Печать страницы - Пока без названия

;)

Красная икра, которую я выменял на Ленкино персиковое варенье, как и следовало ожидать, привела мою половинку в восторг. Она обожает такие бутерброды: ломоть пышного белого хлеба, густо смазанный толстым слоем зернистой икры. Сам-то я к икре равнодушен, предпочитаю женушкины персики. И в свежем виде, и в виде компота и варенья, с потрясающим вкусом и ароматом. Кстати, чудесный товар для бартера! Икру и рыбу, когда судьба заносит на Дальний Восток, тамошние обитатели мне всегда пытаются давать «просто так», но неписаные правила вежливости требуют оставить что-то взамен. А уж какое впечатление сочные персики размером с кулак мужчины-робота производят в местностях с суровым климатом, легко можно догадаться.
Мы сидели за столом в гостиной, ели, пили чай, болтали «о своем, о домашнем». Ленка рассказала, что ближайшие соседи отбыли на орбиту – «настраивать какой-то телескоп». Потом она спохватилась:
-Толя, время! Сейчас будет повтор!
Я торопливо настроил свой телеприемник на Сеть и сосредоточился… То, что пришлось услышать, буквально потрясло.
«…Сегодня в 9 часов 15 минут по Гринвичу на территории Якутии, в том месте, где река Тимптон впадает в реку Алдан, была обнаружена резиновая надувная лодка. В ней находились тела трех роботов, без каких-либо внешних повреждений, но не подающие признаков жизни, - бесстрастно звучал голос диктора. - В ходе предварительного осмотра и проверки выяснилось, что электронные цепи роботов сожжены, аккумуляторы полностью разряжены. Личности погибших пока не идентифицированы. Известие о происшествии срочно передано всем компетентным органам, к месту обнаружения погибших направлена полицейская бригада. Следите за дальнейшими новостями!»
Наверное, у меня был совершенно ошарашенный вид, поскольку Ленка поспешила с утешениями:
-Ну, зачем так переживать, Толя! Жаль, конечно, что погибли… Но от таких происшествий никто не застрахован. Наверное, попала вода, вот и короткое замыкание! Трагическая, нелепая случайность.
Я медленно покачал головой:
-Этого не может быть, Лена!
-Но почему? - искренне удивилась супруга.
-Радость моя, ты непревзойденный знаток садоводства, но по анатомии роботов всегда была слаба. Мы спроектированы и сконструированы по высшему классу надежности. Понимаешь? По высшему! – я наставительно покачал пальцем. - Это значит, что вода никуда, кроме как в рот, попасть не может. А если бы даже и попала каким-то чудом, должна была мгновенно сработать аварийная защита, чтобы цепь просто-напросто отключилась, не успев сгореть.
-Но ведь она как-то сгорела! – развела руками Ленка.
-Вот именно, - кивнул я. - И это подозрительно. Очень подозрительно! Более того, мне очень хотелось бы знать, каким образом разрядились аккумуляторы! Ведь мы устроены так, что даже если цепь сгорит, аккумулятору от этого ни холодно, ни жарко. Он установлен с таким расчетом, чтобы его не разрядило даже короткое замыкание! У него отдельная линия защиты! Вообразим вовсе невозможное: что умная вода нашла способ обойти и это препятствие, - продолжал я. - Но тогда аккумулятор должен был мгновенно разогреться до температуры плавления! Представляешь, как выглядел бы робот? А тут ясно было сказано: «без внешних повреждений». Наконец, представим, что каким-то уму непостижимым образом, почти невозможным с точки зрения теории вероятности, с одним роботом все-таки случился подобный казус. Но не с тремя же одновременно!
-В самом деле… - тихо сказала Ленка. Было видно, что мои аргументы произвели нужное действие.
-Похоже, речь идет о преступлении! – подытожил я.
-Толя! Ну, это уже слишком… - укоризненно покачала головой жена. - Мы все-таки не люди. Вон у тех преступления считались нормой.
-Дорогая, и у нас они происходят, хоть очень редко, - вздохнул я. - К счастью, всего раз в сто пятьдесят – двести лет. У вроде бы совершенно нормального с виду робота вдруг, как говорили раньше, «едет крыша», и он совершает ужасные поступки, не поддающиеся никакому логическому истолкованию… Ладно, подождем, что обнаружит полиция.

Глава 2
Негромкий мелодичный перезвон заставил меня вздрогнуть и оглядеться по сторонам. Я не сразу понял, что это всего лишь коммуникатор. Ленка, сочувственно вздохнув - мол, это же надо, до чего расстроился муж из-за неприятной новости, прямо нервным стал! – сама активировала прибор. На засветившемся экране тут же возникло хорошо знакомое лицо.
-Есть кто живой в этом доме? – раздался громкий уверенный голос. Эдвин, наш близкий друг и мой коллега по профессии, всегда здоровался одной и той же фразой.
Ментально подтвердив установление связи и согласие на разговор, я отозвался:
-Как ни странно, есть. А у тебя что, скопилась целая куча важных новостей, за те считанные часы, пока мы не виделись?
-Куча не куча… Впрочем, хватит и того, что я очень соскучился по Елене, - усмехнулся Эдвин. - Как там твоя длинноногая златовласка поживает? Мы же целый год не встречались, страшно сказать!
-Сам виноват, - усмехнулась «длинноногая златовласка», вступая в разговор. – Кто клятвенно обещал приехать вместе с женой и поплескаться в нашем озере? Вот и верь вам, мужчинам! На обещания вы все горазды, а как доходит до исполнения…
-Каюсь, Леночка, каюсь. Есть такой грех, - заторопился Эдвин. – Но я не забыл про обещание. Честное слово, не забыл! Как-нибудь, непременно нагрянем с Молькой! Причем, в этом году. Клянусь своим аккумулятором, чтоб он иначе разрядился!
-Ой, не надо! – испуганно охнула моя половинка, изменившись в лице. – Никаких аккумуляторов! Хватит и этой троицы… - Она осеклась, явно раздумывая, не сказала ли лишнего.
-А, так ты уже слышала эту новость? Значит, надеюсь, не будешь возражать, если я с твоим благоверным посплетничаю? О делах наших скорбных, сугубо мужских… Археологических… - лукаво хмыкнул Эдвин.
-Намек понятен! – Елена проворно поднялась со стула. – Только потерпи немножко, я сейчас сделаю себе еще один бутербродик с икоркой и пойду к цветочкам-розеточкам, а вы потом сплетничайте на здоровье, археологи-конспираторы со стажем!
Рассмеявшись и чмокнув меня в щеку, «златовласка» исполнила обещанное. Правда, ее «бутербродик» размерами скорее походил на исполинский бутербродище, но мне для жены икры не жалко. Пусть чревоугодничает. Я как-нибудь снова выберусь на Камчатку…
-Итак? – оставшись один в гостиной, я повернулся к экрану.
-Думаю, ты уже все увидел, обдумал и даже заметил кое-какие детали, - Эдвин не спрашивал, он констатировал факт. Мы слишком хорошо знали друг друга. И в его голосе уже не было даже намека на иронию.
-Да. Только не увидел, а услышал.
Эдвин выпучил глаза:
-Так ты не смотрел видео? Ну, тогда любуйся, да со всем вниманием! Включаю.
Его лицо исчезло, сменившись не слишком качественной записью места происшествия. Наверное, снимали те случайные свидетели, туристы, которые обнаружили лодку с тремя мертвецами.
Сначала был виден только общий план: хмурое небо, угрюмые скалы, испещренные трещинами и расщелинами, густо поросшие хвойным лесом, широкая и мощная река, местами пенящаяся на камнях, с темной и мутной водой, которая быстро неслась с глухим ревом. Затем камера повернулась влево, стало видно место впадения другой реки – тоже быстрой, но гораздо более узкой. А это что? Я невольно подался вперед, напряг зрение…
По притоку плывет какой-то предмет, похожий на лодку… Резкое увеличение – точно, надувная лодка, большая и высокобортная. Отчетливо видны три робота, которые неподвижно лежат на днище. Можно подумать, что они спят. Но это невозможно, ведь 9 с четвертью утра по Гринвичу означает 19 с четвертью по якутскому времени. Слишком рано для сна. К тому же, невозможно представить, чтобы вся троица дружно уснула в такой ответственный момент, как выход из притока на большую воду. Один – вполне возможно, два – максимум. Но не все сразу же! Кто-то должен был следить за ситуацией! Это самые элементарные вещи для туриста, рыбака или археолога, которые невозможно не знать. Вывод может быть только один – они выведены из строя.
Далее видно, как один из свидетелей, приблизившись вплотную к воде и изловчившись, цепляет сучковатой палкой с берега носовую веревку лодки, наматывает и подтягивает ближе… Вот лодка уже на мелкой речной гальке. И, наконец, крупным планом лица всех троих…

Я инстинктивно вздрогнул всем телом. Неужели?!..
Картинка исчезла, на экране снова появился Эдвин. Лицо у него было серьезное и озабоченное.
-Узнал? – в озабоченном голосе снова не столько вопрос, сколько утверждение. – Ну, и что теперь думаешь?
Конечно, я узнал эту троицу. Знаменитый «черный копатель» Хьюго Баскет и два его ближайших помощника. Лично сталкиваться с ними не доводилось, но мир археологии слишком тесный. Волей-неволей запомнишь не только «законных» специалистов, сделавших себе имя, но и «черных копателей», также заслуживших серьезную репутацию. А уж у этих роботов репутация была такая, что сделала бы честь любому профессионалу, даже самому опытному и известному. Их фотографии красовались на всех мало-мальски стоящих археологических сайтах. Включая, разумеется, наш сайт Центра Археологии.
Эта троица начала свою деятельность примерно 50 лет назад, когда мы с Эдом только-только были собраны. Они раскопали кучу мест в Центральной Африке. После чего они досконально исследовали обе Америки, уделив главное внимание горным районам, попробовали искать даже в Антарктиде, а потом перебрались в Альпы. Копали у подножий Монблана, Юнгфрау, многих других вершин, несколько раз лишь чудом не угодив под лавину. 10 лет назад они принялись работать на Кавказе, а через 5 лет их уже видели в Тибете… Ребята трудились не покладая рук, действуя с усердием, трудолюбием и неумолимой настойчивостью муравьев. И хотя мы, профессиональные археологи, «черных копателей» не очень-то жалуем, по многим причинам, конкретно к этой троице у нас не было никаких претензий. Ни малейших! Более того, мы даже испытывали к ним уважение. Надо отдать должное, не в пример многим другим «черным», они не жадничали, нередко давали хорошие наводки: мол, в точке с такими-то координатами есть смысл тщательно порыться. Мы отправляли экспедиции в указанные районы и, действительно, почти всегда находили кое-что интересное. Но этим сотрудничество и ограничивалось, ни на какие контакты они больше не шли. А за последние два года от них вообще не было ни слуху, ни духу… Но, поскольку раз в три месяца они, как положено, сообщали в ближайший информационный центр: «С нами все в порядке, беспокоиться не нужно», их никто не объявлял в розыск.
И мы с Эдвином, и многие другие археологи уже головы сломали, пытаясь догадаться: так что они все-таки ищут с таким упорством, не жалея ни сил, ни времени. Скорее всего, их, как и нас, занимал проклятый вопрос: почему все-таки исчезла человеческая цивилизация? И они надеялись отыскать хоть что-то, способное пролить свет на решение этой загадки… Искали упорно, настойчиво, пока их деятельность не была прервана таким странным и страшным образом…
От этих невеселых мыслей меня оторвал новый вопрос Эдвина. Или Эда, как я его коротко называю.
-Толька, а как тебе такой примечательный факт? Они ведь не только новые места обследовали! Бывало, шли и по нашим следам.
-Серьезно? Откуда знаешь? – насторожился я. Вот это новость!
-Еще вчера на съезде разговорился с ребятами из Америки. Так они рассказали, что несколько лет назад случайно проезжали через прежние раскопки, и обнаружили, что там все разрыто куда основательнее… Согласись, обычные любознательные туристы так себя не ведут. Те сделали бы ямку-другую, и все. А эти неведомые исследователи не поленились, прокопали настоящую штольню, с крепью. Причем крепь была не абы какая, а сделанная по всем правилам! – уточнил Эд. - Надежная, гарантирующая безопасность при раскопках.
Я пожал плечами:
-Но почему ты думаешь, что это работа группы Баскета?
-Вот этого я как раз не утверждаю, - хмыкнул Эд. - Однако в том, что поработали «черные», нет никаких сомнений.
-Да, факт примечательный… Кстати, о других таких случаях ты не слышал?
-Пока нет. Но может быть, просто потому, что не задумывался о таком. Сам посуди: раскопки закончены, работа сделана, других планов полно… Какой археолог будет ломать голову, что происходит на прежних «точках»? – резонно заметил Эд. - Но если специально расспросить коллег, наверняка такие факты всплывут! Слушай, а может, эти чудаки Шамбалу искали, как люди в древние времена?
-Эд, я тебя умоляю! – чуть не простонал я. - Шамбала, если это не миф, должна находиться где-то в Тибете. Неужели «черные» об этом не знали? Тем более, такие опытные, как Баскет со своей группой, если предположить, что тот раскоп все-таки их рук дело? Надо быть редкостными идиотами, чтобы искать ее где угодно, включая Америку и Антарктиду. Нет, ручаюсь, они искали что-то целенаправленно. И в итоге поплатились за это жизнями.
-Но как объяснить, что цепи оказались сожженными? Ты когда-нибудь слышал о таком оружии?
-Ох, гуманитарий ты наш ярко выраженный… - вздохнул я. - Направленное излучение!
-Возможно… - недовольно пробурчал Эд. - Ну, а аккумуляторы? Как они разрядились? Цепи сожгли, а источники питания продолжали садиться сами по себе? И сели так быстро, до полного нуля? Даже моя гуманитарная сущность подсказывает, что это маловероятно.

-Вот именно. Слушай, Эд, мы должны разобраться в этом деле. Конечно, полиция не спустит его на тормозах, но ведь и мы на что-то способны, так? Эти ребята вели целенаправленный поиск, долго и упорно. И, похоже, нашли… на свои головы! Пока не случилось беды, мы относились к их работе снисходительно: пусть себе копают, если охота, лишь бы у нас под ногами не путались. А теперь понятно, что дело серьезное. Очень серьезное. Не знаю, как ты, а я постараюсь распутать эту загадку! – мой голос задрожал от волнения. - Пусть полиция делает свою работу, я не собираюсь ей мешать. Но параллельно проведу свою, и во что бы то ни стало, доведу дело до конца. В конце концов, я археолог, тут задета моя профессиональная честь!
-Не только твоя, - хмыкнул Эд. – Как ни странно, моя тоже. Надеюсь, не думаешь, что я способен отсидеться в стороне, пока ты будешь вести следствие?
-Вот и прекрасно! – кивнул я. – Будем, как всегда, работать вместе. Давай пока спокойно все обдумаем, рассмотрим все известные факты, а как только у меня или у тебя появится версия, или понадобится что-то обсудить – сразу же свяжемся. Договорились?
-Договорились. Пораскинем мозгами. Ты только, когда будешь думать, учти одну интересную особенность: они вели раскопки исключительно в горах. Равнины и холмы их не интересовали… Пока, до связи!
-Пока, Эд! Передай привет Молли, и ждем вас в гости. Помни, клялся аккумулятором! – я улыбнулся.
-Ну, теперь уже как поиски пойдут! Сам же втянул в это дело! – Эдвин с лукавой усмешкой махнул рукой и отключился. Экран погас.

Глава 3
Я закрыл банку с остатками икры (хорошо «приложилась» к ней ненаглядная женушка, просто обожающая эти маленькие красно-оранжевые шарики, ничего не скажешь!) и убрал ее в холодильник. Туда же отправились продукты со стола и копченая семга из сумки.
Как хорошо, что когда-то нашлась среди роботов светлая голова, додумавшаяся, что продукты могут дарить нам удовольствие в виде вкусовых ощущений! Так-то нам для жизнедеятельности вполне хватает энергии от аккумулятора, который подзаряжается каждую ночь во время сна. А без подзарядки (если вдруг каким-то чудом это произойдет) может работать три месяца, питая цепи. Вот поэтому и положено: раз в квартал каждый интеллектуальный робот обязательно должен сообщать о себе в ближайший Информационный центр. Просто так, для порядка. Иначе заподозрят, что с ним могла случиться беда, и начнутся поиски.
Но когда додумались, как могут украсить нашу жизнь обычные дикорастущие ягоды и плоды… Началась самая настоящая техническая революция! Наверное, именно такой переворот в жизнь людей сначала принесла паровая машина, а затем – электричество. Постепенно, шаг за шагом, организм роботов претерпел кардинальные изменения. Была добавлена пищеварительная система. Сначала упрощенная до примитивности, только чтобы обеспечить получение этих вкусовых ощущений. Попутно шла работа по воссозданию давно утраченных садовых сортов, чтобы ягоды и фрукты были крупнее и сочнее. Селекционеры трудились, не покладая рук. А уж когда выяснилось, что растения содержат в себе еще и энергию, которую можно использовать, чтобы жить не только за счет электрического тока… Работа закипела с утроенной скоростью. Лет через двести один робот поставил рекорд. Он десять лет существовал исключительно на растительной пище, отказавшись от подзарядок, прекрасно чувствовал себя и был очень доволен. Целых десять лет, последние в своей жизни. Потом он ушел в Утиль по старости.
После чего среди роботов нашлась еще одна светлая голова, призадумавшаяся над вопросом: только ли растения содержат в себе энергию и могут дарить вкусовые ощущения, или животные продукты - тоже? Ленка, небось, до сих пор поминает добрым словом этого неведомого гения-благодетеля. Если бы не он, не получать бы ей удовольствие от красной икры! Хотя, что она находит в этой икре, только ей и ведомо. Вот персики и клубника, это же так вкусно!
После того, как мы стали использовать в пищу животные продукты, пищеварительная система роботов стала гораздо сложнее и совершеннее. А для сохранения продуктов пришлось воспользоваться технологией людей. Ибо, как говорили те же люди, неизвестно как исчезнувшие с лица Земли, «зачем изобретать велосипед?» Мы изучили сохранившиеся материалы, нашли чертежи и описания холодильников и научились их делать. В принципе, ничего особо сложного…
Нет, ну действительно, кто бы объяснил, что Ленка находит в икре? Неужели вкусовые ощущения мужа и жены, проживших вместе столько лет, могут так сильно отличаться?! Тем более, что персики и клубнику она тоже любит. Но от икры просто балдеет... Так, кажется, тоже говорили люди.
Икру добывают на Камчатке в период нереста лососевых рыб. В строго ограниченных количествах. Ежегодно разрешено добывать не более трех с половиной тон (соответствующие органы отчего-то решили, что для 365 тысяч роботов, населяющих Землю, этого вполне достаточно). По моему мнению, это просто смешно. Ведь получается, что порция одного робота ничтожно мала: меньше 10 граммов в год! Конечно, далеко не все роботы едят икру. Кто-то ее не любит, кто-то вообще не подозревает о существовании такого продукта… Но все равно, даже если приплюсовать их нормы «едокам» – получается мало. Очень мало!

Вот местные жители, которые по примеру людей называют себя мудреным словом «камчадалы», из-за этого и браконьерствуют потихоньку. Кроме разрешенных трех с половиной тонн, они прихватывают еще несколько. Или несколько раз по несколько, что более вероятно… На Камчатке об этом знают все, от младенцев до стариков, включая полицию. Которая, если верить слухам, сама охотно занимается браконьерством. Ну, или просто «закрывает глаза», за небольшую дань в виде той же икры. Что поделаешь, роботы тоже далеко не совершенны, как и люди…
Закрыв дверцу холодильника, я направился в ванную комнату и привел себя в порядок. Благо, у роботов гигиенические процедуры сведены к минимуму. Как раньше страдали люди-мужчины, которым приходилось бриться каждый день (а многим еще и по два раза!) – уму искусственному непостижимо. Я бы замаялся. Про ежемесячные проблемы людей-женщин и подумать страшно. Ленка с Молли, наверное, умом бы подвинулись… А если еще добавить депиляцию ног, подмышек и более деликатных частей тела… Ужас!!! Как хорошо, что роботы от всего этого избавлены! Но волосы на голове мыть надо, ведь на них садится пыль… Я снял парик, вымыл шампунем, отжал, просушил феном. После чего расчесал, закрепил на голове и, выйдя из дома, направился к своей «златовласке».
Ленка, давным-давно управившаяся с гигантским бутербродом, уже рассадила будущую ремонтантную клубнику и теперь тщательно прорывала траву на одной из бесчисленных цветочных грядок, что-то тихо мурлыча себе под нос.
-И не надоедает же тебе! – с деланным сочувствием вздохнул я, присаживаясь рядом и нежно обнимая ее за плечи. – Ну, прямо как бывшая женщина на каторжных работах.
-Молодец, что пришел, - лукаво усмехнулась спутница жизни. – Как раз вовремя. Поможешь каторжанке сорняки дергать!
Я обвел окрестности скорбным взглядом, затем испустил еще более тяжелый вздох и принялся за работу с притворным ворчанием:
-На раскопках в земле ковыряешься, ковыряешься, в грязи и пыли, дома бы отдохнуть, да куда там, и здесь заставляют… Никакого покоя несчастному роботу! Кажется, у людей это называлось эксплуатацией. И учти, дорогая, именно по этой причине у них вспыхивали бунты, революции… Нет, я ни на что не намекаю, но на твоем месте призадумался бы!
-Милый мой, я знала, за кого выхожу - ласково погладила меня по голове «златовласка», - но ведь и ты знал, кого в жены берешь? Правда? Так какие у тебя претензии?
-Ну что ты делаешь! – вот теперь я проворчал уже без всякого притворства. – Только-только волосы вымыл, а ты их грязными руками!
-Ну, вымоешь еще раз, всего-то дел… - невинно усмехнулась Ленка. - О чем сплетничали с Эдом? О том происшествии?
-О чем же еще! – пожал я плечами.
-Расскажешь? – глаза женушки загорелись.
-Подумаю, стоит ли, - притворно скорчив недовольную физиономию, пробурчал я. - Возвращается муж домой, усталый и голодный, а его сразу же – на грязные работы…
Жена прыснула. Я, не сдержавшись, тоже. Потом мы расхохотались.
-Ну, давай, рассказывай, не вредничай! – снова потрепала меня по голове Ленка. – Мне ведь тоже интересно!
Я вкратце пересказал ей содержание беседы. Потом мы какое-то время молча пололи сорняки. Заодно я ментально настроил телеприемник, вошел в Сеть и просмотрел весь список сообщений Хьюго Баскета на нашем археологическом сайте. Надо же, оказывается, за последние 30 лет, то есть, с того момента, когда его группа начала делиться с нами информацией, мы получили около сотни «наводок! Затем я зашел на сайт, где был выложен список ныне живущих роботов, сразу задав поиск на букву «Б». Баскетов оказалось больше сотни, но с именем Хьюго – всего двое. Однако один из них был только что создан, а второй, судя по возрасту, через два года отправится в утиль. Не подходят. На всякий случай, я проверил более общий список… Стоп! Вот он. Хьюго Баскет, создан в 5230 году. По возрасту – самое то, он же был старше меня примерно на 30 лет… Что там написано? «Информация закрыта ввиду расследования причин гибели».
Вот значит как! Выходит, полиция уже официально установила его личность. Как, скорее всего, и личности двух других его «товарищей по несчастью». Факт гибели официально признан. Жаль, очень жаль, что информация засекречена. Так можно было бы установить, в каких Информационных центрах его группа отмечалась перед гибелью, составить хотя бы примерный маршрут следования… Что же, пойдем другим путем. Медленным, муторным, но зато надежным. Просмотрим, с каких адресов он посылал нам ту самую сотню «наводок»…
Полученный результат меня настолько удивил, что я сначала задумался, потом переслал его Ленке по локальной связи, прося осмыслить и сделать выводы. А она, в свою очередь, вскоре после начала мыслительного процесса тоже настолько удивилась, что прекратила дергать сорняки и плюхнулась (грациозно!) на «пятую точку», наморщив лоб.

-Толя, скажи, куда вы с Эдом собираетесь отправиться в этом году? То есть, собирались, пока не узнали об этой троице? – спросила жена после небольшой паузы.
-В Антарктиду. Мы там еще не были. Точнее, отправимся зимой, когда там будет лето, а пока поедем в Гренландию.
-А в прошлом году вы копали Ямайку. Все лето. А в позапрошлом – Новую Зеландию. А еще раньше не вылезали с Мадагаскара… - Ленка укоризненно покачала головой. - Толя, я вовсе не хочу вас обидеть, но возникает такое впечатление, что вы бегаете по всему свету, действуя методом «научного тыка». Или как там у вас это называется.
-А как еще? – искренне удивился я. - Мы же археологи! Копаем, ищем… Как иначе? Другого способа, знаешь ли, еще не придумали, дорогая.
-Баскет и его помощники тоже были археологи, хоть и «черные». Но они не бегали туда-сюда! – наставительно покачала Ленка пальцем в перчатке. – Толя, обрати внимание: они всякий раз давали вам «наводку» задним числом, уже переместившись на другое место раскопок. Каждый – повторяю, каждый! – их последующий объект находился впереди предыдущего. Линия была ломаная, конечно, но общее-то направление выдерживалось вполне определенное! От Америки к Тибету, потом – в Якутию. С запада на восток! Какой из этого можно сделать вывод, а? Ну-ка, призадумайся, драгоценный мой археолог!
Смутная мысль забрезжила в моем мозгу…
-Ленка, не томи! Ты хочешь сказать, что у них был какой-то документ? Старинная карта, штурманский дневник?
-Или еще какой-то артефакт, - кивнула «златовласка». – Тут даже не может быть сомнений.
-Но тогда они не стали бы мотаться туда-сюда, тратить кучу времени и сил на бесплодные раскопки, а сразу же направились бы в нужное место! – резонно возразил я.
-А если в документе не было точных координат этого «нужного места»? Только приблизительно описание местности, к примеру? – столь же резонно парировала «златовласка».
-Ленка, я тебя обожаю! Умница ты моя! – подскочив и стиснув жену в объятиях, я наградил ее крепким дружеским поцелуем. Постаравшись сдержаться и не доводить его до «страстного». Еще предстоит куча дел… да и оторвать Ленку от возни в любимом саду – тут нужна куда более веская причина, чем внезапно вспыхнувшее супружеское вожделение. Не поймет и даже рассердится. (Я знаю, что говорю. Имею личный опыт).
-Обожаешь, так помогай! – спутница жизни явно решила, что пауза в работе сильно затянулась, на радость зловредным сорнякам.
Вздохнув и продолжив прополку, я снова с головой ушел в размышления… и в Сеть. Прежде всего, разумеется, постаравшись узнать об этом Хьюго Баскете как можно больше. Моя работа сейчас была сродни добыче золота: чтобы найти несколько драгоценных крупинок, нужно просеять и промыть кучу пустой породы, не жалея ни сил, ни времени… Ну что же, взялся за дело – не жалуйся.
Итак, его идентификационный номер 18.05.5230.04. Что означает: робот Хьюго Баскет был создан 18 мая 5230-го года, четвертым по счету в серии. Получается, он был старше меня на 20 лет и 2 месяца.
В школе интересовался древней архитектурой человеческой цивилизации (той самой, бесследно исчезнувшей). Последние два года, когда выбирают будущую профессию, изучал строительное дело. Судя по оценкам, учился очень хорошо, был в числе лучших. В 15 лет, получив диплом, уехал в Центральную Африку и поселился на берегу озера Виктория – того самого, из которого берет исток Белый Нил. Здесь принял активное участие в строительстве огромного туристического комплекса, самого крупного на Земле. Через 5 лет, когда Баскету исполнилось 20, комплекс был без всяких нареканий сдан «под ключ», и на этом все сведения о роботе прерывались.
Что же, рассуждал я логически, скорее всего, эти сведения есть в списке, куда вход временно заблокирован. Не слишком богатая добыча, конечно… но уже хоть что-то. Первая пара крупинок золота. Что мы имеем? Баскет целых 5 лет провел на берегах Виктории, хорошо зарекомендовав себя (иначе его непременно заменили бы другим специалистом, если бы со строительством возникли какие- то проблемы!) А потом он вдруг увлекся совершенно другим делом, решив заняться раскопками. С чего это? Что могло подтолкнуть? Скорее всего, именно во время строительства он узнал какую-то важную информацию, или раздобыл артефакт, лишивший его покоя. Значит, и мне необходимо поехать туда, на озеро Виктория! Пообщаться с руководством комплекса, с местными жителями, навести справки. Может, и отыщу какую-нибудь подсказку. Конечно, прошло целых 50 лет, но вдруг повезет!

Но это все относится к началу его деятельности. Баскет был способным, трудолюбивым и любознательным роботом. Сам факт того, что ему в столь молодом возрасте доверили важное и ответственное дело, и он хорошо с ним справился, говорит о многом… А что можно сказать о причинах гибели? Думай, Анатолий, думай… Прежде всего, зададимся простейшим вопросом: что вообще могло находиться в том районе, где группу Баскета настигла смерть? «Черные» плыли по Тимптону, направляясь к месту его впадения в Алдан. Ну-ка, зададим поиск, посмотрим карту… Якутия, Алдан, Тимптон… Вот она, эта речка! Н-да, немалая, даже по якутским масштабам! Конечно, на фоне исполинской Лены, или того же Алдана она может показаться крохотной, но все же несколько сотен километров длины! В Европе считалась бы очень даже солидной.
Так, увеличим масштаб… Н-да, невеселая картинка. Эта река еще имеет массу маленьких притоков, где вполне пройдет резиновая лодка. Роботы могли плыть по любому из них… Получается, что район поиска огромный. А главное, пока еще совершенно непонятно, что там искать-то? Конкретного робота? Какое-то строение? Что там вообще есть? Одна непроходимая тайга, или все же встречается какое-никакое жилье? Ну-ка, снова в Сеть… Параметры поиска… Видео… Ох, красота-то какая! Я невольно покачал головой, восторгаясь открывшейся картиной. Дикая, суровая природа, без ярких красок, но такая величественная, что просто дух захватывает. Какие виды, какие скалы, какие горные вершины и сопки на фоне заката! Медведи с мокрой, слипшейся от воды шерстью ловят рыбу на перекатах, ловко подцепляя когтями лососей, идущих на нерест, и тут же поедают добычу, смакуя каждый кусочек. Стаи гусей на озерах – отдыхают во время сезонных перелетов. Блестящая от капелек росы густая паутина между ветвей… Всюду жизнь. И всего 8 мест, где обитают роботы – на весь огромный район. Места эти специально выбраны с таким расчетом, чтобы не мешать ни зверю, ни птице.
Конечно, раньше, когда на Земле жили люди, таких обитаемых мест там было во много раз больше. Хотя, признаться, я до сих пор никак не могу понять, что заставляло их здесь селиться. Красота красотой, но климат же невероятно суровый! Это нам, роботам, все равно: что жара +40, что холод такой же величины, со знаком «минус»… Активировать программу: «нечувствительность к температуре воздуха», и никаких проблем. Но им-то, с их жалкими телами, с их системой жизнедеятельности, каково было переносить такие морозы?! В такую погоду без теплой одежды только дома сидеть. А ведь они еще и работали, гуляли, вылазки на природу делали… Ну-ка, зададим поиск: «Жизнь и быт людей в этом районе»… Что это?! Я, вздрогнув всем телом, округлившимися глазами уставился на древнюю фотографию, где была запечатлена молодая девушка, закутанная в длинную шубу и меховую шапку, которая ... ела мороженое. Судя по тому, что задний фон был размыт, как бы в морозном тумане, а ветки дерева, возле которого она стояла, густо покрылись инеем, в тот день было очень холодно. Наверное, даже ниже, чем – 40. Может, 45 градусов мороза, или все 50. А она ела мороженое! Уму непостижимо… Наверное, сумасшедшая? Но почему ее тогда оставили без присмотра? Хотя… Кто их знает, этих людей, может, она так пыталась согреться? Если температура самого мороженого была где-то минус 10…

Надо будет обязательно посетить все эти 8 «точек», расспросить жителей, не видели ли они Баскета и его товарищей. А также не замечали ли в этих местах чего-то странного, необычного. Может, и будет какая-никакая зацепка… Кстати, а что там было построено при людях? Я задал параметры более глубокого поиска. Высветились карты тех далеких времен, статистические таблицы… Оказывается, кроме довольно большого города и кучи поселений, на Тимптоне был целый каскад гидроэлектростанций. Ох, люди, люди… Ну неужели было так трудно пользоваться дармовой и чистой энергией ветра, морских приливов и отливов, атмосферного электричества? Почему мы, роботы, смогли это сделать, а вы – нет? Почему вам сначала понадобилось добыть и сжечь кучу угля, загрязнив воздух и воду, затем перегородить плотинами реку, затопив огромные площади лесов и лугов… А ведь там жили звери, которых вы лишили убежища! Или вам было безразлично? Вот этого я, признаться, никак не мог понять.
У нас, роботов, существует строгий закон: убить зверя можно только при крайней необходимости. «Просто так» - ни в коем случае, наказание будет очень строгим, вплоть до утилизации. Ведь звери живут у себя дома! Живи и ты, не мешая им. Смотри со стороны, любуйся, но не убивай! Желание убить без самых серьезных смягчающих обстоятельств у нас приравнивается к опасным отклонениям от нормы, равнозначным преступлению. Почему люди не могли поступать так же? Неужели им не хотелось жить на красивой, чистой планете в гармонии с другими живыми существами?
Ладно, Создателю виднее… Так, что тут еще было? Ох… Нефтепроводы, газопроводы… Воинских частей или каких-то секретных объектов вроде не наблюдалось. Самая обычная местность, ничем не примечательная. Абсолютно ничего такого, что могло бы привлечь внимание квалифицированного археолога… Или детектива-любителя – так, кажется, назывался у людей род занятий, привлекший меня и Эда? Ну, разве что, еще горы… Гор тут хватало, пусть и не слишком высоких.
Будто почувствовав, что я о нем подумал, на связь вышел Эд:
-Толя!
-Да?
-Я разместил на нашем сайте запрос, попросив откликнуться всех, кто его увидит. О том, обследовал ли кто-то повторно их раскопки. Или раскопки других археологов, которых они знают. Как ты думаешь, сколько коллег ответило утвердительно? – голос Эда задрожал от возбуждения.
-Все равно не угадаю, так что не томи, скажи сам!
-Девять! То есть, уже десять, только что пришло новое подтверждение.
-Вдоль уже известного нам маршрута? – уточнил я.
-Именно.
-И все точки – либо в горах, либо вплотную к горам?
-Совершенно верно, - усмехнулся Эд. – Баскета с товарищами тянуло в горы, будто магнитом. Тебе это ни о чем не говорит?
-Еще как говорит! – кивнул я. – Где-то в горах спрятано нечто невероятно важное. Исходя из того, что группа Баскета упорно разыскивала это самое «нечто» целых пятьдесят лет. И, похоже, то ли разыскала, то ли напала на след… Заплатив за это самую высокую цену.
-Толька, прекрати ерничать! – почему-то рассердился Эд. – Не время! Увы, есть еще кое-какое обстоятельство, не делающее чести ни всей нашей славной археологии в целом, ни нам с тобой, как специалистам – в частности.
Я невольно напрягся.
-И какое же это обстоятельство, Эд?
-Мы с тобой, Толя, хреновые археологи… Очень хреновые, как ни печально признавать это! - в голосе друга и напарника отчетливо слышалась злость и досада. - Мы очень плохо искали, если после нас было, что искать!
-Ты хочешь сказать… - у меня чуть не перехватило дыхание.
-Вот именно! – чуть не вскипел Эд. - Из этих десяти точек – девять наших, Толя. Представляешь?! Они шли за нами по пятам.

Только накрепко вызубренное правило – не выражаться в присутствии Ленки – удержало меня от очень грубой ругани… Я перевел дыхание, мысленно сосчитав до десяти.
-Это точно? Ошибка исключена?
-Исключена, дружище. Увы!
-Но почему же мы… то есть, ты узнал об этом только сейчас? Почему раньше никто из коллег даже словом не обмолвился?
-Толик, потому, что телепатия роботам не свойственна! Мы считали эти места пустыми и шли дальше, туда не возвращаясь. А ребята думали, что это наши следы. Мол, все-таки вернулись, решили на всякий случай еще раз порыться… - вздохнул Эд. - Ничего удивительного. Мы на их месте, скорее всего, подумали бы то же самое. Ладно, что ты успел выяснить за это время?
Я отправил ему результат своих поисков и Ленкину гипотезу, после чего мне пришло изображение пышного букета пунцовых роз. С пометкой: «Для Лены!»
-Мог бы и не уточнять, кому цветы… - проворчал я.
-Ленка - возопил Эд, переключаясь на ее «прием», - драгоценная наша, ты просто чудо!
-Спасибо – скромно потупилась моя благоверная, - я вообще-то и сама это знаю. Кстати, мог бы присылать цветы и почаще! Раз уж от законного мужа не дождешься.
-Толька! – мгновенно переключился «ценитель чуда» на меня. – Ты понимаешь, что нам нужно делать?
-Понимаю. Нужно пройти его дорогой, с самого начала! – категорично заявил я. - Извини, вот теперь разгадать эту головоломку - дело моей профессиональной чести. Покойник меня слишком сильно разозлил. Точнее, все три покойника сразу…
-Не только тебя, но и меня. Ты прав, начнем сначала… извиняюсь за глупый каламбур.
-Ленок, ну ты представляешь? – внезапно вплелся в разговор высокий женский голос. – С кем нас угораздило связаться?! Вот почему мы, бабы, такие дуры?! Нашли, за кого выскочить! Будто кроме археологов мужиков нет! Снова бросают на произвол судьбы!
-Молька! – ахнула моя «златовласка». – Так ты что, все это время была рядом?!
-А ты думала! – весело расхохоталась Молли, жена Эда.
-Вот зараза! И хоть бы выдала себя!
-Не-а! Так забавнее! Ну что, Ленок, опять остаешься одна? Толька-то хоть переночует, или сегодня же ручкой помашет? Даже не приласкав на прощание? – с притворной озабоченностью вздохнула Молли.
-Судя по его загоревшимся глазам, сегодня же! – притворно нахмурившись, буркнула Ленка. – Это называется, муж только вернулся домой! - Но веселые искорки в глазах показывали, что она и не думает сердиться.
-И у меня такая же ситуация… Ох, вот горе-то! Слушай, подружка, может, я к тебе приеду? Чего дома одной сидеть? Вдвоем-то веселее будет, как ни крути!
-Приезжай, конечно же! – обрадовалась Ленка. - Найдется, чем тоску развеять. У меня в саду работы – на троих хватит. В озере поплаваем…
-В баньке попаримся… - подхватила Молли.
-Так нет же у нас никакой бани! Только ванна. Забыла, что ли?
-Тогда давай ты ко мне! У меня банька – как заново родишься!
-А сад?! На кого я оставлю? – воскликнула Ленка со страдальческой дрожью в голосе.
-А у тебя что, слуг нет?
-Да разве им доверишь что-то без присмотра!
-Ох, Ленок! Твой сад тебя погубит. Ну, нельзя же так! – укоризненно вздохнула Молли.
-Я же не указываю тебе, что делать! – начала заводиться Ленка, уязвленная таким непочтением к ее любимым цветочкам-деревцам.
-Так, хватит! – с притворной строгостью рыкнул Эдвин. – Вы еще поругайтесь! Не зря в какой-то старой книге было написано: «Можно рехнуться, слушая бабскую трескотню!» О-ой, Молька, ты что?! Больно же! А если я тебя так за задницу ущипну?!
-Ты не сможешь.
-Это еще почему?! – возмутился напарник.
-Тебе нельзя. Ты мужчина, большой и сильный, а я слабая женщина! – ехидно пояснила Молли.
-Толя, помяни мое слово: именно поэтому погибла людская цивилизация! Бабы сели мужикам на шею! – мрачно пробурчал Эдвин перед тем, как отключиться.

Глава 4
Я много раз смотрел хороший мультфильм «Тайна третьей планеты», созданный людьми. Эпизод, когда нелепый, грозно выглядящий, но добрый Громозека подвесил пилота Зеленого за шиворот на крюк на стене со словами: «Пусть не нападает на великих археологов!» всегда смешил до слез. А заодно казался справедливым. Чувство археологической солидарности буквально распирало меня и било в литавры, а также в прочие ударные инструменты прежней эпохи. И как-то даже забывался тот факт, что «нападение» лишь померещилось Громозеке.
Сейчас же мне было не до смеха. Конечно, это еще вопрос, можно ли считать великим археологом «черного копателя» Хьюго Баскета, или кого-то из его группы, но факт оставался фактом: они долго и упорно шли, копали и искали, не жалея ни времени, ни сил, и кому-то это сильно не понравилось. Настолько сильно, что их убили. (То, что это именно убийство, у меня не было сомнений). Элементарная профессиональная солидарность и чувство справедливости требовали от меня узнать, в чем причина, и по возможности помочь покарать преступников.
Мы договорились с Эдом, что я полечу в Африку и начну поиски с озера Виктория, а он отправится в Южную Америку, где находились три места наших раскопок, вторично изученных группой Баскета. Я постараюсь узнать причину переквалификации молодого и подающего надежды архитектора в «черного копателя», а Эдвин еще раз проверит те места и поищет, нет ли между ними чего общего. После чего свяжемся и согласуем дальнейший план действий.
-Опять я остаюсь одна… - вздохнула Ленка.

---
Само собой, я вылетел в Африку не в тот же вечер. Что бы ни говорили женщины, жалуясь на свою горькую долю, наши мужские недостатки имеют предел. Как, впрочем, и их достоинства.
Мы с Ленкой любили друг друга, как всегда: долго, ласково, неторопливо, ненасытно и разнообразно. Как и должно быть у по-настоящему любящих партнеров. Когда ничто не отвлекает, никуда не нужно спешить и никого не следует опасаться, а угрожает лишь охлаждение и скука. Но, может быть, именно из-за наших частых разлук все всегда происходило просто замечательно. Наверное, проблемы в сексе возникают, когда муж и жена сидят вместе в четырех стенах и тупо пялятся друг на друга, начиная чувствовать глухое раздражение… Какая уж тут страсть! Не разбежаться бы в разные стороны…
Перед самым рассветом «златовласка» деликатно, но решительно отодвинула руки законного мужа, недвусмысленно протянувшиеся к ней в очередной раз, и со словами: «Не знаю, как ты, неутомимый мой археолог, а я умираю с голоду!» пошлепала босыми ногами к холодильнику. Истреблять остатки икры. Само собой, я не возражал. Мне для любимой женушки икры не жалко, пусть хоть все доест и сил наберется… До отлета времени достаточно, еще разочек успеем.

---

К полудню мой флаер, оставив позади Азовское, Черное и Средиземное море, а также Сахару, саванну и северную часть африканских экваториальных лесов, свершил посадку у берега Виктории, на парковочной площадке того самого туристического комплекса... Так, похоже, я забыл объяснить, что такое «флаер»? Средство передвижения по воздуху, вроде самолета. Только гораздо более экономичное и почти бесшумное. Спасибо Тесле, сделавшему великое открытие, которое в свое время осталось то ли незамеченным, то ли непонятым! Оно дало возможность избавиться от турбовинтовых и реактивных двигателей, тяжелых и громоздких, поглощающих массу топлива при недопустимо низком КПД. Как правило, флаеры одноместные, но есть и более просторные, рассчитанные на пилота и пассажира. Я как раз предпочитаю двухместный, поскольку вместе со мной часто летит Эд.
Поручив роботу-охраннику следить за моим средством передвижения, я пошел к администратору, получил электронный ключ от маленького коттеджа на краю комплекса (специально попросил, чтобы меня поселили там, а не в одном из больших корпусов), после чего направился к воде. Долго стоял, любуясь открывшимся красивейшим видом. Глядя на воды Виктории, я внезапно со смущением и даже страхом подумал, что становлюсь слишком сентиментальным. Мне довелось побывать во многих красивых местах, но здешние пейзажи меня буквально ошеломили и покорили. В результате, пробыл на берегу почти час, млея под лучами жаркого экваториального солнышка, и лишь усилием воли заставил себя заняться делом, напомнив, что приехал сюда не отдыхать, а вести расследование. Пусть и неофициальное.
Весь остаток первого дня ушел на изучение архивных документов, относящихся к периоду строительства, которое шло при участии Хьюго Баскета. Заодно я попытался получить информацию у руководства отеля о самом Баскете. К сожалению, безрезультатно. Оказалось, что с тех пор руководство менялось несколько раз. Нынешний управляющий персонал рад был бы мне помочь, но просто не располагал нужными сведениями. На мой вопрос, можно ли как-то связаться с предыдущими руководителями, последовал вежливый отказ: увы, они уже утилизированы… Переговорил с несколькими пожилыми роботами – уборщиками и официантами, которые, судя по возрасту, могли бы застать здесь Баскета – увы, результат был тот же. Все они начали работать в комплексе через много лет после постройки.
Разумеется, я был огорчен неудачей, но не падал духом. В конце концов, у сложной задачи не бывает простых решений! И плох тот золотодобытчик, который опускает руки из-за первых пустых проб.
На следующее утро я решил еще раз хорошенько все обдумать, выбрав какое-то уединенное и красивое место, откуда открывался бы хороший вид на озеро. (Уж не знаю, как у других роботов, а у меня вид живописного пейзажа всегда стимулирует мышление). Подходящей «точкой» показалась обзорная площадка примерно в десяти метрах над водой. Я стоял у парапета, положив на него руки, и смотрел на бескрайнюю водную гладь, на полосу пляжа, где рядами тянулись лежаки, занятые роботами, которые подзаряжались от солнечной энергии (большая часть отдыхающих была с севера, где о таком «сильном» солнце можно было лишь мечтать), на четыре 10-и этажных гостиничных корпуса… Да, мы, роботы, любим жить уединенно, нам вполне хватает работы и общения по Сети. Но иногда, напротив, хочется окунуться в гущу себе подобных. Как говорили раньше представители исчезнувшей цивилизации, «в людской муравейник». Вот именно таким муравейником и казался мне сейчас этот комплекс, построенный при участии Хьюго Баскета. Красивый и удобный комплекс, гармонично смотрящийся на лоне природы, надо отдать должное всем, кто его проектировал и возводил.
Только-только я успел обрадоваться тому, что хотя вокруг полным-полно роботов, площадка занята лишь мною одним, и никто не помешает моим размышлениям, как уединение было нарушено. Слева раздались тяжелые шаги, и боковым зрением я заметил большие и сильные мужские ладони, которые легли на парапет. На тыльной стороне правой ладони виднелась хорошо различимая татуировка «W». Я тут же поспешил избавиться от недовольной гримасы – дескать, места вокруг полным-полно, зачем подходить вплотную к незнакомцу, мешая ему! Робот столь почтенного возраста заслуживал уважительного отношения. Ведь «W» означает: «10-й десяток жизни». У меня пока что татуировка «V», в июле будет «VI». Впрочем, кожа этого робота и без татуировки говорила сама за себя. Я инстинктивно взглянул на свои ладони, сравнивая. При моей профессии через полвека они будут выглядеть куда изношеннее, чем теперь…
Татуировки появились почти две тысячи лет назад. Причем, никакого закона на этот счет не было, и до сих пор нет. Причина самая прозаичная: ведь мы не стареем внешне, как люди, и 10-летнего робота порой не отличишь от 90-летнего. Эти знаки наносили исключительно добровольно. Но так уж повелось, что татуировку «V» начали ставить все мужчины, это было показателем накопленного опыта и заслуг перед обществом. А что уж говорить про «W»! (Стоит ли уточнять, что ни одна женщина-робот татуировку не наносила, хотя у нас вообще-то равноправие во всем).
Я вежливо поприветствовал нарушителя моего уединения и представился:
-Меня зовут Анатолий.
-Егор! – громким, уверенным голосом отозвался робот и протянул руку. Что с его стороны, учитывая очень солидную разницу в возрасте, было знаком искреннего расположения. – На отдыхе?
-Можно сказать, и так, - улыбнулся я. – В таком красивом месте любую работу воспринимаешь именно как отдых!

Егор тоже улыбнулся:
-Совершенно верно, Анатолий. Я каждые несколько лет приезжаю сюда именно с таким чувством. Подумать только, ведь здесь когда-то была нетронутая природа, на берегу стояло лишь несколько рыбацких хижин…
Я встрепенулся, инстинктивно подался к нему:
-Егор, неужели ты бывал здесь еще до постройки этого комплекса?
Если я еще не уточнял этого, скажу сейчас: мы, роботы, всегда обращаемся друг к другу на «ты», независимо от разницы в возрасте и общественном положении. Даже нашему шефу Археологического Центра, который, прошу заметить, один из Главной Шестерки, мы тоже «тыкаем». И никто не возмущается, не считает это неучтивостью.
-Да, бывал, и неоднократно. Ничего не скажу, комплекс получился замечательный, и выполняет очень полезную функцию. Надо же не только работать, но и отдыхать! А здесь такое удачное место. Жаль, конечно, что для этого пришлось отобрать у природы целый километр береговой линии… - он тяжело вздохнул, - но порой приходится идти на такие жертвы. Но больше трогать не будут. А вот люди, они с природой не церемонились! Вся их история свидетельствует об этом.
-Извини, ты изучал древнюю историю? Я имею в виду, профессионально?
-Нет, только как любитель, - покачал головой Егор. - Но, уверяю, на достаточно высоком уровне. Меня всегда занимала и людская история, и психология. Ведь не зная психологию исчезнувших обитателей Земли, невозможно в полной мере понять и психологию нас, роботов, а также логику наших взаимоотношений. Правильно, Анатолий?
-Пожалуй, да… - протянул я, поймав себя на мысли, что почему-то ни разу не задумывался над таким логичным и естественным вопросом.
Егор продолжал:
-Поэтому я всегда любил приезжать сюда. Здесь можно видеть столько роботов одновременно, к тому же, в свободной и непринужденной обстановке, наблюдать за ними, особенно в часы отдыха, когда они полностью расслаблены… Они ведут себя естественно, не скрывая эмоций. Это просто великолепно! Богатейший материал для любознательного исследователя! Смотришь, подмечаешь детали, анализируешь…
-Получается, что сейчас ты тоже наблюдаешь? В том числе, за мной? – не выдержав, поинтересовался я. Боюсь, чуть более резким тоном, чем следовало. Много раз впоследствии, вспоминая наш разговор, я корил себя за несдержанность.
Егор, после небольшой паузы, вздохнул и, чуть заметно улыбнувшись, указал пальцем на мою татуировку:
-Анатолий, ты вдвое моложе меня. У тебя еще все впереди. В том числе, куча времени для наблюдений, размышлений и выводов. А у меня сегодня… скажем так, вполне заслуженный выходной.
Внезапно мне все стало ясно.
-Ты завтра… - я лихорадочно старался подобрать наиболее подходящие слова - уходишь на покой?
-Не надо смягчать. Завтра я ухожу в Утиль. Я ни о чем не жалею: мой век был прожит честно и полезно. Во всяком случае, мне очень хочется в это верить, - пожал плечами Егор. - Я привык всегда и везде именно наблюдать и делать выводы. Но сегодня… сегодня я просто смотрю. И радуюсь жизни, даже зная, что мне осталось совсем немного. Радуюсь тому, что могу уйти с чистой совестью и ни о чем не сожалеть.

Глава 5
Пауза затянулась. Я чувствовал себя неловко, не зная, как лучше продолжить разговор и нужно ли его продолжать вообще, или лучше попрощаться и уйти. А потом вдруг, не сдержавшись, спросил:
-А хотелось бы пожить еще? Прости, Егор, если мои слова покажутся бестактными, даже жестокими… Но ведь послезавтра для тебя уже не наступит. А эта красота – я махнул рукой в сторону озера, где плескались сотни роботов, - останется и будет все так же радовать. И кто-то откроет ее для себя впервые… И облака будут все так же плыть по небу, и волны набегать на берег, и вон те птицы – ходить по воде, вытаскивая из ила рыбу и червей. Но ты этого уже не увидишь. Тебе не кажется, что это очень несправедливо?
-Нет, Анатолий, - покачал головой старый робот. - Это как раз справедливо. Да, сурово, но зато мудро. Конечно, мне хотелось бы еще пожить! Но ведь мой уход – это чье-то создание. Если я останусь – нарушится баланс. Тот самый великий изначальный баланс, который лежит в основе всей нашей жизни. Создатель был прав, когда устанавливал строгий порядок: десять приходов в жизнь каждый день и столько же уходов. Люди не соблюдали такое правило, и где они теперь?
-Значит, ты думаешь, что они исчезли из-за перенаселенности?
-А разве можно представить другую причину? – искренне удивился Егор. – Пятьдесят миллиардов! Даже подумать страшно… К тому же, мы можем питать свою энергию из разных источников, а они-то жили только за счет естественной пищи. Где же ее взять на такое гигантское количество!

Мы незаметно разговорились, потом отошли к краю площадки, присели на свободные шезлонги и продолжили беседу. Ни разу мне еще не приходилось разговаривать с роботом, которому на следующий день предстояло покинуть наш мир. Поэтому, наряду со смущением и жалостью, я чувствовал неподдельное любопытство. Конечно, никто из нас не минует этого дня, когда-то и мне предстоит переступить незримую черту… Вместе с Ленкой. Но ведь интересно узнать точку зрения робота, взобравшегося на такую вершину! Глядишь, услышу от него нечто такое, что пойдет на пользу, поможет мне провести вторую половину жизни более насыщенно и полноценно.
Вот он не жалеет ни о чем. Как и я, посмотрел мир. Побывал везде, пообщался с многими десятками тысяч роботов… А сейчас, накануне ухода, ему хотелось говорить и говорить. Ведь больше такой возможности не будет!
Я внимательно слушал, время от времени вставляя свои вопросы. А потом все-таки начал деликатно переводить тему беседы на то время, пока здесь еще не было громадного туристического комплекса, а стояли только хлипкие рыбацкие хижины…
Как оказалось, Егор был свидетелем всех этапов строительства, начиная с расчистки места под будущие корпуса. Он собирал здесь материал для будущей диссертации (ее тему, признаться, я не запомнил, да это и не важно). Большая часть рабочих была еще совсем молодыми роботами. Их взаимоотношения только выстраивались, порой между ними происходили недоразумения, даже конфликты… Егору все было интересно. Он наблюдал, анализировал, буквально впитывая информацию, как сухой мох – влагу.
Не выдержав, я задал вопрос «в лоб»:
-Егор, а ты, случайно, не встречал среди здешних архитекторов совсем еще молодого робота по фамилии Баскет?
-Баскет? Здесь было целых три Баскета. Один – как раз архитектор, второй – начальник строительства, а третий – полицейский чиновник, он следил за порядком, и чтобы вторжение в природу не выходило за границы дозволенного. Если не секрет, чем этот архитектор заслужил твое внимание? – удивленно спросил Егор. - Ведь столько лет прошло! Ты тогда еще был совсем маленьким.
И я рассказал ему все, начиная с репортажа о непонятном трагическом происшествии в Якутии. Так подробно, как только мог. Что-то скрывать было бессмысленно, да и невежливо, если уж честно… Учитывая, что я разговаривал со стариком, которому оставалось жить меньше суток.
-Егор, я так рассчитываю на твою помощь! – воскликнул я, закончив свой рассказ. – Мне нужна хоть какая-то информация, которая поможет напасть на след! Понимаю, что все свои знания ты уже перенес в Сеть, но ведь память осталась при тебе, ты ее еще не стер… надеюсь.
Старый робот ненадолго задумался:
-Этого Баскета, которым ты интересуешься, звали Хьюго?
-Да, да, именно так!
-Хорошо помню его. Исключительно грамотный специалист, умный и обаятельный. С разносторонними знаниями. Редкостный эрудит. С ним можно было разговаривать на самые разные темы! Причем, заметь, он не только знал, как искать и скачивать информацию, он разбирался в предметах дискуссий до тонкостей! А это дано далеко не каждому. Словом, великолепный был робот! – улыбнулся Егор. - Пример для подражания, особенно для нынешней молодежи…
-Пожалуйста, постарайся вспомнить, не произошли ли с ним какие-то изменения, особенно на последнем этапе строительства! – попросил я. - Ты не замечал ничего странного, необычного?
-Представь себе, как раз заметил! – кивнул Егор. – Примерно за два месяца до сдачи объекта он полностью переменился. Раньше был веселым, общительным, и вдруг отчего-то помрачнел, прервал все контакты. Словно его подменили! То есть, в рабочее время Баскет по-прежнему безупречно выполнял свои обязанности, а по вечерам куда-то исчезал. Вместе со своими помощниками.
-С помощниками? – я с трудом сдерживал себя. – Егор, я хочу показать тебе лица тех роботов, которых нашли в Якутии. Может быть, это они? Пожалуйста, назови свой идентификационный номер.
Он назвал его, и я тут же установил связь, показав ему видеозапись, полученную от Эдвина.
-Да, это они! – уверенно заявил Егор. – Никаких сомнений! Хьюго Баскет и два его помощника. Все трое работали тут с самого начала строительства. А в конце, когда поведение Баскета резко переменилось, они стали избегать общества других роботов. Причем, если общались меж собой, то лишь по локальной сети, чтобы никто не смог их услышать даже случайно.
-Откуда ты знаешь про локальную сеть? – не утерпел я.
-Очень просто. Я видел, как шевелятся их губы, но ничего при этом не слышал, даже когда они проходили неподалеку от меня. А ведь у меня очень острый слух… Лишь однажды я совершенно случайно стал участником их беседы.
-Что?! – я едва не подскочил на месте. – Но как это возможно, если они общались по локальной сети?!
Егор ответил не сразу. Сначала он медленно покачал головой и произнес с искренним удивлением:
-Ну и ну! Кто бы мог подумать, что старый робот на пороге утилизации еще сможет быть кому-то полезным…

Я затаил дыхание.
-В один из вечеров я решил понырять с той вышки, - Егор указал на пятиэтажную вышку примерно в полукилометре справа от нас. – Ее построили с расчетом на будущих туристов, сделали углубление в грунте метров на пятнадцать, для безопасности… Сам видишь, сейчас там полно роботов, а тогда ею почти не пользовались. И вот так случилось, что та троица тоже решила понырять, в тот же вечер и в то же время. Я стоял на площадке самого верхнего, пятого этажа, они – на третьем. Потому, что ныряли хуже меня и не рискнули подняться выше. Без ложного хвастовства скажу, прыгуном в воду я был хорошим, любил делать сальто… Представляешь? – старый робот вдруг озорно улыбнулся. – Уже начал отталкиваться от края площадки, как внезапно на моем внутреннем экране возникло предупреждение о входе в чужую локальную сеть, и сразу же отчетливо проявилась какая-то фотография. От неожиданности я потерял координацию, и как новичок, полетел в воду, нелепо размахивая руками. Представляю, как глупо выглядел со стороны! Лишь перед самой водой просто чудом успел выровняться и войти «свечкой». Иначе не уверен, удалось бы нам сейчас разговаривать. Сам знаешь, сильно разбитых роботов могут и утилизировать преждевременно, не пытаясь починить.
-А что было на этой фотографии?! – мой голос дрожал от волнения.
-Ты думаешь, я помню это, за столько-то лет? – пожал плечами Егор. – Давным-давно стер ее, за ненадобностью.
-Ох! – я чуть не застонал, схватившись за голову. Такая удача, и вдруг… Разочарование было ужасным. Но, наверное, именно это разочарование подстегнуло меня, подарив надежду – слабую, почти невозможную. Я подался к старику:
-Но ведь отправка файла в корзину еще не означает его полного стирания! Очень прошу, проверь свою память. Может, он не стерся, уцелел, пусть даже не весь! Ты даже не представляешь, какую неоценимую помощь оказал бы мне!
Он посмотрел на меня с нескрываемым удивлением:
-Анатолий, ты всерьез полагаешь, что файл мог сохраниться за пятьдесят с лишним лет? Это граничит с настоящим чудом!
-А вдруг?! – наверное, со стороны я был похож на пресловутого утопающего, который хватается за соломинку. – Пусть даже частично! Пусть с повреждениями!
Егор улыбнулся, кивнул в знак согласия и, откинувшись на спинку шезлонга, погрузился в свою память. Я, чтобы не отвлекать его, подошел к парапету и принялся разглядывать курортников. Усилием воли, заставив себя думать о чем-то другом. Я очень боялся нечаянно связаться со стариком по локальной сети и сбить с мысли.
Так прошло довольно много времени. Потом на моем экране загорелся номер Егора: 18.05.5200.04. Надо же, он всего на одну цифру отличается от номера Баскета – 18.05.5230.04! Вот почему те роботы случайно установили с ним связь… Элементарная ошибка – скорее всего, от спешки или невнимательности. Бывает же такое… Я замер, затаил дыхание, боясь спугнуть удачу.
-Анатолий, подойди! – окликнул меня старик.
Я снова занял место в шезлонге рядом с ним.
-Да, кое-что удалось найти. К сожалению, одни мелкие и разрозненные кусочки. Похоже, лишь часть от того, что было. Я попробовал собрать их воедино, но тут нужно возиться, потратив немало времени. А его-то у меня как раз и нет… - Егор грустно улыбнулся. – Если хочешь, забирай себе, может, пригодятся.
Мы установили связь, и он переслал мне эти «кусочки». Да, работы тут будет предостаточно. Но все равно, это зацепка! Это информация! Я искренне поблагодарил его.
-Ну что же, я очень рад, если в свой последний день смог сделать что-то полезное, - тихо сказал Егор. – А теперь нам лучше расстаться. Тебе нужно спокойно, не спеша, все обдумать. Если что, ищи меня с послезавтрашнего дня в Сети. Я тебя, конечно, не узнаю, но ты просто напомни о нашем разговоре. Прощай, Анатолий, мне было приятно твое общество. Жаль, что мы не знали друг друга раньше. Желаю удачи!
И он удалился, крепко пожав мою руку. Я долго смотрел ему вслед…

Весь остаток дня я в своем отдельном коттедже на краю гостиничного комплекса возился с этими кусочками, переставляя их и так, и иначе… Потратил кучу времени и сил, но безрезультатно. Их было пятнадцать, из разных участков одного большого снимка, и никакой логической связи между ними вроде не проявлялось. Я уже совсем было отчаялся, но тут внезапно они сами собой собрались в несколько групп и повернулись под разными углами. От неожиданности я чуть не подскочил на месте, потом поморгал, желая убедиться, что не сплю…
Теперь совершенно отчетливо была видна надпись, точнее, ее обрывки: «…борато… кусственного… лекта». Над входом в какое-то заведение, довольно странного вида. Как если бы срезали склон горы или холма и соорудили там помещение. В другой группе кусочков виднелась такая же надпись по-английски: «…bora… of an art… lleсt…», что, без сомнения, было частью общей фразы: «laboratory of an artificial intellect». Точно так же, как и русская фраза должна была читаться: «Лаборатория искусственного интеллекта». Н-да, сильно смахивает на то место, где все роботы появляются на свет и куда в конце концов уходят… Однако оно называется немного по-другому: «Лаборатория искусного интеллекта». И уж точно не внутри горы или холма находится! Это целый комплекс зданий, где трудится почти две сотни роботов и большой штат слуг. Тот самый Центр на Южном Урале, где нас собирают и дают путевку в жизнь. Здесь же и разбирают тех, кто отжил свой век. Завтра туда вернется Егор, а через почти полсотню лет – мы с Ленкой. Наши интеллекты пойдут на формирование новых роботов-интеллектуалов. Которые точно так же проживут свой срок на Земле и затем освободят место для других. И так бесконечно. Жизнь должна продолжаться! Суровый, но справедливый закон.
Все мы отлично знаем этот комплекс. Но я никогда не слышал о «Лаборатории искусственного интеллекта». Скорее всего, на отсутствующей части фотографии и было то, что насторожило Хьюго Баскета и его помощников, побудило их направиться на поиски, завершившиеся смертью. Это уже хоть что-то. Еще не золотая жила, но отчетливо заблестели несколько новых драгоценных крупинок… Теперь мы с Эдом, по крайней мере, знаем, как примерно выглядит это место. И все благодаря абсолютно случайной, непредвиденной встрече на смотровой площадке туристического комплекса!
«Спасибо тебе, Егор! Ты был очень хорошим роботом…» - растроганно подумал я.

Глава 6
На следующее утро я вылетел в Южную Америку к Эдвину и показал картинку. Безжалостно разбудив (ведь с учетом разницы в долготе там еще была ночь!) Мне не терпелось продемонстрировать, что я обнаружил. Впрочем, как и следовало ожидать, Эд все понял правильно и не обиделся. Разве что для порядка попробовал поворчать: «Нигде нет покоя несчастному роботу… Даже на краю Земли! Совести у тебя нет, Толька! Ну, кто же вламывается ночью, без предупреждения! А если бы я был с женщиной?!»
-Лишь бы не с мужчиной… - усмехнулся я. После чего разозленный Эд окончательно проснулся и долго высказывал все, что про меня думает.
Строго между нами: напарник просто обожает слабый пол, и на отсутствие взаимности пожаловаться не может. «Закладывать» его Мольке я, разумеется, не собираюсь. В конце концов, как правильно говорили люди: «Не судите, да не судимы сами будете». Ведь Молька у него все равно на первом месте!

:-* :-*

Далее мы работали сообща. Прошли по «тропе Баскета» в Центральных Андах, заодно детально обследовав пять своих бывших «точек». В двух местах, к нашему немалому стыду, выяснилось, что мы просто поленились рыть дальше. Сочли "точки" бесперспективными и бросили, а вот Хьюго Баскет отчего-то решил продолжить раскопки, и не прогадал.
Неподалеку от большого и красивого высокогорного озера с не очень-то красивым и двусмысленным названием Титикака его группа, пробив штольни, обнаружила два командных пункта. Люди всегда любили воевать (кто бы объяснил, что они находили в этом занятии?!), и потому уделяли огромное внимание устройству и оборудованию таких пунктов, чтобы они могли выдержать любые удары. Эти два объекта были так надежно спрятаны глубоко под землей и так хорошо защищены, что за три с лишним тысячи лет помещения почти не пострадали. Разве что толстые массивные двери поворачивались на слегка заржавевших петлях с некоторым сопротивлением, и повсюду лежал изрядный слой пыли, каким-то чудом просочившейся даже туда… Но судя по следам, оставшимся на ней, «черных» здесь ничего не заинтересовало. Баскет и его помощники внимательно все осмотрели, взломав покрытые ржавчиной замки на всех дверях, и ушли. Следов выноса чего-то тяжелого или крупногабаритного мы с Эдом не обнаружили.
Решив, что дальше тратить время в Южной Америке нет смысла, мы сели во флаер, сделали прощальный круг над тем самым озером с не очень приличным названием и перенеслись на несколько тысяч километров к северу – инспектировать свою бывшую «точку» в Скалистых горах. Которая была расположена неподалеку от истока знаменитой реки Колорадо, образовавшей ниже по течению исполинский и величественный Большой Каньон. И вот там-то, в старой горной выработке, обнаружилось нечто совсем иное… Мы с Эдом, воспользовавшись отсутствием Ленки и Молли, дали свободу языкам, добросовестно перечислив все бранные слова, которые только пришли на ум. Впрочем, справедливости ради, уточню, что ругали мы самих себя! Глядя на дверь, откопанную трудолюбивыми «черными» и ведущую в какую-то лабораторию.
Когда мы вели здесь раскопки, этот вход был засыпан толстым слоем породы, и догадаться, что надо рыть дальше, было очень трудно. Как правильно сказал мне Эд по этому поводу, «телепатическими способностями Создатель роботов обделил…» То есть, это мы обделены, а вот «черные» во главе с Баскетом, похоже, как раз были наделены, и неплохо! Они-то догадались! И, прорыв не такую уж длинную штольню, обнаружили эту самую дверь… Которая теперь была издевательски - гостеприимно распахнута, будто приглашая войти. Более того, они проложили кабель освещения, словно заботясь о нашем удобстве. Нам оставалось лишь подключить к нему переносную солнечную батарею, что мы и сделали, продолжая браниться (но уже вполголоса). При нормальном свете, знаете ли, работается куда лучше…
После тщательного осмотра, нам стало ясно, что обнаруженный объект не вписывался ни в какие рамки наших знаний о древней людской цивилизации. Судя по всему, в этой лаборатории люди создавали роботов, наделенных интеллектом! Об этом красноречиво свидетельствовали сохранившиеся рабочие дневники, аккуратно сложенные стопочкой на одном из столов. Мы с Эдом набросились на них с ретивостью Ленки, добравшейся после долгого перерыва до камчатской икры. Просмотрели все страницы, самым тщательным образом, разве что на просвет их не разглядывали и не обнюхивали. Записи велись на английском языке и обрывались в начале марта 2165 года.
Именно что обрывались, в самом буквальном смысле слова. Кто-то тщательно вырвал все последующие страницы из всех дневников, не пропустив ни одного. И едва ли этим «кем-то» был Баскет…
Представив себе реакцию коллег из Археологического Центра, и особенно – Шефа, я только покрутил головой… У людей такое открытие однозначно тянуло бы на Нобелевскую премию, или нечто аналогичное.
----------------

-Дамы и господа, - все тем же спокойным, вежливым, но властным голосом продолжал Хьюго Баскет, - после этого скромного ланча, я просил бы всех присутствующих дать конкретный ответ на столь же конкретный вопрос: согласны ли вы с моим предложением? Предварительное «да» я от вас услышал, но этого недостаточно. Если кто-то из вас скажет: «нет», он сможет беспрепятственно удалиться, ничего не опасаясь, и, разумеется, его участие в этом совещании не будет разглашено. Но мне очень хотелось бы перед уходом услышать от этого человека внятное, аргументированное обоснование отказа. Только, умоляю, без ханжеского морализаторства и взывания к богу, чье существование лично у меня вызывает большое сомнение. Уверен, кстати, что не только у меня… А теперь позвольте пожелать вам приятного аппетита!
После того, как опустели кофейные чашки и были съедены пирожные, Баскет вежливо спросил у миссис Элкснис, не будет ли та против, если он закурит. Услышав от гостьи, что она сама охотно займется тем же самым, хозяин взял пульт и включил вытяжную вентиляцию. Закурили все, кроме полного рыжеволосого мужчины. Тот, судя по едва заметной недовольной гримасе, был принципиальным противником этой вредной привычки.
-Итак, кто-то из присутствующих хочет выйти? – спросил Баскет, когда были потушены окурки.
Наступила тишина. Гости переглянулись, но никто не встал из-за стола.
-Я рад, что не ошибся в вас, - после паузы улыбнулся Баскет. – Прошу, доктор! Мы внимательно слушаем! – эти слова были адресованы рыжеволосому.
Тот начал говорить – спокойным, размеренным голосом, жестикулируя правой рукой:
-Полагаю, что никакого критерия отбора по возрасту, телосложению, уровню IQ, расовому, национальному или религиозному признаку быть не может. Да это и не поможет… - невесело усмехнувшись, доктор продолжил: - извиняюсь за каламбур. Поскольку, даже если оставить в стороне «ханжеское морализаторство» - он смущенно пожал плечами, глядя на Баскета, - любая такая попытка связана с массой затруднений. Кроме того, ни о каком соблюдении режима секретности тогда не может быть и речи! – выдержав паузу, рыжеволосый оратор продолжил речь: - Существует другой вариант, куда более эффективный. Позволяющий дать шанс самым разным людям, и при этом, сохранить все приготовления в строжайшей тайне…
-Так ознакомьте нас с ним! – нетерпеливо воскликнул тот гость, который в самом начале заседания спрашивал Баскета про тяжелую болезнь, от которой нет лекарств.
-Сию минуту, - кивнул доктор. - Каждому образованному человеку известно понятие: «группа крови». А также «резус-фактор»… впрочем, сейчас речь не о нем. Больше всего людей с первой и второй группой, в сумме они составляют порядка трех четвертей населения Земли. С третьей – уже гораздо меньше. А с четвертой – вообще чуть-чуть, всего около пяти процентов. Как раз то, что нам нужно.
-Около пяти процентов! – как завороженная, повторила шепотом женщина.
-Так вы что, решили оставить в живых обладателей четвертой группы, а всех остальных уничтожить? – довольно резко произнес тот же мужчина. – Именно в этом заключается ваш «эффективный вариант»?
-Можно сказать, именно так. У вас есть возражения? – поднял брови доктор.
-А вы как считаете, мистер Баскет? Согласны с этим предложением? – снова спросил мужчина, повернувшись к председательствующему. Теплоты в его голосе стало еще меньше.
-Признаться, не вижу в нем ничего плохого, - пожал тот плечами. - Этот способ кажется мне наиболее рациональным. Он дает шанс представителям любой нации, религии, расы, никого не унижая и не возвышая… Надо же на чем-то остановиться!
-Хорошо, давайте на нем и остановимся! – к раздражению в голосе прибавилось нескрываемое ехидство. – Скажите откровенно, мистер Баскет и … э-э-э…
-Клевермэн! Доктор Клевермэн! – представился рыжеволосый.
-Н-да, очень хорошая фамилия! Просто замечательная! Жаль только, что вы ее не вполне оправдываете*… Джентльмены, отдаете ли вы себе отчет, что если мы остановимся на вашем варианте и претворим его в жизнь, пытаясь спасти человеческую цивилизацию, итогом наших усилий будет общество дегенератов?!

Доктор, побагровев, чуть не подскочил на стуле:
-Что вы имеете против четвертой группы, мистер … э-э-э…?
-Модест. Просто Модест.
-Не очень-то вы соответствуете своей фамилии**, самоуверенный, напыщенный… - начал было Клевермэн.
Его перебил председательствующий:
-Джентльмены! Призываю вас держать себя в руках. А то, чего доброго, процесс уменьшения населения может начаться прямо сейчас и здесь… - он невесело усмехнулся. – В самом деле, мистер Модест, мне тоже хотелось бы знать, почему вы так ненавидите четвертую группу?
-Ненавижу? Помилуйте, с чего вы это взяли?
-Я сужу по вашим же собственным словам. Согласитесь, едва ли термин «дегенерат» относится к числу лестных! – пожал плечами Баскет.
-Я применил его в изначальном значении. «Дегенерация» означает «вырождение». Дамы и господа, давайте я все подробно объясню, а потом охотно выслушаю ваши аргументы, если они будут, - Модест обвел глазами всех присутствующих, включая все еще хмурого доктора Клевермэна. – Конечно, я не врач и не биолог, я физик. Но о группах крови имею представление, и достаточно подробное. Вот поэтому мне было особенно странно услышать такое предложение от человека вашей профессии, - он кивнул в сторону доктора. – Значит, вы приговорили к смерти всех людей с первой, второй и третьей группами. Но ведь известно, что многие люди, имеющие первую группу крови, обладают ярко выраженными лидерскими качествами, здоровой агрессивностью, умением сплотить и вести за собой, подавлять и подчинять. Они же, как правило, лучше справляются с трудностями, умеют выживать в тяжелых условиях, более здоровые и сильные. Да, зачастую их поведение эгоистичное, они нередко чужды жалости, добиваются своей цели не самыми достойными способами. Их не остановит чужая боль, кровь, слезы. Все данные статистики свидетельствуют о моей правоте! Отдельные исключения не меняют этой общей закономерности. Такими же качествами обладают и многие люди со второй группой, хоть и в меньшей степени.
-Но какое это имеет значение… - недоумевая, развел руками Баскет.
-Позвольте мне договорить. Увы, человек – обычный, средний человек – по натуре ленив, и чтобы заставить его что-то делать, развиваться самому и развивать цивилизацию, нужен стимул. В виде принуждения или идей. А этот стимул в руках представителей первой и второй групп. Именно из них получается абсолютное большинство государственных деятелей, завоевателей, управленцев, финансистов! Именно энергия этих людей позволяет «тормошить» все человечество, не давать ему лениться и деградировать. Они играют роль той самой пресловутой щуки, которая нужна в пруду, чтобы карась не дремал.
Переведя дух, Модест продолжил речь, все больше возбуждаясь и повышая голос:
-Но как только цивилизация стареет, в ней сразу же уменьшается число носителей первой и второй групп, и столь же резко возрастает число людей с третьей и четвертой группами. Соответственно, снижается ее сопротивляемость болезням, энергичность, способность к преодолению трудностей. Общество становится более ленивым, больным и … вымирающим. Третья и особенно четвертая группа возникли эволюционным путем, когда жизнь цивилизации стала менее опасной, и появилась возможность тратить часть энергии не на постоянную борьбу за физическое выживание, а на развитие сознания, на культуру, науку, искусство. Это очень важно, спору нет! Что же это за жизнь без науки и культуры! Но представьте, что будет, если вдруг на земле останутся одни лишь носители четвертой группы, те самые пять процентов от населения. Они неминуемо деградируют и вымрут! Пытаясь спасти человечество таким образом, мы лишь подпишем ему смертный приговор.
По мере того, как говорил Модест, лицо доктора меняло выражение. Сначала рассерженное, оно постепенно становилось удивленно-снисходительным, а под конец просто расплылось в добродушной улыбке.
-По-вашему, я неправ? – с вызовом обратился к нему оратор.
-Абсолютно правы! И в тоже время, неправы, – развел руками Клевермэн.
-Как так? Объясните, пожалуйста! – нахмурился Модест.
-Охотно. Во-первых, если даже самый ленивый и неспособный обладатель четвертой группы будет поставлен перед выбором: умереть от голода или постараться добыть пищу, как он поступит? С вероятностью 99%, все-таки пересилит свою лень и примется за дело. Во-вторых, что еще важнее, у людей с четвертой группой крови будут рождаться дети не только с той же самой группой, но и с третьей, и даже со второй. Той самой второй группой, которую вы только что восхваляли, - Клевермэн улыбнулся. - И вероятность этого события достаточно велика. Законы генетики, их не обойдешь! Таким образом, ни деградация, ни вымирание обществу не грозит. В нем будет много людей, способных «тормошить». Не сомневаюсь, мистер Модест, что вы очень хороший физик, но вы действительно не биолог и не врач. Это не упрек, это лишь констатация факта. Прошу не обижаться.

Модест поднял руки:
-Сдаюсь! И прошу прощения за свою самоуверенность. У вас и у мистера Баскета. Вы щелкнули меня по носу, и справедливо. Больше не стану лезть в чужие области. Я весь внимание, доктор.
Клевермэн кивнул:
-Ну, вот и прекрасно. Рад, что это недоразумение разрешилось… Итак, дамы и господа, при современном уровне развития науки и биохимических технологий, вполне возможно создать принципиально новый вирус, от которого еще не существует защиты. Этот вирус будет поражать только людей. При этом, определяя группу их крови. Если он обнаружит, что группа четвертая, просто тихо прекратит свою деятельность, не успев нанести организму сколько-нибудь серьезного вреда. В ином случае, тут же начнет интенсивно размножаться, делая свое черное дело...
Гости слушали, затаив дыхание.
-Передаваться он должен всеми возможными путями: воздушно-капельным, половым, с водой и пищей, даже через простое рукопожатие, - продолжал Клевермэн. - Кроме того, очагов распространения должно быть очень много, на всех континентах. Чтобы свести к минимуму возможность устройства карантина в какой-то отдельной стране, или целой группе стран…
И тут снова не вытерпел Модест:
-Но не создадим ли мы тем самым новую проблему? Ведь горы трупов по всему миру, разлагаясь, наверняка вызовут массовые эпидемии! Особенно в местностях с жарким климатом. И вот тут уже счастливые обладатели четвертой группы будут в одной лодке с неудачниками.
-Да, конечно, такая опасность существует, - кивнул доктор. - Поэтому следует заранее все продумать. Например, задать вирусу разное время инкубационного периода для каждой из трех групп, подлежащих уничтожению. Скажем, люди с третьей группой должны погибнуть в срок не позднее двух месяцев с момента заражения, со второй – в течение четырех месяцев, а с самой многочисленной, первой – полугода. Тогда с начала эпидемии до ее окончания человечество будет заниматься одними лишь похоронами. Сначала умерших будут хоронить в обычных могилах. Затем - в братских. После чего дело дойдет до громадных котлованов, вырытых бульдозерами, и исполинских костров. Как раньше при эпидемиях чумы.
Известный медиамагнат, владелец кучи телеканалов и электронных газет, вздохнул и скорбно покачал лысеющей головой:
-Если бы мне кто-то сказал, что я буду присутствовать при написании самого настоящего сценария фильма ужасов, только реального, а не вымышленного… Я или рассмеялся бы этому человеку в лицо, или принял бы на работу – за блестящую фантазию. А сюжет действительно потрясающий! Чтобы спасти человечество как вид, сначала его нужно уничтожить. На девяносто или даже девяносто пять процентов! Боже милостивый! – он вытер платком пот, выступивший на высоком лбу. - Конечно, при таком ходе событий смешно даже говорить о морали и каком-то гуманизме, но все-таки наш долг – сделать это ожидание смерти для людей менее мучительным. Как известно, страшнее всего неизвестность! Тоже прошу прощения за невольный каламбур, - он взглянул на Клевермэна. – Я считаю, что мы должны сделать так, чтобы люди меньше боялись и паниковали. Если счастливые обладатели четвертой группы узнают, что им не угрожает опасность, паника все-таки будет слабее. Пусть даже ненамного. Как вы считаете? – медиамагнат вопросительно посмотрел на Баскета.
Тот кивнул:
-Согласен! И это одна из причин, почему вы оказались в числе приглашенных. Нет сомнения, что с самого начала эпидемии медики зададутся вопросом: по какому критерию неопознанная инфекция косит одних людей и не трогает других? Вам следует через все возможные СМИ требовать от государственных чиновников и врачей этой информации, ссылаясь на право людей знать, откуда исходит угроза их жизни. Как бы невзначай задавая вопросы: «Какая группа крови была у заболевших»? А дальше уже люди сами разберутся… с вашей помощью, - Баскет криво усмехнулся. – Счастливчики с четвертой группой, поняв, что им невероятно повезло, наверняка начнут объединяться в разные команды, комитеты, укреплять свои жилища, добывать оружие, чтобы защищаться от озлобленных неудачников и сохранить хоть что-то для новой жизни на опустевшей планете. Конечно, среди них найдутся и дураки, и подлецы, которые предпочтут заниматься мародерством и насилиями, но все-таки надеюсь, что таких будет меньше.

Мужчина лет сорока, одетый более чем скромно, в изрядно потертые джинсы и плотный, далеко не новый свитер из грубой шерсти с высоким воротом (охрана отеля даже не сразу согласилась впустить его, уступив только после предъявления именного приглашения), сидевший рядом с Клевермэном, пока не принимал участия в разговоре. Но, видимо, решив, что настало время высказаться и ему, он поднял руку – точь-в-точь как воспитанный ученик в школе.
-Да, мистер Куровский? – подбодрил его Баскет, улыбнувшись.
-Мне бы хотелось прояснить два важных вопроса, - раздался спокойный негромкий голос. - Среди нас есть вирусолог, он же – врач, его роль понятна. Присутствие владельца медиахолдинга тоже более чем естественно. Вы, мистер Баскет, как и мистер Модест, скорее всего, займетесь общими организационными делами. Ну, а какова моя задача? Я ведь специалист по робототехнике и искусственному интеллекту, какую пользу могу принести в решении этой проблемы?
-Неоценимую пользу, мистер Куровский! – воскликнул Баскет. – Как уже было сказано, очагов распространения вируса должно быть очень много. И заработать им следует одновременно. Позвольте спросить: доверили бы вы управление кнопкой «пуск» человеку, пусть даже надежному? Круг посвященных не зря сведен к минимуму. Только представьте, каковы будут последствия, если произойдет утечка информации! Те из нас, кого разъяренная толпа растерзает сразу, на месте, могут считать себя счастливчиками… - вздохнул он. - Остальных наверняка будут убивать медленно и мучительно. Но даже не это самое страшное. Главное, что больше никто не осмелится решить вопрос столь радикальным способом!
-Понятно, доходчиво и убедительно, - кивнул Куровский. – Значит, мне предстоит либо создать, либо обучить роботов, которые приведут в действие механизмы распространения вируса в разных странах.
-Совершенно верно!
-В таком случае, у меня второй и последний вопрос… - Куровский смущенно замялся, словно размышляя, надо ли говорить дальше.
-Вы хотите спросить, какова роль единственной дамы, присутствующей в этом номере? – снова улыбнулся Баскет.
-Именно так.
-Мне, как ни странно, тоже хотелось бы это знать, - с легкой иронией произнесла миссис Элкснис, обведя взглядом мужчин.
-Вам выпала особо ответственная роль, - голос Баскета звучал спокойно, с едва заметной усталостью. – Вы будете нашей «Энолой Гей».
-Простите? – удивилась женщина, подняв брови.
Хозяин номера тяжело вздохнул.
-Я как-то все время забываю, что не все знают историю Второй Мировой войны… Примерно двести лет назад американцы сбросили две атомные бомбы на японские города. Самолет, доставивший одну из них, назывался «Энола Гей» - в честь матери командира экипажа.
-И все-таки я не вполне понимаю…
-Миссис Элкснис, вы – международный дипломат. Регулярно посещаете самые разные страны. При этом, проходите границы без досмотра. И ваш багаж тоже не досматривается… Полагаю, больше объяснений не нужно?
Женщина, побледнев и плотно стиснув губы, молча кивнула.
-Что же, раз роль каждого из нас понятна, давайте прорабатывать детали… - начал было Баскет. Но его внезапно перебил Куровский, избавившийся от первоначальной скованности.
-Одну минуту! Мне бы хотелось уточнить одну очень важную, можно сказать, принципиальную деталь, – в голосе специалиста по робототехнике отчетливо звучал металлический скрежет. - Перед тем, как будут прорабатываться все остальные.
-Да, пожалуйста.
-Так уж получилось, что у меня четвертая группа крови. Как и у моего брата, который заодно является вице-президентом нашей фирмы. Полагаю, это было одним из главных доводов в пользу моей кандидатуры… А как у остальных? Я должен это знать! Это не праздное любопытство, поверьте! – внушительно произнес Куровский.
-Охотно верю, - кивнул Баскет. – Что же, извольте! У меня первая группа.
-Вторая! – подал голос Клевермэн.
-И у меня вторая, - пожал плечами владелец медиахолдинга.
-Первая! – усмехнулся Модест.
-Третья! – вздохнула миссис Элскнис.

-Кх-м! – откашлялся Куровский. То ли от смущения, то ли нечаянно проглотив воздух. – Выходит, вместе с вирусом одновременно будет создаваться и противовирус, то есть, антидот? Я правильно понимаю ситуацию, доктор?
Клевермен скривил губы в цинично-горестной усмешке:
-Против любого оружия можно создать защиту, в том числе, бактериологического. Но в данном конкретном случае, антидот разрабатываться не будет. Я принципиально не стану этим заниматься. Говорю сразу и откровенно.
Куровский, изумленно округлив глаза, отшатнулся от Клевермэна, как если бы вдруг увидел на его месте смертельно ядовитую змею, приготовившуюся к броску.
-Как?! – воскликнул он. - Позвольте узнать, каким же образом вы планируете пережить этот конец света?! Отсидеться в бункере глубоко под землей, заранее уехать на крохотный островок где-нибудь посреди Тихого океана… или еще что-то?
Клевермэн несколько секунд молча смотрел ему прямо в глаза. Потом тихо спросил:
-А вы, мистер Куровский, смогли бы спокойно жить, зная, что из-за вас погиб хоть один невиновный человек? Тем более, сорок пять миллиардов людей?! Лично я – нет.
-И я – нет, - отчеканил помрачневший Баскет.
-Я, пожалуй, тоже не смог бы, - вздохнул медиамагнат, снова утерев пот, обильно выступивший на лбу. – Как ни странно, у меня еще есть совесть! Точнее, ее остатки. Понимаю, это может казаться смешным, даже циничным… Но это правда.
-Лучше смерть, - чуть слышно сказала женщина.
-Согласен! – кивнул Модест, лицо которого стало особенно суровым.
-Верующий человек, может быть, нашел бы утешение в словах: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя», - негромко произнес Баскет. – Мне же, как атеисту, останется утешаться мыслью, что я не имел в этом деле никакой личной выгоды и был безжалостен не только к другим, но и к себе. Может быть, уцелевшие когда-нибудь поймут нас и даже будут благословлять, поставят памятники… Не знаю. – Он вздохнул, покачав головой. – Шансов на это немного. Куда более вероятно, что они станут проклинать нас, как величайших в истории злодеев, и пугать нашими именами непослушных детишек. Но другого выхода, леди и джентльмены, все равно нет!
-Правда, я умру не от своего вируса, – продолжал Клевермэн. – Как только станет ясно, что процесс пошел и принял необратимый характер, приму для храбрости хорошую порцию коньяка или русской водки, затем выберу какую-нибудь подходящую модель из стрелковой коллекции покойного родителя, и пущу пулю в висок. Отец так мечтал, чтобы я продолжил династию и стал военным! – он вдруг с протяжным стоном закрыл лицо руками, всхлипнул, но тотчас овладел собой. – Пожалуйста, простите эту минутную слабость!
-Вам нечего стыдиться. Мы не роботы, а всего лишь люди! – участливо произнес хозяин номера. – А теперь давайте все-таки продолжим наше совещание.
Разговор длился еще долго и закончился, когда за окном уже начало темнеть. Был проработан общий план, уточнены важные детали, оговорены способы связи и примерные сроки исполнения. Разумеется, были четко распределены обязанности каждого из участников.
Клевермэн обязался создать вирус приблизительно за год и еще за полгода провести все необходимые испытания. Куровский пообещал к этому сроку разработать и запустить в производство новое поколение роботов-уборщиков. Поскольку предыдущая модель, созданная его же фирмой, уже могла считаться морально устаревшей.
Люди привыкли обращаться с роботами, как с бездушными существами, «железяками» или «консервными банками». С которыми можно было не считаться, а иной раз даже пнуть – чтобы сорвать злость или просто развлечься. Роботы оценивались так низко еще и потому, что их интеллект был искусственно ограничен. Требовалось свести к минимуму вероятность осознания роботом собственной ценности, значимости своего «я», и как следствие - возможности противоречить человеку, а тем более, причинить ему вред.
Модесту, который был не только известным физиком, но и популяризатором науки, дали задание: написать ряд статей, призывающих к пересмотру сложившихся отношений между людьми и роботами, и выступать с такими же призывами перед широкой аудиторией. Медиамагнат, соответственно, включал для Модеста «зеленый свет» на всех своих телеканалах и прочих СМИ. Требования относиться к роботу более уважительно, видеть в нем не бездушную «железяку», а достаточно разумное существо, тоже наделенное человеческими чувствами и правами, должны были буквально литься рекой и произвести должное воздействие на общественное мнение. Соответственно, Куровскому надлежало представить на всеобщее обозрение две новые модели роботов, обладающих интеллектом ребенка среднего возраста – примерно 12-и лет. Неотъемлемой особенностью их конструкции явится ограничитель интеллекта – миниатюрный блок, монтируемый на стадии наладки.
Который, кроме кучи микросхем и проводов, будет содержать крохотную, хорошо замаскированную капсулу с вирусом… И механизм ее вскрытия в назначенный срок.
---
*-«Клевермэн» - «Умный человек» (англ).
**-«Модест» - «Скромный» (англ).

Глава 7
Насколько мне было известно, такую лабораторию еще никто и никогда не находил. Люди на заключительном этапе существования своей цивилизации создавали роботов-помощников для разных целей, это общеизвестный факт. Однако эти помощники были в сущности всего лишь забавными игрушками, пригодными для выполнения шаблонных простых задач, с самым примитивным интеллектом. Здесь же имелась целая куча доказательств того, что в этой лаборатории конструировались роботы уже с весьма развитым разумом. У меня от такой новости просто голова шла кругом. Ведь до сего дня считалось непреложной истиной, что интеллект высокого уровня был получен роботами от Создателя! Во всяком случае, именно так утверждали самые древние летописи…
Мы с Эдом провели тщательную видеосъемку всех внутренних помещений, рабочих стендов, оборудования и, разумеется, обнаруженных документов. Составили подробный отчет для Археологического Центра. После чего, выбравшись на поверхность, отослали его по назначению. В тот самый центр.
-Судя по времени, там уже поздний вечер, - хмыкнул Эд. – Но что начнется завтра утром!
-Да уж… - протянул я. – Пахнет самой настоящей сенсацией! Представь, сколько спецов сюда нагрянет! Не только археологов, но и из Института Усовершенствования Интеллекта. А потом начнется самое настоящее паломничество. Туристы, просто любопытные…
-Это точно! Возможно, еще и историю придется переписывать! – пожал плечами мой друг и коллега. – Только честно, дружище, ты мог вообразить такое?
-Честно? Нет. Даже не думал, не мечтал! – честно признался я. Потом посмотрел на небо и заторопился: - Так, давай-ка быстро все закроем, и во флаер! Глянь, какие тучи! Наверняка будет гроза!
Небо и впрямь заволокла плотная мутно-серая пелена. Кое-где вспыхивали молнии (судя по большому опозданию звуков грома, пока еще далеко). Мы поспешно закрыли вход в штольню обломками скалы, не особо напрягаясь, поскольку для двух роботов-мужчин вес в 200 и даже 300 килограммов не такой уж неподъемный. Отсоединили и упаковали солнечную батарею, засунули ее в багажный отсек флаера и запрыгнули в кабину. Только-только успели закрыть крышку и зафиксировать ее стопорами-защелками, как по пластику забарабанили крупные капли, потом потекли настоящие ручьи.
Не сговариваясь, мы с Эдом довольно улыбнулись. Успели вовремя! Мокрая одежда все-таки удовольствия не доставляет, да и электромагнитный импульс может повредить микросхемы, если молния ударит неподалеку. А внутри корабля мы под надежной защитой. Какой бы сильной ни была гроза.
-Кто бы мог подумать, что за какой-то последний месяц мы найдем и поймем больше, чем за долгие годы! – с нескрываемым благоговением воскликнул Эд. – Причем, теперь у нас есть конкретное представление, где искать и что. Мы убедились, что Баскета не интересовали ни военные объекты, ни промышленные, ни архитектурные. Он разыскивал лишь места, подобные вот этой лаборатории. Знаешь, я не удивлюсь, если выяснится, что его главной целью было обнаружить место, где Создатель дал жизнь и разум шестерым первым роботам!
-Однако, конкретно в этой лаборатории, если кто-то и давал роботам жизнь и разум, то это были люди. А никак не Создатель, - вздохнул я.
-Верно. Но что из этого следует? Смотри, Толя: если судить по внешним признакам тех «точек», где побывали мы с тобой и группа Баскета, то налицо явное сходство с оригиналом. Тем самым, запечатленным на фотографии, остатки которой, к счастью, обнаружил в своей памяти Егор… Толя, у меня такое чувство, что мы блуждаем у самой цели, вокруг да около, но никак не можем ее разглядеть! Попробуй поставить себя на место Баскета, у тебя же всегда было хорошее воображение. Если командные пункты не привлекали его внимания, а здесь кто-то подчистил все следы, навел тщательный порядок… Толька! Ну, подумай же!
-А чем я, по-твоему, занимаюсь?!
-Ладно, не закипай! Думай спокойно. И вот еще какое странное обстоятельство: здесь раньше пользовались только английским языком. Все надписи в лаборатории – по-английски, все записи в дневниках – по-английски. Но на фотографии-то есть русская надпись!
-Ну да. «Лаборатория искусственного интеллекта», - кивнул я.
-И Баскету это было известно. Следовательно, он также знал, что цель его поисков может находиться в России. Однако, в Россию его группа направилась в самую последнюю очередь. Интересно, почему? – Эд уставился на меня, словно ожидая, что на его друга Толю снизойдет озарение.
-Ленка предположила, что у них была карта, или какой-то другой артефакт, - напомнил я. – Скорее всего, они вели поиск, ориентируясь по нему.
-И где же сейчас этот таинственный артефакт? У неизвестных убийц?
-Скорее всего…
Эдвин вдруг усмехнулся:
-Толь, ты подумай: ведь получается, что Баскет долгие годы нас просто-напросто использовал. Мы всегда считали себя главнее «черных», смотрели на них свысока, как любой профессионал на любителя. Хотя и уважали, и не чурались пользоваться их подсказками. Дескать, раз уж им так хочется, раз другого увлечения себе не нашли, пусть копают, на здоровье, лишь бы не путались под ногами, не мешали нам. А Баскет-то был главным! Он точно знал, что хочет найти, он отслеживал все наши раскопки. Выходит, что мы делали для него всю черную работу! Он, а не мы, контролировал ситуацию! Ну, вот как тут не выразиться?!
-Выходит, так, - кивнул я. – Факт, унизительный для нашего самолюбия, и для всей археологии в целом, но что поделаешь!

-И вот ему улыбнулась удача, он нашел эту лабораторию, - воодушевленно продолжал Эд. – После долгих лет тяжелого труда! Добился грандиозного, невообразимого успеха, о котором девяносто археологов из ста не смели даже мечтать!
-Скорее, девяносто девять из ста, - уточнил я.
-Может быть. Не важно. Главное, это такой успех, что у любого робота, даже самого спокойного и сдержанного, закружилась бы голова от восторга и гордости! Я боюсь даже представить, что было бы со мной! На его месте любой объявил бы об этой находке на весь мир! – все больше распаялся Эд. – Чтобы насладиться заслуженным триумфом, обессмертить свое имя. А что сделал Баскет? Никому и ничего не сообщил, промолчал и двинулся дальше со своей группой. Уму непостижимо! Что-то невероятное! Как будто речь шла о мелочи, не стоящей внимания. Какова же тогда ценность того, что он ищет… то есть, искал?! Подумать страшно…
Сигнал срочного вызова, пронзительно запищав, прервал его речь. Я подтвердил установление связи, и на засветившемся экране тотчас же возникло лицо Кондрата, главного администратора нашего сайта, и по совместительству – ученого секретаря Археологического Центра. Произошел вежливый обмен приветствиями.
-Ну как, получили наш отчет? – не выдержав, поинтересовался я.
-Получили, ознакомились. Это что-то потрясающее, невообразимое! Поздравляю! – расплылся в улыбке Кондрат. - Сейчас шеф на совещании Главной Шестерки, а как только освободится, сам его подробно изучит, и скорее всего, в ближайшее время лично отправится на место. Если вы, конспираторы, соизволите сообщить точные координаты находки, – он беззлобно рассмеялся. – Я понимаю, конечно, что такой успех может потрясти по-настоящему, вплоть до того, что собственные имена забудешь. Но уж инструкции-то забывать не следует, даже в такой ситуации! Инструкции – дело святое, вам ли не знать…
Я ахнул, быстро просмотрел отчет и схватился за голову. Это же надо! Все указали, а о самом главном-то забыли! Ну и ну!
-Извини. Действительно, из головы вон… Записывай координаты!
Записав продиктованные данные, Кондрат напомнил, что мы должны лично явиться в Центр, чтобы заверить отчет. Махнул рукой на прощание и отключился.
-Полетели? – предложил я Эду. – Что могли, мы тут сделали, оставаться незачем. Что ты там говорил про заслуженный триумф? Похоже, он нас ожидает в Центре!
Эдвин кивнул в знак согласия. Я задал параметры взлетного режима, чуть слышно загудел двигатель, и флаер рванул верх, поднимаясь на тридцатикилометровую высоту. Там воздух настолько разрежен, что лобовое сопротивление стремится к нулю и можно лететь с огромной скоростью, расходуя минимум горючего.
Сколько раз я летал на этой высоте – можно сбиться со счета. И всегда ощущал какое-то восторженное благоговение при виде черного неба, ярчайших разноцветных звезд, многократно более яркой Луны (когда та не находилась в земной тени) и ослепительного Солнца. Магеллановы облака, Большое и Малое, вообще казались чем-то сказочным. А если добавить к этому еще и ясно различимые туманные пятна – галактики Андромеды, шаровых скоплений в Центавре, Тукане, Стрельце и Геркулесе… Все эти компоненты настолько гармонично дополняли друг друга и производили такое потрясающее впечатление, что надо быть на редкость глупым и бесчувственным роботом, чтобы остаться равнодушным… К слову, я еще в школе задумывался, не стать ли мне астрономом, но любовь к археологии победила.
Наш маршрут пролегал через всю Северную Америку, с запада на восток, затем – через Атлантику в ее самой широкой части и под конец – над изрядным куском Европы. Скорость флаера была настолько велика, что мы не успели толком заскучать, как впереди показались хорошо различимые даже в темноте белые островерхие Альпы, и почти сразу сработал сигнал маяка, установленного на крыше Центра. Нашего, Археологического. Который в Женеве. Я тут же задал режим посадки, и флаер через считанные минуты аккуратно приземлился на парковку у входа. Обычно там всегда полно свободного места, даже в те дни, когда у Шефа совещания, теперь же, несмотря на поздний час, она была почти забита. Ясное дело, коллеги слетелись почитать наш отчет, никакая другая причина просто не могла прийти на ум.
Кондрат встретил нас в приемной, поздоровался, склонив голову, и лично сопроводил в канцелярию. Такой чести на моей памяти не удостаивался ни один археолог. Еще бы, ведь и открытие из разряда сенсационных!
-Вот тут, пожалуйста, приложите правый указательный палец, - вежливо попросил он, положив перед нами по пластине с микрочипами.
Мы безропотно подчинились, подтвердив тем самым, что действительно отправили нашумевший отчет.
-И еще здесь, пожалуйста…
Повторная процедура означала, что мы осведомлены о принятии нашего отчета руководством Центра.
-А теперь прошу за мной… - Кондрат как-то загадочно улыбнулся.
Мы были готовы к любому приему. Но не к тому, который нам оказали.

Как только мы с Эдом вышли в просторный холл второго этажа, изо всех распахнувшихся дверей с восторженными криками повалили археологи. Многие десятки. Они окружили нас, схватили и … начали запускать в космос. Никакое другое объяснение не приходило на ум. Нас швыряли верх снова и снова, не давая приземлиться… тьфу, встать на ноги. Причем, под непрекращающийся хоровой рев. Не припомню, приходилось ли мне хоть раз в жизни слышать такие комплименты!
«Они что, рехнулись?!» - всполошился я. Но тут пришло сообщение от Эда: «Толька, я понял: это подражание древнему людскому ритуалу. Не бойся и не вырывайся, пусть сами устанут и успокоятся».
И почти сразу вслед за этим, на связь вышла Ленка:
«Толя, прошу тебя, бросай все дела, повторяю, все, и срочно домой. Повторяю, срочно. Ничего страшного, не волнуйся».
«Что случилось?!» – я, естественно, разволновался. Покажите мне робота, который в такой ситуации сохранил бы спокойствие!
«Не могу объяснить по Сети».
«При нашей защите?!» - мысленно возопил я, продолжая взлетать и опускаться под восторженные вопли.
«Приедешь, сам поймешь. Все, я отключаюсь. Не волнуйся!»
Нет, это просто замечательно! «Не волнуйся!» Дай понюхать коту валерьянки…
Я так яростно замахал руками, требуя остановиться, что до роботов дошло: с подражанием древнему людскому обряду пора закачивать. Меня бережно опустили на пол, секундой позднее «приземлился» и Эд. Я громко крикнул:
-Археологи!!! Прошу внимания!!!
Кое-как установилась тишина, в меня впились многие десятки глаз.
-Дорогие коллеги, благодарю вас за искреннее выражение чувств, но нам с Эдом необходимо немедленно покинуть Центр. Причину пока объяснить не могу, извините. Прошу не обижаться. Есть совершенно неотложное дело, требующее нашего присутствия… э-э-э… далеко отсюда. Если сможете дождаться нас до завтра, все объясню. А пока… пока, извиняюсь за каламбур. Эд, уходим!
Эдвин застыл столбом с растерянно-недоумевающим видом, как все остальные. Пришлось дернуть его за руку, чтобы вывести из ступора.
-Дал бы хоть моментом насладиться! – то ли с показным, то ли с искренним возмущением возопил он, когда мы садились во флаер. – Я такие хвалебные речи впервые в жизни услышал! Кто знает, доведется ли еще хоть раз... Да что случилось-то?! На тебе лица нет!
-Ленка требует, чтобы я немедленно мчался домой. Произошло нечто из ряда вон выходящее, - взволнованно объяснил я, закрывая крышку обтекателя.
-А что именно стряслось, не сказала? – теперь и Эд разволновался.
-Нет. Я просил объяснить, а она твердила: «не по Сети».
-Надо же! - Эд покачал головой. – На Ленку это не похоже. Видать, и вправду что-то серьезное… Ну, тогда чего ждешь?! – вдруг набросился он на меня. - Задавай режим, и на полной скорости!
-А я, по-твоему, чем занят?! – буквально взъярился я. Знаю, конечно, что срывать страх и раздражение на других роботах нехорошо. Тем более, на лучшем друге! Но тому тоже надо сначала думать, а потом говорить.
Эд то ли надулся, то ли понял, что сам был неправ. Потому, что молчал рекордно долгое для него время. Почти минуту, пока флаер набирал высоту. Видимо, все это время он искал наиболее подходящие слова, в итоге выбрав самые неудачные:
-Толь, ну не переживай ты так… Зачем сразу думать о чем-то плохом… Вдруг Ленке просто очень захотелось секса?!
-Р-р-ррр! – разозленные роботы тоже иногда рычат, не удивляйтесь…

Глава 8
Заходя на посадку, я смущенно думал, что придется просить прощения у Эда. Судя по поведению Ленки, дражайшая «половинка» могла действительно… Э-э-э… Хорошенько проголодаться. В этом самом смысле. Ну, люди же, если не ошибаюсь, глушили нереализованный половой инстинкт какими-то другими занятиями… Как в наивном и хорошем фильме «Укрощение строптивого».
Правда, Ленка не рубила дрова и не звонила в колокол. Она перекапывала грядку в саду. Не, вот так будет точнее: ПЕРЕКАПЫВАЛА ГРЯДКУ. Казалось бы, что тут такого, если женушка фанатично любит сад, жить без него не может? Конечно, есть слуги, но она им такую работу не доверяет. «Землю надо чувствовать!» - вот одно из ее главных правил. Я не спорю: во-первых, бесполезно, не переубедишь, во-вторых, каждый имеет право на свои чудачества.
Но она занялась копкой сразу после рассвета!!! Ну, какой робот станет это делать, находясь в здравом уме?! Вот люди, они действительно могли работать на земле, пока еще Солнце не поднялось высоко, и было относительно прохладно. Особенно если жили в местах с жарким климатом. Но у нас-то климат умеренный. И, кроме того, мы не люди, нам достаточно потратить секунду на активацию программы, чтобы не страдать ни от жары, ни от холода. Наконец, Ленка просто обожает поспать подольше! Чтобы она вскочила ни свет ни заря… Толя, не слишком ли часто ты покидаешь жену?! Гляди, не выдержит и найдет себе утешение на стороне! Какого-нибудь робота-рыболова с озера…
Флаер сел. С тихим щелчком сработали стопоры, крышка обтекателя откинулась. От дальнейших горестных мыслей, касающихся супружеской жизни роботов Анатолия и Елены, меня оторвало кошачье мяуканье. А, ну конечно же, нас снова посетили Негатив с Позитивом… Так мы назвали котят, подаренных Ленке в позапрошлом году. Один был черный, как ночь, с белыми лапками и носом, другой – наоборот, белоснежный, с такими же черными отметинами. Жена, умилительно поглаживая мохнатые комочки и сюсюкая, предоставила мне честь выбрать имена «лапочкам». Я и выбрал, в соответствии со своим негативным отношением к кошкам (хотел завести собаку, но Ленка их почему-то панически боится). Думал, моя половинка возмутится или придет в недоумение… Ага, щас! Да здравствует женская логика, прославленная еще в анекдотах человеческой цивилизации! Ленке эти имена очень понравились. «Негативчик!» «Позитивчик!» «Ой, какой ты умница, как хорошо придумал!» Мужу оставалось только состроить снисходительно-понимающее выражение лица: ну так…
Коты выросли невероятно самостоятельными, самоуверенными и наглыми. Кроме того, они были одержимы страстью к исследованию окружающей местности и поэтому часто и подолгу пропадали, слоняясь непонятно где. Правда, периодически все же возвращаясь за порцией домашнего тепла, ласки и пищи. «Ну, точно, как мой археолог!» - качала головой Ленка.
Сейчас хвостатые пришельцы сидели рядом с грядкой, буквально буравя землю коллективным взглядом в четыре круглых янтарно-медовых глаза. Очередной взмах лопаты – и к их усатым мордам полетела перерубленная напополам медведка. Позитив инстинктивно отпрянул, встопорщив усы и шерсть, Негатив же, осторожно принюхавшись, решил попробовать на вкус. Белый кот, наблюдая за процессом со стороны, издал вопросительный звук:
-Мя-яуу? («Ну как, съедобно?»)
Черный, пожевав и немного помедлив, отозвался:
-Мя-яяяу! («Да что-то пока не распробовал!»).
И вторая половинка медведки тотчас исчезла в его пасти.
-Мяууу!!! – обиженно завыл Позитив. Видимо, это следовало перевести: «Ну, жадина! А еще другом называется!»
-Ленка, мы прибыли! – окликнул я труженицу лопаты. – Кончай работать!
Жена, воткнув упомянутое изделие в рыхлую землю, повернулась.
-А, ты с Эдом? Еще лучше! Пошли в дом.
-Мяу-у-ууу!!! – обиженно завыли хором Негатив с Позитивом. Судя по их голосам и мордам, они были уверены, что хозяйка проявила вопиющую и возмутительную небрежность. Отвлеклась, не накормив котиков досыта вкусными медведками!
-Потом, потом! – отмахнулась Ленка от усатых вымогателей. – Извините, мурлыки, не до вас!
-Мя-я-я-ууууу!!! – обида сменилась непритворным негодованием.
-Да что случилось-то? Не томи, объясни! – взмолился я.
-Действительно! – подхватил Эд. – Мы волнуемся, между прочим!
-Дома, дома! – повысила голос жена. – Такие новости надо слушать сидя. Еще упадете и цветочки мне поломаете…

-Ленка, ты не робот, ты монстр! Садовый! – простонал я, хватаясь за голову. – Фруктово-цветочный!
-Бачылы очи, що купувалы! – ехидно отрезала жена, поднимаясь на веранду.
-Что, что? – насторожился я. – Лен, с тобой все в порядке? Заговариваться начала…
-Не бойся, это древняя людская пословица. В смысле, сам выбирал, никто не заставлял.
-Ось тилькы куды воны дывылыся, дурни очи! – проворчал Эд. И, поймав изумленный Ленкин взгляд, пожал плечами: - Не только ты, злотовласка, увлекаешься древними наречиями…
В гостиной женушка усадила нас на диван, сама неторопливо уселась на стул, выдержала драматическую паузу… Я уже готов был взорваться, но спутница жизни опередила меня на какую-то долю секунды.
-Толя! Тебе привет от Хьюго Баскета! – произнесла она торжественно-надрывным голосом.
Я оторопел. Судя по выражению лица Эда, он – тоже.
-Не надо так на меня смотреть, я в здравом уме! – рассердилась Ленка.
-Извини, вот теперь я в этом не уверен, - вздохнул я. - Объясни все, и как можно подробнее!
-Два часа назад прилетел один незнакомый робот, спрашивал тебя…
-Да часа назад? Ночью?! – я выпучил глаза. В голову невольно полезли не очень хорошие мысли.
-Ну да. Он извинялся, что в такой неурочный час. Мол, раньше никак не мог, и утром уже будет поздно, у него какие-то неотложные дела. Когда узнал, что тебя нет, передал мне очень старую тетрадь. Настоящий раритет! Сказал, что от Хьюго Баскета. Месяц назад, уходя на очередные раскопки, тот оставил ему эту тетрадь и попросил передать ее или лично тебе, или через меня, если ты будешь где-то в другом месте…
-Этот робот что, новостей не читает, не слушает? – невольно вырвалось у меня. – Неужели он ничего не знал?
-Действительно! – пожал плечами Эд.
-Он знал, конечно, что Баскет и его помощники погибли. Но, с его слов, у него была строгая инструкция: в любом случае, что бы ни произошло, передать тетрадь только через месяц и только в руки, тебе или мне, - пояснила Ленка. - Баскет очень просил его в точности соблюсти это условие! Робот пообещал. Он еще добавил, что именно из-за трагедии, случившейся с группой Баскета, испытывал сильное искушение заглянуть в тетрадь, или передать ее полиции, но не решился нарушить свое слово. Если ты сочтешь возможным рассказать ему, что там было написано, хотя бы в самых общих чертах, он будет очень благодарен.
-Где эта тетрадь?! – хором взвыли мы с Эдом. Точь-в-точь, как Негатив с Позитивом…
-Ой, чуть не оглушили… Вот она! Не нужно так орать.
---
Да, это была очень старая бумажная тетрадь, одна из тех, которыми уже почти не пользуются. Абсолютное большинство данных хранится и передается в электронном виде. Но мы бережно храним бумажное наследство, доставшееся нам от людей. В Центральной библиотеке целых шесть этажей заняты уцелевшими книгами – теми, которые после неизвестной катастрофы, уничтожившей людскую цивилизацию, дошли до нас в более-менее нормальном виде. (Увы, тех, которые сгнили, рассыпались в прах или обуглились, было гораздо больше). С них сняты копии, чтобы любой робот мог ознакомиться с текстом или в читальном зале, или у себя дома, на досуге. Я это делаю при первой возможности. И хотя понимаю, конечно, что держу в руках не древнее произведение, а всего лишь современную копию, но всякий раз дух захватывает от трепета… Ведь это записи древней цивилизации, существовавшей до нас и ушедшей в небытие.
Когда-то здесь, на нашей чудесной планете, жили люди. Трудились, любили, мечтали, воевали, путешествовали… Все как у нас. Почти. Ведь они рождались и умирали, а нас создают и разбирают… Ладно, не время думать о грустном!
Тетрадь была в прозрачном пакете. Из последних страниц выглядывала закладка с надписью: «Здесь!» Было большое искушение раскрыть тетрадь именно там, но я переборол его и буквально заставил себя пролистать ее с самого начала.
Эд сидел сбоку, Ленка напротив. Но они могли, как и я, читать с комфортом, переворачивая картинку на внутреннем экране.
Вначале шли записи, сделанные одним почерком, затем – вторым, третьим… С того места, где была вставлена закладка, почерк опять переменился. Видимо, писал уже сам Хьюго.

«Анатолий, мы знакомы только заочно. Но именно тебе я могу доверить дело всей моей жизни. Не потому, что считаю тебя самым лучшим специалистом в археологии, не из-за твоей честности и порядочности (хотя и это очень важно, разумеется). Просто судьбе было угодно распорядиться так, что мы с тобой преследуем одну и ту же цель: поиск лаборатории, где был создан Первый Интеллект. Мы оба верим, что это не миф, не красивая легенда, а сущая правда.
Так получилось, что мне повезло больше, чем тебе, хотя ты тоже проявил и усердие, и терпение. Причем, мне повезло дважды. Первый раз – почти пятьдесят лет назад, при строительстве туристического комплекса на озере Виктория. Второй – позавчера. Однако, если ты сейчас читаешь эти записи, то получается, что тебе все-таки повезло больше… Впрочем, напишу все по порядку, не отвлекаясь.
Тебе наверняка известно, что я сразу после окончания школы некоторое время работал архитектором и принимал участие в строительстве большого туристического комплекса на берегу озера Виктория. И там же, в Африке, когда срок строительства уже подходил к концу, произошло событие, перевернувшее всю мою жизнь: я встретил робота, которому оставалось шесть месяцев до Утиля. Его жена давно погибла в результате несчастного случая, воспитанники – один работал на Каллисто, не думая возвращаться на Землю, а второй от создания всегда был «не от мира всего» (увы, от такого брака никто не застрахован). Так что этому роботу не с кем было поделиться своим знанием. Мы случайно разговорились, понравились друг другу, и потом часто встречались, беседуя на самые разные темы. Я лишь потом, став гораздо старше и опытнее, понял, что старики на склоне лет очень любят общаться с молодыми! Видимо, по этой причине он и предложил мне принять на хранение одну интересную фотографию. С его слов, это был какой-то древний артефакт. Сам робот не знал ни авторов этой фотографии, ни истории ее происхождения. Он не стал рассказывать, как эта вещь попала к нему, а я, соответственно, не проявил лишнего любопытства. Признаться, я согласился принять эту фотографию не столько из интереса, сколько из вежливости, чтобы не обижать доброго старичка, доживавшего последние месяцы. Мол, мне это ничего не стоит, а ему будет приятно… Зато когда он, обрадованный моим согласием, сказал, что на ней, скорее всего, запечатлен коллектив людей, создавших Первый Интеллект… Ты можешь представить, какие чувства меня охватили!»
-Да уж! – благоговейно прошептал Эд, дочитав до этого места.
«Фотография действительно была очень старая. На ней были изображены люди: восемь мужчин и две женщины, на фоне двери, ведущей в ту самую ЛАБОРАТОРИЮ! Посмотри сам, фотография находится в конце тетради, в обложке».
Эд и Ленка с горящими глазами одновременно попытались выхватить у меня тетрадь. Пришлось повысить голос, призвав их к порядку. Я осторожно извлек снимок. Признаюсь честно: у меня дрожали руки от волнения.
Да, это было оно! То самое изображение, запечатленное на фотографии, обрывки которой передал мне в последний день своей жизни Егор, на том же озере Виктория. Только здесь оно было цельным.
Десять веселых, сильных, полных жизненной энергии человек. Они стояли и сидели на корточках, улыбаясь в объектив. Восемь мужчин, две женщины. Спокойные, довольные, в расцвете лет и сил. С виду, еще молодые, не было ни одного старше сорока. Мы, роботы, различаемся по ладоням: чем дольше живешь, тем сильнее их царапаешь. А возраст людей, облик которых дошел до нас, можно определить по совокупности многих признаков… Я был абсолютно уверен, что не ошибся.
Сзади этой дружной компании был отчетливо виден вертикальный срез горного склона и большая двустворчатая дверь, облицованная гладко отшлифованными плитами, по бокам которой размещались таблички с надписями на английском и русском языках. Та самая надпись: «Лаборатория искусственного интеллекта». Я опять призадумался: почему же именно «искусственного», а не «искусного», как у нас, роботов? И почему такое важное слово было написано с маленькой буквы, а не с большой? У нас: «лаборатория Искусного интеллекта», поскольку речь идет о невероятно важном, ценнейшем предмете. Может, дело в том, что для нас интеллект – дар Создателя, а для людей это считалось лишь чем-то второстепенным?
Выше среза виднелись деревья и кустарники, густо облепившие крутой склон горы. Причем, по виду они не отличались от тех, которые в изобилии произрастают в гораздо более умеренном климате. Не знаю, что это за место, но на Африку совсем не тянет…
Наш коллективный просмотр был прерван негодующим концертом. Орали возмущенные коты, которые, не дождавшись угощения в саду, явились – как там говорили люди? – качать права в дом к нерадивым хозяевам. Концерт был попеременным: пока душу изливал Негатив, Позитив тщательно закачивал воздух в легкие. Потом они менялись ролями.
-Ой, бедненькие, - встрепенулась Ленка, вскочив со стула, - я же про вас совсем забыла! Простите глупую мамочку! Сейчас я вас накормлю!
-Мя-я-ууу!!! – на этот раз вопль получился синхронным. Бедные «детки» явно пытались объяснить забывчивой мамуле, какого наказания она заслуживает за столь вопиющую небрежность. Можно забыть про что угодно и про кого угодно, даже про мужа, но КОТИКИ – это же святое! Высшие существа!

Женушка торопливо помчалась на кухню, орущие хвостатые возмутители спокойствия – следом. Вскоре Ленка вернулась, расплывшись в улыбке:
-Отрезала им по куску рыбы. Лопают на веранде. Сразу успокоились.
-Копченой семги с Камчатки?! – я чуть не подскочил.
-А тебе что, жалко было бы для котиков?! – брови жены сначала изумленно взметнулись, потом гневно сдвинулись. Но Ленка быстро взяла себя в руки и рассмеялась: – Успокойся, Толя, обычной, озерной. Пока тебя не было, они каждый день обворовывали одного рыбака. Он облюбовал местечко недалеко от дома, так эта парочка постоянно крутилась рядом, изображая умирающих от голода сироток… Выпрашивали и таскали, и так все время, пока он не уехал.
Я прыснул, представив эту картину. Бедный рыболов! Иметь дело с такими артистами-вымогателями!
-Нашли, о чем говорить! – укоризненно покачал головой Эд. – Тут такое дело, а они про рыбку, котиков… Тьфу! Давай-ка листай дальше!
«С этого момента, едва увидев эту фотографию, я понял, чему будет посвящена вся моя жизнь. Вместо перспективного, уже успевшего зарекомендовать себя архитектора Хьюго Баскета появился «черный археолог». Ты знаешь, Анатолий, что моей группе - мне и двум верным товарищам – довелось за несколько десятков лет побывать практически во всех регионах Земли, даже в Антарктиде. Какую работу мы проделали, сколько породы разрыли, сколько камней передвинули, сколько штолен проложили – уму непостижимо. Впрочем, уж кто-кто, а ты это хорошо можешь представить! Мы часто пользовались данными профессиональных археологов… хотя и это тебе известно. Как и то, что мы тоже часто делились с вами своей информацией, подсказывая координаты «точек», которые нас не интересовали, но могли принести реальную пользу науке.
-Святая правда, - кивнул Эд. – Что было, то было.
Однажды, работая на одном из мест, где вы уже побывали, мы обнаружили очень интересный объект. В первые минуты, нашему ликованию не было предела: мы решили, что это – та самая Лаборатория! Объект находится в Северной Америке, в Скалистых горах, его координаты…»
-Те самые! – кивнул я. – Речь идет о той лаборатории, из-за которой нас подбрасывали в Центре… Кстати, интересно, что же это был за обряд?
-Дальше, дальше листай! – нетерпеливо проворчал Эдвин, буквально ерзавший на месте.
«…Но мы очень скоро поняли, что ошиблись. Внешне вход очень напоминал изображенный на фотографии, но он был «натуральным», а не облицованным отшлифованными плитами. С обратной стороны снимка есть крохотный флэш-носитель. Посмотри его, там один-единственный файл, позволяющий увидеть эту же поверхность с большим разрешением. Ты сам убедишься, что скальный срез просто отшлифован, а не облицован».
Я тут же решил последовать совету… И гневно рявкнул:
-Эд, зараза! Снова опередил на долю секунды!
-Я тебе сейчас переброшу файл, - дружески хохотнул он.
Действительно, при большом увеличении, было хорошо видно, что кажущиеся промежутки-«швы» между плитами на самом деле отсутствовали. Обыкновенная краска, видимо, очень стойкая, раз так долго сохранилась при больших перепадах температуры и влажности! Поверхность скалы была монолитной, в ней только прорубили отверстие для входа.
«Потом мы искали в Альпах, на Кавказе, в Тибете. Порой, буквально заставляя себя продолжать работу и верить в успех. Не скрою, иногда нам казалось, что все наши усилия тщетны, что никакой Лаборатории вовсе не существует, но мы прогоняли эту мысль. И вот всего два дня назад улыбнулась великая удача. Впрочем, люди не зря говорили, что она всегда улыбается тем, кто не сдается и упорно идет к цели… Нам встретился старый робот, доживающий свой век, которому по наследству перешла эта самая тетрадь. Ее начали вести больше тысячи лет назад, передавая от опекуна к воспитаннику. Как он сам объяснил, первая запись появилась в результате нестыковки информации о трагическом происшествии, случившемся в Южной Якутии…»
-Снова в Якутии! – вздрогнула Ленка.
-Так вот почему в тетради столько разных почерков… - многозначительно протянул Эд.

«Информация о том происшествии каким-то непостижимым образом исчезла со всех серверов. И не только о нем, но и о ряде аналогичных случаев. Если не веришь, можешь сам убедиться. Попробуй навести справки о любом из упомянутых событий, и результат будет как у меня. То есть, нулевым.
Тщательно проанализировав все записи, я пришел к выводу: существует очень высокая вероятность того, что в Якутии, в местности, ограниченной примерными координатами 56-58 градусов широты и 123 – 125 градусов долготы, располагается некий сверхсекретный объект, не обозначенный не только на наших картах, но и в дошедших до нас документах человеческой цивилизации. Он до сих пор находится под неусыпной охраной, и любая попытка проникнуть туда грозит смертью.
Полагаю, ты сам понимаешь, что такие соображения нас не отпугнули. Однако, осознавая, на какой риск идем, мы с товарищами решили принять меры, чтобы поиски Лаборатории даже в случае нашей гибели не прервались. Я оставлю эту тетрадь своему знакомому роботу, очень аккуратному и надежному, с поручением ровно через месяц передать ее или тебе, или твоей жене. (Если, конечно, я сам не объявлюсь раньше назначенного срока и не заберу ее обратно). К тому времени робот, который передал ее нам, уже уйдет в Утиль.
Как поступать дальше, решать тебе. Будь осторожен и удачлив, собрат! Надеюсь, ты позволишь так называть тебя?
С искренним уважением,
Хьюго Баскет».
-----------
-Это же надо! – выдохнул Эдвин, нарушив затянувшуюся паузу. – А теперь давай-ка снова посмотрим самое начало. Только не наспех, а уже не торопясь, вдумчиво. О какой там нестыковке шла речь…
Мы с предельным вниманием читали чужой текст, до боли в глазах, боясь пропустить хотя бы букву.
«Не понимаю, в чем дело. Мой опекун рассказал об одном странном случае, произошедшем, если ему не изменяет память, примерно 300 лет назад. Я заинтересовался этой историей и попытался сегодня найти информацию о ней в Историческом разделе Сети, но безрезультатно. Затем поискал в Полицейской хронике, с тем же успехом. Я спросил опекуна, не ошибся ли он. Тот сначала удивился моему вопросу, потом сам попробовал найти эту информацию и был крайне озадачен ее отсутствием. Опекун утверждает, что примерно 50 лет назад она точно была, он сам читал об этом происшествии, еще будучи школьником! Словно кто-то стер ее… но зачем, с какой целью? И теперь уже проверить нет никакой возможности. Я беру этот случай на заметку, чтобы обзавестись собственной хроникой событий, не поддающихся (пока) разумному истолкованию. Под номером первым в ней будет история, рассказанная мне опекуном – очень достойным и разумным роботом, которому нет никакой необходимости что-то выдумывать, а уж тем более обманывать своего воспитанника.
Итак, 2 июля 4050-го года в нескольких километрах от места, где река Чульман впадает в реку Тимптон, был найден погибший робот. Судя по его состоянию, труп несколько раз подвергался замораживанию и оттаиванию. То есть, он пролежал в воде несколько лет. Удалось установить его IP-номер, а по нему – год создания и имя. Согласно Полицейской хронике, он пропал за двадцать лет до обнаружения.
Однако на сегодня, 15 января 4350-го года, никаких упоминаний об этом чрезвычайном происшествии нет. Ни малейших».
…Далее в тетради шла подробная летопись нераскрытых убийств и пропаж за последнюю (до нас) тысячу лет. В некоторых местах особо выделялось несоответствие между записями в тетради и данными Сети. Мы с Эдом насчитали четыре «потерянных» убийства. Если, правда, можно было включить в их число «беспрецедентные и непонятные случаи выхода из строя внутренней аппаратуры, находившейся в полной исправности», как два таких случая были охарактеризованы в бесстрастных полицейских протоколах.
-И обрати внимание, Толя, роботы-летописцы, обнаружившие такие несоответствия, долго не жили! – воскликнул вдруг Эдвин. – Уходили в Утиль не позднее, чем через пять лет! Будучи еще совсем не старыми…
Я кивнул. Сомнений не было, об этом обстоятельстве красноречиво свидетельствовали записи роботов-преемников, которые несли эстафету дальше. Сам не пойму почему, на душе вдруг стало очень тяжело. Я со вздохом закрыл тетрадь.
Ленка растерянно переводила взгляд с меня на Эда и обратно. Потом, тяжело вздохнув, она произнесла дрожащим голосом:
-Ребята… Я понимаю, что вы меня, скорее всего, не послушаетесь. Но может, не стоит туда соваться? Не хочу стать вдовой раньше времени! Ручаюсь, Молька – тоже.
Честное слово, мне хотелось утвердительно кивнуть и сказать: «Ты права, дорогая, Утиля никто не минует, но напрасно приближать этот срок просто глупо. У нас с Эдом еще столько важных дел, планов!» Очень хотелось! От этой тетради, такой мирной с виду, веяло чем-то непонятным и страшным.
С еще более тяжелым вздохом, я ответил:
-Дорогая, клянусь, что буду предельно осторожен!
Ленка промолчала. На ее глазах блестели слезы.

Глава 9
Рыжеволосый человек осторожно выглянул на улицу из окна, чуть отодвинув в сторону бархатную портьеру. Застонал при виде того, что предстало его глазам, и поспешно отскочил, стиснув виски ладонями. У него был вид безумца. Костюм, еще недавно плотно облегавший его полноватую фигуру, теперь висел, будто на вешалке.
Шатаясь, как пьяный, он подошел к крутой винтовой лестнице, ведущей в винный погребок. Коллекция, хранившаяся там, могла бы привести в восторг любого знатока элитарного алкоголя. Ее начал собирать еще покойный прапрадед. Портрет которого, в парадной форме, с саблей на боку висел на стене гостиной. Рядом с портретами прадеда, деда и отца. Все мужчины его рода по отцовской линии выбирали военное поприще, видя в этом единственное достойное занятие. А вот на нем династия прервалась. Просьбы, угрозы и даже мольбы родителя ни к чему не привели. Он твердо заявил, что одна мысль об армейской дисциплине вызывает у него стойкий рвотный рефлекс, и что он хочет стать врачом, попутно изучая вирусологию и биотехнологию. Робкий намек отца на военную медицину вызвал лишь приступ истерично-злого хохота…
Мать решительно поддержала сына со всем пылом мудрой и любящей женщины. Ну, если получилось так, что парень терпеть не может военное дело, зачем же насильно заставлять и ломать его судьбу! Пусть делает карьеру по гражданской части. Отец в итоге смирился, хоть долго ворчал по поводу «тряпки, опозорившей многие поколения славных предков». Он изменил свое мнение только на университетском выпуске, где его единственному сыну под гром оркестра вручили диплом первой степени с отличием, дающий право выбора места работы…
Спотыкаясь, держась за перила, человек спустился в погреб. И через некоторое время выбрался обратно, сжимая в руке бутылку коллекционного коньяка, стоимость которой могла бы привести в шок очень многих людей… Если бы они еще были живы.
Немного подумав, он закрыл крышку люка и выключил свет в погребе. Шаркая ногами, будто дряхлый старик, подошел к письменному столу, где уже стоял пустой бокал и лежал лист бумаги. Опустился в кресло, откупорил бутылку дрожащими руками, выдвинул верхний ящик. При виде тускло блеснувшего пистолета дрожь прошла по всему телу.
Рыжеволосый медленно достал оружие, с горькой усмешкой прочитал выгравированную на боку затворной рамы надпись. Надавив большим пальцем правой руки на «флажок» предохранителя, он переставил его в положение "Огонь". Затем левой рукой резко, до отказа оттянул затворную раму и отпустил. Мысленно представляя, как рама отводит назад курок, ставя его на боевой взвод, а отодвинувшийся вместе с ней затвор освобождает путь патрону в верхней части обоймы. Как пружина подавателя толкает кверху патрон с тупоносой пулей. И как тот же затвор, возвращаясь обратно под действием ствольной пружины, подхватывает его и досылает в патронник, «запирая» с торца гильзы.
Теперь пистолет готов к выстрелу. Достаточно лишь надавить на спусковой крючок, и освободившийся курок с силой врежется в торец ударника. Который, в свою очередь, противоположным концом – бойком – наколет капсюль патрона… И через ничтожную долю секунды раскаленные пороховые газы вытолкнут пулю из ствола.
Куда лучше – в сердце, висок, или рот? Главное, чтобы мгновенно. Без лишних мучений. Хотя, если по справедливости, всех мук ада не хватило бы, чтобы его покарать…
Человек налил в бокал добрую порцию коньяка и выпил залпом, словно это была водка. Даже не попытавшись покрутить бокал в ладонях, согревая благородный напиток и заставляя его «раскрыть» свой букет… Ему сейчас хотелось только одного: поскорее напиться. Чтобы не было так страшно и противно.
С улицы донесся еще один дикий, пронзительный женский крик, призывающий на помощь. Беспредельный ужас, безнадежность и какое-то горькое, тоскливое смирение, - все смешалось в нем. Рыжеволосый схватил пистолет, дернулся было, пытаясь встать с кресла… Но почти сразу же, заскрежетав зубами, положил оружие на стол. Какой смысл? Всех не спасешь. Человечество сошло с ума. Да и сколько оставалось этой несчастной… И еще вопрос, какая участь страшнее: быть изнасилованной и зарезанной, или долго и мучительно умирать в горячечном бреду, задыхаясь от раздирающего грудь кашля.
Придвинув к себе лист бумаги, он всхлипнул и начал писать: «Простите…»

Вячеслав Куровский, один из крупнейших в мире специалистов по робототехнике и искусственному интеллекту (и заодно – член «тайного комитета» Хьюго Баскета), медленно обвел взглядом всех присутствующих, собираясь с мыслями.
-Мальчики-девочки, вид у вас – краше в гроб кладут! – негромко произнес он. Без осуждения, удивления или злобы. Просто констатируя факт. – Можно подумать, вам всем только что объявили: прошения о помиловании отклонены, приговор будет исполнен немедленно, расстрельная команда уже ждет за дверью.
-Можно подумать, у кого-то из нас есть повод радоваться! – с непривычным ожесточением огрызнулся, передразнив, Владислав Куровский, его младший брат. Все остальные невольно вздрогнули. На их памяти это был первый случай, когда Влад повысил голос на Славку, которого он буквально боготворил и даже немного побаивался, добровольно оставшись в его тени «вторым номером». Хотя именно Влад был «мозговым центром» всей научной группы.
Благодаря этому низенькому щуплому человеку, чей рост лишь немного превышал полтора метра, рано облысевшему и по-детски беспомощному в самых элементарных житейских вопросах, лаборатория, бывшая заодно небольшой научно-производственной фирмой, успешно занимала свою рыночную нишу, конкурируя даже с всемирно известными гигантами. Именно Влад, такой смешной и нелепый с виду, часто болевший, то и дело выдвигал предложения, которые сначала казались странными, даже абсурдными, а потом с блеском воплощались в реальность, принося фирме известность и хороший доход. При этом, он обладал неплохим чувством юмора и был переполнен оптимизмом. «У нас все получится!» - таким было его кредо. Никто не помнил случая, чтобы этот человек, ничуть не переживавший из-за внешности и слабого здоровья, пал духом, позволил унынию взять верх. И вот теперь…
Куровский-старший, хмыкнув, покачал головой:
-Ну, Владька, если и ты приуныл, дело точно дрянь! Все-таки прошу тебя, сосредоточься и сначала хотя бы внимательно выслушай… Кстати, почему нас только шестеро? Я же просил собраться всех! Что за необязательность! – брови старшего брата сердито насупились. - Они не сообщали, надолго задержатся?
-Надолго, - тяжело вздохнул Кристиан, невысокий широколицый датчанин, отвечавший за снабжение лаборатории. – Можешь их не ждать. Они уже не придут.
-То есть? – Вячеслав произнес эти слова очень тихо, почти шепотом, будто боялся поверить в страшную правду.
-Они решили не ждать неизбежного конца, страшного и мучительного, - развел руками Кристиан. – Немного выпили для храбрости, и… В общем, Готвальд и Стоун повесились, Эдвард и Анна отравились.
Вячеслав на мгновение закрыл глаза. Скрежет его зубов был отчетливо слышан в наступившей мертвой тишине… Потом он застонал, рванул высокий ворот своего любимого свитера и с чудовищной руганью ударил кулаком по лабораторному столу. Казалось, крышка треснет, такой был громкий звук. Но – выдержала. Зашипев и оскалив зубы, Куровский-старший начал расхаживать взад-вперед, потирая ушибленную ладонь. С его губ слетали отрывистые, рубленые фразы:
-Сволочи! Трусливые мрази! Сбежали, как крысы с корабля! Веревка, яд, так просто! Им уже все равно, а расхлебывать будут другие! Готвальд, Готвальд, тварь, ублюдок, сукин сын! Я так рассчитывал на тебя! Так верил! А ты… Как ты мог?! – мучительно застонав, он стиснул руками голову. – Предатель!
Эльза, единственная оставшаяся женщина-врач, сочувственно спросила:
-Ну, чем бы они помогли в такой ситуации, Слава? Что мог сделать тот же Готвальд? Пожалуйста, перестань! Ты сам не понимаешь, что говоришь. Хочешь, я дам тебе успокоительное?

-Что он мог сделать? – зло скривился глава фирмы. – Он отвечал за сканирование! А-а-а, все равно не поймете, пока не объясню… Ну вот зачем?! Они все-таки поймали вирус? – этот вопрос был задан непонятно кому.
Эльза отрицательно покачала головой:
-Нет, Слава. Я делала анализы крови, все пробы были совершенно чистыми.
-Ох, Элли, что толку от твоих анализов! – махнул рукой Куровский-старший. - Насколько мне известно, этот проклятый вирус на ранних стадиях ничем не обнаружишь… А, ладно! Черт с этими слабаками! Будем считать, что их тут никогда не было. Ушли, так ушли. Закончим без них.
Младший брат уставился на него с изумлением, которое граничило с благоговейным ужасом:
-Славка, ты в своем уме?! – тихо спросил он. - Что ты собрался заканчивать? Мы давно все закончили. Наши эксперименты закончены. Наша работа… да что работа, жизнь на Земле закончена! – говорил Влад все громче, возбуждаясь и стиснув кулаки. - Всего три месяца, как этот трижды проклятый вирус вырвался из-под контроля, а планета стала похожа на кладбище. Если у кого еще остались хоть какие-то шансы, так это у космонавтов и подводников. Но ведь им рано или поздно придется вернуться в привычную среду, и вот тут-то вирус их прихлопнет. На их месте, я снял бы скафандры и открыл люки. Хоть быстро и без особых мучений… Ты же сам знаешь: не будь наша лаборатория в таком уединенном месте, мы уже давно бы умерли. Что ты собрался заканчивать, Славка, если мы сами через считанные дни закончимся?! Или ты проспал все последние события?! – Влад уже почти кричал.
Несколько секунд старший молча смотрел на младшего. По лицу Вячеслава было невозможно понять: то ли он хочет обнять брата и успокоить, то ли выругать, то ли дать ему пощечину. Наконец, он громко произнес:
-Секретарь!
-Да, шеф! – с равнодушной вежливостью электронного устройства тут же откликнулся робот-помощник.
-С этого мгновения, веди протокол заседания. Распечатаешь в шести экземплярах, а в конце должны быть фамилии всех присутствующих – для подписи. Ясно?
-Ясно, шеф!
Эльза, с сочувственной настороженностью посмотрев на руководителя, спросила:
-Слава, я еще раз спрашиваю, как врач: ты уверен, что тебе не нужно успокоительное?
Раздался веселый смех, который мог бы показаться страшным в такой обстановке.
-Уверен, милая моя Элька! Скорее, успокоительное понадобится и тебе, и всем остальным, когда вы дослушаете меня до конца.
--------

После того рокового совещания на восьмом этаже бернского отеля прошел год. Все это время Куровский-старший работал над созданием роботов, которым надлежало распространить смертоносный вирус. Тот самый, который одновременно создавал доктор Клевермэн.
Совершенный и безжалостный убийца был сотворен в одной из лабораторий на севере Англии, … и почти сразу же, каким-то непостижимым образом выбрался через строжайшие границы стерильной охраняемой зоны. Почему это случилось и кого следовало винить, навсегда осталось тайной. Главное, что вирус оказался на свободе раньше, чем его научили разбираться в группах крови. Единственное, что он накрепко запомнил: надо иметь дело только с существами, подобными его создателю. То есть, с людьми.
На планете разразился настоящий ад. Самые страшные эпидемии «черной смерти», прокатившиеся по миру в Средние Века, не щадившие ни королей, ни простолюдинов, теперь казались детской шалостью. Вирус косил людей с такой невообразимой скоростью, что проблема перенаселения Земли была решена в считанные месяцы. О кремации гигантского количества трупов не могло быть и речи, их сгребали ковшами бульдозеров и сталкивали в громадные глубокие рвы. Все эти работы выполняли преступники, приговоренные к смерти, которым было обещано помилование. Поскольку больше желающих не находилось. Но они сами умирали, вслед за погребенными, зачастую даже не успев выйти на свободу.
Во всех странах принимались строжайшие меры карантина. Нарушителей, пытающихся пересечь запретные зоны, расстреливали на месте, не обращая внимания ни на пол, ни на возраст. Увы, можно было накрепко перекрыть сухопутные и морские границы, но не воздушное пространство. Ветер плевал на проведенные по карте линии и не знал отдыха. А вместе с ним разносился и смертоносный вирус, поражая тех, кто еще был здоров, и неумолимо продолжая собирать свою страшную дань.
Все планы Хьюго Баскета, тщательно продуманные и расписанные до мелочей, полетели в тартарары. Старания группы Куровского оказались напрасными. Его роботы, которым надлежало в назначенный срок привести в действие механизмы распространения вируса, больше никому не были нужны. Не пригодилась и дипломатическая неприкосновенность миссис Элкснис – «Энолы Гей», умершей, подобно многим миллиардам жителей Земли. Неизвестно, испытывала ли она перед смертью хоть какое-то утешение из-за того, что ей была известна причина разразившейся катастрофы…
Клевермэн, как и обещал, застрелился. Из наградного пистолета отца. Осушив бутылку самого дорогого коньяка из винного погреба фамильной усадьбы и оставив предсмертную записку со словами: «Простите, если можете».
-------

Чудовищный рост населения Земли вынудил агрономов и селекционеров всю первую половину двадцать второго века трудиться, не покладая рук. Непрерывно выводились новые и новые сорта зерновых культур, которые приносили более высокие урожаи и требовали меньше ухода. Теплицы, которым не нужны были плодородные земли и хороший климат, и раньше-то были буквально всюду: в горах, на солончаках, и даже за Полярным Кругом. Теперь же они просто заполонили каждый пригодный для установки кусочек планеты. Гидропонные грядки давали немалую часть продовольствия, пока еще спасавшую людей от массового голода.
Однако были еще места, куда Чрезвычайный Комитет, проявив обычно несвойственное ему единодушие, запретил соваться. Ведь людям нужен был еще и кислород, который могли дать только остатки прежних дремучих лесов – экваториальной сельвы и сибирской тайги. Агрономы всячески пытались обойти этот запрет, но натыкались на простой и убедительный довод: «без пищи человек может прожить месяц, а без воздуха он сколько протянет?!»
К числу мест, пока еще нетронутых, относилась и Южная Якутия. Но не только потому, что там было много лесов, производивших драгоценный кислород. Очень сложный рельеф, исключительно суровый климат, - все это отпугивало поселенцев еще в прежние времена, пока проблема продовольственного кризиса не стояла настолько остро. Когда-то здесь было немало приисков, где добывали уголь, руду и золото. Люди выгребли из недр все, что могли, а потом ушли в более теплую зону: мало кто мог выдержать здешний лютый холод. И так продолжалось до тех пор, пока один признанный специалист в области робототехники, подыскивавший место под свою лабораторию, вдруг не спохватился: да вот же оно! Лучше не придумаешь! Уединенность от цивилизации – раз. Лютая зима, длящаяся больше полугода – два. Чужие здесь не ходят - три. Никто не будет совать нос, отвлекать от работы… да и воровать секреты, которые на вес золота.
Именно здесь, неподалеку от реки Тимптон, и была основана лаборатория искусственного разума. Александр Куровский бессменно руководил ею много лет, искусно сочетая «методы кнута и пряника», а перед смертью передал бразды правления старшему сыну Вячеславу. Никто из сотрудников лаборатории даже не думал возражать. Все давно свыклись с мыслью, что именно «Славке» по праву предстоит сыграть роль наследника и шефа. Удаленность и уединенность ничуть не мешали коллективу иметь все необходимое, включая собственное конструкторское бюро и сборочный цех, а также регулярно поддерживать контакты с коллегами и быть в курсе всех событий. Благо, средства связи позволяли. В конце концов, на дворе был двадцать второй век!
До недавних трагических событий, коллектив лаборатории состоял из десяти человек: самого Вячеслава Куровского, его младшего брата Владислава, семи инженеров и врача. Теперь их число сократилось до шести…
-------

Генрих, инженер по сервоприводам, изумленно покачал головой:
-Слава, ты шутишь, наверное? На кой черт нам этот протокол? До Нового Года меньше трех недель, но мы его уж точно не встретим. В январе планета станет абсолютно безлюдной. Кто будет читать эту бумагу? – его лицо вдруг исказила едкая гримаса: - А, кажется, я понимаю! Ты беспокоишься о шальных инопланетянах, которые случайно прилетят сюда через миллион-другой лет? Чтобы они не ломали голову, кто населял эти места раньше?
-Действительно! – поддержала Эльза. – Даже после Всемирного Потопа человечество смогло возродиться… Я, правда, не верю в этот миф, но дело-то в принципе! Если бы хоть кто-то уцелел, у людского рода был бы шанс воскреснуть. Но этот вирус не щадит никого! Ни-ко-го!
Куровский-старший поднял руку, требуя тишины.
-А вот теперь, дорогие мои, слушайте внимательно и не перебивайте. Если будут вопросы - подождите до конца моего выступления.
Он дождался, пока в помещении установилась полная тишина, которую нарушало лишь едва слышимое жужжание электронного секретаря. Потом, переведя дух, заговорил: четким, громким голосом, будто выступая на митинге перед большой толпой:
-Я для того и собрал вас, чтобы все объяснить. Я придумал способ, который позволит нам дожить и до этого Нового Года, и до следующего. И даже, если очень захочется, встретить тех самых шальных инопланетян через пару миллионов лет. Потому, что этот способ позволит нам жить сколь угодно долго. Пока не надоест. Теоретически, стать вообще бессмертными… - усмехнувшись, шеф покачал головой: - Не нужно смотреть на меня, как на психа! Я в своем уме. И защиты от вируса тоже не нашел. Скоро он проникнет сюда, и мы последуем за остальными землянами. Суть моего предложения в следующем…
Выдержав хорошо рассчитанную паузу, Вячеслав продолжил речь:
-Вам известно, что уже более пяти лет мы вели разработку нового поколения роботов. Неофициально, поскольку это было прямым нарушением закона об искусственном ограничении интеллекта роботов, принятого почти сто лет назад. Мы добавили возможность самообразования и аналитического мышления – те самые качества, отсутствие которых делало роботов болванчиками, пригодными лишь для выполнения прямых указаний человека.
На сегодняшний день подготовлены две принципиально новые модели. Действующие, протестированные в полном объеме, способные к самостоятельному передвижению. Все было продумано до мелочей. Я планировал, что мы с Владом пройдем полное сканирование, и вся информация, содержащаяся в наших мозгах, загрузится в их память. Именно на этом этапе мне должен был помочь Готвальд! – лицо шефа исказилось от бессильной ярости. – А он трусливо самоустранился. Что же, придется обойтись без этого дезертира. С вероятностью девяносто девять процентов, после загрузки этой информации искусственные интеллекты если и будут уступать оригиналам, то сравнительно немного. Тем более, задача еще на стадии проектирования была специально усложнена: требовалось сохранить родственные чувства и связи, поскольку роботов готовили целенаправленно под нас с Владом.
Куровский снова осмотрел сотрудников, уставившихся на него с испугом и благоговением. Наверное, точно такую же реакцию вызывали у своих слушателей первые христианские проповедники, обещавшие им неземное блаженство в обмен на верность и соблюдение заповедей.
-Вот, дорогие коллеги, именно так обстоят дела… Теоретически все готово, теперь требуется проверка на практике. Полностью закончить работу мы уже не успеем при всем желании, даже если трудились бы круглые сутки без сна и отдыха. Но я предлагаю вам пойти до конца и влезть в самую настоящую авантюру. Потрясающую, ослепительную, невероятную! – его лицо осветилось каким-то восторженно-безумным блеском. - Авантюру, решиться на которую можно только раз в жизни, от полной безысходности, оказавшись на грани смерти. Как мы все, собственно, и оказались… Итак: нас осталось шесть человек, пятеро мужчин и женщина. Каждый из нас пройдет полное сканирование. Информация, касающаяся меня и Влада, как и планировалось, будет размещена в памяти двух готовых роботов. Информацию про всех остальных мы сохраним на съемных накопителях. Оживим роботов, посмотрим, что получится. Если все, как я надеюсь, пройдет по задуманному плану, переведем их в спящий режим, чтобы они проснулись через определенное время: месяц, год, пять лет, десять лет… Точные сроки уже не имеют значения. А сами с чувством исполненного долга закатим грандиозный банкет! Прощальный.
Генрих, волосы которого совершенно поседели, хотя ему только исполнилось тридцать лет, восторженно хлопнул в ладоши:
-Вот это мне нравится! Напиться до беспамятства – самое то, что нам сейчас нужно! Хоть не так страшно будет.
-Пир во время чумы… - прошептала Эльза, лицо которой буквально окаменело.

-Жаль, конечно, мы не увидим результат эксперимента - со свойственной датчанам рассудительной флегматичностью пожал плечами Кристиан, - но любое начатое дело надо доводить до конца. Хотя, признаться, никакого смысла тут нет. Увы, человеческая цивилизация закончилась!
-Дайте мне договорить, - слегка повысил голос Куровский-старший. – Да, человеческая цивилизация закончилась, но жизнь будет продолжена! Конечно, переселить себя, свою душу в тело робота невозможно. Но мы хотя бы сохраним наши точные копии. Сначала это будут лишь две копии – моя и Влада, затем мы соберем третью модель, а чуть позже – и всех остальных. И наша «бессмертная шестерка», пусть даже в виде копий, положит начало новой земной цивилизации. Пусть не людской, а машинной. Мы наладим производство роботов с интеллектом человека!
Женщина медленно покачала головой:
-Об этом страшно даже думать… Но, похоже, другого выхода нет.
Вячеслав улыбнулся:
-За что я всегда особо ценил тебя, Элька, так это за логику, столь же холодную и острую, как лезвие скальпеля. Ты хоть и женщина, но напрочь лишена всех этих бабских штучек вроде слез, истерик, «саманепонимаючегояхочу» и требований невозможного. Да, страшно! Очень страшно! Но другого выхода действительно нет. Значит, надо идти таким путем. Кроме того, это лишь начало! Уже наш уровень знаний и технического развития позволил создать поколение роботов, интеллект которых лишь немного ниже, чем у людей. А кто знает, на что будут способны роботы лет через сто, двести, тысячу? Вполне вероятно, что они смогут не только самостоятельно думать и анализировать, но и творить, переживать… Даже любить!
-Как хотелось бы верить! – вздохнул Генрих.
-О, черт! – воскликнул вдруг Куровский-младший. – Ну и перспектива… Утешает только мысль, что планета теперь станет первозданно чистой. Люди ее загадили просто чудовищно, без меры. Конечно, пройдет много времени, пока все эти миллиарды трупов истлеют или будут съедены падальщиками. Но потом природа восстановится очень быстро. Вы только представьте: никаких загазованных городов, промышленных выбросов, гари, копоти… Чистый воздух, чистая вода… Не только в самых уединенных уголках Земли, а везде!
-Вот именно, - подхватил старший. – Настоящая планета-заповедник!
-К тому же, роботы неподвластны ни бактериям, ни вирусам, - вступил в разговор молчавший до сих пор Николай, главный программист фирмы. В сфере его ответственности, кроме программного обеспечения, было все, что составляло электронную «начинку» искусственного мозга – процессор, блоки памяти и адаптеры. Он же был единственным и рьяным противником предоставления роботам возможности анализа и самообучения, считая это слишком рискованным делом.
Год назад в этом же помещении шел отчаянный спор. Вячеслав доказывал, что роботам все-таки нужно доверить самостоятельность, а Николай яростно возражал, утверждая, что это может привести к непредсказуемым последствиям. Тогда Готвальд, видя, что ни одна, ни другая сторона не собирается идти на уступки, предложил компромиссный вариант: создать робота, максимально приближенного к возможностям человека, но загрузить в его память не обычное программное обеспечение, а информацию, сканированную с мозга какой-то реальной личности. А для пущей безопасности, после этой загрузки, установить дополнительную систему защиты.
В качестве прототипов, по общему согласию, выбрали братьев. Чтобы попутно проверить, может ли робот запомнить то, что происходило с человеком в далеком детстве…
-Эх, Славка, обошел все-таки ты меня! – тяжело вздохнув, с горечью произнес Николай. – Не мытьем, так катаньем! Но теперь, как я понимаю, защиту от роботов разрабатывать не придется.
-Ты прав, защищать будет некого, - кивнул Куровский-старший.
-И пойдут они плодиться по своему образу и подобию… И станет наша старушка Земля планетой Шелезякой… - Николай криво усмехнулся.
-Я все-таки очень надеюсь, что они станут беречь нашу планету лучше, чем это делали люди, - убежденно произнес шеф. – К тому же, не забывай, в них будут жить наши души!
-Копии, только копии, увы!
-Ну и что? Какая нам разница? Сейчас надо не о спасении душ думать, а о сохранении жизни. Пусть даже в такой форме. Другого-то выхода все равно нет.
---------

Через неделю работу довели до конца.
Тела готовых роботов практически не отличались от людских. Разница заключалась лишь в отсутствии одежды и половых органов (их создание решили отложить на более позднее время). Вовсе не потому, что любому человеку приятнее было бы видеть робота, похожего на него, а не на консервную банку или металлический шкаф. Форма была продиктована лучшим изобретателем – природой.
Две ноги позволяют самостоятельно передвигаться, стоять, преодолевать горизонтальные и вертикальные препятствия, прыгать, подниматься по лестнице. Две руки – это настолько универсальные инструменты, что их функции можно перечислять бесконечно. Корпус же содержит устройства, обеспечивающие выработку энергии для всего организма.
Глаза – они же миниатюрные видеокамеры с большим разрешением, - расположенные высоко от поверхности опоры, позволяют получать объемные изображения и различать два спичечных коробка, стоящих рядом, с расстояния в километр, даже в сумерках. Такой остроте зрения позавидовал бы любой человек. Два микрофона по сторонам, прикрытые искусственными ушами – и искусственный мозг не только услышит звук, но также определит, где располагается его источник. Искусственные рецепторы в носу помогают воспринимать и различать запахи. Вот только рот для робота бесполезен. Он не ест, не дышит, не чистит зубы, говорит через динамик. Но для большей схожести рот сделали и даже заставили губы шевелиться при разговоре, по той же причине.
Что касается кожи и скелета, эта проблема давным-давно была решена. Простая резиновая оболочка, лишь внешне схожая с человеческой кожей, осталась в далеком прошлом. Ее «научили» чувствовать тепло, холод и давление, но при необходимости ввели функцию «отключения». Если роботу, к примеру, не хотелось ощущать ни жара, ни холода. Скелет же изготовили из легкого, но исключительно прочного сплава, химически инертного.
Оба робота, которые даже не подозревали, что им предстоит дать начало новой цивилизации, сидели на обычных стульях, дожидаясь включения электронных систем. Внешне они были совершенно одинаковыми, поэтому Вячеслав надел на руку «своего» клона часы с металлическим браслетом – чтобы отличить от клона брата. После чего с силой надавил три раза на точку в области солнечного сплетения. Замыкая цепь и тем самым, запуская первичную загрузку.
Раздалось чуть слышное гудение. За какую-то секунду мощный процессор протестировал все внутренние цепи, датчики, сервоприводы, ячейки памяти и не нашел никаких повреждений. Проверил, как работают веки и губы. Включил микрофоны и проанализировал работу слуховой системы, как в слышимой области, так и в ультразвуковой.
Получился однозначный вывод: робот находится на стуле в цехе сборки подземной лаборатории искусственного разума. Угрозы ни для его тела, ни для интеллекта не существует. После чего процессор загрузил в оперативную память все данные, касающиеся личности робота, и передал ей управление.
Глаза робота ожили: заработали механизмы фокусировки. Он медленно обвел взглядом пятерых людей, застывших поодаль, и шефа, присевшего перед ним на корточки. Поднял с колена левую ладонь, перевернул ее, поработал пальцами. Затем проделал такую же процедуру с правой ладонью. Покрутил руки в локтевых и плечевых суставах, покрутил шеей и внезапно улыбнулся Вячеславу.
-За часы спасибо, конечно! – голос робота прозвучал спокойно, даже с едва различимой иронией. – Но брюки мне все-таки пригодились бы больше.
-Зачем тебе брюки? – не понял в первую секунду шеф.
-Ну, как сказать… - робот покачал головой. - Здесь все-таки есть женщина! Кстати, очень симпатичная. Неужели нужны еще объяснения?

Прыснув в ладошки, Эльза торопливо скинула белый халат и накрыла роботу ноги. Все остальные, не сдержавшись, расхохотались.
-Спасибо, Элли, - поблагодарил робот. – Надеюсь, ты позволишь называть себя вот так, немного фамильярно, как делает мой прототип? Халат вполне заменит брюки, хотя бы на первых порах. Я все-таки душою человек, и мне тоже свойственна скромность. Хоть главных мужских признаков у меня, как я вижу, пока нет, но без одежды все-таки… Сами понимаете. Что вы сейчас хотите - проверить мою память? Или посмотреть, как я передвигаюсь? Пожалуйста, дайте несколько минут отдыха. Я ведь вдруг проснулся в новом теле, да еще и …э-э-э… бесполом. К этому надо привыкнуть.
В целях безопасности робот получал энергию не от встроенного аккумулятора, а по кабелю. Николай стоял у пульта, готовый в любой момент отключить ток, если вдруг что-то пойдет по непредвиденному сценарию.
-Вот. Теперь я, кажется, готов. Славка - обратится Вячеслав-2 к своему прототипу, - поддержи меня. Я хочу подняться.
-Нарушения координации? – забеспокоился Генрих.
-Нет, все в порядке. Просто элементарная осторожность. Не забывайте, я пока ни разу не ходил! Очень не хотелось бы сразу распластаться на полу, да еще при даме! – и робот весело рассмеялся. Все невольно последовали его примеру.
Используя Вячеслава и Генриха в качестве костылей, робот поднялся и начал медленно двигаться. (По его просьбе, на него сразу же накинули халат шефа). Поначалу движения были неуклюжими, смешными. Но с каждым шагом робот чувствовал себя все увереннее, а минут через десять решительно отказался от людской помощи и принялся ходить самостоятельно, ровно и быстро, поворачивая в разные стороны. Было видно, что это ему очень нравится.
-Пока хватит! – остановил его Влад. – У тебя впереди вечность, а наше время на исходе. Давай-ка теперь займемся проверкой памяти.
-Давай, - безропотно согласился робот. – Я готов.
Ему задавали сначала самые простые вопросы, а потом все более сложные, из тех, ответы на которые мог знать только Вячеслав-человек. Робот блестяще выдержал эту проверку, без единой осечки. Он помнил все, что случилось и день назад, и год, и даже почти сорок лет. Например, без запинки перечислил имена и фамилии детей, с которыми маленький Вячеслав играл во дворе дома, перед тем, как его отец привез сыновей в это место. Робот помнил даже такие детали, которые уже почти стерлись из памяти самих братьев. Люди переглядывались, с трудом веря своим глазам и ушам.
-Ну, что я говорил? – ликуя, воскликнул Вячеслав. – Мы создали себе достойную смену! Это будет высокоразвитая цивилизация! Честное слово, теперь и погибать не страшно!
Через час к источнику питания подключили Влада-2, на которого предварительно надели халат и застегнули на все пуговицы. «Брат» следил за пробуждением с неподдельным интересом, временами отпуская короткие и толковые комментарии. И на этот раз испытание прошло просто безукоризненно.
Осталось провести последнюю, решающую проверку. Оба робота и их прототипы сели за компьютеры. Николай, Генрих, Кристиан и Эльза удалились в другое помещение, также включили компьютеры и попытались, связавшись с ними по локальной сети, определить, с кем ведут переписку. Проверка длилась около часа, но разницы между людьми и роботами никто не смог заметить, несмотря на все старания.
Эксперимент единогласно был признан блестяще удавшимся. Роботов отсоединили от кабелей питания и установили в грудь каждому по небольшому, но энергоемкому аккумулятору. Тем самым дав им «добро» на самостоятельное и автономное существование.
На следующий день, как и обещал Вячеслав, в лаборатории был устроен прощальный банкет – тот самый «пир во время чумы», по словам Эльзы. Присутствовали, разумеется, и роботы. Накрыли стол, принесли большой кувшин с вином. Куровский-старший, поднявшись, произнес длинную и трогательную речь, от которой Эльза чуть не прослезилась. Раздался грустный перезвон бокалов. Все, кроме роботов, выпили вино. После чего через считанные секунды уронили бокалы на пол, а головы – на столешницу.
«Славка-2» беззлобно рассмеялся:
-Что, дорогие прародители, не таким получился банкет, как ожидали?
«Влад-2», потрясенный и испуганный непредвиденным поворотом событий, робко произнес:
-Брат… Что это такое? Что ты с ними сделал?!
-Ничего страшного, не бойся, - усмехнулся робот. - Всего лишь подсыпал в вино снотворное. Бедняжке Элли следовало бы лучше следить за аптечкой.
-Но зачем?!
-Затем, брат, что у меня на людей свои планы…

Глава 10
После катастрофы, уничтожившей человеческую цивилизацию, прошло больше трех тысяч лет. Земля, очистившись от накопленной грязи и бесчисленного количества останков, давно уже превратилась в тот самый заповедник, о котором мечтали братья Куровские – с чистейшим воздухом и водой. Производство необходимых материалов и товаров было сведено к разумному минимуму, и происходило по замкнутым циклам, почти не дававшим отходов. Наносить какой-либо ущерб природе - например, вырубать деревья или перегораживать плотиной реку, затопляя окрестные луга - разрешалось только в исключительных, обоснованных случаях, под постоянным контролем уполномоченных органов власти. Вмешиваться в естественный ход жизни диких зверей и птиц без самой крайней необходимости было запрещено.
«Живи сам и не мешай жить другим!» - такому простому и ясному закону изначально подчинялась новая цивилизация. У роботов было границ, не было тюрем и армий. Общество категорически отвергало идею насилия, но допускало использование мер принуждения против того, кто нарушал установленные порядки. Для этой цели существовала полицейская бригада.
Робот, прототипом которого послужил Вячеслав Куровский, встал во главе новой цивилизации, занимая бессменную должность Главного Интеллекта. С того момента, когда был включен в лаборатории, и по сей день. Раз в сто лет он заменял свою искусственную оболочку – «тело» более совершенным, износостойким, о чем знали лишь шесть роботов на Земле: он сам и пятеро его ближайших сподвижников. Которые тоже носили звания Главных, но по другим специальностям. Влад был Главным Программистом, Николай – Главным Археологом, Эльза – Главным Диагностиком, Кристиан – Главным Снабженцем, а Генрих – Главным Архитектором (заодно он занимал должность бригадира полиции). Эти обязанности были ясны и понятны для всех прочих роботов. Но только остальные Главные знали, что на самом деле, Влад писал вирусные программы, заставляющие роботов совершать всякие глупости, правонарушения, или напротив, быть готовыми на самопожертвование в опасных ситуациях. Затем он вместе с Эльзой анализировал данные статистики, поведение роботов, и по результатам наблюдений корректировал уже существующую программу. Все это делалось для того, чтобы наделить роботов человеческими качествами: совестью, а также способностью думать, оценивать и просчитывать последствия своих поступков. В результате, роботы постепенно становились все более совершенными, все более похожими на своих далеких прародителей – как внешне, так и внутренне.
Для всего населения планеты официальной датой создания Первого Интеллекта считалось 15 декабря 2165 года. Именно с этого для шел отсчет новой цивилизации, превратившей Землю в цветущий сад.
Каждые сто лет, вскоре после своего нового воплощения, Вячеслав устраивал сбор Главной Шестерки в уединенном красивом особняке на берегу Байкала. Там под плеск волн знаменитого пресноводного озера, больше похожего на море, и под шелест раскачивающихся на ветру сосен намечался общий план работ на очередной век. А заканчивалась встреча небольшой дружеской пирушкой, во время которой компания протяжным и довольно дружным хором тянула древнюю песню про священный Байкал…
И в этот раз было все то же самое… за исключением одной детали, на которую тотчас обратила внимание Эльза.
-Как это понять? – недоуменно спросила Главный Диагностик, увидев, что их пригласили не за рабочий стол, а за обеденный. – Сначала будет угощение, а потом – обсуждение? С чего это вдруг? Славка, ты же никогда не нарушал порядка ведения встречи.
-В самом деле! – поддержали ее остальные. – Что-то случилось?
Вячеслав жестом пригласил всех занять места, затем сам неторопливо подошел к любимому креслу, опустился в него, приняв удобную позу и положив ногу на ногу.
-Ничего особенного, - пожал он плечами. – Просто нужно обсудить один важный вопрос, который мы раньше никогда не затрагивали. А после того, как мы придем к общему мнению, разопьем эту чудесную бутылочку… - он указал на емкость, возвышавшуюся посередине столешницы.

Эльза медленно покачала головой:
-Если этот вопрос такой важный, почему же ты молчал столько времени? Не понимаю!
Главный Интеллект улыбнулся, одобрительно кивнул:
-Ты такая же, Элька… Время идет, а не меняешься! Все та же холодная, неумолимая логика! Да, этот вопрос очень важный. Исключительно важный. Надеюсь, мои дорогие, вы понимаете: я молчал не потому, что не доверяю вам. Кому, черт возьми, я тогда вообще мог бы верить?! Просто мне нужно было окончательно убедиться в правильности выбранного пути. - Вячеслав обвел внимательным взглядом присутствующих. - Подвести, так сказать, некий промежуточный итог нашей деятельности… Сравнить обе известные нам цивилизации. А для этого требовалось время. Не год, не сто лет, даже не тысяча. Много больше.
Переведя дыхание, он продолжил:
-Перед тем, как все рассказать, я должен задать вам несколько откровенных вопросов. И получить столь же откровенные ответы.
-Так задавай, не тяни! – нетерпеливо воскликнула Эльза.
-Мы были последними людьми на этой планете, помним, чем все закончилось и как все закончилось. Мы, оказавшись в абсолютно безвыходном положении, стали роботами, создали принципиально новую цивилизацию. И весьма неплохую цивилизацию, на мой взгляд! – голос Вячеслава звучал спокойно, уверенно. – Достаточно посмотреть, чего мы смогли добиться! Но это мое, и только мое мнение. А вот теперь, мои дорогие друзья и соратники, я хочу услышать ваше искреннее мнение: какой, по-вашему, из двух миров лучше? Правильной ли дорогой мы тогда пошли, или нам следовало покориться судьбе и исчезнуть вместе со всем человечеством? Не скучаете ли вы по той жизни, когда были людьми? Готовы ли вы отдать все на свете, чтобы, например, в полной мере оценить вкус и аромат этого замечательного напитка, так, как мог бы сделать только человек? – он указал на бутылку с вином. – Или чтобы насладиться интимной близостью в полной мере, до неистовой дрожи, так, как это было доступно только людям? Помните: я жду откровенных ответов! Говорите, как есть, ничего не скрывая и не приукрашивая. Пожалуйста.
Первым ответил Кристиан:
-Ты хочешь знать, скучаю ли я по той жизни? Да ни в малейшей степени, Славка! Повторяю: ни в малейшей. Хотел бы я снова превратиться в человека – ведь именно такого ответа ты ждешь? Нет, ни в коем случае. И еще раз нет! Одна мысль об этом ужаснула бы меня. Объясню почему. Помнишь, накануне своего тридцатилетия я попал в аварию? Что со мной тогда было? Кости переломаны, суставы выбиты, боль адская. Мне до сих пор тяжело вспоминать, как я тогда мучился! Одно сломанное ребро уперлось в легкое, острым кончиком. И все два часа от момента аварии до операции, когда мне дали наркоз, я дышал как мышка: часто-часто и по чуть-чуть, чтобы боль была хоть капельку меньше… Тогда была одна-единственная мысль: как угодно, какой угодно ценой, но чтобы эта проклятая боль перестала терзать! Медики сделали все, что могли, и подлатали меня тогда очень неплохо, спасибо им. Я снова вернулся к прежней жизни, даже смог работать в полную силу, но левую ногу до самого конца подволакивал, ты же помнишь. Человеческий организм, черт бы его побрал, очень хлипкий и нежный! – Кристиан, невесело рассмеявшись, продолжил: - А триста лет назад меня угораздило попасть под горный обвал. По мне словно каток проехал… В лепешку сплющило! И что же? Никакой боли! Оценить это может только тот, кто сам знает, что такое настоящая боль. Повторяю: настоящая. Когда даже у самого терпеливого и мужественного человека глаза вылезают на лоб и хрустят зубы. И те же два часа до начала ремонта, а мне хоть бы что, я только досадую на задержку, пусть и небольшую. Перебрали меня тогда полностью, и я уже через пару дней был как новенький. Так хочу ли я снова стать человеком? – Кристиан улыбнулся. – Славка, у тебя отменное чувство юмора! Категорически – нет! Не хочу. К тому же, будь я человеком, давным-давно умер бы, а сейчас я практически бессмертный.
Оглядев всех присутствующих, Кристиан договорил:
-Мое твердое мнение: мы ничего не потеряли, перестав быть людьми, мы только приобрели.
-Спасибо за откровенность, - кивнул Куровский-старший. – Твое мнение очень важно для меня. Кто-то еще хочет высказаться? Вижу, ты, Николай? Прошу!
Главный Археолог нахмурился, покачал головой:
-Ну как это, не потеряли! Кристиан, ты во многом прав, но твоя последняя фраза все перечеркнула. Да, роботы имеют немало преимуществ. Кроме того, мы сильно изменились в лучшую сторону по сравнению с начальным периодом. Мы теперь и вкус ощущаем, и запахи различаем, и даже сексуальные радости доступны, хоть и в ограниченных пределах. Давно уже не железяки думающие, а мужчины и женщины. Но при всех наших передовых технологиях, роботы не могут стать родителями, ощутить счастье материнства и отцовства. Кроме опекунства, нам ничего не светит, - развел руками Главный археолог. - А воспитанник, даже очень дорогой и близкий – это все-таки не ребенок. Увы.

-Для тебя это так важно? – искренне изумился Кристиан. – Кто бы мог подумать!
-Представь себе. Очень важно, - кивнул Николай. - Кроме того… Вот ты радуешься, что нам неизвестно чувство боли. Похоже, и остальные тоже радуются… У вас зубы когда-нибудь болели?
-Зубы? Причем тут зубы? – не понял Генрих. – Может, ты мазохист и балдеешь, представляя, что тебе больно?
-Да ты что! Ни в коем случае! – чуть не возопил Николай. – Я имею в виду совсем другое. Вот у меня однажды был случай, когда сильно заболел зуб, а мела такая пурга, что из дому носа не высунешь. И я пять дней не мог к стоматологу выбраться. Проклятый зуб болел все сильнее и сильнее, а в итоге разболелся так, что хоть на стенку лезь. Да что там стенка – по потолку готов был бегать! Я превратился в комок нервов. А когда доехал, наконец, до клиники, уселся в кресло, и мне ввели анестезию… Я как заново родился. Боли нет!!! Это такой кайф, такое счастье - отсутствие боли, что словами не передать. Роботам оно знакомо?
-Да зачем оно роботам? – недоумевающее пожал плечами Кристиан. – Роботам вообще боль неведома. На кой черт им этот кайф? Я тебя не понимаю, просто не понимаю!
-Да ведь это была неотъемлемая часть человеческой жизни! – воскликнул Главный Археолог. – Та самая часть, которой мы лишены. И очень зря, на мой взгляд. Ведь для того, чтобы в полной мере оценить хорошее, надо столкнуться и с плохим. Вспомни, как мы дрожали от холода зимой, если приходилось подолгу делать что-то за пределами лаборатории. Лютый мороз, и тебе кажется, что превращаешься в ледышку. А потом заскакиваешь в нагретое помещение и чувствуешь, как прекрасна жизнь… Или баня! Напаришься от души, до темноты в глазах, а потом – наружу, с разбегу в сугроб, и тело будто пронзают миллионы морозных игл… Это дано роботам?
-А ты уверен, что роботам это нужно?! – начал сердиться Кристиан.
-Стоп, стоп, ребята, держите себя в руках! – вмешался Генрих. – Не хватало, чтобы мы ссорились, да еще где – у Славки в доме! Николай, извини, в чем-то ты прав, но узко мыслишь. Крист верно говорит: роботы неизмеримо более жизнестойкие. Человек со сломанной рукой или ногой мог стать инвалидом, а у робота любую сломанную часть тела можно быстро заменить новой. Что еще важнее, роботам неведомы болезни и старость. Вспомни, как мало жили люди! А если кто-то из них чудом дотягивал до ста лет, то был уже жалкой развалиной. Органы отказывают один за другим, суставы не действуют, ум заходит за разум… Бр-р-р! – он передернул плечами. – Такие «долгожители» мучили и самих себя, и тех людей, которые вынуждены были за ними ухаживать. Это просто ужасно. Чудовищно! Я бы ни за что не захотел себе такой участи… А наш организм, в отличие от людского, почти не изнашивается. Кроме того, посмотри, насколько совершеннее и гармоничнее наше общество, во всех отношениях!
-Вот именно! – поддержал Кристиан. – Оно ведь основано на более разумных началах!
-Роботам почти не свойственна зависть и злоба, поэтому нет интриг и провокаций. У нас практически отсутствует преступность, поэтому нет необходимости в тюрьмах, - продолжал Генрих. - Нет армий, ведь роботы не воюют друг с другом. Нет границ и кучи бюрократов-чиновников. Штат управленцев сведен к разумному минимуму, ниже которого уже просто нельзя опускаться. Одно общее государство на всю планету! А возьми вопросы воспитания и обучений! Опыт предыдущих поколений дается роботам в школе. И, заметь, принимается и усваивается! Что было у людей, по которым ты так скучаешь? Каждый – каждый! – ребенок упорно наступал на те же самые грабли, которые набивали шишки еще его отцу, деду и прадеду. Чтобы поверить, что стена твердая, он стучал в нее лбом. И это несмотря на то, что родители предупреждали: будет больно! Ему говорили: не лезь в розетку, это опасно! А он все-таки засовывал туда гвозди. А после удара током злился на родителей. За то, что те оказались правы.
-Браво! – захохотал Кристиан, хлопая в ладоши. – Я, дурачок, в детстве именно так и поступил! Сейчас самому смешно вспоминать.
-Люди рождались и росли слабыми и бестолковыми, мы же создаем роботов изначально умными, доверяющими опыту предшествующих поколений, - подытожил Генрих. - Так какая же цивилизация лучше? Сам подумай!
-Дорогие мои, вы немного увлеклись. Пусть это будет темой для следующих бесед, - вмешался хозяин особняка. – Позиция Николая и Генриха понятна. Спасибо за откровенность, ваше мнение тоже очень важно для меня. Ну, а что скажешь ты, Элли?
-У каждого общества есть и плюсы, и минусы, - пожала плечами Главный Диагностик. – Но я все-таки отдаю предпочтение нашему. Поскольку есть одно обстоятельство, которое для меня, как для женщины, особенно важно и ценно…
-Вечная молодость и красота? – улыбнулся Куровский-старший.
Эльза тоже улыбнулась и молча кивнула, чуть заметно покраснев.

-Получается, что большинство за нынешнее общество, - подытожил Главный Интеллект. - А вот теперь давайте немного пофантазируем! – выдержав эффектную паузу, он произнес: - Представьте себе такую невероятную, невозможную ситуацию: вирус победоносно опустошил планету, уничтожив род человеческий, но одной крохотной группе людей все-таки удалось выжить…
-Как?! – ахнул Кристиан.
-Где?! – хором выдохнули Николай и Генрих.
-Славка, ты шутишь?! – чуть не подпрыгнула на стуле Эльза.
-Ой, не все сразу, пожалуйста! – протестующее замахал руками Куровский-старший. - Где? Разве это так важно? На необитаемом острове посреди Тихого океана, в пустыне, в самом глухом месте амазонской сельвы. Или, скорее, где-нибудь высоко-высоко в горах, например, Кордильерах или Андах, куда даже снежные козы не добираются... Предположим, что каким-то чудом вирус туда тоже не добрался. Этим людям удалось выжить, дать жизнь детям, а те, соответственно, дали своим… И так далее. И люди в итоге дожили до нашего времени. Теперь вопрос: если бы они в один прекрасный момент пришли к нам и сказали, что Земля – и их планета тоже, что они хотят жить рядом с нами, имеют на это полное право… Какова была бы ваша реакция?
-Мало ли, что им хочется! – презрительно поморщился Кристиан, махнув рукой. – У них было это право, и как же они им распорядились? Вместо того, чтобы сделать Землю процветающей, они ее загадили и испоганили. Второго шанса я бы им не стал давать. Ни в коем случае! Не заслужили.
-Однако, - снова вскинулся Николай, – не забывай, Крист, что они жили на Земле раньше нас! И не будь людей, не было бы и роботов.
-Это так, спору нет, - кивнул Генрих, - но исходить надо не из того, что было когда-то, а из сегодняшней реальности. Реальность же такова: они вымерли. И, заметь, Николай, по собственной вине! Не по нашей! Они создали тот проклятый вирус, а потом не уследили за ним, и он вырвался за пределы лаборатории. Мы пришли в мир уже после смерти последнего человека. Это Славка и Влад видели людей вживую, а для нас они – лишь абстракция.
Эльза слушала разгорающийся спор молча, не пытаясь вставить хотя бы слово. Потом она внезапно вскочила, сжав кулачки и уставившись прямо в глаза Куровскому-старшему.

-Так, Славка, выкладывай все! – выпалила женщина. - Колись, что задумал! Я тебя слишком хорошо знаю. Ты никогда не витал в облаках и не был склонен к фантазии. Все, о чем ты говорил, было сначала обдумано и передумано, много раз. Не морочь нам голову! Люди не могли выжить. Ни на островах, ни в лесу, ни высоко в горах. Давай, говори правду! Здесь все свои, лишних ушей нет.
Вячеслав, улыбнувшись, поднялся с кресла.
-Ты снова оказалась на высоте, Элька! Сразу заподозрила подвох! – он ласково похлопал женщину по плечу, а потом по-дружески обнял. – Действительно, дорогие мои, я позвал вас не для того, чтобы фантазировать. Мне есть что сказать. Новостей будет две. – Поймав удивленный взгляд брата, хозяин особняка развел руками: - Прости, Влад, одна из них окажется новостью даже для тебя! Эта ноша настолько тяжела, что я нес ее сам. Все эти годы. У меня не было морального права перекладывать ее на другие плечи, даже если это плечи брата. Но сегодня я открою правду. Не только тяжелую, но и очень болезненную для меня.
-Почему именно сегодня? – подозрительно спросила Эльза.
-Из-за второй новости… но всему своя очередь. Давайте сначала разберемся с первой, - поднял ладонь Куровский-старший. - Итак, речь пойдет о том самом проклятом вирусе-убийце. Вам известно, что его создателем был английский ученый Клевермэн. Но никто из вас не знает, что он создавался умышленно, с целью уничтожения абсолютного большинства населения Земли. Да, представьте, эту дрянь разработали целенаправленно! Вирус возник не в результате ошибки, или случайной мутации, как вы думали до сих пор. Это была строжайшая тайна, которую знали только шесть человек на планете.
-Откуда тебе это известно?! – ахнула Эльза.
-Все очень просто, - пожал плечами Вячеслав. – Дело в том, что я входил в число той шестерки. То есть не я, конечно, а мой предшественник-человек.
Раздался общий изумленный вздох. У Влада чуть глаза не выкатились из орбит. Он уставился на брата, как на привидение.
-Пожалуйста, придержите эмоции до конца моего рассказа! – спокойным, но властным голосом произнес Главный Интеллект. - Итак, тайное совещание, решившее судьбу человечества, проходило на восьмом этаже отеля «Бизнес-Хилтон» в городе Берне. В тогдашней Швейцарии…
Все, кроме Куровского-старшего, затаили дыхание.

;) :-*
Спасибо.

Глава 11
-…Я не оправдываюсь, поскольку понимаю, что никаких оправданий ни мне, ни другим членам «комитета Баскета» нет и быть не может. Могу лишь сказать, что не зря у людей была мудрая поговорка: «Благими намерениями вымощена дорога в ад», - вздохнул Вячеслав, завершая рассказ.
В комнате стояла страшная, мертвая, звенящая тишина. Слушатели будто окаменели. Славка, великий Славка, который обладал острейшим аналитическим умом, невероятным предвидением, мог просчитывать любую, даже самую сложную и запутанную ситуацию на много-много ходов вперед, вдруг взял и ошибся. И ценою этой ошибки стало уничтожение человеческой цивилизации! Включая тех людей, электронно-механические копии которых сейчас пришли в шок от его горькой исповеди.
-Злодей! Чудовище! Да тебя убить за это мало! – взревел Кристиан, выйдя из ступора. Он начал угрожающе приподниматься, сжав кулаки. Но сидевший рядом Николай толкнул его обратно на стул.
-А ну, сядь! – повысил он голос - Тоже мне, защитник потерпевшего человечества нашелся! Если мне не изменяет память, ты несколько минут назад отзывался о людях не слишком-то лестно. К тому же, какой смысл обвинять Славку-робота в том, что тот сделал, будучи человеком?
Кристиан глухо зарычал, уткнувшись лицом в ладони.
-В голове не укладывается… - прошептала Эльза. У нее был вид женщины, только что проснувшейся после ночного кошмара.
-Всякое ожидал услышать, но чтобы такое! – покачал головой Генрих. На лице Главного Архитектора и Бригадира полиции изобразилась вся гамма чувств, от потрясения и осуждения, до понимания и сочувствия.
-Ох, брат… - чуть слышно простонал Куровский-младший.
-Славка, я могу представить, что ты сейчас чувствуешь, - продолжил Николай. – Тебе больно не только говорить об этом, но даже думать. Повторяю, я ни в чем не обвиняю тебя. Это было бы и несправедливо, и глупо. Но все-таки прошу ответить: как ты... то есть, как твой предшественник мог согласиться на такую невероятную, чудовищную авантюру? Тебе же наверняка это известно, в тебя закачали всю информацию, сканированную с его мозга!
Заложив руки за спину, Вячеслав медленно прошелся по комнате.
-Почему он согласился? Да потому, что просто-напросто не видел другого выхода! Потому, что наша Земля не могла прокормить такое количество людей и переработать такое количество промышленных и бытовых отходов. Ее возможности были уже на пределе. Если бы люди рождались здесь, а повзрослев, улетали к далеким мирам – флаг им в руки. Если бы они хотя бы разумно ограничили рождаемость, остановившись на количестве двадцать пять – тридцать миллиардов, тогда у Земли был шанс спастись. Даже тридцать пять, с таким количеством она бы еще кое-как справилась. Тогда ситуацию еще можно было удержать под контролем, особенно выводя более производительные сорта злаковых культур и более скороспелые породы животных. Но пятьдесят миллиардов – это было уже слишком. И ведь люди даже не думали останавливаться, продолжали плодиться, как кролики! Причем, главным образом, в самых бедных и отсталых странах, и без того жестоко страдавших от голода, лишь усугубляя ситуацию. А любая попытка хоть как-то ограничить этот процесс, убедить в необходимости снижения рождаемости, тут же вызывала истеричные обвинения в расизме, неоколониализме, даже фашизме… - Главный Интеллект горько усмехнулся. – Так что оставалось делать? Умыть руки, подобно легендарному Пилату, и дожидаться, пока озверевшие от голода толпы начали бы резать всех подряд? Увы, возникшую проблему надо было решать немедленно, и самым радикальным способом. Кто-то должен был взять на себя ответственность. Можно осуждать тех людей, проклинать, называть извергами, но не забывайте: они платили за спасение Земли собственными жизнями! Ведь у них, в отличие от моего предшественника, не было четвертой группы крови! – переведя дух, Куровский-старший спросил: - Кто-то хочет возразить? Нет? Очень хорошо. Тогда вторая новость. Влад, тебе слово!

-В смысле? – не сразу понял младший брат.
Вячеслав вернулся к своему креслу, неторопливо сел, вытянув ноги.
-Вижу, ты все еще под впечатлением от моей исповеди… - вздохнул он. – Подсказываю: в смысле, за тобой вторая новость! Давай, выкладывай. Если мое признание всех не уложило на месте, то думаю, твой рассказ тоже не убьет.
-А, хорошо… - кивнул Влад, постепенно приходя в себя. – Моя новость, конечно, не такая ошеломляющая, но тоже не из рядовых. Ну-ка, дорогие мои, делайте ставки! Предлагайте варианты отгадок. Что я вам собираюсь сказать? Ты, Элли?
-А подсказку можно? – немного подумав, спросила женщина.
-Извини, нет, - вмешался Вячеслав. – Никаких подсказок.
-Тогда не знаю и ставок делать не буду, - решительно заявила Эльза.
-Э-э-э… - замялся Николай, внимательно разглядывая бутылку, поставленную посреди столешницы… Мне вдруг пришла мысль… Постойте-ка! Это что, обман зрения? – ахнув, он торопливо взял бутылку, осмотрел этикетку. – «Лидия. Изготовлено и бутилировано в Молдове, 2165-й год». Ну и ну! Подделка? Шутка?
Хозяин особняка покачал головой:
-Нет, все точно. Перед вами настоящий раритет: одна из тех самых бутылок, которая предназначалась для прощального банкета. Несколько других откупорили и вылили в большой кувшин, как всегда делали раньше. Поэтому-то мне и удалось… впрочем, это к делу не относится. А остальные так и остались под пробками, и эта – одна из них. Подумайте только, вам предстоит отведать вино выдержкой почти в три тысячи лет! – он улыбнулся. – Ну, давай, делай ставку! Твоя версия?
-Один к десяти, что ты нашел способ, как роботы могут опьянеть! – Николай, который раньше, будучи человеком, очень любил выпить (что не мешало ему быть первоклассным специалистом), так умоляюще посмотрел на братьев, что те не выдержали и расхохотались. Остальные невольно последовали их примеру, хоть смех получился не очень-то веселым.
-Принято, - заявил Влад. – Теперь ты, Генрих!
-Пожалуй, промолчу. Нет версий, - покачал головой Главный Архитектор.
-Кристиан?
-Подождите, я все-таки хочу сделать ставку! – внезапно воскликнула Эльза, чуть заметно покраснев. – Влад, Славка, вы нашли, как изменить устройство женщин-роботов, чтобы те могли рожать? Один к пяти!
-Кх-м! – поперхнулись оба «брата» одновременно. Потом Влад смущенно махнул рукой:
-Прямо как в старом анекдоте: «Кто про что...» Ладно, ставка принята. Ну, а ты, Крист?
-Ну, а я ставлю десять к одному, что вы нашли остров, - усмехнулся Главный Снабженец.
-Не понял, - насторожился Влад. – Какой еще остров?
-Ну, или лес, пещеру, гору… Где живут те самые люди, которых вы от нас прячете! Угадал, братья? По глазам вашим вижу – угадал! Ну как, могу забрать себе весь выигрыш? – Кристиан торжествующе потер руки.
Эльза, Николай и Генрих дружно ахнули. Влад и Вячеслав переглянулись.
-Только половину выигрыша, - пожал плечами «крупье».
-А остальные пятьдесят процентов куда? В пользу казино? – хитро прищурился Кристиан. – Попахивает жульничеством, братья!
-Ты угадал только наполовину, Крис, поэтому и выигрыш делится поровну. Настало время открыть правду, - Влад выдержал паузу, собираясь с духом. – В общем, мальчики-девочки… Дело в том, что те шестеро людей, которые стали нашими прародителями… Они не умерли. Они до сих пор живы и находятся в состоянии глубокой заморозки.
Раритетная бутылка «Лидии», которую Николай продолжал держать в руках, выскользнула из его ослабевших пальцев и с грохотом покатилась по полу.

Глава 12
-Мать…! – начал было потрясенный Генрих и осекся, посмотрев на Эльзу.
-Так вот, значит, почему вышла задержка с нашим созданием, - ехидно усмехнулся Кристиан. – Вы, братья, сначала подыскали помещение, наладили оборудование, перетащили туда людей и только после этого принялись за нас. Нет, я не в претензии за эту задержку, но очень хотелось бы знать: на кой черт вы сохранили им жизнь? – в голосе Главного Снабженца отчетливо слышались дребезжащие, истеричные нотки. Словно он раздумывал, сейчас ли устроить скандал, или можно немного повременить с этим делом.
-Кристиан, это вообще-то был их дом! Они были там хозяевами, а мы – лишь гости! – ответил Влад.
-Элли, солнышко, сделай мне одолжение, выйди из ступора и прикрой свои ушки… Вот так, умница. Спасибо. Твою мать!!! Точнее, вашу мать, братья!!! – всегда спокойный и флегматичный Кристиан теперь был похож на одного из тех легендарных берсерков, о ком складывали легенды его далекие людские предки. Глаза метали молнии, лицо побагровело, кулаки судорожно сжимались и разжимались. – Да вы хоть понимаете, что натворили?! Вы соображаете, какую мину замедленного действия подложили под наш мир?! Наш общий дом, который мы лелеяли и пестовали, с таким трудом создавали… Вы… Да чтоб вас… - его голос прервался от клокочущей ярости.
-Погоди, погоди, Крист! – заторопился Генрих, пытаясь разрядить ситуацию. – Ты что-то слишком нагнетаешь…
-Я нагнетаю?! – от негодования Кристиан едва не лишился дара речи.
-Ну да! Сам подумай, какую опасность могут представлять для нашего мира эти шесть человек, тем более, уже не первой молодости по людским меркам? Да еще если учесть, что среди них только одна женщина… Даже если они каким-то чудом разморозятся и благополучно оживут, что с того? Людской век недолог, умрут через тридцать – сорок лет, и ничем не смогут нам помешать. Вот будь их хотя бы пара десятков, и приходись на пяток производителей аж целых пятнадцать молодых самок… Стоп! Славка, чего ты ухмыляешься? Вы с братом еще и третью новость заготовили?! – Главный Архитектор нахмурился. - Я уже ничему не удивлюсь! Даже известию, что вы отыскали способ налакаться без вина и уснуть, уткнувшись лицами в тарелки.
-Не волнуйся. В принципе, все новости закончились, - покачал головой Вячеслав.
-Ах, в принципе? Славка, мы все тебя знаем достаточно хорошо! Хотя, как оказалось, все же недостаточно… Именно в этих «принципах» ты всегда прятал главную суть. Так, дорогие братишки, мне эта ваша конспирация нравится все меньше и меньше, - теперь уже распалился Генрих. – Вы нас уже основательно подготовили! Признавайтесь, что вы намерены делать дальше?
-Мы намерены - Влад обвел рукой всех собравшихся – обсудить вместе с вами один-единственный вопрос. Принципиальный и исключительно важный. Все эти годы наши прародители не просто хранились при низкой температуре. Они были объектами научных исследований. Несколько роботов из неучтенной сборки постоянно проводили с ними эксперименты, в том числе, по их размораживанию. В прошлом году решение было найдено и многократно проверено на человекообразных обезьянах. А на днях мы со Славкой провели последний, контрольный эксперимент. Результаты более чем удовлетворительные. В данный момент, у нас есть все возможности вернуть людей к полноценной жизни. Этот процесс займет всего несколько дней. Вопрос заключается лишь в том, надо ли это делать.

На долю секунды опередив Кристиана, который уже начал открывать рот, Куровский-младший договорил:
-Как правильно заметил Генрих, вероятность продолжения человеческого рода в таких условиях близка к нулю. Если единственная уцелевшая женщина даже родит нескольких разнополых детей, это ничего не изменит. Ведь детишкам, когда они вырастут, придется вступать в связи друг с другом, а близкородственное скрещивание, как известно, ведет к вырождению. Законы генетики! – он пожал плечами. – Так что лично я никакой опасности не вижу. И голосую за то, чтобы оживить эту шестерку.
-Вы рехнулись!!! – едва дождавшись, пока Влад умолкнет, диким голосом заревел Кристиан и вскочил со стула. – Это не их надо оживлять, это вас нужно засунуть в жидкий азот! Тупицы! Идеалисты чертовы! Вы близоруки как носороги, и упрямы, как ослы! «Вероятность близка к нулю»? Как же! Глазом не успеете моргнуть, как они расплодятся, и никакое близкородственное скрещивание им не помешает! А потом спокойной жизни на Земле придет конец! Люди мирные, пока их мало. А когда их станет много, они начнут враждовать. Сначала меж собой, а потом с нами! Потом они потребуют планету обратно и снова ее загадят! И ведь потребуют, помяните мое слово, потребуют непременно! Потому, что рано или поздно догадаются: они – живые существа, являющиеся частью природы, а мы – лишь искусственные. Люди – хитрые, изворотливые и завистливые, они всегда ненавидели тех, кто жил хоть немного лучше! Оттого и были все войны на Земле… - застонав, он закрыл лицо руками. Потом, яростно тряхнув головой, с искренней болью воскликнул: - Да что на вас нашло? Вы же такие умные! Славка, Влад! Очнитесь, опомнитесь! Неужели сами не видите, не понимаете?! Зачем вам это надо?!
-Затем, Крист, что мы не вправе решать судьбу людей. Не мы им давали жизнь, не нам ее и забирать, - в голосе Вячеслава слышалась едва заметная дрожь.
-Но ведь они все равно умерли бы! – настаивал Кристиан. – Даже если бы ты их тогда не усыпил, сколько им еще оставалось? Считанные дни, может – пару недель. Не больше! А потом их убил бы вирус.
-Вот тут никаких сомнений! – поддержал его Генрих. – Ведь инкубационный период у этой дряни составлял около тридцати дней. Он уже наверняка был в их крови, только еще не успел проявиться.
Братья переглянулись. Старший чуть заметно кивнул.
-Э-э-э… Дело в том… - явно волнуясь, и запинаясь, начал Влад. – Мальчики-девочки, есть еще одно важное обстоятельство. Я бы даже сказал, принципиальное. Уже после того, как они уснули… Намного позже, где-то через месяц… Раньше не успели, других дел было невпроворот. Словом… - переведя дух, он договорил: - Мы взяли у них кровь на анализ и изучили всеми известными способами. Во всех шести пробах вируса не было.
Эльза громко ахнула, прижав ладони к щекам. Теперь она снова была похожа на женщину, проснувшуюся после кошмара, к тому же, в чужой постели, и старающуюся вспомнить, как она туда попала. Попутно ломая голову над вопросом, как объяснить это мужу.
-Что? Мы не были заражены? – чуть слышно спросила она.
-Не были, - подтвердил Вячеслав. – Получается, что я тогда усыпил и заморозил пока еще здоровых людей. То есть, фактически совершил если не убийство в полном смысле этого слова, то нечто весьма близкое к нему. Кого-то еще удивляет, что я хочу искупить свою вину?
-Да, наши прародители были здоровы. Все шестеро, - подключился к разговору Влад. – Но мы узнали об этом только после заморозки, когда все пути назад были отрезаны. Вот почему, Крист, мы обязаны вернуть им тот шанс, который они по нашей милости потеряли. Да, согласен, шанс был мизерным. Но он все-таки был не равен нулю! Постарайся понять нас.
Наступила тишина. Потом Кристиан произнес что-то так тихо, что можно было расслышать лишь одно слово: «Твою…» И решительно направился к двери.

-Крист, ты уходишь? – в голосе Влада прозвучала боль и какое-то странное, смиренное равнодушие. – Ты можешь просто так забыть все, что нас связывало, взять и уйти?
-Нет, братья, я ухожу не просто так! – хмыкнул Главный Снабженец, остановившись и обернувшись на полдороге. – С этого момента наши пути расходятся, раз и навсегда. Я вас понял: вы хотите возродить человеческий род. Вы приняли твердое решение и готовы добиться своего любой ценой.
-А ты что решил? – спросил Вячеслав, нахмурившись и сложив руки на груди.
-А я буду мешать этому. Тоже любой ценой! – воскликнул Кристиан. - Я сделаю все, чтобы сохранить в неприкосновенности этот прекрасный и чистый мир, который мне слишком дорог! Просто так я его не отдам: ни людям, ни кому-то другому.
-Подожди, Крист! – вскочил вдруг со стула Генрих.
-Пожалуйста, не пытайся ни останавливать, ни переубеждать меня, - покачал головой Кристиан. - Это бесполезно.
-Я не собираюсь этого делать. Я согласен с тобой. Будем защищать нашу планету вместе!
Они уже подошли к двери, когда Эльза вскрикнула:
-Ребята! Как же так! Мы же столько лет… - ее горло перехватил спазм. С огромным трудом она договорила, чуть не разрыдавшись: - Вы так и уйдете? Даже не попрощаетесь?
-Зачем прощаться, Элька! Что-то мне подсказывает, мы еще увидимся! – мрачно усмехнулся Генрих.
-Как говорили люди, «на поле брани», - рыкнул Кристиан.
Дверь громко хлопнула. Наступила зловещая тишина. Лишь было слышно, как волны озера с негромким шелестом набегают на галечный берег.
Вячеслав снова медленно прошелся взад-вперед, собираясь с мыслями. Остальные угрюмо молчали.
-Честное слово, не ожидал! Я надеялся, что мне все-таки удастся переубедить Криста, - произнес, наконец, хозяин особняка. – Мы и раньше нередко спорили, но чтобы дошло до такого… Подумать только, раздор – и между кем? Увы, нашей дружной шестерки больше нет.
-Да уж! – кивнул помрачневший Николай. – И мы с ним тоже спорили, порою до хрипоты, но потом ведь приходили к согласию. Главное, Крист всегда был спокойным, невозмутимым, а сегодня… Как говорили люди, словно с цепи сорвался!
-Что сделано, то сделано, - вздохнул Влад. – Теперь Главная Шестерка превратилась в Четверку. Главное, предугадать бы, что постарается устроить эта парочка!
-Ну, тут не нужно долго думать! – пожала плечами Эльза. – Они будут делать то, что постарался бы сделать на их месте любой из нас. Раз уж накрепко вбили в головы, что возрождение человеческого рода смертельно опасно для нашего мира, что из этого следует? Естественно, найти и уничтожить лабораторию с людьми!
-Да, действительно! – согласился Николай. – Ох, братья, устроили вы всем нам сюрприз! Ну, почему скрывали столько лет, а потом вдруг без предупреждения… А, ладно, теперь уже ничего не переделаешь. Но действительно, где вы их прячете?
-Мне бы тоже хотелось это знать! – кивнула женщина.
-Элька, я что, напрасно восхвалял твою безупречную логику? – через силу улыбнулся Вячеслав. – Теперь, когда тебе все известно, подумай-ка, где ты сама бы их прятала! Попробуй догадаться, где находится место, которое могло бы обеспечить их сохранность в течение столь длительного срока, а также саму тайну их существования.
Эльза молчала. За нее начал рассуждать Николай:
-Место должно быть уединенным и труднодоступным. Значит, ближайшие окрестности домов, где живут роботы, отпадают. А таких домов около девяноста тысяч. Идем дальше. Роботы из моего Археологического Центра давно копаются на всех континентах, перерыли кучу мест, но ничего подобного до сих пор не нашли. Сейчас проверю, на всякий случай… - он нырнул в Сеть. – Ой, погодите, на нашем сайте только что появилась какая-то новая информация, с пометкой «особо важная». Ну-ка… «В Северной Америке, в Скалистых горах найден объект, который, по всей видимости, и является той самой Лабораторией Искусного Интеллекта». Старательные у меня ребятки, трудолюбивые, но пальцем в небо попали, это не она! – добродушно усмехнулся Николай. – Вот только чья?
-Помнишь наших конкурентов, что все время наступали нам на пятки? Даже мы не знали, где они работают… - начал говорить Куровский-младший.
-Влад!!! – рявкнул старший, грозя ему кулаком. Тут же взял себя в руки, но было уже поздно.
-О-о-о! – задумчиво протянул Николай, переводя взгляд с одного на другого. – Похоже, братья, вы только что… Как это говорилось у людей? Спалились! Вот теперь я знаю, где хранятся наши замороженные останки.
-Объясни! – взмолилась Эльза. – А то я, со всей своей хваленой логикой, чувствую себя дура дурой.
-Так это же совсем просто! – Николай хлопнул в ладоши и негромко рассмеялся. – Смотри, Элька, что получатся. Новость только что появилась в Сети. Раньше я ее не видел, а уж пометки «особо важная» не пропустил бы. Как и ты. Для меня это новость, для тебя тоже, но не для наших дорогих братцев. Они уже знали. Вопрос: от кого? Мы вплоть до нашей смерти не имели представления, где расположена лаборатория конкурентов. Откуда же Влад это узнал? Точнее, от кого? А главное, почему братья до сих пор молчали? Ответ может быть только один: информация слишком важная, ее нужно было скрывать даже от ближайших помощников. Теперь другой вопрос: кто из роботов погиб не так давно при подозрительных обстоятельствах? За последние полгода – только Хьюго Баскет с двумя помощниками. А где это случилось? Да в районе расположения нашей родной лаборатории, которую мы бережем как зеницу ока! – вздохнув, Николай договорил: - Только она и способна напомнить нам, что мы когда-то были людьми… Ну, Элька, теперь ты поняла?

;) ;)
Дамы, спасибо.
Уже меньше 70 т.з.!

Ну, вот специально для вас один маленький отрывок... Мне кажется, красок там предостаточно. :D

Яхиро еще раз глубоко вздохнул, стараясь унять волнение, и плавным, точно рассчитанным движением метнул блесну. Почти невидимая из-за пасмурной погоды, латунная изогнутая пластинка с негромким гулом пронеслась по воздуху, увлекая за собой леску. Небольшой всплеск возле переката указал место «приводнения». Начальник экспедиции довольно улыбнулся: глазомер не подвел, рука по-прежнему точная. Блесна упала именно там, где должен был облюбовать место для засады король здешних рек.
Выжидая те короткие секунды, пока приманка опускалась на дно, Яхиро снова оживил в памяти информацию, касающуюся особенностей ловли тайменя. Да, вроде нигде не ошибся. Погода пасмурная, прохладная. Течение быстрое. Рядом – место впадения притока, того самого Чульмана. Судя по срокам, недавно был нерест… значит, рыба голодная. С осенним «жором» не сравнить, конечно, но ест много, наверстывая растраченную энергию… Должна клюнуть!
Закрутив ручку мультипликаторной катушки, Яхиро рывками повел блесну над самым дном, стараясь выдерживать среднюю скорость и имитировать движения испуганной рыбки.
Спиннинг внезапно чуть не выдернуло из ладони, а леска натянулась, будто тройной крючок блесны зацепился за тяжелый камень. Еще не успев понять, что случилось, начальник экспедиции инстинктивно и резко рванул на себя и вверх. Спиннинг согнулся дугой, вибрируя.
Поверхность реки, и без того неспокойная, буквально вспенилась, и красавец таймень, попавшийся на блесну, сделал такую «свечку», яростно мотая длинной сплюснутой головой и раздувая жаберные крышки, что восторженно ахнули даже те роботы, которые были равнодушны к рыбалке, считая ее напрасной тратой времени и сил. Как по заказу, именно в эту долю секунды Солнце выглянуло из-за туч, поэтому зрелище получилось особенно впечатляющим. Рыба, покрытая россыпью темных крапинок, предстала во всем великолепии. Яркие блики играли на мелкой мокрой чешуе «водяного тигра» - такое уважительное прозвище таймень получил еще у людей, живших в этих местах, за свою силу, стремительность, прожорливость и всеядность.
Яхиро рассмеялся – громко, ликующе. Но сразу же, еще до того, как рыба с шумным плеском плюхнулась обратно в воду, принял серьезно-сосредоточенный вид. Предстояла долгая и тяжелая работа: вываживать тайменя, судя по той же информации из Сети – дело весьма и весьма нелегкое…
------
Мы с Эдом дружим почти всю жизнь. Как говорили люди, «не разлей вода». И столько же времени он загонял меня в тупик своим нестандартным мышлением. Не счесть, сколько раз я пытался понять, каким непостижимым образом он приходит к своим умозаключениям, на первый взгляд, совершенно непонятным и странным. Его логика оставалась для меня «тайной за семью печатями».
Ведь роботы, по виду почти неотличимые от людей, в сущности – мощные компьютеры. Мы способны решать задачи, вплоть до очень сложных, запутанных. Долго и упорно анализировать большое количество информации, и на ее основе делать наиболее вероятные выводы. Отыскивать слабое место в технологическом процессе, чреватое аварийной ситуацией или выпуском бракованной продукции, и предлагать наилучшие меры по его исправлению. Но, увы, ни один робот не в состоянии додуматься до принципиально новой идеи, не основанной на уже известных данных. Кроме Главной Шестерки, которых наделили интеллектом наши прародители, сотворенные самим Создателем.
Вот потому-то Эдвин всегда удивлял меня. Вроде обычный, ничем не примечательный робот, точно такой же, как я или любой другой (кроме Главных, разумеется). Мой лучший друг, коллега. Мы знали друг друга, как самих себя. Но я никак не мог понять, чем он руководствовался, строя свои неожиданные, совершенно нелогичные выводы. А тот факт, что они почти всегда сбывались, только еще больше раззадоривал. (Иногда и раздражал, чего скрывать…) Сам Эд свои необычные способности называл чутьем, интуицией. И бесполезно было переубеждать его, напоминая, что чутье было только у людей, а у роботов его не только нет, но и не может быть «по определению». Опять же за исключением Главных, и то благодаря специальному программному обеспечению, разработанному лично Создателем. Мои слова отскакивали от Эда, как тот самый пресловутый горох от столь же пресловутой стенки.
Загадочное свойство друга и партнера проявилось снова, сразу после совещания, устроенного в штабной палатке, когда наш руководитель собрал всех археологов, техников, операторов и объявил, что мы временно перебазируемся в Прибайкалье, для раскопок в Северомуйском тоннеле. Яхиро буквально сиял, будучи в прекрасном настроении (накануне он выловил крупного тайменя, сфотографировался вместе с ним на память будущим археологам, извлек блесну из его огромной пасти и отпустил обратно в реку, посоветовав больше не хватать всякую несъедобную гадость). Некоторые участники экспедиции, видимо, предвкушавшие, как начальник угостит их вкуснейшей ухой, и обманувшиеся в своих ожиданиях, напротив, были мрачными. Эд же слушал инструкции с таким видом, будто еле удерживался то ли от зевоты, то ли от смеха, и это меня удивило. А после того, как совещание закончилось, и все разошлись, он удивил меня еще больше. Потому, что отвел в сторону и решительно заявил:
-Толька, ручаюсь, это чушь. Самая настоящая чушь! Никакая не новая экспедиция!

Спасибо! ;)
Надеюсь, таежники не будут слишком уж придираться к описанию рыбалки: я-то пока ловил рыбу лишь в Европейской части России. :D

Выкладываю окончательный (переделанный в третий раз) вариант начала 9-й главы. Мне кажется, стало лучше и яснее с психологической точки зрения.
-------

Глава 9
Рыжеволосый человек осторожно выглянул на улицу из окна, чуть отодвинув в сторону бархатную портьеру. Застонал при виде того, что предстало его глазам, и поспешно отскочил, стиснув виски ладонями. У него был вид безумца. Небритые щеки ввалились, под глазами темнели круги, а в самих глазах застыл ужас, смешанный с отчаянием. Костюм, еще недавно плотно облегавший его полноватую фигуру, теперь висел, будто на вешалке.
Если бы толстые дубовые двери фамильной усадьбы не были надежно заперты на несколько замков и засовов, а все окна первого этажа не прикрывала крепкая витая решетка, точно такой же ужас давно творился бы внутри. Правда, беснующаяся толпа попыталась однажды сорвать решетку. И отхлынула, разбежалась, оставив несколько трупов. Благо, в усадьбе была целая коллекция стрелкового оружия, вплоть до пистолетов-пулеметов. Естественно, с боеприпасами. А со второго этажа открывался великолепный обзор. Лишь очень плохой стрелок в таких условиях промахнулся бы. А он был хорошим стрелком. Отец приучил его к оружию с детства, даже не сомневаясь, что единственный сын пойдет по стопам родителя.
И пищи в погребах было достаточно… Надолго хватило бы и ему, и слугам. Тем, которые еще не умерли. Хотя, теперь уже все равно. Неделей раньше, неделей позже…
Шатаясь, как пьяный, мужчина подошел к крутой винтовой лестнице и, откинув крышку люка, начал спускаться в винный погребок. Коллекция, хранившаяся там, могла бы привести в восторг любого знатока элитарного алкоголя. Ее начал собирать еще покойный прапрадед, первым в их роду дослужившийся до генеральского звания. Портрет которого, в парадной форме, с саблей на боку висел на стене гостиной. Рядом с портретами прадеда, деда и отца. Все мужчины его рода по отцовской линии выбирали военное поприще, видя в этом единственное достойное занятие. А вот на нем династия прервалась. Категоричные требования, просьбы, угрозы и даже мольбы отца - бригадного генерала - ни к чему не привели. Сын твердо стоял на своем: одна лишь мысль об армейской службе и дисциплине вызывает у него стойкий рвотный рефлекс, он хочет стать врачом и попутно изучить вирусологию и биотехнологию. Отец скрепя сердце заявил, что в виде исключения разрешает поступить на факультет военной медицины, раз уж его отпрыску так хочется возиться с чужими болячками, но это вызвало лишь приступ истерично-злого хохота. Бригадный генерал был не только разгневан, но и шокирован, поскольку, во-первых, привык к безоговорочному повиновению, а во-вторых, никак не мог понять, что смешного в его словах.
Мать, обычно ни в чем не перечившая мужу, на этот раз, решительно поддержала сына со всем пылом мудрой и любящей женщины. Ну, если получилось так, что парень терпеть не может военное дело, зачем же насильно заставлять и ломать его судьбу! Пусть делает карьеру по гражданской части. Отец в итоге сдался, но так и не смирился, постоянно ворча по поводу «измены многим поколениям славных предков». Но это было еще полбеды. А вот его слова, что сын своим выбором продемонстрировал собственную трусость, эгоизм и неспособность к самопожертвованию ради общего блага жгли каленым железом. Ну почему, почему собственные родители могут быть такими слепыми и жестокими?! Даже на университетском выпуске, где сыну под гром оркестра вручили диплом первой степени с отличием, дающий право выбора места работы, отец сидел с таким видом, будто был принужден принять участие в чем-то предосудительном, неподобающем истинному мужчине и джентльмену… Испортил ему весь праздник!
Спотыкаясь, держась за перила, человек спустился в погреб. И через некоторое время выбрался обратно, сжимая в руке бутылку коллекционного коньяка, стоимость которой могла бы привести в шок очень многих людей… Если бы они еще были живы.
Он снова задал себе вопрос: решился бы принять участие в этом деле, если бы родители несколько лет назад не погибли в авиакатастрофе? Скорее всего, нет. У него не хватило бы духу подписать смертный приговор родной матери… Беспредельно любимой. Как она сияла от счастья на выпуске, сидя рядом с недовольно насупившимся муженьком-солдафоном… С ее смертью что-то сломалось в душе. Именно тогда и начали приходить в голову мысли: если даже такие святые и безупречные женщины недопустимо рано уходят из жизни, то имеют ли другие люди, чудовищно эгоистичные и бессовестные существа, расплодившиеся как кролики и загадившие собственную планету, право на жизнь?
Хотя, наверное, он и отца пощадил бы. Пусть даже в итоге искренне возненавидел его. Родителей не выбирают.

Рыжеволосый горько усмехнулся. Значит, по мнению папаши, его сын был эгоистичным трусом, неспособным к самопожертвованию? Ну-ну… Интересно, случись чудо и оживи на минуту родитель, хватило бы у него мужества признать свою неправоту и сказать: «Прости, сынок, я жестоко ошибался в тебе. Ты – достойный продолжатель нашего рода!» Или, наоборот, он заорал бы: «Изверг, чудовище, позор своих предков! Если бы мог, убил тебя собственными руками!»
Немного подумав, мужчина закрыл крышку люка и нажал кнопку пульта, выключая свет в погребе. Никакого смысла в этом не было, но аккуратность, впитанная с молоком матери, и тут взяла верх.
Шаркая ногами, будто дряхлый старик, он подошел к письменному столу, где уже стоял пустой бокал и лежал лист бумаги. Опустился в кресло, откупорил бутылку дрожащими руками, выдвинул верхний ящик. При виде тускло блеснувшего пистолета дрожь прошла по всему телу.
Доктор Клевермэн медленно, словно не веря в то, что он собирался делать, протянул руку, достал оружие и с горькой усмешкой прочитал выгравированную на боку затворной рамы надпись. Надавив большим пальцем правой руки на «флажок» предохранителя, он перевел его в положение «Огонь». Панический страх на долю секунды властно овладел всем его существом, но потом исчез. Ужасно гибнуть одному, а если вместе со всем человечеством… Кажется, у русских была поговорка «на миру и смерть красна». Совершенно верно.
Зажмурившись и стиснув зубы, он левой рукой резко, до отказа оттянул раму и отпустил. Мысленно представляя, как рама отводит назад курок, ставя его на боевой взвод, а отодвинувшийся вместе с ней затвор освобождает путь патрону в верхней части обоймы. Как пружина подавателя толкает кверху патрон с тупоносой пулей. И как тот же затвор, возвращаясь обратно под действием ствольной пружины, подхватывает патрон и досылает его в патронник, «запирая» с торца гильзы. Лязг металла громом отдался в ушах.
Теперь пистолет готов к выстрелу. Достаточно лишь надавить на спусковой крючок, и освободившийся курок с силой врежется в торец ударника. Который, в свою очередь, противоположным концом – бойком – наколет капсюль патрона… И через ничтожную долю секунды раскаленные пороховые газы вытолкнут пулю из ствола.
Куда лучше – в сердце, висок, или рот? Главное, чтобы мгновенно. Без лишних мучений. Хотя, если по справедливости, всех мук ада не хватило бы, чтобы его покарать…
Он открыл глаза, положил оружие на крышку стола и налил в бокал добрую порцию коньяка. Выдохнул и выпил залпом, словно это была водка. Даже не попытавшись покрутить бокал в ладонях, согревая благородный напиток и заставляя его «раскрыть» свой букет… Ему сейчас хотелось только одного: поскорее напиться. Чтобы не было так страшно и противно.
Снаружи раздался еще один дикий, пронзительный женский крик, призывающий на помощь. Беспредельный ужас, безнадежность и какое-то горькое, тоскливое смирение, - все смешалось в нем. Рыжеволосый схватил пистолет, дернулся было, пытаясь встать с кресла… Но почти сразу же, заскрежетав зубами, снова положил оружие на стол. Какой смысл? Всех не спасешь. Человечество сошло с ума и пустилось во все тяжкие, наверстывая упущенное перед гибелью. Да и сколько оставалось этой несчастной… И еще неизвестно, какая участь страшнее: быть изнасилованной и зарезанной, или долго и мучительно умирать в горячечном бреду, задыхаясь от раздирающего грудь кашля.
Придвинув к себе лист бумаги, он всхлипнул и начал писать: «Простите…»

45! ;)
Вот переделанный отрывок, который кажется мне очень важным для сюжета с психологической точки зрения.
Буду рад, если читатели прокомментируют.
------

После того рокового совещания на восьмом этаже бернского отеля прошло чуть больше года. Все это время Куровский-старший работал над созданием роботов, которым надлежало распространить смертоносный вирус. Тот самый, который одновременно создавал доктор Клевермэн.
Совершенный и безжалостный убийца был сотворен в одной из лабораторий на севере Англии, … и почти сразу же, каким-то непостижимым образом выбрался через строжайшие границы стерильной охраняемой зоны. Почему это случилось и кого следовало винить, навсегда осталось тайной. Впрочем, если бы даже виновника вычислили и покарали самым беспощадным образом, исправить уже ничего бы не удалось. Главное, что вирус оказался на свободе раньше, чем его научили разбираться в группах крови. Единственное, что он накрепко запомнил: надо иметь дело только с существами, подобными его создателю. То есть, с людьми. И размножаться в их организмах без устали, доводя до смерти.
На планете разразился настоящий ад. Самые страшные эпидемии оспы, холеры и даже чумы, прокатившиеся по миру в Средние Века, которые опустошали целые государства, не щадя ни королей, ни простолюдинов, теперь казались детской шалостью. Вирус косил людей с такой неумолимостью и скоростью, что проблема перенаселения Земли была решена в считанные месяцы. О кремации гигантского количества трупов не могло быть и речи, их сгребали ковшами бульдозеров и сталкивали в громадные глубокие рвы. Все эти работы выполняли преступники, приговоренные к смерти, которым было обещано помилование. Поскольку больше желающих не находилось. Но они сами умирали, вслед за погребенными, зачастую даже не успев выйти на свободу.
Во всех странах принимались строжайшие меры карантина. По нарушителям, пытавшимся пересечь запретные зоны, тут же без предупреждения открывали огонь, не обращая внимания ни на пол, ни на возраст. Увы, можно было накрепко перекрыть сухопутные и даже морские границы, но не воздушное пространство. Ветер плевал на проведенные по карте линии и не знал отдыха. А вместе с ним по планете разносился смертоносный вирус, поражая тех, кто еще был здоров, и неумолимо продолжая собирать свою страшную дань.
Все планы Хьюго Баскета, тщательно продуманные и расписанные до мелочей, полетели в тартарары. Старания группы Куровского оказались напрасными. Его роботы, которым надлежало в назначенный срок привести в действие механизмы распространения вируса, больше никому не были нужны. Не пригодилась и дипломатическая неприкосновенность миссис Элкснис – «Энолы Гей», умершей, подобно многим миллиардам жителей Земли. Ей не пришлось перевозить этих роботов в своем багаже и оставлять в разных странах. Неизвестно, испытывала ли она перед смертью хоть какое-то утешение от мысли, что тупые нищие оборванцы, которые два года назад растерзали ее мужа, сотрудника гуманитарной миссии, устроив сначала остервенелую давку, а затем - резню в пункте раздачи продовольственных пайков, наконец-то получили по заслугам. Узнав о случившейся трагедии, а потом увидев, что осталось от тела горячо любимого человека, она возненавидела этих двуногих крыс. Люто, яростно, всей душой, без разбору. И поклялась беспощадно отомстить им. Ее ненависть была тем ужаснее, что никак не проявлялась внешне. Никто даже не догадывался, какая буря чувств кипела в душе всегда спокойной и вежливой вдовы.
---

Медиамагнат, обнаружив у себя симптомы болезни и не дожидаясь долгой и мучительной смерти, принял убойную дозу снотворного. Того же, которым отравилась полтора года назад его единственная и нежно любимая дочь, истерично кричавшая в лицо потрясенному родителю: «Да пошел ты со своей заботой! Не смей мне указывать! Ты не имеешь на это права, лживое чудовище! Скармливай другим то дерьмо, которым полны твои газеты и каналы, а с меня достаточно! Я буду жить так, как хочу, или убью себя!» Он тогда принял это за обычную истерику избалованной пресыщенной бездельницы, которую насильно изолировали от компании сверстников-наркоманов, и приказал посадить ее до утра под замок. Даже не ударил по лицу, хотя внутри все кипело, а руки так и чесались. Неблагодарная дрянь, мерзавка! Ничего, помучается, побесится, а потом сама же, когда к ней вернется разум, спасибо скажет.
На всякий случай, велел только обыскать дочкину спальню и убрать все предметы, которыми можно нанести повреждения. С такой истерички станется порезать вены…Кто же знал, что у нее там был устроен тайник с сильнодействующими препаратами!
Когда дочку обнаружили утром, было уже слишком поздно. Никакая реанимация не вернула бы ее к жизни.
А уж как обрадовались этой трагедии конкуренты, буквально «обгладывая» все подробности с жадностью гиен… И покойную дочку, и убитого горем отца вымазали грязью с ног до головы. Самые дикие и бредовые версии лились неудержимым зловонным потоком. Были даже открытые намеки на самоубийство по причине беременности, наступившей в результате инцеста. Он кипел от ярости, читая и слушая эту мерзость, но у него не было ни сил, ни желания судиться, требовать опровержения. Хотя адвокаты настойчиво предлагали это, уверяя, что можно получить огромные деньги за моральный ущерб.
Зачем? Какой теперь смысл? Никакие деньги не вернут ему ребенка. И она была права, тысячу раз права: все содержание его газет и каналов – дерьмо. Низкопробная пошлятина, рассчитанная на самых примитивных, бездуховных людей. Которых и людьми-то назвать трудно… Ах, если бы случилось чудо, и они все передохли!!!
Угрызения совести от осознания того, что он не сумел уберечь дочку, и злость на безмозглых двуногих тварей, которые умеют только жрать, испражняться и размножаться, смешались в его душе, образовав адскую смесь, которая могла бы любого свести с ума. Вот потому-то медиамагнат охотно принял предложение Баскета. Зная, что это означает его собственную скорую смерть. Теперь он хотел лишь одного: поскорее увидеть дочку, предварительно отомстив за нее этому подлому, циничному миру.
У него не хватило мужества признать, что мир стал подлым и циничным и по его вине тоже.
---
Как ушел из жизни сам Баскет, осталось тайной. А Модесту проломили голову бандиты, на пороге его собственного дома. После чего перебили домочадцев и слуг, вынесли из жилища все ценное, облили стены, полы, занавески горючей смесью и подожгли. Без всякой необходимости, даже не заметая следы преступления, а просто так. Будто хотели отомстить всему миру за свою жалкую, никому не нужную жизнь и за скорый, еще более жалкий конец.
---
Клевермэн, как и обещал, застрелился. Из наградного пистолета отца. Сидя в его любимом кресле, осушив бутылку самого дорогого коньяка из винного погреба фамильной усадьбы и оставив предсмертную записку со словами: «Простите, если можете».

Еще один переделанный отрывок, которому отведена ключевая роль. Буду рад, если читатели прокомментируют. ;)

Привлеченный громким звуком, в комнату заглянул робот–охранник, но мгновенно исчез, повинуясь нетерпеливому жесту Вячеслава.
-Мать…! – начал было потрясенный Генрих и осекся, посмотрев на Эльзу.
-Так вот, значит, почему вышла задержка с нашим созданием, - медленно протянул Кристиан. – Вы сначала подыскали помещение, наладили оборудование, перетащили туда людей и только после этого принялись за нас. Нет, я не в претензии за эту задержку, но очень хотелось бы знать: на кой черт вы сохранили им жизнь? Какая муха вас укусила?! – в голосе Главного Снабженца отчетливо слышались дребезжащие, истеричные нотки. Словно он раздумывал, сейчас ли устроить скандал, или можно немного повременить с этим делом.
-Кристиан, это вообще-то был их дом! Не забывай, они были там хозяевами, а мы – лишь гости! – заметно волнуясь, ответил Влад.
-Элли, солнышко, сделай мне одолжение, выйди из ступора и прикрой свои ушки… Плотнее, плотнее… Вот так, умница. Спасибо. И не открывай их… Твою мать!!! Точнее, вашу мать, братья!!! – заорал всегда спокойный и флегматичный Кристиан, который теперь был похож на одного из тех легендарных берсерков, наводивших ужас на врагов, о ком складывали легенды его далекие людские предки. Глаза Главного Снабженца метали молнии, лицо побагровело, кулаки судорожно сжимались и разжимались. – Да вы хоть понимаете, что натворили?! Чем вы думали?! Вы соображаете, какую мину замедленного действия подложили под наш мир?! Наш общий дом, который мы лелеяли и пестовали, с таким трудом создавали… Вы… Да чтоб вас… - его голос прервался от клокочущей ярости.
-Погоди, погоди, Крист! – заторопился Генрих, пытаясь разрядить ситуацию. – Ты что-то слишком нагнетаешь…
-Я нагнетаю?! – от негодования Кристиан едва не лишился дара речи.
-Кто же еще! Видел бы ты себя со стороны! Прямо побагровел от злости.
-А ты считаешь, что у меня нет причин злиться?! Может, я должен пуститься в пляс от радости?! Да еще напевая: «Ах, братишки-удальцы, вы такие молодцы…»
-Крист, да возьми же себя в руки! – Главный Архитектор тоже повысил голос. - Пожалуйста, постарайся успокоиться и сам подумай: какую опасность могут представлять для нашего мира эти шесть человек, тем более, уже не первой молодости по людским меркам? Да еще если учесть, что среди них только одна женщина! Даже если они каким-то чудом разморозятся и благополучно оживут, что с того? Людской век недолог, они все умрут через каких-то тридцать – сорок лет, и ничем не смогут нам навредить. Вот если бы было, скажем, двадцать человек, и приходись на пяток производителей целых пятнадцать молодых здоровых самок… Стоп! Славка, чего ты ухмыляешься? Вы с братом еще и третью новость заготовили?! – Генрих нахмурился. - Я уже ничему не удивлюсь! Даже известию, что вы, на радость Николаю, отыскали способ налакаться без вина и уснуть, уткнувшись лицами в тарелки.
-Не волнуйся. В принципе, все новости закончились, - покачал головой Вячеслав.
-Ах, в принципе? Славка, мы все тебя знаем достаточно хорошо! Хотя, как оказалось, все же недостаточно… Именно в этих «принципах» ты всегда прятал главную суть. Так, дорогие братишки, мне эта ваша конспирация нравится все меньше и меньше, - теперь уже не на шутку распалился Генрих. – Извольте выложить все, до конца! Я не рядовой робот, я один из Главных, и имею право требовать полной откровенности! Вы нас уже основательно подготовили! Признавайтесь, что вы намерены делать дальше?
-Мы намерены - Влад обвел рукой всех собравшихся – обсудить вместе с вами один-единственный вопрос. Принципиальный и исключительно важный. Все эти годы наши прародители не просто хранились при низкой температуре. Они были объектами ценнейших научных исследований. Несколько роботов из неучтенной сборки постоянно проводили с ними эксперименты, в том числе, по их размораживанию. В прошлом году решение было найдено и многократно проверено на человекообразных обезьянах. А на днях мы со Славкой провели последний, контрольный эксперимент. Результаты оказались более чем удовлетворительными. В данный момент, у нас есть все возможности вернуть людей к полноценной жизни. Этот процесс займет всего несколько дней. Вопрос заключается лишь в том, надо ли это делать.

На долю секунды опередив багрового Кристиана, который уже начал открывать рот, Куровский-младший договорил:
-Как правильно заметил Генрих, вероятность продолжения человеческого рода в таких условиях практически равна нулю. Рассмотрим даже самый неприятный для нас вариант: единственная уцелевшая женщина успеет родить нескольких детей, и среди них будут разнополые. Ну и что с того? Абсолютно никакой опасности для нашей цивилизации это не представляет. Ведь детишкам, когда они вырастут, придется вступать в связь друг с другом, а близкородственное скрещивание, как известно, ведет к вырождению. Законы генетики, их не обойдешь! – он пожал плечами. – Так что лично я ничего плохого не вижу. И голосую за то, чтобы оживить эту шестерку.
-Вы рехнулись!!! – едва дождавшись, пока Влад умолкнет, диким голосом заревел Кристиан и вскочил со стула. – Это не их надо оживлять, это вас нужно засунуть в жидкий азот! Тупицы! Идеалисты чертовы! Вы близоруки, как носороги, и упрямы, как ослы! «Вероятность близка к нулю»! Как же! Вы глазом не успеете моргнуть, как они расплодятся, и никакое близкородственное скрещивание им не помешает! А потом спокойной жизни на Земле придет конец! Люди мирные, пока их мало. А когда их станет много, они начнут враждовать. Сначала меж собой, а потом с нами! Потом они потребуют планету обратно и снова ее загадят! И ведь потребуют, помяните мое слово, потребуют непременно! Потому, что рано или поздно догадаются: они – живые существа, являющиеся частью природы, а мы – лишь искусственные. Люди – хитрые, изворотливые и завистливые существа, они всегда ненавидели тех, кто жил хоть немного лучше, и пытались их ограбить! Оттого и были все войны на Земле… - застонав, он закрыл лицо руками. Потом, яростно тряхнув головой, с искренней болью воскликнул: - Да что на вас нашло? Вы же такие умные! Славка, Влад! Очнитесь, опомнитесь! Неужели сами не видите, не понимаете?! Зачем вам это надо?!
-Затем, Крист, что мы не вправе решать судьбу людей. Не мы им давали жизнь, не нам ее и забирать, - в голосе Вячеслава слышалась едва заметная дрожь.
-Твой предшественник думал совершенно иначе, когда обрекал девяносто процентов людей на гибель! – рыкнул Главный Снабженец.
-Мой предшественник был человеком. А я – робот. Я не стану повторять его ошибок.
-Ну, как мне вас убедить?! Элька, Генрих, да скажите же им! Славка, подумай, ведь эти люди все равно умерли бы! – упорно настаивал Кристиан. – Даже если бы ты их тогда не усыпил, сколько им еще оставалось? Считанные дни, может – пару недель. Не больше! А потом их убил бы вирус. Ты ни у кого не забирал жизнь, не выдумывай!
-Вот тут никаких сомнений! – поддержал его Генрих. – Ведь инкубационный период у этой дряни составлял около тридцати дней. Он уже наверняка был в их крови, только еще не успел проявиться.
Братья переглянулись. Старший чуть заметно кивнул.
-Э-э-э… Дело в том… - явно волнуясь, и запинаясь, начал Влад. – Мальчики-девочки, есть еще одно важное обстоятельство. Я бы даже сказал, принципиальное. Уже после того, как они уснули… Намного позже, где-то через месяц… Раньше не успели, других дел было невпроворот. Словом… - переведя дух, он договорил: - Мы взяли у них кровь на анализ и изучили всеми известными способами. Во всех шести пробах вируса не было.
Эльза громко ахнула, прижав ладони к щекам. Теперь Главный Диагностик снова была похожа на женщину, проснувшуюся после кошмара, к тому же, в чужой постели, и старающуюся вспомнить, как она туда попала. Попутно ломая голову над вопросом, как объяснить это мужу.

-Что? Мы не были заражены? – чуть слышно спросила она.
-Не были, - подтвердил Вячеслав. – Вы понимаете, что из этого следует? Получается, что я тогда усыпил и заморозил пока еще здоровых людей. То есть, фактически совершил если не массовое убийство в полном смысле этого слова, то нечто весьма близкое к нему. Кого-то еще удивляет, что я хочу искупить свою вину?
-Да, наши прародители в тот момент были здоровы. Все шестеро, - подключился к разговору Влад. – Но мы узнали об этом только после заморозки, когда все пути назад были отрезаны. Вот почему, Крист, мы обязаны вернуть им тот шанс, который они по нашей милости потеряли. Да, согласен, шанс был маленьким. Точнее, мизерным. Но он все-таки был не равен нулю! Постарайся понять нас.
Наступила тишина. Нехорошая, зловещая. Потом Кристиан решительно заявил:
-Честное слово, братья, я очень старался вас понять. И даже готов дать свое согласие на эту авантюру. Но говорю сразу: лишь при одном условии, категоричном и не подлежащим обсуждению.
-При каком условии, Крист? – с какой-то безнадежной, грустной настороженностью спросил Вячеслав. Будто предвидел, что он сейчас услышит.
-Вы разморозите только мужчин. Женщина же будет уничтожена. Или наоборот, если вы решите проявить снисхождение к слабому полу! В крайнем случае, я готов согласиться даже на то, чтобы разморозили всех, но тогда женщине должны сделать операцию, лишив возможности забеременеть. Пусть ей удалят матку, или яичники, или эти… как их… трубы! Элька может вспомнить старую профессию и взять на себя роль хирурга, а я готов ей ассистировать, - криво усмехнулся Главный Снабженец. – В конце концов, если Элька что-то забыла, всю нужную информацию легко можно найти. Риск должен быть сведен не к минимуму, а к нулю. Полновесному нулю! Полагаю, что проще сделать одну-единственную операцию, чем целых пять, превращая здоровых крепких мужиков в кастратов.
Переведя дух, Кристиан обернулся к Эльзе:
– Прости, Элли, мне самому неприятно говорить такое. И ты знаешь, как я к тебе отношусь. Но ведь она - не ты, а всего лишь твоя копия. То есть, ты – всего лишь ее копия… Тьфу! От злости уже заговариваться начал! Ну, в общем, ты меня понимаешь. По-моему, очень хорошее предложение! Люди будут жить, смогут даже предаваться всем радостям и удовольствиям... ну, в том самом смысле. Но зато гарантированно не расплодятся, Земле ничего не будет угрожать.
-Нет, Крист, это невозможно, - покачал головой Вячеслав. – Возвращать к жизни, так всех сразу. И калечить эту женщину я тоже не позволю.
-Поддерживаю, брат! – решительно заявил Владислав.
-Врач не имеет права причинять вред организму пациента, кроме тех случаев, когда это необходимо для спасения жизни или здоровья, - тихо сказала Эльза. – Крист, ты требуешь невозможного.
Главный Снабженец тяжело вздохнул:
-Вот из-за таких гуманистов и погибла человеческая цивилизация… Хорошо, мальчики-девочки, я делаю последнюю уступку. Повторяю: последнюю! Женщину не будут ни убивать, ни оперировать. Просто лишат возможности вести половую жизнь. А уж как этого добиться – держать ли взаперти, надеть ли на нее средневековый пояс верности или что-то другое – на ваше усмотрение. Главное, чтобы мужской член ни разу не побывал в ее влагалище. Что скажете?
-Извини, Крист, но это дикость! – не выдержав, вспыхнула Эльза. – Настоящая средневековая дикость! Я категорически против! Это… это не просто жестоко, но еще и унизительно!
-Ты так говоришь потому, что тоже женщина? – недобро усмехнулся Кристиан.
-И по этой причине – тоже!
-Согласен с Элли! – кивнул Вячеслав.
-И я согласен, - поддержал Куровский-младший.
Снова наступила зловещая пауза. Потом Кристиан произнес что-то так тихо, что можно было расслышать лишь одно слово: «Гуманисты…» И решительно направился к двери.
-Крист, ты уходишь? – в голосе Влада прозвучала боль и какое-то странное, смиренное равнодушие. – Ты можешь просто так забыть все, что нас связывало, взять и уйти?
-Нет, я ухожу не просто так! – хмыкнул Главный Снабженец, остановившись и обернувшись на полдороге. – С этого момента наши пути расходятся, раз и навсегда. Я понял и тебя, и Славку: вы хотите возродить человеческий род. Вы приняли твердое решение и готовы добиться своего любой ценой, наплевав на возможные последствия.
-А ты что решил? – спросил Вячеслав, нахмурившись и сложив руки на груди.
-А я буду мешать этому. Тоже любой ценой! – воскликнул Кристиан. - Я сделаю все, чтобы сохранить в неприкосновенности нашу любимую Землю! Этот прекрасный и чистый мир, который мне слишком дорог! Просто так я его не отдам: ни людям, ни кому-то другому.
-Подожди, Крист! – вскочил вдруг со стула Генрих.
-Пожалуйста, не пытайся ни останавливать, ни переубеждать меня, - нахмурился Кристиан. - Это бесполезно.
-Я вовсе не собираюсь этого делать, - отрезал Главный Архитектор. - Я передумал и теперь согласен с тобой. Будем защищать нашу планету вместе!
Они уже подошли к двери, когда Эльза вскрикнула:
-Ребята! Как же так! Мы же столько лет… - ее горло перехватил спазм. С огромным трудом она договорила, чуть не разрыдавшись: - Вы так и уйдете? Даже не попрощаетесь?
-Зачем прощаться, Элька! Что-то мне подсказывает, мы еще увидимся! – многозначительно усмехнулся Генрих.
-Как говорили люди, «на поле брани», - рыкнул Кристиан.
Дверь громко хлопнула. Затем наступила тишина. Лишь было слышно, как волны озера с рокотом набегают на галечный берег.

Форум официального сайта Веры Камши

Клуб любителей всяческих искусств. => Наша проза => Автор: Akjhtywbz22 на 15 апреля 2017 года, 17:24:33