Форум официального сайта Веры Камши

Дейдри, день первый
-Эрэа Дейдри, проснитесь – кто-то тряс меня за плечо – да проснитесь же! Женский голос становился всё громче. Демонстрировать пробуждение не хотелось сразу по нескольким причинам: во-первых, оттого, что в здравом уме и трезвой (да и не трезвой тоже) памяти меня никому и в голову не придет называть Дейдри, во-вторых, посторонних женщин в моём доме вчера не было, а если бы и были, то будить меня – верх наглости. Тряска и уговоры продолжаются. Осторожно приоткрываю один глаз, и тут же закрываю снова, поскольку оказывается, что лежу я на необъятной ширины кровати, под меховым (!) одеялом. И ведь помню, что вчера не употребляла, так что белочки быть не должно...
-Эрэа, просыпайтесь – вопль уже на грани ультразвука. Ладно, глубокий вдох и подъём. Сажусь на кровати, оглядываюсь... Мамочка моя родимая, это ж надо! Мало того, что кровать «шириной с Чёрное море», она еще и под балдахином! А надо мной стоит щуплая барышня лет двадцати, раскрасневшаяся от усердия и с округлившимися от чего-то голубыми глазами. Ничего другого не остаётся, как задать сакраментальный вопрос: «Что случилось?». В ответ девушка протягивает мне нечто, непроизвольно отшатываюсь, и холодок пробегает по спине... домечталась, дурилка картонная ! Вот она Кэртиана, и что теперь делать? Ладно, попала так попала, выберусь, где наша ни пропадала! Утешает то, что раз стены наблюдаются и в помещении тепло – это не Надор. Ох ты, а что это у меня на правой руке? Браслетик, тяжёленький. На нем – рисунок из повторяющихся трапеций, и он мне знаком. Не хило было бы узнать – это браслет невесты или таки супружеский? Ладно, не это сейчас главное – вскрытие покажет.

Демори.
Начало...

Темная январская ночь сначала ничем особо примечательным порадовать не могла, зато потом...
Задумчивое поливание цветов после отбытия всех домочадцев ко сну было прервано появлением музы с кувалдой, которую на мою многострадальную макушку она и опустила. Пришлось с выпученными от нахлынувшего вдохновения глазами нестись к мольберту и мучительно выжимать из себя эскиз. Эскиз упорно получался не по задумке музы, а все мои убеждения, что " это именно то, что я давно мечтала наваять!" были прерваны нежным поглаживание по ручке пресловутой кувалды.
Решив, что сиюминутный отдых поможет в нелегком споре с обнаглевшей музой, я плюхнулась в кресло и... нечаянно заснула.
Проснулась я неожиданно - от странного скрипа. Толком не разобравшись спросонья, решила, что чем-то гремит вечно бодрствующая кошка и, не открывая глаз, грозно рявкнула:
- Сейчас съем!
В ответ была удивленная тишина. А потом... потом я с перепугу подпрыгнула на кресле и решительно приоткрыла один глаз.
- Моя эреа, вы... что с вами? - встревоженный голос исходил от странного типа, одетого в какой-то несуразный костюм.
Первая мысль была, что где-то проходит маскарадный бал, второй - что проходит он точно не у нас, а значит и типа быть в мастерской не должно, а третьей...
- Грабят! Убивают! Наро-о-од!!! - если бы иерихонская труба сохранилась до наших дней, она бы уже давно нервно курила в сторонке.
Тип испуганно икнул, потом хрюкнул, потом снова икнул и отступил за дверь. Я, решив просто так не сдаваться, но, памятуя о том, что грабитель может быть вооружен, схватила попавшуюся под руку кисть и кинулась на вора. Но через полсекунды остановилась. Мало того, что кисть была чересчур большой и тяжелой, так еще и явно железной. С гардой.
Пискнув, я выпустила рукоять, и по полу к ногам грабителя покатилась... шпага. Почему-то вспомнились уроки фехтования, но там были легенькие рапиры, а здесь...
- Э-э-э... моя эреа... эреа Демори, - с трудом выдавил странный субъект.
- А? - машинально отозвалась я и только потом задумалась над обращением.
- Моя эреа... эреа... вы... вы в порядке? - тип сглотнул и неожиданно начал оправдываться, - вы сказали, чтобы вас не беспокоили, вы будете изучать гальтарские тексты, которые совсем недавно я выкупил у тех контрабандистов, но я подумал, что вам может понадобится еще бутылка вина, вы же всегда в кабинет берете только бокал, его обычно не хватает, да и камин надо было проверить, к тому же... А что на вас надето? - вдруг опешил тип.
Я взглянула на запачканные маслом джинсы и необъятных размеров футболку с гордой надписью "Ария" и решила прояснить свои догадки.
- Это Кэртиана?
- Я Ранел, здрасьте, - вдруг поклонился тип, начиная странно косить глазом.
- Очень приятно, а я... - зачем-то присев в реверансе, начала я.
- Закатные твари! - выдохнул назвавшийся Ранелом и уставился на меня.
- Что? - точно псих...
- Вы никогда не... реверанс... вы... эреа Демори, что с вами? - Ранел заглянул мне в глаза, и муза снова начала угрожающе подкрадываться, занося кувалду - таких зеленых глаз я еще не видела, и даже представить всем своим больным воображением не могла.
- Бррр... так... о чем мы там?.. Ах, да... а можно мое полное имя?
- Э-э-э... конечно, моя эреа... вы - Демори Ревий...
- А почему имя такое глупое?! - обиделась я.
- Почему глупое? - в свою очередь обиделся Ранел.
- Я вообще из другого мира, - зачем-то сказала я, поковыряв носком махрового тапка в пушистом ковре.
- Моя эреа... вы... э-э-э... хм... это... вы озвучиваете перевод тех текстов, да?
- Неа... я в Кэртиане же, да?
- Ага, - Ранел снова сглотнул, начиная пятиться к двери.
- Стоять, дрожать, бояться! - рявкнула я, сама не ожидая от себя такой смелости. Уже успев вкратце оглядеть комнату, ничего более занимательного, чем камин, красивый герб на стене, изящные подсвечники и сам Ранел я не обнаружила. Но с вещами можно разобраться и позже, а вот со странным типом...
- Я капитан вашей личной охраны, моя эреа, - неожиданно вздохнул Ранел.
- Так... а где я нахожусь?
- В вашем особняке, моя эреа.
- А он большой?
- Очень...
- А красивый?
- Моя эреа?
- Почему это твоя?!
- Извините, не понял...
- Я, может, общая...
- Моя эреа?..
Поняв, что ничего толкового от Ранела не добиться, я махнула бедняге рукой, и тот скрылся за дверью.
- Мда... - оглядываясь, протянула я, коварно поглядывая на герб.
Дверь снова скрипнула.
- Моя эреа...
- Твою кавалерию... - выдохнула я и поняла, что невольно скопировала Матильду. Интересно, а я ее встречу?..
- Моя эреа?
- Забудь, - тряхнула я головой и подошла к гербу.
- Я... я поднял слуг, камеристки уже все собрали, принесли платья, вам надо пройти в...
- Это что за птичка? - нагло перебила я, кивая на герб, решив, что если все это сон, то ничего плохого от моей нетактичности не будет.
- Ястреб, моя эреа... Раньше был коршун, но вам не понравилось, и вы...
- Ясно, - кивнула я, - ну пошли... одевать меня по своей моде будете... ох, чувствую, рюшками удавите...

Надо заметить, что после моего пробуждения девушка (как же она называется камеристка, горничная?) резко перестала кричать, а сейчас и вовсе пришла мне на помощь, быстренько ответив на незаданный вопрос. Присела (видимо, это и называется реверанс или книксен) и, потупившись, вымолвила: «Меня зовут Джейн, Джейн Томпсон, моя эрэа. Меня предупредили, что о Вашем появлении, сообщили имя, и велели вручить Вам письмо».
- Не подскажете, где я? И какое сегодня число?
- Вы в Олларии, эрэа, сегодня десятый день Зимних Ветров, и, кстати, у нас к служанкам обычно обращаются на «ты» - замечательно, барышня способна на иронию – это не может не радовать!
-Хорошо, а теперь дай мне письмо, пожалуйста – ура, я победила себя любимую. То, что бедняга Джейн безуспешно пыталась мне вручить в последние несколько минут, оказалось маленькая шкатулочка, похожая на футляры для цепочек, которые продают в наших ювелирных магазинах – обтянутая темно-красным бархатом и с золотым изображением трапеции с несколько вогнутыми боковыми сторонами (однако, футляр для писем – догадалась понятливая я).
- Джейн, дорогая, тебя не затруднит открыть это? – вот такой вежливой я бываю в состоянии близком к панике.
- Как прикажет эрэа – снова приседание. Ловкие, тоненькие (обзавидуешься) пальчики на что-то надавили, ларчик открылся, и девушка протянула мне письмо (лист желтоватой бумаги, сложенной в несколько раз и запечатанный чем–то вроде сургуча). Взламываю печати, разворачиваю, и пытаюсь читать. Класс! Я понимаю всё, что написано! Хотя графика скорее латинская, чем кириллическая, почерк убористый, чёткий. Вчитываюсь, и....
«Эрэа! Мы были вынуждены вызвать Вас в Талиг, по причинам, которые не стоит доверять бумаге. Вам придется принять здешнее имя и титул. Вы станете баронессой Дейдри Каннигем. Вы приехали в Олларию из Торки накануне известных событий, и вели уединённую жизнь. Особняк – Ваша безраздельная собственность, о деньгах можете не беспокоиться. Джейн – Ваша служанка, ей можно доверять, и нет такой услуги, которую она не смогла бы оказать. Том и Джек также заслуживают вашего доверия. Остальное узнаете у Джейн.
Не беспокойтесь, Вам не придётся заниматься ничем постыдным, Ваша первая задача – разыскать еще троих женщин, таких же уроженок из вашего мира». И всё. Подписи, естественно, не оказалось. Ладненько, будем «колоть» Джейн.
- Скажи, дорогая, (так и тянет сказать «милочка», голосом Маргариты Павловны из «Покровских ворот»), а кто передал письмо? – вполне невинным тоном осведомляюсь я.
-Мужчина – невозможного размера голубые глазищи смотрят прямо и открыто.
- А как он выглядел? Пожалуйста, Джейн, это очень важно – пытаюсь также честно взглянуть в ответ.
- Высокий, худой, лица не разглядела – он в плаще был с капюшоном.
- А кто тебя нанял? - (насколько помню, крепостное право вроде как не фиксировалось).
- Не знаю, с нанимателем разговаривал отец.
- А ты-то где была?
- У себя в комнате – понимаю, что больше ничего добиться не удастся (по крайней мере, сейчас), посему спешно перевожу разговор на другую тему.
- Чудненько. Ладно, как говорят у меня дома – «поживём – увидим». А теперь помоги мне одеться, пожалуйста.

Демори.
День первый.

Рюшками меня все таки удавили, и не только рюшками… На огромном, просто необъятном платье было столько бантиков, вышивок, бусинок, каменьев и прочего великолепия здешней моды, что я невольно позавидовала мужчинам – как же им просто:  рубашка, панталончики со штанами и камзол… А бедным женщинам, значит, надо затягивать свои многострадальные тушки в корсеты и увешиваться кучей блестящих валунов?! Беспредел сплошной…
- Моя эреа? – с той стороны двери раздался приглушенный дубовой створкой голос Ранела.
- Да твоя, твоя, куда же денусь, -  буркнула я и захрипела – самая вертлявая камеристка в который раз пыталась затянуть на мне корсет. Когда это произошло в первый раз, я полноправно почувствовала себя полноценной глистой в скафандре, во второй – придушенным червячком, теперь же, при взгляде на себя в зеркало, я не могла подобрать аналога среди мира насекомых и решила ограничиться определением «жуть». Камеристка тоже не была довольна полученным результатом и в который раз принялась причитать, что с моей фигурой и корсет не нужен (глиста что в скафандре тощая, что без него…), и вообще я вся какая-то неправильная…
- Ах, эреа, у вас такие роскошные, длинные волосы, что они просто не позволяют застегнуть крючочки, - пропыхтела еще одна камеристка, уже почти с ненавистью глядя на меня, замученную не меньше.
- Сами вы длинные и роскошные, - обиделась я за свои две волосины, с трудом достающие до того места, где у нормальных людей должна быть талия, а у меня – сплошной корсет.
- Моя эреа? – Снова забеспокоился с той стороны двери Ранел.
- Да хоть ты уже помолчи, а то они меня до смерти с этим платьем замучают! – театральным шепотом возвестила я и неожиданно чихнула.
Вдруг хватка корсета ослабла. Вдохнув наконец воздух всей грудью, я с разворота поднырнула под руку одной из усердных девушек с перекошенным лицом заправского маньяка-текстильщика и буквально пинком открыла дверь, чуть не пришибив ошивающегося под ней Ранела.
- Моя эреа?! – потрясено выдохнул тот, узрев мой облик.
Решив не пугать себя, любимую, таким зрелищем, я предпочла в развешенные зеркала не смотреть, поэтому вдохновенно выпучилась на Ранела и грозно заявила:
- Либо мужской костюм, либо я с вами в ваши ролевые игры не играю! Вот оно – влияние великого профессора Толкиена на современную культуру! Ладно, всякие Хоббитские Игрища устраивают (бывали, бывали…), но чтобы еще и мир Кэртианы извратить! А на вассалов четырех Домов вы, случаем, не делитесь, а?..
- Моя эреа, - ошалело произнес бедный капитан, - я… в смысле… делимся… только…
- Ага! - Торжествующе воскликнула я, уже входя в раж, - а кому какие роли? Чур, я Луиза тогда! И мужской костюм мне!
- М-моя эреа, какая Луиза?..
- Арамона которая…
- Луиза Арамона? Так она дуэнья Айрис Окделл, ее видели при дворе…
- Ой, держите меня семеро, пока я его не покусала! Так это ТО САМОЕ время, и ты молчал?!
- Моя эреа? – Ранел несчастными глазами взглянул на меня, но остановить лавину было уже не под силу… Всему виной рыжий цвет волос, точно не характер…
- Да я, переживала, думала! – вообще-то я больше размышляла о количестве рюшек, но это было неважно,  -  а ты даже не соизволил мне объяснить, где я, почему! Ты… ты…. ты!!! Укушу! Съем!..
- М-моя эреа… - с перепугу успел икнуть Ранел, но тут же растянулся на полу от брошенной в беднягу вазы. Она мне все равно не нравилась, там был нарисован какой-то фламинго на изумрудном поле – сочетание цветов жуткое, а для художника просто убийственное.
- Моя эреа, эту вазу вам подарил Валме… - простонал на полу Ранел.
- Марсель? – тут же остыла я, уже с сожалением смотря на вазу – какой был шедевр!
- Нет, его отец… ох, моя эреа, - поднялся капитан, отряхиваясь… Меня предупреждали, но я и предположить не мог, что… что вы явитесь так скоро, - со вздохом закончил Ранел, осматривая осколки бывшей вазы.
- Э-э-э… скоро? – Меня затерзали смутные сомнения, что сейчас мне все и объяснят… правда неизвестно, останется ли бедный капитан жить после этого, или я его все таки пришибу очередной вазой…
- Моя эреа, - Ранел неожиданно смутился, - вам принесли письмо, но вы сказали, что оно не для вас. Бейрис сказал, что…
- Бейрис?
- Дворецкий.
- Продолжай, - махнула я рукой.
- Он сказал, что человек в плаще с капюшоном принес вам письмо, причем Бейрис встретил его сразу у парадного выхода, в ворота или в калитку он не входил, лошади тоже не было, но когда Бейри отвернулся, человек исчез…
- Кто бы сомневался, - хмыкнула я, поддевая носком удобной туфельки большой осколок с розовым крылом.
- Я передал вам письмо, на нем была незнакомая печать, вы его вскрыли и сказали, что оно не вам, по крайне мере, не сейчас…
- Какая я была умная, наверное…
- Вы добавили что-то о другом мире, что вы, точно такая же, только совсем другая, появитесь здесь, и я должен буду передать вам это письмо…
- Красноречием я явно не страдала…
- А потом вы получили гальтарские тексты и ушли в кабинет. Проходящая мимо вашего кабинета горничная заметила странный синеватый свет из-под двери, а потом услышала шипение и постучала. Но вы не ответили… Тогда я забеспокоился и решился вас потревожить…
- Дверь была же открыта. Она могла бы и заглянуть.
- Во-первых, вы никогда не позволяли заходить в свой кабинет, если вы чем-то заняты, а во-вторых, вы всегда закрывали дверь на ключ.
- Но ты же вошел? И явно не мучился с замком…
- Дверь распахнулась передо мной, - почему-то виновато опустил глаза Ранел.
- Понятненько… и где письмо?
- Я… я… я его сжег, - решился бедняга. И решился зря.
- ЧТО?! –  я коварно огляделась в поисках тяжелых предметов.
- Я думал, что если это письмо сжечь, то и вы….. никуда не уйдете… - капитан окончательно смутился и зашаркал ножкой.
На ум почему-то пришел Лацци с его «гицей» и я всерьез забеспокоилась.
- Так… письма нет, потому что ты олух, - безжалостно начала я, - информации тоже нет... Мда, жизнь беспросветна и беспроглядна, - я окончательно погрустнела и пнула попавшийся под ногу осколок.
- Информация есть… только… с ваших слов, - вжав голову в плечи, Ранел заискивающе поднял глаза.
- И что же я говорила? Отвечай, не молчи, а то я тебя точно укушу!
- Вы говорили, что из неизвестных нашему миру мест вас появится четверо, одну из четверки будут звать баронессой Дейдри Каннигем…
- Дейдри! – я, озадаченно хрюкнув, опустилась в подвернувшееся кресло. Вот значит как, домечтались, дофантазировались… Ну здравствуй, милая Кэртиана… Скорее всего, две других – это Дреки и Долфи… хоть что-то.
- Моя эреа? – Ранел снова забеспокоился, - Тинты? Вина? Моя эреа?..
- Мужской костюм и касеры! – я стукнула по подлокотнику кресла и грозно поднялась, уже выстраивая план по нахождению затерянных…

«Видишь ли, раньше я носила совсем не такую одежду» – в ответ – ещё одно приседание. Умница! Рискую вылезти из-под одеяла. Понятненько, размеры остались мои  и рост, и что самое печальное, вес (то-то портных порадую). А ночнушка и панталончики вполне себе приличные, даже с кружавчиками, да и чулочки ничего себе, без лайкры, но жить можно. Стоящие у кровати чёрные, с золотыми пряжками туфельки примиряют с Олларией всерьёз и надолго: круглые носики, мягкая натуральная кожа и, главное каблуки малюсенькие, как я люблю. Живём! Тем временем Джейн подступает с корсетом. Всю жизнь мечтала поносить такую вещь (после ортопедического – просто праздник какой-то). Раз шнуровка сзади, надо повернуться спиной, Джейн затягивает, упс, больно же! Говорили мне, что надо поменьше есть и побольше двигаться.
-Джейн, милочка (извините, вырвалось), а нельзя ли чуть-чуть послабее – таким голосом я обычно пугаю нерадивых студентов.
-Можно, конечно, но не намного, иначе платье не сойдется! - Да уж... Барышня поколдовала со шнуровкой и ура, можно дышать и двигаться. А вот и «платьишко». Мама!!! Эту красоту надевать реально страшно, тут же полкилометра ткани, не меньше! Тёмно-бордовый бархат, золотистые кружева, черные ленты, куча юбок и декольте, а самое главное – шнуровка и крючки... Отдаюсь на милость Джейн, а что делать? Не знаю, сколько прошло времени (часов я здесь пока не видела), но вот все застегнуто и завязано и моя «мучительница», за руку тащит меня к зеркалу. А всё не так уж плохо, даже лучше чем дома (говорила же, что при моей фигуре – самое оно). Теперь понятно. Откуда у дворянок такая выправка, ссутулится просто невозможно. Проблема только в том, как ходить во всём этом, а то с непривычки и на подол наступить можно, остаётся надеяться, что хоть сколько-то времени у меня есть - потренируюсь. Оказалось, всё не так сложно – ходьба в длинном платье мало отличается от ходьбы в шубе, а уж этим видом спорта любая северянка владеет в совершенстве.
А теперь прическа. Снова упс..., говорили же мне подруги, что надо волосы отращивать, а так они у меня короче, чем у большинства здешних мужчин окажутся (решат ещё, что недавно тифом переболела). Ну и ладно, переживу.
- Скажи, Джейн, а здесь можно женщине с короткими волосами ходить или парик надо будет одевать?
- Не обязательно, эрэа, мы можем обойтись накладной косой, я приготовила подходящую – такс, замечательно, значит, будем косить под пани Юлю, только в брюнетистом варианте.
- Хорошо, дерзай – усаживаюсь на табурет перед зеркалом, еще полчаса и всё. «Шахеризада Степановна? Я готова» - из зеркала на меня смотрит суровая темноволосая кареглазая дама с косой вокруг головы и слегка подкрашенными глазами.
Ну, что ж начнём действовать! Для начала стоит проанализировать ситуацию. Как говаривал один мой друг «Что мы имеем с гуся?». В настоящий момент имеем мы с гуся следующие шкварки: я в Кэртиане, судя по расцветочке одежды и футляра, и повторяющимся рисункам – имею какое-то отношение к Дому Скал, и мне надо разыскать моих подруг с форума – они, похоже, тоже домечтались. Про двух я по крайней мере знаю, что Дольфи надо искать как Дельфину Растиньяк, и Демори здесь носит фамилию Ревий, а вот барышню, которую я знала как Дрэки найти будет сложно, ну, да ничего. Язык и деньги доведут не только до Киева.
Мои неизвестные доброжелатели оказались очень предусмотрительными людьми: оказалось, что помимо Джейн, в моём распоряжении еще парочка слуг Том и Джек – вполне себе милые пожилые дядьки – дворецкий и конюх (так они представились), которые, также как и Джейн, понятия не имели о том, кто их нанял, поскольку работодатель не представился, а предложил очень приличный заработок, когда они оба уже давно были на мели. В общем «всё страньше и страньше».
Самое главное, выбралась в город. В карете! Для себя решила, что в следующий раз поеду верхом, (благо есть на ком – потом расскажу) замаскируюсь под мужчину. Поскольку потряхивало меня от души, да и обзора минимум. Оллария мне понравилась. А вот атмосфера в ней – не очень. Слишком много солдат на улицах (кстати, Валме был прав – Зверь на одеждах – это что-то!), слишком много запертых дверей и закрытых ставен, минимум людей на улицах, и это среди бела дня! Увидела, хотя и издали королевский дворец (как оказалось, это не одно здание, как мне, наивной, представлялось, а несколько). А ещё аббатства, больше похожие на крепости, Данар, покрытый льдом (вполне себе приличная река, кстати). И вороний грай над всем этим.
В общем, на свою улицу я вернулась часа через три (по крайней мере, колокол слышала за это время дважды). Кстати, о часах – я их обнаружила в гостиной – здоровенные такие, с боем, цифры вполне привычные практически арабские. Да и стрелка движется в том же направлении.
К сожалению ни Дольфи ни Демори я так и не нашла, ладно, не всё сразу. Обследуя дом, обнаружила неплохую библиотеку, прониклась уважением к прежнему владельцу: книги по истории, географии и даже геологии Кэртианы, а еще Веннен, Дидерих - просто песня! Ладно, буду читать в перерывах между поисками.

Демори.
День первый, продолжение.
- Моя эреа, вы не туда свернули! – в который раз обреченно вздохнул Ранел.
- Так здесь же пейзажик симпатичней, -  попыталась оправдаться я.
- Где вы видите пейзаж, моя эреа?
- Ну, а то домики с деревцами уже не пейзаж!
- Моя эреа, нам нужно во дворец!..
- А  мольберт из красного дерева, инкрустированный алмазами нам не нужен?!
- Моя эреа? Зачем нам мольберт?
- Чтобы в ушах копаться…
- Эреа, мольберт это…. Такая штука… для художников…
- Как неожиданно!
- Им… не копаются в ушах…
- Ага, им волосы постригают…
- Моя эреа, это делается ножницами!
- Да что ты говоришь, вот незадача, а всю жизнь колбасой их, колбасой кромсала…
- Моя эреа, какой колбасой? – Простонал сбитый с толку капитан.
- Докторской! Под хлебушек…
- Стрижетесь?! Колбасой?!
- Ох, юноша, стригутся ножницами.
- А как же колбаса?
- Какая?
- Докторская!
- Кушать хочешь?
Ранел застонал, а я, с чистой совестью добившегося своего садиста, пустила Тиро в медленное блуждание между каменными оградами особнячков, нагло игнорируя бедного капитана. Все страхи по поводу «гицы» были стерты приятным открытием, что « эреа Демори» являлась для Ранела мамой, сестрой, другом и подопечной (капитан личной охраны, как никак), что не могло не радовать. Что ж, исполнять роль прошлой графини Ревий я не собиралась, поэтому маленькие капризы, кои в своем мире я  растаптывала и давила еще в состоянии «луковица», в этом сне я себе позволяла. Например, довести до обморочного состояния бедного мальчика, дабы повернуть там, где хочется мне… Ох, намучаются еще с «графиней Ревий» кэртианцы, ох как намучаются…
Таки вытребовав себе мужской костюм, я все же не была спасена от корсета – поверх рубашки упорные камеристки с упрямством тысячи осликов напялили нечто из плотной черной ткани на завязочках (правда, ничего особо не сжимающей), заявив, что не пристало дворянке шастать без корсета вообще. Пришлось простить обозленным девушкам их пунктик, ибо у меня тихонько складывалось ощущение, что еще одна моя выходка – и милые, ласковые девушки с оскалами на лицах запинают меня тапочками, закидают чулками и пришибут тем самым корсетом…
Когда я, млея от счастья, напялила камзол, и камеристки ровным строем злобных викингов угрожающе ко мне подступили, неся в руках нечто кружавчато-рюшечное, я даже не стала сопротивляться, отдав свои руки и шею на растерзание манжетам и воротнику. Задумчиво стоя перед зеркалом, я оправляла камзольчик со штанами, когда угрюмая камеристка мрачно подала мне высокие кожаные сапоги. Окончательно спятив от счастья, я, не помня себя, буквально вломилась в толпу хмурых девушек, явно решивших, что их эреа свихнулась.
Теперь же, сидя на Тиро, я оправляла заграбастанный для меня Ранелом  у камеристок плащик с серебряной фибулой и с выражением предпоследней дурехи, радостно скалилась.
Оглянувшись на Ранела, все еще не оправившегося от нашей содержательной беседы о докторской колбасе, я, чуть натянув поводья, теперь в ожидании капитана медленно ехала мимо симпатичного особнячка с арчатыми окнами и витыми перильцами у балкончика. Почему-то упорно вспоминалась бессмертная пьеса Шекспира и, в конце концов, не выдержав, я радостно продекламировала:
- Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте!
- Моя эреа? – Ранел с опаской посмотрел на меня.
«Цыкнув зубом», я зачем-то оповестила перепугавшегося беднягу нетленной фразой из Стругацких:
- Не советую-с,  съедят.
Ранел испуганно икнул и отъехал от меня подальше, решив, видимо, что с психами связываться не стоит. Тем временем я снова увлеклась разглядыванием маленьких дворцов, невольно вспомнив свой особняк.
Как и говорил капитан,  мой домик был довольно большим, но на удивление изящным. Ничего лишнего, гармонично, и как-то… воздушно, что ли. Создавалось странное ощущение, будто моему особняку пророчили стать хрустальным дворцом, но потом решили переделать его в каменную крепость, вот и вышла – изящная крепость. Но никаких завитушек на своем домике я не нашла, только  темные, отливающие синеватым камни, плющ, да узорчатые решетки на узких, длинных окнах с цветными витражами.
Здесь же, на этих особняках, было просто великолепие лепнины, правда, чаще куча завитушек, изображавших цветы, листья и пташек на полстены, были уж чересчур безвкусными…
И тут  меня буквально поразило в самое сердце. Передо мной стоял ОН. Невероятно красив, нет, даже прекрасен. На фоне синего неба он был потрясающе восхитителен…
- Моя эреа, что с вами? – забеспокоился подъехавший Ранел.
- ОН… - выдохнула я, вдохновенно выпучив глаза.
- Э-э-э… тот юноша… моя эреа, это один из слуг, не пристало дворянам…
- Олух, я про особняк! Ты только посмотри, как он прекрасен!
- Юноша?..
- Особняк!!!
- Какой?
- Тот, - я нетерпеливо кивнула головой в сторону строения. – Ты только посмотри, как он светится в лучах золотого солнца! – моему восторгу не было предела, но, вовремя вспомнив, что мольберт сюда точно не притащить, я горестно завздыхала.
- Моя эреа, я могу узнать, чей это особняк, и вы, если пожелаете, можете купить его.
- Зачем? – искренне удивилась я.
- Так… он же вам понравился… - Ранел явно растерялся.
- Так просто вид с ним живописный… - Только хотела я зашаркать ножкой, но вовремя вспомнила, что интеллигентный Тиро этого может уже не выдержать. – К тому же на что я его тебе куплю?
- Так не мне, - недоуменно посмотрел на меня Ранел, - себе, моя эреа, денег у вас предостаточно, об этом вы можете не думать…
- Уже радует… - кивнула я задумчиво, вспоминая поговорку о незабвенном сыре в мышеловке. – Лучше в дырочку. Большую, - пробормотала я.
- Моя эреа, зачем вам особняк в большую дырочку?!
- Так вкуснее…
- Вы собираетесь съесть дом?!
- Нет, сыр… с дырочками…
- Какой сыр? – простонал капитан, медленно растекаясь в седле.
- Да с дырочками! Большими!
- Кто?
- Ты!
- Почему?!
- Потому что гладиолус!
- Это цветок… Не сыр… - Ранел снова попал в ловушку.
- Какой сыр?
- С дырочками! Большими! Вы сами говорили! Дырка! Большая!
- Сам толстый!
- Кто, я?!
- Нет, гладиолус!
Ранел открыл рот и снова его закрыл. Потом громко сглотнул.
- Пойду узнаю, чей это особняк, - выдавил он, разворачивая коня.

А Джейн и впрямь прелесть. Не успела я продрать глаза, как она притащила мне чашку с... правильно с шадди! Очень похоже на кофе, только взбадривает быстрее, и уж конечно, с растворимым никакого сравнения.
Сегодня снова собираюсь на поиски, поэтому еще вчера попросила мою дорогую барышню приготовить мне какой-нибудь вариант мужского платья (не умею я ездить в дамском седле – пускай на нём тот фашист ездит, который его придумал, я раз в жизни пробовала – мне хватило). Опять же краситься и косичку цеплять не буду, корсет затяну до талого, плащик наброшу, шляпу, как ушаночку «потуже натяну» - и вперёд! Но не всё так просто, Джейн протягивает мне шпагу и перевязь для оной. Как это носить я понятия не имею, но Том приходит на помощь. Да уж, не очень-то удобно (тихо радуюсь, что шпага всё же не меч, спасибо «Миру Фантастики» – объяснили тёмной в чем разница – а то я вообще-то пацифистически настроенная дама обычно). Хотя обращаться с этим оружием я не умею всё равно (я только из пистолета и автомата стрелять умею – да здравствует НВП). Ну, да ладно, конспирация превыше всего.
С моим зверем для верховой езды я тоже познакомилась вчера, звать его Барт (хихикала в ладошку), ростом он около двух метров холке, темно-коричневый, копыта – больше, чем моя голова, спокойный и вполне адекватный. Предложенную морковку схрумкал влёт, и даже потерся носом о мою шею. Просто прелесть!
Выезжаю со двора на улицу. Сегодня тепло, даже солнышко выглядывает, выпавший ночью снег искрится на крышах, на деревьях, на дороге. Довольно долго еду шагом, позволяя коню самому выбирать маршрут (что он спокойный и ни на что постороннее не реагирует, меня Джек предупредил), любуюсь городом – благо он сегодня такой красивый.
Мама дорогая, а это что такое? На ограде из позеленевшей бронзы, украшенной коваными виноградными лозами, какой-то местный Церетели наваял ярко-золотистых поросят, Боги мои, как же их много! Да они здесь примерно в той же степени уместны, как седло на корове. И тут у меня перед глазами словно огненными письменами вспыхивает описание этой ограды глазами Робера Эпине – и до тугоумной меня наконец доходит, что занесло меня к обиталищу Маршала Талигойи – самого Ричарда Окделла. Да…, охрана у юноши не шуточная, так что ничего не остаётся кроме как поспешно ретироваться, пока никто из них в мою сторону не двинулся. Разворачиваю Барта и меня «накрывает»: со всех сторон слышится тихий шёпот. «Ты наша, мы тебя ждали, мы тебя дождались» - и это на совершенно пустой улице! Оглядываюсь вокруг, не вижу никого, кто мог бы шептать, и от этого становится по-настоящему страшно, до боли в животе.  Ни в чем не повинный Барт получил пятками по бокам, и мы шустро отправились (классно, что лошади хорошо помнят маршруты), по дороге к моему новому обиталищу (домом этот  симпатичный особнячок ещё не стал), по пути собираю себя в кулак (дыхательные упражнения и всё такое).
Когда показались украшенные двумя здоровенными псами ворота, я успела увидеть,  как от дома отъехали двое всадников. Притормаживаю (мало ли что), и решаю, что больше ни за что не поеду по Олларии в одиночку.
Дома меня встречает Том с несколько озабоченным видом.
- Эрэа, тут такое было!
- Что? – сердце, кажется, сейчас выпрыгнет  из грудной клетки
- Приезжали тут парочка странная. Эрэа в мужском платье, красивая такая… Высокая. И мужчина, охранник её, наверное.
- А кто с тобой разговаривал, он или она.
- Мужчина. А эрэа у ворот остановилась, псы её заинтересовали.
-  И чего ему надо было?
- Спрашивал, чей особняк.
Ура!! Хочется прыгать и радоваться. Кто-то из девочек нашёлся! Интересно, кто бы это мог быть, Демори или Джулия, а может и Дрэки… Потому как Тому даже хрупкая миниатюрная Джулия высокой показаться может – он мне до плеча едва достаёт. Ладно, «завтра будет завтра», надеюсь это не последний визит. И тут меня осеняет, если у меня вся расцветочка в цветах Скал, то у девушек тоже должны быть такие фишки.
- Скажите-ка мне, Том, а какого цвета была одежда у нашего «гостя».
- Эрэа Дейдри, я не разгядел – но плащи синие были, - радость просто переполняет – Демори, вот кто искал меня, пока меня кошки носили Леворукий знает где.
- Том, мне нужна Ваша помощь.
- Всегда к услугам эрэа.
- Мне нужен охранник. Полагаю, я могу себе это позволить.
- Да, я постараюсь найти подходящего.
- Только не толстого и не рыжего. Предпочитаю блондинов
- Будет исполнено, эрэа!
Вызываю Джейн.
- Дорогая, приготовь мне на завтра чёрное платье, я его видела в гардеробе, то самое – без кружев и закрытое
- Госпожа собирается в храм или на кладбище?- юмористка
- Нет, просто мне так хочется, - реверанс, всё-таки она очень понятливая.
- Кстати, а в этом доме есть вино?
- Конечно, кэналлийское, и «Кровь» и «Слёзы».
- А  конкретно?
- Кровь «Дурная» и «Чёрная», слёзы «Девичья» и «Вдовья».
- Замечательно! Помоги мне переодеться, а потом принеси в библиотеку бутылку «Дурной крови», бокал и сыр (если найдешь, конечно). Классный день!

Демори
Первый день, продолжение.
Ранел подъехал к маленькой калиточке и дернул маленький золотой колокольчик. Дверка немедленно раскрылась и из нее выглянул старенький привратник,  с подозрением уставившийся на моего капитана.
- Чего надоть, сударь?
- Приветствую, чей это особняк? – Ранел заговорил неожиданно холодно.
- Так баронессы Каннигем, точно. Недавно вот в столицу ее светлость перебралась, и теперича эреа здеся проживает, ага.
- Баронессы Каннигем? Не слышал раньше о такой…
- Так ее светлость раньше далече от столицы-то жила, немудрено, что не слышали, - тут же напыжился привратник, угрюмо разглядывая удивленного Ранела.
- И надолго баронесса здесь останется?
- А чевой-тить надо? – еще больше нахмурился старик и, наконец, заметил меня. Обозрев мой синюшный плащик, цыкнул зубом и снова взглянул на Ранела.
- Прошу простить мою назойливость, - начала я, подъехав, а то, чего доброго, с капитана станется о продаже заговорить, - А баронесса Каннигем дома?
- Нет, ухала эреа, город посмотреть-то, - чуть оттаял привратник.
- А завтра будет, не знаете? – под неодобрительным взглядом Ранела, я беспокойно заерзала в седле.
- С утра будеть, наверное, а так… кто ж знает, - привратник пожал плечами и красноречиво посмотрел на калиточку.
- Ясно, благодарю, что не пожалели времени, - как только за стариком закрылась дверь, я повернула коня, в последний раз взглянув на золотых псов.
- Моя эреа. Нельзя так с прислугой разговаривать! – Ранел готов был захрюкать от возмущения.
- Мне все можно, - отмахнулась я.
- Но моя эреа…
Не слушая, я пришпорила Тиро и отпустила поводья, надеясь, что умный конь сможет выбрать дорогу.
Мое знакомство с конюшнями с моего коня как раз и началось. Увидев просто потрясающего скакуна цвета бычьей крови, я не могла не скормить ему пару кусочков сахара, после чего прониклась любовью к вежливой лошадке, видимо, и конь против меня ничего не имел. Он вообще был на редкость добродушным со мной, хотя конюхи и охарактеризовали красавца, как строптивца. Но Тиро оказался просто умничкой, хотя подолгу стоять на месте он явно не любил, то и дело поводя ушами и недовольно фыркая. В этом мы с ним сошлись.
Как только мы с Ранелом достигли моего особняка, я невольно залюбовалась им, и, вспомнив, какие пейзажи пропадают почем зря, горестно вздохнула.
- Моя эреа? – тут же встревожился Ранел.
- Солидарна, - невпопад ответила я, задумчиво косясь на синих ястребов на воротах. Баронесса Каннигем – это, без сомнений, Дейдри (что не может не радовать), а значит надо будет к ней нагрянуть, по-хамски так, она наверное тоже меня ищет… Надо же, какая легенда, жила далеко, а у меня? Вот узнают, что я это не я, и тогда мне, которая я, а не та, которая не я, такое устроят, потому что я, которая не я, точно себя по другому веду, чем вела бы та, которая я не я…
- Запуталась, - вслух призналась я.
- Моя эреа? – в два голоса спросили Ранел и старший конюх, помогавший мне спешится. Кажется, его звали Конрадом.
- Ох, какая я общественная…
- Моя эреа? – Ранел опередил конюха, и старику пришлось фантазировать:
- Э-э-э… Ваша светлость?
- О, уже оригинальней, - обрадовалась я.
- Кто? – хор Ранела и Конрада оставлял желать лучшего.
- Гладиолус, - вздохнула я.
- Так это цветок, - выпучился на меня конюх.
- Нет, сыр!
- Какой сыр? – не понял моего сарказма Конрад.
- С дырочками, большими, - вступил Ранел.
- Почему с дырочками?
- Потому что гладиолус! – нагло сплагиатировал меня капитан.
- Сам такое слово! – обиделся старик.
- Да это сыр!
- Кто?!
- Ну не я же!
- Господа, когда закончите…- попыталась вклиниться я в крайне содержательный диалог.
- А кто тогда?! – капитан с конюхом даже не обратили на меня внимания.
- Гладиолус!
- С дырочками?!
- Нет, сыр!
- А при чем тут цветок?!
- Так он и есть сыр!
- Если что, я в кабинете, – пискнула я, погладив на прощание Тиро.
- А чего тогда меня путаешь, ызаргище?! – возмущению старику не было предела.
- Так ты про растение спрашивал!
- Какое?! – И кто после этого из нас еще «моя эреа»…
В кабинете я все-таки дождалась Ранела и совершила краткую экскурсию по дому. На протяжении всей прогулки у бедного капитана медленно выпучивались глаза, но когда, при знакомстве с поваром, я скинула со стола в кухне вилку в качестве отвлекающего маневра (все равно это сон, здесь можно…) и попыталась стащить близлежащую булочку, у Ранела они окончательно вылезли из орбит.
- Моя эреа, если вы голодны, вам подадут обед…
- Так интересней утащить же…
- Кто трогал булки?! – громовым басом вопросил повар, подозрительно кося глазом.
- Ай-ай-ай, как не стыдно, Ранел, у честных людей булки ныкаешь! – я артистично выпучилась на капитана.
- Это не я, - попытался оправдаться тот.
- А кто, эреа?! – повар схватил Ранела за шкирку. – Отдавай булку!
- Да, отдавай, ворюга! – решилась пикнуть я, медленно отступая к двери и прижимая к груди честно упертую булку.
- Так эреа и была!
- Не хватало мне еще в собственном доме булки тырить, - возмутилась я, уже надкусывая ароматную выпечку.
- Моя эреа?.. – потрясено воскликнул повар, пытаясь унять нервный тик глаза при виде булки.
- Э-э-э… меня заставили! Этот подлый юноша меня заставил! Э-э-э… Да… Вообщем… я пошла, - буквально выбежала я с кухни.
Больше ничем примечательным первый день порадовать не мог. Вечером я устроилась в кабинете у камина с найденным на полках сборником Дидериха. Укутавшись в теплый синий  плед и буквально растекаясь по креслу (в том самом, в котором не так давно я и проснулась в Кэртиане), я опустошила полбутылки Дурной крови и успела выучить пару понравившихся строк из сборника.
Ночью, уже ложась спать после утомительной возни камеристок, повыдиравших мне все лохмы и сваявших из них косу, я подошла к окну и по привычке, принесенной из своего мира, попыталась его открыть. Витраж поддался, и в лицо ударил упоительно свежий ветер. Наверное он должен был быть холодным, но почему-то я не почувствовала ледяное дыхание зимы, лишь ветер, бесконечный, как сама Вечность и такой родной, такой близкий… Ветер и звезды, Ветер и ночь… Ветер…


Демори
День второй.
Проснувшись поутру от громких голосов, я в течении пяти минут пыталась соскрести мысли со стенок черепа и наконец пришла к выводу, что Кэртиана мне только приснилась, и если я открою глаза, то снова буду в нашем мире… Но глаза решила не открывать, вместо этого прислушалась к голосам.
- Кто разбил вазу?! – женские вопли явно взбешенной дамы начинали надоедать.
- Не разбуди графиню, Розалия! – рявкнул Ранел.
- Тебе орать можно, а мне, значить, молчать?! – тут же взвилась Розалия.
- Причем долго!
- Сам ызарг!
- Пауканиха!
- Не ори на меня!
- Гладиолус! – выдвинул последний аргумент наученный моим плохим примером Ранел и гордо добавил, - что, съела?
- Кого? – Розалия странно закашлялась.
- Гладиолус!- ухмыльнулся довольный капитан.
- Нет, я че тебе, свинья, цветы хрумкать…
- При чем тут цветы? Это сыр…
- Какой сыр?!
- С дырочками!
- Иди ты, - явно обиделась дама и утопала в неизвестном направлении.
- Доброе утречко, графиня, - тяжко вздохнула я, решительно открывая глаза. Первое по плану на сегодняшней день - выбить из Ранела этот бред про гладиолус и сыр. С дырочками.

Дельфина Растиньяк.
День первый.

Мда, оказаться в неизвестном месте - приятного мало.
Я решила оценить ситуацию.
Так, лес кругом. И ни одного человека, хоть знакомого, хоть нет.
Хотя один человек тут все-таки присутствовал. Юноша моего возраста, симпатичный, черноволосый, голубоглазый. Он так ошалело глядел на меня, что я даже подумала, не отрос ли у меня хвост.
- Ты чего так уставился на меня? Девушки не видел? Или выходца узрел?
- Эрэа Растиньяк, ваша одежда...--парень говорил шепотом и сильно заикался.
Ах я уже эрэа... Какой быстрый взлет по социальной лестнице. В неизвестном мире...Хотя почему неизвестном? Я замучила свою подругу пересказами событий, имевших место в Кэртиане. А так как это единственный мир, где употребляется выражение "эрэа", то ,надо думать, это и есть Кэртиана.
Выяснение этого животрепещущего вопроса я отложила на потом.
Парень рядом со мной уже не знал, куда ему деться: и руки заламывал, и рот открывал, и закрывал.
- Нормальная одежда, - я оглядела себя. - Джинсы называется. Новое веяние моды.
- Эрэа, может, пойдем домой.
- А что, меня давно не было? - я искренне забавлялась ситуацией: естественно, этот мальчик ничего не понимает, так почему и не поиграть в дурочку?
- Эрэа, вас не было более суток.
- Ух ты! - делано поразилась я. - А ты как тут оказался?
Парень покраснел.
- Я ушел искать вас. И нашел. И, эрэа, неплохо бы вам вернуться, а то все беспокоятся и ваш жених тоже...
Что?!! Жених?!! Ну нет, я не собираюсь, едва попав в иной мир, выходить замуж и рожать детей. Мне только 21 год!
- Отлично. Вернемся домой, - тем не менее сказала я.
"А с бароном разберемся как-нибудь", - решила я.

Дельфина Растиньяк.
День первый. Продолжение.

Всю дорогу в свой нынешний дом я беспокоилась о двух проблемах: как я без усилий говорю на талиг и каким образом мне разбираться со своим нареченным.
Ох, говорила мне лучшая подруга быть поосторожнее с желаниями на Новый год.
Я уже успела привыкнуть к Блезу (так звали того парня). Он почти не обращал внимания на мои джинсы и шерстяное пальто.
Мы подошли к замку. Он был не такой большой, как я представляла себе, но на вид очень уютный. Интересно, а внутри там тепло? А библиотека есть?
Библиотека - это все, что меня интересовала. В голове моей уже проносились Рамироалвовские планы по внедоению филологии в сиситему наук Кэртианы. А Вальтер Дидерих и вправду так велик, как все о нем говорят?..
Додумать эти замечательные во всех отношениях планы мне помешал Блез, проведший меня потайным ходом в замок.
- А ты откуда знаешь этот ход? - поинтересовалась я. - Ты же слуга.
- Но ты же мне сама показала, когда мы были детьми, - юноша стал совсем пунцовым. - Ты забыла?
- О, прости. Действительно, иногда вредно много гулять на свежем воздухе.
Мы засмеялись.
Мальчик был влюблен в очаровательную (а какая я еще могу быть?) эрэа Растиньяк. И боялся признаться. Ну ладно, сначала разобраться с бароном, а потом... А о том, что будет потом, я подумаю завтра.
Потайной ход вел в приемные покои графини Растиньяк. Они были не очень роскошные, зато все было сделано со вкусом: светлые обои, шторы темно-зеленого цвета и красная обивка мебели очень друг с другом сочетались.
На меня тотчас напустился ворох служанок и камеристок. Да где я пропадала, да барон весь извелся, да он, бедняжка, так страдает...
- Ой, эрэа, а ваша одежда! Перед встречей с бароном вам нужно привести себя в порядок...
Меня тут же увели в ванную и принялись мыть голову, как будто у меня рук не было или они не из того места росли.
Но ничего. Порядки тут скоро поменяются. Пусть знают, какие мы, эрэа с Земли, можем быть злые.
И надо Блеза поблагодарить.

Демори
День второй, продолжение.
Умяв за обе щеки плотный завтрак из просто королевского омлета и кучи булочек всевозможных сортов и видов (повар, видимо, памятуя мое вчерашнее нехорошее поведение, решил сразу предотвратить с моей стороны все поползновения к выпечке путем ее изобилия), я выпила чашечку шадди (почти кофе, к слову) и с трудом поползла в кабинет.
- Доброе утро, моя эреа, - радостно приветствовал меня Ранел, даже не подозревающий, что именно он с некой Розалией меня и разбудил.
- Доброе, - вздохнула я, садясь за стол в кабинете. Ранел вытянулся напротив, и почему-то напомнил мне саму себя – примерно так же я вытягиваюсь перед редактором, прижимая к себе эскизы, как капитан прижимал какие-то документы.
- Тут пять приглашений от новоявленных дворянчиков, два приглашения ко двору... – продолжая перечислять, Ранел тюкнул на стол огромную стопку листочков.
- Э-э-э… я писать не умею по-вашему, - тут же отмазалась я.
- Но вы же читали Дидериха вчера! – Ранел удивленно замер.
- Я картинки, может, смотрела…
- Но там нет картинок…
- Так я сама рисовала, а потом смотрела, - нашлась я и, взглянув на капитана, обреченно спросила, - не прокатило?..
- Неа, - помотал головой Ранел, - так что, моя эреа, придется вам отвечать.
Тут я вспомнила о золотых псах и Дейдри:
- Промах, друг Гораций, нам к баронессе Каннигем, ну эти бумаги…
- Меня Ранелом зовут, - почему-то обиделся капитан и вышел из кабинета.
Собравшись с духом, я тренькнула в колокольчик и тут же появилась камеристка, поведшая меня в гардеробную. Там на меня нацепили белую, чистую  рубашку, не обошлось и без жесткого черного корсета, сверху синенький камзол… Вообщем все, как вчера, что не могло меня не радовать, только украшен был камзол по-другому, даже выданный плащик был в серебряных узорах и каких-то камешках, больше смахивающих на синие стразы. Видимо, уже прознав от болтливого Ранела о скором визите к баронессе и сделав какие-то свои таинственные выводы, камеристки старались разодеть меня как можно более роскошно.
- А может камзол без камешков? – с надеждой поинтересовалась я.
- Ну уж нет, эреа! Вы хотите, чтобы перед баронессой вы выглядели горожанкой?! – рыкнула на меня обозленная старшая мучительница. Ну что ж, значит баронесса красивая… Вот, даже гордость пробирает за наш мир.
- Хочу, - честно призналась я, за что получила заколкой в макушку.
Когда мои волосы превратились в кучу завитушек, напоминавших взрыв на макаронной фабрике, а сама я больше походила на новогоднюю елку, меня наконец отпустили.
- Моя эреа… - начал было встретивший меня у дверей Ранел, но я, шикнув на капитана, спряталась за дверью. Камеристки ничего не подозревающим дружным скопом вывалились из гардеробной, и я юркнула обратно.
- М-моя эреа, - сумел выдавить Ранел, - ч-что вы делаете?! О Создатель, хоть бы предупредили, что отвернутся надо…
- Так я только камзол и плащ поменяла, - оправдывалась я.
- Моя эреа, зачем?
- Так от них камешки отдирать долго, а мне надо успеть застать Дейдри дома… баронессу Каннигем в смысле.
- Там еще рюшки были… вернее…
- Вот! Их тоже откромсать – это сколько времени потратить надо! – обрадовалась я.
Тиро встретил меня радостным ржанием и надеждой в лиловом глазе, которую я постаралась не обмануть, протянув пару кусочков сахара. Вежливый скакун губами взял угощение и повел ушами, но на приближающегося конюха вздернул верхнюю губу, обнажив зубы. А Конрад говорил, что Тиро злой… чтоб он понимал в душевных лю… конях.
- Моя эреа, - Ранел поправил попону своего любимца Лано, - вы за завтраком говорили, что хотели со мной что-то серьезно обсудить.
- Да, я что сказать-то хотела… я могу отдавать тебе приказы?
- Конечно, – по капитану было заметно, что он чуть обиделся. Если бы еще понять  - на что именно…
- Так вот приказываю – забудь про сыр, гладиолус и дырочки! Навсегда! Ясно?!
- Забыл, - покорно согласился Ранел, выводя коня во двор.
- Вот и хорошо, - вздохнула я, беря Тиро под уздцы.
- Главное теперь, чтобы Розалия с Конрадом забыли… - задумчиво пробормотал капитан, отчего меня слегка перекосило.
Путь до дома баронессы не занял много времени – Ранел «разбирался в улицах столицы, как гоганны в торговле», поэтому заблудились мы всего три раза. Еще один раз нечаянно свернули не туда, пять раз оказывались в тупике перед огромными домами в завитушках… А то, что я слышала странную песню легкого ветерка, нашептывающего, куда надо двигаться, Ранела не интересовало, поскольку «он лучше ветра знает эти места, а тот только в полях да равнинах и не заблудиться!» За ветер я обиделась и направила Тиро в ближайшую подворотню, в которую ветер-то и дул, что привело к потере капитана. Поискав того лишний часик, я обнаружила перепуганного «моим самовольным побегом» беднягу в каком-то тупике, где тот пытался определить, чей труп валяется под мусором – мой или нищего, и труп ли вообще. Когда тот самый «труп» виртуозно послал нас с капитаном самыми залихватскими выражениями нецензурной лексики, Ранел наконец сообразил, что мой возмущенный голос над ухом – это не «прощание души эреа», а все во лишь я в полноценном комплекте с тушкой.
Вообщем к полудню мы с капитаном, благополучно преодолев все препятствия, учиненные «тварями закатными, ну точно ими, а то бы я вывел правильно!», наконец добрались до крепких ворот со сверкающими на солнце золотыми псами. Казалось, под невероятно синими небесами особняк превращался в незыблемую скалу, у подножия которой… щурился на солнце привратник, разглядывая Ранела.
- Приехали-таки, ить надоть вам сюды, - самодовольно ухмыльнулся тот, отдавая распоряжение открыть ворота.
Въехав на сразу застеснявшемся Тиро на просторный двор, я с помощью уже стоящего на земле Ранела спешилась, и отдала удивленным конюхам коня. Видимо у них было не принято так нагло себя вести и без разрешения еще и с коней слазить.
Как только молодой конюх взял под уздцы моего верного скакуна, тот фыркнул и по привычке задрал губу.
- Строптивый, видать, - уважительно хмыкнул парень.
- Не строптивый, а стеснительный, - решила я обидеться за Тиро. Конюх недоуменно заморгал, но я уже подходила к дверям особняка, совершенно забыв о правилах этикета.
- Приветствую вас, эреа, я дворецкий баронессы Каннигем Том, эреа уже ждет вас, как о вас доложить?
- Представьте меня, как графиню Ревий, - степенно начала я и, не удержавшись, добавила: - Или аки свихнувшуюся на почве книг со сдвигом по фазе других миров странную личность… - Ну вдруг Дейдри – это вовсе не та Дейдри, которую я знаю, а настоящая баронесса, родная дщерь Кэртианы…
- Эреа? – Глаза дворецкого медленно, но верно выпучивались… просто вылитый Ранел в возрасте.
- А можно я так пройду? – в конце концов, если Дейдри и правда будет уроженкой этого мира, то… то я всегда успею сбежать. На Тиро. Вот.
- Нет, эреа, баронесса должна знать о вашем визите с моих слов, таковы требования этикета, и даже если в вашем мире…
- Опочки, открываются новые факты! Вы знаете о другом мире? – воодушевилась я. Значит Дейдри та самая, которая…
- Эреа? – прервал мои размышления дворецкий. Однако, это обращение приятно. Когда не добавляют слово «моя»…

Дейдри
День третий
Всё-таки пить в одиночку – моветон, надо с этим завязывать, и как можно скорее. А то книга о кэртианском этикете так и осталась недочитанной, а сегодня ощущается некоторый дискомфорт в голове и желудке, да и сны были из разряда «ведром не отмахаешься». Мне приснилось, что я – гранитная скала не то над рекой, не то над морем, мне в лицо дует ветер, и чертят в небе стремительные узоры молнии. Спростите, чего тут страшного? Лица... В них складываются волны, раздуваемые ветром облака, и молнии вместо того, чтоб как положено, бить с неба в землю – тоже изображают чьё-то лицо, и подозреваю, что на той скале, которую я изображаю, то же есть лицо и оно моё. Но самое страшное это багряный свет, идущий не понятно откуда, и ощущение того, что надвигается что-то такое... Жуть! В общем, «я просыпаюсь в холодном поту, я просыпаюсь в кошмарном бреду». Слава Абвениям, кажется, вслух я не кричала, иначе Джейн уж точно примчалась бы.
Сажусь на кровати, успокаиваю бешено колотящееся сердце. Будить Джейн не хочется – судя по всему, ещё дикая рань, часов шесть, максимум. Пусть барышня выспится. Накидываю халат и решаю заняться зарядкой, пока никто не видит, а то от такой спокойной жизни центнер наступит значительно быстрее, чем бы мне того хотелось. «Если вы в своей квартире – лягте на пол, три-четыре» и вперёд. За что люблю физическую нагрузку – голова работает в автономном режиме. Вот и сегодня мысли крутятся вокруг визита Демори, приедет ли и когда? Ладно, до её визита перехожу на режим домоседства – то-то моя свита обрадуется. Благо, книг в доме мне до старости не прочесть, даже если бы техникой быстрого чтения владела. Так что перспективы самые радужные. Значится так, иду в набег на библиотеку. Где там книга про этикет, надо будет наизусть выучить и потренироваться, дабы местное население в ступор не вводить своими манерами.
А вот по поводу Джулии и Дрэки.... Где и как их искать? Ладно, одна голова хорошо, а две – лучше. Подождём. Вряд ли тут так скоро случится что-то экстраординарное. В спальню доносится колокольный звон – семь утра. Ну, всё, вперёд – труба зовёт! «Дёрни за веревочку» - вот и она, моё сокровище и уже при полном параде – и платьице свеженькое и румянец на щёчках, и глазки сияют. А в руках не то медный, не то позолоченный кувшин с горячей водой.
- Чего желает моя эрэа?
- Джейн, птичка моя, шадди и поесть чего-нибудь.
- Если эрэа не возражает, завтрак будет сервирован в малой столовой – реверанс и только мелькнула в проёме двери коричневая юбка. Что ж, это замечательно, а как-то непривычно умываться в присутствии посторонней барышни. Теперь я уже вполне овладела секретами здешних косметики и нижнего белья, посему умывшись, облачаюсь и приступаю к приведению лица в порядок, и к тому моменту, когда Джейн снова появляется в дверях, я уже умыта, причёсана и даже слегка подкрашена. На лице моей камеристки – полнейшее изумление:
-Эрэа, Вы чудо. – видимо, макияж удался  – завтрак подан, прошу к столу
- Замечательно. Платье готово?
- Да, моя эрэа.
- Ещё лучше. Переодеваться будем после завтрака – приседание №5251. Да, а ещё некоторые говорят, что служанки страдают излишней разговорчивостью, у меня вот супернордическая барышня. Меняю халат на домашнее платье (разница не особо большая, кстати) и спускаюсь в столовую. А ничего себе малая, интересно, какая же тогда большая? Интерьерчик довольно милый, хотя и несколько тяжеловатый: золотистый бархат штор, пурпурный шёлк скатерти, стулья тёмного дерева с высокими спинками, позолоченные приборы, белоснежные тарелки, салфетки... и упоительный запах. Желудок исполнил какое-то витиеватое па, да и то сказать, о еде я в последние два дня и думать забыла (такая уж у меня реакция на стресс – могу три дня не есть, зато потом... держите меня семеро).
Том стоял у дверей столовой с таким величественным видом, что я невольно заробела, а ну как лоханусь в самом начале и чего тогда делать? Однако, чтение книги об этикете мимо не прошло, что-то в голове осталось (во всяком случае хочется на это надеяться). С не менее величественным видом желаю дворецкому доброго утра и сопровождаю сие действие положенным по этикету «милостивым наклонением головы», в глазах пожилого слуги мелькает нечто весьма похожее на одобрение (видимо, не такая уж я и деревянная, как сама о себе думаю). А у кресла (очень большого даже для меня), стоявшего во главе стола, обнаружился еще один обитатель моего особнячка, которого я доселе не имела удовольствия лицезреть, – русоголовый сероглазый субтильный юноша лет пятнадцати, в черном бархатном камзоле, который собирается на полном серьёзе прислуживать за столом. При виде меня белёсые бровки создания неудержимо ползут вверх. Однако, похоже, молодой человек прошёл суровую школу – брови видимым усилием воли возвращаются на законное место. Затем следует поклон и: «Меня зовут Дональд, эрэа»
- Дональд Ваш паж, эрэа Дейдри – это уже Том. Зашибись, мне только пацаненка не хватало для полного здешнего счастья. Впрочем, в свете перспективы сведения знакомства с герцогом Окделлом, общение с мОлодежью вполне может оказаться полезным. С максимально возможной царственностью изрекаю: «Приятно познакомиться» и решительно направляюсь к монументальному креслу – голод не тётка, пирожка не подаст. Моё воображение – беда моя, при попытке представить себе, КАК Дональд будет помогать мне с креслом, что называется, «падает шторка», и я с трудом сдерживаю смех, потому как этому цыплёнку и без меня это кресло двигать – силовой экстрим, а уж со мной! Однако, паче чаяния мальчик со своей задачей вполне справляется. Завтрак отменный: каша овсяная на молоке, яичница с беконом, ароматный белый хлеб, и шадди... Лепота, одним словом. Кажется, я не особенно облажалась с приборами (судя по глазам Тома, Дональд всё это время за стулом простоял). Насытившись, опять же величественно изрекаю «Благодарю».
А в дверях уже нарисовалась Джейн. «Ну, что ж пойдем одеваться, цербер ты мой белокурый». В голубеньких глазках – недоумение, и, о, чудо! Её Нордическое величество решается задать вопрос: «А что такое «цербер», эрэа?»
- Не важно, пошли одеваться – не объяснять же ни в чём особенно не повинной барышне, что обозвала её трехголовым псом-уродом. А вот и мой будуарчик. Ничего не скажешь, уютненько, особенно радует золотисто-коричневый коврик на полу (так и хочется скинуть обувь и походить босиком).
Платьишко – полкилометра черного типа атласа (блестит потому что и на ощупь похоже – я в тканях тот еще специалист, всё что знаю – сведения из рассказов приятельниц и школьных уроков труда) уже дожидается. И корсет, куда ж без него. Надо же не прошло и года, как эта штука мне начала нравиться, несмотря на некоторые неудобства. Зато я в нём – просто женщина-мечта: тонкая талия, хрупкие руки, полное отсутствие брюшка, и офигительный бюст. Так что облачаюсь безропотно. Из деревянного монстра с родовым гербом (жёлтая псина на фоне чёрной горы) Джейн извлекает серьги и кольцо с чёрными камнями. Сдаётся мне, это те самые карасы. По виду на шлифованный гематит похоже очень (ладно, твёрдость как-нибудь потом проверю, при Джейн неудобно кольцом по стеклу чертить). Нацепляю всё это хозяйство и снова встаю перед зеркалом. В сочетании с «браслетиком» (снять который я по-прежнему не могу) ничего себе габитус получился (хотя мне по жизни больше голубые камни нравятся, топазы там, аквамарины) – черное платье, черные камни и золото, даже глаза потемнели, а то их неопределенный цвет меня всегда бесил. Кстати о золоте, на глаз и на ощупь проба 750я, кажется. Отпускаю Джейн, с наказом вызвать Дональда.
По логике вещей (говорят, художники обычно совы), визита графини Ревий следует ожидать не раньше полудня, и я решила было скоротать время за книжкой, не покидая будуар, а в библиотеку тащиться реально облом, вот и решила пацанёнка промять. Без долгих рассуждений паж рванул в библиотеку за Дидерихом. Только уютно устроилась на канапе и открыла столь желанную книгу, как в дверь постучали.
Томас, с лицом Бэрримора из «Собаки Баскервилей» возвещает: «Ваша почта, эрэа». На подносе – кучка писем.
«Спасибо, Бэ Томас – со всей возможной небрежностью сгребаю письма с подноса - Вы можете быть свободны». Писем слава Богам не особенно много, штук восемь. Но в глаза бросилось одно – на белой бумаге с золотыми завитушками и Зверем на печати. Его я вскрыла первым. Оказалось, что ЕВ Альдо Первый удостаивает высочайшей аудиенции назначает послезавтра в два часа пополудни». Вот и полюбуемся, кто это у нас там такой, главное морду тяпкой сделать! Как говаривала, если не ошибаюсь, Мария Медичи: «Месть сладка, дети мои».
В составлении о всевозможных планах мести та-Ракану время пролетело незаметно, колокола пробили двенадцать, и буквально через пару минут в будуар ворвался без стука (!) Том. На какую-то долю секунды мне показалось, что старичка Кондратий обнимет. Естественно, подорвалась на встречу, но Том уже почти пришел в себя. «Эрэа, к Вам графиня Ревий!» - обняв и чмокнув старика в щечку, подхватила юбки и рванула на первый этаж.
Сбежав на площадку, я увидела высокую стройную девушку в синем камзоле и плаще и рядом с ней довольно симпатичного (подтянутого во всяком случае) молодого человека. Поскольку, «на окне стояли все тридцать три условленных утюга», я, решив, что, ну, на фиг всяческие формальности, заорала «Демори, ты! Здравствуй солнце!» - и ломанулась вниз по лестнице.

Дворецкий провел нас с Ранелом по широкому коридору с панелями из темного дерева в огромный холл,  где с поклоном попытался от нас отмазаться.
- Я сообщу моей эреа, что вы прибыли, эреа, - кошмар, хоть бы как-нибудь… сударыней назвал бы, что ли.
- Кивните, моя эреа, - зашипел мне в ухо Ранел, больно наступая на ногу.
- Да киваю, киваю, - обиженно пробурчала я и величественно наклонила голову.
- Эреа? – в поклоне Том поднял на меня глаза.
- Махните рукой, - не успокаивался Ранел.
Я и махнула. В сторону капитана.
- Моя эреа, - успел пикнуть капитан и пригнулся.
Тут я не вовремя для Ранела вспомнила, что кое-кто наступил мне на ранее чистый, блестящий сапог, поэтому мило улыбаясь Тому, с размаху опустила лапку на ногу Ранела.
- Ы-ы-ы… моя эреа, - прохрипел тот, выпучивая глаза.
- Эр-реа? – Дворецкий уже пытался унять нервный тик левого глаза.
- Это… так…  не обращайте внимания, - засмущалась я и попыталась вернуть Ранела в реальность, пихнув беднягу локтем, отчего тот неожиданно согнулся пополам. – Ой, извини, я нечаянно…
- М-мне н-надо сооб-бщить… - Теперь бедный дворецкий странно моргал уже двумя глазами.
- Конечно, идите, - приняв повелительную позу, я с достоинством кивнула, тут же уже давно раскрутившиеся волосы (благо, завивка никогда на них не держалась, а то стояла бы тут не «эреа», а овечка), совершенно наплевательски отнесясь к гребешочкам и заколкам, нагло упали мне на лоб. Машинально тряхнув головой, я заехала кое-как выпрямившемуся капитану по глазам концами длиннющих прядей.
- Моя эреа, - уже в полуобморочном состоянии Ранел начал усиленном моргать. Самое интересное, что дворецкий по необъяснимой причине делал то же самое…
- Они сами, меня и рядом не стояло, - шикнула я на Ранела и снова мило заулыбалась Тому, - а может, вы все же сообщите Дей… ммм… баронессе о моем визите?
- К-конечно, - дворецкий распрямился (как его радикулит не хватил, все время сгибаться…), нервно кося глазом.
Ранел, который до этого момента прилежно тер глаза, неожиданно схватил меня за руку, что меня, естественно напугало. Я резко развернулась к капитану и, забыв о Томе, возмещено махнула рукой:
- Нельзя так пугать!
В этот момент моя узкая лапка совершенно непостижимым образом заехала Тому в нос, отчего тот, подозрительно громко икнув, отступил назад.
- Ой, извините, я не хотела, - кинулась я к дворецкому, забыв обо всех правилах этикета (да и раньше, признаться,  я о них особо не вспоминала…)
- Н-ничего страшного, эреа, мне н-надо… - успел выдавить Том, прежде чем Ранел, кинувшийся к собрату по несчастью (сиречь, моему, пусть и невольному, собеседнику), споткнулся о ковер и налетел на беднягу. Я, успев вовремя отскочить, теперь наблюдала, как пошатывающийся дворецкий старался сфокусировать разбегавшийся взгляд, а Ранел, оправдываясь, извинялся. Тут мое внимание привлек просто потрясающий гобелен – вышитая сценка какой-то войны была настолько реалистична, что при взгляде на меч в руке одного из воинов, мне очень захотелось вспомнить былые уроки исторического фехтования.
- Моя эреа! – Ранел с удивлением смотрел на  меня.
- Э-э-э… эреа? – не стал импровизировать дворецкий.
- Гобелен красивый, - почему-то засмущалась я.
- О, вы знаете, что здесь изображено? – воодушевился Том.
- Война…
- Но какая!... О!
- Э-э-э… кровопролитная? Нет? Тогда… жестокая, - попыталась  угадать я.
- А может долгая? – вступил Ранел.
- Или самая известная!
- Кто? – Дворецкий, сглотнув, начал медленно пятится к двери.
- Война, конечно, не гла… глаз же, - выкрутился Ранел под моим хмурым взглядом.
- Г-глаз? – дворецкий снова икнул и отступил уже к лестнице.
- Это он шутит, – попыталась я предотвратить начинающуюся катастрофу, - не обращайте внимания…
- Конечно, конечно, - подозрительно ласково закивал Том, по-прежнему пятясь к лестнице.
- А вы вроде сначала к двери отступали, - решилась пикнуть я, а то вдруг перепутает, не дойдет до Дейдри…
- Д-да, да, конечно, конечно, - еще быстрее закивал дворецкий.
- Э-э-э… с вами все в порядке? – на всякий случай решила уточнить я, видя странно побелевшее лицо.
- Конечно, конечно… - успел пробормотать дворецкий и буквально побежал по лестнице вверх.
- Вот это скорость, так даже Лано иногда не бегает, - восхитился очухавшийся Ранел.
- Интересно, а какая все-таки война? – я задумчиво перевела взгляд на гобелен.
- Наверное, окончившаяся победой, - глубокомысленно заключил Ранел.
- Друг мой, а тебе никто никогда не говорил, что ты просто гений? – вздохнула я.
- Нет, моя эреа, а что, я правда гений? – обрадовался капитан.
- Не то слово…

- Эреа, вина, шадди? – неизвестно откуда вынырнул серьезный подросток и, странно замерев,  уставился на меня.
Немного подумав, я ему улыбнулась, на что тот сделал шаг назад. Еще чуть-чуть подумав, я снова улыбнулась, на что юноша задергал правым глазом. Решив не сдаваться, я широко оскалилась, на что бедный паренек шарахнулся, переведя взгляд на меня. Тут только до меня дошло, что взгляд юноши скользил мимо меня куда-то мне за спину. Обернувшись, я увидела умилительную картину: Ранел, пытаясь прочесть что-то на гобелене, узор которого составляли непонятные надписи, буквально размазался по стене, встав на цыпочки и изредка задумчиво хрюкая.
- Это… понимаете, он просто… э-э-э… хм… Вообщем псих, ну знаете, дома оставлять нельзя, еще кого укусит, - мило улыбаясь, начала я.
- В-вина?.. – зачем-то спросил юноша.
- В принципе  можно, но думаю, мы дождемся бароне…
Юноша уже со всех ног несся к двери, с силой ее захлопнув.
Прошла минута. Наверное. Складывалось такое ощущение, что дворецкий заблудился, потерялся и сошел с ума после общения с моим капитаном… и мной, что, вообщем-то, не утешало.
- Это гальтарский гобелен, моя эреа, - неожиданно сообщил Ранел.
- Я за него рада, - удрученно кивнула я и тут же горестно завздыхала. Очень захотелось выбежать на улицу и вдохнуть ветер… Ветер…
- Моя эреа, - вдруг прошептал капитан, кивая куда-то в сторону.
Обернувшись, я узрела щелку приоткрытой двери, откуда торчала чья-то рука, сжимавшая ветку какого-то растения.
- Она живая? – задала я глупый вопрос. Рука задумчиво помахала веточкой и исчезла.
- А чегой-то она? – задал не менее глупый вопрос капитан.
- Веточкой махала, - наставительно заметила я.
Тут высунулось уже две руки, причем одна из них уже знакомая, а вторая – какая то пухленькая, державшая почему-то свечку.
- Они там размножаются что ли… - уставился на руки Ранел.
- Веточки, свечки или руки?..
В ответ на мои слова высунулись еще три руки, что повергло нас с капитаном в небольшой шок. Две из них тоже держали свечки, а третяя махала пучком каких-то трав.
- И веточки, и свечки и руки, - выдавил Ранел.
- Неправда, там еще пучок травок есть, - не согласилась я.
- Это не травки, эреа, это оберег от выходцев и нечисти, - обиженно сообщила одна из рук.
- Сам ты оберег от нечисти! Ты чего с ними разговариваешь?! - раздался приглушенный голос.
- А чего ты пихаешься!
- Тихо вы, давайте лучше читать!
- А они тогда уйдут?!
- Ой,  мама, - пискнула я, прячась за Ранела.
- Разговаривающие руки, - радостно гыкнул бравый капитан, следя за помахиванием рук.
- Ты… гений просто… там тела у них есть, с головами, вот те и разговаривают… - я устало вздохнула.
- А где тогда они ходят?
- Кто?!
- Тела и головы!
- Ранел, я тебя сейчас укушу, - честно предупредила я.
- Слышите, они с клыками, надо осторожно, - поучительно прошипел голос за дверью.
В этот момент на широкой лестнице посреди холла, уводящей на второй этаж, появилась красивая женщина в черном платье с браслетом на руке. Увидев меня, она радостно улыбнулась и кинулась вниз по лестнице, крикнув:
- Демори, ты! Здравствуй солнце!
- Дейдри! – ахнула я, - зая, счастье-то какое, встретились наконец! – Я кинулась навстречу подруге и, не удержавшись, обняла. Дейдри в ответ оторвала меня от земли и закружила.
- Приветствую вас, эреа, - поклонился Дейдри сразу засмущавшийся Ранел.
- А тут руки были! – Радостно перебила я капитана.
- Солнц, ты чего, какие руки. Откуда?
- Свечки держали, травки и веточки, - Ранел еще раз поклонился, и с восхищением уставился на Дейдри.
- Тэк-с, – выдала Дейдри, уперев руки в боки – только этого не хватало. Думаю, это население моего особняка, которое ещё не успело мне представиться. Ладно, поймаю – уши надеру.
- Ранел, а не пойти ли тебе… ммм… посмотреть, что там за руки? – попыталась я отделаться от мешавшего говорить начистоту капитана.
- Моя эреа, эреа Дейдри, - поклонился нам понятливый Ранел, вроде даже не обидевшись, и вышел за дверь.
- Выходец!!!
- Кто потушил свечки?!
- Бежим! – раздались голоса за дверью.
Довольно хрюкнув, я с трудом подавила усмешку.
- Ну, здравствуй, солнц, рада так видеть! – повернулась я, наконец, к Дейдри,- ты такая красивая! А ты скалы? Я ветер… ох, как мы Кэртиану встряхнем!
- Демори, ты классно выглядишь, тебе очень идёт синий цвет. Значится, надо полагать, ты в дом Ветра попала, меня каким-то боком к Скалам прибило (может из-за профессии). А девчонок по Волнам и Молниям разбросало. Кстати, мне тут письмишко передали с «инструкциями». Прикинь? Типа, я там из Торки, приехала и жила тут затворницей. Мужичок какой-то передал и слинял в неизвестном направлении. А  ты чего-нибудь подобное получала?
- Было письмо… от меня мне, только не той меня, которая я, а от той меня, которая не совсем я, но вобщем-то я, хотя и не я… здешняя графиня вообщем, - окончательно запутавшись, я тяжко вздохнула.
- Погоди, значит здешняя графиня Ревий к нам прогуляться отправилась?
- А кто ее знает…
-Тяжёлый случай, а чего в письме-то было?
- Ох, если бы знала…
-Ты его что до сих пор не читала? – кошачьи глаза Дейдри округлились.
- Да прочитала бы, если бы не Ранел, - горестно завздыхав, я махнула рукой.
- Чего он натворил, маковка этакая, – улыбнулась баронесса, видимо вспомнив смущение моего капитана.
- Представляешь, он письмо сжёг. И я так и не узнала, что там было, только слова меня самой, которая не я. Вот. – Дейдри присвистнула:
-Да уж, ситуёвина. Есть мысли, на кой банан нас всех сюда  вытащили?
- Мысли то есть, но хоть бы одна верной была.
- Да ладно, всё бы ничего, главное чтобы матримониальных планов в наш адрес эти товарищчи не строили, - подмигнула Дейдри, - а со всем остальным можно и разобраться. Как думаешь? И вообще, пошли в гостиную – там есть, где присесть, терпеть не могу стоя разговаривать.
- Точно, а то и пить неудобно, - хмыкнула я, следуя за хозяйкой.
Мы перебрались в гостиную, и уселись в стоящие около камина кресла. Дейдри расправила свои многочисленные юбки, устроилась так, чтобы видеть мои глаза и спросила:
- Выпить хочешь?
- Почему бы нет, у тебя красное есть? А то белое как-то не вдохновляет…
- Есть, сейчас распоряжусь подать, - Дейдри дернула шнур, и через минуту на пороге возник тот самый серьезный подросток, который так меня перепугался. В этот раз я решила бедняге не улыбаться. – Дональд, принеси «Дурной крови» и два бокала, да в кувшин перелить не забудь, ну, и закусить чего-нибудь, - Дональд молча  поклонился и вышел, бесшумно притворив за собой дверь. Когда паж принёс вино и закуски, и совсем уже было собрался нас обслуживать, Дейдри, не терпящим возражений тоном, отправила пацаненка вон из гостиной, сама разлила вино и протянула мне бокал: «Ну, за повстречались». Мы чокнулись и выпили.
- Дейдри, знаешь, мне тут приглашение ко двору прислали…
- Не поверишь, мне тоже – улыбнулась баронесса.
- И что ему от нас, интересно нужно? – я задумчиво поковыряла махровое кресло.

День 0
Интересно, кто-нибудь видел себя во сне рекой?
Я неслась вниз вспениваясь пенистыми бурунами и  перепрыгивая с камня на камень, как серая кошка, шипя , урча и отряхивая брызги. Вперёд! Быстрее, наперегонки со струями!
Окружающий гул сливался в слова:
“Ин нмээ Унде! Ин намээ абвниэ!”-где-то я это уже слышала, но где?
Неожиданно берега исчезли и меня понесло через пустоту  в которой висели серые , бирюзовые и бурые переливающиеся бусины. Быстрее, нужно успеть! Одна из бусин начала приближаться , появились странно знакомые очертания континента .
– Сюда!
И я гигантским водопадом низринулась вниз.

День1
Солнечный луч ударил в глаза, из-за чего мне пришлось перевернуться на другой бок и зарыться лицом в подушку. Ох, как я не люблю просыпаться!  Больше этого я не люблю только засыпать. Ладно, раз никто не будит, значит, сегодня воскресенье и можно не вставать.
Как назло сразу же послышался звук открываемой двери и шаги.
-надеюсь блистательная уже проснулась?  Сын моего отца должен многое  рассказать пришедшей из-за края .
-А….Чего?!! – более логичных слов в голову не приходило. Мало того, что передо мной стоял незнакомый рыжий мужчина в черном балахоне, так ещё и говорил он как обкуренный толкиенист. Не говоря уже о том, что назвать всклокоченную спросонок меня “блистательной” мог разве что слепой. Или гоган. Блин , похоже я перечитала на ночь и теперь нахожусь в уютной палате с мягкими стенками. А рядом, наверное , стоит санитар. Или глюк. Ага, вот сейчас у него и спрошу. “ Эй, а вы есть или, только кажетесь? Если вы глюк не стесняйтесь, я против глюков ничего не имею” – ага после такого я точно загремлю в психушку не важно в нашу или местную.
Так, ну надо же с чего-то начинать:
-Я в Кэртиане?
- воистину мудрость пришедшей велика, по воле Кабиоховой она оказалась в этом мире, однако не стоит подгонять коня разговора по тропе истины . Мы поговорим о важном, когда блистательная приведёт себя в должный вид. Сейчас придёт служанка и поможет пришедшей одеться.

Нет, на глюки это явно не похоже – слишком уж реалистично и детально.

День1(продолжение)
В дверь постучали и в комнату зашла блондинистая толстенькая  девушка, которая представилась как Мэри и пообещала помочь разобраться с одеждой. Я вылезла из-под одеяла, и вдруг с шеи соскользнула серебряная цепочка. На ней обнаружился кулон в виде пластинки со странно знакомым узором в виде четырёх завитушек. Ну точно – знак Волны! …
а-антиресно девки пляшут по четыре штуки вряд……это кто же я тут получаюсь?
Решив подождать с вопросами и не пугать Мэри своей отвисшей челюстью, я занялась умыванием и туалетом. И тут передо мной предстало главное пыточное сооружение эпохи – корсет. Нет, вообще-то я довольно тощая и в него влезла, но всему же есть предел, мне же ещё и дышать хочется! С горем пополам втиснувшись в платье и перетерпев измывательство над своей причёской(хм, а волосы как будто стали длиннее) я пошла в нижнюю комнату. Поскольку я отродясь не ходила в длинном до пола платье, по дороге я дважды наступала на подол и один раз за что-то зацепилась. М-да, придётся мне перейти на мужскую одежду, иначе двигаться я смогу разве что ползком.
Гоган уже ждал меня за накрытым столом,  но к разговору перешел только в после завтрака.
-Пусть теперь блистательная выслушает рассказ недостойного. Меня зовут Вармиоль, месяц назад к сыну моего отца пришел посланник Кабиохов и повелел встретить пришедшую из другого мира. Посланник поведал, что в этот мир придут четверо посланцев из другой бусины в ожерельи миров и внуку моего деда нужно ехать в Олларию и встретить одну из них.

Всё интересней и интересней….получается нас столько же, сколько повелителей? Так, надеюсь нам не замуж за них выходить?! А то повезёт кому-то с Окделлом…. Хотя нет,  остальные могут оказаться и парнями.

-Значит со мной пришли ещё трое?

-Да, посланник Кабиохов поведал их имена : Дейдри, Демори и  Долфи , кроме того, он поведал мне, что  имя блистательной -  Дрэки.

Опа! Мои знакомые с форума, причём под тамошними именами, как и я. И все девушки….. нет, ну точно придётся выходить замуж! И, судя по талисману , мне за Придда! Не хочууууууу! Так спокуха, подумай, о той несчастной которой достанется Дикон, и вообще это всего лишь мои домыслы, хотя вот о цели не худо бы и спросить.

-и что же нам придётся сделать?

-он сказал, что когда придёт положенное время, блистательная всё поймёт сама. И сама решит, как ей поступать.

Так, походе билетик на Кэртиану придётся-таки отрабатывать потом и кровью.

- как выглядел этот посланник?

-слуга Кабиохов выглядел как человек, но был закутан в плащ , так , что не было видно лица, а после разговора  он исчез не оставив следов. Предвидя сомненья блистательной, сын моего отца добавит, что его не отвратили ни амулеты, ни магия, поэтому он не может быть злым духом .

- То есть, я здесь по воле высших сил , и со всем должна разобраться сама .Ясно, значит сейчас стоит заняться привыканием к этому миру и поиску остальных пришедших .

Гоган согласно кивнул.

-Для начала надо достать мне мужской костюм.

-Блистательная уверена, что сможет достоверно изобразить мужчину? Женщина иначе ходит, иначе дышит….

А то не понятно, вот только в дамском наряде из меня такая картина получится, что все кошки поржать прибегут.

-Достославный, вы говорите про женщин своего мира, носящих юбки и корсеты, а я  привыкла к штанам , кроме того большая часть моих друзей – мужчины,  и мои манеры гораздо ближе к мужским , чем к женским.

-Ну что же, если блистательная уверена, то  недостойный не смеет ей перечить.

Достославный Вармиоль явно имел намётанный глаз , так что через час я оказалась счастливой обладательницей костюма небогатого дворянина , шпаги и пары пистолетов. С последними проблем не возникло, а вот со шпагой придётся потренироваться.

Кстати, оказалось, что неведомый  “посланник Кабиохов” как-то умудрился состряпать мне баронский титул , так что мое полное имя звучит как Дрэки Шварцмор, и к нему прилагается герб с серебряным драконом на зелёном поле.

Весь оставшийся день я посветила знакомству с домом и окрестностями. Оказалось, что я живу в миленьком зелёном двухэтажном особнячке с дракончиками на фасаде. Интересно, моё имя, Дрэки – это и есть дракон, только по-скандинавски. Совпадение, или гоган чего-то не договаривает? Точнее, что-то он точно не говорит, но вот мог ли он знать значение моего имени, это вопрос. Надо бы моего достославного потрясти, глядишь и выболтает что-нибудь.
Во время осмотра дома я зашла в конюшню. В стойлах находились три лошади – гнедая, рыжая, и серая в яблоках, которая при ближайшем рассмотрении оказалась жеребцом.  В четвёртом стойле стоял высокий человек с вилами, видимо конюх.  Он представился Гансом и рассказал, что наняли его недавно, всего неделю назад. Он охотно поболтал со мной про лошадей, в которых  я ни в зуб ногой. Оказалось, что серый по кличке Буран – на четверть мориск, но в отличие от чистокровных морисков,  спокоен и покладист, а купили его специально для меня. Я погладила коня по шее и Ганс предложил мне проехаться, но  я отговорилась тем , что уже поздно, а дела стоит начинать с утра после чего пошла к себе в спальню и до вечера читала стребованную с гогана  “Общую Историю Талига” – раз уж мне действовать в этом мире, стоит изучить его получше.

Дейдри
День третий (продолжение)
- И что ему от нас, интересно нужно? – Демори задумчиво поковыряла кресло, и очень изящно отпила из своего бокала. Я задумалась. В самом деле, зачем г-ну, переодевшему штаны, наша сладкая парочка? Или весь квартет?
- Ну, с тобой всё понятно - хихикнула я – у них с фрейлинами сейчас напряжёнка. И ты на эту роль в самый раз – юная, красивая, художница к тому же, - В черных глазах моей гостьи заплясали чёртики, изящная и в тоже время очень сильная рука художницы опасно сжала ручку бокала, рыжие волосы на долю секунды вспыхнули золотистым огнём -  графиня Ревий тряхнула головой.
- Щас, размечтался, мечтать не вредно, вредно не мечтать, и вообще, мечта – самое лучшее, что есть в человеке! А фрейлину я ему такую покажу – Зверь цыплёнком-гриль покажется.
- Эт точно – расхохоталась я. И тут меня осенило.
- Птиц, погоди, только стаканом не кидайся, пожалуйста. Может, та-Ракан прослышал о твоём таланте и хочет, чтобы ты его особь изобразила? – я пригнулась, вовремя вспомнив правила ТБ. Но, вопреки моему пессимизму Демори загадочно улыбнулась, и улыбка эта не сулила Альдо Первому ничего хорошего.
- Я его изображу… ох, как я его изображу… по стене мольбертом… изображу…
- Демори, а теперь выдвини версию, я-то при дворе на кой? В дуэньи, что ль к кому?
- Может тоже в фрейлины тебя запихают? – Графиня задумчиво почесала нос и посмотрела на бокал, - Альдо бы не отказался от подобного великолепия в своем дворце, - не удержавшись, хмыкнула Демори.
- Ещё скажи, что я вполне в его вкусе – алатка-переросток – отвесила я ответную шпильку. На этот раз мы засмеялись обе.
- Терзают меня смутные сомнения, что это таки что-то другое – я повертела бокал в руке, взглянула сквозь вино на свет.
- Даже не знаю… - Некоторое время графиня глядела в огонь и молчала. Я долила вина в бокалы и тут она оторвалась от созерцания пламени и сказала тихо и очень серьезно:
- А если эти приглашения – часть плана тех, кто нас сюда выдернул?
- Погоди, ты хочешь сказать, мы там наших девочек встретим?- я задумчиво потёрла лоб,  – это было бы конечно, здорово, а если это ловушка и Альдо знает о нас?
Демори покачала головой:
- Вряд ли, он Гальтарой бредит, и женщин за людей не считает, так что, скорее всего – просто новых лиц при дворе захотелось… причем судя по тебе – лиц еще и красивых, - улыбнулась Демори.
- Шалунишка…

Дельфина Растиньяк.
День первый все никак не кончится

После всех умаваний, причесываний и умощений благовониями я наконец-то увидела то, во что мне предстоит одеться на встречу с бароном.
Это было нечто бесформенное с кучей рюшек и оборочек, а также с самыми отвратительными бантиками, которые я когда-либо видела в жизни. Да, и все розового цвета.
"Ну, - подумала я, - если рюшечки я еще могу терпеть, то никак не бантики и никак не розовый цвет!!!"
Камеристка принесла корсет. Одного взгляда на него хватило бы, чтобы упасть в обморок.
Корсеты я ненавидела больше, чем розовый цвет.
Я вспомнила, как на Земле однажды решила примерить это средство пытки для женщин. Больше я его не надевала.
- Ну не-ет, дорогие мои, - запротестовала я. - Все это я в жизни не надену.
- Но это же замечательный наряд от нашего лучшего портного, - завозражала камеристка.
- Тогда портного нужно посадить на кол. Это разве платье? Это подарочная упаковка!
- Но, леди, при всем уважении, это платье очень красивое и у него чудесный цвет.
Меня едва не вырвало. Я что, какая-то кукла? Нет, дорогие, прошло это время.
- Это - какая-то гадость. А где моя одежда, в которой я прибыла?
- Эти жуткие штаны в стирке, мадмуазель.
- Отлично. Когда они высохнут, я желаю видеть их у себя в комнате. А пока принесите мне мужской костюм примерно моего размера.
Как же приятно было видеть их застывшие физиономии!
Ничего, привыкнут. Я не Матильда, при всей моей к ней симпатии, я из 21 века, к приличиям не приучена, а, значит, буду их нарушать. К тому же мужские костюмы ох как удобны!
Бурю протестов я встретила с каменным лицом. В конце концов, они сдались и отправились искать мне одежду.

                                                ***

Я сидела в приемной. На мне был прекрасные брюки из мягкой ткани, рубашка и жилет; все это выгодно подчеркивало мои формы. Правда, мне бы стоило похудеть на пару килограмм, но это дело наживное.
Я нетерпеливо наматывала на палец локон и гадала, какой же их себя этот барон: человек средних лет с лысиной на макушке или совсем юный щеголь с гигантским самомнением.
В дверь постучали, и служанка впустила в комнату очаровательного молодого человека лет 22-23, со смуглой кожей и черными глазами. Его вьющиеся волосы падали на плечи, а губы немного иронично улабались (его улыбочку не съел даже шок от моего внешнего вида). Ох, байронический герой, Лара. И одет он был очень и очень неплохо. Все в его туалете подчеркивало его фигуру и внешность.
"А он не из Кэнналоа? - с грустью подумала я. - Хотя нет. Его бы тогда звали рэем. А так просто барон."
- Барон Вильгельм Ростан, к вашим услугам, эрэа, - он элегантно поклонился.
- Я рада вас видеть, - я протянула ему руку, и он поцеловал её.
- Вы прекрасны, эрэа, - а улыбочка все никак не уйдет.
- Благодарю, барон.
- Я за вас волновался.
- Однако же только волновались, - я прищурилась. - Но не искали меня.
- Отчего же? Искал.
- Правда? - как же мне хотелось дать ему в личико, чтоб не улыбался больше! Я могу. Мы, девушки 21 века, много чего могем.
- О да. Но я, на самом деле, знал, что с вами все в порядке.
- Вы телепат, эр? - на этот раз я иронически усмехнулась.
- Может, это просто интуиция?
Ох, а ты чертовски обаятелен, нареченный.
Но ничего, справимся и с этим.
Мы поговорили еще немного, договорились встретиться за ужином и расстались.

Демори
День второй, продолжение
- Шалунишка, - хмыкнула Дейдри и грациозно потянулась за кувшином. Почему-то баронесса мне упорно напоминала огромную, черную кошку, только пушистого хвоста и не доставало… кстати о зверьках.
- Дейдри, у меня тут мысля нечаянно закралась в мое больное воображение, - я подставила бокал под алую струю из кувшина, - это конечно глупо, но…
- Говори уже, не томи – Дейдри нетерпеливо дёрнула левым плечом – как говаривал мой учитель, любая гипотеза имеет право на существование.
- Понимаешь, меня беспокоят Леворукий и Создатель, – решилась я, - если Абвении погибли, но сила Ветров, Скал и остальных Домов есть, может, существуют и эти двое? Причем существуют в самой Кэртиане, а не круги вокруг неё наматывают…
- То есть являются местными Высшими силами? – баронесса задумчиво поставила кувшин на стол и взглянула на пляшущие в камине языки пламени – В принципе, вполне логично.
- Да, то есть, нет, то есть… В общем, что, если благодаря одному из них или обоим им мы сюда и попали? – я неловко замолчала, понимая, как глупо все это звучит. – Понимаешь, Ранел говорил о человеке в капюшоне, которого видел Бейрис…
- Бейрис?
- Дворецкий…
- Человек в капюшоне и мне письмо передал, - Дейдри, чуть нахмурившись, покрутила в изящных пальцах бокал.
- Да, и мне… если это…
- Леворукий? – усмехнулась баронесса.
- Да, - окончательно смутилась я,-  в Создателя я как-то не верю, хоть Леворукий и является его антиподом, но что если… - я не стала договаривать, но Дейдри меня поняла и так.
- Все может быть, - собеседница внимательно взглянула своими кошачьими, огромными глазами на меня, - хотя,  ты исключаешь версию о том, что нас сюда вытащили другие силы, не действующие в этом мире, но очень за него переживающие…
- Одинокий?
- Или Одинокие, он же вроде бы не один остался?
- Мда, все это лишь догадки…
- К сожалению… ну ничего, - вскрытие покажет – баронесса решительно хлопнула ладонью по подлокотнику кресла и повернулась ко мне всем телом - Это-то мы еще узнаем, теперь главное решить, ехать нам во дворец или нет.
- Думаю, стоит поехать, хотя бы просто ради любопытства – уж очень хочется мне на нашего «королишку» взглянуть, - улыбнулась я. Вот, а Дейдри от моей улыбки не шугается, может у бедного Дональда просто психика травмированная?..
– Разведка боем, это, конечно, весело, хотя, думаю, что «лучше предохраняться до, чем извращаться – после». Надо на всякий случай надо пути отхода посмотреть и охрану покрепче прихватить, мне, кстати, Том обещал подыскать охранничка, – сказала Дейдри, тряхнув головой.
- А нам надо отвечать на приглашение письмом, или можно так, нахально завалиться, забыв о всяком этикете? – я сделала глоток и огляделась в поисках какой-нибудь закуски. Баронесса протянула мне блюдо с сырной нарезкой
- Перекуси пока, а я насчёт обеда распоряжусь – графиня снова дернула шнур. На пороге появился бедняга Дональд, который увидев меня, туту же спешненько закосил глазом. Дейдри поднялась и что-то тихо сказала подростку, который через секунду умчался куда-то в недра особняка. Баронесса уселась, снова посмотрела на меня и покачала головой:
- Знаешь, похоже, отмазаться от визита не получится, король приглашает, ни кто-нибудь, не поедем, так под конвоем отведут, с них станется – она невесело усмехнулась.
- Хе, прийти во дворец в окружении симпатичных юношей было бы забавно, но вдруг они окажутся клонами Ранела…– согласилась я, округлив глаза в притворном ужасе.
- Так что, солнце моё незаходящее, придётся тебе надевать придворненькое платьишко, усаживаться в карету и пестицидить во дворец – Дейдри была сама серьёзность.
- Ага, а знаешь в чём заключается самая большая проблемка при таком раскладе? – Перед глазами уже стояло жуткие бантики, рюшки, кружавчики и камеристки, сплошной толпой заполняющие дом…
- Скажешь, солнц, узнаю – ободряюще улыбнулась баронесса
- Во дворец надо ехать в платье и при том в придворном, ты бы его видела! – Кажется, в моих глазах был настолько непритворный ужас, что даже баронесса вздрогнула - видимо, Дейдри тоже предлагали кошмар под название «платье».
- Да уж,  «а придется», иначе фэйс-контроль не пройдём и всю «операцию» завалим», я вот, видишь, тренируюсь, – баронесса провела рукой по юбке - хотя моё придворное платьице - это тоже «мама, не горюй». Хочешь, пошли покажу – обхохочешься.
- Хочу, - тут же заулыбалась я, сомневаясь, что переплюнуть мою жуть еще возможно.
- Тогда поднимайся, - хмыкнула баронесса, отбирая у меня кусочек сыра. Почему-то сразу почувствовала себя несправедливо обделенным Клементом… который «Его Крысейшество».
- Дейдри, погоди, нам же послезавтра во дворец ехать, ты думаешь, за день это возможно: научиться в платье хотя бы передвигаться и не пугаться близ висящих зеркал, я уж молчу о прогулках при дворе? – я попыталась отобрать честно взятый кусочек. Дейдри, задумавшись, упустила момент моего наглого штурма, что привело к исчезновению сыра во мне, любимой.

Дельфина Растиньяк.
День второй. Я выхожу из себя и принимаю важное решение.

Я гуляла по саду на следующий день. Сыпал легкий снежок, светило солнце, морозец... Идиллия!
Как всегда, её грубо нарушили.
- Здравствуйте, эрэа Дельфина, - мой все еще жених изящно поклонился мне.
- И вам не хворать, - не слишком учтиво откликнулась я.
- Как вам понравился Дидерих?
- Какой?.. - не поняла я, а потом спохватилась. - А, я прочла его трагедию. Мне понравилось, особенно тот монолог, который Рокэ Алва каторжникам читал...
- А откуда вы знаете, что наш первый маршал, ой, простите, опальный герцог читал его? - прищурился Вильгельм. - По-моему, этот факт не так широко известен. Лично я узнал его от своего друга, который служил под началом герцога.
- А... - надо же так вляпаться? Что, Фифи, нельзя было толкнуть женишку речь о любовных переживаниях главгероини? - Я, знаете ли, тоже друзей имею в армии.
- И интересуетесь Рокэ Алвой, так?
Какая-то напряженность в его голосе подсказала мне, что он вовсе не рад моей осведомленности о речах герцога Кэнналоа.
- А почему бы и нет, - беззаботно подала плечами я. - Колоритная фигура, вам не кажется?
- Может быть.
Он разрывался между приличиями и злостью.
- Вилли, не ревнуйте, - я засмеялась я. - Я его ни разу не видела. А сейчас он в Багерлее, так чего волноваться?
Он кивнул мне и взял меня под руку. Мы погуляли некоторое время в молчании.
- Эр, скажите мне, почему вы приехали сюда? С какой целью?
- Эрэа, я приехал просить вашей руки. Но вы мне постоянно не даете этого сделать.
Снова ироничная усмешка.
- Я не намерена выйти за вас и через известный срок нянчиться с младенцем, - резко проговорила я. - Я, может, мир хочу посмотреть.
- Мир сейчас опасен, - возразил Вильгельм.
- А мне все равно! Сейчас наоборот, самое интересное происходит! И я хочу видеть все своими глазами!
- Вы, эрэа, женщина, и...
- Шовинист! - прошипела я. - Значит, вам, мужикам, все можно, а нам, женщинам, вас ждать целыми днями? - я вышла из себя и наплевала на все приличия. - Ну нет! Я завтра же выезжаю из Бомаршэ, подальше от вас и вашего снобизма!
И, повернувшись спиной, я направилась прочь от барона Ростана.

- Дейдри, погоди, нам же послезавтра во Дворец ехать, ты думаешь, за день это реально научиться в платье передвигаться? – в голосе Демори прозвучала смесь надежды и отчаяния (во всяком разе, мне так показалось).
- А что делать? Знаешь, есть мысль, а давай потренируемся во всем этом великолепии передвигаться, чтобы не опозориться. Как, согласна?
- Я... это... – смутилась моя подруга. И я её прекрасно понимаю – еще бы сменить относительно удобный мужской костюм на однозначно неудобное, да еще и увесистое платье современной девушке тяжеловато. А корсет, а причёска! То-то. Не позавидуешь.
- Ладно, Демори, давай так, - я решительно поднялась с кресла – деваться нам некуда, так что придётся слегка помучиться, так что пошли!
- Куда? - удивилась моя гостья
- Репетировать, ясен перец. Тебе как сподручней: в моём гардеробчике пошурудить на предмет подходящего платьица, или к себе в особняк послать? Капитана своего, Ранела, кажется?
- Нет, ко мне точно не стоит, а то с ним вся толпа камеристок увяжется, если он рискнёт хотя бы заикнуться о том, чтобы платье из дома куда-то вынести.
- Понятненько – я снова дернула шнур (бедняга Дональд)
- Чего желает моя эрэа? – Дональд в состоянии полной боевой готовности образовался на пороге.
- Позови Джейн, пожалуйста, - вот такая  я белая и пушистая. Дональд поклонился и умчался.
Мы разлили по бокалам остатки вина из кувшина и выпили.
- Ну, чего тянуть. Двум смертям не бывать, а одной не миновать – ух ты, а Демори оказывается очень смелый человек.
- О, а вот и Джейн. Джейн, дорогая, подбери платье для эрэа Демори и принеси его в будуар – Джейн окинула взглядом ладную фигурку графини Ревий:
- Моя эрэа в вашем гардеробе вряд ли есть подходящее платье, вы...эээ – замялась барышня.
- Несколько более крупная, не так ли?, - это уже я. Моё сокровище потупилось, и принялось ковырять паркет носком туфельки.
- Джейн, значится так, - я упёрла руки в боки («и мне по барабану, где у тебя тюбетейка») - тащи в будуар самое маленькое из моих, такое, в которое я войду только если ты меня корсетом задушишь, ясно?
- Как прикажет эрэа – очередное приседание и Джейн величественно удалилась.
-Ну и вот, а ты боялась – процитировала я бородатый анекдот – ищите и обрящете. Двинули?
- Двинули – Демори решительно двинулась к выходу.
Мы поднялись в будуар, успев по пути заметить милую беседу Тома, Ранела и с незнакомым немаленьким блондином. Кажется, мужчины нас не засекли.
Я распахнула двери будуара и впустила Демори:
- Проходи, сейчас будем готовиться к бал-маскараду – ехидно сказала я. Демори между тем как-то обессилено опустилась на канапе, в её черных глазах мне померещилась такая тоска, что невольно стало жаль бедную девушку. Конечно, будь на месте юной графини мои земные подруги, я сумела бы встряхнуть (причём, обычно, каким-нибудь циничным замечанием), но здесь я не нашла ничего лучше, как погладить девушку по руке.
- Ладно, мать, не раскисай, приём отбудем, а там чего-нибудь придумаем, - что поделаешь, вот такой я неистребимый оптимист, – зато девчонок встретим, уже неплохо, согласись? Демори, глубоко вздохнула и несколько вымученно улыбнулась
- И верно. Ладно, переживу уж как-нибудь это издевательство – она хлопнула рукой по подлокотнику диванчика, тряхнула головой и в глазах снова прыгнули чёртики. Именно в этот момент дверь будуара распахнулась и появилась Джейн с платьем. Как мне показалось, вполне себе адекватное платьице для тренировки: простенько и со вкусом, темно-бордовое вроде бы бархатное.
- Вот, самое маленькое, моя эрэа – Джейн опустила платье на комод (хорошо, хоть слоников на оном не наблюдалось).
- Чудесно, Джейн. Демори, ты как?
- Ладно, давай примерим, чего тянуть-то – люблю решительных дам!
- Давай, разоблачайся, мне отвернуться или как?
- Еще чего, можно подумать ты никогда женщин в нижнем белье не видела, - мне осталось только пожать плечами:
- Ну, мало ли? Всякое в жизни бывает.
Смену костюмчика графиня Ревий и Джейн осуществили относительно быстро.
- Как ты себя ощущаешь? – спросила наивная я.
- А ты как думаешь – на лице графини было выражение тонкой иронии
- А, по-моему, очень даже ничего. Давай, пройдись. Начинаем тренировку. На старт! Внимание! Марш!

Фифи Растиньяк.
День пятый. Что же происходит в итоге.

На следующий день я поняла, что немного погорячилась.
Во-первых, было стыдно за свой гнев. Во-вторых, видя, как Виллик ходит все время, словно меня рядом нет, я возмутилась. Блез - тот от меня ни на шаг не отходит. Да, он назойливый. Но я привыкла, чтобы на меня обращали внимание!
Казалось бы, легче легкого: носи штаны да не носи корсет, нарушь пару правил этикета - и ты эксцентричная особа, о которой все судачат на каждом углу.
Все судачили. А Вилли словно воды в рот набрал.
Я сидела в библиотеке несколько дней безвылазно. Читала Дидериха, Веннена, других писателей. Все было очень интересно, и этот эскапизм придал мне сил.
На четвертый день от буковок в глазах зарябило.
И, о счастливый случай, мне сообщили, что пришел портной с ворохом одежды и ждет примерки. Я бросилась к нему, будто всю жизнь мечтала.
Сей достойный человек и вправду решил с головой закидать меня одеждой. Брюки, рубашки, жилеты, камзолы, куртки - все по мужской моде. Без всяких оборочек, приятных темных цветов (в основоном синих и зеленых), изящно, элегантно. Коко Шанель и не снилось.
Я велела экономке заплатить портному, надела темно-синий костюм и отправилась в библиотеку.
- А обещали, что уедете, - заступил мне порог книговны Вильгельм. Такого ироничного и циничного взгляда я не встречала даже... Да ни у кого не встречала.
- Я поеду завтра. Я ждала свой гардероб. Или вы думали, что я буду расхаживать по дорогам Кэртианы в подарочных упаковках, называемых платьями?
- Язык у вас острый. Раньше, до своего исчезновения, вы были более кроткой, эрэа.
Сказал, как выплюнул. Меня это завело.
- А вы что же, считали, что женитесь на дурочке, которая будет вынашивать ваших детишек, в то время как вы станете похаживать налево? Нет, дорогой эр. Я не согласна на такое.
- Тогда я отправлюсь с вами завтра же, эрэа. В женское платье вы рядитесь или в мужское, вам нужен проводник.
- И кто же им будет? Вы?
- Я эти места знаю, как свои пять пальцев.
- Хорошо. Но у меня есть условие.
- Какое же?
- Только вы да я. Никого больше. Одежда не слишком богатая, оружие я предоставляю вам. А деньги и еду - это уж я захвачу. И никто не должен знать о нашем заговоре. И отъезде.
- Принимается, - с горячностью кивнул барон. - Но и вы должны кое-что принять, эрэа. Я не потерплю ваших неожиданных пропаж. Как только вы пропадете, я более не ваш проводник.
- Заметано.

Дедьфина Растиньяк.
День шестой. Дорога, дорога...

Мы выехали как ни в чем не бывало. Замковым мы сказали, что как жених и невеста решили провести денек на морозце. И поехали на отличных скакунах подальше от поместья.
Я чувствовала необычайный прилив сил. Скакать на лошади, чувствовать ветер на лице, видеть, узанавать что-то новое - вот о чем я всегда мечтала.
Вилли был несколько мрачен, хотя езда верхом освежила его и развеселила.
- О чем это ты вчера всех расспрашивала? - поинтересовался юноша лукаво, когда дал роздых лошадям.
- Обо всем. Тебе все и не расскажешь. Но как же здорово тут!
- Ага, здорово. Вот Таракан к власти пришел, так здорово везде.
- Ну так не поедем к Таракану, - беспечно рассмеялась я. - Поедем к Савиньякам. Там скоро и Валентин Придд будет...
- Ты откуда знаешь?
- Женская интуиция.
- Ладно. Не хочешь, не говори...
- А мы уже перешли на ты?
- По-моему, настало самое время, - глаза барона озорно блеснули, и он пустил лошадь рысью. Я не отставала.

День 2
По всем канонам писательского жанра утро должно было начаться с вопроса “как я здесь очутилась?”  и последующего вспоминания вчерашнего дня, или, на худой конец, с фразы “какой сон мне приснился” , но увы, классического пробуждения не вышло – я всегда просыпаюсь сразу и полностью, и могу перечислить хоть события прошедшего дня, хоть цифры в числе пи до десятого знака. Вспомнив, что в дворянских домах прислугу вызывают дёрнув за шнурок, я посмотрела на потолок и , действительно, обнаружила бархатную змейку, за которую и дёрнула, после чего мне на голову свалился весь остаток верёвочки. Припомнив прогнивший шнур в доме Окделла, я  его внимательно осмотрела, но следов гнили не нашла – видать не рассчитаны здешние верёвки на людей, привыкших к советским дверям.
-Моя эрэа, не волнуйтесь, мы всё поправим  - Мэри уже стояла в двери с полотенцем, мылом и тазиком. Кстати, надо бы тут что-ли водопровод устроить – а то неудобно же….
Наскоро переодевшись в мужское платье (горничная вздохнула, но возражать не стала ), я спустилась к завтраку. Разумеется Вармиоль был уже внизу, но к трапезе не присоединился.
-Приветствую блистательную, теперь, когда пришедшая в наш мир увидела жизнь его,  недостойному надо признаться, что в своём рассказе  он опустил много нужного, но не важного для целей Кабиоховых. Недостойный смеет думать, что блистательная уже знает, что имени дворянина невозможно родиться из пустоты, а человеку возникнуть из ниоткуда, поэтому посланник Кабиохов избрал рождённую в этом мире дабы её могла заменить пришедшая.
-Что?!-Хорошо, что я в тот момент не жевала- Значит у меня здесь есть куча родичей и знакомых знавших меня с детства? И какая тут может быть миссия, меня же после первого разговора раскусят!
-Блистательной не следует беспокоиться , отдавшая своё место осталась без породивших её во время последнего восстания, а соседи не пожелали дружить с потомком впавших в немилость.
-Минутку, женщин же не казнят ?
-Жена мятежного не перенесла смерти супруга своего.
-Ясно… От такой жизни не то, что к посланцу, к Леворукому на шею бросишься. А что этот посланец ей пообещал? И где сейчас эта девушка?
-Посланник Кабиохов не поведал ничтожному путей оставившей место своё, но когда недостойный увидел ушедшую, её лицо говорило о счастьи.

Надеюсь она не на моём месте, не хотелось бы вернуться и узнать, что я вылетела из института, а то и загремела в психушку… Хотя для той девушки похоже и психушка раем покажется…. да вот такая вот я циничная сволочь….

-Понятно… А как такая бедная девушка оказалась столице?
-Первородный Альдо приняв трон, призвал дитя умершего за дело его.
-Так этот недопридд призвал меня ко двору?

Тааак, что там я знаю о ядах? Выпить вместе чайку и нет величества… А лучше проклятие можно подпустить, магия-то тут действует, а Мэллит уже свободна и таракана не прикроет. М-м-м…. кажется волос в могилу надо подбрасывать…..

-Блистательная сомневается в чистоте рода первородного?
-Не сомневаюсь, а знаю – он такой же Ракан, как я  -  епископ талигойский.

Ох и глаза же у гогана, будто кого-то придушить собирается, интересно, Альдо, или всё же Енниоля… А пока он ошарашен, надо бы его поспрашивать, вдруг чего полезного ляпнет?

-Кстати, достославный, а почему вы мне помогаете? Гоганы же не  вмешиваются в дела повелителей стихий, даже на их территорию стараются не заходить?
-Ничтожный защищает родной мир. Конец времён не пощадит никого.

Дельфина Растиньяк.
День седьмой. Джон. Часть первая.

Мда, туризм - дело хлопотное. Особенно когда вместо кресла в автобусе седло. К вечеру первого дня у меня вся нижняя часть тела представляла собой один сплошной сгусток боли.
Мы с Вилли остановились в придорожной гостинице в каком-то небольшом городке. Я так устала, что не было сил запоминать названия. Я заперлась в своем номере, легла на кровать, не раздеваясь, и тотчас уснула.
Проснулась около полуночи. Темень, тишина... Я была совершенно одна - и тем не менее со мной рядом кто-то незримо присутствовал. Элементаль какой-то, видимо.
Жутко хотелось есть.
Я выглянула из номера. Никого не было.
Я спустилась вниз, позевывая. И вдруг услышала крики.
- Ах ты, мерзавец маленький, - густой бас, похоже, решил перебудить весь городок. - Еще раз ты у меня что-нибудь стащишь, да я тебе...
А другой голос, ломающийся подростковый голос, отпирался:
- Если ваша дочка любит таскать у вас вещи, как сорока, то зачем меня обвинять?
- Так ты еще и клевету наводишь?
Послышался звон пощечины.
Не в силах остаться безучастной, я бросилась к людям. И увидела во дворе хозяина гостиницы, высокого полного мужчину, отвешивавшего оплеухи тощему подростку лет 13. У мальчика уже из носа кровь пошла, однако мужчина и не думал униматься.
- Что это такое? - разъярилась я. - Зачем вы бьете его?
Терпеть не могла насилия над детьми. Навидалась еще в своем мире достаточно.
- Леди, - хозяин ударил мальчика в глаз, и тот вскрикнул от боли. - Этот щенок украл у меня довольно большую сумму денег!
- А у вас есть доказательства того, что это сделал именно он? - я сложила руки на груди. - И, ради всего святого, перестаньте бить его!
Мужчина неохотно отпустил паренька, и тот сразу же подбежал ко мне, почувствовав, что я не собираюсь причинять ему вред.
- Это его дочка вечно крадет! - воскликнул мальчик. - А на меня все сваливает!
- Лжешь! - мужчина снова потянулся к подростку с кулаками, но, заметя моё ледяное выражение лица, сдался. - Это моя дочка доложила мне о его бесчинствах!
- Ага! Такая она честная и умная! - фыркнул паренек. - А откуда у неё такие наряды? Ей мало того, что вы ей покупаете, вот она таскает у вас деньги!
- Клевета!
Видимо, хозяин гостиницы (и как его зовут?) считал свою дочь венцом творения и образцом добродетели.
- А этот мальчик ...
- Меня зовут Джон, - осведомил меня подросток.
- Джон. Он у вас живет?
- Да, он мой слуга, - недоверчиво оглядывая мой мужской костюм, проговорил мужчина.
- Так вот, он когда-нибудь был уличен во лжи, помимо этой истории с деньгами?
- А то как же, госпожа. Все они врут напропалую. Вот однажды...
Я посмотрела на виноватое лицо мальчика и поняла, что хозяин говорит правду. Что поделаешь, все они такие в 13 лет. Но мои филологические мозги не были осведомлены в искусстве адвоката, а потому задача моя становилась во сто крат сложнее.
Хозяин закончил перечисление всех грехов мальчика, а я отчаянно обдумывала все возможные способы защитить мальчика.
- Но я не крал, - горячо сказал Джон.
- Давайте вы все-таки расспросите свою дочь, господин хозяин, - решила я.
- Она уже спит, - сообщил он.
- Ну так завтра мы все вместе поговорим с ней, - решила я. - А до того, оставьте мальчика в покое и дайте ему выспаться. А мне даете поесть.
Что поделаешь, слово клиента - закон. Джон побежал куда-то, видимо, в свою комнатушку, а я отправилась вслед за господином Арамо (так его звали) на кухню.

Дейдри. День третий. Продолжение.
Ой, не стоило мне так командовать! Графиня слишком резво рванула со старта (хорошо не с низкого), естественно, почти наступила на подол и чуть не упала.  Неловкий взмах руками, и со столика на пол с грохотом рухнула недоштудированная книга об этикете, и, как назло, прямо на ногу эрэа Ревий. Ну, мы-то с Джейн не дремали и успели подхватить нашу дорогую гостью. Демори расхохоталась, я присоединилась (а что ещё делать)?
- Тебе не больно? – глупый вопрос, если учесть что книжица увесистая.
- Да нет, не очень – Демори улыбнулась – книга на юбку попала, да и я не босиком.
- Так, стоп. Дубль раз получился не совсем удачным. Попытайся ещё.  Знаешь, как меня учили: шаг у девушки должен быть не длиннее четверти роста, и вот с этим прикидом сей закон работает в полный рост. А ну, попробуй!
- «Заметьте, не я это предложил» - процитировала Демори Велюрова из «Покровских ворот» и встала на исходную позицию. Шаг у графини стал существенно короче. Но что-то мне всё равно не нравилось. Пока я силилась понять, в чём же дело, Демори, забылась и всё-таки умудрилась наступить на подол.  Теперь полёт совершила чашка (пустая к счастью), ну ей ничего не угрожало – коврик мягкий.
- Эрэа, Вы юбки-то подберите, - молча наблюдавшая наши экзерсисы Джейн подала голос до того неожиданно, что я едва не рухнула там, где стояла – Вот так – и талигойская барышня нордического вида продемонстрировала двум тёмным землянкам как правильно подбирать юбки. Нам ничего другого не осталось, как повторить упражнение.
Войдя в роль я выдала: «Походка от бедра, свободная… И пошла!». Мы рассмеялись и пошли. Ура!!! У нас получилось! Мы благополучно преодолели семь шагов!
- Дубль два удался – улыбаясь констатировала Демори.
- А то! Ещё бы у нас и не получилось! Есть предложение, давай до гардеробной прогуляемся, я тебе своим придворным монстром похвастаюсь. Окрылённая успехом графиня легко согласилась на продолжение прогулки.
- Джейн, мы идем в гардеробную, посмотреть на моё придворное платье, ты нас сопровождаешь, и поправляешь, если мы что-то делаем не так, хорошо?
- Как угодно, эрэа.
Мы, как две партизанки, покинули будуар, и, стараясь не особенно шуметь, двинулись по коридору (гардеробная на втором этаже – последняя). Добрались практически без приключений (пара сорванных со стен мечей не в счёт, а вот ушибленная коленки очень даже считаются), хорошо, что групповой полёт не состоялся, спасибо моей верной северяночке – успела помочь поймать равновесие. Перед гардеробной. Джейн попросила нас обождать минутку (ещё бы, такое шоу – придворное платье баронессы Каннигем!).
- Ты как? – спросила я подругу.
- Да как тебе сказать, – хмыкнула она – могло быть и хуже
- Не сильно ушиблась?
- Знаешь, коленкой об угол – не самое приятное. Может, ну их эти платья, а?
- Солнц, не выйдет этикет – это этикет. Придётся потерпеть, ладно? Ничего – тяжело в ученье – легко в бою! – бодро заявила было неумолимая я, но тут же решила, что это слишком сурово и добавила – сегодня повар булочек обещал…
Демори вздохнула и вновь решительно махнула рукой: «Раз булочки, можно и потерпеть». В этот момент Джейн с поистине королевским достоинством (вот кого бы и в графини и в баронессы) распахнула двери гардеробной.
Мы вошли. Придворное платье красовалось, на, скажем так, манекене (типа бюст без головы) и выглядело более чем внушительно: темно-красный бархат, черные камни, ленты, кружева… Мне было уже легче (я этого монстра еще в первый день обнаружила), а вот Демори на самом деле побледнела.
-Это всё твоё?- только и спросила она.
-Угу, а чьё ж еще-то. Нормальное платьице, весит чуть меньше, чем моя первая дублёнка, а я в ней четыре зимы отходила, так что и это переживу!
-  Оптимистка…
- Ага, я такая – засмеялась я – Ну, что ж, продолжим прогулку. Уровень три. Лестница!

Демори.
Продолжение кошмара...

- Уровень три. Лестница! – бодро воскликнула баронесса, ободряюще мне улыбаясь. С трудом подавив стон ужаса, я зажмурилась, вспомнила об обещанных булочках и, совершенно забыв подобрать платья, рванула с места.
Ну подумаешь, свалила я книжицу и чашку, ну пару мечиков кульбитами рук в момент возможного падения снесла… это были еще даже не распустившиеся цветочки, потому что если раньше я калечила только себя, то тут, совершенно нечаянно, взмахом руки угодила Джейн по носу, попытавшись удержать равновесие, наступила на ногу Дейдри и с воплем падающей овечки тюкнулась головой о какую-то тумбочку.
- Ты в порядке? – поджав ногу, с беспокойством спросила Дейдри.
- Эреа, вы… - начала Джейн, потирая нос.
- Ой, извините, забылась, - засмущалась я и, с помощью баронессы поднявшись (Джейн не успела добежать), смахнула рукой с той самой тумбочки некую вазу.
- Это был Гаифский фарфор, - со вздохом констатировала Джейн.
- Ее можно склеить, - совсем упала я духом, и, обидевшись на гадкую тумбочку, пнула ее в позолоченную ножку. Ножке стало больно. Моей.
- Не унывай, подруга, подумаешь ваза! – махнула рукой Дейдри и, переведя взгляд на дверь, задумчиво отмерила расстояние: - около десяти шажков…
- Считай, содержимого твоего особняка уже нет, - застеснялась я, подбирая юбки.
- Эреа, не надо их на руку наматывать! – Остановила меня подбежавшая Джейн, благоразумно держащаяся вне досягаемости моих рук.
- Ой, - вовремя опомнилась я, умудрившаяся собрать низ платья в одну большую кучу, - так, теперь блицкриг до двери… вперед!
Стартовав с места, мы с баронессой легко добежали до двери и ринулись в открытую умничкой Джейн дверь. К слову, подруге удавалось бегать в платье с такой легкостью и грацией, что я начинала серьезно сомневаться в правильном решении природы сделать меня представительницей женского пола.
- Лестница! – оповестила меня бежавшая впереди Дейдри, ловко увернувшаяся от выступа на узорчатых перилах. Естественно, я на этот самый выступ с золотой завитушкой налетела со всего размаха, зацепилась рюшками, коих на платье было в немалом количестве и, грозно выпучив глаза, рухнула на баронессу. Та пошатнулась, но удержалась, я же, лихо обогнув в полете подругу, с видом недокопанной могилы, умудрилась споткнуться о золотистый ковер и…
- Эреа!
- Демори!!!
Благо, тренировки дали себя знать, поэтому, когда моя многострадальная тушка перелетала через пресловутые и уже ненавидевшие меня перила, я умудрилась зацепиться за них одной рукой, продолжая сжимать левой юбки.
- Как ты?! – буквально взвыла Дейдри, хватая меня за руку и таща на себя.
- Весю, - безграмотно честно призналась я, прижимая к себе рюшки и кружева.
- Эреа, нужно быть аккуратней! – Запричитала перепуганная Джейн.
Наконец меня втащили на лестницу (весьма высокую кстати, так что летела бы я долго и со вкусом) и, когда мы, взъерошенные и уставшие, чуть отошли от моего несостоявшегося учебного полета вниз, Дейдри строго на меня взглянула:
- Теперь будешь держаться за меня и Джейн, и не бегай!
- Я и не бегала, я пыталась летать, - попыталась оправдаться я, хватаясь за подставленное плечо.
Дружной «могучей» кучкой мы спустились, наконец, с лестницы, причем пару раз, наступив на юбки, я повисала на спутницах, что вызывало у тех приступ неоправданной жестокости, и они уводили меня подальше от перил, благо лестница была широкой.
- Дошли, - с облегчением вздохнула Дейдри, когда я выпустила ее плечо и ступила на последнюю ступеньку. Но кульминация спуска была еще впереди.
- Моя эреа! – раздался радостный вопль и мне навстречу кинулось нечто огромное и белобрысое.
От неожиданности я отпустила переданные мне Джейн юбки (во время спуска их держала она) и, с перепуганным хрюканьем запутавшись в собственных ногах, я, размахивая руками подобно спятившей мельнице-маньячке, сшибла баронессу, зацепилась кружавчиками за выступ на перильцах, нечаянно пнула в прекрасном моменте падения Джейн и, высказав одно ооочень нехорошее, но емкое по содержанию слово, рухнула на подбежавшего Ранела.
- Моя эреа, вы мне ногу отдавили, - успел прохрипеть тот, прежде чем я, вовремя вспомнившая, что платье принадлежит Дейдри и рвать его нельзя, резко оттолкнулась от бедняги руками, приняв вертикальное положение, и тюкнулась хребтом о перила.
- Моя эреа, я правда булочки не надкусывал,  – в полуобморочном состоянии выдал Ранел просто гениальную вещь, после чего, поднимавшаяся Дейдри снова рухнула на пол уже в приступе хохота.
- А если бы надкусывал, я бы тебе свечку в  ухо запихнула бы, - кивнула я, пытаясь с помощью Джейн отцепить платье от завитушки,- Дейдри, извини, не хотела…
- Какую свечку? – глаза Ранела привычно для меня выпучились, но бедная баронесса, еще не знавшая такое чудо, снова зашлась в приступе хохота. От смущения Ранел громко хрюкнул и обиженно потер нос, пытаясь помочь подруге встать.
- Которую говорящие руки держали, - со вздохом я потерла спину и расправила наконец свободные юбки.
- Там еще веточка была…
- И веточку тебе туда же, - неожиданно вмешалась Джейн.
- Так у меня столько в ухо не поместиться, - совершенно серьезно задумавшись над сим фактом, Ранел заставил опуститься на пол рядом с баронессой и меня. – Хотя у меня их два… и руки правда имели еще и головы, моя эреа!
- Где, на локтях?.. – выдавила я, пытаясь унять разъезжавшиеся в разные стороны щеки.
- Нет, на шее!
- Как неожиданно…
- Я тоже не сразу догадался, а потом увидел и узнал ту руку с пучком травы! Так там еще и тело у нее было…
- У руки?! – Дейдри закашлялась.
- Ну да… хотя наверное тело было у головы, а руки…
- А руки были у пучка травки? – я уже не могла говорить.
- Нет, пучок травки был отдельно, просто вы сказали, моя эреа, «говорящие руки», так там только головы говорили…
- Я тебя вазой сейчас стукну…
- Она в углу стоит, вон там, - тут же оживилась Дейдри.
- Нет, вазы руки не держали, - глубокомысленно изрек Ранел, морща лоб.
- Ранел! – рявкнули мы с баронессой одновременно, пытаясь остановить кошмар по вытеканию нашего мозга.
- Да молчу я… я, можно сказать, разведывательную операция провел, руки расспрашивал, они от меня еще сбежать пытались…
- Где ваза? – прохрипела я.
- Принести? – тут же материализовалась рядом Джейн.
- Так, все… встаем, - распорядилась успокоившаяся баронесса.
- Ой, Дейдри, извини, что сшибла, я нечаянно…
- За нечаянно в платьях учатся ходить, - хмыкнула баронесса, подхватывая юбки.
Последовав ее примеру, я удрученно направилась вслед за ней, а за моей спиной уже выстроились дружной колонной Джейн и Ранел.
- Моя эреа умеет ходить в платьях! – что-то доказывал обиженный непонятно на что капитан.
- Нет, моя эреа в них ходит лучше! – Джейн явно не собиралась уступать.
- Зато моя и летает!
- А моей этого не надо!
- А моя!..
- Дейдри, - догнала я баронессу, - знаешь, если так подумать, то может из меня сделать мужчину? – С неожиданной надеждой взглянув на баронессу, я радостно продолжила: - приклеить бородку там, усики, и вперед во дворец строевым шагом пьяненькой курицы!
- Ага, и вату во все места напихать… и в грудь…
- В грудь то зачем? – дурной пример Ранела заставил меня выпучить глаза и удивленно прихрюкнуть.
- Чтобы равномерно было, - хихикнула Дейдри, открывая дверь.

Дейдри
Явление n-ное, те же и там же.
  - Ага, и вату во все места напихать… и в грудь…
  - В грудь то зачем? -  Демори, едва не уморившая меня  на пару со своим капитаном, широко раскрыла глаза и издала сложно идентифицируемый звук.
  - Чтобы равномерно было, - хмыкнула я и открыла дверь в столовую – прошу пани!
Да-а, а повар и те, кто ему помогает просто молодцы!. И стол накрыт и булочек гора возвышается  на блюде этаким пиком Коммунизма. Про себя успеваю подумать, что если Моя подруга всё это съест, то догнать ей меня по весу, однако, внимательно взглянув на графиню, понимаю, что у меня в гостях счастливейшая из смертных, девушка из тех, про которых говорят, что мол «не в коня овёс». Поэтому, за судьбу булочек можно не волноваться – они будут съедены и очень быстро, и, кажется, даже без вреда для здоровья. Увидев это хлебобулочное великолепие Демори в сто пятьдесят лохматый раз попыталась рвануть с места в карьер, однако наша трио (Ранел, Джейн и ваша покорная слуга) успели означенный порыв погасить в зародыше, и медленно-медленно довели порывистую нашу до креслица, куда со всей возможной бережностью и опустили. Когда около моего сиденья материализовался Дональд, я не заметила, но он уже дежурил на том же месте, что и утром.
За всеми этими приключениями я начисто забыла, следует ли усаживать за один стол с его эрэа капитана личной охраны, но решила, что страдалец имеет право поесть, так что, я предложила Ранелу присоединиться к нашей дружной компании, благо еды тут хватило бы значительно больше, чем на трёх человек. Наверное, я опять что-то сделала не совсем не так, потому как на мгновение Ранел изобразил испуганную рыбу, но после какого-то странного жеста графини Ревий довольно-таки поспешно согласился. Мы отдали должное всему тому, что стояло на столе, решив, что за понесённые труды и убытки нам просто жизненно необходимо вознаграждение.
Милая атмосфера была неожиданно разрушена самым наибанальнейшим способом: на пороге нарисовался мой старый добрый Том, а с ним...  Мама дорогая,  и где только мой дворецкий (Бэрримор, кошки бы его взяли!) откопал это сокровище! Короче, рядом с Томом стоял, и мило улыбался гм... молодой человек гренадёрских габаритов и внешностью потомственного викинга. На его фоне я сама себе показалась миниатюрной хрупкой женщиной. Заметив мои, видимо отнюдь не слегка округлившиеся, глазки мужчина поклонился, подмел пол перьями своей шляпы и густым баритоном изрек: «Приветствую». Нам ничего не оставалось ничего иного, как пробормотать (мы же обедали) что-то типа: «Взаимно».
- Моя эрэа, разрешите представить, Гуннар Свенссен, он Ваш новый охранитель – изрёк Том с королевской величественностью.
- Благодарю, Томас – подниматься с кресла я не имела ни малейшего желания – прошу Вас, Гуннар, присоединяйтесь, Дональд, ты знаешь что делать.
- Эрэа, я не голоден – гренадер поклонился снова.
- Не голоден, чудненько! Нам больше достанется! – изрекла я и подмигнула притихшей Демори. Графиня кивнула, не прерывая процесса поедания булочки. Видимо, вследствие побегов и полётов у подруги разыгрался аппетит, и до Гуннара ей в этот момент было как до Луны пешком – Тогда присаживайтесь – я махнула рукой в сторону одного из стоявших  около стола незанятых стульев – вина желаете? Белое, красное?
- Пожалуй, белое – бросив взгляд на остатки пиршества, изрек мой свежеиспечённый охранничек. Дональд, вот же умница, тут же налил эру Свенссену «Вдовьей слезы».
- Ну, вот – теперь Вы с нами, разрешите представить Вам моих гостей – эрэа Демори, графиня Ревий – плавный жест в сторону подруги. Демори улыбнулась и кивнула головой
- Очень приятно.
- А это ваш коллега, капитан личной охраны графини Ранел – чудом не уморившее меня смехом создание грациозно поднялось и отвесило поклон.
- Приятно познакомиться.
- Ну, вот раз с формальностями покончено, продолжаем обед!

Я уплетала за обе щеки еду, а господин Арамо рассказывал о мальчике.
- Он появился у нас год назад. Был такой тихенький, голодный, побитый. Взял я его на работу, жаль стало парня. Он с лошадьми управляется, просто красота. Он с ними словно разговаривает.
- И вы поэтому били его? - спросила я с набитым ртом.
- Ну, госпожа, сами понимаете, случается иногда, - повинился хозяин. - Погорячился. Разозлился, что деньги своровал.
- Ну ладно. Но он ведь добросовестный работник и все такое?
- Конечно. Только дерзкий очень. И приврать любит. Пройдоха.
- А откуда он?
- Да кто ж его знает? Родных у него нет. Пришел сюда вместе с торговцами какими-то.
Так. Понятно, что ничего не понятно. Надо бы Джона спросить, из каких мест его занесло сюда. Судя по миени, он не из Эпине. Откуда? С родины Ричарда Окделла?
При мысли об этом предателе у меня зачесались руки. Он, к счастью, не ребенок. Вот найду это свиноподобное нечто и вмажу так, что Айрис ему цветочком покажется.
Дав себе такое жизнеутверждающее обещание, я направилась в свою комнату.

Демори.
Все там же и все те же… в компании вежливого шкафа…

Мало того, что Ранел окончательно смутился, когда Дейдри, изящным жестом пригласив капитана за стол, удивленно на него взглянула своими кошачьими глазами, так еще и обиделся на меня, когда я состроила рожицу и махнула лапкой, чтобы он принял предложение. Пару минут поборовшись с собственным капитаном за ароматную булочку с корицей, я отвоевала у обнаглевшего Ранела свое право на вкуснятину и, пододвинув к себе потрясающе тонко нарезанный салатик,  принялась за несовместимые продукты. Блаженство продлилось недолго, но новоиспеченный охранник оказался на удивление вежливым, хоть и смахивал больше на говорящий шкаф с изящными манерами. Правда, когда Дейдри представила меня, я упорно пыталась проглотить огромный кусок вкусной булочки, но вроде вежливый шкафоподобный мужчина меня прекрасно понял. А вот Ранел ухитрился неожиданно изящно поклониться прибывшему, что повергло меня в нежевательное состояние на целых три мгновения.
- Моя эреа, с вами все в порядке? – подозрительно косясь на охранника Дейдри, Ранел повернулся ко мне.
Поспешно закивав головой, дабы у моего капитана не появилась мысль выбить мне хребет в благородном порыве избавить меня от кашля, я склонила голову и задержала взгляд на лице охранника. Заметив мое любопытство, Гуннар равнодушно скользнул по мне взглядом и прикрыл глаза, поднеся к губам бокал. Обидевшись на такое пренебрежение моими разрушающими способностями, я резко встала из-за стола, уронив пару соусниц и опрокинув к счастью закрытую бутылку. Дернувшийся от моего порыва стол ударил шкафа по локтю, но бокал вина остался на удивление недвижимым.
- Моя, эреа, аккуратней! – Ранел тоже умудрился вскочить, уронив на пол вилку и нож. – Вы в порядке?..
- Ой, Дейдри, извини, - я смущенно зашаркала ножкой, нечаянно задев стул.
Ранел кинулся ко мне, споткнулся о ковер, налетел на стоявшую в сторонке Джейн, вызвав у той возмущенный вопль, хрюкнул сам и удержался лишь благодаря подбежавшему Дональду, который умудрился поставить поднос на самый край стола. Решив спасти ситуацию и помочь беднягам, я ринулась к Ранелу и Джейн, сшибив по дороге Дональда, но неподхваченные юбки (переодеваться мы с баронессой решили после обеда, и зря…) запутались в моих ногах, и я, с писком счастливой полевой мышки, узревшей дырчатый сыр, рухнула на Джейн и не успевшего сбежать Ранела. От неожиданности Ранел громко икнул и попытался удержать меня, но делая шаг вперед, чтобы не дать упасть еще и Джейн, издававшей странные звуки, споткнулся о не успевшего подняться Дональда и тюкнулся носом в спинку стула баронессы. Дейдри поспешно вскочила, подхватила юбки и ринулась к нам, но я, решившая, что все позади, сделала шаг навстречу подруге и задела кружевами и рюшками оставленный Дональдом поднос, после чего горячее вино вылилось на… ммм…вообщем опрокинулось на Ранела, чуть не сделав беднягу монахом. Джейн, подхватив тряпочку, попыталась было помочь моему завывающему капитану, но в замешательстве остановилась, смущенно зардевшись. Тут очнулся ошалело смотревший на разворачивающееся перед ним действо Том и, с грацией истинного дворецкого, пнул бегущего за новым подносом Дональда и подскочил к Гуннару.
- Вы же телохранитель эреа Дейдри! – рявкнул ему в ухо Том и, отобрав у Джейн тряпочку, метко тюкнул ей Ранелу в лоб со словами «сам вытрешься».
Гуннар как-то нехотя поднялся, сделал ленивый шаг и… оказался возле меня. Пискнув от неожиданности, я с перепуг ткнула в шкафоподобное чудо зажатой у меня в руке серебряной ложечкой и попыталась сбежать, но запуталась в шуршащих тканях юбок и плюхнулась на пол. Гуннар железной рукой подхватил меня за шкирку и поставил на ноги, затем, оглядев бурно пищаще-оруще-вопящую картину обеда, громко рявкнул:
- Тишина!
Наступило долгое молчание… потом молчание покороче, и наконец Ранел, неожиданно нахохлившись, резко выдал:
- Отпусти мою эреа, ты…
-Молчать!
- Девочки, не ссорьтесь… - попыталась начать Дейдри.
- Они не девочки вроде, - со вздохом выдал Дональд, аккуратненько прячась за Тома.
- На мальчиков тоже не смахивают, - решилась пикнуть я, тут же заработав неодобрительно-осуждающий взгляд Гуннара, - да молчу я, молчу…
- Я сказал, отпусти, - Ранел сделал шаг вперед и чуть тронул камзол, где лично я только сейчас заметила торчащую рукоятку револьвера.
Гуннар ухмыльнулся, но меня выпустил, я обиженно запыхтела и от полноты чувств наступила охраннику баронессы на ногу. Неожиданно Гуннар до дикости напомнил Ранела, выпучив глаза и издав странный звук.
- Больно? – злорадно поинтересовалась я и, узрев бешеный взгляд Свенссена, поспешно добавила: - сочувствую…
- Гуннар! – Дейдри вдруг ожила и грозно взглянула на охранника. – Что вы себе позволяете?!
- Данная эреа, - Гуннар с поклоном баронессе кивнул в мою сторону, - является причиной нежелательных ситуаций, угрожающих здоровью и жизни окружающих ее людей, включая и вас, эреа…
- А вы зато шкаф говорящий, - обиделась я и, схватив попавшуюся под руку булочку, запихнула ее себе в рот и отвернулась.
Ранел сделал шаг и, напомнив своего коллегу, оказался возле меня, хотя до этого бежал бы дня три.
- Моя эреа, вы не думаете ли…
- А я думать не умею, - хмыкнула я, возмущенно подхватывая юбки, - и вообще я ваш общий персональный глюк, а не причина чего-то-там…
- Демори, прекрати, - Дейдри повернулась к Гуннару, - а вы…
- Закатные твари… - выдохнул тот, когда я с размаху подпрыгнула на его ноге.
- Ой, извините, я думала это пуфик, хотела переступить, - выдав милую улыбку, я «нечаянно» попыталась пнуть Свенссена (имя мне казалось на удивление знакомым) и угодила носком так и не переодетого сапога, менять которые на туфельки я отказалась, по коленке бедному Дональду, тихо собравшему осколки от разбитой посуды и собиравшегося отступить под защиту кухни.
Не ожидавший такой подлости от пылающей праведным гневом графини, юноша попятился и нечаянно толкнул Джейн, задумчиво рассматривавшую какую-то поврежденную Ранелом (надеюсь..) рюшку. Девушка с возмущением дала мальчугану подзатыльник, но тут Дейдри, наконец, не выдержала и сделала шаг вперед.
- Демори…
- И вообще я умирающая трепетная лань, ну и что, что с грацией бегемота! – попыталась заранее отмазаться я и, оглядев размеры разрушений, обреченно вздохнула. – Дейдри, извини, я нечаянно, ты же знаешь… ну человек-катастрофа зато… зато меня редко забывают, и живется весело, вот, - я вымучила улыбку и снова виновато засмущалась, - к тому же я за все заплачу… Ранел!
- Моя эреа? – капитан не отрывал глаз от Гуннара, тот в свою очередь не уступал.

Дейдри
День третий
Finita la Comedia
- Демори… - сказала я и заткнулась, не зная чем бы утешить мини-терминатора, как смущённая подруга выдала целую оправдательную речь на одном дыхании (явно человек не курил никогда)
-- И вообще я умирающая трепетная лань, ну и что, что с грацией бегемота! Дейдри, извини, я нечаянно, ты же знаешь… ну человек-катастрофа зато… зато меня редко забывают, и живется весело, вот, - я вымучила улыбку и снова виновато засмущалась, - к тому же я за все заплачу… Ранел!
- Моя эреа? – «только и мог сказать сынок» в смысле – Ранел.
К сожалению или к счастью, но тут я вновь почувствовала себя преподавателем не в меру расшалившегося первого курса: «Так, тишина в студии» - низким, на грани инфразвука голосом выдала я, естественно, уперев руки в боки (после этого в аудитории обычно воцаряется гробовая тишина).
- Гуннар, оставьте эрэа Ревий в покое – ух, ты! Сработало. Товарищ Свенссен изящно поклонился и отошёл к стене.
- Капитан Ранел
- Да, эрэа
- Во избежание дальнейших жертв и разрушений, берёте свою госпожу на руки и несёте следом за мной. Ясно?
- Слушаюсь, эрэа – оторопевший Ранел, в полном коматозе, подхватил не менее оторопевшую Демори (почему оторопевшую – признаков сопротивления графиня не подавала, только и всего).
- Томас, Джейн, Дональд ваша задача – ликвидировать последствия. Я понятно выражаюсь?
- Да, эрэа, - сказал Том, Джейн и Дональд молча кивнули – на их лицах просто-таки огромными буквами было написано колоссальное облегчение.
- Гуннар, Вы следуете за мной. Всё понятно? Тогда вперед!
Такой вот пёстрой компанией мы двинулись к будуару (надо же было вернуть Демори костюм). На пороге оного помещения я попросила Ранела поставить подругу на землю и жестом попросила мужчин удалиться.
-Ну. ты, мать, даёшь – только и смогла произнести я – и как ты только выживать умудряешься?
- Вот так и живем, - грустно вздохнула подруга
- Главное все живы остались, уже в гору!
- Ты зачем заставила Ранела меня сюда тащить, а? – глаза дамы из клана Ветра метали молнии не хуже фульги
- Так, «не суетись под тесаком» и слушай сюда – у меня примета есть – и согласно ей тебя могли поджидать худшие неприятности, не исключено – тут я скорчила зверскую физиономию – с человеческими жертвами, поэтому я сочла нужным предохраниться.
- А что за примета?
- Считай что это моя военная тайна. Давай, скидавай это великолепие, облачайся в свой костюмчик и пошли в библиотеку, я там позавчера книжицу интересную нашла, а сюда тащить – тяжеловато.
- Ладно, домомучительница – улыбнулась Демори – помоги только. Как оказалось, ничего особо сложного в снятии платья не наблюдается – шнуровку – распускаем, крючки - расстёгиваем.
- Ну вот и всё, солнц – ты дома потренируйся всё-таки, а то Рокэ Первому и жить-то после твоего визита негде будет
- А он-то тут при чём? – удивлению графини Ревий не было предела.
- Как это причём? Вот рухнет на него корона, а дворца-то и нету – графиня Ревий постараться изволили – не сдержавшись, расхохоталась я.
- Юмористка – отсмеявшись, сказала Демори, стирая слёзы – пошли, а то темнеет уже, скоро моё сокровище домой заторопится, он говорит, тут комендантский час есть
- Есть, - согласилась я - мне тоже сказали. Ладно, пока пособлюдаем, а там – видно будет.
В кои-то веки мы тихо (!) просочились в библиотеку. Я зажгла свечу, ухватила присмиревшую Демори за руку и потащила, стоявшему у окна столу, на котором лежала книга, рядом с которой блёкнут самые тяжелые издания - формат А2, толщина – сантиметров тридцать.
- И ты это читала? – удивленно спросила подруга.
- Угу, она на столе лежала, когда я первый раз сюда припёрлась – и я подумала, что, ох, не зря она здесь загорает, да ещё и раскрыта глянь где – Демори склонилась над пергаментной страницей – видишь?
- Мама дорогая, так это мы значит... – побледневшая Демори без сил рухнула в кресло (к счастью ничего не зацепив)
- Именно «кровь от крови и плоть и от плоти», аварийный запас на случай конца света, - хмыкнула я. Сейчас я уже успела свыкнуться с мыслью о том, мы четверо – спрятанная кровь Абвениев, которая на Изломе понадобилась Кэртиане. А в первый раз у меня реакция была куда более эмоциональная (оччень непечатная)
- Стой, здесь же кровь только у мужчин кровь роль играет – с некоторой надеждой произнесла Демори, барабаня пальцами по подлокотнику.
- Вот потому и спрятали в женщинах, чтобы враги не догадались – военная хитрость – пришлось разочаровать подругу, а что делать? Чем быстрее проведена ампутация, тем больше шансов на спасение – да ладно, не переживай, прорвёмся, будет и на нашей улице праздник!
- Удивляюсь я твоему оптимизму – скептически изрекла графиня
- Уныние – смертных грех, и в Талиге в том числе.
- Тебе весело – Демори вздохнула – а мне-то что делать? Тут, элементарно, с платьями проблем куча, не говоря уже обо всём остальном.
- Терпение и труд всё перетрут – (глубок кладезь народной мудрости и неисчерпаем) – у тебя ещё сутки есть. Ты чего студенткой никогда не была? Устрой себе дома тренинг, опять же с камеристками проконсультируйся, а во дворец пажика прихвати – пусть шлейф несёт, а Ранел держит покрепче за руку, (главное, не вырывайся), глядишь всё и получится.
Вскоре за подругой заявился Ранел, сообщив, что время позднее и Демори, ещё раз вздохнув понуро поплелась следом за своим капитаном.
- Солнц, ну, ты не раскисай, давай, - сказала я, чтобы хоть немного одобрить приунывшую графиню – всё у тебя получится!
- Дейдри, знаешь, мне так уезжать не хочется, но я так устала – эрэа Ревий с трудом подавила зевоту – сейчас до дому доберусь, и спать завалюсь
- Счастливо тебе – я обняла подругу – Ранел, берегите Вашу эрэа, хорошо?
- Конечно, же, госпожа баронесса, - Ранел изящно поклонился, взял Демори за руку и повёл к выходу.
Проводив гостей, я решила, что не грех и мне помыться и баиньки. С помощью Джейн весь процесс разоблачения и умывания не занял особо много времени и вскоре, пожелав моей дорогой девочке спокойной ночи, я взгромоздилась на кровать и задремала.

Дейдри.
Ночь трудного дня
Сколько прошло времени, не знаю, но проснулась я от звона разбивающегося стекла и последовавшего за ним истошного женского крика. По своей дурацкой привычке я рванула на звук с места в карьер. Пролетев по коридору и лестнице, я оказалась на первом этаже, где и поняла, что крик доносился из левого крыла. Добежав почти до конца коридора,  я остановилась у распахнутой двери – как выяснилось впоследствие – комнаты Джейн – и застала картинку из фильма ужасов: У расколоченного вдребезги окна на полу сидит плачущая девушка и прижимает к груди что-то буро-красное.
- Джейн, что случилось? – глупо, а придумайте что-нибудь умнее. Джейн замолчала и протянула мне то, что держала в руках. Хорошо, что я не боюсь крови (первые пятнадцать минут), а то неизвестно чем бы всё закончилось
- Вот смотрите, что с котёнком сделали, гады, – девушка всхлипнула. Я осмотрела доверенную мне животинку. Живой, хотя и слегка поцарапанный котёнок от пережитого шока не сопротивлялся осмотру.
- Джейн, деточка, тащи воду, бинты и касеру – будем подкидыша спасать. Да, кстати, захвати веник и совок – иначе точно порежемся, давай вперед! Джейн унеслась. Я тем временем сдернула покрывало с кровати и положила страдальца на простынь., Нашла штук шесть маленьких, вытащила. Бесцеремонно заглянув в тумбочку у кровати, я обнаружила ножницы и стала выстригать шерсть вокруг порезов, вытащила штук шесть мелких осколков, и хвала Абвениям, серьёзных повреждений вроде бы нет. Вернулась Джейн с прихваченным где-то по пути Дональдом. Джейн взялась подметать, а Дональд – помогать мне с обработкой ран маленького зверька. Киска, это оказалась девочка, вела себя более чем выдержано – не вырывалась, не царапалась, и лишь, когда я обрабатывала края ран касерой, тихо и жалобно мяукала, а когда я взяла её на руки сразу же уснула. Лишь теперь я почувствовала, как выстыла комната. Хорошо, здесь нет центрального отопления, так что полная заморозка дома не угрожает.
- Дональд, будь другом, разыщи мужчин с молотком и гвоздями – пусть забьют окно одеялом и поплотнее, комнату закрыть до утра, утром нужно будет сходить к стекольщику, Джейн, рядом с моей есть гостевая спальня – бери, что тебе нужно и перебирайся туда.
- А котёнок? – рискнула спросить Джейн
- Он будет со мной – не переживай, как у вас говорят «в дверь кошка, нечисть - в окошко» - будем считать, что нам повезло.
- В Алате, эрэа, - поправила меня Джейн – у меня бабушка оттуда...
Я уже собралась спокойно покинуть поле боя, однако не преуспела, поскольку случилось сразу несколько событий. Во-первых, в дверях возник  Гуннар, во-вторых маленький мерзкий осколок вонзился мне в босую ногу  и как-то неудачно, что под ступнёй очень быстро образовалась липкая лужица.
- Эрэа, Вы, в таком виде? Что с Вами – брови охранителя подпрыгнули почти на всю высоту лба.
- Гуннар, всё нормально, не переживай – какая тут к кошкам субординация, больно же! Бинты и касера ещё остались, я сейчас животную положу и перевяжу.
- Ну уж нет – решительно сказал мой капитан, сгрёб в охапку и меня и кошку и поволок в сторону спальни –  эрэа, я вас сам перевяжу, я умею. Сопротивляться не хотелось (нечасто меня на руках носят всё-таки) и я сдалась на милость г-на Свенссена

Демори.
Вечер и ночь все некончающегося безумия…
Приехав в свой особняк без всяких приключений (Ранел заблудился всего три раза, потом нас остановили двое стражников грубо  вопрошавшие, почему так поздно разъезжаем в неспокойные времена, Ранел кинул им несколько монет, а под конец, уже во дворе собственного особняка я свалилась с Тиро, когда тот, злобно оскалившись на конюха, неожиданно для меня встал на дыбы), я тут же отправилась на кухню.
Повар встретил меня с радостной улыбкой и тут же выставил на стол ароматные, еще теплые булочки с корицей.
- Наконец вы хоть стали есть, а то вечно голодные бегали, - он со вздохом пододвинул ко мне блюдо, - только бы в гостиной вы отужинали, не полагается вам, эреа…
- Моя эреа! – с диким воплем на кухню ворвался Ранел. Я быстренько сползла под длинный стол и прикрылась разделочной доской, кстати попавшейся под руку.
- Че бегаешь тут? – хмуро поинтересовался у моего капитана повар.
- Так мою эреа ищу, - смутился тот и уселся на тот самый стул, на коем я уже собиралась блаженствовать в обществе булочек.
- Твоя эреа здесь, - буркнул повар и, наклонившись (предатель!), задумчиво осмотрел мои выпученные глаза, - хотя может и нет… может в кабинете…
- Смотрел, там нет, - Ранел схватил мою (!) булочку и запихнул в рот, - а чего ты под стол смотришь?
Я замотала головой, показывая, что только Ранела мне под столом и не хватало.
- Моя кухня – чего хочу, то и делаю, - мрачно изрек повар, ловким движением подавая мне под стол булочку.
- Она надкушенная! – не удержалась я и попыталась встать на ноги. Стукнувшись головой о столешницу, я выползла на свет и узрела перед собой похрюкивавшего от возмущения Ранела.
- Моя эреа! Что вы там делали?!
- Э-э-э… я?.. я… я там тараканов ловила… деликатес, знаешь ли…
- У меня нет тараканов, эреа! – Негодованию повара не было предела.
- Вот, я поэтому и смотрела – а ну как появятся? – Я аккуратно встала и отступила к двери.
- Моя эреа, но зачем вам тараканы?  - Ранел удивленно отложил еще одну надкушенную булочку.
- Чтоб ты булочки не надкусывал, - обиженно проворчала я, делая еще один шаг к спасительной двери.
- Я не ем тараканов…
- Их у меня нет!
- Ну я пошла, - поспешила возвестить я и ринулась вон из кухни.
- Моя эреа!.. – донесся за закрытыми дверями голос капитана.
Взлетев на второй этаж, я нечаянно попала в лапы злобных камеристок, ту же потащивших меня в гардеробную. Переодевшись в «ночное», по их мнению, платье, я оправила рюшки и аккуратно выглянула за дверь.
- Эреа, поздно уже, вам необходимо выспаться иначе ваш цвет лица…
- Он там? – шепотом перебила я.
- Кто? – молоденькая девушка, с трудом запихивающая вывалившееся платье в шкаф, удивленно оглянулась.
- Дай помогу, - я кинулась ей на помощь и, мастерски свернув кучу бантиков и кружавчиков в огромный ком, ногой отправила его в темные дебри шкафа, тут же захлопнув дверь и повернув торчащий из нее ключ.
- Но так нельзя! – камеристка смотрела на меня, как на богохульницу и я стыдливо отошла от шкафа.
- А капитанишко-то стоит, - задумчиво пробормотала старшая из моих мучительниц.
- Стоит? Черт… – я почесала нос и с интересом посмотрела на окна.
- Вы не хотите видеть Ранела? – догадалась молоденькая дурочка, пытавшаяся вновь запихнуть платье из уже открытого шкафа.
- Нет, я не хочу его слышать, – честно призналась я и снова взглянула на окно.
- Даже не думайте, эреа! – старшая камеристка загородила мне обзор окна, уперев руки в необъятные бока.
- Конечно, – смиренно кивнула я и пошла к дверям, за которыми маячила надоевшая тень Ранела. Хотелось подумать над тем, что я сегодня узнала у Дейдри, а с воплями капитана это было трудновыполнимо.
Камеристки, зорко следящей толпой следовавшие за мной, буквально довели меня до выхода, когда я неожиданно ткнула пальцем куда-то в сторону:
- Птичка!
- Где? – хором вопросили мучительницы и повернули головы в указанном направлении.
Воспользовавшись их невниманием к моей скромной, но великой персоне, я быстренько добежала до окна и влезла на подоконник, распахивая створки. В лицо тут же ударил свежий ветер, и я смело шагнула на карниз.
- ЭРЕА!!!
Уцепившись за выступ на камне, я успела заметить, как на дружный вопль камеристок в гардеробную вбежал Ранел, но было поздно. Привычным движением оттолкнувшись от стены, я уцепилась за витую решетку соседнего окна и, перегнувшись вниз, поставила ногу на трехъярусный пояс, после чего присела, уцепилась руками за каменную завитушку и спрыгнула на карниз нижнего окна.
Приземлившись без особых последствий на землю, я возблагодарила все свои тренировки и, оправив ночное платье, вдохнула ледяной ветер. Ногам стало холодно, и я быстренько вернулась в дом под выпученные глаза выглянувших на шум конюхов и нервный тик обоих глаз Бейриса.
- А я тут гуляю, - засмущалась я под взглядом дергающегося дворецкого.
- Эреа, вы… почти… без одежды… - Бейрис икнул и прислонился к косяку. Конюхи тактично спрятались.
- Сиречь вот эта куча рюшек и кружавчиков не одежда?! – я дернула за особо гадкий синий бантик и помахала какой-то даме, выглянувшей вслед за дворецким.
- Чтой-то такое?! А ну отвернись, негодяй! – тут же набросилась она на Бейриса, узрев мой вид.
- Розалия, я ж не виноват… - отмахиваясь от злостно лупившей его дамы, дворецкий отступил в глубь коридора.
Воспользовавшись ситуацией, я протиснулась мимо непотребно бранящейся в адрес ни в чем не повинного Бейриса Розалии и кинулась на второй этаж, на лестнице налетев на своего капитана.
- Моя эреа! Что вы творите! – Ранел выпучил глаза и издал серию лучших за всю его историю хрюков.
- Гуляла я, - горестно завздыхала я, поняв, что от бедняги точно не отделаться.
- В чем вы? – Ранел неожиданно покраснел и отвернулся, - э-э-э… моя эреа, негоже в неглиже ходить…
- Кошмар, длинное платье, усыпанное бантиками и кружевами – это в неглиже… - узрев толпу бегущих с самыми нехорошими намерениями камеристок, я отпихнула капитана и кинулась обратно в гостиную.
- Моя эреа!
- Эреа!..
Свернув в какой-то коридорчик, я увидела узкую, почему-то витую лестницу и взобралась по ней до третьего этажа.
Попав в узкий коридор, я распахнула ближайшую ветхую дверь и буквально ввалилась в комнату.
Прислонившись лбом к створке, я чуть отдышалась и оглянулась.
В небольшой комнате не было ничего. Вообще.
Огромный слой пыли, лежавший на полу, свидетельствовал о том, что в комнату вот уже много лет никто не заходил, на деревянных стенах (хотя особняк мой вроде был каменным) виднелись следы зеленоватой плесени, а  прогнившее дерево на потолке сквозило темным небом, усыпанном незнакомыми созвездиями.
От гнили, видневшейся повсюду, исходил странный зеленоватый свет, отчего вся комната была освещена этим мертвенным свечением.
Я прислушалась: никаких звуков, хотя вся гнавшаяся за мной толпа моих личных надзирателей явно видела, куда я побежала, и хотя бы один вопль «эреа!» раздаться был должен.
Неожиданно дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился высокий мужчина с золотыми локонами, волной спадающими на плечи.
- Э-э-э… приветствую… - начала я, но мужчина не обратил на меня никакого внимания.
Молча отстегнув шпагу, он поставил ее в дальнем углу у особо мерзкого зеленого пятна плесени и повернулся ко мне.
- Прошу простить, что я так бестактно ворвалась к вам…
- Что дальше? – неожиданно спросил мужчина хриплым баритоном.
- Дальше?.. Ну… я наверное…
- Решать тебе, - раздался мелодичный голос за моей спиной, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности.
Оглянувшись, я непонимающе замерла. На пороге, окутанная каким-то странным бледным сиянием, стояла молодая женщина с огромными синими глазами.
- Они пришли, - златоволосый пожал плечами и облокотился на стену.
- Их позвал сам мир, - возразила синеглазая, откидывая за спину роскошные черные волосы.
- И, тем не менее, ты хочешь их забрать? – Пронзительный зеленый взгляд встретился с синим.
- Смотря, что они смогут узнать, - женщина прикрыла глаза цвета темного небосклона и устало провела рукой по мягкой ткани плаща, - Двое из них уже…
- Знаю, - перебил зеленоглазый красавец, задумчиво оглядывая комнату. Создавалось такое впечатление, что двое собеседников меня просто не замечают. Или – ДЕЙСТВИТЕЛЬНО не видят.
- А остальные?..
- Далеко, но одна уже направляется в Кабитэ… в Олларию. Вернее теперь -  в Раканию, - мужчина усмехнулся и пристально взглянул на синеглазую, - но доедет ли она?
- Четверо, только Четверо отправятся со мной, – качнула гривой цвета вороньего пера женщина и, отвернувшись, захлопнула за собой дверь.
- Ветер расскажет… - задумчиво проговорил в пустоту златоволосый, - да, друг? Расскажешь ведь… не ему - ей…
- Да… рассказал, - прошептала я, прислушиваясь к усилившемуся свисту ветра.
Златоволосый резко вскинул голову, будто услышав посторонний звук на грани сознания и, оставив шпагу стоять в углу, быстрым шагом вышел из комнаты. На пороге он чуть помедлил, обернулся и обвел изумрудным взглядом комнату, после чего качнул головой, и вышел, закрыв дверь.
Постояв еще несколько мгновений, я медленно закрыла глаза и вновь открыла их. Передо мной была каменная кладка и кусочек бархатной синей шторы моего кабинета.
- Моя эреа! Эреа! – послышались где-то на первом этаже крики Ранела и камеристок.
- Кошки, где ж эреа-то?! – раздался за дверью голос младшего конюха.
- Говорять, шагнула при всех в камин и того, исчезла, - голос Розалии был хорошо узнаваем.
- В огонь?!
- Не, он того, потушен был, ага…
Дверь в кабинет открылась и на пороге показалась взлохмаченная голова конюха.
- Эреа?!
- Она самая, - со вздохом кивнула я и села в мягкое кресло, - Розалия, сейчас же позови ко мне Ранела и Бейриса.

Демори.
Осознание случившегося…
Сидя в своем кабинете под шуршание страниц гальтарских книг в руках у Ранела, я устало смотрела на два лежащих передо мной наброска.
После того, как Бейрис отменно справился со своей задачей и утихомирил суеверных слуг, у которых никак не укладывалось мое исчезновение в, к счастью, не горевшем камине, Ранел подробно выслушал мой рассказ под спящую тишину особняка, после чего мы с капитаном заключили, что бывшая графиня Ревий недаром хотела изучить те самые тексты до того, как ее место в Кэртиане заняла я.
Первым делом приказав Ранелу принести мне хоть какие-нибудь краски и получив нетронутую кистью акварель в серебристой шкатулке, я  набросала на листах бумаги двух виденных мною в пустой комнате человека. Как оказалось (чего и следовало ожидать) таковой комнаты в моем особняке не наблюдалось, а на третьем этаже были лишь огромная библиотека и комната ключника.
Вся проблема заключалась лишь в том, что придавать портретное сходство женщинам, да еще и по памяти, у меня толком не получалось никогда, и если зеленоглазый получился почти копией, то вот с черноволосой дамой возникли некие трудности. Под конец, наметив базовые тона, я осталась набросками не слишком довольна, но решила, что Дейдри, к которой я собиралась нагрянуть с рассветом, поймет все и так.
Теперь же осталось лишь выяснить, что за тексты лежали на столе у той графини, чьим именем теперь называют меня.
- Нашел! – Ранел вскочил с кресла и подлетел к моему столу, - вот! Здесь, пятый абзац… Что это?.. – капитан потер руку в зеленовато-изумрудной краске, подозрительно смотря на оторванный кусочек бумаги, используемой мной вместо палитры.
- Не отвлекайся… так… где? Так…
- Вот… почти совпадает…
Перевернув книгу и взглянув на обложку, я прочла золотистые, почти стершиеся буквы: « Лет… ись мо… в… емена Эрна… того пр… не»
- Особенно хорошо «пр…не», - невесело усмехнулась я, вновь открывая книгу на заложенной странице.
- Да, но… там текст почти совпадает, ниже – другая глава, вот только…
- Три лишних предложения здесь, в седьмой строке, - изучив непонятные письмена и сверив их с выцветшим текстом в книге, я указала на непонятные знаки, - теперь осталось все перевести…
- Где-то был словарь гальтарской письменности, но… он старый, я попробую его найти, моя эреа, - Ранел выпрямился и быстро пошел к двери.
- Стой! – Я поднялась и тронула уже высохшие наброски, - я с тобой, нужно еще найти про синеглазую и…
- Леворукого, – подсказал капитан.
- Да, я думала об этом, а черноволосая женщина с синими глазами была написана еще в усыпальнице Рамиро…
- Ее разрушили, но… откуда вы это знаете, моя эреа?
- Неважно, главное, что на одной из картин… так, ладно, осталось обо всем оповестить Дейдри. Вместе мы что-нибудь обязательно придумаем, - решила я и вышла вслед за Ранелом.
- Моя эреа, аккуратней, в такой… одежде вас могут… заставить переодеться, - капитан моей личной охраны (кою я еще ни разу не видела) остановился посреди коридора и обозрел мой пестрый для Кэртианы видок.
Еще после разговора с Бейрисом и Ранелом, я отобрала у ключника требуемую железку от гардеробной и теперь щеголяла в кожаных штанах, попавшихся под руку в шкафу, и собственной, заляпанной маслом всех цветов футболке.
- Интересно, а какую музыку здесь слушают? И слушают ли вообще? – задумчиво оттянув ткань и оглядев алую надпись «Ария», я взглянула на чуть подвыпученные глаза Ранела.
- Эреа, музыка… на балах бывает, на свадьбах, при похоронах, при приемах иногда…
- Ясно, -  кивнула я и с сожалением констатировала: - значит местных бардов не услышать…
- Ну, они поют, моя эреа, в грязных трактирах и тавернах всяких, чтобы заработать там, но… нам сюда, - Ранел свернул на лестницу и повел меня на третий этаж, - но сейчас такое время, что особо никто не поет, раньше-то – баллады о первом Олларе были, о всяких легендах и драконе… а придумывать новые о та-Ракановском Звере никто не хочет…
- Но, наверное, есть где-то этакие смелые барды, упорно воющие о несправедливости Ракана? – я зашла вслед за Ранелом в огромное помещение с полками до потолка, под завязку набитыми книгами, свитками и просто сшитыми пергаментами.
- Бывает, но это редко… тем более, не пристало вам, моя эреа, по всяким злачным притонам ошиваться! – Ранел нерешительно остановился. – Теперь нужно найти гальтарский раздел…
- Ух, какая я молодец была, все по разделам, а не просто книги пихала, - порадовалась я за сообразительность бывшей графини.
После получаса изысканий, я натолкнулась на нужную нам литературу, и мы с капитаном под звенящую ночную тишину засели за интересующие нас книги.
…Перед самым рассветом, оглядев всю нашу работу за пять ночных часов, я провела ладонями по глазам и вышла в коридор, оставив капитана расставлять толстенные фолианты.
Открыв к счастью незарешеченное окно, я вдохнула свежий после библиотечной затхлости воздух и подставила лицо порывистому предрассветному ветру. В сизой, туманной дымке еще утопал весь город, но серебряная полоска на горизонте уже зажигалась солнечным восходом.
- Спасибо, друг, -  прояснивший голову ветер трепал распущенные волосы, - теперь мы точно знаем хоть что-то…
Действительно ли это было или просто измученный невыспавшийся мозг сыграл со мной злую шутку, но в свисте холодного, успокаивающего ветра мне послышались слова:
- Знание может стать опасным…

Дейдри.
Очень раннее утро четвёртого дня.
Моя «рана» оказалась несерьёзной, и, соответственно, возня с ней не потребовала много времени. Кошка тоже не причиняла беспокойства – просто дрыхла на моей подушке. Можно было отпустить Гуннара, и, не мудрствуя лукаво, завалиться спать. Однако, после всех передряг сегодняшнего дня, спать не хотелось совершенно.
- Гуннар, если хотите, можете идти спать, – не мучить же человека, если бессонница – а если нет…
- Эрэа, я останусь, - неожиданно твёрдо сказал мой охранитель, и «Штирлиц насторожился» – нам есть, о чём поговорить
- Опаньки, «всё страньше и страньше» - пробормотала я – чудненько, тогда раздобудь вина и закуски, ибо нет ничего гаже ночных бесед «на сухую»
- Хорошо.
Мой габаритный удалился. Я рухнула на кровать, на которой до этого сидела, и занялась размышлениями (или, как говорит одна моя подруга «гонками тараканов по голове туда-сюда, туда-сюда»). Если учесть, что баронесса Каннигем вела, гм, уединённый образ жизни, то врагов, равно как и  друзей у неё в Кабитэле – Олларии – Ракане должно быть минимум. Однако «приколы нашего городка» имели место быть. И браслет, и говорящие камни, и детишки с веточками, и, наконец – эта бедолага-киска, которую кому-то не лень было швырять в окно. И к чему бы это?
Если мы четверо – спрятанная кровь Абвениев, понятно, почему нас выдернули в это время – Излом Эпох на дворе, и ситуёвина здесь, что называется «не ага», непонятно  - зачем. Вряд ли в плане тех, кто нас "позвал", были незатейливые матримонии с целью рождения законных наследников, потому как Дикуша мне, гм, практически в сыновья годится (а то я бы повеселилась). Значит, что-то ещё. И ещё вопрос, кто, когда и зачем прятал кровь Абвениев на Земле? Может Демори права и Одинокий имеет к этому касательство? Сплошные загадки… И где Дольфи и Дрэки? Куда их выкинуло, почему не дают о себе знать? Понятно, что с почтой тут проблематично, но всё-таки…
Не знаю, сколько времени я так провалялась, но раздался стук в дверь, (стучали, похоже, ногой) пришлось слезть с кровати и идти открывать. Это был Гуннар, а ногой он стучал потому, что руки у него были заняты: левой он прижимал к себе большую миску (ну, не знаю я, как ещё эту ёмкость назвать) с чем-то, а в правой – держал две бутылки вина.
- Похоже, охота была удачной, - не удержалась я от шпильки, помогая охранителю разгрузиться
- Ещё бы, эрэа – ухмыльнулся господин Свенссен – да, кстати – мне сказали, что бокалы должны быть здесь, – и Гуннар указал на стоявший у противоположной от кровати стены трельяж – в верхнем ящике.
«Интересно кто это такой предусмотрительный?» - подумала я, открывая означенный ящик. И точно – на белом атласе лежали два хрустальных бокала на длинных ножках.
- Чудесно – провозгласила ваша покорная слуга, водрузив на стол свою добычу на низенький столик, и устраиваясь на стоящем рядом диванчике. Мой охранитель спокойно вскрыл первую из бутылок, разлил по бокалам золотистую жидкость, и неожиданно улыбнулся:
- Прошу Вас – я взяла бокал. Мы чокнулись и выпили.
- Так о чём Вы хотели со мной поговорить? – сказала я, откидываясь на спинку дивана и складывая руки на груди. В ответ Гуннар глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду, и резко, на выдохе выдал
- Я знаю, кто Вы.
- Подумаешь, тайна – я, в кои-то веки, позволила себе дёрнуть плечиком – я тоже это знаю.
- Эрэа, я знаю, что вы из другого мира и Вы, и эрэа Ревий – мне ничего не оставалось, кроме как спешно ловить нижнюю челюсть. Похоже, нас здесь, в самом деле, ждали. Ещё чуток, и с нами собаки на улицах здороваться начнут. Хотелось выругаться - многоэтажно, с "картинками". Но «положение обязывает», и я не нашла ничего лучше, кроме как спросить: «Ракану доносить побежишь?» - какие, к кошкам, церемонии.
- Как Вы могли подумать! – ого, а этот товарищ оказывается вполне способен «выйти из себя» - я здесь, чтобы защитить вас от…
От кого собирался меня защищать Шкаф (как его обозвала Демори), в тот раз мне так и не удалось узнать. Дверь спальни распахнулась, впустив Джейн
- Эрэа, к Вам графиня Ревий примчались, наверное, что-то случилось!
Накинув что-то, валявшееся на пуфике у кровати, и сунув ноги в туфли, я ломанулась вниз. Сердце бешено и тревожно колотилось -  если Демори примчалась ко мне в такую рань, значит, случилось что-то экстраординарное.
Слетая вниз по лестнице, я заметила взъерошенную Демори в сопровождении не менее встрёпанного Ранела.
- Демори, что стрялось?

Демори.
После рассвета…
Ввалившись в особняк баронессы Каннигем, я, насмерть перепугав сонного Тома, первым делом подтащила к себе выглянувшего из за косяка Дональда:
- Дейдри… нужно… поговорить…
- Эреа, баронесса спит… - юноша забеспокоился, узрев, как я грозно начинаю выпучивать глаза: - Но будить в такую рань…
- Это не тактично, но зато полезно для здоровья! – я попыталась уцепится за плечо Дональда. Но тот перепугано ломанулся прочь.
- Д-для ч-чьего здоровья? – Том подозрительно закосил глазом и уставился на приплясывавшего от нетерпения и изредка похрюкивающего Ранела.
- Догадайтесь… - я попыталась улыбнуться, чтобы смягчить свою угрозу.
Том попятился. Я улыбнулась еще шире.
Том икнул и огляделся по сторонам.
- Моя эреа! – воззвал ко мне трагичным шепотом капитан.
- Что тебе? – Я почесала нос и задумчиво посмотрела на дворецкого Дейдри. Тот снова отступил.
- Что вы делаете?.. – Ранел непонимающе-наивно распахнул глаза, продолжая подпрыгивать на месте.
- Думаю, - честно призналась я, - иногда умею…
- Думать? – Ранел хрюкнул и тоже посмотрел на Тома. Бедняга дернул глазом и попытался вежливо откланяться.
- Извините, баронесса встанет через…
- А ты сомневаешься?! – я резко развернулась к капитану.
- В чем?.. – Ранел удивленно икнул и выпучил глаза.
- В том!
- А-а-а… только все равно не понятно, моя эреа…
- Да куда ж тебе…
- А куда?
- Ранел!
- Я!
- А я думала это Том!
- Я тут не при чем… - тут же отмазался дворецкий Дейдри, пытаясь расползтись по косяку.
- Где – тут? – Ранел взглянул огромными глазищами на Тома и на всякий случай снова хрюкнул.
- Там… - в полуобморочном состоянии Том пытался нащупать ручку двери, ведущую в коридор.
- Куда?! – я грозно надвинулась на беднягу. – Дейдри мне! Баронессу! Срочно! Она мне простит... я знаю…
- Моя эреа?
- Молчать!
- Так точно, моя эреа…
- Ранел, я тебя убью…
- За что?!
- За все хорошее!
- За это не убивают… - Ранел обиженно шмыгнул носом и насупился.
- За это сжигают на костре, - буркнула я, вновь поворачиваясь к Тому.
- Я… сейчас… вы… здесь… да… - нащупав ручку, дворецкий пулей вылетел из гостиной.
- Руки! С головами! – Ранел тыкнул куда-то пальцем.
- Передай им от меня… - начала я.
Тут на лестнице появилась заспанная Дейдри, кутавшаяся в накидку.
- Демори, что стряслось?
- Я узнала!.. Я такое видела!.. А потом ветер!.. Точно говорю!.. Представляешь?!
- Успокойся и давай заново, - Дейдри вздохнула и обозрела мои по забывчивости нерасчесанные длинные волосы.
- Но там правда такое! – Ранел поклонился баронессе и, распрямившись, тут же начал наматывать круги вокруг нас с Дейдри, вопя: - А потом Леворукий!!! А это знаете кто?! Вот!!! А потом ветер!!! Точно ветер!..
- Так вот, - я отобрала у пробегавшего мимо Ранела листки с моими эскизами, кои капитан умудрился достать, слезая с лошади, - вот, смотри…
Дейдри внимательно взглянула на акварель:
- Правда на Леворукого похож… только глазик косит.. правый…
- Он просто всевидящий, - обиделась я за зеленоглазого блондина на листке.
- А это кто? – Дейдри взяла эскиз с женщиной, взглянула на него и решительно повернулась к лестнице. – Пошли-ка в кабинет сядем, поговорим по-человечески…
- А потом в камине! Представляете, эреа?! Моя эреа – и в камине! А там огня нет! А то Молнии… Но там ветер!.. – продолжал самозабвенно вопить офанатевший на почве стихий Ранел.
- Может?.. – Дейдри кивнула на капитана.
- Пусть побегает, ему полезно, - отмахнулась я и направилась вслед за подругой.

Дейдри
«На то оно и утро»
- Пусть побегает, ему полезно, - графиня Ревий небрежно махнула рукой, и мы дружно двинули в сторону лестницы.
-Джейн, дорогая – распорядись насчёт завтрака
-Хорошо, эрэа. А куда подать?
- В кабинет.
-Будет сделано.
В полном молчании мы вошли в кабинет. И тут меня прорвало. Помянув некое радиоактивное хлебобулочное, я плюхнулась в кресло: «Нет, ну, это ж надо Одинокий и Оставленная!»
- Ага, всё так и было – подтвердила моя гостья, уютно устраиваясь на диване.
- Получается, что ничего ещё не решено, так ведь? – сказала я и поднялась с кресла (кстати, больше всего я люблю размышлять на ходу).
-Похоже на то – сказала Демори, отпив шадди и закусив его булочкой – понимаешь, они сказали, что Кэртиана сама нас позвала.
-Значит, Абсолют-таки есть! А Одинокий – с ним как-то связан, надо думать. А вот вопрос, кто письма приносил так и остаётся открытым– я пошла на очередной круг от стены с камином до стены с книгами – только знаешь какая нестыковка?
Пани Ревий вопросительно приподняла бровь.
- Знаешь сколько бабок надо на всё это великолепие? – описала я широкий полукруг.
- Много, - сказала Демори, возведя очи горе.
-Вот то-то. Плюс легенды, титулы, слуги, лошади. Конечно, теоретически, магия может всё, но… Думаю, что в одиночку сделать это затруднительно, значит завязаны и местные жители, логично?
- Вполне – кивнула подруга, принимаясь за салатик
- Угу, теперь главное, чтобы наша логика шизофренической не оказалась – невесело хмыкнула я – одно утешает, кажется, крыски тут не при чём
- Похоже – Демори, наконец, не выдержала – слушай, сядь а! А то у меня от твоего мельтешения мысли разбегаются.
-Ладушки – устало опустившись в кресло, я взяла со столика у дивана чашку с шадди и сухарик – мне только одна вещь не понравилась
- Какая?
- Синеглазая нас куда-то прихватить собирается. Не знаю как ты, а я ещё жить хочу. Она же Сестра Смерти…
- Слушай, сонц, ну, это ж только предположения. А то как-то не по себе становится
- Хорошо бы, чтобы они таковыми и остались. Погоди, – что поделать, я всегда мыслю несколько сумбурно – с тобой Ветер говорил?
- Угу, предупреждал
- А я вот камни слышала, когда по городу шарахалась
- И чего тебе сказали?
- Мы тебя ждали, мы тебя дождались, - как могла, попыталась изобразить низкий шёпот – и мне так страшно стало…
- Однако… Что поделаешь, тебе самая грозная Сила досталась. Мне проще несколько
- А то! – я улыбнулась – знаешь, я тут опасаюсь с некоторых пор рассердиться, а, ну, как землетрясение случится.
- А пробовала?
- Не, «я не враг своему здоровью, культурно отдыхать умею». Да, кстати, у меня ночка тоже весёлая выдалась, видишь? – я продемонстрировала забинтованную ступню – мне котёнка в дом подкинули. С особой жестокостью.
- Это как? – в чёрных глазах графини промелькнуло недоумение
- Представляешь, швырнули в стекло комнаты, где Джейн живёт
- Вот нелюди! И что котёнок?
- Живёхонек, сейчас спит на моей подушке, потом покажу
- А бинт откуда? – Демори махнула рукой в сторону моей ноги
- Порезалась, когда кошатину спасала – я набрала в грудь побольше воздуха – Демори, Гуннар знает, откуда мы.
Хорошо, что подруга в этот момент сделала паузу в завтраке, иначе последствия могли бы быть более чем плачевными.
- Что??? – Демори всем корпусом дернулась в мою сторону – откуда?
- Чего слышала, - невольно грубовато ответила я – откуда – не знаю, не успела спросить
- Может, стоит его сюда позвать и расспросить с пристрастием? – графиня решительно потянулась к шнурку
- Мать, ты помнишь, сколько времени? Давай дадим Шкафчику выспаться, а потом и поговорим, идёт?
- Поговорим – пальцы художницы пробарабанили что-то из Кипелова – а сейчас-то чего делать будем?
- Может, спать завалимся? - заранее зная ответ, робко предположила я
- Не, я не усну – и действительно, емкость для шадди (я бы сказала «кофейник») объёмом приблизительно в пол-литра была пуста – давай ещё подумаем…
- Ладно, чего с тобой сделаешь – я снова улыбнулась -  слушай, а тебя не посещала часом мысль, что нам придётся за Повелителей замуж выходить – я сплюнула три раза через левое плечо и постучала по резной столешнице.
- Ага, боисся – подруга расхохоталась – представляю себе поросячью рожицу – мечтательно промурлыкала катастрофичная наша
- Угу, а я ещё у повара сковородку потяжелее попячу, чтоб с одного удара – я тоже рассмеялась.
- Нет, мне кажется, тут всё не так просто – на лицо Демори легла тень – скорее всего на этом изломе Кэртиане и впрямь тяжко приходится, раз до нас ход дошёл – девушка поднялась с дивана и подошла к окну – ты не против, если я окно открою, душновато как-то – смущённо сказала она.
- Давай помогу.
Как ни странно, окно открылось легко, и вместе с первыми лучами солнца в кабинет ворвался свежий ветер, растрепавший волосы и мигом прояснивший головы. Я стояла позади и увидела, как всю изящную фигурку подруги, словно плащом окутало голубое сияние, зрелище было прекрасное. Но долго любоваться им мне не пришлось. Потому что тут я почувствовала лёгкую вибрацию пола под ногами и тот же шёпот, который я слышала у дома Ричарда Окделла: «Скоро вас станет трое».
Ветер то ли стих, то ли изменил направление, но Демори отвернулась от окна и увидела меня. Глаза её удивлённо округлились:
- Ох, а что это с тобой? – только и спросила подруга
- А что?
- Ты светишься…
- А ты можно подумать – нет, – неуклюже съязвила я
- Жёлтым
- А ты – синим – Демори тряхнула головой и показала мне язык.
- Зашибись – Чернобыль на выезде – я попыталась улыбнуться. Но губы отказывались подчиниться.
-А знаешь, что мне Ветер сказал?
- Легко! «Вас скоро будет трое»
- Откуда ты…
- Мне о том же Скалы сказали.
Демори присвистнула.
- Слушай, а «не хлопнуть ли нам» по… стакану, для успокоения? – предложила я
- Мысль интересная – передразнив Гоблина, изрекла графиня Ревий.
Я распорядилась, но выпить нам не дали.
В дверях кабинета материализовался дворецкий и провозгласил: «Эрэа, к вам графиня Растиньяк».
С криком: «Ура!» мы рванули на встречу подруге.

На следующее утро я встала с преприятнейшим настроением. В полдень. Без всяких угрызений совести по поводу своей сонливости.  Мой жених улыбался так лучезарно, что мне самой хотелось улыбаться. А причина для его улыбки была самая что ни на есть прозаическая. И весьма приятная.
- Ты вчера пыталась разобраться с трактирщиком и его слугой? - подмигнул он мне.
- Ну, я.
- Так ты знаешь, кто его деньги воровал? - он еле сдерживал смех.
- Ну? - я была заинтригована.
- Догадайся!
Гадать не пришлось. Едва я только вошла в столовую, как на меня обрушился крик:
- Сорока!
Как же все прозаично. Из гневных излияний трактирщика я смогла понять, что сорока повадилась на золотые и серебряные денежки, которые сей достойный человек держал в своей комнате. На мой вопрос, где же она их находила, он ответил с некоторым смущением, что  порой оставлял кошелек несколько неприкрытым.
- Я убью эту гадину! - грозился то и дело трактирщик.
Мне стало жаль сороку.
- И еще одна новость, - обратился ко мне Вильгельм. - У нас появился попутчик.
- Как? Кто? - поразилась я.
- Я подумал и взял того мальчика, Джона, к себе в услужение.
Радости моей не было предела.


                                            ***

Как мы оказались в Олларии, я толком не поняла. Помню, мы заснули, а потом бродили где-то втроем по каким-то Дорогам, на которых мы встретила каких-то интересных людей - брата и сестру. Еще было какое-то Зеркало, отличавшееся сварливым нравом и указывавшее нам дорогу. А проснулись мы все в Олларии.
Первым побуждением Джона было пойти и дать в физиономию Альдо. Мы с Вильгельмом разделяли его чувства, но решили все же как-то осмотреться.
- Радуйся, - опять эта его циничная ухмылочка! - Теперь нас ни один теньент из Растиньяка на догонит.
- Очень хорошо, - скривилась я. - И как же мы оказались тут?
- А, ты не поняла, да? Не помнишь?
- Что я должна помнить.
- Эрэа, - вставил слово Джон, - мы были на Дорогах Сна.
- Не поняла, - фыкнула я, - как мы могли там оказаться, если в Кэртинае никаких легенд на сей счет нет! Я понимаю, выходцы там всякие или Четверо, но не Дороги!
- Фифи, - подмигнул мне жених, - а ты, часом, не из другого мира к нам явилась?
Я поперхнулась.

                                ***

Мы очутились в Олларии неподалеку от Доры. После недолгих обсуждений мы решили найти хоть какую-нибудь захудалую гостиницу.
Мы шли по какой-то улице, как вдруг я услышала:
-... А у эрэа Дейдри в особняке...
У меня в голове что-то сработало. Дейдри! Демори! Так это же и они тут? И Дракли тоже? Срочно к Дейдри!
Я затараторила:
- Простите, будьте так добры, не откажите пожалуйста, соизвольте сказать, а где её особняк находится?
Несколько обалдевший от подобной вежливости горожанин назвал адрес тотчас.
Я объяснила Вилли и Джону, что у Дейдри мы найдем и приют, и отличное общество, и они не возражали.

Дейдри
Всё то же утро.
Рвануть-то мы рванули, и через несколько секунд бедолага Дольфи оказалась в наших объятиях, и был исполнен ритуальный танец «Встреча», со слабо членораздельными воплями, мы с Демори уже схватили нашу подругу за руки, и только собрались уволочь девушку в кабинет, где по моим соображениям вино должно было «проветриться», громом небесным прозвучало:
-Фифи, это кто? – мы переглянулись, а мои руки уже привычным жестом собрались улечься на бёдра, но я взглянула на подруг и на себя и расхохоталась (а чего мне ещё оставалось?). Представляете себе картину маслом: маленькая хрупкая Дольфи в изящненьком камзольчике, в объятиях двух странных женщин слегка растрёпанной, но всё равно изящной Демори, и меня, местного боевого слона, в накидке поверх ночной рубашки и босиком, (естественно, туфли в кабинете остались) с совершенно неприличной для дамы причёской. Тут испугаешься пожалуй.
Как оказалось, сакраментальный вопрос задал сопровождающий Дольфи молодой человек, почти мальчик «фольклорной кельтской внешности». Симпатичный, кстати. Интересно, он её охранник, родственник или ещё кто? Ну, да ладно – со временем всё просто обязано проясниться. Фифи не стала долго томить молодого человека, а просто сказала
- Это мои подруги. Демори, графиня Ревий и Дейдри, баронесса Каннигем. Мы изобразили нечто вроде реверанса, отчего вновь едва не расхохотались.
- А это мой жених Вильгельм барон Ростан – юноша поклонился (да-а, раз с титулом, значит сирота?). Что подумала Демори, не знаю, но у меня мелькнула мысль: «Интересно сколько лет этому пацанёнку?»
- Очень приятно – упс, глазки паренька опять округлились, как бы мальчик заикой не остался – зачем отвечать хором?
Не мудрствуя лукаво, я решила по быстрому исправить положение – хозяйка как-никак.
- Молодой человек, хотите позавтракать?
- Не отказался бы, эрэа.
- Тогда так. Томас, пусть завтрак подадут в малую столовую, проводите туда молодых людей и разбудите Гуннара, пусть составит им компанию. Прошу простить, благородные эры, но вашим дамам нужно побеседовать в своём кружке –  откомандовавшись, я мило улыбнулась остающимся, взяла девчонок за руки и мы шустренько двинулись в сторону кабинета.
- Девочки, если честно, то я тоже проголодалась – прошептала Дольфи во время марш-броска
-  Не переживай, в кабинете еды – шквал! – успокоила графиню Растиньяк Демори, поправляя очередную непокорную прядку.
- И выпивки – это уже я.
-  Вы чего, с утра? –  брови нашей юной гостьи честно взлетели.
- А у нас опять нет повода не выпить – сказала эрэа Ревий – тут столько всякого стряслось…
- Расскажете?
- А то! Только перекусим, идёт?

Я увидела на столе в кабинете такую гору еды, что небольшую армию можно было бы прокормить.
Был завтрак, и я спросила:
- А кофе, тьфу ты, шадди можно?
- Тебе со специями? - с готовностью поинтересовалась Дейдри.
- А как же! - воскликнула я и присела на стул.
Тут же почувствовала, что сидеть мне как-то не очень удобно.
- У вас стулья жестковаты, - заметила я.
- Ничего подобного!- возмутилась Демори. - Все предельно мягко!
Я привстала и извлекла из-за пояса закатившееся в нижнюю часть туловища зеркальце.
- О, какое красивое, - заметила Дейдри, - откуда оно у тебя?
Так как я сама толком не знала ответа на этот вопрос, то сказала:
- Из дома прихватила.
Принесли шадди. Я начала пить его, а подруги начали наперебой рассказывать, что случилось с ними за все то время, что они провели в Олларии.

Сейчас как в детстве будет: а дальше?!
Так интересно...:)

А вот и дальше...
Дейдри.
В кабинете я наконец-то воссоединилась с обувью, и устало опустилась в кресло. Дольфи и Демори налегали на завтрак, а я честно пыталась рассказать обо всех «приколах нашего городка». И про то, как проснулись не у себя дома, и про говорящие камни и ветры, про аварийный запас и много про что ещё.
- А что это у тебя? – вдруг спросила Дольфи посреди фразы
- Где?
- В гнезде – хихикнула Фифи – на руке, естественно. Ну, конечно, как я могла забыть – браслет будь он неладен.
- Ах, это – протянула я – с этим – я погладила могучий золотой обруч – я тут проснулась – при чём до сих пор не знаю – эта штука меня к чему-то обязывает или нет. И снять его не получается – видишь, как плотно на руке сидит.
- Да уж – Скалы – это сильно – протянула графиня Растиньяк, принимаясь за очередную чашку шадди.
- Ой, девочки – подала голос Демори – я совсем забыла, у меня тоже есть Вещь
- Опаньки, ащщо одна жажигалка, – неуклюже сострила я  - дает плюс 10 силы, плюс выносливости. Девчонки прыснули.
- Дейдри, не смеши – сказала Демори, утирая непонятно с чего навернувшиеся слёзы – вот смотрите – графиня откинула манжет на левой руке и мы увидели браслет (к слову существенно более изящный, чем мой), как написали бы в милицейском протоколе «белого металла», с синим камнем-инталией - изображением Вихря
– И я тоже не знаю к чему бы это – эрэа Ревий вздохнула. Несмотря на ожидание чего-то подобного, я присвистнула. Подруги покосились на меня со сложночитаемым выражением на лицах. И тут мне пришла в голову гениальная по своей сути мысль.
- Дольфи, солнышко, а у тебя есть что-нибудь такое?
- Конечно, вот, – Фифи  полезла за пазуху и извлекла на свет божий золотую цепочку странного плетения. На цепочке покачивался золотой же медальон с красным камнем – камея со знаком Молнии.
- Очуметь – передразнила Заворотнюк Демори – Холмс, как Вы догадались – графиня Ревий вызвала новый приступ хохота.
- Элементарно, Ватсон – процитировала я – если у меня что-то есть, то и у вас что-то должно быть.
- Логично.
- Ой, девочки, а что это у вас? – эрэа Растиньяк махнула рукой на лежавшие на столе листы с рисунками.
- О, это самое интересное – сказала я, - сейчас Демори тебе всё и расскажет.
И графине Ревий пришлось рассказывать историю своих ночных приключений ещё раз. И про побег от камеристок, и про альпинистские упражнения, и, наконец, про странную комнату и ещё более странную встречу.
- Значит Одинокий и Оставленная – Дольфи стала серьёзной – и ты их нарисовала.
- Как смогла – скоромно потупила очи чёрные Демори
- А, по-моему, здорово -  сказала я.
- Не то слово – Дольфи вернула рисунки на стол,- и чего нам теперь делать?
- Сначала – думать. Впервые в кабинете повисло тягостное молчание.
В дверь постучали.
- Войдите – ничтоже сумняшеся объявила я. На пороге образовался мой пажик, вибрации которого было видно невооружённым глазом.
-Эрэа, там… - так, интересно, а подростка удар может хватить? – там это…
- Так, стоп, сначала и по-человечески.
- Там письмо принесли для эрэа Растиньяк.
- И чего ты так напугался? - я поднялась  и подошла к мальчику.
- Королевский курьер письмо привёз. А эрэа, – сопляк покосился в сторону Дольфи – только два часа назад у вас появилась.
На этот раз свистнула Демори.
- Так, юноша, хорош трястись, где письмо?
- Вот – молодчина Дональд практически не успел помять произведение эпистолярного жанра – возьмите.
- Так. Ты завтракал?
- Нет, эрэа.
- Тогда иди, поешь и, прошу тебя, не пугайся так больше – ты же мужчина – получилось дуэньеобразно, а что делать? Видимо, педагогика будет меня преследовать всю жизнь.
- Девочки, можно я вас покину ненадолго – хочу себя в порядок привести.
- Кстати, мне это тоже не помешает – Демори показала на голову
- Дольфи, ты не сильно заскучаешь, пока мы прихорашиваться будем?
- Я пока письмо почитаю, только вы все равно давайте побыстрее, – серо-голубые  глаза Дольфи показались мне отчего-то совсем грустными.
- Ладушки, мы мигом.
Когда умытые, причёсанные, а кое-кто и приодетый (это я) снова нарисовались в кабинете, мы застали Дольфи в крайне удручённом состоянии. Заметно дрогнувшими руками девушка протянула мне письмо:
- Вот, читайте.
Склонившись над листом бумаги мы с Демори пробежали глазами пару строк и расхохотались (точнее будет сказать – заржали)
-Чего веселитесь – Фифи надула губки,- вы до конца почитайте.
- Ну, дочитали и чего, поводов для столь кислого выражения лица визуально не фиксируется. Подумаешь. Приглашение к таракану! У нас они тоже есть, и что?
-Ох, Дейдри, ну, ты и выражаешься – ура, наконец-то и расстроенная барышня нашла силы на улыбку.
- Извини, солнц, привычка – я слегка хлопнула подругу по плечу. Меж тем лицо графини Растиньяк снова стало грустным:
- Там написано, что форма одежды - придворное платье, а я их ненавижуууу – и, девушка разрыдалась – а ещё и корсет дурацкий. Не хочууу!
В попытке утешить нашу юную подругу мы обняли её, и принялись гладить по голове, спине (в общем, по тому что под руки попало). Что говорить, я понятия не имела, но Демори, вот уж талантливейший человек, очень быстро сориентировалась.
- Ну-ка, хватит тут болото устраивать! – довольно строго произнесла эрэа Ревий – я вон и то смирилась! А знаешь как мне трудно было – и не мудрствуя лукаво быстренько рассказала о Великой Битве С Платьем.
- Но, во дворец надо ехать завтра! Я даже потренироваться не успею, да у меня и придворного платья-то нет…
-Ничего, сдаётся мне, это дело поправимое – и я потянулась к шнуру.
- Джейн, милочка, нам нужно платье для эрэа Дольфи, поможешь?
- Всё не так сложно – всё-таки интересно кто мне спроворил такое сокровище? –  я хорошо знаю одного портного.
- А он до завтра управится?
- За тройную цену.
- Чудесно. Ты можешь за ним послать?
- Сейчас? Эрэа, ещё слишком рано!
Действительно, часы стоявшие в нише у окна показывали без пяти десять.
- Ладно, пошлёшь за ним, как только станет можно, хорошо?- Джейн присела и оставила нас втроём.
-Ну что ж милые дамы, поскольку нам остаётся только ждать, а посему, и чтобы нам не скоротать ожидание беседой?
-Кстати, Дольфи, а кто с тобой такой красивый? – хитро прищурившись, спросила Демори.
-О, это такая длинная история – Фифи возвела очи горе, - ну, что ж слушайте.
И мы приготовились выслушать увлекательную повесть.

Демори.
- Ничего себе… - Дейдри округлила кошачьи глаза после рассказа Долфи и взглянула на меня, - а, представь, Демори, у нас тоже окажется по…
- Да упаси хоть Леворукий, хоть… ммм… вообщем не думаем о страшном, - я разгладила манжет, скрывавший тонкий браслет.
- А мне-то что с женихом делать? – Долфи задумчиво потеребила край листка с изображением златовласого красавца… теоретически – красавца.
- Сначала во дворец к тараканчику нагрянем, а дальше «вскрытие покажет», - улыбнулась Дейдри.
- Он, по-моему, чуть косой… - графиня Растиньяк смущенно посмотрела на меня, потом на беднягу на бумаге.
- Он просто всевидящий! – в который раз обиделась я за зеленоглазого.
- Девочки, вам вина разлить? – грациозно поднявшись, баронесса Каннигем подошла к столику с кувшином, но резко остановилась.
- Дейдри?.. – Долфи удивленно взглянула на хозяйку особняка.
- Слышите? – Дейдри резко повернулась к окну.
- Слышим, - вздохнула я, - Ранел макушкой о стенку тюкается... причем с разбегу…
- Зачем? – искренне удивилась Долфи.
- Чтобы доказать всем, что он не псих, - хмыкнула я.
- Нет, на улице… - баронесса подошла к закрытому окну и распахнула створки. Ворвавшийся в комнату ветер принес отзвук чьих-то голосов и гулко отдававшийся от камней мостовой стук копыт. Буквально сорвавшись с места и перевернув нечаянно какой-то бокал, коий успела подхватить графиня Растиньяк, я оказалась возле Дейдри и теперь пыталась узреть нечто на пустой улице.
- Что там? – Долфи с подозрением покосилась на нас с Дейдри и, видимо решив, что долгое пребывание баронессы рядом со мной сказалось на психическом здоровье первой, поставила мною снесенный бокал на стол и потянулась за своим.
Оглянувшись на графиню Растиньяк, Дейдри перевела взгляд на меня.
- Наверное, огня нет…
- Поэтому не слышит? – я взглянула на пьющую вино подругу и тряхнула более менее причесанными волосами.
- А может просто стоит отдохнуть? – Долфи с беспокойством посмотрела на нас. - Демори, ты вообще ночь не спала, да и Дейдри рано подняла, она тоже почти не спала…
- А может, мы просто сходим с ума, - вздохнула Дейдри, подходя к креслу и опираясь рукой на резную спинку.
- … Пусти сейчас же, там моя эреа! – громкий вопль прервал наши тяжкие думы по поводу нашего душевного здоровья.
- Не пущу! Я охранник баронессы!
- Моя эреа сказала, что ты шкаф! – Ранел выдал меня с потрохами.
- У меня там… графиня… - раздался голос Вильгельма.
- Еще одна Ревий?! – буквально взвыл от ужаса шкафчик Дейдри.
- Нет, эреа Растиньяк… пустите!..
- Хех… твой Гуннар зверствует, и Ранел с юношей Долфи бушуют, - хмыкнула я, сдувая непослушную прядку со лба.
- Нет, Вильгельм не зверствует, он вежливо просит Гуннара… - начало было Долфи.
- Дуэль, сударь! Сейчас же!
- А можно я пока к моей эреа пройду?
- Всем стоять! Том! Оповести баронессу, что…
- Я дворецкий, а не ваш слуга, Гуннар, - почему-то сложилось впечатление, что дворецкий нашей Дейдри гордо поднял голову и с достоинством удалился… аки Беремор.
- Пора вмешаться, - баронесса решительно подошла к двери.
- Согласна, - Долфи с готовностью поднялась.
- А может… послушаем пока?.. – с надеждой поинтересовалась я, тихонько утаскивая особо впечатлительную по количеству мака булочку.
- Фигуру испортишь, - хихикнула Долфи, узрев мои фанатично горящие глаза.
- Ей уже все можно, - махнула рукой засмеявшаяся Дейдри,- она только ими и питается…
- Булочка, какая булочка?! Я ничего не трогала… - нечаянно уронив вилку и пустую чашку, я попыталась встать, споткнулась о край золотистого мягкого ковра и налетела на столик с кувшином вина.
Столик задумчиво качнулся.
Вино ответило ему тихим плеском.
- Жива?.. – выдохнула Дейдри.
- Ну, ты даешь, - почти восхитилась Долфи, - столько катастроф за секунду…
- Я нечаянно, - шаркнула ножкой я и снова задела столик.
С жалобным скрипом он угрожающе покачнулся еще раз, но баронесса с графиней уже летели ему на помощь.
Внезапно дверь резко распахнулась, и на пороге возник бледный Дональд.
- Эреа, там… там… - громко сглотнув, юноша уцепился за косяк.
- Я выполняю свой долг!.. – вопль Гуннара прервал бедного мальчика и тут же раздался дикий грохот.
- Они там убивают друг друга… - обречено выдохнула испуганная Долфи.
- Ага, а Ранел по закону подлости обязательно останется жить, - столь же обреченно вздохнула я.
- Вперед! – скомандовала тем временем Дейдри и первой выбежала в коридор, естественно изящно обойдя на повороте Дональда.
Следующей маневрировала мимо юноши графиня Растиньяк, ловко уклонившись и от второго, свободного от жарких объятий кого бы то ни было косяка. И только я…
Попытавшись обойти Дональда с выпученными от страха глазами, я, триумфально хрюкнув на повороте, врезалась во второй косяк, отрекошетила на мальчика и буквально выпала в коридор на остановившуюся Долфи.
Вцепившись друг в друга, мы не удержали равновесие и налетели на поймавшую нас в объятия Дейдри.
Быстро оценив ситуацию, баронесса резко потащила нас прочь от угрожающе близкой лестницы, но тут я заметила внизу взъерошенного Ранела, приготовившегося не то танцевать канкан, не то играть в тореадора.
- Ранел! – рявкнула я.
- Моя эреа! – бравый капитан от неожиданности споткнулся на ровном месте.
- Где?! – Гуннар резко обернулся и замер.
- Аним… он меня сейчас убьет! – успела пискнуть я и попыталась спрятаться за Дейдри, влекущую Долфи, а заодно и меня.
Не понявшая мой странный маневр графиня Растиньяк попыталась поймать меня, видимо решив, что я собираюсь падать, но я ловко уклонилась и, споткнувшись о порог ковра, замерла на самом краю лестницы.
- Не шевелись! – одними губами выдохнула мне Дейдри.
- Я ее держу… - прошептала в ответ Долфи.
- Зря... – честно признался снизу Гуннар.
- Молчите, Шкаф,-  обиделась я.
- Фифи, отпусти ее… - решил внять совету охранника Дейдри жених нашей Повелительнице Молний.
- Тогда я вас раздавлю, - предупредила я через плечо.
- Чем? – искренне удивился Гуннар.
- Ранелом! Друг, фас шкаф!
- Где шкаф понял, но что такое фас? – капитан почесал нос.
- А где шкаф? – Вильгельм начал оглядываться.
- В ухе, - честно призналась я, пытаясь почесать собственное плечом.
- Демори, не шевелись, я же не удержу, - Долфи аккуратно потянула меня прочь от ступенек.
- Сейчас зайду с фланга, - решила Дейдри и медленно сделала маленький шажок.
- КРЫСА!!! – внезапно раздался чей-то вопль.
- Хавчик! – машинально среагировала я весьма неинтеллигентно.
- Крыса – хавчик?! – Долфи от неожиданности выпустила мою руку.
- Шутка была такая… - успела пикнуть я и замереть в странном равновесии на краю верхней ступеньки.
- Не дышать… - прошипела Дейдри и сделал еще один малюсенький шажок в мою сторону.
- Не могу, - честно призналась я, с трудом балансируя на краю.
- Да ты дыши, - махнула рукой Долфи, всерьез задумавшись над состоянием моей психики.
- А мне можно? – подал голос Ранел.
- Нет! - грозно запищала я.
- Фифи…
- Что?!
- Где-то крыса была… - неожиданно выдал Гуннар.
Мне стало смешно.
- Только не смейся… Демори, не смейся! – Дейдри протянула ко мне руку, но тут я не удержалась и, прыснув, эффектно полетела вниз… причем, Дейдри успела за меня схватиться.
- Куда! – Долфи ухватилась за баронессу и мы дружной кучкой попытались скатится вниз… именно попытались, потому что умереть спокойно нам не дали.
- Моя эреа!!!
- Фифи!!!
- Моя эреа!!!
- Крыса…
Успев уцепится за перила, я ухватилась за Дейдри, та тут же схватилась за Долфи, и вроде мы были остановлены, но тут ломанувшиеся вперед мужчины испортили всю картину.
Застряв широкими плечами на в общем-то широкой лестнице, Гуннар и Ранел попытались пропихнутся вперед, но, споткнувшись, рухнули под ноги Долфи, через них, не ожидавший такого поворота, перелетел не успевший остановится Вильгельм, тем временем, Ранел уже вскочил и, пнув ступеньку, вознесся на самый вверх лестницы.
- Ранел, ниже, - вздохнула я, но тут же растеклась по перилам, - НЕ НАДО!!!
- Мамочки… - пискнули где-то снизу, но мой бравый капитан уже входил в поворот и, отрекошетив от косяка (моя школа…), хрюкнул и ломанулся обратно вниз.
Тут поднявшийся Гуннар узрел несущейся на него танк и быстренько размазался по стенке, но вот жених нашей Долфи таким расторопным не был (сразу видно, когда человек не привык к таким ловким людям, как я и мой капитан).
Успев с воплем «Фифи, это было опасно!» ухватится за руку Долфи, Вильгельм увидел Ранела в последний момент, но отскочить не успел. Это мелочи, самое обидное – и руку не разжал, которой и уцепился за любимую…
Весело полетев вниз паровозиком под чьи-то дружные вопли, мы с подругами приземлись аккурат на молодых людей, так удачно оказавшихся не из хлюпеньких.
- Моя эреа, вы мне придавили шею… - прохрипел где-то справа Ранел.
- Нет, это я….
- Фифи, давить чужие шеи нехорошо… - в полуобморочном состоянии выдал ошалевший барон.
- Моя эреа… - Гуннар аккуратно подкрался к нам сзади, явно переняв привычку обращения от Ранела.
- Шкаф наступает, - безнадежно пискнула я.
- Он на нас сядет?! – Ранел всегда отличался завидным умом. Но здесь он переплюнул даже меня.
- Нет, он на нас плюнет!
- И мы утонем… - с трудом от сдерживаемого смеха выдавила Дейдри.
- Зачем? – искренне удивился охранник баронессы.
- Чтобы не летать… - Долфи попыталась слезть с «мягкой посадки».
- Дурдом, - резюмировала Дейдри под возмущенное сопение охранника, капитана и жениха...

Дейдри
Веселье продолжается.
- Дурдом, - «только и мог сказать сынок», в смысле я, любимая. А чего мне оставалось-то? Ну, всё, пока не стало слишком поздно пора устраивать «дедовщину» или как это у женщин называется. Когда я, оторжавшись, наконец-то с помощью Гуннара встала на ноги (бедные мальчики – не каждый день набось на них такое «счастье» падает), то план действий был уже готов.
- Так, народ, тихо все! – наличие командного голоса в этих условиях вещь просто изумительнейшая, - есть мнение, что нам есть о чём побеседовать, поэтому предлагаю оккупировать гостиную, - Томас!
Ничего себе дядечка передвигается, ажно завидно.
-Слушаю эрэа – ну, вылитый Бэрримор
- Мы будем в гостиной, пусть нам подадут туда вина и сыра – надеюсь все уже насытились? – ответом мне был согласованный кивок головой пяти человек – Всё ясно?
- Будет сделано, эрэа.
- Прощу – и я распахнула двери слева от злополучной лестницы.
Кавалеры рассадили своих дам и уселись сами, Дональд принёс вина, и приготовился встать на розлив, но я решила, что для неокрепшей юношеской психики откровения, (предположительно могущие прозвучать здесь), явно вредны, и поэтому почти без разговоров (за исключением наказа побеседовать с Джоном) опять выставила пацанёнка за дверь. Вот уж воистину, «свято место пусто не бывает», едва закрылась дверь за Дональдом, как Гуннар тут же принял на себя обязанности виночерпия. А мне, как всегда, пришлось «командовать парадом».
-Ну что ж, эры и эрэа. Ситуация у нас с вами сложная, но интересная – я пригубила вина – завтра у нас великий день. Нас удостаивает аудиенции Его Величество. Девочки и не надо делать таких физиономий – кривые ухмылки барышень почти исчезли, а Дельфина тяжко вздохнула – Спокойно. Для нас – это разведка боём. И чует моё сердце – там и Дрэки встретим. Так что, ди фройляйн, выше голову!
Ага, щазз! У Демори на лице был ничем не прикрытый ужас, а Дольфи подняла очи горе, и замерла. Мужчины и вовсе сделали вид, что полностью поглощены употреблением вина. Тягостная пауза в разговоре затягивалась, интересно о рождении кого говорят в таких случаях в Талиге? Молчание уже повисло на грани невыносимого, когда в дверь постучали. Если честно, я готова была расцеловать стучавшего, и, видимо, эта радость была так явно написана на моём лице, что Дональд слегка отшатнулся.
- Что стряслось?
- Эрэа, пришёл портной, мэтр Дани.
- Замечательно! Дольфи, это по твою душу, дерзай! Сама справишься или наша помощь нужна будет?
- Да ладно, девочки, что я маленькая что ли? Справлюсь.
- Вот и ладушки!
- Покажешь потом!
- А куда ж я денусь – вздохнула наша миниатюрная и отправилась на растерзание портному.
- Эрэа Дейдри, знаете, тут есть одна сложность -  Вилли повертел в руках бокал – не знаю, удобно ли об этом говорить… - юноша замялся
- Неудобно на потолке спать – одеяло падает – отрезала я, - выкладывайте, сударь – ой-ёй-ёй, и без того отнюдь не маленькие глаза молодого человека стали ещё больше.
- Эрэа, видите ли, нам в Олларии остановится негде, и …
- Ядрён батон, и всех делов-то! – выпалила я - у меня западное крыло свободно – располагайтесь, стеснить меня у вас вряд ли получится.
- Благодарю эрэа.
Таким образом. Жилищные проблемы подруги были решены, хотя бы на время.
- Дейдри – подозрительно долго молчавшая Демори подала голос – надо тогда стрелку забить.
- Естественно. У нас аудиенция на сколько назначена?
- На два часа дня.
- Тогда давай, ты сюда где-нибудь к часу подтягивайся – и все вместе двинем – устраивает?
- Нормально, - графина Ревий тряхнула головой - ой, как представлю себе пытку платьем, в самом деле страшно становится
- Ну, у тебя опыт уже есть, а Ранел будет крепко держать тебя за руку, а я, если что. сзади страховать буду. Демори в ответ только неопределённо хмыкнула.
- Гуннар, мы с тобой не договорили
- Я помню, эрэа – неожиданно тихо ответил мой охранитель, но может всё-таки подождём эрэа Дольфи?
- Разумно.
- А о чём разговор? – подал голос бдительный Ранел.
- Давайте дождёмся Дольфи всё-таки – это уже Демори.
- Не вопрос – подождём. Я дернула шнур звонка. Дональд образовался в дверях
- Скажи-ка, дорогой мой, где сейчас эрэа Дольфи?
- В будуаре – и кстати, она просила вас прийти – говорит, что нужна Ваша помощь.
- Ну, надо, так надо – мы поднялись с кресел – мальчики, с вашего позволения. И мы с Демори откланялись.
На сей раз без приключений одолев лестницу и коридор, мы постучали (мало ли что) в дверь.
- Кто там? – голос Дольфи
- Мы, кто же ещё
- Тогда заходите.
Не люблю это слово, но тут очень захотелось сказать не то «Вау!», не то родное «Ух ты!». Как оказалось, у Демори мысли были теми же, так что мы дружно выдохнули
-Ух ты!
И было от чего. Посреди будуара стояла стройная миниатюрная золотоволосая девушка в платье из серебряной парчи с вышивкой темно-золотым и чёрным шнуром по подолу и на рукавах, с бледно-золотистой нижней юбкой, тоже чем-то украшенной. А рядом с ней с полным ртом булавок суетился маленький седоватый человек с молоденькой девочкой-помощницей. Завидев нас, они поклонились.
- Доброго здоровья!
Оценив произведённый эффект, Дольфи подмигнула: «Ну, как, нравится?»
- Не то слово, Катари курит! – Демори показала большой палец – я твой портрет в этом платье напишу!
- Мэтр Дани принёс несколько платьев, а я выбрала – Фифи явно была горда собой – сейчас он по фигуре подгонит и всё!
- Замечательно! Кстати, мне Джейн показывала, есть у меня чудный гарнитурчик из серебра с топазами, должен подойти.
- Мэтр Дани, Вы просто волшебник!
- Что Вы, эрэа –  когда есть такой бриллиант к нему несложно подобрать оправу – мастер улыбнулся – мы скоро закончим, но я вынужден попросить вас удалиться.
- Хорошо, не будем Вам  мешать - и мы тихонько покинули будуар.
Тщательно прикрыв за собой двери, мы переглянулись и хором сказали: «Очуметь!»

Красавицы, а продолжение-то будет??? Или уже все??? может, продолжение где-то в другом месте, а я не вижу? Потому что если вам эта затея надоела, сие будет весьма печально  :( :( :( :( :( я бы с удовольствием продолжила чтение, до того завлекательно у вас выходило...

Вот и я все сюда заглядываю и жду, что же дальше-то будет? Остановились на самом интересном - впереди ведь визит во дворец!