Форум официального сайта Веры Камши

Иосиф Бродский. Два стихотворения, больно рванувшие сердце.

Все чуждо в доме новому жильцу.
Поспешный взгляд скользит по всем предметам,
чьи тени так пришельцу не к лицу,
что сами слишком мучаются этим.
Но дом не хочет больше пустовать.
И, как бы за нехваткой той отваги,
замок, не в состояньи узнавать,
один сопротивляется во мраке.
Да, сходства нет меж нынешним и тем,
кто внес сюда шкафы и стол и думал,
что больше не покинет этих стен,
но должен был уйти; ушел и умер.
Ничем уж их нельзя соединить:
чертой лица, характером, надломом.
Но между ними существует нить,
обычно именуемая домом.


Романс короля

- Памятью убитых, памятью всех,
если не забытых, так все ж без вех,
лежащих беззлобно - пусты уста,
без песенки надгробной, без креста.

Я то уж, наверно, ею не храним,
кто-нибудь манерно плачет по ним,
плачет, поминает землю в горсти,
меня проклинает, Господь, прости.

Нет мне изгнанья ни в рай, ни в ад,
долгое дознанье, кто виноват,
дело-то простое, гора костей,
Господи, не стоит судить людей.

Ежели ты выжил - садись на коня,
что-то было выше, выше меня,
я-то проезжаю вперед к огню,
я-то продолжаю свою войну.

Я проезжаю. В конце - одно.
Я-то продолжаю, не все ли равно,
все-то на свете в говне, в огне,
саксофоны смерти поют по мне.

Радость или злобу сотри с лица,
орлик мой орлик, крылья на груди,
Жизни и Смерти нет конца,
где-нибудь на свете лети, лети.


Элеонора Раткевич - все-таки любимая писательница.

Эльфийская песенка.
(в "Наемнике" она не целиком, поэтому вот она)

Давай разделим хлеб и мед,
Тепло и свет костра.
Мы будем ждать у этих вод,
Пока взойдут ветра.

Твоим туманом мой клинок
Для боя закален.
Трава растет у наших ног
И ждет своих имен.


Подкрепление.

Я солгу, что придет подкрепление --
Мы иначе не сможем стоять.
Серой слякотью стало терпение,
И оружию хочется спать.

Как давно мы не верим в спасение!
Но мальчишки глядят мне в глаза.
Я солгу, что придет подкрепление --
Потому что иначе нельзя.

Нам привычен обряд погребения.
Мы отвыкли от чая и щей.
Я солгу, что придет подкрепление,
Над могилой убитых друзей.

Над высоткою слышится пение,
Под высоткою стелется дым...
Я солгу, что придет подкрепление,
И, наверное, мы устоим.

Снова ноет былое ранение,
Просят каши сапог и живот...
Я солгу, что придет подкрепление --
Ведь оно непременно придет!


И Ольга Громыко. Ее стихотворение я запомнила очень крепко.


В дня лучах последних огненных
Тень замрет на плитах уличных
Я – последняя из проклятых
Я – восставшая из умерших
Все, что было - мной изведано
Все, что будет - мной придумано
В темноте я – солнце светлое
Ясным полднем – тьма безлунная
Кто я? Ветер над курганами.
Кто я? Пики скал под кручами,
Коршун, вьющийся над ранами.
Пес, за горло рвать обученный
Черный конь – мой друг единственный
Острый меч – защитник праведный
Я иду путем извилистым
Не привыкнув жить по правилам
И сквозь призму заклинания
Как удар, придет видение:
«Здравствуй, милое создание!
Здравствуй, мрака порождение…»

:D Эрэа рЕЯЯ, спасибо вам за то, что выложили такие чудесные стихи !  :-* :-* :-*. Бродского читал впервые. Почему-то напомнил Маяковского...А "Подкрепление" уважаемой эрэа Элы , ИМХО, говорит о том, что всегда нужно стоять до конца !  ;)  :)

Могу еще что-нибуть выложить.... ::)

*Помнится, такая тема у нас уже была и называлась "Чужие стихи". И скорее всего она есть по-прежнему, но только страничкой раньше  :P ::)
Ну да в общем, не суть...

Вот вам, получите  :)
Меня например очень сильно цепляет))

Баллада судьбы (О. Ладыженский)

Я не знаю, какая строка обернется последней,
На каком из аккордов ударит слепая коса,
Это вы – короли; я – наследник, а, может, посредник,
Я – усталое эхо в горах. Это вы – голоса.

Перекрестки дорог – узловатые пальцы старухи,
Я не знаю, какой из шагов отзовется бедой,
Это вы – горсть воды; я – лишь руки, дрожащие руки,
И ладони горят, обожженные этой водой.

У какого колодца дадут леденящей отравы,
Мне узнать не дано, и глоток будет сладок и чист,
Это вы – соль земли; я – лишь травы, душистые травы,
Вы – мишень и стрела, я – внезапно раздавшийся свист.

От угрюмых Карпат до младенчески-сонной Равенны
Жизнь рассыпалась под ноги звоном веселых монет,
Вы – горячая кровь; я - ножом отворенные вены,
Вы – июльское солнце, я – солнечный зайчик в окне.

День котомкой висит за спиной, обещая усталость,
Ночь укроет колючим плащом, обещая покой,
Это вы – исполины; я – малость, ничтожная малость,
Это вы – гладь реки; я – вечерний туман над рекой.

Но когда завершу, упаду, отойду в бездорожье,
Замолчу, допишу, уроню, откажусь от всего,
Вас – великих! Могучих! – охватит болезненной дрожью:
Это он, это мы, и какие же мы без него…

Великолепное стихотворение! *утаскивая в Пещеру*

Александр Галич
Песня об отчем доме

Ты не часто мне снишься, мой Отчий Дом,
Золотой мой, недолгий век.
Но все то, что случится со мной потом, -
Все отсюда берет разбег!

Здесь однажды очнулся я, сын земной,
И в глазах моих свет возник.
Здесь мой первый гром говорил со мной
И я понял его язык.

Как же странно мне было, мой Отчий Дом,
Когда Некто с пустым лицом
Мне сказал, усмехнувшись, что в доме том
Я не сыном был, а жильцом.

Угловым жильцом, что копит деньгу -
Расплатиться за хлеб и кров.
Он копит деньгу и всегда в долгу,
И не вырвется из долгов!

- А в сыновней верности в мире сем
Клялись многие - и не раз! -
Так сказал мне Некто с пустым лицом
И прищурил свинцовый глаз.

И добавил : - А впрочем, слукавь, солги -
Может, вымолишь тишь да гладь!..
Но уж если я должен платить долги,
То зачем же при этом лгать?!

И пускай я гроши наскребу с трудом,
И пускай велика цена -
Кредитор мой суровый, мой Отчий Дом,
Я с тобой расплачусь сполна!

Но когда под грохот чужих подков
Грянет свет роковой зари -
Я уйду, свободный от всех долгов,
И назад меня не зови.

Не зови вызволять тебя из огня,
Не зови разделить беду.
Не зови меня!
Не зови меня...
Не зови -
Я и так приду!

Новый стих daeni (Вероники Ивановой)

Мне никогда не снились крылья:
Ни первый новогодний снег,
Ни черных туч тревожный бег,
Ни серый пух дорожной пыли.

Но разве стоит сожаленья
То, чем не можешь обладать?
Нет ни единого следа
На коже. Как и нет сомнений.

Взлетайте ввысь, подобно птицам,
И не тревожьтесь обо мне:
Пусть из рассвета в полночь дней
Полет крылатых душ продлится!

О небе даже думать больно,
Но есть перо и тишина,
И где-то жизни ждет страна -
Плод странных грез, мечты и воли…

Таким, как я, установили
Другие правила игры:
Нам снятся целые миры,
Но никогда не снятся крылья.

Не помню чье, но очень люблю.

Покуда живешь, поневоле в бессмертие веришь.
А жизнь оборвется - и мир не заметит, потери.
Не вздрогнет луна, не осыпятся звезды с небес...
Единый листок упадет, но останется лес.
В младенчестве сам себе кажешься пупом вселенной,
Венцом и зерцалом, вершиной людских поколений,
Единственным "Я", для которого мир сотворен:
Случится исчезнуть - тотчас же исчезнет и он.
Но вот впереди распахнутся последние двери,
Погаснет сознанье - и мир не заметит потери.
Ты ревностью бредишь, ты шепчешь заветное имя,
На свадьбе чужой веселишься с гостями чужими,
Ты занят делами, ты грезишь о чем-то желанном,
О завтрашнем дне рассуждаешь, как будто о данном,
Как будто вся вечность лежит у тебя впереди...
А сердце вдруг - раз! - и споткнулось в груди.
Кому-то за звездами, там, за последним пределом,
Мгновения жизни твоей исчислять надоело,
И все, под ногой пустота, и окончен разбег,
И нет человека, - а точно ли был человек?
И нет ни мечты, ни надежд, ни любовного бреда,
Одно Поражение стерло былые победы.
Ты думал: вот-вот полечу, только крылья оперил!
А крылья сломались - и мир не заметил потери.

Светлана Покатилова

Я жду рассвета, а рассвет
Возьми и не придет:
Вполне возможно.
А вдруг мой сказочный рассвет
Ночной Грифон спугнул
Неосторожно:
И те, кто в силе в полдень, те
Опять мне скажут: "Вечен день",
А те, кто в силе в темноте,
Опять мне скажут: " Вечна тень".
И хоть закат горит огнем,
Хотя враждуют Тьма и Свет,
Они сойдутся лишь в одном:
"Рассвет нет. Рассвета - нет!"

А говорят, что мир не нов,
А говорят, что я не смел,
А говорят, что я готов
Себя поставить под прицел,
А говорят, что я могу
Любую чушь в себя вместить,
А говорят, что я могу,
Не понимая, победить.

А говорят, чот я крылат,
Да крылья приросли к скале,
А говорят, что кур доят
И я родился на Земле!
И хоть закат горит огнем,
Хотя враждуют Тьма и Свет,
Они сойдутся лишь в одном:
"Рассвет нет. Рассвета - нет!"

Вокруг меня и Свет и Тьмя
Кружатся в жаркой суете,
Но я-то вижу их обман
И на свету, и в темноте!
Я здесь - уже не на войне
Я здесь. Мне некуда спешить.
Я жду рассвета. Просто мне...
Мне надо с ним поговорить.

Зима сменяет лето,
Идет за годом год,
А я здесь жду рассвета,
Который: ну! Вот-вот!
                С. Покатилова

Ольга Громыко из книги "Верные враги".

Безжалостны истории страницы,
Писать на них - удел не слабаков.
За каждой строчкой - чьи-то судьбы, лица,
Рев пламени, лязг стали, стук подков.
Но время - добрый друг и враг заклятый -
Неумолимо увлечет их в тень,
И станет для потомков просто «датой»
Кому-то жизнь перевернувший день.
...И знали бы невольные герои,
Борясь, спасая, веря и любя,
Что, заполняя летописи кровью,
Ни капли не оставят для себя...

Знаю, знаю... Обожаю эту книгу и стихи тоже...
Всё, что было мной,-
обратися в прах.
отшумит прибой,
отпоёт монах,
отгорит костёр, отцвтёт трава, ветер кинет в сор кровных клятв слова
и так далеее

Готтфрид Бенн, немецкий поэт-декадент.

Осенний вальс

Сады на исходе
И ржавь на ветвях,
В осеннем разброде
Пронзительный страх.

Не лица, а маски
Мелькают в листве:
Исход без опаски,
Конец в торжестве.

И даже озера
На диво красны,
Выводят узоры в лазури челны,

Но вечные воды -
Кровавая тьма,
Могильные своды
И гибель сама -

Племен и народов,
Забав и забот
И мелких исходов
Великий
Исход.

А краски крылаты
И праздничен хмель,
Но чувство утраты -
Священная цель.

Потерям, утратам
Победной гурьбой -
Твоим провожатым
Не скучно с тобой.

Мария Семенова "Волкодав" - МРЯЯ!!!

Я даже точно не знаю чьи это стихи, нашла их в интернете.
Открываю глаза -
Мрак.
Уснуть нельзя -
Страх,
Там за чертой
Враг.
Я оказался дурак.
Угла из под ног
Твердь.
Ночь по плечам -
Плеть.
Я не могу терпеть.
Меня обнимает
Смерть.



Огненные страницы

Ложь, что слова не горят.
Ложь.
Горят, смолой чадят, кричат
Среди масляных рож
Источающих ложь
Ложь для наивного сердца.
Сердца иноверца.
Ложь.

Ложь, паутина бессмысленных слов,
Рутина.
Верить лишь сердцу - слепому, немому, глупому рабу снов,
Сердцу кретина.
Безвольная скотина
Распахнет рот и скушает, не подавившись,
Не спохватившись.
Рутина.

Слова горят, но если не сожжете,
Сбережете,
Не порвете, не изничтожите, не похороните
На кладбище безымянный вязкий переплет -
Переживет.
Она переживет.

Хранить слова - напрасный труд,
Морока.
Добьетесь одного.
Ничего:
Моя печаль меня переживет
В этих строках.
(с) Жемчужинка



Ты меня не догонишь, друг.
Как безумец, в слезах примчишься,
а меня - ни здесь, ни вокруг.

Ужасающие хребты
позади себя я воздвигну,
чтоб меня не настигнул ты!

Постараюсь я все пути
позади себя уничтожить,
ты меня, дружище, прости!..

Ты не сможешь остаться, друг...
Я, возможно, вернусь обратно,
а тебя - ни здесь, ни вокруг.
(с) Хуан Рамон Хименес

Я это стихотворение в книжке Макса Фрая читала!

Я обожаю книги Энн Маккефри. И стихи из них. Это из книги "Полёт дракона. Странствия дракона."
Воздайте почести драконам
в поступках мыслях и словах.
они встают живым заслоном
на смертных Перна рубежах-
там, где решает взмах крыла:
жить миру иль сгореть дотла.

Почёт воздайте всем Крылатым
в поступках, мыслях и словах.
их жизнь легла кровавой платой
на смертных Перна рубежах.
с древнейших дней гласит закон:
едины всадник и дракон.

Опять кажется Макса Фрая.

Понимаешь, это - моя война,
это только моя война.
Я ее развязал на границах чужого сна.
Понимаешь, я очень хочу проиграть,
до смешного хочу проиграть,
сдаться в плен и спокойно спать.
Понимаешь, но все на моей стороне
в этом чужом, беспокойном сне,
и победа сама в руки просится мне.
Понимаешь, это моя война,
это только моя война.
Пядь за пядью
отвоевана
тишина.


Разговор с тенью
Белый пух, горячий ветер...
- Спишь?
- Скажи, зачем мы здесь?
- По секрету?
- По секрету.
- Спички есть?
- Конечно, есть.
- Чиркни спичкой, станет ясно:
мы пришли...
- Не надо вслух!
- ...чтобы вспыхнуть и погаснуть,
словно тополиный пух.
- Что ты! Тише! Будет вечер,
чай, пирог, луна в окне,
чашку в руки, плед на плечи...
- Вечер - твой, а вечность - мне?
- Вечер - наш, а вечность - к черту.
- Чиркни спичкой.
- Ты опять?
- Проще быть живым, чем мертвым,
проще плакать, чем молчать.
Вдох. Как граппа ветер крепок.
- Я почти исчез, а ты?
Самый сладкий, напоследок,
выдох - время жечь мосты.

По Кэртиане. Про кого - можно не говорить.
Пишет Лауриэль Анарвен ([info]lauriel_anarwen)
Осенняя Охота

Кружатся листья золотые,
Синеет небо над тобой...
Отринь сомнения пустые
И горечь памяти былой.

Летит Осенняя Охота,
И свежий ветер бьёт в лицо.
Там боли нет, а есть - свобода,
Погони яростный восторг.

Твой сюзерен забыл о долге,
Для родины ты стал врагом...
Забудь! Забудь хоть ненадолго -
Не время думать о плохом.

Печаль любви неразделённой,
Жестокий ярко-синий взгляд,
Кошмар осенней ночи тёмной
Забыты ныне. И назад

Ты не оглядывайся - помни:
Ушедший миг не возвратить.
Сейчас - летят, как ветер, кони,
А завтра - битвы. Кровь. И смерть.

А это Вероника Иванова.

Трубка пятнадцатая, чаераспивочная
***
Все мы нужны кому-то -
Сказку представить в лицах.
Но и одной минуты
Хватит, чтобы разбиться.

Тонкой щекою чашки
Об пол, с беззвучным воем…
Труд разбиваться – тяжкий.
Хочешь его освоить?

Странные судьбы-блюдца,
Каждое снова с края,
Вздрогнут и покачнутся,
Больше не выбирая

Между землей и небом:
Вниз, только вниз – в осколки!
В мусор, с засохшим хлебом,
Если не вышло толка,

Если ошиблись в главном,
Если не так любили…
Ты не обжегся? Славно!
Я принесу другие.
***

:) Красивые стихи. Эрэа Кит-д-Арна, а "Осенняя охота", случайно, не про Робера Эпинэ ?

Про него...

Меня сразили эти стихи... Написала их Тэленис... Мельда - любимый...

Melda, владыка подлунных чертогов весенних,
Трель соловья и капель колокольного звона,
Шепот листвы,   зелень травы,
Холод воды,   ярость звезды
Вышью тебе я к Нарквэлиэ на знаменах.

Пусть о печалях своих ты хоть раз позабудешь,
Осени краски прозрачные холодом веют,
Только сейчас   они не для нас -
Мы рождены    небом весны,
Нам ее чары остывшее сердце согреют.

Ты далеко не ребенок и даже не молод,
Я разучилась смеяться и стала печальна,
Нам не дано    свидеться вновь,
Но, все равно, - это любовь.
Это и будет одна на двоих наша тайна.

Знамя мое тебе будет служить до заката,
Ночью же снова на небо оно возвратится,
Шепот листвы,   зелень травы,
Холод воды,   ярость звезды
Снова отнимут у нас перелетные птицы.

Melda, владыка подлунных чертогов весенних,
Пусть о печалях своих ты хоть раз позабудешь,
Ты не ребенок и даже не молод,
Все, что ты помнишь, все, что ты любишь -
Холод, лишь холод, отнимет осенний холод

А это "Тирион" слова написал Арандиль, а спела Тэленис
Этот город не опустел,
И не немы его ступени.
Этот город, как прежде, бел,
И знамен не коснулись тени.
И над площадью высоко,
Где трава между плит клонится,
Глянув в небо, узнать легко –
Это те же вернулись птицы.
И родник у дверей во мглу,
Где отец мой Король смеялся,
В море тихо унес золу
И собою самим остался.
А во мглу проникает день,
В гобеленной проснулись ткани,
И отец мой Король их тень
Гладит светлой и твердой дланью.
И отец мой Король – он ждет,
С той же радостью и величьем,
Будто кто-то уже идет
В дом с победой без прежних кличей,
Только с именем Короля,
Чтобы пела под сапогами
Гавань черного корабля,
Осиянная прежде нами.
Где-то там и твоя звезда,
Ты, кто песню начнет сначала,
Ты, не видевший никогда,
Как над миром заплакал Вала.
Это голос не мой поет,
Но, клянусь не моею песней, –
Белый Тирион не падет,
Пока лорд его не воскреснет.

Виктор Луферов. Памяти Веры Матвеевой.

И тихо, и покойно, и вам уже не больно,
И исчезают лица, и тают голоса,
И ложь - уже не правда, и что-то будет завтра;
А Вам осталось только два часа.

Потом ладья отчалит, седая от печали,
И алые, как в сказке, поднимет Паруса.
Но тени Ваших крыльев на миг лицо закрыли;
А Вам осталось только два часа.

Вы сами, только сами умоете слезами
Свои земные руки, небесные глаза.
И чистые, как ветер, уходят Ваши дети;
А Вам осталось только два часа.

А в людях, как отрава, кипит каленой лавой
Колючая до боли, горячая игра.
И плещутся знамена, и шепчутся влюбленные...
А Вам осталось...

Нет, уже пора...

Из книги Александра Бушкова

День назывался четвергом,
рассвет был алым.
Змея вползала в тихий дом,
змея вползала...
Рассвет будил грядущих вдов
тревожной нотой.
Змея ползла среди холмов,
змея пехоты...
Коварный лев тянулся вновь
к чужой короне,
и, чуя будущую кровь,
храпели кони...

Свистела первая стрела
холодной былью.
На стебли лилий тень легла,
на стебли лилий.
Друг другу мстя за прошлый гнев,
за все разбои,
готовы лилия и лев,
готовы к бою...

Войну зовем своей судьбой,
но - вот наука! -
закончить внукам этот бой,
закончить внукам...

Король, куда же вы ушли?
Бароны, где вы?
Ведь тот костер, что вы зажгли,
погасит дева...

Анна Ахматова

Вам жить, а мне не очень,
Тот близок поворот.
О, как он строг и точен,
Незримого расчёт.

Зверей стреляют разно,
Есть каждому черёд
Весьма разнообразный,
Но волка — круглый год.

Волк любит жить на воле,
Но с волком скор расчёт:
На льду, в лесу и в поле
Бьют волка круглый год.

Не плачь, о друг единый,
Коль летом иль зимой
Опять с тропы волчиной
Услышишь голос мой.

Вероника Иванова

Отдать все сокровища мира? Согласен:
Твой солнечный лик без алмазов прекрасен.
Довольно лишь слова и нежного взгляда -
Пусть разум испуганно шепчет: "Не надо!" -
Навстречу тебе, в обжигающий дождь
Шагнул бы, но ты... Не придёшь.

Мечтать о невинном, как сон, поцелуе,
Беречь и хранить, беспричинно ревнуя,
Искать отраженье зари на ресницах
И знать, почему умолкают все птицы,
Когда ты рассветное солнце зовёшь,
Я мог бы, но ты... Не поймёшь.

Судьба непреклонна. Природа беспечна.
Границы миров неизменны и вечны.
Жемчужины чувств на спирали сомнений
Согрели друг друга, а мы... Не посмели.
Исчезли мгновенья. Остались года.
Пути разошлись. Навсегда...

Разорваны связи. Разрушены стены.
Дыханьем разлуки иссушены вены.
Глаза не ослепли, но солнца не видят.
Надежда запуталась в шелковых нитях.
Ладонь сожаленья дрожит на плече.
Живу. Но не знаю, зачем...

Не знаю чье, просто нашел в инете. Очень люблю это стихотворение.

Безумцы

Не хочу ни наград, ни премий,
Поклянусь в том жизнью своей…
Но безумцы толкают время,
Догорая во мраке дней.

Своей болью тот путь оплатят,
Своей кровью раскрасят лист,
В этом мире они некстати,
Те, кто вечно стремятся вниз.

Но без них потускнеют краски,
И покроются души льдом…
Былью станут страшные сказки,
И вернется опять Содом…

Непомерно большая плата,
И нелеп, трагичен финал.
Время губит их тихой сапой,
Не даря побед и похвал…

Не желаю наград и премий,
Это все – на один лишь миг…
Да, безумцы толкают время…
…Я хочу быть одним из них…

пост №4
Это из "Волкодава" М. Семеновой, но не помню, из какой книги точно.

ЧЕЛОВЕК ПОРОДЫ СЕНБЕРНАР

Выбегает утром на бульвар
человек породы сенбернар.
Он передней лапой припадал,
говорили,— будучи в горах,
прыгнул за хозяином в завал
и два дня собой отогревал.
Сколько таких бродит по Руси!
Пес небесный, меня спаси.

Я его в компаниях видал.
Неуклюжий и счастливый раб,
нас сквозь снег до трапа провожал,
оставляя отпечатки лап.
Сенбернар, подбрось в аэропорт!
Сенбернар, сгоняй за коньяком!
И несется к вам во весь опор
верный пар над частым языком.

Изо всех людей или собак
сенбернары ближе к небесам.
Мы не знали, где его чердак.
Без звонка он заявлялся сам.
Может, то не лапы, а шасси!
Пес небесный, меня неси.



Пес, никто не брал тебя всерьез.
Но спасал, когда нас забывал
человек по имени Христос,
человек породы сенбернар.



Вдруг в одной из наших Галатей
он увидел бедственный сигнал
и, как в пропасть, бросился за ней.
Брось! Будь человеком, сенбернар.

Позабыл, что взят ты напрокат.
Наша жизнь — практически буран!
Женщинам не надо серенад,
был бы на подхвате сенбернар.



«Я родился быть твоим рабом,
волочить из бездны на краю.
Только жизнь тебе я подарю
на снегу, от вмятин голубом».

«Будь же человеком, дуралей!
Разбудил. Замучил. Отдышал.
Ты — четвероногая метель,
мой уже последний перевал».

Для других спасает сенбернар.
человек влюбился для себя.
Мы на возмущенный семинар
собирались, кару торопя...

Он пришел. Нашарил в кухне газ.
Снял ошейник. Музыку врубил.
И лежал, не открывая глаз,
пока сенбернара не убил.
С той поры в компаниях пропал
человек породы сенбернар.
Как метель гуляет по Руси!

Пес небесный, меня прости.

Стих какого-то парня из моего города. Очень понравился.

Ангел
В дверях эдема ангел нежный
Главой поникшею сиял,
А демон, мрачный и мятежный,
Над адской бездною летал.

Дух отрицанья, дух сомненья
На духа чистого взирал
И жар невольный умиленья
Впервые смутно познавал.

"Прости, - он рек, - тебя я видел,
И ты не даром мне сиял:
Не все я в мире ненавидел,
Не все я в мире презирал"

Александр Сергеевич польщен ;D

http://next.feb-web.ru/feb/pushkin/critics/izm/izm-334-.htm (http://next.feb-web.ru/feb/pushkin/critics/izm/izm-334-.htm)
http://feb-web.ru/feb/pushkin/texts/push17/vol03/y03-059-.htm (http://feb-web.ru/feb/pushkin/texts/push17/vol03/y03-059-.htm)

Рус Lan, мда, парень-то явно не из вашего города. Впредь будьте чуть внимательнее.
Kaetzchen, спасибо за оперативность.

Модератор

А.Асманов
Чужой дневник

Было: ночь, приличье и вчера...
Кто придумал миру вечера?
Свет безликий  сбоку  ночника,
Дым под веки, мокрая щека.

Мехом — снег под окнами зимой.
Эхо лестниц: ”Уходи домой”.
Зябко там, а в комнатах — уют...
Этих слов мне не произнесут.

Было: ночь. И комната была.
И не встала я из-за стола.
Я ждала. Болела голова.
Я осталась. Слушала слова.

Город мой, спаси меня, возьми!
Город спит мостами и людьми.
Губ к рукам склоняется печать,
Нет подруги, чтобы выручать.

Брат мой старший, сильный и большой,
С небывало чистою душой,
Нерожденный! Слышишь ли? — Беда!
Я сама приехала сюда...

Свет под крышей. Старая игра.
Брат не слышит: нет его, сестра...
Лаской-ряской помнится вчера...
Страшной сказкой длятся вечера