оценили силу, мужество и опыт друг друга. Оба огромные и могучие, далеко превосходящие всех окружающих. Только в Стирбьерне - сыне и потомке конунгов - чувствовалась непреклонная решимость; видно было, что этот человек ни перед кем не сворачивает с дороги, и скорее сломается, чем согнется. Арпин же давно научился смиряться перед жизненными обстоятельствами, не пытаться "перешибить плетью обух", согласно пословице.
Ютурне не понравилась излишняя осторожность родственника.
- Но мы не можем ждать, когда появятся союзники. Пока мы выжидаем, Тарквиний продолжает творить зло. В его руках остался мой брат; увы, почему я сбежала, не вспомнив о нем? - девушка испуганно содрогнулась. - Как бы они не отомстили ему за мой побег! Тарквиний не пощадит последнего уцелевшего сына Турна.
- Успокойся, Ютурна. Мы спасем твоего брата, - пообещал ей Арпин, пожимая девушке руку успокаивающим жестом, одновременно означающим обещание отныне действовать заодно ради общей цели.
Стирбьерн тоже протянул им руку, подтверждая свое участие в договоре. И три руки на мгновение соединились: две огромных мужских ладони, широких и сильных, как медвежьи лапы, и утонувшая между ними ладонь девушки с длинными смуглыми пальцами.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 01 сентября 2017 года, 20:29:58
Глава 3. Римляне и северяне
Возможно, что новые союзники, увлекшиеся своими дерзкими замыслами, говорили громче, чем следовало бы. Потому что издалека послышался  неясный шорох, как будто кто-то искал дорогу в темноте, двигаясь на ощупь. Затем в наступившей тишине раздался слабый, сдавленный смешок, как если бы неизвестного чрезвычайно развеселило то, что он успел подслушать раньше.
Викинги стремительно схватились за оружие. Арпин надвинул на лицо маску Инвы и, приложив руки ко рту, угрожающе заревел:
- Кто посмел беспокоить Сильвана Инву в его подземном жилище?!
Голос чудовища угрожающе прокатился под сводами пещеры, причудливо отражаясь и искажаясь ее стенами, так что от этого вопля волосы готовы были стать дыбом. Но человек, спускавшийся вниз, ничем не выдал страха. В проеме грота Инвы появилась фигура старика, опиравшегося на палку, согнутого, быть может, не столько годами, сколько тяжелыми потрясениями на протяжении многих лет.
Ютурна узнала вошедшего первой, и вскрикнула испуганно и гневно:
- Брут! Говорящий Пес Туллии! Ты выследил нас!
Старик огляделся по сторонам, увидев себя в окружении воинственно настроенных чужаков. Протянул к ним руки жестом просителя.
- Можете сделать что угодно, но сперва выслушайте! Никто, кроме меня, не знает, где вы прячетесь.
Губы Ютурны насмешливо скривились. Как и все, живущие при дворе, она не доверяла Бруту, считая его верным псом Туллии, которая сделала из него, царского родственника, своего шута, но вместе с тем - и поверенного своих зловещих тайн.
- Как, неужели ты еще не поспешил донести своей госпоже? Упустил такую возможность выслужиться? Ну а теперь получишь иную награду от нас, - указала она на своих спутников, уже готовых схватить незваного гостя.
Презрительный тон девушки больно уколол Брута. Он весь передернулся и согнулся еще больше. Проговорил тихо, без привычных шутовских ужимок, к каким привыкли все при дворе Тарквиния:
- Никто не знает вашего убежища, и не узнает от меня, клянусь Юпитером - Хранителем Клятв. Туллия действительно послала меня вместе со своими слугами, чтобы вернуть тебя живой или мертвой. Лучше живой - она мечтает покарать тебя за твой побег и за пропавшие драгоценности. Когда я уходил, она все еще не выбрала для тебя казни, которая ее удовлетворит. Но Люций Юний не предаст дочь Турна Гердония.
В голосе старика прозвучала такая печаль, что Ютурна ощутила сочувствие к нему. Из присутствующих она знала Брута лучше других - или до этого дня думала, что знает. Она всегда стремилась его избегать, считая верным пособником царской семьи. Но так притворяться никто не смог бы, кроме того, он ведь дал самую сильную клятву. Сейчас перед ней стоял другой Брут, как будто выглянувший из-под приросшей к лицу маски.
Когда посланные Стирбьерном викинги подтвердили, что за незваным гостем никто не следует, обитатели пещеры сделались готовы поверить Бруту. Ютурна, смягчившись, спросила о том, что беспокоило ее больше всего:
- Где мой брат, Эмилий? Что стало с ним? Если ты вправду наш друг, не скрывай ничего!
- Эмилий Гердоний взят под стражу, но пока жив. Я убедил Туллию пощадить его, пока не удастся найти тебя. Таким образом удастся выиграть немного времени.
Успокоившись, Ютурна протянула старику руку, уже не сомневаясь более.
- Прости меня! Я не верила тебе, а ты спасаешь нас с братом, ты храбрее и благороднее всех в Риме. Но каким образом тебе удалось найти эту скрытую от всех пещеру?
Вместо ответа Брут достал из-под полы плаща погнутое, изломанное украшение, слабый блеск которого там, где не было налипшей грязи, напоминал, что оно было сделано из драгоценных материалов. Затем показал мокрую оторвавшуюся ленту и кусок ткани, вышитой золотом и точно подходившей к праздничному, хоть и потрепанному теперь, наряду Ютурны.
- Мой раб Виндиций нашел эти вещи в лесу и возле реки, так что я сумел проследить твой путь до самой встречи с Арпином, как ни удивительно было встретить его живым, и с этими чужеземными воинами - хоть уж их-то, клянусь жизнью, не мог и вообразить до этого дня! Ну а дальше оставалось только проследовать за вами. Вы, доблестные союзники, и даже ты, сын Скавра, не так уж преуспели в шпионской науке, чтобы обмануть хитрого Пса.
На эти слова Арпин отозвался невнятным ворчанием, а Стирбьерн фыркнул и проговорил вполголоса:
- "За подобной славой я никогда не гнался", как сказал могучий Тор, Гроза Йотунов, когда ему пришлось нарядиться невестой, чтобы вернуть Мьолльнир.
Впрочем, смысл его слов по-настоящему поняли лишь свои.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 01 сентября 2017 года, 20:30:10
Когда исчезли последние сомнения в том, что Брут явился как союзник, а не враг, он решился посоветовать им:
- Я не знаю, как вы собираетесь действовать, но прошу подождать несколько дней. В Риме есть люди, с которыми я уже не раз говорил откровенно, как с вами сейчас. Им приходится работать медленно, потому что у нас пока еще не столько сил, сколько хотелось бы, чтобы лишить Тарквиния власти. Дайте мне время предупредить их. Восстание должно быть подготовлено. Иначе граждане Рима увидят в вас, доблестные чужеземцы, своих врагов, а не союзников, а Тарквиний станет для них героем, спасающим город от вражеского нашествия.
Возражать никто не стал. Ни Арпин, ни Виргиний, давно ловившие лишь смутные слухи, доходившие из Рима, не могли равняться с Брутом в осведомленности. Да и Ютурна могла лишь удивляться, что под носом у царя и царицы, таких подозрительных к любой возможной измене, оказывается, уже много лет зреет заговор, в который вовлечены самые влиятельные люди в Риме!
- А Тарквиний ничего не подозревал, хоть и казнил столько людей за мнимые преступления! - воскликнула она. - Если бы он разоблачил вас, не нашлось бы такой казни, что не обрушилась бы на вас...
- Потому-то мы и не кричим о своих замыслах на каждом шагу, особенно внутри городских стен, - усмехнулся Брут. - Иное дело - эта пещера, где живут изгнанники. В наше время жить здесь, пожалуй, спокойнее, да и счастливее, чем во дворце... - его взгляд остановился на Виргинии и Амальтее, окруженных своими детьми.
Он еще раз попросил новых союзников подождать, когда подготовятся к восстанию заговорщики в Риме. Тогда на защиту царской семьи поднимутся лишь наемники-аблекты, преимущественно этруски, а горожане не захотят сражаться против своих сограждан.
- Да, в Риме и впрямь не найти человека умнее и хитрее тебя, Люций Юний, - произнес Арпин, узнав подробнее о полной риска многолетней двойной игре этого человека, стократ более опасной, чем его собственное переодевание в Инву. - Не удивлюсь, если после победы люди, рассудив по справедливости, предложат царскую повязку тебе.
Однако Брут покачал головой в ответ.
- Если сенаторы и народ Рима сочтут меня достойным, я соглашусь с их решением, но царем называться не хочу. Я не считаю себя достойным быть наследником Сервия и предшествующих мудрых и добродетельных царей, а наследовать Тарквинию не желаю.
- Кто же у вас намечен в цари? - полюбопытствовал Виргиний.
- Не знаю. Быть может, Рим и вовсе не нуждается в царе. Я думаю, что наиболее справедливой будет народная власть, чтобы все свободные граждане могли выбирать себе начальников на определенный срок. Как в демократических полисах Греции, как в племенам вольсков и самнитов. Лишь таким образом можно избежать появления тиранов, подобных Тарквинию... Впрочем, это будет решено после победы, - спохватился старик, прервав свои давние мечты, высказанные вслух, и собираясь уйти. - Я должен вернуться в Рим, там ждут моих донесений... Будьте осторожны, друзья, пока ведутся поиски. Я направлю ищеек на ложный след, пусть поищут беглянку в горах. А вы ждите, друзья! С вашей помощью скоро обновится весь Рим.
С этими словами Брут исчез, оставив обнадеженных обитателей пещеры. Оказывается, не они одни готовили свержение Тарквиния! Таким образом, у них становилось больше шансов победить.
Повеселели и викинги. Им не было прямого дела до Рима, но и не хотелось напрасно сложить головы в чужой земле, куда их занесло непонятным колдовским способом. Они надеялись вернуться домой с богатой добычей, и даже все возрастающий интерес Стирбьерна к Ютурне этого не менял. Ей придется принять решение, как только они возьмут Рим.
"Если мы справимся, значит, удастся и все остальное", - мысленно загадал вождь викингов, имея в виду возможность обратного пути.
Между тем Ютурна, лукаво поглядывая то в сторону викингов, то на облаченного в медвежью шкуру Арпина, что-то придумала. Она собрала вместе развешанные повсюду в пещере причудливые маски, гирлянды из цветов, обрывки меха, рога и другие принадлежности нимф, фавнов, сатиров и прочих мифических существ. Затем вдруг дико рассмеялась, растрепала свои черные кудри до сходства с Медузой Горгоной, вплела в них серые космы мха, так что стала казаться седой. Зачерпнув золы из погасшего кострища, втерла ее в свое лицо и руки, так что чистая и свежая кожа молодой девушки сделалась серой и увядшей. Превращение девушки довершил грубый балахон из некрашеной шерсти и венок из дубовых листьев, который она возложила себе на голову. В результате ее лицо и фигура сделались совершенно неузнаваемы.
Ютурна взмахнула палочкой, якобы произведя некие магические пассы, а потом воскликнула сильным и звучным голосом, скрывая озорство:
- Я - Сивилла Кумская, бессмертная прорицательница, возлюбленная Аполлона! Я целую тысячу лет живу уединенно в своей пещере, питаясь подношениями духов земли, и я же прихожу беспрепятственно в любое из царств Италийских, чтобы пророчествовать тем, кто способен меня понять. Я послана богами, чтобы сообщать их волю смертным. Мне верят и цари, и нищие. Даже верховные жрецы не смеют оспаривать моей воли. И, если я своим словом поддержу восстание против Тарквиния, многие в Риме поверят мне. Даже если Сивилла приведет в Рим войско чужеземцев, народ и тогда поверит ей, вестнице всемогущих богов!
Никто из ее спутников не решился противиться замыслу Ютурны.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Akjhtywbz22 на 01 сентября 2017 года, 21:23:28
Спасибо за продолжение, эрэр Артанис! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 01 сентября 2017 года, 22:26:01
Союзники и единомышленники собираются вместе.  :) Пока все складывается  удачно, но пока лишь наметки, обсуждения, а впереди трудное и опасное дело. Спасибо за продолжение, эреа Артанис! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 02 сентября 2017 года, 20:17:02
Эрэа Akjhtywbz22, эрэа Эйлин, большое спасибо Вам! :-* :-* :-*
цитата из: Akjhtywbz22 на 01 сентября 2017 года, 21:23:28
Спасибо за продолжение, эрэр Артанис! :)

Спасибо-то спасибо, а за что? Хоть бы приблизительно сказали, похожи ли персонажи Шаховской на себя в каноне. Одна Вы имеете такую уникальную возможность!
цитата из: Эйлин на 01 сентября 2017 года, 22:26:01
Союзники и единомышленники собираются вместе.  :) Пока все складывается  удачно, но пока лишь наметки, обсуждения, а впереди трудное и опасное дело. Спасибо за продолжение, эреа Артанис! :)

Ну, эти люди и не с такими делами справляться умеют, кажется, это уже доказано не раз. 8) Стирбьерну с его командой противостояла Золотая Змея, а здесь всего лишь пара "тиранозавров".

Бегство Ютурны всколыхнуло весь царский двор. Царица Туллия, все чаще обуреваемая приступами безумной ярости, теперь превратилась в настоящую фурию. Она осыпала проклятьями не только беглянку, но и всех, кто, по ее мнению, способствовал ее исчезновению, хлестала по щекам слуг, прежде чем отправить их на поиски. Никто не мог ее успокоить, потому что рядом не было Брута, которого она также отправила искать девушку, о чем уже успела пожалеть.
- У-у, проклятая, неблагодарная мерзавка! - стенала Туллия, метаясь по роскошно обставленному шатру, как зверь в клетке. - Вот чем отплатила за то, что мы позволили ей вырасти, не прикончили вместе со всем ее родом! Вот как воспользовалась драгоценностями, которые я позволила ей надеть. Но, пусть только ее доставят живой, а уж я сумею рассчитаться с ней за все! И она, и ее брат не раз запросят о смерти, раз не ценили царской милости...
К ней немедленно привели арестованного брата Ютурны, и царица выместила злобу на нем. Осыпаемый градом брани и пощечин, с разодранными в кровь щеками, Эмилий держался как подобает сыну Турна. Он не больше других знал о бегстве сестры, но понимал, что его жизнь зависит от каприза тиранов, не знающих справедливости.
- Благодарю богов, что хотя бы сестре моей удалось вырваться из ваших рук, - произнес юноша с незнакомой ему прежде гордостью.
- Удалось ли? Это мы еще посмотрим! - прошипела Туллия, делая знак воинам утащить пленника. - Я послала своих слуг за ней, и они скоро вернут ее во что бы то ни стало! Не радуйся, вам не избежать моей мести.
Увидев, какой опасности подвергается Эмилий, царевна Арета осмелилась просить за него, упав на колени перед мачехой:
- Молю тебя, матушка: сжалься над ним! Эмилий ничего не знал, он не был заодно с сестрой, не сам бежал бы с ней. Его не за что наказывать... Я никогда не просила тебя ни о чем, первый и последний раз в жизни прошу: пощади Эмилия...
Хлесткая пощечина, отвешенная Туллией ее племяннице, дочери ее родной сестры, опрокинула девушку на подушки. Царица взглянула на нее с жуткой усмешкой, исполненной злобного торжества:
- Я вижу, для чего  тебе понадобилось молить за Эмилия, этого твоего друга детства! Ты влюбилась в него, я давно это подозревала, ну а теперь я в этом уверена. Не надейся меня разжалобить! Эмилий будет казнен вместе со своей мерзавкой-сестрицей, а ты в тот же день выйдешь замуж за этрусского лукомона Октавия Мамилия. И думаю, что ему не понравятся слухи, сплетающие твое имя с именем сына Турна...
Помертвевшая Арета, слишком хорошо знавшая характер своей мачехи, упала без чувств, словно услышала свой приговор.
Тем временем царь и владыка Рима, Люций Тарквиний, прозванный Гордым, сидел в своем шатре, терзаясь мрачными мыслями и похмельем после бурного пиршества. Он не вникал в то, что творит его жена, не хотел, да и не мог вмешаться, даже не интересовался тем, какое именно событие привело ее в бешенство.
Прошло двадцать лет с тех пор, как Тарквиний Гордый захватил власть в Риме, свергнув царя Сервия Туллия, своего тестя и названого отца. Много крови пролил узурпатор, чтобы получить, а затем - удержать власть. Однако, как и происходит обыкновенно, злодеяния не принесли им пользы, подобно заостренному с обеих сторон копью ударили и по самому тирану с его чудовищной супругой.
Всего каких-то двадцать лет назад Люций Тарквиний восхищал римлян своим благородным обликом, царственной осанкой, горделивым блеском глаз, своими пламенными речами, склонившими Рим на его сторону. Легко увлекающиеся горожане приветствовали его как полубога, и он в самом деле чувствовал себя таковым. Куда же все это делось?! Теперь в кресле сидел, сжимая трясущимися руками винный кубок, дряхлый седой старик, разбитый подагрой и едва владеющий членораздельной речью. Пристрастие к разгульным пиршествам, которыми он когда-то любил отмечать свои победы, сказалось самым пагубным образом, истощив его до срока. А Туллия, гордая красавица Туллия, некогда умевшая покорить до полного рабства даже добродетельных людей, вроде Брута, - что сделалось с ней! Некогда роскошные черные волосы поседели, частью выпали, кожа одрябла, и никакие наряды и украшения, накладные букли и косметические средства, что в огромном количестве применяла молодящаяся царица, не могли скрыть очевидного. И от нее, как от мужа, осталась лишь руина былого величия.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 02 сентября 2017 года, 20:17:12
Сознание надвигающейся старости, за которой неизбежно последует смерть, пугало обоих и побуждало залить новыми бокалами вина терзающий страх. А многолетнее пьянство, в свою очередь, расстраивало здоровье, но не приносило желаемого облегчения. Узурпатор и его жена попали в порочный круг, из которого не было выхода.
Помимо старости, которую, не желая, они приближали сами, обоих терзали угрызения совести за былые преступления. Поступки, что кажутся правильными и даже неизбежными в молодости, превращаются в тяжелые гири, когда у совершившего нет больше сил выдерживать их.
Вокруг четы тиранов реяли тени их жертв, не оставляя ни днем, ни ночью. Арунс, брат Люция Тарквиния, отравленный Туллией, бывшей его женой. Первая жена царя, задушенная им, чтобы жениться на ее сестре. Царь Сервий, отец и господин им обоим, погибший страшной смертью на улице Злодейства - Туллия, его родная дочь, раздавила отца колесницей, промчалась по его телу, сама нахлестывая лошадей. Турн, осужденный Тарквинием на небывалую на свете казнь. И еще многие другие жертвы произвола. Но вряд ли кто-то из них согласился бы поменяться судьбой с Тарквинием Гордым и его супругой, видя, во что те превратили свою собственную жизнь!
Да, когда-то Люций Тарквиний был очарован Туллией так сильно, что под ее влиянием творил преступления, каких сам по себе, может быть, и не совершил бы. Прошло двадцать лет - и что осталось от этой любви? Трое буйных сыновей, едва ли не с малолетства перенявших образ жизни родителей. Их Тарквиний уже начинал бояться, допуская, что они могут решиться отобрать у него власть, как он сам поступил с Сервием. Боялся он и жену, думая, что она может отравить его, чтобы сделать царем своего любимого сына Секста.
Ужасна та семья, где нет согласия, где родители и дети таят друг против друга взаимную ненависть и страх!
Растерявшему былую энергию римскому царю не было дела до Ютурны и ее брата, и он не вмешивался, отдав их в распоряжение своей жене. Та же продолжала неистовствовать, пока в лагерь не вернулся Брут с другими слугами, посланными на поиски. Разумеется, они никого не привели. Лишь в одном из горных ущелий нашли обрывок платья и сломанную драгоценную заколку-стрелу. Никто, разумеется, не догадался, что эти вещи подброшены Брутом. Сам он с самым веселым видом поспешил заверить свою повелительницу, что Ютурна непременно будет схвачена очень скоро.
- А до того времени лучше подождать спокойно в Риме; там, в холе и неге, будто легче отвлечься от постигших тебя несчастий, - успокаивал он царицу, совершенно разбитую после недавнего приступа бешенства. - А для ее брата неизвестность будет мучительнее, чем если бы его прямо сейчас сбросили с Тарпеи. Пусть подождет в Туллиануме решения своей судьбы, пусть по сто раз в день переходит от надежды к отчаянию, и наоборот. Там он будет в полной безопасности и всегда под рукой, а здесь - только и следи, как бы не сбежал.
Постепенно Туллия, покорившись его увещеваниям, согласилась вернуться в Рим. Начались сборы; всем хотелось как можно скорее покинуть несчастливое место.
Никто в суматохе не обратил внимания на взгляды, какими обменялся Брут с главнокомандующим Спурием Лукрецием, с молодым патрицием Валерием, и даже с родственником царя Тарквинием Коллатином, с чьей свадьбы и начались все описываемые здесь события. Эти люди давно уже готовились действовать, став ради спасения Рима как раз теми, кого боялись Тарквиний с Туллией - заговорщиками, твердо намеренными ниспровергнуть их власть. Теперь им оказалась очень кстати весть, принесенная Брутом - о союзниках-чужеземцах, с которыми договорилась сбежавшая Ютурна.
- Быть может, несправедливо прибегать к помощи иноземцев, но не мы показали тому пример. Это Тарквиний охотно пользуется поддержкой своей этрусской родни, которую и натравит на нас, если противостояние затянется. По сравнению с ними, наемники-чужеземцы - меньшее зло: их народ ведь не претендует на власть в Риме, - так, в конце концов, признал во время тайного совещания Спурий Лукреций, честный патриций и опытный полководец, которого поневоле ценила даже семья тирана.
Другие и не пытались возражать. Без помощи извне им нечего было и думать поднимать восстание теперь, слишком мало было сил и людей. Отряд воинственных северян становился для них даром судьбы.
- Надеюсь, что они заслуживают доверия, - заметил Коллатин, которому такая возможность тоже не очень-то была по душе.
- До сих пор мудрость Брута нас не подводила.
- Это верно; но запомните, у меня есть к вам просьба. Если удастся свергнуть Тарквиния, не убивайте его, позвольте дожить свои дни в покое. Свергнутый властелин никому не страшен. Каким бы он ни был раньше, сейчас слишком стар и слаб, чтобы без своих сыновей и Туллии представлять для нас опасность.
Более опытные участники заговора обменялись недоверчивыми усмешками в ответ на предложение сентиментального юноши, однако никто не стал возражать прямо. Только Брут заметил, вспомнив могучих северных воинов, ожидавших своего часа в пещере Инвы:
- Мы-то постараемся учесть. Но не ручаюсь, что наши новые союзники, когда наступит их час, будут столь же милосердны...


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 02 сентября 2017 года, 22:12:36
Спасибо за продолжение, эреа Артанис! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 04 сентября 2017 года, 20:37:26
Эрэа Эйлин, и я Вас тоже благодарю за внимание! :-* :-* :-*
Хотелось бы, конечно, более подробных ответов, и побольше...

Глава 4. Переворот
Нечто непонятное ощущалось в этот день в Риме с самого утра, носилось в воздухе, подобно дыму лесного пожара, стелющемуся с гор. Люди, встретившись на улице, обменивались долгими многозначительными взглядами, прежде чем разойтись по своим делам. Какие-то всадники ездили по улицам и по одному, по двое заговаривали с горожанами. Уже собирались группы людей, все громче перечисляли все прегрешения Тарквиния, к которым приписывались и случайные несчастья последних лет. И неудача в войне с рутулами, и засуха, недавний мор на скотину - все, де, было карой богов за преступления царя и его семьи.
Ощущение своей многочисленного сделало горожан смелыми, как никогда за последние двадцать лет. Вообще-то в прошлые времена римские плебеи регулярно созывались на народные комиции, остаток былого самоуправления племени. Но Тарквиний Гордый за то и получил это прозвище, что правил единовластно, не советуясь с народом и с выбранными старейшинами - сенаторами. Это, естественно, не добавляло к нему симпатий со стороны горячих, увлекающихся римлян. И вот, теперь обстановка в городе сделалась похожа на трут, к которому достаточно поднести искру, чтобы все вспыхнуло. Остатки осторожности еще сдерживали их южный темперамент, но сознание своей численности придавало сил, как любой толпе. Никто еще не знал, что именно должно произойти, но многие ощущали нечто непривычное.
До царя и его семьи, отсыпавшихся после ночного кутежа,  неясные слухи не успели дойти. Зато, когда они, усталые и бледные, вышли к завтраку, дверь распахнулась, и в покои ворвался их средний сын Арунс с вытаращенными от изумления глазами, словно увидел призрак.
- Там... корабль на реке! Его создала Сивилла Кумская, она поет проклятья нам, и за ней следует толпа. С ней Инва и целое войско странных воинов! Они поднялись по Тибру на своем корабле...
Выкрикнув это на одном дыхании, Арунс упал в кресло. Его младший брат, Тит, подал ему чашу вина, а старший, Секст, презрительно скривил губы.
- Отдышись, и говори яснее! - он бросил мимолетный взгляд на отца и, не встретив возражения, продолжал, как если бы был главой семьи: - На Рим напали? Кто, и сколько их? Говори, что ты видел?
- Видел Сивиллу - страшную, словно Горгона Медуза! - прохрипел Арунс, приходя в себя. - Люди правду говорят о могуществе этой волшебницы: она вызвала себе чудесных помощников из воздуха, или из-под земли, и горожане тоже с ними...
- Что за люди сопровождают ее? Как они выглядят? - продолжал расспрашивать Секст.
- Как дикари, великаны, заросшие волосами! Таких свирепых людей не найти на земле, они, верно, вышли из царства Плутона... Слышите, они приближаются!
Сразу все взгляды обернулись к распахнутому окну, откуда и впрямь уже доносились нестройные, дикие крики. Но нет, там приближались пока еще не неведомые воины, вызванные Сивиллой. Всего лишь обычные горожане, но они стекались к дворцу с самым воинственным видом: кто с кухонным ножом, кто с топором или дубинкой, кто с простым камнем, подобранным по дороге.
Побледневшая как мел Туллия заметалась по залу, ища кого-то взглядом.
- Брут! Где Брут, приведите его! - потребовала она от своих домочадцев, присутствовавших в зале придворных и наемников-этрусков, охранявших дворец.
Но Брут исчез, и никто не мог указать царице, где его найти. Потрясенная Туллия рухнула в кресло, кусая руки и губы, окончательно разбитая этим новым ударом.
- Проклятый Пес! Как ты мог предать меня! - шептала она, не боясь, что ее услышат. - Ты же всегда был со мной, моим рабом, моим верным сообщником! Увы, никому нельзя верить, никто не заслуживает доверия... У-у, проклятый, ты у меня еще взвоешь, увидишь еще, как я караю за измену!
Тем временем вид толпы плебеев, явившихся, чтобы потребовать у него отчет за годы правления, вдруг всколыхнул Тарквиния и вернул на мгновение некогда присущее ему мужество. В свое время он сам, с помощью жрецов, использовал народное воодушевление, чтобы захватить власть. Но уже тогда, столкнувшись с трудноуправляемой силой толпы, хоть и поддержавшей  тот раз его, устрашился ее, и больше не привлекал на свою сторону. И вот теперь толпа все-таки поднялась против него! Ярость и отчаяние охватили царя. Он некоторое время наблюдал, как готовятся к бою его сыновья и воины, собираясь защищать дворец. Затем сиплым старческим голосом потребовал себе оружие и доспехи.
- Дайте же мне расправиться с мятежниками, как подобает царю! Я спущу с них кожу, не сразу, а очень медленно, по кусочкам... Подайте мне топор, я покажу, как рубить руки покушающимся на царскую власть! Лучники, ступайте к окну, стреляйте в этих кабанов, как на охоте... Эй, кто там мечтает быть царем вместо меня? Растопите золото; когда предатель будет схвачен, я увенчаю его золотой горячей короной! А эту их Сивиллу отдам на растерзание своим псам, прикажу затравить ее, как оленя...


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 04 сентября 2017 года, 20:37:36
- Тебе бы стать поэтом, отец: завоевал бы власть и славу, живописуя небывалые пытки и казни, - усмехнулся Секст, прерывая охвативший Тарквиния порыв кровожадного вдохновения, некогда обрекший Турна Гердония на мучительную казнь. - Посиди с матушкой здесь. Я все сделаю, а может, и наши молокососы помогут, - он наградил презрительным взглядом младших братьев.
- Ты кого назвал молокососами? - гневно воскликнул вспыльчивый Арунс. Но младший брат коснулся его руки, и тот спохватился, отойдя прочь. Царские сыновья, вооружившись, разошлись к разным выходам из дворца, защищать отцовское наследство. Каждый из них при этом думал об одном: как хорошо было бы позволить мятежникам убить своих братьев, чтобы остаться единственным наследником...
А Тарквиний, столь властно остановленный старшим сыном, сразу обмяк и опустился в кресло. Сейчас он отчетливо осознал: если они и победят, больше править Римом ему не придется. Он не смог удержать власть, позволил сыновьям действовать и принимать спасительные решения вместо него - им и достанутся честь и слава победы. Но свергнутые властелины долго не живут.
Вместе с отцом и мачехой в зале осталась под охраной отряда этрусков только царевна Арета. Она, видя все происходящее, не проронила ни слова, потому что вообще была робка и молчалива, и потому что не знала, что ей чувствовать, когда злодеяния ее родных, наконец, пали на их собственные головы. Родственная привязанность, жившая в ней, несмотря ни на что, боролась со справедливостью и страхом за собственную жизнь. А Эмилий - где теперь он, брошенный в тюрьму по приказу царицы?
А тем временем по волнам Тибра, текущего сквозь город, мчался корабль под синим парусом, невиданной в Риме постройки. Могучие викинги мерно резали веслами воду. А впереди стояла, рядом с огромной статуей бородатого бога, Сивилла Кумская, позволяя себя разглядеть собирающимся на обеих берегах людям. Она пророчествовала, обращаясь к ним, и ее сильный звучный голос далеко разносился по реке:
- Спешите, граждане Рима, а не рабы тирана! Пробил час вашей мести. О том мне, мирно отдыхающей в своей уединенной пещере, возвестил громовым раскатом всемогущий Юпитер! Он сообщил мне: нынче переполнилась чаша терпения богов, и они решили покарать нечестивого царя, Люция Тарквиния, с его присными. Повелитель богов приказал мне обратиться ко всем честным римлянам, не запятнанным преступлениями. Он послал нам на помощь небесное воинство в знак своего благословения! - с этими словами Сивилла указала в сторону своих светловолосых и бородатых спутников, правивших чудесной ладьей.
Будто подтверждая ее слова, вдали прогрохотал гром. Римляне, сопровождавшие корабль по берегам реки, отчаянно вскричали, видя согласие небес со словами пророчицы, хоть им и без того не приходило в голову сомневаться. В те ранние времена своей истории они вообще были крайне суеверным народом, слепо преданным существующему религиозному культу, и не сомневались в его истинности. А бессмертная вестница богов, повсеместно почитаемая Сивилла Кумская, и вовсе считалась у них за полубогиню, и теперь в ее откровения вслушивался весь город. Люди протискивались ближе, чтобы рассмотреть высокую и величественную фигуру знаменитой пророчицы, расслышать все до последнего слова.
- Переполнена чаша мести! - снова провозгласила она. - Кровь доброго царя Сервия, убитого родной дочерью на улице Злодейства, вопиет к небу! Смерть Туллия-сакердота, утопленного в зашитом мешке... Смерть Арунса Тарквиния и первой жены его брата... Беззаконная в своей жестокости казнь Турна Гердония... Множество неправедных убийств за эти годы, по лживому приговору судей или вовсе без суда! Их кровь, сказал мне могущественный бог, вопиет к небу, их ненависть кипит на земле, и оттого та высыхает, не в силах ничего породить. Боги прокляли Тарквиния, и страна больна от этого. Рим должен либо обновиться, либо пасть. Развратные сыновья Тарквиния раздерут царство на клочки, разрушат все, что не успел их родитель. Что выберете вы, граждане Рима - дальше останетесь рабами тирана или завоюете себе свободу? Не черная, слепая, всеразрушающая месть собрала нас здесь сегодня, но благородная ярость, порожденная любовью к своей земле!
Ютурна вещала так вдохновенно, с таким неподдельным пророческим экстазом, что у слышавших ее волосы вставали дыбом. Казалось, она сама в эту минуту верит, что является посланницей богов, их рукой, призванной свергнуть Тарквиния. Быть может, так оно и было: ее побег из Рима, встреча с викингами и с Арпином убедили девушку, что совершается воля высших сил. И теперь она вложила всю свою веру, всю энергию, весь жар своей неукротимой души, чтобы увлечь римлян за собой.
Даже те, кто знал ее тайну, смотрели теперь так, словно наяву увидели божество: Брут, находившийся с другими заговорщиками на берегу; Арпин, по-прежнему в шкуре Сильвана Инвы стоявший за спиной Сивиллы; и, конечно, Стирбьерн со своими викингами. Даже они, почитавшие иных богов, теперь глядели на свою спутницу так, словно в ее облике к ним спустилась валькирия из Вальхаллы. Стирбьерн, раз взглянув на нее, уже не мог отвести глаз, словно завороженный ее пророчествами. Однако Ютурна не оглядывалась назад.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 04 сентября 2017 года, 21:16:58
Смело и решительно стала действовать Ютурна и её помощники! Остальные столько лет таились, но теперь, когда с ними Ютурна, а также Брут со своими единомышленниками да еще викинги явились - дело стронулась с места и понеслось вскачь.  Но удастся ли так просто захватить власть?
Спасибо за продолжение, эреа Артанис! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 05 сентября 2017 года, 21:26:22
Спасибо Вам, эрэа Эйлин! :-* :-* :-*
цитата из: Эйлин на 04 сентября 2017 года, 21:16:58
Смело и решительно стала действовать Ютурна и её помощники! Остальные столько лет таились, но теперь, когда с ними Ютурна, а также Брут со своими единомышленниками да еще викинги явились - дело стронулась с места и понеслось вскачь.  Но удастся ли так просто захватить власть?
Спасибо за продолжение, эреа Артанис! :)

Переворот и в каноне был, только на пять лет позже, чем здесь. И там тоже, кстати, Ютурна заметно поспособствовала. И Брут, и остальные заговорщики тоже. А здесь благодаря викингам удалось это осуществить раньше, что спасет немало человеческих жизней.

"Молот Тора" причалил к берегу, и Ютурна первой спрыгнула на берег, взмахнув рукой неистово приветствующим ее людям. Арпин и Стирбьерн, тревожно переглянувшись, последовали за ней, незаметно охраняя. Ютурна наотрез отказалась надеть кольчугу, ведь бессмертная и неуязвимая Сивилла в защите не нуждалась. И теперь мужчинам приходилось быть особенно внимательными, чтобы не проглядеть в толпе способную вылететь откуда-нибудь стрелу или копье.
Викинги, не теряя времени, последовали за своим предводителем: в полном вооружении, в строю, прикрываясь щитами, как принято у их племени. Они невозмутимо, ни слова не говоря, прошли сквозь расступающуюся перед ними толпу, и римляне, не скрывая удивления, провожали взглядом чудесное воинство, якобы вызванное Сивиллой с помощью волшебства. И впрямь, сколько ни вглядывались в них римляне, не могли придумать, откуда взялись эти люди; может быть, спустились с небес на своем чудесном корабле?
Толпа немедля повалила за волшебницей и ее свитой. Всем хотелось знать, что будет. В воздухе повисло напряжение, как перед грозой; казалось, между людьми проскакивают искры.
По дороге эта толпа встретилась с другой, более организованной, успевшей вооружиться, предводительствуемой римскими заговорщиками. Встретились, как две волны - и меж ними, точно в водовороте, завертелись, забурлили разговоры, слухи о последних таинственных событиях, новые впечатления. Пророчество Сивиллы дошло вскоре и до тех, кто его не слышал, и воодушевление захватывало все больше людей.
Брут, непривычно суровый, сосредоточенный полностью на одной цели, встретился в шумном людском море с Арпином.
- Где они? Защищаются? - во всеуслышание спросил человеческим голосом Сильван Инва.
- Засели во дворце, с ними все, кто остался с узурпатором. Этот орешек еще надо разгрызть, - так ответил ему Брут.
Действительно, приблизившись к дворцу, повстанцы увидели нацеленный им навстречу из окон и с плоской крыши частокол копий и стрел. Несколько горожан упали, убитые или раненые, остальным пришлось отступить на безопасное расстояние. Нет, они не повернули назад; порыв фанатизма, на который их настроила Сивилла, не мог рассеяться просто так, но казались разочарованными, что царский дворец не сдался им легко.
В это время распахнулась дверь, и большой отряд воинов вышел навстречу восставшим. Впереди них был, со злобной усмешкой на лице, старший сын Тарквиния, Секст.
- Рубите всех, кто сунется! - кричал он своему отряду. - Бейте мятежников! Никого не щадить! Риму не нужны предатели!
Одновременно крики и звон оружия послышались и с других сторон. Сыновья Тарквиния и их сторонники готовы были на все, чтобы отстоять свое право властвовать над Римом, творить что им вздумается, забыв все законы богов и людей. Загнанные в угол со всем своим родом, они сопротивлялись, словно крысы.
Но и заговорщики под руководством Спурия и Брута поднимали восстание не для того, чтобы уступить, для них эта битва тоже была единственным шансом. И вот, вокруг царского дворца завязалось ожесточенное побоище. Римляне, союзные Тарквинию этруски и пришлые викинги смешались так, что скоро сделалось трудно различить, кто есть кто; кровь и пыль сделали всех похожими.
Навстречу Бруту метнулся Арунс Тарквиний, облаченный в покрытые золотом доспехи, за которые можно было купить половину Рима. Яростно оскалившись, занес меч над головой старика.
- А, так это твоя работа, проклятый пес? - воскликнул он, перекрикивая шум сражения.
- Нет, это ваша работа! - отозвался Брут, с неожиданной ловкостью отбивая удар узловатой палкой. Про эту палку, в которой под слоем грубой древесины скрывался стержень из чистого золота, в Риме долго потом рассказывали легенды...


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 05 сентября 2017 года, 21:26:48
Взбешенный Арунс, едва удержав меч в руках, обернулся вокруг, ища противника - и столкнулся со Стирбьерном.
Викинги с самого начала дрались вместе с римлянами, изумляя тех силой и точностью ударов своего оружия, выкованного из лучшего железа, своей силой и мужеством. Немногие из врагов, скрестив с ними оружие, могли выдержать больше одного удара "посланцев богов". Стирбьерн с гордостью смотрел на своих спутников. Хоть и в чужом краю, где никогда не слышали о Земле Фьордов, они не посрамили имени викингов. Молчалиый, старательный Аснар, неразлучные близнецы, пылкий Иринг, быстрый и ловкий Торголл Охотник - все они были здесь, сражались, как подобает одной команде. Могучий Хальфдан, лишившийся меча в самом начале сражения, орудовал исполинской дубиной так, что враги боялись подступиться к нему. Бьярни, владевший мечом не хуже, чем словом, наверняка мысленно уже складывал сагу, подобной которой еще никто не слышал. И даже самый младший из викингов, Эйнар, в своем первом бою дрался не хуже других.
Откуда-то издалека донесся голос Ютурны - она стояла на высоком белом камне над сражением и пела свои прорицания, вдохновляя союзников сражаться дальше. Услышав ее, Стирбьерн улыбнулся и обрушил свою секиру на голову Арунсу Тарквинию. Защитники дворца непроизвольно подались назад, видя гибель своего предводителя.
С противоположной стороны дворца тоже послышался победный клич. Прибежавший оттуда гонец доложил, что сторонники Тарквиниев разбиты, что младшего из царских сыновей, Тита, восставшие горожане забросали камнями, и вход во дворец открыт.
Однако Секст Тарквиний был еще жив и на свободе. Меч сломался в его руке, и он, оглядевшись по сторонам, стремительно метнулся внутрь дворца. Там, не отвечая на испуганные возгласы отца и матери, он схватил за руку свою сестру Арету. Грубо подняв ее на ноги, он ухватил девушку, вывернув ей руку, а второй рукой приставил нож к ее горлу.
- С дороги! - крикнул он, злобно оскалившись, ворвавшимся в зал повстанцам. - Прочь, или я перережу ей глотку! 
На белоснежной шее девушки появился красный порез, потекли первые струйки крови. Люди невольно расступались по сторонам. Брут, с ужасом глядевший на эту сцену, отступил одним из первых. Он слишком хорошо знал Секста Тарквиния, и не сомневался, что тот способен выполнить свою угрозу.
- С дороги, подлые псы! - рычал Секст, вытащив во двор стонущую от боли Арету. - Коня мне! Иначе она умрет!
Люди поспешно уступали ему дорогу, делая друг другу знаки опустить оружие. Римляне, и прежде ненавидевшие старшего царевича, теперь глядели с ужасом и отвращением, словно на мерзкое пресмыкающееся, заползшее на ступени царского трона. Они охотно растерзали бы Секста прямо сейчас, но он, зная это, не отпускал Арету ни на миг.
Но вот среди собравшихся возникло какое-то резкое движение, толпа расступилась, и навстречу Сексту выскочил высокий юноша с мечом в руках. При виде него сын Тарквиния побледнел и от неожиданности выпустил Арету. Ее тут же подхватили и унесли в безопасное место.
- Эмилий! И ты здесь! - изумленно воскликнул Секст.
- Да, я Эмилий, освобожденный восставшими римлянами из тюрьмы! А ты, подлый убийца, не заслуживаешь смерти в честном поединке!
Никто из тысяч свидетелей этой сцены не подал бы Сексту меча. Тот, поняв это, взмахнул ножом, своим единственным оружием. Эмилий легко увернулся от удара, и в следующий миг пронзил мечом последнего сына Тарквиния.
Радостный гул толпы приветствовал его победу - так, словно разом взревело стадо в тысячу быков.
Теперь путь был свободен. Лишь кое-где викинги и римляне еще добивали телохранителей Тарквиния, но передние ряды под предводительством Брута уже вошли в зал.
При виде него на поблекшем лице Туллии мелькнула радость.
- Это ты, Люций Юний! Так ты все-таки не мог забыть о своей царице, пришел спасти ее? - она даже забыла, что совсем недавно проклинала этого человека.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 05 сентября 2017 года, 21:27:04
Но Брут сурово покачал головой, пристально глядя ей в глаза.
- Нет, Туллия! Нет больше на свете вашего Говорящего Пса, больше уж я не стану унижаться и лаять у твоих ног. Сегодня пришел конец вашей власти. Ваши сыновья мертвы, весь Рим и сами боги поднялись против вас. Уезжайте в Этрурию к своей родне, или куда хотите, хоть в Тартар!
Тарквиний, услышав это известие, привстал в кресле, и тут же упал обратно, совершенно разбитый. Но Туллия еще раз огляделась по сторонам, будто ища хоть какую-то надежду на спасение.
- Спурий! Но ты-то спасешь нас? - окликнула она полководца, так же явившегося в зал во главе вооруженного отряда.
- Никогда! - бросил он с отвращением.
Тогда Туллия поднялась на ноги и, ведя безвольно следовавшего за ней мужа, сделала несколько шагов, с ненавистью глядя на собравшихся. Люди при виде нее хватались за мечи, но не спешили их обнажить, словно боялись испачкаться. Туллия заметила их гримасы и проговорила гордо, как в молодости:
- Радуйтесь, вы победили! Я оставляю дом, где родилась, и куда вам хватает бесстыдства явиться, чтобы сказать матери, что вы убили ее детей! Но поберегитесь, граждане Рима! Власть и успех - крепкое вино, оно сильно ударяет в голову. На что вы надеетесь, отобрав у нас трон? Милость грязной толпы ненадежна, а вы дали ей почувствовать силу. Не вас, так ваших внуков чернь может так же вытащить из ваших домов!
И, прежде чем кто-то успел ответить, чета свергнутых тиранов прошла через заполненный людьми зал, направляясь к выходу и ловя на себе ненавидящие взгляды. К ним присоединялись их последние уцелевшие воины и рабы. Их уже не преследовали. Битва закончилась.
Только в одном месте еще сражались. Могучий Хальфдан загнал в угол трех этрусков, и теперь даже молния Тора не заставила бы его прервать битву. Вместо сломанного в бою меча он вооружился чудовищных размеров дубиной, какую пара человек едва ли подняла бы. Но в могучих руках силача-северянина дубина порхала, как бабочка. Один этруск уже лежал с размозженным черепом, следующие удары обрушились на стены царского жилища. Тронное кресло отлетело прочь, сплющенное, как под молотом. Со стен посыпалась белая пыль.
Но тут один из уцелевших этрусков метнул дротик, глубоко вонзившийся в плечо Хальфдану.
Только этого не хватало берсерку, чтобы окончательно впасть в самозабвенную ярость. Перехватив дубину обеими руками, он обрушил ее на стену дворца с такой силой, что вся постройка содрогнулась. Затем еще и еще.
Стирбьерн первым понял, что тот делает. Вытолкнув за дверь сразу несколько человек, он закричал, перекрикивая поднявшийся грохот:
- Бегите! Прочь отсюда! Он хочет обрушить стену!
Люди и сами спешили убраться прочь из рушащегося дворца, точно при землетрясении. И последнее, что успел разглядеть Стирбьерн, были полные ужаса лица бывших царя и царицы, враз осознавших, что им никуда не уйти.
Вслед за тем новый страшный грохот потряс дворец. Проломленная насквозь стена стала складываться, осыпаться, как лавина в горах. Утратившая равновесие крыша угрожающе повисла, потом оставшиеся стены тоже подались под ее весом, и медленно стали крениться. Дальнейшее скрыло огромное облако белой пыли, заволокло все, точно невероятно густая метель. И в этой белой мгле поднялся огромный белый призрак - Хальфдан, каким-то чудом успевший выпрыгнуть вовремя из обрушенного им дворца.
Его оглушительное чихание и фырканье удостоверили тут же подбежавших викингов, что их товарищ и вправду жив и здоров. Отдышавшись, он лишь сказал Стирбьерну, пожав плечами:
- Ты велел всем уходить, и я ушел, когда стена стала падать.
Зато трое других викингов пали в бою перед дворцом, а из уцелевших многие были ранены. А потерь среди римских повстанцев было и не сосчитать. Тела погибших переносили в царский сад, чтобы на рассвете следующего дня сжечь всех вместе на общем погребальном костре.
Ютурна, все еще в облике Сивиллы Кумской, долго смотрела на развалины дворца, но, наконец, проговорила - и ее слышали все:
- Отныне навсегда пришел конец тирании в Риме!


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Akjhtywbz22 на 06 сентября 2017 года, 20:16:50
Спасибо, эрэа Артанис :). И за Вашу повесть и за напоминание о давно прочитанных, но не разлюбленных романах из римской истории Людмилы Шаховской.
Благодаря Вам, перечитываю "Сивиллу", чтобы освежить в памяти  и сравнить с Вашими героями ;) Непременно начну перечитывать и всё остальное по порядку из имеющихся у меня книг Шаховской. Затягивает. Всё же о раннем периоде Рима, временах царей и становления республики реже пишут, чем о Цезарях и раннем христианстве.
Ваш стиль изложения похож на стиль в книгах княжны Шаховской, а также внимание к деталям, уточнениям. Сравнивать сюжет и героев наверное не имеет смысла, это же Ваш особенный фантазийный мир. Не обязательно, чтобы всё повторялось до мелочей. Но дух сильных, не сломленных тиранией Ютурны, Юния Брута, Эмилия, или легендарная жестокость и отвратительные преступления Тарквиния и Туллии с сыновьями - всё описано очень схоже.
Новая встреча с уже понравившимися раньше Стирбьёрном и его командой - порадовала, жаль было прощаться после "Золотой Змеи".
Жду продолжения :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 06 сентября 2017 года, 21:10:37
Эрэа Akjhtywbz22, огромное спасибо! :-* :-* :-*
Вы не представляете, какой подарок для меня возможность поговорить с человеком, который знает, о чем я пишу! Благодарю, что освежили свои воспоминания о "Сивилле"!
цитата из: Akjhtywbz22 на 06 сентября 2017 года, 20:16:50
Всё же о раннем периоде Рима, временах царей и становления республики реже пишут, чем о Цезарях и раннем христианстве.

Это да, к сожалению. :'( Вообще никого, кроме нее, не встречала на эту тему. Спасибо, что хоть кто-то написал! А то ведь люди воображают, что Рим прямо с первого дня основания был огромной империей с претензией на мировое господство. ;-v Шаховская, кроме всего прочего, прекрасно учит замечать последовательность событий, развитие общества и государства, обычаев, религии в разные времена.
Цитата:
Ваш стиль изложения похож на стиль в книгах княжны Шаховской, а также внимание к деталям, уточнениям.

Не всегда, но когда пишу по ее книгам, оно получается само собой, не приходится особенно прилагать усилий. До аристократки позапрошлого века мне далеко по уровню образования и манерам, но чему-то да смогла научиться...
Кстати, вот Вам посоветую из того, что раньше писала по "Сивилле". Самое лучшее - "Возвращение с местью". Альтернативный вариант, только сразу после первых книг, в пику слишком уж пессимистичному канону. Читать можно дальше в "Нашей прозе" или вот здесь:
https://ficbook.net/readfic/3150692
Цитата:
Но дух сильных, не сломленных тиранией Ютурны, Юния Брута, Эмилия, или легендарная жестокость и отвратительные преступления Тарквиния и Туллии с сыновьями - всё описано очень схоже.

Самое главное - чтобы они были похожими на свои канонные прототипы характерами и поведением, а события здесь, понятно, складываются несколько иначе. Надеюсь, что герои все-таки узнаваемы.
Дальше, впрочем, от Шаховской будет гораздо меньше, по сути дела, останется только Ютурна, а события будут уже ближе к миру моих "Саг..." о викингах. Но и Рим же нельзя было оставить без переворота, верно? А то что они стали бы делать без Ютурны?  
Цитата:
Новая встреча с уже понравившимися раньше Стирбьёрном и его командой - порадовала, жаль было прощаться после "Золотой Змеи".

Мне тоже было жаль, поэтому и решила сама по себе написать фанфик. Думаю, у Шаховской было после окончания первых книг такое же отношение к одному из героев. Но ни она, ни я не могли написать по-другому.
Еще раз благодарю Вас! Все-таки понимание дороже всего на свете, хоть и не стоит ничего.

Глава 5. Выбор Ютурны
Свергнутый тиран и его жена погибли под обломками своего дворца. Теперь развалины разбирали повстанцы и викинги. Следовало похоронить погибших, кем бы они ни были: по преданию, души брошенных без погребения становились злобными ларвами, вредящими живым, тем более - людей, погибших при таких обстоятельствах, как семья Тарквиния. Что и говорить, римлянам ни к чему были вредоносные призраки, да еще в самом сердце города!
Была, конечно, и другая причина, не только у викингов, собиравшихся взять честно завоеванную долю добычи, но и у многих горожан. Неужели сокровища последнего римского царя должны были сгинуть под обломками, навсегда вернуться в землю? Повстанцы, воображение которых двадцать лет питалось слухами о богатствах, пополняемых Тарквинием на войне и проскрипциях, не собирались уходить с пустыми руками! Теперь они, преисполненные победным торжеством и еще не остывшие после битвы, работали, точно кроты.
Слухи их не обманули: много золота и ценных вещей перенесли еще до окончания дня ан "Молот Тора", приятно отяжелив пустые сундуки. Только Стирбьерн при виде сверкающего металла сумрачно хмурился, не прикоснувшись ни к одной золотой монете, ни одной драгоценности. Себе в долю добычи он выбрал лишь большую серебряную чашу с топазами.
Римляне не мешали своим загадочным союзникам отмерить себе щедрую плату за помощь. Отчасти потому что продолжали все еще видеть в них посланцев богов, к тому же могучих и опытных в бою, но еще и потому что добычи действительно хватало всем. Тарквиний Гордый недаром истребил множество самых знатных и богатых патрицианских семейств, чтобы присвоить их имущество. Конечно, многое было попорчено при разрушении дворца, однако, когда раскопали подвалы, оставшиеся неповрежденными, найденные богатства превзошли все ожидания. А поскольку в том же подвале хранились и бочки с вином, вскоре на развалинах дворца начался настоящий пир, такой же безудержный, как недавнее восстание. Оборванные нищие потягивали дорогие вина из золотых кубков, кутаясь в царские мантии или просто в пышные драпировки. Раненые перевязывали себя тончайшими индийскими тканями, чувствуя себя владыками Рима. Бывший раб Евлалий Ультим, один из давних жителей пещеры Инвы, нацепил багряный плащ и помятую корону и в таком виде разъезжал на осле, изображая Тарквиния; люди катались по земле и корчились от смеха, глядя на него.
И никому, кроме, может быть, Брута, Спурия, Валерия и нескольких других вождей восстания, не приходило в голову, каким теперь должен стать Рим, свергнувший ненавистную царскую власть, насколько изменится их образ жизни. Опьяненным виной и победой горожанам казалось, что счастливая жизнь настала отныне и навсегда, о будущем не задумывался никто.
Но куда же исчезла Сивилла Кумская, вдохновившая римлян на восстание и воодушевлявшая их во время сражения? Никто не удивился ее исчезновению: разве не могла могущественная волшебница в одно мгновение переместиться по воздуху куда угодно или пройти сквозь расступившуюся землю? Выполнив волю богов, он не была обязана далее задерживаться среди смертных. Многие заметили появившуюся среди гостей черноволосую девушку, и даже узнали в ней якобы пропавшую недавно Ютурну. Но никому и в голову не пришло связать ее с поразившим всех до глубины души чудом богов.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 06 сентября 2017 года, 21:11:08
А Ютурна, умывшаяся, переодевшаяся и уложившая волосы, сидела среди победителей, празднуя вместе со всеми. Она, как никто, могла гордиться сегодняшним свершением. И она действительно торжествовала, хоть и не участвовала вполне в бурном веселье, охватившем горожан. Сегодня был день ее мести за своих родных. Ее отец и другие родственники теперь, несомненно, радовались, видя постигшую их мучителей кару. Только Ютурна почему-то не чувствовала полного удовлетворения. Они победили, что же дальше? Впервые в жизни она задумалась о будущем.
Если разобраться, она для всех в Риме была и оставалась чужой. Никогда не пыталась снискать чью-либо дружбу, и не стремилась к тому. И теперь вынуждена была себе признаться, что ее мало что связывает с Римом. Пусть даже здесь больше нет Тарквиния с его семейством - все равно она не забудет, что это Рим виноват в гибели ее отца, что Рим был тюрьмой для них с братом. Несомненно, скоро здесь все пойдет совсем не так, как было. Брут и остальные вожди повстанцев сумеют все изменить к лучшему. Ютурна желала им удачи, но по-прежнему не видела здесь места для себя. Удел римской женщины, патрицианки - выйти замуж, не по собственному выбору - по решению ее семьи, и хорошо, если этот человек не будет ей совершенно чужим...
Или вправду ее судьба - жить одиночкой, чужой для всех, как Сивилла? Уйти снова, куда глаза глядят, и люди не сразу хватятся ее. Быть может, только Арпин будет огорчен по-настоящему; но он не видел ее двадцать лет, и поймет, что она уже давно не маленькая девочка.
Уйти - и перед ней откроется весь мир, не скованный городскими стенами. Как в легендах ее новых знакомых, странников открытых морей... Они не знают границ, как перелетные птицы, даже границы суши им не указ, они покорили изменчивую морскую стихию и истребили опасных чудовищ в своем родном краю..
Неясные, еще не до конца оформившиеся мечтания девушки прервало прикосновение шероховатой ладони к ее плечу. Она подняла голову. Перед ней стоял Стирбьерн.
- Я хочу с тобой поговорить, - объявил предводитель викингов. Его лоб пересекала длинная царапина, полученная в недавней битве.
Ютурна охотно кивнула, словно ожидала этого. Она протянула руку Стирбьерну, и они вместе скрылись среди длинных теней, что отбрасывали вечером уцелевшие деревья и кусты в царском саду.
- Завтра мы уходим, - начал Стирбьерн, сразу беря быка за рога.
Девушка, хоть и ожидала этого, вздрогнула. Ей было неприятно это известие. Уже завтра новые союзники исчезнут навсегда, и она не сможет их поблагодарить за все, что сделали для нее и для Рима? Никто больше не расскажет ей о чудесах и чудовищах севера? И ей никогда не получить от новых друзей ни единой весточки?.. Ютурна стиснула зубы, чтобы не выразить вслух этих мыслей, не пожаловаться на несправедливость. Вместо этого она спросила печальным тоном:
- Так скоро?
- Неизвестно, сможем ли мы выйти обратно, в наши моря, - со скрытой тревогой объяснил Стирбьерн. - Волшебного камня, который нас сюда забросил, больше нет, и остается лишь надеяться, что нас впустят обратно. Чем скорее все решится, тем лучше.
Ютурна не могла не признать его правоту. Всегда лучше поскорее узнать свою судьбу, а там будь что будет. При мысли, что викингам, возможно, придется остаться здесь, навсегда вырванными с корнем из своего родного мира, она не почувствовала никакой радости, хоть ей и жаль было расставаться. Потому что по интонации Стирбьерна поняла, как сильно он хочет вернуться домой, и его спутники, наверное, стремились уплыть отсюда не меньше.
- Я верю, и не сомневаюсь, что вы сможете пройти обратно, в свое море, - заверила его Ютурна с таким же пылом, с каким призывала горожан к восстанию. - Боги привели вас сюда, и они же отпустят обратно, ведь вы исполнили их волю. Пусть они благословят вас на обратном пути, до самой вашей северной родины.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 06 сентября 2017 года, 21:11:19
- Благодарю тебя, прорицательница! Пусть и тебе поможет Тор, Метатель Молнии, которого вы называете, по-видимому, Юпитером, - при этих словах Стирбьерн задержал руку девушки в своей и взглянул ей в лицо при свете восходящей луны. - Ты поедешь со мной, Ютурна?
- Я? Поехать с тобой? На северный край мира? - у Ютурны на миг замерло сердце, а потом забилось еще сильнее. Не ожидая услышать этот вопрос, она, как поняла теперь, все-таки надеялась в глубине души, иначе зачем бы ушла от всех вместе с викингом?
- Да! Ничего, что наша земля холодна - ты полюбишь ее, когда узнаешь лучше. Там ты найдешь новых родных взамен погибших. Тебя примут как подобает моей жене. Ты увидишь, что мои родичи не похожи на ваших римских правителей, они чтут богов и уважают закон. У нас почитают прорицателей ничуть не меньше, чем в ваших краях. Мои люди уже говорят, что ты принесла нам удачу...
- Я? - саркастически усмехнулась Ютурна. - Давно уже не слышала такого. При дворе Тарквиния, наоборот, говорили, что я им принесу беду, и... я ее все-таки принесла.
- Зато нам ты подарила победу и богатую добычу в этой земле, которой мы не знали! Ты вела воинов в бой, как настоящая валькирия, не дрогнув, стояла под тучей стрел и мечей! Ни в одной саге не говорится о женщинах, подобных тебе. Мои воины верят, что только благодаря тебе мы сможем вернуться в свой мир. Так что, ты поедешь со мной?
С этими словами викинг, не дожидаясь ответа девушки, заключил ее в объятия и поцеловал, так что у нее мгновенно вылетели из головы все возможные ответы. Ее сердце опять бешено билось, щеки горели, как в огне. Девушке казалось, что земля качается под ногами, как палуба "Молота Тора". Не сразу придя в себя, она молчала, как оглушенная. Наконец, тихо проговорила:
- Если ты хочешь... я поеду с тобой.
Стирбьерн снова поцеловал ее, уже тверже и уверенней, и не собирался останавливаться, но вдруг поблизости от них послышались чьи-то голоса и шорохи.
- Пойдем отсюда, - сказала Ютурна, уводя своего спутника окольной тропой через сад, так что их не заметили.
Она увидела на садовой скамейке среди розовых кустов своего брата Эмилия с царевной Аретой. Они оживленно беседовали, держась за руки, и никого не замечали вокруг. Ютурна улыбнулась, отступив в тень. Что ж, почему бы и нет? Теперь им некого бояться, и никто уже не помешает сыну Турна взять в жены дочь заклятого врага. Могла ли Арета осуждать возлюбленного за убийство брата, за мгновение до того едва не убившего ее саму?.. Ютурне она всегда казалась слишком слабой и хрупкой, не созданной для несчастий, но теперь она могла пожелать брату счастья с ней. И он, таким образом, не очень-то нуждается в своей сестре. Ютурна глубоко вздохнула, словно принимая окончательное решение. Да, в Риме ничто, по-видимому, не удерживает ее.
Стирбьерн, догадываясь, что происходит на душе у девушки, повел ее прочь из сада, подальше от празднующей толпы. А когда они отошли достаточно далеко, поднял ее на руки, прижав к своей груди, и унес прочь, туда, где ждал на берегу "Молот Тора". И Ютурна не произносила ни слова, улыбаясь про себя: ведь викингу неоткуда было знать, что именно так по обычаям римлян положено "умыкать" невесту из родительского дома.
Издали за ними следил могучий человек, одетый в медвежью шкуру. Проводив их взглядом, он печально покачал головой и разом согнулся, сник, продолжая, однако, смотреть вслед, пока черные силуэты не растворились в темноте, и даже звук шагов окончательно стих. С усилием провел рукой по лбу, и надвинул на голову маску мифического чудовища, словно хотел, чтобы никто на свете не видел сейчас его лица.
"Все потеряно. Я слишком стар для нее, слишком поздно нашел ее вновь, и был слишком осторожен. Она достойна лучшего, мне же нечего ей дать. Она рождена любить воина, героя, а не скрывающегося в болотах изгнанника. Мне не следовало даже питать напрасные надежды. Что ж, я пожелаю ей счастья, и ничего больше не скажу. Никто и никогда не узнает".
С этой мыслью Арпин скользнул в заросли и скрылся быстро и бесшумно, как настоящий хозяин лесов.
А когда утренняя заря осветила развалины царского дворца и пирующих горожан, они не нашли на реке чудесный корабль, привезший посланцев богов. И многие тогда удивленно переглядывались: уж не приснилась ли им Сивилла Кумская и могучие бородатые воины?..


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 08 сентября 2017 года, 20:47:49
Спасибо  историю, эреа Артанис!  :) Хорошо написано, Ваш слог меня всегда радует. И рада за героев, сумевших победить, остаться в живых и нашедших свое счастье. Конечно, не все - жаль Арпина, но Ютурна нашла свое счастья с другим. Да и Стирбьерн ей очень подходит. Воистину - два сапога пара. Смогут ли они выйти в земли викингов? И что будет с ними дальше?


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 08 сентября 2017 года, 20:49:46
Эрэа Эйлин, огромное спасибо Вам! :-* :-* :-*
цитата из: Эйлин на 08 сентября 2017 года, 20:47:49
Спасибо  историю, эреа Артанис!  :) Хорошо написано, Ваш слог меня всегда радует. И рада за героев, сумевших победить, остаться в живых и нашедших свое счастье. Конечно, не все - жаль Арпина, но Ютурна нашла свое счастья с другим. Да и Стирбьерн ей очень подходит. Воистину - два сапога пара. Смогут ли они выйти в земли викингов? И что будет с ними дальше?

Спасибо, что читаете и отвечаете! :-* :-* :-*
Арпина жаль в этой версии, но что поделать. :'( Сразу всех осчастливить не получается. А у Ютурны в этом произведении и должна быть другая судьба. Ну и, кроме того, избежит инцеста при таком раскладе.
Очень рада, что одобряете идею насчет нее и Стирбьерна. Ну а что там с ними дальше - можете уже взглянуть сами. ;)

А "Молот Тора", подгоняемый ветром, туго надувающим его широкий парус, стремительно мчался по направлению к открытому морю. Викинги налегали на весла, что было сил, спеша скорее испытать свою судьбу. Удастся ли им покинуть Землю Спасения, или она окажется для них ловушкой? Никто не задавал вслух мучивший всех вопрос; напротив, все старались держаться весело, как подобало воинам после удачного похода. Да и как могло быть иначе: ведь погруженные на корабль сундуки ломились от римских богатств, а кроме того, их сопровождала молодая жена их вождя - Ютурна!
Той поначалу все было в новинку в непривычном походном быте. Ей прежде не доводилось плавать на корабле, да и вообще, римляне того времени не имели флота даже в зачатке. Путешествовать в дальние страны тоже стремились редкие из них, и те, по необходимости, покупали места на греческих или финикийских торговых судах. Да и те, по несовершенству их постройки, обычно двигались вдоль берегов, не выходя в открытое море. Куда было осторожным южным купцам до "Морского Короля" Стирбьерна, правившего кораблем, способным выстоять в любой шторм!
Когда последняя серая полоска скалистого берега растаяла вдали, и со всех сторон, сколько мог окинуть глаз, заколыхалось одно лишь сине-зеленое море, бесстрашной Ютурне на время сделалось не по себе. Ей показалось, что за этой бездной нет ничего, и они будут плыть бесконечно, или пока не иссякнут припасы и силы гребцов. Трудно поверить, что где-то лежит край этой чудовищной бездны, а за ним - другие земли. Море казалось безграничным, как и воздушный океан над головой. И таким же чуждым человеческой природе. Морские боги, должно быть, лишь смеются над попытками людей измерить их владения. Пожелай они - ничего не стоит раздавить корабль, такой крошечный по сравнению даже с одной волной бездонного моря...
Пошатываясь на качающейся палубе драккара, Ютурна все-таки смогла удержать равновесие, добравшись к Стирбьерну, правившему рулевым веслом. Он поднял голову и увидел жену; непривычно бледная, она смотрела расширенными черными глазами. Молодая женщина не произнесла ни слова, но викинг, видевший ее исполненной решимости во время битвы, догадался сразу. Усадил ее на скамью, укрыл своим плащом.
- Мы справимся, Ютурна, - пообещал он. - Только бы удалось уйти обратно, в море нашего мира, а там все ветра и течения помогут нам добраться домой. Море не всегда так уж сурово оно скорее друг нам, чем враг. У нас хватит сил его преодолеть. Взмах за взмахом, наши весла приближают нас к цели. Потерпи немного, ты привыкнешь к морю, ты полюбишь его так же, как и мы.
Под шерстяным плащом, пахнущим морской солью, Ютурне стало тепло, она пригрелась и закрыла глаза. Рядом с мужем уверенность вернулась к ней, и даже больше того - она почувствовала себя так спокойно, как было разве что в детстве. Как бы там ни было, у нее теперь есть муж, он способен справиться с любыми испытаниями, что встретятся им, и, в любом случае, у них отныне одна судьба.
Спустя несколько дней Ютурна достаточно освоилась на корабле, чтобы привыкнуть к качке и не ежиться, когда очередная высокая волна гулко ударялась вровень с бортом драккара, осыпая всех соленым дождем из мириадов колючих сверкающих брызг. Природная ловкость покорительницы высоких деревьев помогла ей научиться и здесь сохранять равновесие. А освоившись, Ютурна внимательно изучила весь корабль, стараясь разобраться во всем, подобно кошке, впервые попавшей на новую территорию. Больше всего ей нравилось место на носу, рядом со статуей могучего бога с настоящим железным молотом в руках. Держась за его огромную фигуру одной рукой, она подолгу стояла так, вглядываясь вдаль. Иногда до нее доносились разговоры вращавших весла викингов.
Их она тоже узнавала все лучше, незаметно приглядываясь и прислушиваясь день ото дня. Для разговоров особенно не было времени, разве что во время обеда или отдыха, когда гребцы сменяли друг друга, но Ютурне и не требовалось никого расспрашивать. Она и без того замечала многое. Прежде всего терзавшее всех опасение: что, если Земля Спасения не выпустит их, если они так и продолжат плавание по чужому морю, неизвестно куда? Об этом даже во сне продолжал думать Стирбьерн, если ему вообще удавалось заснуть; та же тревога посещала и всю команду "Молота Тора". Как-то ветер донес до стоявшей впереди Ютурны разговор викингов.
Первым начал самый молодой на корабле, Эйнар, еще не приобретший выдержки старших товарищей. Оглядевшись по сторонам, он проговорил, понизив голос:
- А что будет... ну, если нас так и не перенесет обратно? Ведь волшебного камня-то больше нет! Куда же мы пойдем? Неизвестно, есть ли в этом мире Земля Фьордов...
В ответ викинги поначалу только фыркали, ворчали, отмахиваясь от подобной возможности, наверняка украдкой чертили на скамьях и веслах руны от сглаза. Наконец, кто-то - кажется, Олаф, - раздраженно бросил:
- Кому хочется это узнать - милости прошу снарядить в ту сторону собственный корабль! А я надеюсь еще вернуться в нашу, родную, Землю Фьордов. Того, кто хочет иного, могу отправить туда вплавь!


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 08 сентября 2017 года, 20:50:34
Никто не решился ему возразить, и на короткое время все замолчали. Потом Моди нехотя проговорил:
- Почем знать, может, здесь и нет никакой Земли Фьордов? Вот пришли бы мы - а на ее месте плещется море. Лучше станет, когда увидим такое?
- Или она есть, но, как в первоначальные времена, покрыта льдом, и в ней обитают лишь йотуны да тролли, - вмешался его брат. - Тоже не лучше.
- Пусть даже в этом мире есть Земля Фьордов, - добавил Бьярни. - Пускай она также хороша, как наша. Может быть, там даже живем другие мы, похожие на себя нынешних, как отражение в воде... Найдется ли нам место там? Местные жители скорее подумают, что сошли с ума или столкнулись с темным колдовством. Посадить нас за весло драккара и дать место у очага другие-мы вряд ли захотят, и я их понимаю.
И остальные викинги, представив возможность, изображенную скальдом, печально склонили головы. Там, где они оказались - в родном мире Ютурны, - им и вправду не было места.
Понимая, как важно ее спутникам вернуться домой, Ютурна решила попробовать помочь. В Риме ей в облике Сивиллы удалось поднять восстание благодаря безоговорочной народной веры в эту прорицательницу, так что каждое ее слово люди считали откровением богов. Значит, нужна только вера, с ее помощью можно добиться всего! Вера же могла открыть и викингам ворота миров. Ютурна вновь постаралась убедить мужа, что боги, о которых он успел ей рассказать, примут "Молот Тора" обратно, не покинут его команду в изгнании. Показалось ей или нет, но Стирбьерн, кажется, избавился от сомнений. Это было в последнюю ночь перед тем, как, по его расчетам, все должно было решиться.
Ничего особенного вокруг, кажется, не происходило. Драккар шел тем же курсом прямо на север, подгоняемый попутным ветром, его весла мерно резали морские волны, а вокруг не было ни души; разве что стая дельфинов покажет спины из воды далеко впереди, да плеснет крупная рыба. Никакой границы, разумеется, отмечено не было. И тем не менее, все почувствовали: она здесь.
Стирбьерн передал рулевое весло Аснару, а сам пристально вгляделся вдаль, замерев рядом со статуей Тора. Потом проговорил хриплым от волнения голосом:
- Теперь молите всех богов, чтобы вернули нас домой, позволили, как прежде, самим выбирать себе дорогу!
Ютурна же вспомнила его слова о том, что воины верят, что она должна принести им удачу. Вновь почувствовав себя Сивиллой, вдохновленной богами, она звонко воскликнула:
- Боги помогут нам, если увидят нашу веру твердой, как закаленное железо! Отбросьте все сомнения, отважные викинги! Думайте все только об одном: о возвращении в свой мир! Вложите все силы в это желание, сосредоточьтесь только на одной мысли: "Домой!"
Воскликнув так, она легко вскарабкалась на мачту драккара, глядя с огромной высоты на сверкающее под солнцем море. Мачта скрипела и гнулась под порывами ветра, но Ютурна недаром с детства лазала по самым высоким деревьям, да и став взрослой, не оставила своих привычек, несмотря на полученный при падении большой шрам на руке. Опираясь на крепящие парус снасти, она выпрямилась, словно всю жизнь балансировала таким образом. И запела, импровизируя на ходу, песню о возвращении домой - самом трудном и самом желанном, ради которого ничего не стоит ниспровергнуть любые преграды. Заканчивалась песня уверением в том, что боги вознаградят странников, которых только временно изъяли с лица мира, и сейчас откроют им врата...
Никакой видимой разницы, вроде бы, заметить было нельзя. Только ветер стал чуть холоднее и резче, да жаркое солнце юга немного поблекло. Да еще прокатилась пенящимся валом и скрылась за кормой высокая волна. Но все почувствовали: это уже их мир, то самое место, куда "Молот Тора" забросил шторм. Напряжение разом отпустило викингов.
Последних строф своей песни Ютурна не успела допеть. Ее заглушил дружный радостный вопль почти сотни луженых глоток, а вслед за ним - яростный, оглушительный, но ритмичный стук рукоятями мечей о развешенные вдоль бортом драккара щиты. Кто-то дудел в огромный рог. Вся эта дикая музыка странным образом попадала в такт с песней Ютурны, гармонировала с ней, хоть импровизация самозваной Сивиллы сильно отличалась от северных правил стихосложения.
Стирбьерн с горящими от гордости глазами протянул руки к жене, и она со смехом прыгнула в его объятия, отчего он даже не покачнулся. Склонившись к ее уху, он проговорил:
- Это в твою честь, моя госпожа! Между прочим, так в Земле Фьордов редко приветствуют даже самого конунга.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 08 сентября 2017 года, 20:50:43
- В мою честь? - удивленно переспросила Ютурна.
Но викинги даже не замечали ее удивления. Они верили, что именно благодаря ее помощи смогли вернуться в свой родной мир, и теперь им оставался лишь путь через море - обычный, достижимый и не связанный не с какими тайными силами. И теперь наперебой восхваляли жену своего вождя, именуя ее Вещей, Приносящей Счастья, валькирией, спустившейся на землю. Ютурна поняла, что ей ничего не остается, как принять за чистую монету их похвалу... и постараться не разочаровать впредь. И она стояла рядом со Стирбьерном, высокая, прямая и гордая, остававшаяся заметной даже рядом с могучим викингом, и многим тогда подумалось, что и королева Ингрид не могла бы держаться лучше.
Никто так и не разобрал, кто первым предложил отделить Ютурне равную долю добычи. Кажется, это был скальд Бьярни, открыто восхищавшийся ею, тем более, что она тоже была певицей. Но в этот раз его предложение поддержали и другие; и, таким образом, Ютурна становилась не просто пассажиркой на "Молоте Тора", но полноправным членом хирда Стирбьерна, наравне с викингами. И сам вождь, хоть и никогда не стал бы первым предлагать такого для своей жены, не скрывал гордости. Если уж ему суждено было в своих вечных странствиях найти себе жену, она, конечно, должна быть непохожей на обычных женщин.
- А какого подарка ты попросишь у меня? - поинтересовался он, когда Ютурна принялась выбирать свою долю из их добычи, предпочитая такие вещи, от которых у нее не оставалось личных печальных воспоминаний.
Ютурна не сомневалась, о чем ей попросить. Оглядев глядевших на них викингов, она спросила у мужа, но так, что ее слышали все:
- Сперва обещай, что ты выполнишь любую мою просьбу, какой бы она ни была.
Стирбьерн подозрительно нахмурился. Ему не очень-то нравилось такое начало, однако на людях не следовало отказываться от своих обещаний.
- Еще никто не сомневался в слове Стирбьерна, сына Арнульфа, - гордо произнес он.
- Я знаю, муж мой, - ответила она мягко, примиряющим тоном. - Тогда моя просьба - всегда сопровождать тебя в твоих походах. Ты и твои воины приняли меня в команду - благодарю вас за честь. Я надеюсь впредь оправдать ее больше. Вы все видели меня в бою и знаете, что я, по крайней мере, не опозорю себя и вас. Но мне этого мало. Я хочу всегда быть рядом с тобой, Стирбьерн, ибо разве мы не единое целое?
Рыжеволосый викинг упрямо склонил голову, услышав такую просьбу. Перед его глазами прошли нескончаемые морские шторма, о которых Ютурна пока что знала лишь по их рассказам; нехватка пищи и воды; бесчисленные сражения с другими племенами; морские и сухопутные чудовища; и, наконец, самая страшная из них Золотая Змея, которой он некогда бросил вызов, и уже давно искал встречи с нею. И всем этим опасностям Ютурна готова была подвергнуться вместе с ним! Сама мысль брать жену с собой в походы казалась верхом опрометчивости. Но ведь он уже дал обещание.
- Пусть будет, как ты хочешь, - наконец, проговорил он, тяжело вздохнув. - Клянусь молниями Тора, что в любом походе, морском и сухопутном, ты, жена моя, будешь вместе со мной!


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 09 сентября 2017 года, 21:11:13
Глава 6. В Земле Фьордов
Ютурне и в голову не приходило, насколько обширно море! Потому что много-много дней прошло, и не одна луна взошла и снова уменьшилась и пропала, а викинги продолжали все так же резать веслами волны. И лишь движение звезд показывало, что "Молот Тора" действительно продвигается все дальше на север. Рисунок звезд на небе успел измениться за время плавания. Стирбьерн учил жену различать эти звезды, отличающиеся от тех, что она видела в своем родном мире.
Училась она во время плавания и многому другому, так как твердо решила стать полезной частью хирда викингов, а не просто возвеличенным непонятно за что капризом их вождя. Вращать тяжелое весло даже самой крепкой женщине было не под силу, но она в скором времени научилась ставить парус и крепить снасти не хуже ловкого Эйнара, а при случае могла поймать на крючок большого полосатого морского окуня.
Кроме прочего, она расспрашивала мужа об его северной родине, которой предстояло стать и ее домом, о родичах и других северных жителях. Стирбьерн никогда не старался блистать красноречием, однако же немало сообщил о конунге и его жене, о многочисленных двоюродных братьях и других жителях Сванехольма и подвластных ему владений, так что Ютурне казалось, что она их знает.
Викинги спешили вернуться домой поскорее, и потому "Молот Тора" нигде не задерживался подолгу. Лишь несколько раз высаживались в безлюдных бухтах, чтобы пополнить запасы воды. Стирбьерну не хотелось теперь ввязываться в ненужные стычки, когда он возвращается домой с молодой супругой. Да и новой добычи, кроме римской, "Молот Тора" уже не вместил бы.
Воздух меж тем становился все холоднее, знаменуя приближение к северу. До викингов он доносил дыхание их родины, зато Ютурне приходилось теперь не снимать шерстяного плаща. Она старалась двигаться побольше, но все равно могла по-настоящему отогреться только по ночам, в объятиях Стирбьерна.
Однажды из туч, сгустившихся над морем, пошел снег. Ютурна поначалу не могла поверить своим глазам, видя мягкие белые хлопья, бесшумно кружившиеся в воздухе как перья неизвестных птиц. Они падали все гуще, и вскоре корабль уже двигался сквозь белую пелену, словно кто-то распорол гигантскую перину. Удивленная и немного испуганная, Ютурна облизнула губы и почувствовала во рту растаявшую воду. Затем зачерпнула пригоршнями снег, уже успевший собраться возле борта, и держала так, пока тот не растаял.
- У нас мальчишки лепят из него снежки, а еще строят снежные крепости, - произнес Стирбьерн, заметив замешательство своей жены. На его волосах тоже лежал снег, превративший их из рыжих в седые.
Молодая женщина провела по ним рукой, возвращая настоящий цвет. Потом усмехнулась, поглядев на снежное мельтешение вокруг:
- Когда я сбежала из Рима, мне представилось: вдруг Тарквиний с Туллией вздумают отдать меня замуж за кого-нибудь из их этрусских друзей, туда, где зимой идет снег?
Стирбьерн тоже улыбнулся, в свою очередь сбивая снег с черных кос жены.
- У нас в Земле Фьордов снега гораздо больше. Он лежит больше половины года, а глубиной бывает в два человеческих роста, так что по нему можно ходить только на лыжах. Бывает, что метель метет по нескольку ночей подряд, и тогда земля не видит неба. Корабли зимой стоят на берегу, потому что зимние шторма - немного слишком даже для нас, викингов. А что творится зимой в лесах и горах - известно лишь их хозяевам, йотунам... Ну как, ты испугалась?
Ютурна, поняв его поддразнивание, боднула мужа лбом в плечо.
- Оставь надежду меня устрашить! С тобой я не замерзну и во владениях ваших йотунов, а с чужим, немилым мужчиной было бы холодно и в жарком Риме... если бы только не убила его и себя.
Как долго будет длиться путь, она не спрашивала. Во всяком случае, викинги нашли по звездам верное направление домой, а женщине оставалось лишь доверять их искусству мореплавателей...
Скалистые отроги гор показались в предрассветной мгле совершенно внезапно. Только накануне Стирбьерн обещал драгоценный пояс в награду тому, кто первым увидит Земли Фьордов. Это вызвало оживление среди викингов; они долго спорили, кто это будет, и ставили в заклад собственную добычу, пытаясь угадать счастливца. Потом, вспомнив, что в команде есть прорицательница, обратились к ней. Ютурна не стала отнекиваться, поставила ожерелье из серебра с лунными камнями на храброго Иринга. Викинги охотно приняли ставку, с лукавым почтением показывая, что не сомневаются в ее даре. Но, что верно, то верно - ставки в пользу Иринга сильно возросли. Против ожерелья Ютурны один лишь Вестгар решился сделать крупную ставку - нож, выкованный из остатков Камня с Неба, драгоценной глыбы небесного железа.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 09 сентября 2017 года, 21:11:26
- Проси богов, госпожа, чтобы и на сей раз оправдался твой дар, а то здесь есть люди, видящие получше Иринга, - посоветовал ехидный воин.
Однако Ютурна чувствовала, что победителем выйдет именно Иринг, и настояла на своем. Перед сном она еще успела заметить, что Стирбьерн, собираясь отдыхать, передал Ирингу рулевое весло...
Наутро, едва забрезжил рассвет, викинг поднял всех, кто отсыпался после дневной гребли, отчаянным воплем. Очень далеко впереди лежала зубчатая серая полоска - точно кто обронил гребень, - но все же ее можно было разглядеть.
- Смотри, жена! Это Высокие Скалы на юге, значит, мы почти у цели! - указал Стирбьерн в сторону приближающейся земли.
Затаив дыхание, долго вглядывалась в страну, с которой ей предстояло связать жизнь. Потом, меж тем, как Стирбьерн передал награду торжествующему Ирингу, она повернулась к Вестгару.
- Как видишь, боги помогли мне и в этот раз увидеть победу Иринга. Не будем испытывать их терпение, - проговорила она с улыбкой.
К ее удивлению, ехидный Вестгар не только протянул ей проспоренный нож, но еще и поклонился в пояс.
- Бери и владей им во славу богов, вещая госпожа! Пусть навсегда отсохнет язык у всякого, кто вздумает в тебе усомниться.
Таким образом Ютурна окончательно завоевала авторитет у команды "Молота Тора".
Вблизи берегов Земли Фьордов стали часто попадаться другие драккары, отчасти похожие на "Молот Тора", но различающиеся размерами и цветом паруса, и резными фигурами на форштевне. Ютурна видела корабли с головами драконов, птиц, волков и медведей, резных коней с развевающимися гривами и быков, грозно выставивших рога; корабли, увенчанные фигурами людей и неведомых богов. У нее вскоре зарябило в глазах, а вот ее спутники узнавали большинство драккаров, называли имена и владения их облдателей, хорошо зная всех. Большинство драккаров при виде "Молота Тора" спешили показать белый щит, даже если их было несколько против него одного. Викинги вообще-то не стеснялись, столкнувшись в нейтральных водах, нападать и на своих соотечественников, особенно если между родами и прежде была вражда. Но ссориться со Стирбьерном не решился бы никто.
Некоторые корабли какое-то время шли вровень с "Молотом Тора", словно вызвались на соревнование. Но постепенно все отставали: у их гребцов не было такой силы и слаженности движений, как у хирдманов Стирбьерна. Кроме того, те торопились, особенно после того, как увидели далеко на севере странное темное облако.
Оно показалось вдали, сперва лишь крохотной черной точкой, которую легко было принять за летящую в сером осеннем небе птицу. Но и много позднее "точка" виднелась на том же месте, более того - она постепенно расширялась, становясь все заметнее. Теперь уже похож была на  висящий в небе лоскут, стремящийся с севера им навстречу. В тени этого странного облака гасли солнечные лучи, они как будто обламывались, не в силах его развеять, и небо на севере тускнело, словно подернутое пеплом.
Судя по реакции викингов, такого им прежде не доводилось видеть, и необычное явление наполнило их сердца опасением, пожалуй, даже страхом. А лицо Стирбьерна, когда Ютурна увидела его, показалось ей ужасным: зубы оскалились, как у зверя, готового к смертельному бою, глаза горели, шрамы на щеке и на лбу побелели, точно нарисованные, а жесткие рыжие волосы готовы были встать дыбом, если бы не были такими длинными. Казалось, что им сейчас овладеет ярость берсерка. Но, заметив жену, вождь викингов усилием воли заставил себя успокоиться. Стиснув рулевое весло так, что его пальцы побелели от напряжения, Стирбьерн прохрипел, ни к кому не обращаясь:
- Вовремя мы вернулись в Землю Фьордов! Что, Золотая Змея, думала - я уже не вернусь?!
Теперь "Молот Тора" полетел по волнам еще быстрее, так что Ютурна едва успевала разглядывать остающиеся впереди скалистые берега, острова и живописные заливы, чужие корабли. Но, как ни быстро мчались они, темное облако все так же маячило  на севере, и похоже было, что оно приближается, медленно, но неуклонно.
И все-таки, о непонятной угрозе было почти забыто, и даже самые мрачные из викингов повеселели, когда, наконец, впереди показался Сванехольм-фьорд, в котором располагалась столица северного края.
Стоя на носу корабля под белым щитом рядом с мужем, Ютурна глядела горящими глазами на аккуратно расчищенный берег в глубине большого залива. На берегу уже столпились люди, встречая подходивший драккар.
- В этой земле сила моря и железа соединилась с иной, древней силой гор и лесов, - именно эта мысль первой пришла в голову Ютурне, когда "Молот Тора" причалил к берегу.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 10 сентября 2017 года, 21:01:36
Стирбьерн под руку с Ютурной первым соскочил с борта драккара на галечный берег и склонил голову, почтительно приветствуя немолодого, но осанистого мужчину в богатой одежде, встречавшего их в сопровождении нескольких воинов. Ютурна поняла, что это и есть Харальд конунг, правитель Земли Фьордов и дядя Стирбьерна. Он оказался именно таким, как рассказывали викинги. Однако даже Сивилла не смогла понять, радуется ли он возвращению родича. Он словно и радовался, и нет, хотя приветствовал Стирбьерна вполне радушно.
- В дальних ли краях побывали? - осведомился конунг, внимательно разглядывая спускающихся на берег викингов.
- На этот раз мы побывали в земле, которой нельзя достичь простым вращением весел. Нас туда перенесла тайная сила по воле богов, и мы могли бы застрять там навсегда, если бы не моя жена. Ее зовут Ютурна, она владеет пророческим даром, и только благодаря ей мы вернулись, да еще с богатой добычей.
При этих словах Харальд задержал на ней взгляд, хотя, разумеется, сразу заметил высокую черноволосую женщину, гордо стоявшую рядом со Стирбьерном. Она даже слегка улыбалась, казалось, ничуть не испытывая тревоги, естественной для человека, попавшего в новую среду. Хороша, бесспорно, но только из-за этого Стирбьерн не привез бы ее с собой. Прорицательница, значит? Ладно, пусть покажет себя на первых порах. Конечно, Стирбьерн лишь такую женщину и мог взять в жены: он него всю жизнь можно было ожидать любых необычных поступков. Вот если бы он вдруг женился на обычной северной девушке из подходящего по знатности рода - тогда бы удивились все, а Харальд конунг - первым.
- Если так, поздравляю тебя со свадьбой, - сказал он племяннику, но покосившись в сторону его жены. - Сразу видно, что в тебе кровь Асгейра Смертельное Копье: ведь он, приведя свой род в Сванехольм - а здесь был тогда дикий берег, - взял в жены деву из рода йотунов, по имени Рагнхильд.
Ютурна поняла, что это относится главным образом к ней, и усмехнулась в ответ:
- Потому-то род Асгейра и сохраняет свою славу, что его потомки по-прежнему берут себе достойных жен.
На сей раз Харальду осталось лишь кивнуть, соглашаясь с ее словами. Не ожидал такого меткого ответа от иноземки, неведомо каким колдовством выучившей северное наречие!
Но, подавив замешательство, сделал знак собравшимся на берегу:
- Что же мы, так и будем беседовать на берегу? Пойдемте скорее в усадьбу, там расскажешь, что вы повидали! Сейчас для вас истопят баню, а вечером будет пир.
Тем временем берег весь заполнился людьми; они подходили и подъезжали со всех сторон, стараясь протиснуться поближе к прибывшим. Всем хотелось увидеть Стирбьерна и его спутников, долго не появлявшихся в родных краях. Поглядывали и на Ютурну; очевидно, слухи о ее пророческом даре уже успели распространиться. Кроме того, богатая добыча, которую викинги принялись разгружать с "Молота Тора", сама по себе будоражила воображение, точно сказочное золотое руно. Ютурна порадовалась про себя, что здесь неизвестна легенда о Язоне и Медее, иначе ее могли бы принять совсем не так...
Большой дом конунговой усадьбы показался Ютурне скромным жилищем. Ни камня, ни дерева - просто приземистое строение из непонятного материала, грязно-бурого цвета, с плоской толстой крышей. Точно сарай или коровник, а не жилище правителя. Стены были сплошными - ни единого окна. Впрочем, Ютурна мгновенно догадалась, почему так. Когда наступают жестокие северные морозы, обитателям такого дома нужно было сохранить как можно больше тепла, а без света можно было обойтись, тем более что зимой его все равно не хватало.
Возможно, окажись на месте Ютурны кто-то из более изнеженных римских патрицианок, Сванехольм показался бы им ужасным. Но дочь Турна Гердония была истой наследницей древних царей, живших задолго до того, как суровые латины узнали, что такое роскошь и удобства. Что хорошо было для ее предков, сумеет принять и она. А ленивые, изнеженные греки-сибариты были рабами в поместье ее отца.
Когда они со Стирбьерном вошли после бани в большой дом, их встретило жаркое пламя огромного очага, занимавшего всю длину северной стены. А затем, в свете укрепленных на стенах факелов, она разглядела, одного за другим, собравшихся в зале людей. Семью Харальда конунга. Семью Стирбьерна - во всяком случае, ближайших ему по крови людей. А стало быть, теперь и ее, Ютурны. Она сама так выбрала.
- Теперь это и твой дом, жена Стирбьерна, - произнесла глубоким голосом светловолосая женщина, поднявшаяся с кресла. Такая же высокая, как Ютурна, с царственной осанкой, хоть и старше ее, по меньшей мере, на двадцать лет. Королева Ингрид, жена конунга. Никто и не усомнился бы, что королева.
- Счастья и долгой жизни тебе, госпожа, - ответила молодая женщина, сев на указанное место рядом со Стирбьерном.
Поблизости от королевы расположились трое ее сыновей, на скамейке у ее ног сидела единственная дочь, рыжеволосая Фрейдис, рассеянно гладившая пушистую кошку. На всех лицах было написано желание как можно скорее узнать историю путешествия Стирбьерна. В ответ на пожелание Ютурны Ингрид улыбнулась, взглянув на свою семью:
- Счастье женщины - в ее семье. Да пошлют боги и тебе возможность в этом убедиться, Ютурна.
Тогда ее старший сын и наследник конунга, Хельги, красивый молодой мужчина, улыбнулся в ответ на слова матери:
- Значит, боги вознаградили и тебя, матушка, заслуженным счастьем.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 10 сентября 2017 года, 21:01:47
Затем он протянул руку сидевшей рядом Ютурне:
- С прибытием тебя! Не только мы, но и вся Земля Фьордов будет рада, увидев жену Стирбьерна.
Светлое, искреннее приветствие молодого викинга помогло Ютурне окончательно почувствовать себя как дома. Казалось, он не удивлялся, кто она и откуда взялась, но раз и навсегда принял ее как часть большой семьи.
Но, когда Хельги снова сел в кресло, ласково обняв свою жену, сидевшую рядом, у Ютурны почему-то тревожно сжалось сердце при взгляде на них. Ей вдруг привиделось на месте Хельги животное, избранное для принесения в жертву именно за свою красоту и отсутствие недостатков...
Она встряхнула головой, отгоняя наваждение. Хельги и Герда сидели на своем месте, повернув головы друг к другу, так что их волосы переплелись. Красивая, любящая, счастливая пара... Словно сказка, о которой в юности мечтается всем, да только сбывается она у одной пары на десять тысяч. Но все-таки порой сбывается, чтобы люди вовсе не утратили веры в лучшее!
Королева Ингрид тоже залюбовалась старшим сыном. И, встретившись с ней взглядом, Ютурна поразилась: в ее синих глазах плескалась такая печаль, что, кажется, вырвалась бы на волю - затопила бы всю Землю Фьордов, как второе море, сделала бы небо черным. Но нет - печаль дремала за семью печатями, так что никто, кроме Сивиллы, и не различил бы ее. Ее сдерживала железная твердость и - несмотря ни на что, - отчаянная надежда. У Ютурны мурашки пробежали по коже. Ингрид знала, во всяком случае, предчувствовала нечто, касавшееся судьбы старшего сына, а возможно, и не только его. Она ведь в молодости служила Фригг супруге верховного бога Одина, и, как говорили, богиня иногда посылала ей вещие сны... Но она молчала, и Ютурна также постаралась отогнать свои предчувствия.
- Своей судьбы не избежит никто - ни боги, ни люди, - проговорила королева, словно прочтя ее мысли.
"Она права", - подумала дочь Турна Гердония. - "Лучше уж принять свою судьбу с честью, чем, узнав ее приговор, трусливо вилять, извиваться ужом, стараясь его избежать, и, в конце концов, придти как раз к тому, от чего так старался избавиться".
Тем временем зал заполнился людьми, собравшимися на пир. На почетном возвышении устроился Харальд конунг с женой, вокруг - их дети и незаконные сыновья конунга, рожденные до брака с Ингрид; Стирбьерн с Ютурной и вся команда "Молота Тора"; лучшие викинги и кормчие драккаров, а также все собравшиеся на зиму в Сванехольме ярлы, их родственники и особо отличившиеся воины. Хоть в Земле Фьордов, как стало понятно из их беседы, дела были не особенно хороши, но конунг еще мог себе позволить накормить до отвала столько гостей, сколько вмещал большой зал его дома. Что и доказало обильное угощение, от которого ломился настил из досок, заменявший здесь стол.
В первое время Ютурна не могла запомнить всех новых людей, хоть конунг и приветствовал каждого из знатных гостей, называя их имена и владения. Слишком много было новых лиц, слишком много впечатлений для одного дня. Кроме семьи конунга, ей бросились в глаза лишь немногие. Одним из таких был дальний родственник, Йорм, с волосами как лисий мех, одетый ярко и пестро, точно девушка. О нем, как припомнила Ютурна, муж почти не рассказывал ей, лишь нехотя упоминал раза два его имя. И теперь она поняла, почему.
Бесцеремонно подойдя к ним, Йорм отвесил утрированно-низкий поклон сидевшему Стирбьерну, который лишь небрежно кивнул в ответ. Затем повернулся к Ютурне со сладкой улыбкой.
- Рад познакомиться с новой родственницей! - даже голос у него был вкрадчивый, показавшийся женщине неприятным. - Надеюсь, тебе не будет здесь скучно среди нас, когда Стирбьерн оставит тебя, снова уйдя в море. Что поделать, у него только одна госпожа - море... и Золотая Змея...
Стирбьерн угрожающе поднялся из-за стола, но Ютурна успокаивающе коснулась его руки. Ей почудилось что-то зловещее в интонации, с которой Йорм упомянул Золотую Змею, но она хотела ответить наглецу сама.
- Благодарю за пожелания, но я намерена жить здесь с моим мужем, когда он бывает в Сванехольме. А когда он решит уйти, я пойду с ним.
Теперь уже не только Стирбьерн, но и все викинги с "Молота Тора" выжидательно косились в сторону Йорма. Но этого и не потребовалось: встретившись взглядом с Ютурном, воспитанник конунга отвел глаза и убежал подальше от них, словно подхваченный ветром.
Ее недавние спутники осушили кубки и пиршественные роги за "победу" своей госпожи над Йормом. Это происшествие всех развеселило. Только сама Ютурна никак не могла отогнать подозрение. Что-то странное было в этом Йорме, как будто он был не плотью от плоти своего народа, а таким же иностранцем, как она сама. Его ужимки и бесцеремонная дерзость неприятно напомнили ей сыновей Тарквиния - а ведь она рассчитывала, что впредь не встретит ничего, напоминающего о прошлом. Но все же, это был родственник ее мужа, и она решила пока ничего не говорить о нем, если не будет более серьезных доказательств.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 11 сентября 2017 года, 21:07:47
Ну вот, все молчат... :'(
Вы хоть скажите: может, мне и писать этого не надо?

Глава 7. Накануне
После того, как Стирбьерну пришлось, по настойчивым требованиям собравшихся, рассказать о своем небывалом путешествии (причем Ютурна отметила, что теперь он говорил прилюдно менее охотно, чем перед ней, в пещере Инвы), пир пошел своим чередом. Другие вожди викингов тоже повествовали о своих походах, хвастались добытыми сокровищами. Те из гостей, что владели искусством стихосложения, произносили висы, восхваляя каждый своего вождя и его хирд. Звенели, опрокидываясь, чаши, хрустели кости жареной дичи на зубах воинов.
Только не всем на том пиру было весело, да и не ради веселья, как видно, созвал гостей Харальд конунг. Постепенно разговор пошел о серьезных делах. Давно уже все заметили, что холода наступают по осени все раньше, а зимы становятся все более суровыми. В море бушевали шторма, потопившие много кораблей. Лов рыбы становился невозможен, а урожаи тоже делались все меньше год от года. Земле Фьордов грозили холод и голод. Говорили, что их посылают злобные йотуны, желающие, чтобы Срединный Мир принадлежал им одним.
Стирбьерн подтвердил их худшие опасения, сообщив о темном облаке, ползущем с севера. Он-то ни на минуту не сомневался, кто стоит за всеми бедствиями: Золотая Змея, его давний враг, к победе над которой он стремился всю жизнь. К сожалению, она, хоть несколько раз доказывала викингу, что знает о нем, не спешила встретиться с ним лично. Но теперь наступало его время, и он не сомневался, что скоро встретит, наконец, неуловимую древнюю тварь.
Сидевшая рядом с мужем Ютурна ощущала почти физически исходившее от него напряжение, словно сквозь него проходили молнии Тора. Мысленно Стирбьерн был сейчас далеко отсюда, вел свой драккар по ледяным морским волнам, навстречу Золотой Змее. Но только что вернувшиеся воины нуждались в отдыхе, а "Молот Тора" - в починке. Кроме того, может быть, пока они отдыхают, наследница Имира даст знать о себе, и ему будет проще ее найти...
Прислушиваясь к разговорам на пиру, Ютурна начинала лучше понимать трудную жизнь северян. Можно было понять их воинственность, их суровые обычаи, если знать, что в их краю до сих пор водились чудовища, подобные которым там, откуда она пришла, остались лишь в мифах.
Но о будущем тем, кто собрался здесь, предстояло позаботиться после. А теперь был пир, и, как сказал Харальд конунг, "даже если ему суждено стать последним, он не должен оказаться худшим". Окончательно пир не смог испортить даже Йорм, принявшийся дерзко насмехаться над всеми подряд, не считаясь ни с кем. Ютурне это не понравилось, в ее душе вновь всколыхнулось неясное предчувствие. Однако хозяев дома выходки Йорма, похоже, забавляли, и они не придали им большого значения, даже когда наглеца, наконец, выставили прочь из зала. Вот так же при дворе Тарквиния ни во что не ставили Юния Брута, - подумалось молодой женщине. Однако Брут, как оказалось, все эти годы был врагом тиранов, тайно готовившим им погибель, - ну а чего ожидать от Йорма? Как он отблагодарит родичей, воспитавших его, когда погиб его отец?
Из всей мешанины человеческих фигур, имен и голосов, что ей довелось встретить в этот вечер, Ютурне наиболее отчетливо запомнились два лица. Проницательное и совершенно непроницаемое - начальника стражи Рольфа и сумрачное, даже немного грустное лицо одного из внебрачных конунговых сыновей, отличавшегося крепким сложением и необычными для викинга черными волосами. За время пира он не произнес ни слова, так что Ютурна уже решила, что он нем. Однако в ответ на издевки Йорма черноволосый викинг бросил несколько слов, не глядя на того. Похоже, что разнаряженный выскочка был ему также неприятен, как и Ютурне. Склонившись к мужу, она шепотом спросила, кто это.
- Это Ульв Черный, мой двоюродный брат. Хороший воин, только конунг его не ценит.
- Почему?
- Боится унизить сыновей королевы, наверное, - Стирбьерн пожал плечами. - А может, просто не замечает. Ульв почти всегда молчит. Я в детстве играл с ним, но он и меня сторонится, как других.
В перегруженном впечатлении сознании Ютурны смутно мелькнула мысль, что интересно было бы узнать получше и этого Ульва. Но она уже плохо соображала. Усталость и обильное угощение, духота и жар от очага совсем уморили ее, и она даже не заметила, когда именно муж унес ее из зала и уложил на скамью в одной из боковых комнат, отгороженной от главного помещения пестрым занавесом. Здесь, видимо, должна была располагаться их со Стирбьерном спальня.
В следующие несколько дней Ютурна едва начала понемногу осваиваться в незнакомой земле. Язык племени фьордов она научилась понимать  при переходе между мирами, как и викинги - латынь. Но их обычаи, одежда, даже пища была ей непривычны, всему приходилось учиться сначала. К счастью, молодая женщина была любознательна и восприимчива, и не отказывалась перенимать опыт местных жителей. Обитатели усадьбы, надо сказать, относились к ней уважительно: как-никак, жена Стирбьерна, к тому же прорицательница - это не случайная наложница-иноземка.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 11 сентября 2017 года, 21:07:58
Сразу после возвращения у Стирбьерна было слишком много дел, чтобы проводить с женой много времени, так что они виделись только рано утром да вечером. Следовало заново проконопатить "Молот Тора", залить смолой все образовавшиеся трещины, поменять мачту, обновить все ставшие ненадежными доски. Надо было позаботиться и о воинах; для своей команды он заказал лучшие оружие и доспехи. В том деле, что предстояло им, не могло быть мелочей: ржавый нож или подгнившая доска могли погубить драккар и всю команду. Ютурну также ждал подарок, но ее муж ничего не говорил ей заранее.
А когда его не было рядом, Ютурна общалась в основном с Фрейдис, с которой быстро подружилась, хоть та и была на десять лет моложе нее. Двоюродная сестра Стирбьерна была такой же рыжеволосой, вспыльчивой и беспокойной, как и он, совсем не похожей на родителей и братьев. Похоже было, что ей дома часто бывало одиноко, и она очень обрадовалась новой родственнице. В первый же день Фрейдис принесла пару легких мечей и предложила Ютурне поучиться владеть ими. Та охотно согласилась, думая о будущем. Лучше, если она сможет быть на "Молоте Тора" помощницей, а не обузой, а для этого мало было ножа, выигранного ею у Вестгара.
Фрейдис, как и она, впервые в жизни взяла в руки меч, и знала о нем не больше Ютурны, но оказалась ей достойным партнером. Быстрая, гибкая и отчаянная, она кружила вокруг противницы, не давая по себе попасть, изгибалась и подныривала под руку, и даже умудрилась разрубить старый щит, которым прикрывалась Ютурна, и поцарапала ее кожаный нагрудник. Кончилось тем. что обе дружно расхохотались и, бросив оружие, сцепились уже в рукопашной борьбе, да так и покатились по земле, продолжая смеяться, пока не обессилели.
Взглянув на подругу, такую же растрепанную и перепачканную землей, как она, Фрейдис лукаво подмигнула:
- А здорово ты придумала взять со Стирбьерна клятву, чтобы он брал тебя с собой. Пожалуй, я, когда выйду замуж, тоже возьму со своего мужа такую же.
- А есть уже кто-нибудь на примете? - в тон девушке поинтересовалась Ютурна.
Покраснев, как ее волосы, Фрейдис шепотом призналась, что ей, вообще-то, приглянулся Ингвар ярл из Идре-фьорда. К счастью, он по знатности рода годился в женихи дочери конунга, и она надеялась, что со стороны родителей не будет проблем. Ютурна смутно припомнила одного из вождей помоложе других, с зелеными, как у рыси, глазами, и кивнула в ответ. Но не успела ничего сказать, так как к ним подошел Стирбьерн.
- Вот вы где! - сказал он, затем кивнул в сторону валяющегося на земле оружия: - Отличная идея, Фрейдис! Интересно, что было бы, узнай о ней твоя матушка?
- Но ведь от тебя она ничего не узнает, правда же? - подмигнула Фрейдис.
- От меня - нет, - согласился Стирбьерн. - Но тебе сегодня придется остаться дома: королева звала тебя. А тебя, Ютурна, я приглашаю на охоту. Ты ведь хотела увидеть наши леса?
Такое приглашение Ютурне не требовалось повторять дважды. В мгновение ока она вместе с мужем присоединилась к охотникам. Там же был конунг с сыновьями, почти все ярлы и викинги, и еще много народа. Однако все оживление Ютурны как рукой сняло, едва она увидела Хельги. Наследник конунга беззаботно засмеялся, успокаивая мать и жену, а те стояли рядом с помертвевшими бледными лицами и, казалось, вот-вот вцепятся в него, стремясь силой удержать дома, раз не вышло уговорить. Но, конечно, не стали: так не ведут себя жены и матери воинов, тем более знатного рода. И Хельги последовал со всеми, не беспокоясь о своей судьбе. У Ютурны щемило сердце от непонятной тревоги, когда она провожала его взглядом. Она до крови закусила губу, чтобы не окликнуть красавца-викинга.
Нет, предчувствия не обманули ее, не обманули оставшихся дома Ингрид и Герду. Впоследствии Ютурна никогда не могла ясно вспомнить ту охоту. Последующее событие начисто затмевало картину облавы в осеннем лесу, вытесняло даже внезапное нападение вервольфов - йотунов-оборотней. Потому что немного позже они нашли Хельги со стрелой в сердце, одного на лесной поляне. И никто не мог даже ответить, у кого поднялась рука на сына конунга, ведь его любили все в Земле Фьордов.
Страшно было теперь глядеть на враз постаревшего Харальда, на Ингрид, неподвижно замершую, словно окаменевшую, когда ей принесли тело старшего сына. Братья - и родные, и сводные, - не находили себе места, а Стирбьерн был в ярости. В доме лежала без памяти Герда, молодая жена Хельги. Один из сводных братьев, Хаук, был обвинен в убийстве и бросился в пропасть. Так черные дни пришли в Землю Фьордов.
На следующее утро после гибели Хельги не взошло солнце.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 12 сентября 2017 года, 20:40:45
Солнце не появлялось на небе, скрытое облаком тьмы, и на земле становилось все холоднее. Никогда еще в Земле Фьордов не бывало ничего подобного, и люди уже шептались: не наступает ли Рагнарёк, гибель всего живого? Предательское убийство Хельги, после чего убила себя и его молодая жена Герда, становилось лишь началом бедствий. Не требовалось быть Сивиллой, чтобы предвидеть их. Это носилось в воздухе, слышалось в свирепом завывании вьюги, ощущалось в мертвящем дыхании мороза, в неутихающих снежных вихрях.
Когда на Сванехольм напали враги, Стирбьерна с Ютурной не было дома. Они были в отъезде, у Каменного Кургана, где пробудился к жизни похороненный пятьсот зим назад живой мертвец, драугр. Стирбьерн сам вызвался упокоить его, и был вынужден исполнить свою клятву - взять с собой жену. Хоть и недолго успела Ютурна пожить в Земле Фьордов, все же успела немного научиться ходить на лыжах, так что хирдманам ее мужа не приходилось над ней смеяться. Куда более удивительно, что вместе с ними вдруг увязался Йорм, которого прежде не отличала особая отвага. Ютурна никак не могла побороть неприязнь к нему, но ведь тот был, как-никак, родственником ее мужу, и к нему следовало относиться терпимее...
Когда живой мертвец в доспехах, впервые сраженный в битве самим Асгейром Смертельное Копье, был сожжен на вершине своего кургана, Ютурна в полной мере смогла почувствовать, что попала в царство древних легенд, воплотившееся наяву. В ближайшей деревне оплакивали близких, убитых драугром, и на фоне черного неба и снега его огромный силуэт, блистающий драгоценными доспехами, подсвеченный пламенем - это врезалось в память на всю жизнь.  Куда там было всем чудовищам римской мифологии, которых и не встречал никто из живых! Здесь легендарное прошлое заявляло о себе так зримо, что при виде него холодный пот бежал по коже, подгибались ноги, и сердце бешено колотилось. И сам Стирбьерн после признался жене, что поединок с ожившим мертвецом был самым опасным в его жизни, при том, что проиграть его ни в коем случае было нельзя...
А вернувшись домой, они обнаружили на месте Сванехольма пепелище. Только хищные черные вороны важно расхаживали среди обгоревших развалин, да неясные серые фигуры непонятного происхождения крались, выискивая что-то среди развалин, откуда, должно быть, уже утащили все ценное их сородичи рангом повыше. Их шатры из звериных шкур виднелись поодаль, на большом поле, где прежде поселяне растили лен и ячмень.
- Все погибли! - прошептал Стирбьерн, бледный, как смерть. - Пока нас не было, коварные дети Имира сожгли Сванехольм! Вот зачем им было надо, чтобы мы ушли...
Проговорив так, он страшно зарычал и бросился вперед, уже не задумываясь, сколько врагов бродит по округе. Викинги последовали за ним; они не могли оставить своего вождя, но и не пытались его удержать. Потому что Стирбьерном овладело сейчас бешенство берсерка, проявлявшееся у него реже, но и страшнее и тяжелее, чем у Хальфдана, у которого безумная ярость была естественной чертой его натуры. Только одна Ютурна могла сейчас осмелиться подступиться к Стирбьерну. С огромным трудом догнав его на не слишком послушных для нее лыжах, женщина ухватила мужа за руку и проговорила, задыхаясь от усталости:
- Подожди, муж мой! Сперва поищем живых. Я верю: есть еще спасшиеся люди! Смотри: вон там, у моря, где стоят корабли, светится полоска неба. Она сулит надежду. Туда не достигла тьма...
- Это Священная Роща, - равнодушно ответил Стирбьерн, и вдруг встрепенулся: - Ты права, клянусь молниями Тора! Там они могли спастись! - и он стремительно бросился в ту сторону.
Отряду Стирбьерна все-таки пришлось прокладывать себе путь с боем, так как войска Других Народов внимательно следили за округой. Но роща возле моря, где приносили жертвы богам, потому и была Священной, что над ней не властно было никакое колдовство, и нечисть не могла туда войти. Там, к великому счастью встретившихся, и вправду укрылись все, кому довелось пережить страшную ночь разрушения Сванехольма. Меньше половины населения большого города, вместе со всеми приезжими. Впрочем, на большее количество людей не хватило бы и припасов; и без того в скором времени приходилось опасаться голода. Ни одна семья в Сванехольме не избежала в эти непроглядные дни потерь. И семье конунга, еще не оправившейся после гибели Хельги, пришлось оплакивать еще и младшего сына, Гутторма.
Так началась осада Священной Рощи. Войско нечисти с одной стороны, все сильнее сжимающиеся тиски зимы - с другой делали все более тяжелым положение изгнанников.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 12 сентября 2017 года, 20:40:57
Как ни трудно было Ютурне терпеть лишения, с трудом выносимые и для коренных северян, она все же не жаловалась, даже когда кожа на обмороженных руках стала трескаться, оставляя кровоточащие язвы. Когда муж однажды спросил, не кается ли она, что последовала за ним, молодая женщина, не раздумывая, покачала головой.
- Как можно? Я твоя жена, и знаю свое место. Конечно, я мечтала о жизни полегче, но сумею встретить свою судьбу с тобой вместе. Там, где я жила, жена клянется мужу на свадьбе: "Где ты, Кай, там и я, Кая".
Стирбьерн залюбовался ею, лежащей перед ним на тюфяке, покрытом рваной шкурой. Среди этой нищенской обстановки еще роскошнее казалась красота молодой женщины, словно роза, расцветшая на мусорной куче.
- Ты - настоящая валькирия, Дева со щитом, - проговорил викинг.
- Женщины моего рода никогда не бросали своих мужчин в беде.
- Ты - валькирия, - упрямо повторил Стирбьерн, заключая ее в объятия.
Ему тоже нелегко давалось вынужденное бездействие в Священной Роще. Созданный для решительных действий, он мечтал решить все раз и навсегда, отправиться навстречу Золотой Змее, а там будь что будет! Но Харальд конунг опасался дробить силы, и сын Арнульфа вынужден был кое-как смириться с его приказом - но именно кое-как.
Развязка наступила однажды, когда в Священную Рощу приехали в санях, запряженных  полумертвой от усталости лошадью, двое мальчишек, чудом спасшихся из начисто уничтоженной нечистью деревни. Ютурна почти физически ощутила страх и отчаяние, подгонявшие их всю дорогу, но поверх того - необыкновенно яркий образ, затмевавший даже страшную картину всеобщей гибели. И она поняла, что на Стирбьерна тоже произвела впечатление история, что поведали мальчики - да и разве он мог иначе? Напрасно конунг пытался образумить своего непокорного родича - тот все решил, и команда "Молота Тора" была готова следовать за своим вождем. Если что и смущало Стирбьерна, так это желание Ютурны сопровождать его. Ночью в своем шатре он попытался отговорить ее. Но не учел упрямства дочери Турна. Она не желала и слышать о том, чтобы остаться дома.
- Ты дал мне клятву, Стирбьерн, - напомнила женщина с раздувающимися от гнева ноздрями; впервые она по-настоящему разозлилась на мужа. - Ты ведь не можешь ее нарушить.
- Если ты откажешься сама, мне не придется ничего нарушать, - возразил он.
- Я ни за что не откажусь! Поздно нам теперь менять решения. Я чувствую: тебе именно теперь пригодится моя помощь. Ты ведь всегда доверял мне, поверь и в этот раз. Мальчишек ты берешь с собой, а я...
Стирбьерн тяжело вздохнул, впервые в жизни уступая чужому желанию и - вопреки всему, - все-таки восхищаясь мужеством своей жены:
- Хорошо. Ты пойдешь с нами, но, ради всех богов, будь осторожнее! Нечисть не только дерется, как бешеная, но и умеет колдовать. Надеюсь, ты будешь сильнее всех их чар!.. А это доспехи для тебя, самые лучшие.
Он показал ей длинную кольчужную рубаху, сверкающую серебром, точно по росту и фигуре Ютурны. Прикрепил поножи, помог надеть шлем, украшенный парой крыльев. На сделанном для нее небольшом щите ярко рдела руна Альгиз. Был там и меч, как раз по руке ей, украшенный привезенными из Рима самоцветами.
Когда Ютурна вместе с мужем вышла навстречу ожидавшим их викингам, то и вправду, должно быть, похожа была на спустившуюся из Асгарда валькирию. Викинги, уже готовые подняться на корабль, встретили ее вновь дружным стуком мечей о щиты.
Когда последние вещи были погружены на борт, Ютурна произнесла громко, так, что ее услышали все:
- Нам нужна лодка!
- Лодка? - переспросили сразу несколько возмущенных голосов. - Викинги никогда не берут с собой лодок! Для нас невозможна и мысль, что кто-то захочет спастись один, бросив товарищей!
Но Ютурну не так легко было смутить.
- Нам нужна лодка, - упрямо повторила она. - Я предчувствую, что она может нам пригодиться, а вы свободны верить мне или не верить.
Но все-таки они предпочли поверить Сивилле, в даре которой убеждались прежде не раз. Маленькая лодка, в длину едва ли больше человеческого роста, была аккуратно уложена среди прочих необходимых в походе вещей.
Последним на борт "Молота Тора", крадучись, скользнул Йорм. Ютурна хмуро покосилась на него; однако Стирбьерн не возражал против его присутствия, и она промолчала, не желая затевать ссоры перед отплытием.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Akjhtywbz22 на 13 сентября 2017 года, 21:16:43
Спасибо, эрэа Артанис.
Читаю с интересом ещё один вариант истории уже знакомых и полюбившихся викингов :). Взгляд со стороны, глазами Ютурны, добавляет новых ноток. Удастся ли команде с её новым необычным членом - Сивиллой изменить ход схватки с Золотой Змеёй?
Жду продолжения.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 14 сентября 2017 года, 21:29:15
Спасибо Вам, эрэа Akjhtywbz22, что, наконец-то, нашли что сказать мне! :-* :-* :-*
цитата из: Akjhtywbz22 на 13 сентября 2017 года, 21:16:43
Спасибо, эрэа Артанис.
Читаю с интересом ещё один вариант истории уже знакомых и полюбившихся викингов :). Взгляд со стороны, глазами Ютурны, добавляет новых ноток. Удастся ли команде с её новым необычным членом - Сивиллой изменить ход схватки с Золотой Змеёй?
Жду продолжения.

Ютурна кое-что, надеюсь, сможет изменить, но не до неузнаваемости. Она не богиня и не Мери-Сью. Неужто она в одиночку сможет сделать больше, чем целая команда здоровенных мужиков? А если бы могла - чего бы стоили такие мужики?
Ну, и свободу выбора еще никто не отменял. Дар Сивиллы, который в магическом мире, вполне вероятно, еще усилится - все-таки не гарантия, что все непременно последуют ее совету. Я много думала о том, насколько возможно изменить события "Саги...", и вот, можете судить, что получается в итоге...
И "каноном" все равно остаются четыре моих "Саги...". Если бы можно было их превратить в настоящую книгу, таковой стали бы именно они, а "Викинг и сивилла" - не более чем фанфик, никак не отменяющий первоначального сюжета. Как у Шаховской в сюжете не было никаких викингов, точно так же в подлинной версии моего северного цикла нет никакой Ютурны.

Глава 8. Золотая Змея
В скором времени и Ютурне, и всему хирду Стирбьерна пришлось сильно пожалеть о своем доверии к Йорму. Того поймали, когда он, со знаком Золотой Змеи на шее, призывал морских чудовищ напасть на "Молот Тора" во время сонного оцепенения, охватившего всех на борту. Правда, атаку удалось отбить, а самого Йорма Стирбьерн в ярости швырнул в море. Однако десятка погибших товарищей это вернуть не могло, да и вождь викингов с того времени сделался мрачным и молчаливым, как будто что-то неотступно мучило его. Он почти не ел и не спал, подолгу вглядывался в темные, без блеска, волны непреклонным взглядом фанатика.
Только Ютурна решилась обратиться к мужу, выбрав момент, когда он слишком устал, чтобы сопротивляться ей.
- Тебе жаль того предателя? Или ты разуверился в победе? - мягко спросила она, положив руки ему на плечи.
Рыжеволосый викинг покачал головой.
- Не в том дело. Йорм это заслужил. Но суждено ли нам победить, я вправду не знаю. Этого и тебе, вещей, не дано узнать раньше срока. А срок уже скоро, недаром боги позволили мне нарушить зарок, прикоснуться к золоту, да еще заговоренному Золотой Змеей. Знаешь, Ютурна, я видел ее тогда, в очарованном сне. Она обещала мне бессмертие и власть над Мидгардом. Сначала она была в облике прекрасной женщины, но, когда я отказался, превратилась в змею.
Усмехнувшись, Ютурна прижалась к мужу еще ближе.
- Так ты отказался от ее предложений, даже самых заманчивых? Бедная Золотая Змея! Могу лишь посочувствовать ей. Следует признать, она хорошо разбирается в мужчинах. Можно уважать ее за такой выбор, хоть и безнадежный.
Ютурна говорила о Золотой Змее со смехом, как о самой обычной женщине, и на обветренном лице Стирбьерна скользнула тень улыбки.
- Скоро все решится, - снова проговорил он. - Но тебе, жена, лучше было бы оставаться дома.
- Я остаюсь с тобой, - упрямо проговорила она, не напоминая, что в сожженном Сванехольме сейчас едва ли безопаснее.
И вот, спустя несколько непроглядных дней и ночей плавания по бушующим волнам, наступила развязка. Началась гроза; легко прорвавшие завесу грозы молнии Тора то и дело высекали свет, гром гремел над головой, не переставая. Тогда Стирбьерн, будто ошалев при явлении могучего бога, позвал Золотую Змею. И она явилась, страшная и великолепная, сверкающая в темноте, как расплавленный слиток. А вместе с ней - целая свора йотунов и морских чудовищ. На борту "Молота Тора" закипела битва, какой еще никто не видел.
Стирбьерн еще успел посадить в лодку Свена с Кари, двух мальчиков, принесших известие о Золотой Змее. Отправить за ними жену уже не успел, и она видела все, что происходило, при вспышках молний.
Самой ей сражаться почти не пришлось, хоть она облачилась в доспехи и постаралась припомнить все, чему смогла научиться за короткое время с тех пор, как взяла в руки меч. Блестящий строй викингов плотной стеной окружил жену вождя от подступающих врвгов, чему, говоря по правде, следовало лишь радоваться. Йотуны и уродливые тролли, похожие на бесформенные обломки скал, живые мертвецы, поднятые со дна морского, чудовища со множеством рук-щупалец, - никому из людей не захотелось бы увидеть их против себя. Но хирдманы Стирбьерна сражались с ними отчаянно, сознавая, что это, верно, их последний бой. Далеко впереди Ютурна видела мужа, ожесточенно рубившего отмеченной рунами секирой саму Золотую Змею, меж тем как та снова и снова разила его ядовитыми клыками, извивалась, стараясь сбить его с ног. Но туда было не добраться, и Ютурне оставалось лишь при каждой вспышке молнии выцеливать среди стены щитов очередную напирающую на них тушу врага и колоть, куда могла дотянуться, чтобы хоть как-то помочь своим.  Она видела, что строй вокруг становится все реже, что уже многие викинги погибли. Похоже было, что никому из участников этой битвы не остаться в живых. Погиб "Молот Тора", напоровшийся на подводную скалу, и теперь затапливаемый водой, ту же участь готовилась разделить и его команда, продав подороже свои жизни.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 14 сентября 2017 года, 21:29:38
Когда навстречу ей рванулось, больно ударив в грудь, взметнувшееся из моря бледное щупальце, Ютурна закрылась щитом, скорее непроизвольно, нежели сознательно, и ударила мечом. Щупальце отдернулось прочь, но тут же новое обвилось вокруг ее руки, Ютурна разжала пальцы и уронила меч, чувствуя, как чудовище с непреодолимой силой тянет ее к себе. Оставшейся свободной рукой  женщина нашла на поясе нож, выигранный у Вестгара, который теперь уже лежал мертвым, и стремительно полоснула им по гибкому упругому щупальцу. Хлестнула волна призрачно-голубой крови, и Ютурна почувствовала себя свободной, а чудовище с громким плеском скрылось под водой.
К ее ногам упал израненный викинг. Женщина дрожащими руками расстегнула на нем шлем, при вспышке молнии узнала Иринга. Тот умирал; у него была разворочена грудь. Совсем рядом Ютурна разглядела его синие глаза, расширенные от боли. Потом раненый улыбнулся, узнав ее.
- Прощай, госпожа из иного мира... Жаль, не увижу тебя королевой в Сванехольме... - он закрыл глаза и умер.
Ютурна закрыла ему глаза и горько усмехнулась. "Королева? Какая королева?" - даже дар Сивиллы не видел сейчас иного исхода, кроме всеобщей гибели. Вся палуба "Молота Тора" была завалена телами павших викингов и изрубленной ими нечисти. Битва заканчивалась. Похоже было, что в ней не останется ни победителей, ни побежденных.
Теперь Ютурна увидела своего мужа далеко впереди, на носу корабля. Он с Золотой Змеей, оба жестоко израненные, все еще продолжали терзать друг друга, оба залитые кровью, непонятно каким чудом еще остававшиеся в живых. Оба в самозабвенной ярости перешли некий предел, после которого нельзя уже остановиться, а остается лишь дальше вычерпывать все запасы сил, пока не рухнешь замертво. Ютурна хотела броситься на помощь мужу, но застыла, будто пригвожденная чьей-то незримой рукой. "Это должно решиться между ними двумя", - то ли вправду пророкотал ей на ухо низкий голос, то ли послышалось среди раскатов грома?.. Дрожа всем телом, она по колено в воде наблюдала за страшной битвой, не в силах отвести глаза.
Ютурна разглядела во все учащающихся вспышках молний, как умирающая Золотая Змея приняла человеческий облик, и уже в таком состоянии напоследок пронзила Стирбьерна кинжалом. Только теперь Ютурна страшно вскрикнула вместе с мужем и бросилась ему навстречу. Молния блеснула и погасла, и она увидела сперва перед собой обезглавленной тело Золотой Змеи. Та, видимо, в момент смерти тянулась к лежащему рядом хрустальному флакону с каким-то зельем, так что даже сейчас ее рука судорожно шевелилась, пытаясь дотянуться до него. Ютурна с внезапной вспышкой радости наступила сапогом ей на пальцы. А затем подняла флакон, еще не зная, зачем он может пригодиться. Краем глаза заметила, что жидкость в нем была густой и ярко-золотого цвета. Затем женщина стремительно повернулась к мужу.
Еще один яростный раскат грома потряс небо, и вспышка молнии осветила мертвенно-бледное лицо Стирбьерна, его застывшие от боли, точно стеклянные, глаза. В доспехах чернели дыры там, где их пронзали ядовитые клыки, из раны от кинжала потоком лилась кровь. Увидев жену, рыжеволосый викинг судорожно прохрипел:
- Ютурна, уходи отсюда! Лодка пригодилась... для тебя со Свеном и Кари. Уходите! Он сейчас будет здесь!
- Кто? - не поняла женщина.
- Могучий Тор! Он сожжет здесь все, чтобы и духа нечисти не оставалось. Уходите!
Молнии били все чаще и ближе, громовые раскаты не утихали, и Ютурна поняла, что он прав. Но отчаянно замотала головой, отказываясь уйти.
- Я никуда не пойду без тебя!
Стирбьерн не спорил, устало прислонившись к борту. Он был слишком слаб, чтобы возражать, и жена, подставив ему плечо, почувствовала, как он дрожит.
- Свен, Кари, помогите нам! - с отчаянием крикнула она, не зная, отзовутся ли мальчики.
- Спасайся одна, - повторил ей Стирбьерн. - Она кусала меня много раз. От яда Золотой Змеи нет спасения. Уходи же!


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 14 сентября 2017 года, 21:29:47
Ютурна и сама дрожала не меньше него, не веря, не желая соглашаться, что ему не помочь. Ей казалось - где-то рядом должен быть способ, и она непременно его нашла бы, но мысли метались, как сухие листья. "Она предлагала мне бессмертие", - так сказал ей муж несколько ночей назад, а теперь он умирал, как умерли все его хирдманы. Вспомнились пальцы Золотой Змеи, тянувшиеся к флакону с зельем. Он все еще был зажат во вспотевшей ладони женщины. Флакон, который умирающая королева йотунов хотела достать, точно в нем было единственное спасение... Или и впрямь оно было способно исцелить даже смертельные раны?
Зелье. Волшебное зелье йотунов. Зелье, способное сделать человека бессмертным либо исцелить умирающего...
Она обернулась к мужу. Тот в полузабытье сидел, прислонившись к борту и, похоже, лишь последним усилием воли еще оставался в сознании. К этому времени Ютурна достаточно много видела смертей, чтобы не узнать ее печать на лице Стирбьерна. Зелье Золотой Змеи было единственным для него шансом.
Подставив руку под голову раненому, она осторожно влила ему в рот густое золотистое зелье. Стирбьерн проглотил его, не задумываясь - похоже, что его мучила жажда. Ютурна даже порадовалась, что он не сознает, что это такое, зная ненависть своего мужа ко всему, связанному с йотунами. Он предпочел бы умереть, нежели исцелиться таким образом.
Женщина некоторое время напряженно вглядывалась, ожидая, что будет. Но каких-то сверхъестественных чудес сразу не произошло. Лишь через несколько невероятно долгих мгновений Стирбьерн тяжело вздохнул и открыл глаза. Теперь он смотрел более осмысленно, и Ютурна готова была обрадоваться, но тут же мысленно одернула себя: непохоже было, чтобы его раны зажили мгновенно. Она помогла мужу подняться и кивнула на лодку Свена и Кари, пляшущую на волнах.
- Пойдем! - повторила она.
С помощью мальчиков ей удалось перетащить Стирбьерна в лодку. Он опустился на дно лодки, вытянувшись почти во всю ее длину. На лицах склонившихся над ним мальчиков блестели слезы. Ютурна чувствовала, что плачет и сама, но, отерев лицо ладонью, быстро отрезала кусок своего плаща и перевязала мужу рану от кинжала. К этому времени кровь остановилась, и края раны как будто стали соединяться, но Ютурна все еще боялась верить в действие неизвестного зелья. Кроме того, помимо этой раны, был еще и яд. Оставалось только надеяться на лучшее. Как в тот день, когда их отряд вместе с римскими заговорщиками поднимал восстание. Как при возвращении домой, когда никто не мог поручиться, вернутся ли викинги в свой мир.
Она укрыла Стирбьерна остатками своего плаща. Он не то заснул, не то потерял сознание; лицо его при свете молнии показалось Ютурне даже не бледным - зеленым. Женщина отерла пот с его лба, поцеловала и взяла пару весел, вместе с мальчиками уводя лодку подальше из-под ударов молний, бичующих черное небо.
Они еще не успели отойти далеко, когда огромная синяя молния со страшным грохотом ударила прямо туда, где оставался застрявший на подводных камнях "Молот Тора". Огромный столб пламени поднялся над кораблем, наверняка уничтожив все, что осталось там.
А наутро, когда лодка с Ютурной, полумертвым Стирбьерном и двумя мальчиками причалила к одному из лежащих поблизости островов, над Землей Фьордов впервые за долгое время поднялось солнце.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 15 сентября 2017 года, 13:04:38
С интересом прочитала о  Ютурне в Сванехольме. Увидеть уже  известную историю знакомых героев глазами девушки иного племени было очень интересно. И кажется Ютурна все же  немного но уже изменила ход  истории. её Дар, её любовь, её ум помогли ей в этом. Спасибо, эреа Артанис! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 15 сентября 2017 года, 21:17:43
Эрэа Эйлин, огромное спасибо, что вспомнили обо мне! :-* :-* :-*
цитата из: Эйлин на 15 сентября 2017 года, 13:04:38
С интересом прочитала о  Ютурне в Сванехольме. Увидеть уже  известную историю знакомых героев глазами девушки иного племени было очень интересно. И кажется Ютурна все же  немного но уже изменила ход  истории. её Дар, её любовь, её ум помогли ей в этом. Спасибо, эреа Артанис! :)

Ютурна изменила именно что немного. На ход сражения она, не воин и не полководец, никак повлиять не могла. Да и помочь тем, кто погибал в бою достаточно быстро - тоже вряд ли. А вот со Стирбьерном у нее есть такая возможность, в соответствии с канонными обстоятельствами его гибели. Давно уже, когда появилось в сюжете Зелье Жизни, интересно было: как бы оно подействовало на него? Вот и проверяю теперь...

Когда невероятно яркие солнечные лучи озарили невидимый до той минуты окружающий мир, Стирбьерн пришел в себя. Открыл глаза, не сразу веря, что видит солнечный свет наяву. С трудом прошептал воспаленными губами, не узнав склонившуюся к нему Ютурну:
- Я в Вальхалле? Приветствую тебя, Дева со щитом! Где... мои спутники? Мы с ними сражались вместе!
Ютурна передала весла Свену. К сожалению, в лодке не было ни капли воды, а их, всех четверых, сильно мучила жажда.
- Это не Вальхалла, это еще Мидгард. Боги подождут тебя, муж мой! Потерпи, вон там, впереди, какой-то остров.
Теперь викинг узнал жену. Но, стоило ему шевельнуться, как боль от ран согнула его кольцом. Он беспомощно корчился, ловя воздух ртом, как задыхающаяся рыба, так что лодка едва не переворачивалась. Солнечный свет снова померк в его глазах, и сквозь сгущающуюся черноту Стирбьерн слабо ощущал руки жены, пытавшейся его удержать. Потом, будто издалека, донесся ее сорванный, хриплый голос:
- Не умирай, Стирбьерн! Я жду от тебя сына! - впервые призналась мужу в том, что почувствовала еще в Священной Роще, но не решилась сказать, боясь, что тогда он не возьмет ее с собой даже вопреки клятве.
Неизвестно, услышал ли раненый викинг ее признание, но только, перестав метаться, затих. Ютурна с ужасом коснулась его груди, но выдохнула с облегчением: сердце пока билось. На его раны боялась смотреть, однако, размотав повязку, увидела, что рана от кинжала наполовину затянулась за эту ночь. Сомнений не было, зелье королевы йотунов и вправду действовало! Но насколько сильно его действие, Ютурне не мог сказать никто. Быть может, зелья не хватало для лечения таких ран, или оно служило людям не так, как потомкам Имира?
На берегу маленького островка их встретили бедно одетые местные жители. Они были обрадованы вновь вернувшимся светом солнца, но одновременно испуганы вчерашней страшной грозой и огненным столбом над морем, что видели вчера. Догадываясь, что израненный викинг, женщина-чужеземка и двое детей в лодке имеют к этому какое-то отношение, ждали от них объяснений.
Ютурна с трудом выпрямилась, когда рыбаки подняли ее мужа на руки.
- Нам нужны отдых и помощь, - проговорила она. - Кто у вас старшина?
- Я, Скегги Дырявый Бочонок, - вперед вышел пожилой рыбак, на вид одетый не лучше прочих, указал на едва заметные под снегом крыши поселка. - Остановитесь пока что у нас. Вы, кажется, спаслись из большой беды.
- Да, но об этом потом, - Ютурна окинула любопытствующих строгим взглядом. - Нам много пришлось пережить, и мой муж тяжело ранен, а я и эти мальчики очень устали. Но мы щедро вознаградим вас за помощь. Разве вы не узнаете Стирбьерна?
Люди удивленно загомонили. Даже жители далеких окраин Земли Фьордов много слышали о Стирбьерне, хотя бы и не встречали его лично. И вот он явился к ним - израненный, почти умирающий. Всем хотелось узнать как можно больше, но Ютурна прошла мимо них, прямая и гордая, положив руки на плечи Свену с Кари.
В следующие несколько дней никто не мог сказать, выживет ли Стирбьерн. Он то метался в жару, проклиная Золотую Змею, или разговаривал со своими погибшими воинами, воображая себя вместе с ними в Вальхалле. То затихал и холодел, и это были самые страшные минуты, когда всем казалось, что он умирает. Из ран от клыков Золотой Змеи не переставая текла бледная сукровица, и никто не мог сказать, выходит ли с нею яд. Быть может, волшебное зелье продолжало действовать, быть может - лишь продлевало агонию Стирбьерна.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 15 сентября 2017 года, 21:17:52
Ютурна за эти дни, казалось, постарела на десять лет. Она не отходила далеко от мужа, даже спала тут же, склонившись головой на его ложе. Чтобы она согласилась поесть, хозяйка дома, Ауд, жена Скегги, уводила ее почти силой. Ютурна принимала ее заботу как должное; у нее не оставалось сил на благодарность, вообще на то, чтобы замечать посторонних людей. Мальчики - те успели рассказать местным жителям о битве с Золотой Змеей. Они тоже подолгу бывали рядом со Стирбьерном, помогали перевязывать его раны. Знаменитый вождь викингов заменил отца им, потерявшим дом и всех родных, и оба с ужасом думали о том, что он, быть может, умирает. Но Ютурна часто выгоняла их из комнаты, и они без дела бродили вокруг или рассказывали местным с новыми подробностями о гибели "Молота Тора" и о победе над Золотой Змеей. После них хоть немного становилось легче: мальчики верили, что у тех, кому довелось пережить ту жуткую ночь, теперь уже все будет хорошо, если уж вещая Ютурна ручается...
А Ютурна на самом деле ни за что не могла поручиться. Ни она, и никто из живых не видели таких ран, не знали, как действует золотое зелье. Местные жители, хоть и заботились о раненом, насколько позволял их скромный быт, похоже, не очень-то верили в выздоровление своего знатного гостя. Обитатели Костяных Островов испокон веков занимались рыболовством, не строили больших кораблей из-за мелководья и не ходили в боевые походы, а потому и не разбирались в ранах.
Однако Стирбьерн не умер. Может быть, зелье все-таки взяло верх, или сам викинг был настолько силен, что преодолел раны, смертельные для большинства людей. Но на пятнадцатый день, как его доставили в рыбачью хижину, он открыл глаза. Ютурна в это время спала, утомленная вчерашней бессонной ночью, когда ее мужу виделись в бреду отправившиеся в Вальхаллу друзья. Осторожно, чтобы не разбудить ее, викинг потянулся к лежавшему на скамейке ножу. С трудом ухватил его ослабевшей рукой, но нож все-таки звякнул, разбудив Ютурну.
Сперва она в ужасе решила, что Стирбьерн хочет заколоться, не в силах терпеть мучения, и рванулась его остановить. Но он сделал небольшой надрез на внутренней стороне руки, дал струйке крови стечь вниз и произнес одно только имя:
- Бьярни!
Ютурна замерла тихо, как мышь, вспомнив веселого скальда и отважного воина, погибшего вместе со всеми в битве с нечистью. А Стирбьерн, не замечая ее, провел ножом новую кровавую царапину:
- Иринг!
Новый надрез, стекающие капли крови, и новое имя:
- Олаф. Аснар. Моди. Мар. Ингольф. Хальфдан...
Когда вождь погибшего драккара перечислил всех павших товарищей, уже на обеих его руках не оставалось живого места, а покрывало на соломенном тюфяке, где он лежал, щедро окрасилось кровью. Наконец, он выронил нож, откинулся на подушки и еле слышно прошептал:
- Ваши имена не будут забыты, братья!
Только после этого Ютурна осмелилась дать волю радости и показаться на глаза мужу.
Спустя всего три дня после того, как очнулся, Стирбьерн потребовал отвезти себя в Сванехольм. Не желал и слушать ничьих возражений.
- Подожди хоть немного, пока заживут твои раны, - просила мужа Ютурна.
Но рыжеволосый викинг был по-прежнему упрям.
- Скажите здешним рыбакам снарядить корабль и перенесите меня туда. Море исцелит меня скорее соломенной постели. Мне душно в дымной хижине, я не могу уснуть на соломенной подстилке.
Он заметался, будто в бреду, но, когда Ютурна подошла ближе, проговорил ясно, схватив ее за руку:
- Мы победили, но никто не знает, что сейчас в Сванехольме! Я нужен там.
- Много от тебя сейчас будет толку, если придется сражаться, - усмехнулась женщина, но вынуждена была повиноваться.
Она велела рыбакам отправить беспокойных гостей в Сванехольм. При этом Скегги долго отказывался, заверяя, что у него нет настоящего корабля, а рыбачья лодка в такую погоду до Сванехольма не дойдет. Ютурна поняла - боится, что еще больной Стирбьерн не выдержит дороги, и придется отвечать головой. Что ж, она боялась не меньше, хоть и по другой причине. Но Стирбьерн так рвался в море, что остальные могли лишь повиноваться.
Что и говорить, рыбачье судно с Костяных Островов ничем не напоминало горделивый корабль викингов! То была, по сути, просто большая лодка с мелководной осадкой, и мореходные качества ее вправду внушали сомнения. Однако местные рыбаки правили ей умело, а море, казалось, отдыхало после недавно пережитой катастрофы.
Когда Костяные Острова остались позади, Ютурна подошла к мужу. Тот сидел, прислонившись к мачте, и вертел в руках клочок шерсти. Увидев жену, улыбнулся ей. Его лицо, все еще изможденное, бледное как мел, прояснилось впервые за много дней, в глазах поутих лихорадочный блеск.
- Благословение тебе, Ютурна, и этим рыбакам тоже, - проговорил он. - Море - самая заботливая мать для викингов, недаром наша кровь наполовину из морской воды. Жаль, что его никогда больше не увидят мои друзья! Я видел их, они приходили, когда тьма сгущалась надо мной. Но теперь она рассеивается, и я вижу, что норны зачем-то изменили мою судьбу...
- Это потому что ты еще нужен мне и нашему сыну, - проговорила Ютурна, садясь рядом с ним. - И в Сванехольме тоже. Только мы с тобой, да Свен с Кари остались от "Молота Тора", значит, нам предстоит жить вместо тех, кого теперь нет.
Стирбьерн кивнул не то ей, не то своим мыслям, но вдруг спросил:
- А сын?.. Ютурна, у нас вправду будет сын? Я слышал, как ты сказала, но не знал, было ли это наяву, или мне привиделось...
- Вправду, муж мой. Вправду, - заверила она его, укладываясь рядом.
Спустя несколько минут они уже дремали, обнявшись, убаюканные покачиванием волн. Лишь ветер ласково шевелил выбившиеся из прически черные пряди женщины и рыжие жесткие волосы викинга.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 16 сентября 2017 года, 19:57:54
Глава 9. Стирбьерн конунг
Как оказалось, в Сванехольме тоже разбили нечисть, и уцелевшие изгнанники в Священной Роще понемногу начинали налаживать жизнь. Кругом стучали топоры; по пояс в стылой воде люди копали торф, сушили у огня, и сами сушились. Казалось, вернулись времена Асгейра Смертельное Копье, приведшего викингов в пустовавший тогда Сванехольм-фьорд.
Только теперь у них не было законно избранного вождя. Харальд конунг погиб в бою, как и все его законнорожденные сыновья, и множество других воинов. Пока что всем распоряжалась королева Ингрид, высохшая и потускневшая, но, казалось, еще более решительная, чем прежде. Ей помогал Ульв Черный, за время войны неожиданно для всех проявивший себя не только в бою, но и как храбрый и вместе с тем рассудительный предводитель. Никто и не ожидал такого от молчавшего по целым дням сына пленницы! Но самому Ульву внезапно свалившаяся ответственность, по-видимому,  не доставляла удовольствия, и он не меньше других обрадовался возвращению Стирбьерна, которого никто уже не ожидал встретить живым.
И впрямь чудом из чудес было его прибытие на рыбачьей лодке, вместо гордого драккара. Но зато Стирбьерн, твердо настояв на своем, сам спустился на берег, опираясь на палку. Его раны постепенно заживали, оставив лишь белые шрамы по всему телу, и он наотрез отказался от какой-либо помощи. За его спиной полукругом выдавалось лезвие рунной секиры, сразившей Золотую Змею. Под ее тяжестью викинг немного пошатнулся, но тут же выпрямился и уверенно подошел к встречавшим на берегу людям. На их лицах недоумение постепенно сменялось радостью. За Стирбьерном следовала Ютурна и Свен с Кари.
Ульв первым шагнул навстречу двоюродному брату, и они крепко обнялись, застыли так на несколько мгновений, ничего не говоря. Обоим трудно было найти слова. Потом уже вперед пролезла Фрейдис с немногими уцелевшими сводными братьями, за ними - и другие, собравшиеся плотной толпой. Все догадывались, что произошло нечто экстраординарное, и каждому хотелось прикоснуться к "воскресшему из мертвых" Стирбьерну.
Королева Ингрид, стоявшая немного подальше остальных, в глухом вдовьем уборе, произнесла громко, заглушая поднявшийся гомон:
- Боги в добрый час вернули нам тебя, Стирбьерн конунг, победитель Золотой Змеи! Не дай обезглавить Землю Фьордов в тяжелое время, прими власть, сын Арнульфа!
Стирбьерн побледнел еще сильнее, так что Ютурна поспешила незаметно обнять его за плечи под плащом. Но он выпрямился и медленно проговорил:
- Никогда я не стремился быть конунгом ни для кого, кроме воинов своего хирда! Сидеть у очага, как старик, посылать в бой других вместо себя, да дружески беседовать с такими людьми, которым порядочный викинг не подаст руки - вот удел конунга.
Но никто, похоже, не принял всерьез его возражений. Только королева Ингрид усмехнулась уголками губ, да у Ютурны при этих словах мужа потеплело на душе. Народ же, в мгновение ока собравшийся на тинг прямо на морском берегу, ни о чем не желал и слышать. Кого же еще им, чудом выдержавшим такую страшную войну, было избрать своим конунгом? Кто лучше Стирбьерна способен был понять упрямый и неукротимый дух своего народа, возродить обескровленную Землю Фьордов?
Словно второе море, взревел тинг множеством голосов, загремел мечами о щиты, в самые небеса выкрикнул имя Стирбьерна. Подхватили вновь избранного вождя на щит, трижды подняли над головами, чтобы видели и люди, и боги.
- Слава великому Стирбьерну, победителю Золотой Змеи!
Когда он, наконец, встал на ноги, заметно пошатывался, но никому не позволил себе помочь и на сей раз. Нельзя было, чтобы люли усомнились в нем в первый же день. Обернувшись к Ютурне, порывисто обнял ее и поцеловал при всех.
- Вот, теперь ты и королева, жена моя! Взгляните, перед вами Ютурна Вещая! И я, и эти мальчики спаслись благодаря ей.
Народ приветствовал Ютурну так же горячо, как когда-то команда "Молота Тора".
Торжественного пира не было; для этого осталось слишком мало припасов. Все, от рода Асгейра до последнего нищего, сейчас были беднее, чем прежде их рабы. Но потому их похвалы в адрес вновь избранного конунга звучали особенно искренне.
Поначалу он еще не мог сам руководить восстановлением Сванехольма, и поручил вдовствующей королеве Ингрид и Ульву Черному распоряжаться от его имени, пока он окончательно не оправится от ран. И не ошибся: работа закипела ключом,  чуть ли не каждый день заметно подрастали новые постройки, а у огня сушились новые пласты торфа. Стирбьерн велел, чтобы восстанавливали не только главную усадьбу, но и дома простых жителей, к радости горожан, которым давно надоело мерзнуть в Священной Роще.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 16 сентября 2017 года, 19:58:03
Как ни длинна была зима, едва не ставшая последней для Земли Фьордов, а все-таки, она стала уже сдавать под напором вновь светившего во всю мощь солнца, когда к Стирбьерну полностью вернулись силы. Он много тренировался с Ульвом и другими двоюродными братьями, пока, наконец, не счел, что все в порядке. А тогда отправился в лес и лично срубил секирой могучий столетний ясень, вырубил из его ствола четыре опорных столба будущего дома и начертил на них руны и знаки рода Асгейра - орла с распахнутыми крыльями и медвежью голову. Этим столбам предстояло держать крышу восстановленного из пепла дома, они обозначали Мировой Ясень Иггдрасиль. Устанавливая их, все надеялись, что они простоят так же долго, как их предшественники, поставленные еще Асгейром.
Трудное это было время, но обитатели Земли Фьордов выдержали его. Едва настала весна, Стирбьерн отпустил по домам уцелевших ярлов с остатками их хирдов, а в другие владения, оставшиеся без господина, послал самых отличившихся воинов. Тем предстояло проверить, что случилось за время Зимы Йотунов в их землях, навести порядок там, где было еще возможно что-то сделать. Осенью Стирбьерн собирался и сам объехать внезапно унаследованную страну, доподлинно выяснить все, но поначалу он слишком нужен был дома, в Сванехольме.
На какое-то время и ему, вечному страннику, сделался необыкновенно дорог с таким трудом отвоеванный дом. Да иначе и не могло быть: ведь в начале лета Ютурна родила сына! Она с самого начала знала, что будет сын, и ни муж, ни окружающие не сомневались, что ей виднее. Когда ей показали родившегося ребенка, она усмехнулась искусанными во время родов губами:
- Настоящий маленький викинг... Глаза с первого же часа как у Стирбьерна, и рыжие волосы! Но я обещаю, что в следующий раз рожу черноволосого.
И верно: сын Стирбьерна совсем не походил на других младенцев, лысых и сморщенных. У него при рождении уже были густые рыжие волосы и прорезались зубки. Старуха, некогда помогавшая родиться детям королевы Ингрид и других женщин при дворе, сообщила, что такое бывает в роду Асгейра; недаром их прародительница Рагнхильд происходила из йотунов.
Стирбьерн отпраздновал рождение первого сына, заколов копьем горного зубра. Голову мохнатого дикого быка затем повесили на стену восстановленной усадьбы, а мясо разделили между жителями Сванехольма, до единого человека созванными на церемонию имянаречения.
Он назвал сына Торстейном; это было наследственное имя в роду Асгейра, его носили трое конунгов, а кроме того, Стирбьерн воспользовался случаем таким образом почтить своего божественного покровителя. Все приняли это имя как должное, и даже не представляли, что мальчика можно было бы назвать иначе. Только Ютурне, в глубине души все-таки немного огорченной, что сыну ничего не досталось от ее рода, слышался в нем и отзвук имени ее отца - о чем она, впрочем, никому не говорила.
Той же осенью она, оставив сына на попечение няньки, сопровождала мужа в поездке по стране. На одном из уцелевших драккаров конунг с супругой в сопровождении двух десятков викингов побывали в каждом населенном фьорде, поднялись по рекам вглубь земли, туда, где тоже жили расселившиеся с побережья люди. Всюду была одна и та же картина: разоренные нашествием йотунов поселения и отдельные усадьбы только-только начинали восстанавливаться. Кое-где так и чернели головешки, а восстанавливать сожженное было уже некому. В торговом Биркенау нечисть сожгла все корабли и склады с товарами, начисто разорив местных жителей и приезжих купцов. Где удалось в первое лето что-то вырастить, урожай собирали женщины и дети, так как всюду не хватало рабочих рук. Угрюмо глядя на страну, едва поднимающуюся с колен, Стирбьерн обещал десять лет не требовать со своих подданных вейцлу. Люди, еще недавно глядевшие на него со страхом, приободрились. Новый конунг позволял им встать на ноги, нарастить мясо на костях, едва не окончательно сломленных йотунами.
Тяжелой была эта поездка, всюду виднелись следы прошедшей войны. Даже Ингвар ярл, нареченный жених Фрейдис, которого они навестили в Идре-фьорде, просил принести извинения невесте и отложить свадьбу на год. Он еще не отстроил заново дом вместо старого, который враги сожгли вместе с оставшейся дома матерью ярла. К тому же, ему нечем было сейчас платить выкуп за невесту. Ингвар теперь даже был рад, что его сестра Астрид незадолго до ужасных событий сбежала с изгнанником Лейвом куда-то вглубь лесов. Была надежда, что в те почти безлюдные края не заглядывали йотуны, им там нечего было искать.
Заинтересовавшись этой историей, Стирбьерн обещал Ингвару со временем обязательно побывать в лесах, где скрылись беглецы, но лишь когда удастся повсюду наладить сносную жизнь. Сейчас нечего было и думать о путешествиях. И конунг с женой вернулись в Сванехольм как можно скорее. После страшных разрушений повсюду им было приятно вернуться в почти восстановленный из руин город, а главное - увидеть сына, который, как им показалось, подрос за время их отсутствия.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 16 сентября 2017 года, 20:26:04
Вот и изменила Ютурна  предопределенное. Остался жив Стирбьерн и даже конунгом стал. Хороший из него получился правитель! Ютурна тоже на своем месте. прижилась она в этом суровом  краю и стала своей.  И сын подрастает  потихонечку, но кажется героев еще ждут  испытания и приключения?
Спасибо за продолжение, эреа Артанис! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 17 сентября 2017 года, 19:19:50
Эрэа Эйлин, огромное спасибо, что продолжаете читать! :-* :-* :-*
цитата из: Эйлин на 16 сентября 2017 года, 20:26:04
Вот и изменила Ютурна  предопределенное. Остался жив Стирбьерн и даже конунгом стал. Хороший из него получился правитель! Ютурна тоже на своем месте. прижилась она в этом суровом  краю и стала своей.  И сын подрастает  потихонечку, но кажется героев еще ждут  испытания и приключения?

Переписывать историю, так уж переписывать. ::) При живом Стирбьерне, конечно, никто другой конунгом быть избран не мог - и по происхождению, и по личным заслугам. Но на сколько ему хватит терпения - еще посмотрим. А приключениями они с Ютурной всегда себя обеспечат. 8)

Прошло три зимы, как Стирбьерн стал конунгом, и за эти годы удалось восстановить многое из разрушенного нашествием йотунов. Отстраивались селения, заново распахивалась оттаявшая земля. В море, уже не такое свирепое, как было, смело выходили рыбачьи лодки, а во фьордах после долгого перерыва вновь застучали топоры: там строились новые драккары взамен погибших. И уже немало юношей и зрелых мужей готовы были сесть на весла новых "пенителей волн", чтобы показать в дальних краях свою удаль и привезти добычу, что поможет восполнить все потери.
В третью зиму и в мастерских Сванехольма было построено два больших драккара. Лишь те, кто хорошо знал нового конунга, могли понять, какой жертвой для него было позаботиться о море и кораблях в последнюю очередь, когда будет восстановлен Сванехольм и другие владения. Но вот на катках замерли, ожидая своего часа, два драккара по тридцать пар весел - начало нового флота Земли Фьордов. Они чернели свежепросмоленными бортами, по-лебединому вздымали круто выгнутые "шеи", гордо возносили вверх резные носовые фигуры. Новый "Молот Тора", во всех подробностях повторяющий прежний, погибший вместе со всей командой. И не уступавшая ему великолепием "Ютурна", увенчанная фигурой женщины в полном боевом облачении. За спиной ее развевались искусно вырезанные лучшим мастером волосы, в глазницы деревянной статуи вставили темный янтарь, зубы блестели речным жемчугом.
Мог ли Стирбьерн не почтить жену таким образом, когда через две зимы после рождения первого сына она подарили ему и второго, нареченного Хродгейром? Этот, как и предсказывала мать, был черноволосым и черноглазым, как она.  И все же он, как и рыжеволосый крепыш Торстейн, был продолжателем рода Асгейра, живым доказательством милости богов к пережившей столько испытаний Земле Фьордов. К счастью, росли мальчики на редкость крепкими, и никогда не болели. Одно удовольствие было смотреть, как они вечерами играют в большом зале у ног родителей на шкуре медведя, добытого Стирбьерном. Или, подобно щенятам, пытаются вскарабкаться  на сидения родительских кресел.
Но к концу третьей зимы Стирбьерну, похоже, сделалось мало мирных домашних радостей. Он не мог дождаться, когда будут закончены корабли, проводил на строительстве больше времени, чем дома, порой сам, сменив рунную секиру на простой топор, обтесывал сосновые бревна, которым предстояло стать бортами и днищем новых драккаров. Когда они, наконец, были готовы, конунг ждал лишь наступления весны, чтобы выйти в море впервые за три года.
Ютурна нашла его в одиночестве на вершине Дозорной Скалы. Мрачно нахмурившись, Стирбьерн глядел на море, где, как назло, снова поднялся шторм. Медленно обернулся ей навстречу.
- И ты скажешь, что еще рано оставлять Землю Фьордов, что в мирное время конунг обязан сидеть в Сванехольме?  - резко спросил он. - Я и так ждал долго. Ни от кого нельзя требовать слишком многого. Если надо будет, откажусь от власти, пусть конунгом будет кто угодно, а мне останется море, мои драккары... и ты.
Королева поняла, что спорить с ним бесполезно, когда он так раздражен. Подойдя ближе, она положила руки на плечи мужу.
- Я не так глупа, чтобы попытаться тебя разубеждать! Я прекрасно знаю, что тебе все равно не будет покоя, пока мы не выйдем в море. Тебе хочется поскорее испытать драккары и новых викингов, и вместе с тем кажется, будто они окажутся в сто раз хуже тех, прежних, - ее ладонь сползла на исчерченную шрамами руку Стирбьерна. - Раз тебе так нужно море - у кого есть сила помешать тебе?
Рыжеволосый викинг порывисто вздохнул и прижал к губам руку жены.
- Ты и впрямь вещая, разгадала мои мысли в точности! Я думаю, Земля Фьордов обойдется без меня хотя бы до осени.
- Но куда ты собираешься плыть?
- Хочу все же поглядеть северные моря, куда мы не смогли пройти в тот раз, когда нас забросило штормом на юг, а затем - в твой мир. Теперь уже не нужно искать Золотую Змею, но как знать, что она скрывала своими кольцами? Может быть, там лежат новые земли, где еще никто не бывал, и мы, викинги, расширим свои владения! Но даже если нет, достичь края мира - дело, достойное мужчины.
Когда он говорил, в глазах его разгорелся прежний блеск, и Ютурна поддалась исходившей от него силе, как все, кто имел дело со Стирбьерном.
- Теперь я узнаю тебя, конунг Земли Фьордов! Вот таким же ты был в нашу первую встречу, и когда убедил меня уехать с тобой.
- Ты меня успокоила, жена! Мне казалось, что я постарел за эти три года на суше больше, чем за всю жизнь, - усмехнулся он.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 17 сентября 2017 года, 19:19:59
На следующий день Стирбьерн объявил поход, и викинги едва не дрались за право вращать весла на его новых драккарах. Повсюду в главной усадьбе кипело оживление: готовиля прощальный пир, а заодно складывались припасы и все необходимое для плавания на север.
Все знали, что королева Ютурна будет сопровождать мужа; каждому в Земле Фьордов было известно о клятве Стирбьерна. Но то, что он берет с собой и маленьких сыновей, изумило всех, хотя открыто возражать конунгу осмелилась одна лишь вдовствующая королева Ингрид. Она, все еще властная и твердая, оставалась править совместно с сыновьями покойного Харальда конунга - Лодином Одноруким и Карлом.
- Тебе нужны подвиги, а Земле Фьордов нужно, чтобы род Асгейра не прерывался, - сурово выговаривала она Стирбьерну. - Берсерк ты безумный, хотя бы младшего оставил дома! Что детям делать в море?
- Детям викингов никогда не бывает слишком рано познакомиться с морем, - усмехнулся Стирбьерн ей в ответ. - За ними есть кому присмотреть. А если я не вернусь, они все равно не получат права наследства, мне ли не знать? Выберите тогда конунгом кого угодно, лишь бы был достоин того.
Вдовствующая королева ушла, кусая губы. Хотя отъезд конунга и возвращал ей, по крайней мере временно, былое влияние, сейчас она как никогда была согласна с покойным мужем, считавшим Стирбьерна сумасшедшим.
Командовать вторым кораблем конунг поставил Ульва Черного. Тот принял назначение с благодарностью, хоть и не выражал свою радость вслух. Сам он не просил взять его в поход, и даже, казалось, удивился, когда Стирбьерн выбрал его и Халльдора. В последние годы Ульв показал себя полезным и рассудительным помощником при новом конунге; тот охотно давал ему важные поручения и всегда прислушивался к его мнению, зная, что Молчаливый не говорит попусту. Тот, со своей стороны, ожил, видя со стороны двоюродного брата доверие, каким был обделен прежде, и теперь держался заметнее, но лишь во время общих дел. В обычной жизни Ульв по-прежнему оставался замкнутым и мрачным, не преодолев многолетней привычки. Он, единственный из сводных братьев, так и не женился после войны. Можно было подумать, что норны назначили ему всю жизнь быть чьей-то черной тенью: сперва - могущественного и властного Харальда, теперь - Стирбьерна, победителя Золотой Змеи.
Ютурна была одной из немногих, кто по-настоящему отдавал должное Ульву. Он чем-то напоминал ей оставшегося в ее родном мире Арпина, казался таким же неприкаянным и одиноким.  И она охотно согласилась, чтобы Ульв вел названный ее именем корабль, в то время как сама она с сыновьями сопровождала Стирбьерна на "Молоте Тора".
Для королевы и двух служанок, сопровождавших ее, поставили на верхней части палубы шатер из шкур белых медведей. Но она проводила там лишь ночи, а днем ее чаще можно было увидеть среди людей; она играла с сыновьями, следила, чтобы ничего не случилось, и развлекала их сказками своего народа и бытовавшими среди северян. А иногда она поручала детей служанкам, а сама становилась к мачте и пела, отбивая ритм ударами бубна.  Ее голос с возрастом стал лишь более низким, но ничуть не утратил звучности, так что в тихую погоду ее слышали даже на втором корабле. В такие минуты оба "морских коня" становились борт о борт и мчались вдвое быстрее обычного, так как песня Ютурны прибавляла гребцам сил и дарила второе дыхание.
Среди викингов на новом "Молоте Тора" были и Свен с Кари, теперь уже юноши, по-прежнему неразлучные, как братья. Они ни за что не согласились бы оставить Стирбьерна, и он охотно взял их с собой. Младшему, ныне четырнадцатилетнему Кари, еще не под силу было вращать весло драккара, но зато никто быстрее него не мог вскарабкаться на мачту, поднять парус или поправить запутавшиеся снасти. Свен же с гордостью сел впервые на гребную скамью, и справлялся не хуже более опытных викингов.
Помимо того, Стирбьерн назначил юношей охранять его детей, и теперь те охотно играли с ними в свободное время, здорово облегчая жизнь матери. Никому лучше них не удавалось справиться с Торстейном Ужасным, стремящимся лично осмотреть и потрогать руками все-все на отцовском корабле.
Сам же конунг отвлекся от семьи, от Сванехольма и от всего на свете, видя, как прозрачные морские волны убегают из-под киля его драккара. Он вновь был Морским Королем Стирбьерном, бездомным бродягой, способным без страха направить корабль куда глаза глядят, в неизведанное людьми море. Быть может, иногда его глаза затуманивались при воспоминании о команде первого "Молота Тора", о тех, кто до последнего человека поднялись в Вальхаллу, не дождавшись своего вождя... Можно построить новый корабль, чтобы был копией старого, но возможно ли найти людей, которые бы не уступали  погибшим в мужестве, отваге и преданности? Будет ли с новыми викингами, как бывало прежде, когда весь хирд действовал вместе, поднимался против общего врага, как один человек?..
Конечно, за эти три года у Стирбьерна было достаточно времени, чтобы приглядеться к своим новым викингам. Он выбрал лучших, тем более что все они успели проявить себя в Зиму Йотунов. Не их вина была, что он невольно сравнивал их с друзьями своей молодости.
Впрочем, он старался не слишком часто прислушиваться к воспоминаниям. Они все равно не помогут никого вернуть, а у него впереди лежало небывалое.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 17 сентября 2017 года, 22:30:54
Характер не изменить - снова потянуло в море Стирбьерна. И чувствуется, что и Ютурна давно мечтала о приключениях. Хотя  забирать с собой сыновей и так быстро покидать свои земля и впрямь несколько опрометчиво. Ну уже такие они люди - неугомонные! :)
Спасибо за продолжение, эреа Артанис! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 19 сентября 2017 года, 20:50:37
Эрэа Эйлин, большое спасибо Вам! :-* :-* :-*
цитата из: Эйлин на 17 сентября 2017 года, 22:30:54
Характер не изменить - снова потянуло в море Стирбьерна. И чувствуется, что и Ютурна давно мечтала о приключениях. Хотя  забирать с собой сыновей и так быстро покидать свои земля и впрямь несколько опрометчиво. Ну уже такие они люди - неугомонные! :)

А Вы думали, Стирбьерн изменится и будет спокойно сидеть дома? Нет уж, такого от него никто не дождется, я думаю. Ютурна, может быть, и могла бы сосредоточиться на доме и семье, на детях - но она понимает, что препятствовать ее мужу бесполезно, и не хочет его покидать.
P.S.: интересно, кто это у меня отъедает карму уже который раз? И не объясняет при этом, за что?

Глава 10. Путешествие
Как и предполагал Стирбьерн, море и не думало заканчиваться за последними шхерами, означавшими границу Земли Фьордов. Напротив, дальше оно как раз и расстилалось во всю ширь, которой до сих пор не измерял веслами ни один корабль.
Был, правда, момент, когда викинги решили, что дальше идти невозможно, и самым отважным тогда сделалось не по себе. Это было в одном из пустынных фьордов на севере, где в глубокой каменной котловине с оглушительным ревом и грохотом кружился противосолнь, не переставая,  чудовищный водоворот. Черная, вечно кипящая и при этом ледяная вода в шапках белой пены, а над ней - низко повисшая бледная радуга среди повисшей в воздухе водяной пыли.
Идущий первым "Молот Тора" едва не затянуло в водоворот могучим течением - викинги едва успели свернуть в сторону. Следовавшая за ним "Ютурна" остановилась поодаль, и ничто на свете сейчас не заставило бы его команду хоть на одно движение весел приблизиться к затягивающей водяной бездне. На "Молоте Тора" тоже все замерли, будто загипнотизированные, несколько человек даже неуверенно поднялись на подгибающиеся ноги и вглядывались вниз с края борта. Ютурна замерла, прижавшись к мачте, и чувствовала, как ее волосы шевелятся сами собой.
На какое-то мгновение и Стирбьерн почувствовал мрачное притяжение бездны. Но быстро справился с ним; после Золотой Змеи не так уж страшен был водоворот, хоть и грозный и опасный. Конунг окинул гневным взглядом своих спутников, ища, как привести их в чувство. И вдруг подхватил на руки своих сыновей, возившихся на палубе. Все произошло так быстро, что даже Ютурна успела лишь вскрикнуть. Стирбьерн поднял детей высоко над головой, давая им разглядеть кипящий водоворот. Сквозь его шум слабо донесся протестующий вопль обоих мальчиков; потом старший, Торстейн, извернулся и укусил руку отца. Стирбьерн расхохотался, перекрывая грохот водоворота, передал детей Свену и Кари, и воскликнул, обращаясь ко всем:
- Смотрите: мои маленькие сыновья глядят смелее вас на эту здоровенную яму с кипящей водой! А что же вы, викинги? Готовы остаться здесь и любоваться ею всю жизнь? Или возьмем весла и пойдем дальше?
Один за другим викинги преодолевали оцепенение и со жгучим чувством стыда налегали на весла. Ни у кого не повернулся язык сказать конунгу о возвращении домой, что на какой-то момент казалось всем единственным желанным исходом.
Большой остров, лежащий за северной оконечностью страны лапландцев а за ним - еще один, такой огромный, что времени обогнуть его ушло не меньше, чем всю Землю Фьордов, заинтересовали викингов. Правда, на первом, сплошь скалистом, населенном лишь тучами морских птиц, они не нашли ничего примечательного, кроме гейзеров, взметающихся время от времени над горячими источниками. Остров был мрачен и почти гол, лишь в нескольких тихих бухтах сквозь землю пробивалась зелень. Нелегко пришлось бы тем, кто поселился бы на этом острове и задумал сделать его пригодным для жизни. Далеко над островом выдавались горные вершины, сплошь покрытые льдом, и похоже было, что они не оттают и летом.
- Назовем его Ледяной Землей, - предложил Ульв Черный, первым увидевший остров и получивший право дать ему имя.
На пути дальше к северу, туда, где лежал большой остров, драккары едва не затерло движущимися льдами. Так далеко к северу зима не заканчивалась никогда, и не только выросшая на юге Ютурна, но и закаленные викинги кутались в теплые одежды. Исполинские ледяные горы, державшиеся на воде, несмотря на свои размеры, надвигались почти бесшумно, так что драккарам приходилось лавировать между ними. Хуже всего стало, когда сгустился туман, непроглядно-белый, как молоко. Теперь приходилось идти на ощупь, рискуя каждое мгновение столкнуться с дрейфующим айсбергом. Лишь изредка доносились звуки рога с другого драккара, но туман и их искажал до неузнаваемости, так что трудно было сказать, откуда именно  они доносятся. Стирбьерну, Ульву и помощникам кормчих приходилось быть особенно внимательными, чтобы разглядеть в тумане не только вздымающуюся ледяную глыбу, но и темный борт драккара, что мог неожиданно метнуться навстречу...
Но как приятно было после изнуряющего пути, после льдов и тумана, вновь ступить на твердый берег! Огромный остров приятно удивил мореплавателей более гостеприимными берегами, похожими на их родные, и - совершенно внезапно так далеко к северу! - буйно зеленеющими в долинах невытоптанными пастбищами.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 19 сентября 2017 года, 20:51:06
- Зеленая Земля! - сказал Стирбьерн, разглядывая горящими глазами остров с вершины высокого холма. - Клянусь молнией Тора, нам будет что рассказать дома! Никогда не думал, что так далеко к северу может лежать богатая земля. Но это правда: здесь можно расселить всю Землю Фьордов, и еще останется место. Все, кто бедствовал дома, и кого разорили проклятые йотуны, здесь будут жить как ярлы.
Поднявшийся вслед за ним на возвышенность, с которой открывался вид далеко вперед, Халльдор с сомнением покачал головой.
- Очень уж далеко лежит этот остров, не каждый решится сюда плыть. Да и мы не знаем, какова зима на этой Зеленой Земле.
Стирбьерн в ответ пожал плечами.
- Людям надо будет постараться, а как же! Всеми благами их только Всеотец Один обеспечит в Вальхалле. Трудности, что придется преодолевать, не дадут людям забыть, что они викинги.
Тем временем Ульв, обернувшись к спорящим двоюродным братьям, заметил:
- В Зеленой Земле не растет лес, здесь не построить новых драккаров.
Но Стирбьерна не обескуражило и это замечание.
- Для начала хватит кораблей, что мы приведем. А там, кто знает: быть может, за Зеленой Землей лежат другие края, более теплые и плодородные, где растет лес? Тогда поселенцы смогут брать за морем все, чего недостает здесь.
В этот раз даже Ютурна удивилась замыслам своего мужа.
- Ты думаешь, дальше, за Зеленой Землей, снова начинаются края, где растет лес? Да ведь в море повсюду льды!
- Тогда и здесь должны быть льды, но мы видим цветущие луга! - Стирбьерн, как бык, взрыл ногой землю, подбросил вверх пучок травы. - Я не знаю, что может нам встретиться... Но мне что-то подсказывает, что самое важное, самое главное еще лежит впереди. Для того мы и идем, чтобы это узнать, и меня уже ничто на свете не удивит. На этих островах хватит дел для наших детей - быть может, они достанутся во владение моим сыновьям. Но открыл их все-таки я! - горделиво усмехнулся конунг Земли Фьордов.
В доказательство сего свершения он лично установил у входа в облюбованную им гавань большой камень, на котором высек секирой знаки рода Асгейра. Однако же, дальше оставаться на Зеленой Земле не пожелал. Быть может, когда-нибудь после. А если не он, то со временем Торстейн или Хродгейр, или другие дети, что еще будут у них с Ютурной, придут сюда хозяевами Зеленой Земли. А пока что его властно манило Неведомое. Не для того он покинул Землю Фьордов, чтобы задерживаться на новом берегу. Осмотрев большой остров, викинги задержались там ровно настолько, чтобы отдохнуть перед новым броском в северные моря.
На пятый день после отплытия начался шторм. Высокие волны швыряли оба драккара, как щепки, захлестывали борта. На "Молоте Тора" угрожающе скрипела поврежденная мачта, на "Ютурне" смыло двух гребцов вместе с веслами.
Королева вместе с детьми и своими служанками теперь пряталась в шатре от ярости волн и пронизывающего холода. Она не знала, сколько времени прошло, и как долго им еще носиться игрушкой шторма. Когда никто не слышал, она то молилась богам своей родины и севера, то ругала Стирбьерна за его безумное пристрастие к риску. "Ты говорил - детям будет спокойнее с матерью, да и мне не следует надолго оставлять их... А теперь Хродгейр кашляет, и оба они не могут есть, как и я сама... Боги, скорее прекратите шторм, если хотите, чтобы мы добрались туда, куда вы указываете. Уже довольно вы нас испытывали, слышите? Мы готовы придти к нашей цели..."
Пока она молилась так над забывшимися сном детьми, шторм и вправду свернул в сторону. Драккары, хоть и сильно потрепанные, встретились вновь. Как раньше, бок о бок, двинулись они вперед - две крошечных на фоне бескрайней морской шири щепки, угольно-черных на свинцово-сером.
А, когда огненно-красное на закате солнце опустилось в море, окрасив волны багрянцем, перед странниками поднялся берег. Света еще хватало, чтобы разглядеть впереди поднимавшуюся стену леса.
Стрибьерн протрубил в рог, сигнализируя второму драккару стать на стоянку рядом. Даже в сигналах его рога слышалась насмешка над Ульвом и Халльдором, сомневавшимися в наличии новой земли.
На ночь глядя не стали высаживаться на неизвестную землю. Два драккара так и стояли у берега, ожидая рассвета, когда можно будет разглядеть все. Никто в эту ночь не сомкнул глаз. Все пытались представить себе Землю Закатного Солнца, как стали ее называть, и в то же время ждали: не придет ли им навстречу какой-нибудь неприятный сюрприз с берега, которого они не знают? Но все было тихо.
Ютурна, к которой мгновенно вернулись силы, стояла рядом с мужем возле статуи Тора, пытаясь при свете факела разглядеть хоть что-то, помимо галечного берега и леса за ним. Минута слабости была забыта; она не меньше викингов стремилась увидеть незнакомую землю. Землю, которой суждено, как предчувствовала Сивилла, сыграть важную роль в судьбе присутствующих здесь и ее собственного рода.
Она вздохнула и крепко сжала руку мужа в темноте.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 20 сентября 2017 года, 21:30:23
Когда настал рассвет, открывшийся вид не обманул самых смелых представлений викингов. Неподалеку в море впадала большая река, по ее берегам высился самый настоящий лес, ничуть не хуже, чем где-нибудь в горах Земли Фьордов. Приближалась осень; листья на некоторых деревьях пожелтели, а на иных, незнакомой породы, превратились в алые пятиконечные звезды. При виде драккаров шумно снялась с воды стая диких гусей. Воздух заметно потеплел, викинги сняли теплые куртки.
Окинув спутников торжествующим взглядом, Стирбьерн смело направил "Молот Тора" в устье реки. Он не особенно удивился, что за Ледяной Стеной обнаружилась цветущая земля, и готов был узнать ее лучше. Этот край послужит его племени получше диких и бедных островов, скованных льдами. Увидев своих сыновей, гоняющихся за крупной пестрой бабочкой, неосторожно присевшей на палубу, рыжеволосый викинг улыбнулся. Они еще не подозревают, что это не просто бабочка, но будущее их, потомков Асгейра!
Конечно, викингам следовало держаться осторожно в только что открытой ими стране. Они держали под рукой оружие и внимательно вглядывались в возвышавшуюся по обе стороны лесную чащу. Если Земля Закатного Солнца всюду так же хороша, как берег, к которому они причалили, то и здесь могут жить люди, а то и кто-нибудь похуже людей. Было бы безумием всего на двух драккарах объявлять войну незнакомому краю. Но, что остановило бы другого, Стирбьерна только подхлестывало взглянуть в лицо всему, что может их ожидать здесь. Встретившись взглядом с женой, он понял, что и она думает о том же.
- Если за морем живут люди, то интересно, как они выглядят и чем отличаются от нас, и какие боги создали их, - проговорила королева Ютурна с блестящими от волнения глазами.
Встретиться с обитателями Земли Закатного Солнца им довелось в тот же день, и довольно быстро. Как ни внимательны были викинги, но лесные жители у себя дома двигались стремительно и бесшумно, как лисы. Узкие и длинные лодки с сидящими в них краснокожими воинами смело бросились наперерез переднему драккару из мелководной речной протоки, другие в то же мгновение двинулись в обход, замыкая кольцо. Тут же взвыл большой рог Ульва.  Оглянувшись вперед, Стирбьерн увидел, что и второй драккар окружен краснокожими. Со всех сторон на них были нацелены туго натянутые, готовые к выстрелу луки.
На некоторое время викинги и местные замерли друг против друга в обманчивом спокойствии, за которым крылось крайнее напряжение. Теперь Ютурна могла рассмотреть местных жителей. Они действительно были настолько смуглыми, что кожа их казалась красной; даже сама она, южанка, рядом с ними выглядела бледной, не говоря уж о белокожих северянах. Бород у незнакомцев не было, длинные гладкие черные волосы свободно спадали по спине. Но никто не усомнился, что перед ними мужчины, и что в виду их численности сражаться с ними - верная смерть. Даже перья и нити цветных бус, которыми незнакомцы украшали свою одежду и волосы - иные щедро, другие беднее, должно быть, в зависимости от возраста и репутации, - никого не ввели в заблуждение. Кое-кто из викингов хихикнул было, но Стирбьерн строго взглянул на шутников. Подняв на носу "Молота Тора" знак мира - белый щит, Стирбьерн с удивлением увидел и в руках одного из краснокожих шкуру белого волка. Ошибиться было нельзя - у неведомого народа из-за моря был такой же символ, как у них. Значит, с ними возможно договориться?
- Они удивлены и немного испуганы, как и мы, - вполголоса сказала мужу Ютурна. - Они внимательно следят за каждым нашим движением, но не хотели бы нападать, если их не спровоцировать. Видят, как сильны твои воины, и не хотят понапрасну сражаться, когда нет причин для вражды. Мы для них чужестранцы, но еще не враги. Врагом чаще бывает ближайший сосед.
- Все-то ты знаешь, Вещая, - усмехнулся Стирбьерн; так он привык, отчасти шутя, отчасти из подлинного уважения к ее дару, называть свою королеву. - А не можешь ли объясниться с ними, поговорить от нашего имени? На первых порах было бы неплохо заключить с ними союз. Если эта страна обширна и населена, нам будут кстати союзники из местных.
Ютурна покачала головой; она уже надела крылатый шлем.
- Откуда же мне знать их язык? Здесь нет никакой магии, вроде той, что привела вас в Рим. Боги хотят сказать: сами сумели забраться сюда - сами осваивайтесь в чужом краю, узнавайте его жителей и их повадки.
Им ничего другого и не оставалось. К счастью, Ютурна оказалась права: краснокожим война нужна была не больше, чем пришельцам. В конце концов, с ними удалось объясниться с помощью жестов и нескольких звуков, которые обе стороны использовали, показывая то на себя и друг на друга, то на предметы вокруг. В конце концов, краснокожие пригласили викингов следовать за собой.
В гостях у жителей Земли Закатного Солнца, но не вместе с ними, пришельцы прожили всю осень и зиму, постепенно узнавая язык и обычаи хозяев. Язык их был трудным, произношение - резким и гортанным, не похожим ни на один знакомый викингам язык, но, общаясь каждый день, волей-неволей пришлось научиться понимать друг друга. А тогда уже сделались понятны узлы на переплетенных нитках бус, узоры на шатрах из шкур и на одежде, тоже имевшие совершенно определенное значение, и многое другое.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 20 сентября 2017 года, 21:30:35
По правде говоря, сами краснокожие, называвшие себя делаварами, не особенно стремились чему-то учить своих гостей, хоть и отнюдь не скрывались от них. Просто, по их традициям, взрослому мужчине, посвященному воину, не приличествовало показывать любопытство, что бы ни происходило. Внешней суровой бесстрастностью, за которой порой скрывалось горячее сердце, краснокожие больше напоминали Ютурне ее соотечественников, римлян, чем яростных северян. Но их вождь, которого звали Виквэя, со своими советниками часто приглашал белых к себе, и из этих бесед викинги узнали многое о Земле Закатного Солнца. Узнали, что край этот и вправду обширен и богат лесом и рыбой, дичью и мехами. Но и здесь, как всюду под солнцем, не было мира. Эту землю оспаривали друг у друга множество разных племен. В начале зимы викингам вместе с новыми союзниками пришлось столкнуться с опасным противником - Союзом Шести Племен. Четыре зимы назад они уже нанесли делаварам сильное поражение, а теперь совершили новый набег.
На этот раз им вместе с викингами удалось изгнать завоевателей. И война эта, хоть и унесла жизни двенадцати северян, отнюдь не оказалась для них бесцельной. На каждого отправившегося в Вальхаллу приходилось по десятку убитых краснокожих, не имевших ни железа, ни доспехов. А главное, о чем не забывал думать Стирбьерн - они показали свою силу этой земле, своим будущим друзьям и врагам. Его поход - всего лишь первая разведка. Его сыновьям, оставшимся в лагере под присмотром делаварских женщин, уже будет легче, если они придут сюда.
Неудивительно, что Стирбьерн согласился с замыслом делаварского вождя скрепить союз браком его викингов с местными девушками и молодыми вдовами.
- Моя жена со мной, и я не хочу брать вторую, - сообщил он Виквэе, - но твои соплеменницы получат в мужья самых доблестных воинов из-за моря.
Вскоре женился даже Ульв Черный, да не на ком-нибудь, а на дочери самого вождя, красавице с черными косами и ослепительной улыбкой. А произошло это благодаря Ютурне.
Она давно обратила внимание, что Ульв, встретившись случайно с дочерью вождя, подолгу провожает ее взглядом, а потом вздыхает и, как прежде, молчит целыми днями. Стала чаще приглашать девушку к себе, когда Ульв был поблизости, так что они виделись. Но оба так и расходились, не сказав друг другу ни слова. Весной викингам предстояло вернуться домой, и оба это понимали.
У Уит-Уис, единственной дочери Виквэи, был жених - точнее говоря, был юноша, мечтавший на ней жениться, и продвинувшийся в этом намерении несколько больше других молодых воинов. Его звали Лони - Шум Дождя По Крыше. Он постоянно следовал за девушкой по пятам, и вырастал как из-под земли, куда бы она ни пошла. Однажды, когда Уит-Уис передала Ульву вышитую куртку, и тот улыбнулся в ответ, появился Лони, схватил девушку за руку и грубо повел, почти потащил ее за собой.
Сидевшая тут же Ютурна внимательно взглянула на побледневшего и нахмурившегося Ульва, и проговорила:
- Неужели ты, сын Харальда, отдашь такую чудесную девушку этому ревнивцу?
- Девушка и вправду чудесная, - Ульв, казалось, не сразу перевел дыхание. - Но какое я имею право вмешиваться? Он одного с ней племени. А я... не отец, не брат и не муж ей...
- Можешь стать мужем, - заметила Ютурна. - Ты после Стирбьерна знатнее всех здесь, и достоин жениться на дочери вождя. Тем более, что Виквэя, да и сама Уит-Уис, не очень-то любят этого Лони. Он сватается к ней уже несколько лет, и все безрезультатно. Тебе они не откажут.
Но Ульв, с отчаянной тоской поглядев на стоявшие на берегу реки драккары, замотал головой.
- Нельзя! Взять ее в жены до весны, а потом проститься?
- Возьми ее с собой, если действительно ее любишь, - убеждала Ютурна. - Ступай прямо сейчас к ее отцу, упрашивай, плати любой выкуп мехами и железом. Будь красноречивым раз в жизни, Ульв Черный! Если надо, Стирбьерн тебе поможет, но за свою любовь каждый мужчина должен бороться сам!
Неизвестно, о чем именно Ульв говорил с вождем и его дочерью, но вскоре привел ее в лагерь викингов и поселил в своем шатре. Только однажды их покой подвергся опасности - когда Лони попытался похитить свою бывшую невесту. Но Ульв, вовремя вернувшийся с охоты, сразился с молодым краснокожим и убил его. Никто из делаваров не возражал против этого: Лони сам нарушил все законы, пытаясь отнять чужую жену.
Ульв объявил, что возьмет жену с собой. Стирбьерн, узнав об этом, радостно хлопнул его по плечу и пообещал, имея в виду не только присутствующих здесь двоюродных братьев, но и оставшихся дома Лодина и Карла:
- Посмотрим, у кого через десять лет будет больше всего детей! Победитель получит в подарок большую золотую цепь, добытую на родине моей Ютурны, - он обнял жену за талию.
А она добавила в тон мужу:
- Тогда матери семейств заслуживают награды не меньше отцов, и даже больше. Я подарю победительнице золотую корону римских цариц - или оставлю себе, но только если сама честно окажусь победительницей состязания.
Робкая краснокожая женщина прижималась к плечу Ульва; она еще не слишком хорошо понимала язык северян, и ей было неясно, почему так откровенно смеются бледнолицые пришельцы...
В Земле Фьордов уже начиналось лето, когда путешественники возвратились домой.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 21 сентября 2017 года, 20:40:22
Глава 11. Годы спустя
После открытия новых земель на западе прошло много лет. Разоренная нашествием йотунов Земля Фьордов постепенно восстанавливалась, выжившие люди отстраивали поселения, заново налаживали жизнь, чуть было не разрушенную навсегда. Новые, сложенные из еще светлого торфа, дома и целые усадьбы крепко врастали в землю. Зеленели поля, на них росли не дикие травы, но бледнел голубыми цветами лен и колосился ячмень, чтобы быть сжатыми осенью. На пастбищах снова паслись не лоси и кабаны, но прирученные лошади и коровы. Рыбаки вновь добывали полные сети живого, трепещущего морского серебра. А по весне из каждого фьорда, как встарь, выходили на поиски добычи и приключений драккары, украшенные причудливыми носовыми фигурами. Новые отряды викингов стремились навстречу подвигам. Длинные весла вращались в крепких руках викингов, плескалась вода под килем, звенела сталь, складывались песни и саги о новых подвигах, чтобы впоследствии увлечь новые поколения воинов. Лилась кровь и пылал пожар, слышались стоны и плач женщин... но кто задумывался над этим?
Удалось разыскать и затерявшуюся в лесах сестру Ингвара ярла, Астрид, со ставшим ее мужем Лейвом Изгнанником. Их тоже не миновали бедствия Зимы Йотунов, о чем свидетельствовала висевшая на стене отрубленная черная рука огненного великана, убитого Лейвом. Но конунг с семьей, побывавшие в Лесной Земле вместе с Ингваром и Фрейдис, с приятным удивлением обнаружили на месте дикого леса небольшой, но процветающий поселок, построенный и заселенный спутниками Лейва.
Еще узнав от Ингвара об этом скандальном происшествии, Стирбьерн конунг захотел побывать в Лесной Земле, куда до сих пор почти не заглядывали люди. Правда, осуществить это удалось лишь спустя шесть лет, но это не помешало ему поехать туда, взяв с собой жену и подросших к тому времени старших сыновей. Быть может, Стирбьерн надеялся также помирить брата с сестрой, но если так - по прибытии обнаружилось, что в его посредничестве нет нужды. Ингвар, найдя свою сестру живой и здоровой, и к тому же - полновластной госпожой новых владений, охотно простил ее и Лейва. Да и Лейв из нищего изгнанника становился хозяином богатейших лесных владений, равным любому приморскому ярлу. И хорошо, что Стирбьерн согласился признать его права: ведь эта поездка завязала на всю жизнь новые жизненные узлы, каких на тот момент не могла предугадать и Вещая Ютурна. Когда их со Стирбьерном сыновья, особенно старший, Торстейн, весело играли с его ровесниками, братом и сестрой, детьми хозяев Лесной Земли, никто не подозревал, что именно золотоволосая Сольвейг станет невестой наследника Земли Фьордов. Они и сами, конечно, ни о чем подобном не задумывались в детстве. Но раз проложенной между побережьем и Лесной Землей дороге уже не позволяли зарасти, сообщение между ними продолжалось. К тому времени, как Торстейн превратился в рослого рыжеволосого юношу, рано созревшего и очень похожего на отца, а Сольвейг - в яркую золотоволосую девушку, они оба точно знали, что любят друг друга, и не желают и думать ни о ком другом.
К тому времени у Стирбьерна с Ютурной было четверо сыновей. После Торстейна и черноволосого Хродгейра у них родился еще Асгейр, названный так в честь прародителя рода конунгов, и последним - Гуннар, унаследовавший от отца рыжие волосы. К сожалению, на долю молодого поколения тоже выпало немало испытаний. Асгейру в четырнадцать лет во время охоты вепрь переломил коленом ногу, и юноша навсегда остался хромым. Трудно было представить, что викинги когда-нибудь последуют за хромым вождем, что сам он сможет сражаться в общем строю, удержится на палубе драккара в шторм... Но, пожалуй, еще больше тревожил родителей Гуннар, которого еще в детстве прозвали Бешеным. В отличие от отца и старшего брата, тот не стремился преодолевать доставшийся ему дар берсерка и действовать разумно. Напротив, с детства по-настоящему счастливым себя чувствовал, лишь встретив сопротивление своей воле, которое следовало подавить любой ценой. Конунга с женой успокаивало лишь то, что Гуннар - младший сын, и перед ним идут трое других, из которых, во всяком случае, у старших двух всегда хватало сил с ним справиться.
За прошедшие годы родилось много детей и у других обитателей конунговой усадьбы, как и повсюду в Земле Фьордов, спешащей восполнить потери в войне с йотунами. Ульву его краснокожая уроженка Земли Закатного Солнца родила сына и двух дочерей, таких же черноволосых, как их родители.
А спор и обещанную конунгом золотую цепь неожиданно выиграл Лодин Однорукий. Его жена Гунхильд, последняя из прервавшегося рода ярлов Хормунд-фьорда, племянница старой королевы Ингрид, родила ему шестерых сыновей и двух дочерей. Ютурна честно подарила победительнице золотой венец; но, как оказалось впоследствии, не к добру. Вместе с ним в сердце Гунхильд вселилась роковая гордость и честолюбие последней римской царицы. Правда, пока ее дети были малы, она ничем не выдавала своего недовольства тем, что ее муж - не конунг, но лишь двоюродный брат конунга. Опасалась и Стирбьерна, и свою тетку, старую королеву, по-прежнему зорко следившую за всем, что происходит в Сванехольме. Никто и не замечал ничего подозрительного. Даже то, что старшего сына Лодин и Гунхильд назвали Харальдом, все приняли как должное, равно как и всю растущее обожание матери к этому мальчику... Наверное, того, что должно произойти, не предвидеть даже Сивилле, и не избежать никак.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 21 сентября 2017 года, 20:40:35
Отчасти причиной такого невнимания было и то, что у конунга с женой не хватало времени наблюдать за многочисленными родственниками. Летом они почти не бывали дома - либо в очередном морском походе, либо в разъездах по стране. Стирбьерн следил сам, как люди обживаются на открытых им островах, дважды бывал и в Земле Закатного Солнца, устанавливая прочную связь между новыми владениями и родиной предков. От его воинов рождались за морем дети с непривычно светлой кожей, там строились новые корабли, а привозимые с севера меха и моржовая кость не знали себе равных. Страны на юге, с которыми торговали северяне добытыми богатствами, и не подозревали тайны новооткрытых земель. Но, хоть бы они и узнали - Стирбьерн не опасался возможных соперников. Чтобы пройти сквозь бури и шторма, сквозь туман и движущиеся льды, нужен не только опыт и знание северных земель - необходимо бесстрашное сердце викингов, их дерзкий дух, готовый, не дрогнув, встретить любую опасность.
Всем давно казалось, что остались далеко позади страшные дни Зимы Йотунов, и жуткие легенды вновь живут только в песнях скальдов. Однако, когда в Сванехольме готовились к свадьбе Торстейна и Сольвейг, огромный орел упал с неба и унес девушку прямо на север - в ту сторону, откуда на Землю Фьордов всегда приходил холод, а вместе с ним наступала и нечисть.
Едва взглянув на бледное, исполненное решимости лицо старшего сына, накинувшего на плечи синий плащ мести, Ютурна поняла, что будет. В зале звучали предложения дождаться весны и достичь Йотунхейма морем, но королева знала, что ее сын не станет ждать весны, ничего не предпринимая. Хродгейр и совсем юный тогда Гуннар горячо поддержали старшего брата. И - что сильнее всего удивило даже бывалых викингов, - и сам Стирбьерн конунг не пожелал уступить молодым славу этого похода. С быстротой молнии выхватив рунную секиру, взмахнул ею, так что воздух загудел над головами испуганных и восхищенных викингов. Стремительно вышел из-за стола, к сыновьям и другим людям, что собирались идти с ними.
- Я признаю твое право спасти невесту, - обратился он к старшему сыну. - Но не упущу случая побывать в Йотунхейме. Принимайте меня с собой! Ульв Черный, ты остаешься готовить корабли и войско к весне.
Той зимой конунгу Земли Фьордов исполнилось пятьдесят пять лет. В его рыжих волосах и бороде мелькала седина, но прежняя сила и точность движений еще оставались при нем. Даже возмужавший Торстейн, таскавший молодого быка за рога, все равно уступал отцу силой. Сейчас же, среди общего воодушевления,  лязга оружия и гремевших клятв мести, Стирбьерн казался всем ожившей легендой из прошлого, вернувшейся, чтобы окончательно добить йотунов. И сам он будто сбросил с плеч двадцать лет, и готов был бросить вызов еще одной Золотой Змее или любому врагу, что станет на пути.
И уж вовсе никого не удивило, что королева Ютурна встала рядом с мужем. За двадцать лет все привыкли к ней, никто уже не вспоминал, что она - южанка, попавшая в Мидгард колдовством. Зато вся Земля Фьордов знала о клятве Стирбьерна и о том, что королева спасла ему жизнь в битве с Золотой Змеей. Если уж спасенный Торстейном от разбойников на Ледяной Земле молодой южанин собирался идти на край света, кто мог помешать ей, освоившейся среди снегов и льдов, как будто здесь родилась?
Ютурна тоже мало постарела за прошедшие годы. Те, кто не знал, не давали ей и сорока лет; ни лицо, ни фигура, гибкая и вместе с тем крепкая, не выдавали в ней мать четверых детей. То ли бессмертный дух Сивиллы не позволял ей постареть, то ли жизнь со Стирбьерном Беспокойным и унаследовавшими тот же нрав сыновьями не располагала к тому, чтобы превратиться в важную ленивую мать семейства. Сейчас Стирбьерн взглянул на жену с любовью и гордостью, когда она стала в общий круг.
Из сыновей конунга только хромой Асгейр вынужден был остаться дома. По лицу мальчика текли слезы, но несчастье научило его рассудительности, и он понимал, что будет обузой в опасном пути. Иное дело - Гуннар, которого тоже хотели оставить дома, так как ему исполнилось всего одиннадцать. Отцовский запрет на сей раз не возымел над ним власти, и даже когда Стирбьерн высек его до крови, Гуннар поднялся со скамьи, словно не чувствовал боли, и поклялся, что зарежется, если его не возьмут с собой. Тут уже конунг понял, что напрасно пытаться сломить его, что в упрямом подростке живет дух викинга, тот самый, что он ценил больше всего. И согласился.
А другой одиннадцатилетний мальчик - Сигвальд, сын Ульва и Уит-Уис, встретил отряд Стирбьерна в лесу три дня спустя. Сбежав из дома со своим псом, Сигвальд устроил все так, чтобы конунг уже не мог отослать его домой. И тот согласился, вслух поздравив младшего сына и племянника с началом военной карьеры. А про себя невольно сравнивал двух многообещающих мальчиков, которым дал шанс проявить себя. И не мог себе ответить, который из них больше достоин уважения: тот, что, несмотря на боль, решился открыто требовать желаемого у своего отца и конунга, или тот, кто добился своего не только решительностью, но и хитростью, что под стать опытному воину?


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 22 сентября 2017 года, 21:21:13
И они достигли Йотунхейма, мрачного и холодного края, где до сих пор не бывал по своей воле ни один человек. Своими глазами увидели горящие в небе разноцветные огни, чудовищных мохнатых зверей, немыслимых в Мидгарде. Переправились через бурную реку и поднялись по отвесному склону Ледника. Могла ли королева Ютурна представить во времена, когда италийская Этрурия казалась ей краем света, что будет укрываться со своими спутниками в пещере тролля от снежного бурана, грозившего похоронить их всех?
Но они дошли, хоть и многие храбрые викинги встретили в Йотунхейме гибель. Торстейн, самый ярый в отряде, едва не был убит на перевале созданными колдовством полуйотунами, но его исцелила внезапно пришедшая на помощь женщина, превращавшаяся в орлицу. Узнав по действию Зелье Жизни, Ютурна встретилась взглядом с неожиданной спасительницей, и та чуть заметно кивнула. Больше между ними не было сказано ни слова, но они прекрасно поняли друг друга.
В той же пещере им суждено было пережить и еще одно опасное приключение. Стирбьерн убил напавшего на них тролля, когда его старший сын лежал раненый. Он вовсе не собирался отнимать у молодых приличествующую их возрасту долю подвигов, просто так получалось само собой. К тому же, где-где, а в Йотунхейме приключений хватало каждому.
И все же, даже преодолев Ледник, отряд Стирбьерна едва не полег у самых вражеских дверей. Только своевременный приход поднявшихся по горной реке кораблей под командованием Ульва Черного спас их, окруженных врагами.
Но поход в Йотунхейм не принес им окончательной победы над вождем йотунов Эдгаром, занявшим место Золотой Змеи. Тот спасся, да еще захватил с собой Сольвейг и унес в Землю Закатного Солнца. Там и состоялась последняя битва с йотунами, успевшими привлечь на свою сторону и часть краснокожих. По пути туда Стирбьерн оспаривал у старшего сына право убить Эдгара. Юноша рвался отомстить похитителю своей невесты; его отец по-прежнему считал истребление йотунов своим долгом. Но оказалось, что спорили они напрасно. Эдгару не суждено было погибнуть в честном бою, его заколола кинжалом Инга. Так окончилось последнее вторжение йотунов в Мидгард.
Но, если не грозили больше древние, нечеловечески могущественные противники, то уж возможностей усложнить себе жизнь люди во все времена находят себе немало. Исключением не стал и род Асгейра по мере того, как вырастало новое поколение. Торстейн был доволен жизнью, женившись на Сольвейг, ради которой пришлось столько пережить. Хромой Асгейр получил в удел Зеленую Землю и поселился там. На большом острове предстояло с чистого листа устроить жизнь, давным-давно налаженную в Земле Фьордов; это была задача не для одного поколения. Но третьему сыну конунга хватало твердости и упорства, чтобы добиться своего.
Сложнее было с младшим, Гуннаром Бешеным. Еще в семнадцать лет он, собрав отряд таких же отчаянных удальцов, отбил у хельсинстандского ярла Торфинна драккар "Морской Змей". Юноша хотел отличиться сам, независимо от своей семьи. В течение нескольких лет Гуннар на "Морском Змее" носился ураганом по всем западным морям, разоряя без разбора свои и чужие корабли и прибрежные поселения. Он вел такую жизнь, что в итоге сам Стирбьерн конунг отрекся от младшего сына и заочно объявил его изгнанником, которого дома ожидал суд. Тогда Гуннар ушел в Землю Закатного Солнца, где незадолго до того обосновался его старший брат Хродгейр с Сигвальдом, сыном Ульва. Те приняли беспокойного родича, но он и там не мог ужиться. Гуннар, сын Стирбьерна, мнил себя равным отцу, но для него в мире не было второй Золотой Змеи, и его вечная неудовлетворенность приносила лишь разрушения. Молодой викинг и его хирдманы вели себя в Земле Закатного Солнца грубо, не считаясь ни с кем, и вызвали ссору с местными жителями. В итоге Гуннар был убит краснокожими, едва не возненавидевшими всех белых вовсе. Хродгейру и особенно Сигвальду понадобилась вся мудрость и красноречие, чтобы вернуть расположение скрелингов. Спасло лишь то, что Сигвальд был им родным по матери. Да еще найденное Хродгейром железо оказалось очень кстати. За прошедшие годы краснокожие убедились, что железное оружие белых людей лучше их каменного.
Так Хродгейр Черный Кузнец первым научил краснокожих добывать руду, плавить железо и ковать из него оружие и другие ценные вещи. И это не было низкой работой для сына конунга; ведь и сам Стирбьерн когда-то лично выковал из небесного железа секиру для битвы с Золотой Змеей. Постепенно освоившись в заморском краю, куда впервые попал еще младенцем, Хродгейр так и остался там, среди чужих по крови людей. Недаром он один из четверых братьев унаследовал черные волосы своей матери, королевы Ютурны.
Так же сделал Сигвальд, да и многие из пришедших с ним викингов, прижившись в Земле Закатного Солнца, уже никуда возвращаться не хотели. От них пошел совсем иной народ, унаследовавший часть обычаев и от северян, и от краснокожих, но сформировавшийся непохожим ни на кого.
Своих корней, впрочем, они не забывали. Хоть труден и опасен был морской путь через шторма и льды, но викинги набирались опыта и строили все более прочные, устойчивые корабли, способные преодолевать большие расстояния. Родина предков не становилась чужой переселившимся за море.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 22 сентября 2017 года, 21:21:33
И в тот несчастливый год, когда Харальд, сын Лодина, поднял мятеж на Ледяной Земле, на призыв Стирбьерна конунга откликнулись Хродгейр и Асгейр со своими дружинами, стали в один строй со старшим братом Торстейном. К этому времени все они давно были крепкими бородатыми мужчинами, закаленными в боях, а Стирбьерн конунг и королева Ютурна успели состариться - во всяком случае, по годам, если не по старческой немощи, не так-то легко справлявшейся с ними, как с большинством людей. Но на сей раз и Стирбьерн не остался дома, не доверил старшему сыну наказать предателя. Скрыл под шлемом сильно поседевшие волосы, натянул кольчугу на покрытую шрамами грудь. Рунная секира была теперь ему не по руке, и ей владел Торстейн; но обычным топором Стирбьерн владеть еще не разучился. Никто, даже жена, не мог уговорить его остаться дома. Конунг Земли Фьордов был рад возможности умереть в бою и отправиться в Вальхаллу.
Ютурна сознавала, что ей больше уже не сопровождать мужа в бою, не красоваться в кольчуге и крылатом шлеме, вдохновляя воинов на битву. А все-таки ступила на борт "Молота Тора", готовая вместе со Стирбьерном встретить свою судьбу.
Весь род Асгейра отправился к Ледяной Земле, чтобы наказать предателя, отказавшегося повиноваться конунгу в Сванехольме. Но Харальд был хитер; он уже давно, под влиянием своей матери Гунхильд, перетянул на свою сторону многих викингов, переселившихся с ним на Ледяную Землю. Еще когда Стирбьерн, ни в чем не подозревая племянника, доверил ему после смерти его отца править этим северным островом, Харальд захотел самостоятельности. Он отказался платить вейцлу, и грубо изгнал послов конунга. Этого нельзя было стерпеть.
На берегу высадившихся с кораблей викингов встретило готовое к бою войско. Из-за камней выскочили притаившиеся лучники и осыпали войско конунга целым дождем стрел. Одна стрела пробила кольчугу на груди Стирбьерна, вторая вонзилась ему в горло, прямо в соединение доспехов. На губах старого викинга еще не успел отзвучать боевой клич, как он покачнулся и упал на руки воинов. По белой бороде и кольчуге текла кровь...
Но гибель Стирбьерна не спасла самозваного правителя Ледяной Земли. Растерянность сванехольмских викингов длилась лишь несколько мгновений. Затем они с оглушительным страшным ревом бросились на врага, забыв, что перед ними соотечественники, и даже родичи. Не было викинга, который бы в этот момент не горел желанием отомстить за смерть конунга. Они смяли мятежников, будто медведи. Их предводителя изрубили на куски, так что тело потом не удалось собрать в целости. Его честолюбивая мать, узнав о гибели сына, отравилась - и это было лучшим, что она могла сделать.
После битвы викинги долго стояли над телом Стирбьерна. Казалось невероятным, что величайший воин Земли Фьордов, победитель Золотой Змеи, мог погибнуть от обычной стрелыэ. Люди не верили своим глазам. Наконец, среди них в черном вдовьем покрывале показалась королева Ютурна. Села рядом с мужем на пропитанную кровью землю и сурово проговорила:
- Чему удивляетесь? Или не знаете, что и самый могучий - тоже человек, и железо его ранит точно так же, как и последнего из людей, и что никто не может быть непобедим? И мой отец был силен и доблестен, а все-таки принял смерть под пытками, не в бою, как муж мой! Викинги вы или выродки, забывшие, как сражаться? Если не забыли, должны помнить, что позор не в смерти или поражении, а в бесчестье.
С этими словами она легла рядом со Стирберном, и больше не шевелилась, и не произнесла ни слова, хотя была еще жива, даже когда сыновья перенесли ее с телом мужа, нарядив в лучшие одежды, на "Молот Тора". Попрощавшись с уходившими навсегда, подожгли просмоленные вязанки сена, сложенные на палубе. Вскоре выведенный в открытое море драккар вспыхнул, как факел.
Наползшая с востока огромная черная туча скрыла от глаз их последнее плавание. Потом сыновья, долго глядевшие вслед в молчании, явственно расслышали дальний раскат грома. Все трое переглянулись.
- Вы слышали? - спросил Торстейн Отважный, новый конунг.
- Да. Могучий Тор пришел вознести Стирбьерна в Вальхаллу, - подтвердил Хродгейр.
- А я думал, мне послышалось...
А где-то невероятно высоко в небе, по ту сторону радуги, среди исполинских ветвей Мирового Древа, расстилалась поляна, поросшая шелковой весенней травой. Туда и опустился белоснежный конь с лебедиными крыльями. С него сошли двое, держась за руки - могучий рыжеволосый воин и статная женщина. Точно такие, как в молодости, когда сражались с Золотой Змеей. Ступили на землю, лишь немного помедлив, и вошли в открывающиеся перед ними широкие резные ворота. На мгновение замерли - не от удивления перед огромным домом, что возвышался впереди, но увидев целый отряд викингов, выбежавших им навстречу с шутками и смехом. Команда первого "Молота Тора", не заметившая прошедших на земле лет, встречала своего вождя. И он взмахнул рунной секирой - в его земной жизни она осталась в наследство старшему сыну, но здесь точная копия ее была под рукой, - приветствуя их.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Эйлин на 22 сентября 2017 года, 21:52:47
Спасибо за увлекательную и героическую историю, эреа Артанис!  :)Славную жизнь прожили вместе Ютурна и Стирбьерн, многое было в их судьбе, но прошли они свой  путь  рука об руку и даже смерть не разлучила их. Спасибо за  такое неожиданное, но удачное соединение с героев из разных книг! :)


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: NNNika на 23 сентября 2017 года, 07:10:44
Дочитала пока до взятия царского дворца. Стирбьерн со своей дружиной  хорошо вписался  в римскую политику, дворец только жалко.  :(
Буду с удовольствием читать дальше.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 23 сентября 2017 года, 07:36:08
Спасибо вам большое, эрэа Эйлин, эрэа NNNika! :-* :-* :-*
цитата из: Эйлин на 22 сентября 2017 года, 21:52:47
Спасибо за увлекательную и героическую историю, эреа Артанис!  :)Славную жизнь прожили вместе Ютурна и Стирбьерн, многое было в их судьбе, но прошли они свой  путь  рука об руку и даже смерть не разлучила их. Спасибо за  такое неожиданное, но удачное соединение с героев из разных книг! :)

Самое трудное было - представить их последующую жизнь, уже далеко за рамками исходных "Саг..." И представить, как должны уйти из жизни такие люди - тоже. Но, кажется, это все-таки удалось.
цитата из: NNNika на 23 сентября 2017 года, 07:10:44
Дочитала пока до взятия царского дворца. Стирбьерн со своей дружиной  хорошо вписался  в римскую политику, дворец только жалко.  :(
Буду с удовольствием читать дальше.

О, у Вас все самое интересное впереди! Буду ждать дальнейших впечатлений. :)
В Рим того времени, пока он был рядовым маленьким городком-государством, кто угодно хорошо впишется. В том числе и викинги из другого мира.
Дворец, может, и жалко, а вот его хозяев - нисколько. Впрочем, после Тарквиниевской семейки там все равно вряд ли кто-то согласился бы жить.
Посмотрим, как на Ваш взгляд, впишется Ютурна в мир викингов...


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: NNNika на 06 октября 2017 года, 16:41:43
Дочитала. Было интересно встретится с симпатичными героями в новом "отражении". Ютурна прекрасно вписалась в мир викингов.
Один только момент вызвал яростное возмущение - то что Ютурна не попыталась спасти Хельги. Она уже заработала себе авторитет среди викингов как предсказательница,  если бы рассказала мужу о своих предчувствиях, Стирбьерн не стал бы от них отмахиваться, и планы Змеи хоть на время были бы нарушены. Ведь светлый человек Хельги очевидно как-то мешал чудовищам своей солнечной энергетикой и именно по этому стал первой жертвой. В ЗЗ меня возмущало поведение Ингрид, а тут и Ютурна туда же. На мой взгляд дамы пренебрегли волей богов, пославших им предвидение.


Название: Re: Викинг и сивилла (кроссовер-автофанфик)
Ответил: Артанис на 06 октября 2017 года, 19:49:16
цитата из: NNNika на 06 октября 2017 года, 16:41:43
Дочитала. Было интересно встретится с симпатичными героями в новом "отражении". Ютурна прекрасно вписалась в мир викингов.
Один только момент вызвал яростное возмущение - то что Ютурна не попыталась спасти Хельги. Она уже заработала себе авторитет среди викингов как предсказательница,  если бы рассказала мужу о своих предчувствиях, Стирбьерн не стал бы от них отмахиваться, и планы Змеи хоть на время были бы нарушены. Ведь светлый человек Хельги очевидно как-то мешал чудовищам своей солнечной энергетикой и именно по этому стал первой жертвой. В ЗЗ меня возмущало поведение Ингрид, а тут и Ютурна туда же. На мой взгляд дамы пренебрегли волей богов, пославших им предвидение.

Спасибо Вам огромное, что дочитали и это произведение, эрэа NNNika! :-* :-* :-*
Рада, что Вы одобряете и эту версию событий, и добавленную мной в сюжет чужую героиню.
А насчет Ютурны - она, как и Ингрид, не могла ничего сделать. Ингрид и в первоначальной версии предупреждала сына об опасности, он не придал значения или не захотел ее избегать. А еще, если помните, Хельги в "Саге о Пути Королей" предупреждали русалки, но он не прислушался и к ним. Что здесь могла сделать Ютурна? Попросить Стирбьерна взять Хельги под арест, связать и никуда не отпускать? Представляю эту сцену... Ну а сам Хельги, если уж не послушался родную мать, то предупреждение новой родственницы вряд ли для него будет в такой уж цене.
На самом деле, я, прежде чем взяться за это произведение, много думала, насколько можно изменить сюжет, как повлияет присутствие Ютурны? И решила, что, ради уважения к персонажам своих "Саг...", не могу позволить, чтобы ими можно было жонглировать, как мячиками. Так бывает в некоторых фанфиках: чуть только появится в сюжете неканонный герой, а чаще - героиня, попаданка или Мери-Сью какая-нибудь, - как уже и события разворачиваются совершенно иначе, и герои становятся на себя не похожи, и все теперь крутится вокруг нее одной. Ютурне я такой силы приписать не могла. Хороши были бы мои викинги, если бы одна-единственная молодая женщина могла сделать больше целой армии здоровенных мужиков! По той же причине не получилось в этой версии спасти кого-то из команды "Молота Тора", кроме Стирбьерна (а я всерьез рассматривала такую возможность), ни Хельги или кого-то еще из погибших в первоначальной версии.


Форум официального сайта Веры Камши | Powered by SMF 1.0.10.
© 2001-2005, Lewis Media. All Rights Reserved.