Форум официального сайта Веры Камши

Продолжение того, что находится здесь [spoiler]http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=17684.165 (http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=17684.165)[/spoiler]







          Тиниар остался. Его дом был  рядом с Мгрыхой и Гортхауэром. Черный майа его  не замечал, зато орка    тут же  нашла для него  множество дел.
       Оставшиеся с  Повелителем  воинов люди и  ирха притирались друг   к другу и приспосабливались к новым  условиям.
         Тиниар как-то спросил Мгрыху, почему   не  все  пошли с Гортхауэром.
         - Пхут!  -  возмущенно фыркнула   девушка и   уже более спокойно добавила: -  Потому что у них свой путь. Так бы  сказал харт’ан Мелхор. А у нас  свой путь. Все просто. К тому же хагра Гортхар не  такой  как харт’ан.
           Нолдо не очень понял, что она  имела в  виду. Наверно, люди   слишком  тосковали по  атмосфере  Твердыни,  а  Гортхауэр не  Мелькор. Но он и  не должен  им быть. Разве кто-то сможет заменить Черного Валу? Никто. Да и  зачем?  Каждый хорош таков, каков он есть.
        Конечно, Повелитель воинов строг и  требует  порядка. К нему так легко   не подойдешь со своими жалобами и бедами, но сейчас  нет  времени  на жалобы.  Гортхауэр  жестко  устанавливал дисциплину и требовал соблюдения правил от  всех без исключения. Привыкший к порядку в Школе Аннисилмэриэль, Тиниар не видел в этом ничего странного, тем более теперь, когда они в незнакомом  месте, когда вокруг может таиться  опасность, а   среди них не так  много хорошо обученных воинов. Сестра  всегда считала, что в  вопросах безопасности  лучше перестараться, чем не достараться. Правда,  она  выражалась несколько иначе, нолдо просто не   решился бы  повторить такое. Вот Мгрыха, пожалуй бы,  могла. Сколько же в  ней  силы  духа!
         Вскоре  Тиниар  еще раз смог убедиться в   мудрости   юной  ирха. Черный майа  в то время куда-то уехал   с небольшим отрядом воинов. Его отлучки были   частыми, но за  себя  он всегда оставлял  опытных ирха и людей.
          Несколько  женщин готовили   обед для  мужчин. Мгрыха  привела  своих учениц им  в помощь.  Весело переговариваясь, девчушки стали  чистить овощи.   Одна из женщин  вдруг шикнула на них и  зарыдала. Её поддержали  и   остальные.
         - Как можно  веселиться, когда  больше нет Твердыни!
         - Как можно радоваться жизни, когда  Тано   больше  нет  с нами!
         - Мы не смогли  уберечь нашего Учителя! Он остался один на  вечные  муки!
         - Лучше бы и  мы остались там!
        Тиниар преисполнился сострадания и  печали. Горе  этих несчастных было неподдельно. Что сказать им? Как  успокоить  страждущие души? Почему Гортхауэр не сказал им  правду?  Ведь  так  велика  скорбь людей Твердыни по оставшемуся на погибель Учителю.  Он  уже было открыл рот, как раздался громкий чуть хрипловатый   голос  Мгрыхи:
        -  То-то радости харт’ану от ваших воплей! Вы бы лучше  молча в могилку полегли, чем другим жить  не давать, раз уж сами не  умете!
        Девушка стояла  посредине  кухни, уперев руки в боки и постукивая ножкой.  Рыдания перешли во всхлипывания, а  некоторые женщины,   утерев слезы, гневно  уставились на неё.
        -  Харт’ан Мелхор знал, что делал, когда оставался! Харт’ан  Мелхор  ради    жизни  нашего мира  шел на погибель! Неужели вы  в его мудрости  сомневаетесь?! Разве  слезы  ему   ваши нужны? Разве  смерть ему   ваша нужна? Харт’ан   завещал  своему     первому  ученику  и вам хранить этот мир!  А вы   решили   утопить его в слезах и  скорбях! – Мгрыха  обвела   присутствующих внимательным взглядом. Под её взором, стихали рыдания, краснели щеки и  опускались глаза.  Спорить никто не  решился. Тиниар  искренне  восхищался ею. В   ярко-зеленой юбке  и оранжевой  кофточке, расшитой невиданными доселе  синими  цветами, раскрасневшаяся, с блестящими от  вдохновения глазами, она  была   чудо как хороша. Кто бы  сейчас  не внял её    призыву?!
        - Каждая ваша слеза для   него удар   клинка в сердце! Каждая ваша распря  обжигает  его душу!  Неужели вы,  столь  любившее его, не  в силах выполнить его волю?! Неужели ваши братья погибли  напрасно, защищая  наши  жизни?! – продолжала  говорить орка.
       - Нет, только тяжко  жить, зная что больше нет Твердыни, - прошептала молодая женщина в  темно-красном  платке на  волосах.
       Остальные растерянно  перешептывались. Тиниар и сам не знал, как решился  высказаться. Наверно, пример Мгрыхи  его вдохновил.
       - Мелькор  умел радоваться жизни, превозмогая боль! Он   одарял всех светом души своей, невзирая на  тоску в сердце! Неужели мы не  сможем   ради  него побороть свою скорбь?! – вскричал Тиниар.
       - Они правы, Айанто  жил ради других! – высокая  пожилая женщина в  темно-зеленом платье встала со скамейки. Пожалуй, она была  единственной, исключая учениц Мгрыхи, кто не   рыдал и продолжал заниматься делом.  – У нас есть  мужья, дети, внуки. Мы многое  знаем и  умеем.  Но неужели все, чему  учил нас Айанто, оказалось  напрасным?! Что за слабость овладела  нами?
        - Гортхауэр не Мелькор! – вдруг  выкрикнула  одна  совсем юная особа.  – В нем нет его  доброты и понимания!
        - Разумеется, он не  Мелькор! – фыркнула Мгрыха. – Черный майа  - воин, а не  Учитель!
        -  Не говорите  глупостей! – опять поддержала   ирху женщина в темно-зеленом. -  Мы начинаем  все сначала.  Гортхауэр прав, требуя  дисциплины. У нас нет  времени  на причитания!
        - Помнится, ты   его когда-то не очень жаловала, Ириалонна! – бросила  одна из поварих.
        - Когда-то я была редкой   дурой!  И чуть  не погибла из-за того, что не желала никого слушать! Если бы не  наставница Мгрыхи,  от  меня  лишь пепел бы  остался, -  холодно  ответила Ириалонна.
        - Да хватит уже! Не на поминках! – вдруг  выскочила  в  центр  молоденькая девчушка. Тиниар узнал в ней Айрэ, одну  из помощниц и подруг  Мгрыхи.  – Уж лучше  спели бы  чего, да не  заунывное!
        - Вот и начинай! – крикнула  одна из поварих. Остальные неожиданно подержали.
        - И  эльф пусть тоже  поет! -  хихикнул  кто-то.  Тиниар смутился и попытался  сбежать, но Мгрыха  бросила  на  него столь красноречивый  взгляд, что он понял: следует остаться и петь.

Мгрыха - просто прелесть! :) А Тиниар очень нужен Гортхауэру, неплохо бы ему это понять! Да, времена изменились и майя прав - жить за спиной учителя не получится. Кругом враги и в такой ситуации нужна дисциплина! Вот Лиссэ не хватает - она бы быстро навела порядок среди плакальщиц. Но и Мгрыха справилась неплохо! Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!

Мгрыха права: как бы ни было трудно и больно, но жизнь все-таки продолжается. И тем, для кого Мелькор стал Учителем и кто идет его путем, надо найти в себе силы для того, чтобы жить, любить, петь и смеяться - вопреки всем утратам и ранам... "Разве слезы ему ваши нужны? Разве смерть ему ваша нужна?.. Каждая ваша слеза для него - удар клинка в сердце!.." - нельзя не согласиться с этими горячими словами... И то, что Тиниар думает и чувствует так же, их с Мгрыхой, думаю, сблизит еще сильнее :). Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Мгыха и в нарядах верная последовательница Лиссе. ;)

Спасибо, эреа Convollar , эреа Красный Волк , эреа NNNika ! :) :D :)

Мгрыха -  во всем  верная последовательница своей наставницы. ;D :) А Лиссэ и впрямь не хватает, и  прежде всего - Гортхауэру.  А с плакальщицами  Мгрыха  и Тиниар  справятся, тем более, что и  есть и другие  достаточно адекватные люди.  Гортхауэру  же придётся многое делать и  ждать Рыжую.  Он дождется.

      - Почему Гортхауэр  не рассказал, что Мелькор остался на Арде?    – поинтересовался поздно вечером  у Мгрыхи  нолдо. - Надо было    сообщить!
        - Чтобы  они все дружно рванули  его искать? – скривилась девушка.  – Он сам хочет его найти, вот и  пропадает незнаемо где. Тоже  мне  Повелитель! Харт’ан не ребенок, хотел бы,  сам бы  явился.
        - Гортхауэр  волнуется, -  заступился за  Черного майа  Тиниар. – Жаль, что он отказался  меня  с собой  взять.
        - Хар-ману Лиисха была  права, дурость  -  штука заразная, - задумчиво  проговорила  ирха. –  Гортхар его, по крайней мере,  почуять сможет, а ты?
        Тиниар склонил голову:  она была  права.
        Жизнь потихоньку налаживалась.  Дни проходили в трудах.  Нолдо изо всех сил старался быть полезным.  Он помогал Мгрыхе  со Школой, беседовал с  впавшими в  уныние, рассказывал детям  сказки.  Возможно, не все  у него  получалось, но    молодая  иртха была им довольна.  Его восхищение этой  удивительной  девушкой росло с каждым мгновением. Она  была  умна, добра, её  улыбка зажигала в сердцах надежду, а  её  гневный  окрик прогонял  печали.  Мгрыха была  воистину достойна своей  наставницы. Тиниар  рядом с ней  еще  острее  сознавал  свое  несовершенство и  старался  преодолеть его. Ему очень хотелось услышать от неё слова  одобрения, а еще больше  ему хотелось  порадовать её  хоть чем-то.  Уходя в лес, он собирал  цветы, ягоды  и листья, составив из них  немудренные букетики, осторожно прокрадывался в  комнату  девушки и ставил в  вазочку на столе. Вазочку он тоже  сделал  сам и, таясь, поставил на  столик  у  её кровати. Кажется, Мгрыха  думала, что это все подарки  учеников.  Тиниар почему-то очень  боялся, что она  раскроет  его тайну. Ему казалось,  что  девушка  либо высмеет  его, либо, того ужаснее, бросит  в лицо ему  его  скромные  дары. 
        Повелитель воинов  последнее время был  очень внимательным, старался  вникать в  нужды  других и  учить  всех желающих. Но  иногда глаза  его загорались гневом,  и тогда он куда-то исчезал. Тиниар догадывался: ищет  Изначального. Но поиски Черного Валы  каждый раз оказывались  безрезультатными. Наверно, Мгрыха была  права, Мелькор  не хочет  быть  найденным.

Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин! :) Из Мгрыхи и Тиниара пара, вне всяких сомнений, получится замечательная. А Гортхауэру - да, сейчас, пожалуй, как никогда, нужна Лиссэ. Ее огонь, ее тепло, ее поддержка...
А это - подарки для Мгрыхи: :)
[spoiler](http://artnow.ru/img/521000/521329.jpg)[/spoiler]

Прекрасное продолжение, эрэа Эйлин! :) и эти букетики для Мгрыхи, вазочка - наш нолдо действительно влюбился в иртхи! Но, кмк, Гортхауэр всё-таки должен понять, что Мелькор просто не хочет появляться. и, наверно, поймёт. Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин. :)

Спасибо, эреа Convollar , эреа Красный Волк ! :) :D :)
Тиниар и Мгрыха скоро  станут  мужем и женой.  Объяснение произойдет не  без помощи Гортхауэра.  Она будет, правда, весьма  своеобразной, но  иначе Тиниар бы так и не  решился объяснится. Спасибо, эреа Красный Волк!  :)  Замечательные  подарки для Мгрыхи! :)
Гортхауэр  еще  и тревожиться о своем Сотворившем, а  вдруг  с тем    случиться  нечто плохое. Он хочет  оберегать его, вернуть его в родную  среду. Но все  разъясниться скоро.

[spoiler](http://s010.radikal.ru/i314/1410/0f/3818a660f4f5.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]
[spoiler](http://s015.radikal.ru/i332/1410/3a/9623cbd459e7.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]

Спасибо, эреа Tany !  :DПрелесть какая! :)

Мгрыха хороша, как никогда. Да, у нее замечательная наставница, но и собственный характер виден. И Тиниар молодец. И рада я за них. А Волчище выдержит, у него кот есть :) А если есть кот, то многое выдержать легче ;D
Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин, ждем свадьбы... ;)

Спасибо, эреа Tory!  :) Коты -  самое главное. Кот  никогда  никому  не даст  впасть  в уныние, тем более такой  Оррик.
Он  скоро появиться. ;)

         
       В один  из ненастных  осенних  дней, они  втроем    сидели   у     камина.  Мгрыха   что-то шила и  напевала  вполголоса легкомысленную  песенку про трех   коров, обманувших  трех  драконов.  Гортхауэр хмуро смотрел на лениво лижущее дрова пламя.
          Дождь  монотонно   стучал  по  крыше, рождая  в душе  звериную  тоску. Хотелось  завыть на луну. Тиниар   искоса поглядывал  на  уставившегося в огонь майа – не  обернется ли  волком. Но  Повелитель воинов     пока  сохранял свой  привычный облик. Бесшумно ступая, в комнату  проник Оррик и залез на  плечи  к Гортхауэру. Майа оторвался от созерцания огня и  погладил  кота.   Довольно  заурчав, зверь потерся о его щеку.  Чует родную душу. Тиниар вздохнул, ему было  обидно, что  кот     его возлюбленной сестры так равнодушен  к нему. Как ни  пытался нолдо приманить его к себе, подсовывая  самые лакомые  кусочки, Оррик держался отстраненно. Впрочем, он  со всеми, кроме  Гортхауэра и  волков   был необычайно  сдержан, что не  мешало  этим всем – и людям, и  ирха – обожать кота.    Повелитель воинов опять уставился в огонь, а  Тиниар  решил лучше  смотреть на  Мгрыху.   Она была  сейчас так  прелестна!
           Кот урчал, женщина тихо пела, потрескивали дрова, а  дождь все так же барабанил по крыше. Мерные звуки чуть было не  убаюкали  Тиниара.  Вдруг  Оррик настороженно  приподнял голову, словно  прислушиваясь к чему-то.  Пламя в камине  ярко вспыхнуло и  с треском   опало. Черный майа вскочил   и  застыл, глядя на  дверь.
           Мгрыха и Тиниар  тоже  встали. Тяжелая  резная дверь  распахнулась легко, будто от дуновения  ветра.  Высокий, стройный  мужчина   вошел в залу и сбросил   капюшон. Прекрасное  лицо его было  бледно, а   глаза сияли  ярче всех  звезд на небе.
           Майа сделал  шаг  к нему и  упал  на колени.
           - Нет, Ортхеннер, не надо! – запротестовал Черный Вала, поднимая его.
           - Тано, - сдавлено прошептал    Гортхауэр,  вглядываясь в лицо Учителя.
           - Ортхеннер …   - голос Мелькора был  подобен шороху  падающих листьев.
           Больше они не сказали  ни слова, а лишь стояли  и смотрели  друг на друга. Иногда  слова не нужны. Тиниар  понимал, что надо бы  оставить их одних, но его ноги  будто примерзли к    мрамору  пола. Мгрыха тоже  молчала и не уходила. Она так и замерла  с рукоделием  в руках.  Воцарилась тишина.  Трудно сказать сколько длилась она -  миг или  вечность… Нарушил  её кот, соскочивший с  кресла и решивший поточить  когти  о  пол  у камина. От  дикого  скрежета  орка выругалась, Тиниар подскочил, а Гортхауэр обрел дар речи.
          - Тано! Ты все-таки пришел…   Я  искал тебя, но  найти не мог… Этот  дом дождался  хозяина!
          - Хозяин у него уже  есть, - мягко  возразил Изначальный. – Прости меня, но  я пришел, чтобы  сказать тебе – не  ищи меня больше. Прошу! Я дал  обещание никого не учить и  ни во что не вмешиваться!
          - Нет, Тано, не уходи! Останься! Обещание  было  вырвано обманом! Манвэ боится тебя!  Я соберу  силы. Мы  все  учтем.  Мы не будем  торопиться. Теперь я знаю, что нужно делать! – сбивчиво  заговорил   ученик.
           -  Нет! Не нужно  бессмысленных  потерь…
           - Они не будут  напрасны, Тано! Ты  должен править  этим  миром, а не эти  мерзавцы и бездельники!
           -  Пойми, Ортхеннер, мне не нужна  была  власть. Никогда. Я мог бы   получить её… Легко. Я же был  для  неё  создан. Но я выбрал другой  свой  путь. Я мог быть королем Арты, но это был  бы   совсем иной   мир -   застывший в своем нелепом совершенстве. Мертвый мир, в котором не было бы   ни  тебя, ни их, - он показал    рукой  на стоявших в   стороне  Мгрыху и  Тиниара. – Я сделал  свой  выбор… Теперь пришла  пора за него  платить…. Но платить  я буду  сам. Мне не нужны  чужие жизни. Я и так…  -   голос  Мелькора   на миг дрогнул, но он  справился  с собой.   - Я   столько  раз ошибался. Я стольких погубил! Но   править я не хотел. Я хотел лишь, чтобы Арта  была. И она есть, моя Арта! Пойми же  это!
          Гортхауэр потемневшими от боли  глазами смотрел на Учителя. Лицо его   осунулось и побледнело еще   больше. Сердце  Тиниара  разрывалось от сочувствия к ним обоим.
          - Теперь ты Хранитель!  Ты   сильнее меня! Ты будешь мудрее – уже спокойно проговорил Вала. – Только  помни, месть – дорога  в никуда. Не ходи   по ней. Умоляю!
          -  И Лиссэ я не удержал,-  глядя  в пол,  вдруг сказал майа. – Она   пошла за тобой, а не я…
          - Это  моя вина, - Мелькор грустно  посмотрел на него.  - Я не понял, а она  меня провела, как мальчишку.  Но она не  умерла,  она    вернулась  к себе. Она  всегда  могла   вернуться, но не хотела   уходить.  
           -  Куда же ты  теперь, Тано?
           - Мир велик, - Изначальный устало вздохнул: -  Только я  опасен для него. Мне нужно  как-то уйти. Я постараюсь…  Вдруг и  Лиссэ  встречу.
           - Я   пойду с тобой искать её!
           - Прости, я не могу  взять тебя. Ты нужен Арте!   Лиссэ  вернется, она же любит тебя… А меня ждет дорога, - Вала  набросил на  седые волосы   капюшон и повернулся к двери.
           -  Тано!
           -  Уже нет! – Мелькор  обернулся.  Тронувшая  его  бледные губы  улыбка  была  печальной, но в голосе  прозвучала  гордость: - Ты уже  вырос! Мне нечему  учить тебя! Когда бушевали бури, ты   сумел не  пустить их за синие горы.  Ты теперь  Хранитель!
           - Но как же… - растерянность  в лице  Гортхауэра  мешалась с тоской. –  Ты оставляешь меня…
           - Нет,  ведь ты навечно в моем  сердце! Мы  еще   увидимся, ирни, обязательно… - прошептал Изначальный  и шагнул  в ночь.

Святая правда! ;) Особенно в тех самых э-э-э... выражениях. :D

Ну, что же, Гортхауэр и был Хранителем и работа ему досталась нелёгкая!  ;-v
А Лиссэ, надеюсь, вернётся, должна же быть и у Хранителя хоть капелька счастья! :(
Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!

Спасибо, эреа  Convollar !  :)Работа Черному майа  досталась тяжелая, но он с ней  справится. А с рыжей  в следующей главе  встретимся. До неё еще два  куска будет. Но вернется рыжая не  сразу, далеко не сразу. Все-таки  какие  между ними расстояния, да и  купол этот  еще. ;-v

            Майа не бросился за ним. Он долго смотрел  помертвевшими глазами на закрывшуюся за Мелькором дверь, а потом  вдруг с силой  ударил кулаком  в стену.
            -  Ушел все-таки! – то ли  рык, то ли рыдание  вырвалось из его груди.
            - А ты решил всю жизнь прожить, ухватившись за край  его плаща? – ехидно осведомилась  ирха.
            -  Не смей! – Гортхауэр  резко повернулся к ней. Руки его сжались  в  кулаки, губы  побелели. Тиниару  показалось, что он  ударит девушку. Нолдо встал  между ними.
            - Не трогай её!
            - Паршивый нолдо  будет  указывать, что мне делать?!
            - Буду! Хочешь бить – бей меня, а  девушку не тронь! -  голос  Тиниара  звучал  уверенно, он готов  был  умереть, лишь бы только  ни один  волос не  упал  с головы  Мгрыхи.
            Повелитель воинов вдруг рассмеялся.
            - Кто бы  мог  подумать? Эльф заступился за  орку! Видели бы  тебя  твои родичи!
            - Мои  родичи мне  безразличны! А  долг каждого мужчины  вступиться за женщину!
            - Так это ж орка! – издевался  майа.
            - Ну и что? – не понял  его  нолдо. – Какая разница – эльф, человек, орка?
          - Ты б еще на ней женился, - продолжал насмехаться Гортхауэр.
            - А я бы  и женился, - неожиданно даже  для самого  себя заявил Тиниар. – Только согласится ли Мгрыха?
            Повелитель воинов смеяться перестал, а  Мгрыха очень ровным голосом проговорила:
            - А ты спроси.
            - И спрошу!
            - А не боишься, что  соглашусь? – она  кокетливо  повела  плечиком и  покраснела.
            А Тиниар вдруг  понял, что он  готов  всю  свою  бессмертную жизнь отдать за  её  согласие. Что дороже  этой девушки с  раскосыми  черными глазами нет для него на свете никого. Нет и  никогда не будет. Ведь эльфы  любят  лишь один раз!
            -  Мгрыха, -  голос  его сорвался. Имя любимой произносить было и сладко, и больно. -  Мгрыха, я прошу  тебя  стать  моей женой.
            Он опустился  перед  ней на одно  колено.  Девушка молчала и, не поднимая глаз, теребила концы расшитого  пояса. Гортхауэр  с интересом  смотрел на них.
            - Я люблю тебя, – прошептал Тиниар. – Ответь, могу ли я надеяться?
            - Да! – слово любимой прозвучало самой  сладостной  музыкой на свете. Он  и  не знал, что  можно быть  таким счастливым.
            Благоговейно поцеловав  конец  её  пояса, он  восторженно вскричал:
            - Теперь и  умереть не страшно!
            -  Лучше живи! – рассмеялась она, и  смех её прозвучал  серебряным  колокольчиком.
            - Гортхауэр,  ты скрепишь наш союз? – обратилась к майа Мгрыха.
            - Конечно! – кивнул  тот.
            Тиниар  встал  с  пола и, вспомнив рассказы  Лиссэ  о  свадьбах в Аст  Ахэ, взял  руку  Мгрыхи в свою.
            — Перед Артой и звездами Эа, — проговорил Гортхауэр, — вы — супруги, идущие одним путем…
            Они  поцеловались. Губы  любимой пахли цветами и  были  слаще меда. От поцелуя  закружилась голова, смущенный Тиниар с трудом оторвался от супруги.  Майа  насмешливо  смотрел на них, но  усмешка его была  доброй и  слегка грустной. Наверно, вспомнил Аннисильмэриэль.
            - Ой, а я же платье хотела  белое, цветы  в волосах, праздник! – вдруг  с притворной  грустью  воскликнула Мгрыха. – Ой!
            Тиниар догадавшись о её намерении    немного отвлечь Повелителя воинов от грустных дум, подыграл ей.
            - Прости, любимая, я  поторопился, - он покаянно  опустил голову.
            - Будет тебе  праздник, платье и    цветы, - проворчал майа.
            - Как в Аст Ахэ? – зачем-то спросил  нолдо, слегка  поглупевший от счастья.  Спросил и тут же  осекся.
            - Аст Ахэ нет, и  не будет… Никогда, - медленно проговорил Гортхауэр.
            - Мы есть. А значит, все будет… – так же медленно  произнесла  Мгрыха. -  Другое  будет.
            –  Я все-таки  не Тано, - усмехнулся майа. – Учитель из  меня вряд ли  такой  получится.
            - А такого и не надо, -  сказал Тиниар. – Ты  -  другой, вот и будь  самим  собой.
            - Не будешь  Учителем, значит, станешь  Предводителем! -    твердо сказала  орка.
            -  Неужели доверитесь? – тон  Гортхауэра был  насмешлив, а  глаза  смотрели серьезно, цепко подмечая каждую  деталь.
            - Почему бы  и нет, - пожал плечами нолдо.  - Ты – ответственный, своих не предашь.
            - Мы уже доверились! – фыркнула девушка, взяв  своего  молодого супруга  за  руку.
            - Ну, что же!  Займёмся делом! Отдавай приказания, новобрачная!  Зови людей, готовь  угощенье!  Украшайте  замок! Я в стороне  тоже не останусь! -  на этот раз улыбка была  веселой.  -  Такую  уникальную парочку можно  и  раза  три соединить. Пусть люди  повеселятся! 
            - Ой, спасибо! -  ирха  захлопала  в ладоши  как девчонка.
            - Рад стараться! –  майа отвесил шутливый  поклон и    вышел.
            Они  остались одни.  Тиниар посмотрел на  свою жену. Как  странно и как  сладостно  называть её так -  жена, венчанная  перед  небесами на  всю жизнь. Да что там жизнь – они всегда будут  вместе. Он выбрал  свою дорогу, он  нашел  свой дом, и  свое черноглазое счастье. Мгрыха  улыбалась. Как же  прекрасна любимая! Нет никого на свете  краше  той, что навек  заняла  его сердце!

Да, без Гортхауэра Тиниар ещё долго бы боялся - а вдруг откажет?  ;) А если серьёзно - Гортхауэр лучше разбирается в людях и в общей ситуации. Мелькор бы столько не продержался. Постепенно люди бы расправились с эльфами (вспомним Нуменор), а в  уходе эльфов  именно Гортхауэр сыграл не последнюю роль. Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!

Ну вот и до свадьбы дело дошло! :D

"...Я хотел лишь, чтобы Арта была. И она есть, моя Арта! Пойми же это!.." И - вот это, дальше: "...Только помни, месть - дорога в никуда..." Не сомневаешься: Гортхауэр поймет - и запомнит. Потому что прав Мелькор: "Ты уже вырос! Мне нечему учить тебя!.." И сколько же тепла, горечи и надежды в слове "ирни", сорвавшемся с губ Мелькора...
  А за Тиниара и Мгрыху очень радостно :). Да, если бы Гортхауэр не поставил вопрос ребром, неизвестно, сколько бы еще они боялись объясниться ;). Совет им да любовь - а Вам, эрэа Эйлин, огромное спасибо за продолжение! :D

Спасибо, эреа Convollar,  эреа Tany,  эреа Красный Волк!  :) :) :)
Без Гортхауэра эти  двое    долго бы ходили  вокруг да около, а он вольно или  невольно  подтолкнул их. В людях и  прочих  разумных созданиях он разбирается  преотлично. Мелькор бы    столько всяких дел не сумел бы  провернуть, так что  Гортхауэр -  Хранитель  самый наилучший для  мира на тот момент. Кажется, его Сотворивший это тоже  прекрасно  понимает, потому  и  уходит, а не из-за  всяких там  обещаний и опасений. Да и сам Черный майа  все это осознает, только  тревожно ему за Сотворителя. Но не  пропадут ни тот, ни другой. :)

          В стылом небе не было ни  одной  звезды, лишь  ярко сияла луна. В  её мертвенном  свете  все казалось призрачным  и нереальным.    Дождь  уже  кончился. Холодный ветер гнал пожухшие листья по  промерзлой земле. 
          А за дверью тепло очага и двое, нашедшие друг друга в этом измученном распрями  мире. А он  один… Он тоже нашел, но упустил…
          -  Мрауу! -  кошачий  вопль заставил  вздрогнуть. Он никогда не привыкнет к  внезапным появлениям этого наглого зверя.
          - Чего тебе? – голос Гортхауэра  был совсем не  любезным, но запугать Оррика еще никому не удавалось.
          -  Мрауу! Ноучь пройдеяуу!  - философски поведал  кот и  рванул в  кусты. Мышь или  просто лист. Коты  во всем  способны  разглядеть игрушку.
          Оррик… Память  о рыжей,  даже больше - её  частичка.
          Гортхауэр четко  помнил тот ужасный  момент, когда  его сердце почти остановилось, пронзенное  болью потери.  Он помнил и  мягкие  лапы с острыми  когтями, утаптывающиеся на его груди.
            -  Лисяууу уйдяуу к  сябяуу! А ты  дождау!  Ждаууу! Ждауу! – выл  ему в ухо  кот.
Оррик не  выглядел  расстроенным, он был  спокоен и деловит. Его поведение  помогло превозмочь  боль и прийти  в  себя.
            В кустах отчаянно  зашуршало, ветки  заколыхались, роняя  последние листья. Что этот котяра  там делает? Но Оррик так и  не появился.
            Да и  времени  долго горевать не было. Много дел  требовали  его заботы  и внимания: люди, ирха… Но всем  нужен был не он, а Мелькор… Пожалуй, немногие приняли  именно его.
            А потом  природа  взбесилась. Там, где  стояла  Твердыня, где  высились горы, росли леса и  жили люди и эльдар, бесновался  ветер, вздымались  волны, рушились скалы,  и текла  лава.    Обезумевшие стихии  рвались  дальше, стремясь поглотить все  вокруг.
              И тогда    майа пришлось стать щитом для этой земли. Развернулись  крылья  силы, загорелся темным  пламенем  меч, не давая разрушению проникнуть за Синие горы.
              Как никогда  ранее почувствовал он в этот миг Арту. Каждый листок, каждая  капелька, каждый камешек были  им, и он был  ими. Как же Тано жил, столь ясно ощущая все это? Как он мог, постоянно  сливаясь с  миром, оставаться  собой? Теперь Гортхауэр  понял всю тяжесть, лежавшую на плечах Сотворившего! Понял он и  великую радость единения с миром, радость столь яркую, что тянуло раствориться  в ней до донышка.  Чувства захлестывали  Чёрного  майа! Еще  миг -  и он бы  пропал. Но он  же  Хранитель! Как он сможет защищать Арту, если  исчезнет?  И как тогда  он  встретиться с Лиссэ? Эти мысли    отрезвили и связь с миром, стала  глуше. Он выдержал  испытание,  сумел он и  сберечь  земли.  Тогда Гортхауэр четко осознал себя  Хранителем!  Но ещё  четче он осознал  свое  одиночество. Лиссэ ушла, Тано был где-то очень далеко, майа почти не чувствовал  его. Знал лишь, что  Учитель жив, что Рыжая  спасла  его от  горькой  участи.
            Увидеть одного  Тиниара  было  невыносимо  больно.  Гортхауэр так  надеялся, что Тано  придет с ним. Но Мелькор  скрылся надежно от всех. Сколько он  искал  его и не находил, сколько  звал и не слышал ответа.
          Сегодня  Учитель  пришел,  чтобы  попрощаться. Гортхауэр понимал, что Сотворивший  прав: без него  у  Черного майа  развязаны  руки,  один он сможет  сделать  больше. Ему стало легче и  тяжелее: оглядываться не на  кого, но и  ответственность  разделить не с кем. 
            Что ж, он справится! Гортхауэр уже  знал, что нужно сделать, чтобы  покончить с бесконечными распрями  между народами  Арты. Хорошо бы еще  придумать то, что не позволит  валар и Эру  вмешиваться в  судьбу  мира.  Это  непросто, но  у него много времени. Он придумает.
            Только вот  Тано…  Он привык называть Сотворившего так, и  как трудно было думать о нем иначе…  Как же тревожно за него!  Не попадет ли Мелькор  один  в  еще  худшую беду? Сможет ли  уйти  в неведомые  миры?
            Майа  вздохнул, он  знал, что Сотворивший  надежно закрылся от него. Лишь где-то  далеко  чувствовал  Гортхауэр  биение  родного сердца…
              - Мрауу! -  завопив, кот свечкой    вылетел  из кустов. Перекувырнулся  пару  раз в  воздухе, ловко  приземлился и погнал по дороге  сухой  лист.    Выругавшись сквозь зубы, Гортхауэр демонстративно отвернулся от Оррика и  уставился на небо.  Луна поблекла, зато появились звезды – холодные и недостижимые. Вдруг одна    из них  ярко вспыхнула и покатилась  вниз, но не  упала, а игриво подскочила и понеслась по небу, словно шаловливая кошечка. Гортхауэр  улыбнулся и, обернувшись волком, побежал вслед за ней. Он знал, что не догонит, но бег  успокаивал,  притихший  ветерок ласково обвевал, а звёздочка  все летела и летела, мерцая  рыжим  светом.  Сейчас  майа  был  уверен, что  обязательно увидит  свою рыжую, даже  если  ему придется  свернуть в  кольцо пространство и время.

Какая прелесть! Как хорошо написано и как понятны чувства Гортхауэра! Но сколько ему ещё предстоит сделать, сколько тысяч лет хранить этот мир. Одному нести эту тяжесть и не ждать благодарности. Вот Сауроном назовут, но не Хранителем! Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!

запугать Оррика еще никому не удавалось. ;D

Как славно написано! :D :D :D

Спасибо, эреа Convollar,  эреа Tany,  эреаNNNika !  :) :) :) А благодарности, к сожалению, редко дождёшься. Вот и Гортхауэр  не дождется,  сочтут  всеобщим  Врагом. :( Да он и не ждет, хотя  все  равно горько.
Следующую главу    начну  выкладывать в ближайшее  время.
Сегодня-завтра.

... И горько, и светло - и прекрасно. И Оррик, как всегда, прелесть :). И эти строки про рыжую звездочку снова дарят твердую веру: Гортхауэр справится с тем, что легло на его плечи. И обязательно встретится со своей Единственной... Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Гортхауэр держится, и это радует. И находит в себе силы помогать другим.
И надеется, что тоже прекрасно.
Спасибо, эрэа Эйлин.

Спасибо, эреа Красный Волк , эреа Tory ! :)  Гортхауэр обязательно встретится со своей  Единственной, но сначала  мы  с ней    опять встретимся. ;)

          Потолок  медленно вращался – утомительное зрелище. Безукоризненный потолок с  изящной лепниной не должен  кружиться. Впрочем, любой потолок  должен  быть неподвижным. Может  быть,  она на  корабле, но тогда потолок  должен качаться, а не  кружиться. Какая мерзость  этот  нелепый  потолок! А  ведь он  ей знаком. Лиссэ опять закрыла  глаза,  всего на минуточку. Когда она раскрыла их снова,  потолок, видимо и  сам  уставший от кружения,  застыл. Надолго ли?  Мистрис перевела  взгляд на стены – возможно, хоть  они  устойчивы?  Стены её ожидания оправдали: они не кружились, не качались -  и это было прекрасно. Обтянутые зеленым  шелком с    изящным  серебристым геометрическим  узором,  стены  тоже были  знакомы. Знакома  была и  изысканная статуэтка  кошки из обсидиана, и  вазочка с лиловыми хризантемами, и  кипельно-белая скатерть с  серебряными  кружевами.
        -  Как же вы  разочаровали меня, госпожа Лисицына! – лениво  произнес  знакомый  бархатистый голос. – Позволить себя  убить! Дейе Лиссуаль, вы теряете  квалификацию. Печально!
        Лиссэ с опаской повернула голову и  встретилась с    чуть насмешливым взглядом  больших темно-зеленых глаз.  Необычайно зеленые глаза, разлет  темных бровей,  изогнутые ресницы -  такие  длинные  и  пушистые, что любая  барышня  отдаст за подобные несколько лет жизни. Бледное лицо, точеные  черты,  твердые, четко очерченные  губы.  Черные  локоны, как всегда,  безукоризненно уложены и    блестящей  волной  падают на плечи.  Мэтр Клемент! Как же она  соскучилась!
          Длинные  изящные  пальцы, усыпанные  перстнями,  протянули  ей бокал с чем-то пряным.  Другая рука – тонкая, но удивительно сильная  приподняла  бережно её за плечи. В этом  весь  магистр – насмешливый  и заботливый,  изысканный  и опасный, как  старинная  шпага, которая  хоть и  изукрашена  каменьями и резьбой, но клинок её  остер и  неумолим.
        - Вы  так обеспокоили меня, моя радость! – продолжал  укорять  её  магистр.
        - Неужели?!    -  дейе  чуть приподняла  бровь. – Несгибаемый и неумолимый мэтр был обеспокоен?
        - И мне  человеческое не чуждо, моя рыженькая Лис! – улыбнулся он. – Но все обошлось. Все  получилось безукоризненно. К тому же,  сославшись на проблемы  с  преподавательским составом, я  смог покинуть наискушнейшее заседание межмирового магсовета.
          - Как всегда  все    пошло вам лишь на благо! – рассмеялась  мистрис и попыталась подняться.
        - Нет уж,  полежите немного! – мэтр  мягко надавил  ей на плечи, вынуждая опуститься на  подушки.
          - Но со  мной  все  хорошо? – с легкой тревогой  спросила  она. Лиссэ  чувствовала себя  превосходно и не могла понять, почему  Клемент так  о ней заботиться.
            - Конечно, хорошо! – кивнул он. – Но спешить не стоит. Успеете еще  набегаться. Вас ждет много  интересного, Лис. Новый набор в  младшую  группу. Свадьба Сиренэ…
            - Так она    уломала  нашего почтенного гнома или?! – воскликнула  мистрис оживлено.
          - Или! Он её  уломал! Теперь    твоя верная подруга ждет  тебя! Видите ли, ей    нужна всего  лишь одна  подружка  невесты, но непременно ты! – усмехнулся  Клемент, усаживаясь рядом на край дивана.
        - А  наидостойнейший господин Сийфиэльн? Как он  перенес  известие о том, что дочь станет  женой  гнома? – глаза Лиссэ заблестели  в предвкушение  интересного  рассказа.
          - О! – поднял  глаза  к потолку магистр. – Он был  вне себя. Чуть не устроил  дома  потоп, но, к счастью, сородичи его остановили. Обещал  проклясть дочь, но я ответил, что это невозможно и  опасно: преподавателей нашей Школы    проклинать  нельзя - проклятия возвращаются к неосторожным  и  самонадеянным. Но он долго бесновался…  Родители почтенного гнома  тоже не были  счастливы  предстоящей женитьбой  сына  на  сильфиде.  Отец даже сломал  кирку. Но сейчас все  смирились  и ждут  свадьбы  с  нетерпением. Ведь  и  те,  и другие сходятся на том, что дети должны  появляться лишь  в законном  браке.  Невеста  уже  на  четвертом  месяце, а свадьбы  все нет и нет. Так что ты вовремя.
          -  О,  Вседержитель! -  рассмеялась  мистрис. – Весело  у вас тут!
          - Это еще  цветочки,  о ягодках  расскажу потом, но  для тебя  там нет  ничего  плохого.
          - Но я не смогу  остаться на  свадьбу, -  обеспокоено  произнесла Лиссэ. – Мне надо…
          - Неужели, ты  все еще  не отдохнула? - удивился  Клемент.  -  Два года отпуска, мне кажется, должно было хватить, или ты  слишком  обленилась?
          -  Я там оставила в такой момент… - дейе сжала виски руками. – Что они там  с ним сделают?! Ведь замучают…
          - Прошу по порядку, - строго произнес мэтр. – Что с тобой  произошло? В мир ты попала престранный, но я давно мог бы тебя вытащить, если бы не чувствовал – ты не хочешь уходить!
          - Ох, Клем, это здесь прошло  два года, а там… Там  почти  столетие. А теперь я  ушла, бросила Мелькора в самом опасном месте! А он такой… Клем, он такой неприкаянный!  Они там все  неплохие, но не понимают… Понимаешь? -  женщина бросила отчаянный взгляд  на своего друга.
          Лиссэ  вспомнила все, что было  в том  мире. Что же он теперь сделает, её Изначальный, когда она  умерла  у него на руках? Поймет ли, что  для  неё  смерти нет? Поймет ли, что  она  вернулась  к себе? Она  часто намекала на это, но никогда не говорила прямо.  И что будет с бедным братишкой без неё? Как же не вовремя! Проклятый Курумо! А  её  сероглазый Волк?  Ведь она  обещала  вернуться!

Эрэа Эйлин, большое спасибо  за продолжение!
Какой роскошный метр Клемент.  :D :D :D
Очень напомнил кого-то. Даже заподозрила, что этот кто-то прячет под темно-зелеными линзами пронзительно синие глаза. ;)
Ну свадьба дело святое. Надо быстренько выдать замуж подругу, а потом и Изначальных спасать можно.

Странные стены - обычно, если вращается потолок, то и стены ведут себя неприлично ;D[spoiler]на собственном опыте проверено ;)[/spoiler]
Но на свадьбу в любом случае остаться надо :)

Мэтр действительно хорош! :) Но - это что-то! Эреа Эйлин, вы, как всегда, на высоте! Спасибо за продолжение и ждём, ждём.....

Ура, продолжение!
И что-то мне подсказывает, что Лиссэ и здесь не будет покоя. А великолепнейший мэтр Клемент либо не захочет ее отпускать, либо потащится следом...

Спасибо, эреа Convollar, эреа NNNika, эреа Tany, эреа Tory!  :) :D :)
Мэтр Клемент, эреа NNNika, персонаж довольно-таки  давно придуманный и даже не для этой  истории, но похож  несколько на  некоего синеглазого. ;)
Если бы  рыжая немного подождала, эреа Tany, то поняла бы что и потолок  уже  принял  устойчивое положение. Все-таки  мэтр Клемент и  в  целительстве  разбирался не плохо. :)
Мэтр Клемент  он  везде  успевает  принять участие, эреа Convollar! Хотя  всякие заседания  терпеть не может. Но там  есть одна  дама, которая очень  любит порядок, заседания и обсуждения. Надеюсь, я  еще    доберусь до  более подробного изображения  мира  Лиссэ.
Эреа Tory , Лиссэ сейчас  узнает  еще одну  сногсшибательную новость и  ей пока  придется подождать с отправкой обратно.

            - Клем, я обещала вернуться!
            - Но не сразу же! – мужчина прошелся по комнате. – Лиссэ, ты же знаешь, пункт  восемнадцатый параграфа    седьмого статьи  пятой Межмировых правил о  путешествии в другие  миры  гласит: « В случае смерти, произошедшей в другом  мире, вернуться  в него обратно можно  лишь после разрешения Магсовета и  не ранее, чем  пройдет смена  двух поколений».
          - Могут же быть исключения! Из правил всегда бывают исключения! – возразила мистрис. – И кому как не тебе  знать об этом.
            -  Знать – одно, а делать другое! – покачал головой мэтр  Клемент. – Рассказывай, а потом  будем решать.
            Он  опять уселся рядом и, забросив  ногу на ногу,  чуть откинул голову назад. Лиссэ поморщилась: когда  Клемент  в таком настроении, остается лишь выполнять его требования. Рассказывать все не хотелось до боли.  Но мэтру  она  доверяла – всегда и во всем. Доверилась  и сейчас.  Отобрав  воспоминания, она просто отправила ему  свои  мысли. Магистр поморщился – наверно, она была  слишком эмоциональна.  Думал он долго, даже не  пощадил  безукоризненно уложенные волосы, запустив  в них    обе руки. Впрочем, прическе это  не слишком  повредило. Мистрис  всегда завидовала  способности мэтра  выглядеть  при любых обстоятельствах  безукоризненно.
          - Понятно! – он опять  заходил  по комнате. -  Отправить тебя туда  сейчас  не  получится. Время там  идет иначе, и потом этот мир закрыт. Туда  так легко    не сунешься, да и  кончилась уже та  история. Хорошо ли, плохо ли, но закончилась.  И  твое  воскрешение  ничего не изменит. К тому же, еще  есть один  очень  интересный момент,  из-за которого тебе  лучше  остаться здесь.
          - Какой  еще  момент?! – вскинулась  мистрис.
            - Приятный, не волнуйся. Но  о нем потом, - отмахнулся  он. Лиссэ  решила, что  Клемент имеет в виду нечто  связанное  со Школой.
            - Итак, - продолжил магистр таким тоном, словно  читал лекцию. – Сейчас    первое, что необходимо это успокоить тебя, выяснив, что там  с твоими… знакомцами.  Ты ведь там  Оррика оставила?
            Зеленые глазищи  пристально уставились на неё. Некоторые с непривычки  пугались столь яркого  и пристального  взгляда, но  Лиссэ давно  знала мэтра, да и  испугать её было трудно.
            - Оставила! – кивнула она. – Вот и котика  надо бы забрать, а  то он один там без меня, бедняжечка.
            - Ты его ведь тому  сероглазому и  черноволосому поручила?
            Мистрис  кивнула, а Клемент  продолжил спрашивать:
            - А к остальным  твоим  он как относился?
            - Нормально! У Мелькора  на плече    часто сидел, Мгрыха  его  часто на руках таскала, а Тиниар  иногда гладил.
            - Значит, он чувствует  их всех? Отрадно, - мэтр  вышел из комнаты. Вернулся он достаточно быстро с большой  шкатулкой черного дерева  в руках. Снял со стола скатерть, и застелил  его  большим  темно-зеленым  платком.  Потом  достал    небольшое зеркало в затейливой  серебряной  оправе и, тщательно протерев, положил на  зеленую ткань. К зеркалу  добавилась  чаша,  выточенная из цельного малахита. Налив в  неё  воды, мэтр извлек  из небольшого мешочка щепотку  каких-то трав и  бросил  в воду.
          - Кот, ведь  часть тебя? – полуутвердительно-полувопросительно сказал  мужчина, вынимая еще из одного мешочка  черный волос, явно  не  человеческий.
          - Конечно, Клем! Сам же  помогал  настроить нам  связь! -  мистрис с любопытством    наблюдала за  его приготовлениями. Обычно мэтр такими зрелищами никого не  радовал, заклинания Клемент  творил усилием мысли, и от своих коллег и  учеников требовал того же. А теперь вот  ингредиенты разложил. Значит, что-то уж слишком  чудное  будет!
          Магистр продолжил удивлять. Стол он придвинул  к дивану и, усевшись рядом с Лиссэ, приказал:
          - Подумай о них и Оррике! Хорошенько  подумай!
          На кончиках  изящных  пальцев появилась искра,  кошачий  волос  загорелся и был  брошен в  чашу  с  водой. Вопреки всем ожиданиям, огонь не погас,  а  заплясал по  водной  глади. Мэтр  взял её за руку  и закрыл глаза.
          - В зеркало  смотри,  – еле слышно прошептал  он.
          Лиссэ послушно уставилась в  посеребренное стекло. Сначала  не было видно ничего, кроме отражения.  Пальцы мэтра  в её руке стали горячими, стекло потемнело, став зеленым. На изумрудной глади то  и дело стали  вспыхивать  лиловые  искры. Сначала редко, потом  все чаще. Они словно  танцевали,  потухая и  загораясь снова. От их пляски опять закружилась голова. Мистрис почувствовала, что  проваливается в нечто зелено-лиловое.

      Оррик был  сыт и доволен, совсем недавно он поймал  и  съел жирную полевку. Светило  солнышко, длинные  сильные пальцы хозяйкиного друга ласково чесали за ушками. «Мрр! Приятно! Мррауу! Временный хозяин хорроший: не допекает, кормит, ласкает  и поохотиться берет. Не так  давно был  таким нервным, как  коут  без коушки в  мауррте. Мррыр! А  сейчас  деловит и собран, как коут на охоте! Мрауу!»
        Оррик  насторожился, он вдруг почувствовал  свою хозяйку где-то совсем  близко. «Мррауу!» Кот оглянулся – никого. Но хозяйка  здесь и хочет  про кого-то узнать. И еще она хочет на место Оррика:  чтобы именно её ласкали  и чесали за ушком. «Мрр!» Кот  дернул  головой и подставил  шею. «Ну, хозяин, шейку-то почеши!  Мяуу! Мрр» Некоторое время кот наслаждался, но  настойчивый хозяйкин голос требовал ответов. «Ученица  хозяйкина и  помощница?! Мр! Хррошая девуочка!  Сливуок наливает! Поуследнее времуя поет за работоу! Хриплоу! Каук мурчау! Прриятно! Мрауу! И приемыш хозяйкин туут! С  ней целуется. Котяуток  думают заводить! Хорроших, пушистеньких! Мрауу! Одобряуу!» Оррик начал  утаптываться,  хозяйкин друг не  возражал. «Хороший друг! Веррный! Ждет хозяйку!  Коушек не воудит! Мрауу!» Где-то  далеко хозяйка  одобрительно вздохнула. Оррику показалась, что она ушла, но хозяйка опять чего-то хотела. «Глуупая коушка! Мрауу! Другой?!  С седой шеурстью?!»  Оррик помнил того седого,  у него так  хорошо было  спать на  плечах.  Но  на нем было так  много липких серых нитей. Слишком  много. Оррик любил  снимать  такие нити,  обычно ему  было даже приятно. Но  тут много, очень много. Оррик -  маленький слишком. «Мрауур! Он приходяу!!  Недавняуу! И уходяуу! Мрауу! Грустяуу!» Хозяйка нежно коснулась    его  призрачной ладонью, не удержалась и провела  по черным  волосам  своего друга.  Мужчина вздрогнул:
        - Лиссэ?! Ты здесь?! Ответь?! Лиссэ?!
        Хозяйка  тихо прошептала, что  обязательно вернётся.
        - Когда? Я дождусь тебя… Слышишь?
        «Слыушит, слыушит, - проворчал  кот, не любивший, когда ему орут в ухо. Оррик предпочитал орать сам. – Верняу онау, а  ты дождау. Мрау! Нескорау, но  верняут! Мрау»
        Сильные руки прижали  его    к груди, кот  дернулся.
        «Мяскау лучшау!» - сообщил он. Временный хозяин  бережно понес его к дому.  Кажется,  кусок отборного мяса  был  обеспечен. Как же прекрасна жизнь!

Как же прекрасен Оррик! Жаль Гортхауэра - вернётся, но ведь не скоро! А мэтр Клемент молодец. Спасибо, эрэа Эйлин, за продолжение - такое интересное! Но очень интересно замечание Клемента -
Заинтриговали.

Спасибо, эреа Convollar!  :) Мэтр Клемент, говоря, что "та  история уже закончилась", имел в виду  события в Валиноре.  Он  вначале не знал, как закончилось, но  благодаря  Оррику они  узнали, чем кончилось. Время  идет  иначе. А ждать Лиссэ  придется долго. :( Сейчас  выложу, почему  долго. Дело не только  в правилах, мэтр бы их  сумел обойти.

            Лиссэ  с трудом  открыла  глаза. Оррик и Гортхауэр  казались такими реальными, такими близким, но как же невообразимо далеки они были от неё!
          -  Успешно? - спросил  её Клемент.
          - Как будто ты  не видел  и не слышал то же, что и я? – фыркнула  дейе.
          -  А может, я закрыл глаза и заткнул уши?! -  с легкой насмешкой  посмотрел на неё мэтр.
            - Как же! Так я и поверила словам  твоим    обманным! – рассмеялась она и  серьезно добавила: – Спасибо, Клем! Теперь я спокойна. Не до конца, но все же…
            - Который из  двух? – поднял бровь  её  верный друг. Лиссэ  растерялась:
            - Что ты  имеешь в  виду?
            - Как что? Кого ты любишь, кого  лишь просто жалко?
            -  Да я их обоих люблю, но  по-разному.
            - И я о том.  Я на самом  деле  почти  не  читал тебя, Лис, - серьезно проговорил мэтр. – Потому  и  спрашиваю. Но можешь молчать. Волосы, как я  понимаю  и  у того, и  у другого  черные… Так что мне без разницы!
          - Какие волосы? – потрясла головой  женщина. – Ты очумел, Клемент? Нет, мне все-таки надо выпить и покрепче!
            -  Могу  чаю заварить  черного,  –  предложил магистр,  невинно улыбаясь.
            - К Хмарышу чай! – она вскочила с дивана. – Перцовки! И даже твоя зеленая  пакость сойдет!
          - Мое зеленое  вино совсем не  пакость, лисонька! –  обиженно проговорил Клемент и с легким ехидством добавил: –  Но даже его  тебе, пожалуй, с годочек лучше не пить! И курить тоже не стоит.
            - Это почему еще? – подозрительно прищурилась дейе. Никогда  прежде мистрис не слышала, что после возвращения из другого мира, даже  такого неудачного, нельзя пить спиртное и курить
          - Тебе же не  пять лет, Лис! – протянул мэтр. – Должна же понимать, что  в таком положение  спиртное  и  курение вредны. Да и прогулки по мирам противопоказаны.
          - В положении?! Это невозможно! – мистрис побледнела. Она    прекрасно знала, что  у неё никогда больше не  будет детей.
          - Нелепое слово! И  лживое! – ответил мэтр. – Я  не ошибся. Прислушайся сама…
            Лиссэ последовала  его совету. Все верно, она не одна. Она счастливо улыбнулась и тут же  нахмурилась: теперь ей  еще долго ждать встречи со своим Волком.  И все же у неё  будет  ребенок  от любимого.  Ради этого можно  и  подождать  встречи. Мистрис  уже  знала, как назовет дочку.  А у неё будет дочка – женщина знала это точно. Маги в таких вещах не  ошибаются.
              - О, Многоцветная! Клем, я  и  мечтать, о таком счастье не смела! – дейе повисла  на шее  у друга.  – Как же так    случилось?!
          - Уж  не знаю. Обычно хватает двоих  влюбленных! – проворчал мэтр, гладя её по волосам.
          - Но я же не могла! Клем, я точно не могла!
          -  Значит, тебя вылечили! -  усмехнулся он.
          - Ну и получит он у меня за свое  молчание! Только  бы добраться! – мистрис  прекрасно знала,  кого благодарить за нечаянное  счастье. То есть, благодарить надо двоих.    Но Мелькор  мог бы сказать, что  избавил её  от бесплодия! Хмарышев Изначальный!  Вечно она  из-за него выглядит  дурой!
            -  Надеюсь, к тому  времени ты  остынешь и  твоя благодарность  примет цивилизованные  и адекватные  формы! – хихикнул мэтр. – Значит, будем  с тобой ждать  черноволосую девочку.  Дадим  повод  для сплетен…
            - Ты-то  здесь причем?  Обо мне,  конечно, поговорят…
          - Лис, ты иногда  так  мила в своей наивности. Волосы у меня  черные. Дружим мы давно. А некоторые испорченные особы  в дружбу не верят. Вот и    прикинь.
          - Ой! – дейе даже покраснела. – Пусть только  посмеют подумать о тебе  плохо. Я живо их всех прокляну оптом!
          - Не стоит, Лис! – магистр  мягко  улыбнулся. – Мы  будем  наслаждаться  происходящим, а не проклинать.  Ты  будешь преподавать и растить  дочку. Я  искать дорогу  в  этот    странный  мир и помогать тебе. Всегда мечтал    нянчить    племянницу!
          - Ох, Клемент! И чтобы  я без тебя  делала! Только  вот Гортхауэр  ничего не знает! – опечалилась  она.
          - Узнает! – усмехнулся  мэтр. – Всему свой  черед. Зато я  теперь знаю, кого ты любишь!
            Не  слушая его, мистрис бросилась к столику.  Зеркало было  темным, но в чаше  с водой все  еще  мерцало  нечто  лилово-зелёное. Может быть, он её  услышит?!
            Нагнувшись над водой, она  крикнула:
          - Я  теперь не одна, Волчище! Со мной  наше  дитя… Я  люблю тебя…
          Она не надеялась на  то, что сумеет докричаться,  и уж совсем не рассчитывала  услышать ответ.
            На  радужной  глади  пошли  круги,      сквозь них мелькнуло  лицо  - такое родное  и близкое. В серых глазах  была  любовь.
            - Дождись меня, серенький, -  прошептала она, протягивая к нему  руки.
            -  Я дождусь, рыжая  моя… Береги  себя и дитя…  -  его голос прозвучал так словно он был  рядом, словно не разделяли  их  века и  расстояния.  На  миг  ей почудилось  прикосновение  его  сильных  пальцев.  
            Вода  в чаше    пошла  рябью и  все исчезло.  Лиссэ  затуманенным взором  обвела  комнату.  Она вернется. Обязательно.
[spoiler](http://img-2007-09.photosight.ru/01/2278536.jpg)[/spoiler]

Вот это поворот! :D :D :D А уж как Гортхауэр-то будет счастлив! :o :o Не заметит, как дедом станет, пока любимую ждёт! Время-то по разному течёт! ::) Но прелестно же! :) Спасибо, эрэа Эйлин. Картинка хороша необыкновенно!Очень в тему.

Нет, дедом  стать он  не  успеет. На Арде  время бежит быстрее. Там сто лет  пройдет, а  мире  Лиссэ  -  год  или  два.  Ей  меньше  придется ждать, ему больше. Но зато  у него  дочка будет. ;)
Спасибо, эреа Convollar! :)

Ух ты, котенок, мряууу :D
[spoiler](http://s020.radikal.ru/i701/1411/c4/20ca9a3cbb6d.jpg) (http://www.radikal.ru)(http://s017.radikal.ru/i425/1411/12/a8f4f08a19af.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]

Как же прекрасно написано - ну вот просто слов нет :D... А в мэтра Клемента хочется немедленно влюбиться ;). Великолепный персонаж - и такой настоящий... И как же Лиссэ повезло с таким другом...
  Она права, Рыжая: "Дом там, где осталось сердце". И необыкновенно здорово, что она вернется в свой дом - на Арду - с таким подарком для любимого на руках. Обязательно вернется... Спасибо Вам огромное за продолжение, эрэа Эйлин! :D

Спасибо, эреа Tany , эреа Красный Волк! :) :D :)
Картинки замечательные, эреа Tany ! :D
Спасибо за  теплые  слова в адрес мэтра Клемента, эреа Красный Волк! :) У рыжей хороший друг, и он ей поможет , в том  числе и на Арту  вернуться. :)

Ну, ко времени возвращения дитятко вполне может уже и своими ногами до Арты дойти. А Клемент - молодец, ни в чувстве меры, ни в чувстве юмора ему не откажешь. 
И как там у Панова  в  Анклавах было... "Девочка - это мир".
Может, он и снизойдет на измученную Арту.

Спасибо, эреа Tory! :) Дитятко, разумеется, подрастёт, но  взрослым еще не станет ;). Все-таки у Лиссэ где-то год, а там  на Арте то ли  сто, то  ли  пятьдесят лет пройдет.
Где-то к концу  недели  выложу кусочек  следующей главы. А может  и раньше. Сама точно не знаю. :-\

Я себе уже представляю Гортхауэра с дитём на руках! Уммм! Прелесть! :D :D :D :D

Спасибо, эреа Convollar! :)  Гортхауэр с ребенком на руках, наверняка прелестная картина, но сие еще нескоро.  Сейчас нам надо еще одного героя  вспомнить. ;)

         Зима в нынешнем году  задержалась.  Давно уже пора  было снегу укрыть белым  пушистым  покрывалом землю, а вьюге начать рассказывать  свои жутковатые  сказки, завывая  вечерами в трубах и  пугая на дорогах  припозднившихся путников. Давно пора, только  все  лил  и лил  бесконечный дождь. Дороги окончательно развезло,  а небо затянуло   серыми  тучами.
       Для двенадцатилетнего Никуша такая  погода была настоящей бедой. Старый  целитель умер  еще  в конце лета, а   дочка его - косая Глорен,  жаждала  продать дом и  перебраться к своей старой  подруге. Женщине было  тяжело одной,  отец   почти  ничего ей не оставил.  Лишь  старый дом-развалюху и  наказ  позаботиться о Никуше.   Но  маленький ученик Нарэнна  был  никому не нужен. Дома Никуша  не ждали – десятый  сын  в бедной   крестьянской семье, да еще такой   болезненный и   хлипкий, был  обузой. Три года назад  предложение проезжавшего мимо  целителя взять мальчишку  в  ученики заставило  батюшку  призадуматься, но  протянутая  серебрушка быстро решила   дело. Никуш  тогда очень  огорчился. Ему не хотелось расставаться  с семьёй, с домом, ему было  страшно ехать в далекий  и незнакомый город. А еще  он  ужасно боялся бородатого, морщинистого целителя, считая, что тот  злобный  колдун  и собирается  пустить   его  на декохты. По дороге мальчишка  даже  чуть не сбежал.  Но все оказалось гораздо лучше, чем  он   мог  представить  в самых смелых  мечтаниях.  Нарэнн был добрейшим  человеком, хоть ворчливым и вспыльчивым.
        Поначалу  безграмотному Никушу  учиться было    трудно. Частенько  он  был  обруган наставником   за   отсутствие прилежания. Зато  потом мальчик  попривык и заинтересовался составлением  микстур и отваров, свойствами  трав. Учиться стало легче. Здесь в городе   у   наставника совсем не то, что дома, где с  утра   до ночи   приходилось гнуть спину на огороде, а зимой ходить в  лес  за хворостом. Кормили здесь  просто, но сытно, одевали  скромно, но добротно. Десятому  сыну из бедной  семьи  такое  житье  представлялось просто сказочным. За два года ученичества  Никуш  окреп, чуток вытянулся. От мазей, выданных    старым целителем, перестали   болеть застуженные  зимой локти  и колени, а от  горьковатых отваров прошел   вечно терзающий его кашель. Лишь  иногда  чуток  грудь  побаливала.
        Никуш  теперь и  не понимал, как  мог  когда-то бояться добрейшего Нарэнна. Последнее  время  наставник  часто  брал его с  собой к пациентам и   хвалил за умение     распознать  болезнь, назначить лечение. Никуш был  горд и  счастлив. Только вот хорошо долго не бывает. Еще весной  старый целитель приболел, летом слег, а  к  началу осени  преставился. Они с Глорен  похоронили Нарэнна, поплакали и даже на миг   ощутили  себя  родными. Но мальчику нужно было  учиться, а  дочери целителя не на что было содержать дом.
         Наставник, предчувствуя  кончину,  еще   весной  позаботился  о Никуше. В соседнем  государстве жил его бывший ученик, ныне  отличный целитель -  Диртон. Он   сохранил с  наставником  дружеские отношения и    навещал  его при   удобном  случае. Щегольски одетый, насмешливый Диртон совсем не был  похож на своего  бывшего учителя,  разве, что в нем   тоже чувствовались доброта, острый ум и  участливость. Никуша  он приметил и  похвалил за усердие и  талант. Тогда    и договорились они с Нарэнном, что    после  его смерти   Диртон  возьмет к  себе  мальчика. Но  в начале  осени государи  двух стран что-то не поделили  между  собой, и  началась война. Настоящих военных действий почти   и не было, только  вот пересекать границу стало     опасно: развелись разбойники. В конце  осени, уставшие от жалоб на разбойников,    государи  замирились и стали  вылавливать лихих людей.  Вскоре   в лесах стало относительно безопасно.  Появилась надежда, что  Диртон заберет  мальчика или  за ним  пришлет кого-то,  но тут  полил   нескончаемый дождь, словно  кто-то на небесах желал   всех  утопить, раз уж огнем  и мечом    расправиться  не удалось. Дороги  превратились  в болота. Лишь  однажды  проехали  через их  город  купцы, изрядно  измученные  тяжелым   путешествием и  утопившие часть товара. Они и  передали  Глорен письмо, в  котором   целитель сообщал, что  пришлет за мальчишкой, когда  установится санный  путь. Вот только     зима  отказывалась  наступать.
        Дочка  Нарэнна уже готова  была   выставить мальчишку на  улицу, лишь   обещание данное  отцу  сдерживало  её. Но попреки и придирки делали  жизнь в  некогда  уютном доме  невыносимой. А женщина с каждым  днем   становилась  все  злее и сварливее. Никуш и сам бы   ушел  к  новому наставнику, знай он дорогу.

            Поздним  вечером Никуш  размышлял  о побеге из ставшего чужим дома, натирая по распоряжению хозяйки  и без того  блестящие  ложки.
          В дверь    уверенно постучали. Глорен всполошилась, схватила  каминные щипцы и велела    мальчику открыть дверь. Уж больно  уверенно и  настойчиво  стучал кто-то. Вдруг  это Диртон приехал? Маленький  ученик оживился, но,  увы, высокий,  стройный мужчина  в  черном  плаще совсем не был  похож  на  невысокого, всегда нарядного целителя.
            Незнакомый  путник не был  и посланцем от  Диртона, он просто  проезжал  через их город и  попросил  пристанище на ночь.
            - Мы не  пускаем  постояльцев! Идите  в трактир! -  поджала  губы Глорен.
            - Мне бы только  коня  завести в  конюшню и  накормить. Я заплачу.
            Глазки женщины  алчно блеснули. Некоторое время  желание нажиться  боролось с  осторожностью и  недоверчивостью.
          - Никто никогда не скажет, что я  выгнала путника в такой дождь! Но в дом не  пущу! И не просите. Ходят тут  всякие, а потом хозяева  вещей не досчитываются, а то и жизни  лишаются, - последнюю  фразу она пробормотала  себе  под  нос. Но Никушу  показалось, что незнакомец слова  Глорен  услышал – его  губы  дернулись в  усмешке. Мальчику стало  стыдно и  обидно.
          - Благодарю за твою  доброту, хозяйка!  - мужчина  поклонился и протянул  хозяйке  пару  серебряных  монет.
          Женщина  быстро спрятала деньги и  велела  Никушу  проводить гостя на конюшню. Мужчина от помощи  мальчика отказался,  сказав, что    конюшню  найдет  сам, еще раз поблагодарил и  исчез  за порогом. Глорен  тщательно заперла  дверь и ушла  в комнату. Никуш долго стоял у окна, было слышно, как  путник гремел  ведрами, набирая воду из колодца. Овес на конюшне  был: остался от кобылки целителя,  проданной  совсем недавно. Мальчик всхлипнул, вспомнив  ворчливого Нарэнна и его мохнатую низенькую Мышку.    Ему  вдруг    подумалось, как было бы  хорошо вместе  с  Мышкой  уйти  из опостылевшего  дома искать Диртона. Только  кобылка  теперь уже  в  чужих  руках. Утешало лишь то, что хозяин ей попался  не вредный.
          Окрик Глорен  прервал раздумья.
          - Ишь, размечтался! Вот ведь взялся на мою голову, дармоед  проклятый!  Иди, что ль ужинать,  - прибавила  она  чуточку добрее.
          Ели  молча, женщина  почему-то была не  в своей тарелке: пролила похлебку, уронила ложку.
          - Слушай, Никуш, сходи и  отнеси этому  в конюшне  поесть. Все ж он тоже человек! А  там  ведь  холодно,  поди,  - она  поджала губы, словно  не одобряла  саму  себя за  внезапный  проблеск  участия.
          Отнести ужин мальчик  согласился, хотя ему  было  очень страшно: поздний гость пугал  его. Никушу казалось, что он  какой-нибудь    злобный  колдун или  лихой человек. Накинув  плащ, мальчик взял собранную Глорен  корзинку и  вышел во двор.  Женщина тут же заперла  дверь  на засов. Боится и правильно делает: лиходеев  сейчас хватает.
          Порыв  ветра  тут же задул  свечу,  и мальчишка, испугавшись, чуть не поскользнулся на  мокрых  листьях.  Во дворе  было  все знакомо,  неяркий свет окон  освещал  ту  часть, где была  конюшня, так что до неё  Никуш добрался без труда, но  перед  дверью  замер в нерешительности. А вдруг незнакомец и вправду  колдун? Вдруг  он  сейчас  в  конюшне свое  черное дело творит и  совсем  не обрадуется нежданному  свидетелю. А может  он  не  колдун, а  упырь и, наоборот, обрадуется позднему  ужину и загрызет Никуша?
          Наверно, ученик целителя долго бы  еще  топтался на пороге под  дождем и ветром, если бы  дверь не открыл  сам    путник.
          - Входи, не то замерзнешь!
          Никуш  замялся.
          - Не съем я тебя. Я детьми  не  питаюсь, -  усмехнулся краешком  губ мужчина.
          Мальчик робко вошел на конюшню. Вороной  дремал  в стойле Мышки, а    путник устроился на широкой скамье,  бросив на неё охапку сена.  На  перевернутой  бочке стоял  маленький светильник,  его свет  слабо  освещал    помещение.  Никуш  подобных  штуковин  никогда  прежде  не  видел. Точно  колдун,  у  обычных людей таких светильников  быть не может!  Маленький ученик  попятился к  двери.
          - Что же ты? Пришел,  и уже  убегаешь?
            - Я это… того, - замялся мальчишка. – Я  того… Госпожа  Глорен, она  того… Вот и  я  сюда  это… того…
          - Неужели вы с госпожой одновременно  лишились рассудка? – поднял  тонкую бровь незнакомец. – По  тебе этого  не сказать.
          Никуш опешил, но  потом  сообразил, что господин  шутит,  а раз  шутит, значит,  убивать пока не будет.
          - Не, я того… ужин  принёс. Госпожа Глорен  велела.  Вот  кушайте, господин, - протянул ему  корзинку  мальчик.
          - Спасибо доброй госпоже за угощение, - вежливо  ответил  незнакомец.
          - Передам, господин, - Никуш неловко  поклонился  и  направился к  выходу.
          Ветер на улице за это время  усилился, да и дождь полил  сильнее.
          - Подожди,  пусть дождь  утихнет, - остановил  его мужчина и  предложил:  - Раздели со мной трапезу. Госпожа была    щедра, для  меня одного  слишком  много.
          Замерший в нерешительности Никуш  удивился: Глорен даже по ошибке никто никогда  щедрой не называл, а Нарэнн часто бранил дочь за скопидомство.
        - Не-а, коли ждать, пока  дождь перестанет, глядишь, месяц в конюшне просидишь!
        - Часа два  ему осталось, – невозмутимо сообщил путник.
        «Точно колдун, - решил Никуш. - иначе, откуда он    знает, когда дождь  кончится». Стало еще страшнее, но и  во  двор  по дождю не тянуло. Промокнешь -  опять кашель начнётся, а для настойки от него    ингредиентов  нету. Глорен  все  распродала, и новые  покупать не  станет. А  у Никуша  и так  последнее время грудь болела  не переставая.
          Подумав, мальчик  решил  остаться.
          Мужчина разобрал корзинку со  снедью. Себе он оставил лишь отвар  трав и  кусок  хлеба, а  похлебку и мясо с овощами отдал  Никушу. Госпожа Глорен  и  впрямь расщедрилась. Наверно, если бы  знала, что  благородный господин отдаст  все её  нахлебнику, точно бы  не дала  столько.
        То что  путник из благородных мальчик понял сразу. Одежда  темная и  небогатая, но  как  ладно сидит на нем! А  осанка, взгляд, четкие движения  рук, явно  умеющих  держать меч.  Он как-то  видел подобную повадку  у одного знатного господина проезжающего вместе  с отрядом  через  их город. Только у этого  путника, пожалуй, вид еще  благороднее и  изящнее. А вот меча-то  нет. Потерял, продал? Может, он  обедневший, но из  знатного рода? Странный  человек. Не поймёшь  то ли  молод, то ли  стар. Лицом    молод, а  волос  сед. Никуш  заметил  пару длинных  прядей, выбившихся из-под  капюшона. Плаща  путник не снял, даже  капюшон не откинул. Холодно ему, что ль? Может, приболел, а может, брезгует на  конюшне  одежу  марать.
          А вдруг он    наследник  какого-нибудь  древнего  королевского рода, злой  волею    хитроумных врагов  лишенный  трона?
        Ели молча. Никуш  жадно – мясо ему  последнее  время  редко  перепадало, а  путник  неторопливо, изящно отламывая  кусочки  хлеба. Перчаток  он так  и не  снял.  Точно холодно ему. В дом бы    его пустить    погреться, да  Глорен  не позволит.
        Мужчина глаз,  вроде  бы,  не поднимал, но  мальчик  так и  чувствовал  его  пронзительный взгляд. Только вот  цвета  глаз так и  не  разобрал. Светлые - точно, а вот серые, голубые или  зеленые – не сказать.
        Никушу    было  немного  страшно, но уходить не хотелось. В старенькой  конюшне сейчас  почему-то казалось  теплее, чем дома  у камина.
        - Госпожа тебе не родственница, -  сказал  мужчина, внезапно нарушив  молчание.
        Никуш  вздрогнул.
          - Нет, господин!
          - Я не господин, не зови меня так. Слуг  у меня  нет и не было!
          - А как же тебя  называть, господин? -  опешил  мальчик.
          Путник  не ответил.
          - Да  это просто  обращение, - затараторил  мальчишка,  испугавшись, что  обидел его. Кто этих благородных с их заскоками разберёт. – Я вот господина  Наррэнна  наставником  звал, али учителем…
          - Зови  меня  путником или  странником! – оборвал его  незнакомец.
          - Хорошо, госпо…  странник.
          Разомлев  в тепле, Никуш и  сам не заметил, как  вдруг  поведал непонятному  человеку  о своем житье-бытье. Закончил он свой  рассказ лишь, когда  рассвело.
        - Иди, успокой госпожу! А  то решит, что я тебя  съел, - с коротким сухим смешком  распорядился  мужчина. – Кстати, моя дорога лежит в тот  город, где живет твой будущий наставник. Поедешь со мной?
          У мальчишки язык  к горлу  присох. Он так  хотел  покинуть  ненавистную Глорен, опустевший дом,  а теперь  вдруг  стало  страшно и тоскливо.
        - Не бойся, довезу  живым и  невредимым, -  путник опять усмехнулся. Усмешка была  у него на диво  чудной. Лишь краешек  губ  дергался, но  выглядело не страшно и  не обидно. Казалось, он сам  над собой насмехается. И  ведь мысли читает! Точно  колдун!
        - Не  читаю я мысли. У тебя  все на лице  написано, - попытался разрешить  его  сомнения  гость, но Никуш  лишь  утвердился в  своих подозрениях.

Повезло Никушу! :D Самого Мелькора встретил, не иначе! Но написано как хорошо, так просто и естественно, и с таким эффектом присутствия. Читаешь и словно сама всё это видишь! Спасибо, эрэа Эйлин! :)
[spoiler](http://ic.pics.livejournal.com/marv/29043303/7945394/7945394_original.jpg)[/spoiler]

Зря мальчик опасается, не иначе, Странник - наш очень хороший знакомый бог-творец ;)

Спасибо, эреа Convollar!! :) Лисичка с дитенком  очень хороша! :)  Мальчик как-то сам собой возник  в этой  истории. и да - ему  очень повезло, он пока еще  и сам этого не понимает!

Спасибо, эреа Tany ! :) Мальчик привык опасаться, но наш хороший знакомый его не обидит. :)

Большое спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!
Появился новый симпатичный персонаж, интересно какую роль он сыграет в нашей истории.

Спасибо, эреа NNNika ! :) Персонаж сыграет роль небольшую, но значительную! ;)

          Глорен была  зла. Она ждала  мальчишку, стоя у двери с метлой  в руках. Этой  метлой она  его и  огрела.
          - Прохлаждаешься!  Ничего не  убрано, не прибрано! Всю ночь  глаз не сомкнула из-за тебя! Дармоед проклятый! Я уж тебя  увидеть не ожидала! – женщина  неожиданно  зарыдала.
          - Что вы, госпожа! Дождь  шел. Я думал, вы легли и будить постеснялся, - оправдывался Никуш, переминаясь с ноги на ногу.
          - Дармоед! Когда ж ты  уедешь, проклятый?! Хоть бы  увез тебя кто! – успокоившаяся Глорен опять начала  ругаться.
          - Я могу отвезти мальчика, - раздался тихий, но твердый голос  путника. Мужчина  не слышно подошел к  крыльцу и  теперь  внимательно смотрел  на дочку покойного целителя.
          - А откуда я знаю, что  ты  не прибьешь мальчишку или  в рабство не продашь? -  недобро прищурилась женщина, крепче сжимая в руках метлу.
          - Попробуйте  поверить! -  опять  усмехнулся незнакомец и посмотрел  ей  пристально в глаза.
          Глорен как-то странно улыбнулась и  проговорила:
          -  Я верю вам, господин, -  и словно с  трудом  произнесла: -  Только  ведь,  сколько  убытку от дармоеда  было…
          - Этого  довольно за  убытки? –  странник  протянул  ей золотой и  посмотрел  так недружелюбно, что  смутившаяся женщина быстро побежала  собирать  мальчика  в дорогу.
            Уезжал  Никуш с  неспокойным сердцем.  Странный провожатый  все  еще  немного пугал его, да и  столь  внезапно возникшее доверие  к нему  Глорен  казалось подозрительным. Колдун, точно  колдун!  Осиротевший дом,  опостылевшая Глорен  показались на миг такими    уютными  и родными. Но остаться уже было нельзя.


          Путь оказался долгим: размытая  дорога была  отвратительной. Попадались  шайки мародеров и грабителей, правда, их не тронули и даже не заметили.  Мальчик уверился, что его провожатый как-то отводит  всем встречным глаза. Он  как-то набрался смелости  и спросил  его, но ответа не получил.  Мужчина  оказался на  удивление неразговорчив.  Хотя и ехали они на одном  коне: Странник посадил  мальчика  впереди  себя.
          Никуш  вначале  очень робел, потом привык и  пытался  спутника разговорить, но ничего не  получилось.  Изредка они  останавливались передохнуть в лесу.  Его провожатый,  не  снимая  перчаток,  разводил  костер, готовил  похлебку. Потом  он  оставался  караулить у костра. Никуш, закутанный  в плащ и одеяло  засыпал, а  Странник  все  сидел, глядя в  огонь.  Просыпаясь утром, мальчик заставал его в той же  позе. Спящим за  все время  пути он его ни разу не видел. Может быть, Странник  умел  спать с  открытыми  глазами и  сидя на лошади – кто знает? Говорят, были  такие умельцы.  Деревень и  дорожных  трактиров    его провожатый  избегал.  То ли  опасался  чего, то ли брезговал.
        Подмораживало, но снега  еще не было. Земля  окаменела, листья  примерзли. Но ехать  легче  не стало. На пятый день пути  пошел снег. Он валил  так  сильно, будто  хотел наверстать  упущенное. За одну  ночь земля  укрылась  толстым  пуховым одеялом, а  деревья принарядились в  пушистые белые  шубки.  Стало светло  и  необычайно красиво, только  вот дорогу совсем замело. Вороной  шел еще  медленнее. Честно говоря, Никуш давно удивлялся, что лошадь  еще  как-то  идет по  такому  трудному пути.    А на следующий день мальчик умудрился простудиться  - вернулся кашель,  начался жар. Странник укутал его в одеяло и  напоил  каким-то горьким отваром. Вскоре Никуш  забылся тяжелым сном.

          Очнувшись,  мальчик с  удивлением  обнаружил себя в  постели. Одеяло было  мягким и пушистым, подушка  пышной. Лежать  удобно. В груди  не болело, жара не было,  и лишь  сильная  слабость  мешала подняться. Было темно. Лишь свет небольшого  светильника позволял  чуть разглядеть комнату. Она была  небольшой, а убранство  скудным. Кровать, стол  да стул. Спутник его сидел  у постели.  Надо же не бросил. Где же они? Вряд ли доехали. Скорее всего, на  постоялом дворе.
          Заметив, что мальчик проснулся, мужчина  наклонился к нему, заботливо приподнял за плечи и поднес  к губам  чашу с отваром, пахнущим чем-то пряным. Никуш сначала  не хотел  пить, но его провожатый  был  настойчив, и  мальчику пришлось  выпить все до капельки. Напиток на  вкус  был сладким и чуть кисловатым. Потом странник потрогал его  лоб, коснулся груди. Пальцы его были  чуткими, движения осторожными. Мужчина попросил  его вдохнуть. Никуш со  страхом повиновался, ожидая привычной боли, но её  не было. Его  спутник    удовлетворенно вздохнул.
          - Мы где? – прошептал мальчик.
          - В трактире. Спи! Все хорошо, - ответил Странник  и, подоткнув одеяло, отошел  к столу.
Но Никушу  совсем не хотелось спать, полуприкрыв  глаза, он  начал  рассматривать  своего провожатого. Вопреки  обыкновению, мужчина  плащ  снял. Волосы его  оказались  белее  снега.  Да  и к тому же были  такими  густыми  и длинными,  что вполне  бы  могли  заменить мужчине  плащ. Точно  из благородных, простые люди  такие прически не носят. Это ж  ведь  пока  такую красоту  обиходишь, сколько  времени    и сил уйдет. Хотя, может,  у  благородных  грязь, вши и колтуны  не заводятся? Кто их знатных  знает? А может  он  эльф?
          Мальчик призадумался. А почему  бы и  нет? Эльфы,  все, говорят, хороши  собой  на диво и  вечно молоды. Точно  эльф! Хотя. Вряд ли… У  Странника  тонкий белый  след от  шрама на щеке, а  у эльфов  шрамов не бывает. Они ж все волшебники могучие. Да и  эльф  не стал  бы  с человеком  возиться. Эльфы, они говорят, нравные.  Людей не любят… Да и за что их любить-то. Говорят, в давние  времена  почти  все люди  перешли на сторону некоего могучего Врага, жаждавшего весь  мир погубить и  править им… Чудно, конечно. Если  погубить мир, то чем же править? Да и  неужто раньше люди  такие  глупые были, что  погибели роду  своему искали? Хотя, кто же  теперь  разберет? Может, Враг    могучий  посулил  им чего, а  на  посулы  многие  падки. Взять хоть бы  Глорен, да и  батюшку родного… Никушу стало очень обидно, и он  решил, что лучше  про эльфов думать. Так вот, еще  сказки сказывали, что лишь эльфы  смогли  спасти  тогда  мир от погибели,  призвав Пресветлых богов. Им еще  три  рода  человеческих помогали. И якобы  получили  те три  рода  в дар    много долгих  лет жизни и  землю богатую. Может,  его провожатый оттуда? Спросить бы его… Пусть бы рассказал про Врага, про  эльфов и про то, как    в дальних  землях  живётся. Вот бы  интересно было.  Мальчик  посмотрел  на своего спутника. Тот  сидел    у стола, опустив  голову на руки. Никушу стало    стыдно.  У человека,  может,  горе, а он с  нелепыми вопросами приставать будет. Вон и волосы белые,  словно от  горести    поседел  враз.  Никуш  попытался  уснуть, но  сон от него бежал.  Одеяло вдруг  стало мешать, подушка показалась колючей.  Мальчик заерзал  на  кровати.
          - Еще не спишь? – чуть удивленно спросил  Странник.
          - Не спится, - пожаловался мальчик. – Раньше, когда я  болел,  мне  старшая сестренка сказки рассказывала. Сидела рядом, пряла и рассказывала.
          Сказал и  сам  испугался:  а  ну как рассердится и заругает?
            - И ты ждешь  сказок от меня? – задумчиво проговорил мужчина.
            - Нет, что вы, господин  странник! -  смущенно  ответил Никуш. – Я просто…
            -  А без сказок ведь ты не уснешь… Ладно, слушай,  -    его провожатый  фыркнул: опять  насмехается. Над кем только?
            Сказки  он  рассказывать умел, и  куда  лучше, нежели  сестренка Никуша. Только  было  в них  нечто  печальное, а  что не понять. Вроде и  конец  хороший, а все равно  грустно. Светло и грустно. Наверно, от голоса  рассказчика.

И я хочу сказку! :D

Присоединяюсь.

Поддерживаю желающих сказку! ;) :) :) :)
А вообще хорошо, эрэа Эйлин, интересно, но вот куда он мальчишку везёт? То есть, остались ли у Мелькора силы хоть жильё соорудить?  ::) ::)
Так что ждём продолжения и сказку! :D :D :D

Спасибо, эреа Tany , эреа NNNika , эреа Convollar ! :) :) :) Сказка будет впереди! ;)
Мелькор везет мальчишку к  его будущему  наставнику, как он  и обещал  мальчику и  Глорен. :) Сил  у него не так  и много и потратит он их с пользой.  :)

Спасибо огромное за продолжение, эрэа Эйлин! :D С замечательным новым персонажем Вы нас познакомили. И чем-то неуловимым этот мальчик очень напоминает по духу Тиниара :). Те же светлое сердце, внутренняя чистота - и такая искренняя вера в добро и чудо... Несмотря на то, что жизнь повернулась к Никушу не самой ласковой своей стороной - и что он успел вплотную столкнуться и с черствостью человеческой, и с холодным равнодушием...
  А Мелькор, в свою очередь, тоже ведь отогревается душой у этого огонька... И - присоединяюсь: очень жду продолжения! :)

А ведь в самом деле, Никуш чем-то напоминает Тиниара! Только Мелькора он боится, оно понятно, он человек и жизнь его была не сладкой, он, мне кажется всех боится. А если увидит оковы на руках Мелькора - не знаю, что с ним будет!

Спасибо, эреа Красный Волк! :D Мальчик хороший! И хотя  с чёрствостью  людской  ему  пришлось столкнуться, он не растерял  веру  в людей и в  чудеса.    И  возможно этим  на Тиниара  и похож.
Спасибо, эреа  Convollar ! :D  Никуш  всех опасается, жизнь заставила, но к  своему провожатому он уже  успел привязаться. А Мелькор свои  тайны тоже  умеет  скрывать. ;)

Продолжение сейчас появиться. :)

        В трактире они  пробыли  еще несколько  дней. Никуш узнал, что он проболел  почти две недели. Его провожатому здесь  не нравилось, но  он ждал, пока мальчик  поправится.
Трактир был  явно самого  низкого  пошиба, но других в    городишке,  где  они оказались из-за болезни Никуша, не было.
        Вечерами сюда приходили  выпить плохонького вина  и пива местные мужички, останавливались  здесь и  мимоезжие путники, чаще наемники, реже  купцы. Днем в трактире было относительно тихо, а  вечером и ночью слышались брань, визг, хохот.
        Вскоре Никушу совсем  полегчало, слабость  прошла, и он стал  выходить из  комнатушки, где они поселились.
        Получилось так, что  в один из дней они засиделись  в общем зале до самого вечера, а может  просто народ  собрался пораньше. Стало  весьма  оживленно. В центре зала  угощались вином четверо наёмников, чуть поодаль  напивались купчишки весьма  захудалого вида.  Подошли  и  местные  пьяницы и бездельники. Две  подавальщицы, судя по  определенному сходству, дочки хозяина, так и шныряли по залу, не успевая обслуживать всех желающих.
Наемники гоготали и  выкрикивали непристойности, девицы притворно краснели и  довольно хихикали.
          Никуш со Странником  сидели в  самом  дальнем  углу напротив двери. Их не замечали, мальчик считал, что лишь благодаря  колдовским  умениям его спутника. Мужчина  был  крайне недоволен  происходящим. Он не сказал ни слова неодобрения, но  Никуш  чувствовал, что ему просто претит находиться здесь. Вот он уже встал, чтобы  уйти  и протянул  мальчику затянутую  в перчатку ладонь. Но тут  дверь  раскрылась и в трактир вошла  старушка.  Седая, сгорбленная старушенция в латанном-перелатанном  темном  плаще. Постукивая клюкой, она прошла  в центр залы и оглянулась,  высматривая      подслеповатыми  глазками свободное место.  Один табурет рядом  с наемниками был  свободен. Туда она  и направилась. Наверно, её подвели  зрение и слух.
        - Эй ты, карга старая! Куда прешь?! – вскричал один  из  наемников.
        - Я только передохнуть, милочек, - прошамкала  беззубым ртом  старушка.
        - Отдыхают на  кладбище, а здесь  пьют и веселятся!
        - Иди-иди, старая,  туда. Уж  дорожку-то давно    знаешь!
        - А не знаешь – так покажем!
        - И даже  сразу же  туда  отправим, с  места не сходя!
        Мужчины  дружно заржали, очень довольные собой.
        - Извиняйте, милки, обшиблася! – бабка сжалась в комочек  и засеменила прочь.
          - Шла бы ты отсель, бабуля, - сказал ей помощник трактирщика, косой  парнишка. – Здесь задарма ничего не дают.
          - Что ты, милок, что ты! Я ж закажу и  заплачу, - она полезла  в  мешок и долго рылась, прежде  чем вынула  мелкую монетку. – А то ведь  метель на улице  метет. Ехать-то мне  ищо долгонько. Ты б  кобылку  мою  в конюшню пристроил, а? - женщина вытащила еще  одну  монетку покрупнее и заискивающе  заглянула в глаза слуги, протягивая деньги.
        Парень, скривившись, деньги  взял и вышел  во двор. Старушка заспешила  подальше  в угол и, не заметив выставленного кем-то меча, споткнулась. Она не  упала, сумев  ухватится за  руку одного из  купцов – молодого румяного  мужика.
          - Нечего меня  грязными  ручищами лапать! – взвыл купец, отталкивая бабку.
        Она отскочила и заозиралась в растерянности. Крючковатый нос задрожал, затряслись и обвисшие морщинистые щеки.
        Спутник Никуша не выдержал. Он уже давно стоял, сжимая руку в кулак, а щека  у него  еле  заметно дергалась. Мальчику было страшно – вдруг  мужчина  бросится на  наглецов. А что он один безоружный сделает со столькими вооруженными?  Но  Странник, дернув щекой, подошёл к старушке и  вежливо к ней обратился.
            - Прошу к нам за стол! – мужчина бережно взял  старую женщину под локоть и  повел  в их угол. Старушонка еле доковыляла и устало опустилась на скамью.
        - Спаси тебя  пресветлые боги и Эру за  твою  доброту! – прошамкала  она, устраиваясь поудобнее.
        Странник не ответил, лишь щека опять  дернулась. Еду для  старушки  вскоре  принесли. Бабушка, поблагодарив, принялась за еду. Ела она на  удивление неопрятно, да и вообще походила  очень сильно на злую колдунью. Крючковатый нос, из  которого  торчали пучки жестких  черных  волос,  выцветшие глазки под  морщинистыми  веками, нависшие над  ними лохматые  брови, обвисшие  щеки в каких-то  мелких  язвочках. Беззубый рот  ввалился,  дряблые  руки тоже  в язвах и  темных пигментных пятнах. Плащ  неопределённого цвета. Никуш поморщился, представив,  какие грязные лохмотья  могут скрываться  под ним. Мальчик очень  хотел отодвинуться от  старухи как можно дальше, но ему было стыдно выказать свое отношение перед  спутником. Ведь Странник  ничуть не был    поражен её  мерзким  видом. То ли  воспитание, то ли  природная доброта  заставляли  его  относиться к старухе  с уважением и  вниманием.
        Никуш, вспомнив, что он ученик целителя, стал размышлять  о том, чем  можно вылечить язвы на руках и щеках старухи. Он уже не считал их заразными, просто  старушенция такая  древняя, того и гляди  рассыплется. Как же она  одна  в дальний путь решилась отправиться? Осмелевший мальчишка уже  собралсялся было задать вопрос, как  в отдаление  послышались гневные выкрики.
          - Мерзкая карга! Она  заразная! – орал  купчишка. – Где  меня  коснулась, там пятно и чешется!
          Его  одержали  остальные товарищи.
          - Гнать шелудивую, покуда  всех  не заразила!
          -  Ведьма!
          -  Заразила!
          -  Сглазили!
          - Убить!
          – Сжечь!
        Толпа  двинулась в их  сторону. Никуш собрался было сказать, что нет ни одной болезни, чтобы    через миг проявилась, но Странник положил  ему    руку  на  плечо.
          - Помолчи, - выпрямился он во весь свой немаленький рост и вежливо  осведомился:
          - Вы, что-то хотели, почтенные?
          Люди замерли. В голосе  мужчины чувствовались сила  и власть. Он явно умел повелевать другими.
          - Ст-старушка  пусть уйдет, - чуть запинаясь, проговорил старший из купцов. – Заразная она, господин…
        - Почтенная женщина  отужинает и  уедет!  А вам лучше вернуться на  свои  места, - все так же ровно и вежливо ответил Странник.
        - Заразная она! – завопил младший купец. – Заразная!
        - Вы целитель, почтеннейший? – холодно осведомился провожатый  Никуша. Купец осекся и попятился.
        Мальчик восхитился выдержкой своего спутника. Так держаться перед разъяренной  толпой мог только  очень смелый человек. Конечно, он  воин, и он высок и ловок, но  он безоружен. А в трактире  полно вооруженных людей, и  многие  из них гораздо  крупнее и сильнее Странника. Рядом с ними он, что тополь  посреди  дубравы. Однако Никуш надеялся, что  Страннику все же удастся  успокоить людей. Он и впрямь почти  преуспел в этом. Смущенные  его видом, его тоном, завсегдатаи стали  постепенно  отходить в сторонку. Наемники  ворчали, но драться из-за  купцов не собиралась, а купцы  растерялись. Казалось,  все  угомонились, но в этот  момент выкрикнул  кто-то из забулдыг:
        - А он сам, как приехал перчаток не снимает! Поди, прокаженный!
        - Точно прокаженный!
        Толпа  снова  загудела, забурлила.
        - Пусть  убирается!
        - Выгнать его!
        -  Да он заодно с бабкой!
        -  Всех повывести решили!
        -  Сжечь их!
        - Вместе  с трактиром!
        - Развел старый  дурак здесь    заразу!
        - Люди добрые, опомнитесь! – взвыл трактирщик. – Зачем  трактир-то сжигать?!
        - Прокаженные кругом ходят! Сжечь всех!
        - Да он  -  хороший постоялец! Платит  исправно, здоровый, тихий! – со слезами  в голосе    причитал  хозяин.
        - Пусть он руки покажет! Если  они чистые, только  бабку прибьём, а его с мальчонкой  и трактир не тронем!- предложил  крупный мужчина с окладистой  черной  бородой.
        - Сымай перчатки! -  завопили  в толпе.
        Никуш в ужасе сжал  в  руке кусок хлеба, будто  он мог  чем-то помочь.  Бабка, вздрагивая при каждом  крике, шептала:
        - Ой, чё деется-то, ой! Милки, да  вы  чего? Да какая же я прокаженная?! Ой, чё деется! Спаси нас Эру!
        Странник сделал шаг  вперед.
        - Уважаемые! – насмешка ясно прозвучала в его голосе. – Умерьте  воображение! Заразы  здесь нет, если не считать того, что  паника и злоба опаснее любой  проказы!
        - Он издевается! Убить его! – закричал какой-то мужик, его поддержали другие, но  с места не тронулся никто.
        - Продолжайте вашу трапезу. Мы уйдем! – мужчина кивнул Никушу и, подхватив под  руку старушку, направился к выходу. Никуш  с трудом  сдерживался, чтобы не зажмуриться, когда проходил  мимо, словно оцепеневших людей. Мальчик  боялся, что их  разорвут в клочья. Странник, наверно,  почувствовал  его испуг и  взял  за руку. Стало  не так страшно. Стоя на пороге, провожатый Никуша  обернулся. Глаза  его  засияли  странным  серебристым светом, и был  этот свет  ярче  сияния  луны и звезд на небе.
          - У каждого свой путь! Вы свой  выбрали! Мне жаль…
        Слова его  будто ветром  подхватило, от них  словно  снегом  и холодом  дунуло в лицо, они  словно  льдинки    упали  и раскололись…
        Их не остановили у двери, не остановили и потом. Странник вывел вороного  из конюшни. Бабкина  мохнатая кобылка так и стояла, запряженная в  телегу.
        Старушка, вытирая слезы, проговорила:
        - Спасибо тебе, милок. Уж думала, последний  час мой пришел. Прости, что из-за меня без крова остались.
        - Мы  утром собирались уходить! – отозвался мужчина. -  Далеко ли  держишь путь, почтенная госпожа?
        Выяснилось, что бабушка едет  в тот же город, что и они. Неожиданным попутчикам женщина  обрадовалась и  предложила посадить    мальчонку  к ней на  тележку. Никуш  хотел было отказаться, но  провожатый  все решил за него. Так  мальчик  оказался  в  сене на тележке, а  Странник  поехал рядом.

А жаль, что у старушки не было проказы или чего еще поинтереснее. Хоть бы элементарной чесотки ;)

Люди! Они такие разные бывают. Но, в самом деле, какой-нибудь чесоточки им бы не помешало! ;-v ;-v
Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин! Очень выразительный эпизод и очень живо написано. :) :)

Однако, последние, обращенные к этим ксенофобам, слова Странника прозвучали обнадеживающе ;) ;D

Вот! Мы каждым словом и поступком выбираем себе путь!  ::) ::)

Воистину так: "Паника и злоба опаснее любой проказы..." :( Но старушку из беды Мелькор выручил, почему-то упрямо кажется, явно ох какую не простую :). Заодно преподав Никушу еще один урок - сострадания, сердечного тепла и мужества... Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин - и очень ждем: что же дальше? :)

Большое спасибо за чудесную сцену, эрэа Эйлин.  Мелькор великолепен! А от бабули жду какого то сюрприза.

Как тут не вспомнить мать Кандерат из "Волкодава" ;)

Ой, умоляю - не надо...

;D
Ладно, пусть будет странствующая Баба Яга. Для тебя все, что угодно ;D

Спасибо, эреа Tany ,  эреа Convollar, эреа NNNika , эреа Красный Волк, эр Drago63! :) :) :)
Старушка  весьма непростая. И она не Баба Яга, хотя  может  быть и ею. ;)
Сюрприз сейчас  от неё будет.
А люди они такие... Люди, в общем. ::)

          Сначала  Никуш несколько  брезговал  сидеть  рядом со старой  женщиной, но вскоре  понял, что сено на  удивление  душистое, словно трава  не так давно была  скошена  и высушена. Да и от самой  бабульки пахло чем-то горьковатым и свежим – то ли  полынью, то ли  бархатцами.
          -  Почтенная госпожа, а как вашу  лошадку зовут? -  не выдержал  долгого  молчания  мальчик.
          - Мышка! – прошамкала  бабулька и  оглянулась тревожно: – Как бы не погнались  эти  разбойники за нами?
          - Не погонятся, - усмехнулся мужчина.
          -  Господин Странник, а вы их это того, да? –  проговорил  Никуш  с восхищением  глядя на своего  провожатого. Теперь он считал, что колдовство -  дело  полезное.
          - Того – это чего? – насмешливо посмотрел на него Странник.
          - Прокляли  вы их, да? И они того, да? – в голосе мальчишки надежда  смешалась с восторгом.
          - Нет,  не проклял, - суховато ответил мужчина. – И они  - не того, они продолжают  есть, пить и  веселиться.
          - А я думал…. – разочарованно протянул Никуш. – Вы так сказали…
          - Вынужден тебя  разочаровать, -  все так же сухо сообщил его    провожатый. -  Проклятия  слишком  опасны, чтобы  ими  так легко разбрасываться. Я просто  увидел их  судьбу… - он  невесело вздохнул.
        Мальчику  вдруг стало стыдно за недобрую  радость, за злые мысли. Он же ученик целителя, а целитель должен  каждому  помогать, а не  зла  желать.
        - Верно, ты  сказал,  милок, тогда! Ох, верно, - вмешалась в разговор  старушка. -  Каждый сам для  себя  дорогу  выбирает. Жизнь она такая – дорога и есть. Бывает, на месте  сидишь, а  все равно    идешь. А иной раз  скачешь, мечешься, а не туды и не сюды. Ох, меня! Мешок  свой в трактире  оставила! – вдруг  заполошно  вскрикнула  она и  всплеснула  руками.  -  У меня  ведь  там  платье свадебное  хранилось!
        Никуш подивился: зачем в таком  возрасте    свадебный наряд?! Или  бабуля к жениху  едет? Кто бы подумать мог!
        - Бабушка, а вы замуж собрались? -  не  удержался и  спросил он.
        Старушонка  мелко  затряслась от смеха.
        - Ой, милок. Ой, уморил! Куда ж  мне замуж-то? За смерть разве что! Ох, насмешил!
        Смеялась она долго, успокоившись, объяснила:
        - В юные  лета, замуж  собираясь, вышивала. Да  не сбылось – помер жених-то, а  платье  осталось. Хранила как  память…
        - Ой, как обидно! – мальчику стало жаль  старушку. Из-за этих    охальников в трактире, она  лишилась дорогой ей  вещи.
      - Жалко! – кивнула бабка. -  Да и пусть.  Терять тоже надо уметь. Иногда одно потеряешь – другое найдешь! Знаешь, милок, - она обняла Никуша  за плечи, – иногда, чтобы    нечто отыскать, надо с чем-то расстаться. Иногда  большую часть себя отдаешь, навстречу неизвестности  шагнув. Иногда, чтоб  за порог  ступить, надо  быть  готовым, что обратно не вернешься. Кто знает, что там за порогом-то? Никто. А  идти  надо. Вот и идешь в  пустоту  с  пустыми  руками, все раздав  и ничего  себе  не оставив.
        -  За какой  порог  бабушка? – мальчик  и не подумал    вырваться из  её  рук. Ему  почему-то было  рядом  с ней легко и  покойно, словно родная бабушка его обнимала. Немного  тревожили  странные  слова, но и  они казались всего лишь зачином  к  удивительной сказке.
        - Какой порог?  Да такой – неизвестность  за ним!
        - Страшно, в неизвестность  шагнуть, -  рассудительно заметил мальчик. – Я бы  не смог.
        - Ой, смешной ты! – потрепала  она его по  светлым вихрам. – Ты уж сколько раз  шагал незнамо куда. Из дома  ушел, сейчас  идешь…
        Никуш  призадумался – и  верно, он ведь  из дома  уходя, не ведал, что  наставник Наррен таким добрым  окажется. А  сейчас? Он же  считал  Странника  колдуном, злым и  коварным, а  тот  его  вылечил  и  сейчас их с бабушкой  спас. Точно, не знаешь, где  найдешь, а где  потеряешь.
        - То есть, нам всем рано  или  поздно  приходится за  порог  идти? – решил он  уточнить.
        - Умница, - похвалила  старушка,  улыбаясь. – Только  пороги  у всех разные. Иногда кажется, что не порог, а  Грань переступить  надо…
        - И что же там за гранью? -    спросил  Странник. А Никуш думал, что он  не слушает их  глупую  болтовню.
        - Кто ж знает, что там, - пожала плечами  бабка. – У каждого  свое. Для  кого пустота, для  кого    судьба… Смотря сколько отдать...
        - Отдать можно лишь  свое, - задумчиво отозвался мужчина. – А если  уже  ничего нет?
        -  Как это нет?! – удивилась она.  – Нет  лишь  у мертвого, а пока жив, сам ты  у себя  есть… Только  ведь  можно ничего  и не  найти. Страшно  в  пустоту с  пустыми  руками….
        Никуш    вдруг  перестал  понимать, о  чем идет  речь, а Странник и старушка явно
понимали.
        - Страшно понять, что  пути  больше нет, - глухо  проговорил  его  провожатый.
        - Как это нет пути? – опять  удивилась бабушка. – Захочешь -  найдешь! Захочешь -  уйдешь! Дорог  много и  перекрестков  на них хватает!
        За разговорами время пролетело незаметно, вскоре показались стены города. Стража, строго досматривающая всех приезжих,  пропустила их спокойно.  Город был  большим, гораздо больше и  краше того, в котором ранее жил Никуш.  Мощеная булыжниками мостовая, высокие  каменные здания. Мальчик так и  вертел головой, стараясь увидеть как можно больше. Вскоре старушка остановила    лошадку.
        - Мне туда! – показала  она рукой влево. Там теснились  небольшие  одноэтажные домики. – Спасибо  вам за вашу доброту, голубчики! Дальше сама доеду!
        Она ласково  погладила  сухонькой ручкой Никуша  по голове. Мальчик на  миг  прижался к  худенькому  плечу.
        - Ну учись, малыш! Хороший  целитель из тебя  получится! – прошептала женщина на  прощание Никушу. Странник  посадил  мальчика на лошадь, а  сам  поклонился старушке. Он хотел  что-то спросить, но та, приложив палец к губам, вдруг  улыбнулась неожиданно  молодо  и  озорно.
        - Что ж спасибо тебе, сынок! За доброту спасибо! За выдержку! – она коснулась  рукой его волос, будто благословляя. – Помоги  тебе Эа!
        Невесть откуда  взявшийся  ветер  приподнял край    её  темного плаща,  взметнулись  костром оборки    разноцветной  юбки и опали  шорохом  осенних  листьев. Глаза  женщины блеснули  яркой  зеленью на  внезапно помолодевшем лице. Легко вскочила  она  на телегу, невзрачная кобылка  рванула  во весь опор. Только их  и видели. Лишь запах осенней листвы и бархатцев  остался, да  вдали прозвенели  серебряные колокольцы.
        Никуш растерянно  посмотрел на спутника.  Мужчина  стоял,  широко  раскрыв  глаза,  и смотрел  вслед  исчезнувшей женщине.
        - Что это было? –  спросил мальчик.
        - Сказка! -  тихо  ответил его спутник. -  Мне  рассказывали, но я не верил…
        Выглядел  он  совершено потрясенным.
        - Кто она? – не отставал Никуш.
        - Кто? У неё много  имен… -  Странник вздохнул. – Пойдем  к твоему наставнику.
        Всю дорогу до дома  господина Диртона  Никуш  размышлял: старушка явно была    волшебницей и  явилась им  неспроста. Наверно, они  прошли  какое-то испытание. Только  говорить об этой встрече никому не стоит, почему-то решил  мальчик.

Большое спасибо за встречу с Многоцветной, эрэа Эйлин. Она, похоже, стала очень важной для Мелькора.

То, что бабушка не так проста было понятно, но чтобы вот так...Спасибо, эрэа Эйлин! :) :)
Чем дальше, тем интереснее! Мелькор, Никуш, сказка, в которую даже Мелькор не верил. Что впереди?  ::) Что нас ждёт ещё? А пока будем ждать продолжения. С нетерпением! :) :)

А все же эта сказка не столько для мальчика, сколько для бессмертного рефлексирующего натворителя ;)
[spoiler]Не смогла выбрать лучшую ;D
(http://s011.radikal.ru/i318/1411/3f/ebfec47940ed.jpg) (http://www.radikal.ru)
(http://s020.radikal.ru/i704/1411/94/f4a71f26695a.jpg) (http://www.radikal.ru)(http://s012.radikal.ru/i320/1411/94/53fd1b22f1d8.jpg) (http://www.radikal.ru)(http://s019.radikal.ru/i613/1411/f7/e2238314a158.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]

"...- Отдать можно лишь свое. А если уже ничего нет?.. - Как это нет?! Нет лишь у мертвого, а пока жив, сам ты у себя есть..." Воистину так - золотые слова... Как и эти: "...- Как это нет пути? Захочешь - найдешь!.. Дорог много, и перекрестков на них хватает!.."
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :) Да, еще не известно, кому больше подарили веры в себя Многоцветная Госпожа и ее сказка - Никушу или Мелькору... Хотя и судьбу Никуша эти две встречи, похоже, теперь во многом изменят. А портреты Многоцветной - просто чудесные, эрэа Tany! :)

Спасибо, эреа Tany ,  эреа Convollar, эреа NNNika, эреа Красный Волк! :) :D :) Вот такая вот  сказка  явилась  к Изначальному. Конечно, Многоцветная  пришла  больше из-за него, но и  на мальчика все это произвело неизгладимое  впечатление.
Портреты прекрасны все, эреа Tany , тем более, что Многоцветная может быть очень и очень разной. Впрочем она  это  уже  показала.
Дальше  еще  немного  мальчика и  Мелькора, а  потом  опять рыжая. ;)

        Господин Диртон оказался дома, он был  рад видеть последнего ученика Нарэнна. Так рад, что даже  вначале не обратил внимания  на  его  спутника.
        - Никуш! Ты все же  приехал! Прости меня, я не мог сразу забрать тебя, - бросился он к  мальчику.  - Как же ты добрался?
        В его глазах Никушу  почудилось неподдельное  удивление.
        - Меня довезли, -  мальчуган  повернулся к  своему  провожатому, боясь, что тот уже исчез так же, как и старушка-молодушка.  Но Странник  стоял, пристально рассматривая  господина Диртона,  будто  в душу ему    заглянуть старался.
        - Спасибо за мальчика! -  искренне  проговорил  целитель. – Чем я  могу  отблагодарить вас?..
        Он осекся,  в  растерянности  глядя на  странного незнакомца.
        -  Благодарить  не стоит! Берегите  своего ученика, - мягко ответил Странник.
      - Но…  почему  вы сами  не  взяли его в ученики?  - запинаясь,  спросил  обычно  такой уверенный  и находчивый Диртон.
        -  Я больше не беру  учеников! – тихо и твердо произнес мужчина. По его лицу  пробежала  тень,  глаза  стали  глубже и  ярче. Он  шагнул  к мальчику, погладил  его по голове.
        -  Прощай, Никуш! У тебя  все будет хорошо! – сказал  Странник  и сел на    коня.
         
        - Подождите! – крикнул вдогонку  господин Диртон. А Никуш не произнес ничего, он    знал – его спутник не  останется. Вот и  еще  одна  потеря, вот  и  еще  одна  дорога  окончена.
        - Только  дойдите  туда,  куда  стремитесь, господин Странник, -  глотая  слезы,  прошептал мальчишка.
        - Не  плачь, Никуш, - господин Диртон  положил  ему руку на плечи.  – Он дойдет.
        - Я по дороге заболел,  а он меня  вылечил… Совсем… Мне  теперь  так хорошо. Раньше так никогда не было. Я так хотел  с ним немного еще побыть, -  размазывая по  лицу  слезы,    сбивчиво проговорил малыш. – А теперь он ушел. Почему так?
        - Тебе  повезло, Никуш. Тебе  очень повезло! -  горячо проговорил  целитель. – А он… Ох, если бы  я знал те  слова…
        Мужчина запустил  руку  в волосы и  взлохматил  их.
        - Какие слова, наставник? – заинтересовался  мальчик.
        - Такие, -  сердясь на себя  самого, ответил  Диртон. – Говорят, если  ему их  скажешь, то он  примет в ученики. Только я  их не запомнил…
      - Вы его знаете? А  кто он? - Никуш с любопытством уставился на    учителя. – Волшебник?
      - Да, волшебник, - как бы нехотя произнес целитель. –  Я  слышал  о нем. От Нарэнна, а ему  его наставник рассказывал. Давно это было…
        - Расскажите! Ну, пожалуйста!   
        Диртон  покачал головой и улыбнулся:
        - Сначала в дом! Познакомишься с моей женой. Она будет  тебе рада! Потом    обедать, а уж  потом  слушать. Договорились?




      Никуш давно уже  спал, а  Диртон сидел в библиотеке и смотрел в огонь  камина. Он размышлял  об  удивительной встрече, которую судьба  послала  ему и  его  новому ученику.
      Почему он понял, кто перед ним, лишь только  увидев  высокого мужчину  в черном? У  провожатого Никуша не было    жутких  шрамов  на лице, он выглядел  обычным  человеком -  уставшим,  печальным. Черный плащ?  В черном  одеянии не так и  мало народу ходит. Седые  волосы? Их было почти  не видно. Может быть, взгляд?
      Впрочем, главной причиной был Никуш.  Совершенно  здоровый Никуш, которому, по словам  старого Нарэнна,  оставалось в лучшем  случае жить полгода.  Диртон  не  поехал за ним осенью,  понимая, что ребёнок не  выдержит трудной дороги. Он  послал  с нарочным для Глорен приличную сумму,  прося  позаботиться о мальчике. А  Глорен, выходит просто  присвоила  эти  деньги  себе. Откуда  у добрейшего Нарэнна такая подлая  дочь?
        Старый целитель  пожалел тогда больного мальчишку и забрал  его у родных.  Мальчик неожиданно оказался способным. Нарэнн  смог  немного подлечить его, но  исцелить от  этой    болезни  никому было не  по  силам. Никому,  кроме  живого воплощения зла. Так вот забавно получилось.
        Нарэнн  много рассказывал  ему  про Черного Валу.  Его наставник был  учеником у  ученика этого  странного  создания.  Нарэнн  был  умен и благоразумен:  свои опасные знания он  тщательно скрывал. Лишь ему  и доверился. Знал, что  ученик поймет и  никому не  расскажет. Сам  Диртон  и  начал  тогда    этот разговор, рассказав про бредни  прабабки. Та  в последний год  своей жизни поведала правнуку то, что когда–то давно  сказал ей  выживший  из  ума за  давностью  лет  дед. Старик явно зажился на свете. Совсем  юношей он участвовал в  той самой  Великой войне против  Врага и  видел  его -  уже  в  цепях,  скованного. Хотел  насмеяться, да  взгляд  поймал и не смог. «Ничего в нем  страшного не было. Просто  человек, уставший и не злой. Совсем не злой.  Красивый, несмотря на  шрамы, и  волосы белые-белые и  чуть светятся. А так  обычный человек. Стыдно мне  тогда  стало! Ох, как стыдно! Виноват я, девочка…» Прабабка, тогда совсем юная девчонка, одна из всего семейства поверила  старику. Всю  свою  долгую и  тяжелую жизнь она  сочиняла  сама себе  сказки про встречу  с  героем  дедушкиного рассказа. Наверно, ей  так было легче. Всю жизнь она  молчала, а  вот  на  смертном одре  младшему правнучку поведала.    Тогда Диртон  не поверил, но  история заинтересовала, он  очень долгое время тщательно собирал легенды  и сказания о том  дальнем времени.
Как же все странно! Почему одного из Создателей Мира считают его исказителем? Впрочем, глупый вопрос: ради своей  выгоды или ради  «правого дела» правда легко подменяется ложью.
          А где-то, говорят, в  черной башне живет  черный колдун – один  из  учеников Врага мира. Будь Диртон  моложе, он бы  сходил и  посмотрел на  этого Черного колдуна. Может быть,  еще  когда-нибудь  он сходит?

Сколько лет прошло, люди уже сказки сочиняют про Воплощение Зла! А потом эти сказки переврут при пересказах - жизнь человеческая коротка и немногие хранят и передают ученикам древние знания. Но куда направляется Странник? Что он ищет или...кого?
Спасибо, эрэа Эйлин! :) Всё время жду продолжения - интересно, что же дальше?

Спасибо, эреа Convollar!  :) Странник  ищет дорогу из  этого мира. Он хочет найти  Лиссэ.
Продолжение будет, скорее всего, послезавтра. Там будет опять рыжая. ;)

Большое спасибо за продолжение.
Никушу действительно очень повезло. Интересно встретится ли еще он и его новый Наставник с Мелькором.
:D :D :D :D :D Ждем! Ждем! Ждем!

А и впрямь, откуда у добрых людей непорядочные дети?  ;)

  Да, Никушу очень повезло: встреча с Мелькором спасла ему жизнь... И почему-то кажется: семена, которые заронили в душу мальчика Мелькор и Многоцветная, не только обязательно прорастут добрыми колосьями. Не пересечется ли потом дорога повзрослевшего Никуша и с Черным колдуном из черной башни? ;)
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :D И с нетерпением ждем: что дальше?

Замечательные отрывки, как всегда, очень живо написанные. Прекрасная мудрая Многоцветная, Мелькор, что идет к своей цели - и обязательно дойдет, я думаю. И мальчик, у которого теперь все должно быть хорошо. Не всякому, ох не всякому на своем веку посчастливится встретить таких удивительных попутчиков...
Спасибо, эрэа Эйлин, и, как всегда - ждем, что будет дальше.

Спасибо, эреа NNNika, эреа Tany,  эреа Красный Волк,  эреа Tory ! :) :)
Никуш -  мальчик любознательный, он  захочет узнать  больше  про своего провожатого и про его ученика из Черной  башни, но об этом  позже. :)

         

          Мэтр Клемент  стремительно вошел  в комнату. Лиссэ уже давно  ждала его. Женщина сидела  в  кресле, непринужденно закинув  ноги на стол. Ножки  в  атласных темно-красных туфельках были  восхитительны,  но магистр поморщился.  Он  пребывал в твёрдой  уверенности, что ногам на  столе не  место, даже таким красивым,  на правах старого друга он прямо  и сказал об этом.
          Лиссэ  не обиделась и  ноги со стола сняла.
          - Извини, Клем, я не видела, как ты вошел!
          Говорить о том, что по-настоящему воспитанная особа  ведет себя пристойно даже наедине с собой, магистр не стал.  Лиссэ он  любил, а  такие  мелочи  можно и простить. Тем более, в последнее время её манеры несколько  улучшились. Его своенравная  подруга  даже перестала носить наряды  всех  цветов  радуги.  Вот и  сейчас она выглядела  весьма элегантно  в  темно-красном  платье. Конечно, зеленый кант несколько портил впечатление, но его было не так  уж  много – канта, а не впечатления.  Отрадно, что  хоть у Мелиссы  хороший  вкус. Наверно, в отца  пошла. Мысль об  отце обожаемой  племянницы  заставила вспомнить о важном деле.
          - Ангел  мой рыжий, ты  уже  сдала  отчет за  учебный год? -  поинтересовался он.
          - Кто про что, а  магистр -  про отчеты! – хмыкнула Лиссэ. – Утешься, о Великий, отчет я сдала твоей новой  помощнице! Надеюсь, она его не заныкает?
          - Нет, она аккуратная  девочка! – очередное вульгарное  словечко Клемент  препочел не заметить.
          - И это её единственное достоинство, кроме  мордашки, разумеется?
          - Не только! Есть еще одно: она    в меня не  влюблена, а это так радует! – рассмеялся мэтр, усаживаясь в кресло.
          - Бедняжка! -  посочувствовала притворно мистрис. – Тяжело тебе  с молодыми  магичками, -  и деловито  спросила: -  Полагаю, ты  пригласил меня к себе не для разговоров об отчетах и  магичках?
          Она  хищно прищурилась, став  похожей  на  большую и коварную  кошку.
          - Нет,  рыжик! Я  хочу  сообщить тебе, что  выполнил давно данное обещание! – торжественно возвестил магистр.
          - Какое,  Клем? Не есть сладкого на ночь?
          - Я его и так не ем! – отмахнулся он и продолжил:  –  Теперь  ты можешь вернуться на свою  Арту.
          Лиссэ побелела и  широко распахнула  глаза.
          - Как?!
          - Легко и непринужденно, - жестом  фокусника Клемент  вытащил  скромное колечко.
          - Что это?!
          -  Средство для  телепорта в  те  дивные  края. И обратно  к  нам. Примеришь?
          - А я  сразу туда не попаду? -  с опаской  взяла кольцо в руки дейе. Все-таки материнство  поразительно меняет  женщин.  Семь лет назад она надела  бы это  кольцо, не раздумывая, теперь же Аннифируэль    стала осмотрительной.
          - Конечно, нет.  Его активирует мысленный приказ. Без него – это всего лишь безделушка!
          Мистрис изучала  артефакт очень внимательно и придирчиво.
            - А что это за надпись там внутри?
          Мэтр поморщился, вспомнив, что Лиссэ  так и    не  удосужилась выучить  хотя бы десять древнейших языков.  В обычной жизни и даже  в  теории магических наук  они применялись редко, но мэтр считал, что каждое образованное создание  обязано знать не меньше  шестидесяти мертвых  языков и  ста пятидесяти живых.  Магистр  тут же  мысленно одернул  себя: всего  знать невозможно,  а Лис – прекрасный маг и без  знания языков.
          -  Это написано на  одном из древнейших языков и  способствует усилению заклинания. Надпись  гласит, что  тонкая нитка  -  дорога -  иногда может  свернуться  в кольцо. Кольцо настроено на тебя, при желании может стать невидимым.
          - Телепорт пройти  могу лишь  я одна? – спросила  мистрис.
          Клемент  даже  восхитился  её умением задать  необходимый  вопрос.           
          - Можешь с котом!  Дочку взять не получится.
          Лиссэ тяжело вздохнула:
          - Клемент, неужели нельзя было…
          - Рыжик, ты же  понимаешь, что  Мелисса слишком  мала для путешествий в другие  миры. Сила  может пропасть или, девочка с  ней не справиться. Такой  дар у рожденного ребенка  чрезвычайно редок.  Ты же хочешь, чтобы  твоя  мелкая  хулиганка стала  одной  из Создательниц?
          - Хочу, - буркнула Лиссэ, и сверкнула глазищами:  -  Только  мне  боязно надолго оставлять свою девочку. Тем более,  осенью она  пойдет учиться, и  Сиренэ  оставила на моем  попечении на все лето  своих двух оболтусов. А скоро приедут новые  ученики… Ведь у  меня в этом  году  младшенькие. А с ними  еще  заниматься. Кто  меня заменит?!
          Она  схватилась  за голову.
          - О детях твоих и  чужих позабочусь я. Старших тоже  возьму я, остальных  распределим. Считай, у тебя  бессрочный отпуск с  сохранением места. А если ты  думаешь, что сможешь  бегать туда  и обратно, то глубоко  ошибаешься. Кольцо – не почтовая карета и не  бытовой телепорт.  Уедешь надолго,  вернешься  - надолго, - Клемент понимал, что для  его подруги  важно  сейчас  уехать. Если    она останется, повинуясь долгу, то никогда не простит  себя.
        -  Спасибо за заботу о  детях, Клем, но что ж ты  кольцо такое  плохонькое сварганил?  Времени  пожалел? На  магичек, небось, не жалко, а? -  хмыкнула мистрис.
        Магистр притворно обиделся,  она тут же  с притворным раскаянием в голосе попросила прощения и  помчалась  сообщить  новость  дочери.

Спасибо, эрэа Эйлин! :D Ах, магистр, он ещё и по кольцам мастер! А не пригодится его технология изготовления колечек и Гортхауру? А может быть - это то самое кольцо? Нет, их должно быть два - у Лиссе и у Гортхауэра! Словом, ждём продолжения. С нетерпением!

Магистр - мастер на  все руки, но  это кольцо  творил не  он. Хотя и приложил к  нему  свою руку. ;)  Позже  все  выяснится.

Эх, как хочется иметь такое колечко ;)

Спасибо, эреа Tany! :) Колечко полезное. сама бы не отказалась, да  где ж взять? :-\

        Маленькая разбойница вначале  немного огорчилась, что не сможет увидеть отца и  самого знаменитого из маминых котов. Но  немного подумав, она решила, что мама  поможет папе с его делами, и они  быстрее вернуться домой.  А она  останется в доме  за хозяйку  - это ведь тоже  настоящее приключение.  Взвизгнув от восторга, чернокосая малышка побежала  рисовать папе  в подарок  свой  портрет в окружении кошек.  Честно говоря, талантом рисовальщицы  девочка  была наделена не слишком  щедро, пожалуй, даже ирха рисовали  лучше. Впрочем, у неё были      другие таланты.  Семилетняя девчушка была весьма самостоятельным, любознательным и  шаловливым созданием.
        Лиссэ    прекрасно справлялась с  воспитанием дочери.  Они никогда ничего не скрывали друг  от друга, делясь всеми своими радостями  и горестями. 
        Дейе ухитрилась,  ведя  себя  с дочерью, как со взрослой, не лишить её  детства. Мать и дочь  были  настоящими подружками.    Вот и  сейчас они сразу же поняли друг друга.
        - Мам, ты  мне  приснись, хорошо? – девочка чмокнула мать в щеку.
        - Обязательно, кошечка! И ты  мне? -  дейе крепко прижала  к себе  ребенка.
        - Угу, будем  сниться друг другу  и все-все рассказывать!
        - Слушайся, дядю Клемента и  Фролу! Веди  себя хорошо. Там  время  идет  иначе, так что я  скоро вернусь.
        - Ты папу  приведи и Оррика. Хорошо, мам?

        Сборы  Лиссэ  не были долгими. Зная, пристрастие  своей  подруги  к совершенно ненужным в  путешествии вещам, магистр сам собрал ей  дорожный мешок. Разумеется, Лис добавила  туда  несколько платьев самой экстремальной расцветки.  Медовые глаза дейе сияли  в  предвкушении встречи. Сейчас Клемент  безумно завидовал ей, сохранившей  свою любовь и веру в  чудо: она не  страшилась, что её с любимым могло разлучить время. Магистр был  уверен, что  Лис не обманется в своих надеждах.
        Еще раз крепко  обняв дочь, чмокнув  в нос Клемента,  Лиссэ  надела кольцо и  исчезла.

Чувствую, там еще не сразу наступит хэппи-энд ;)

:D :D :D :D Как интересно!
С нетерпением жду встречи Лиссе с любимым.

Замечательно! :D :D :D Жаль только, что папа не увидит дочку! :( Но невероятно интересно. Спасибо, эрэа Эйлин! Каждый раз жду продолжения с нетерпением. :)

Спасибо, эреа Tany, эреа NNNika, эреа Convollar! :)  :D :)Счастливые  моменты  там  еще  будут, а  вот до конца  счастливого еще  ехать и ехать. Встреча Лиссэ с любимым обязательно будет, не  сначала будет  еще одна  встреча. скорее всего, в воскресенье  выложу  кусок.
Папа дочку  увидит, но нескоро. :( Что поделаешь, зато дочка будет сильным  магом.

Конечно, дочка должна быть сильным магом! При такой наследственности! ::) ::)

 О талантах такой особо одарённой девицы мы еще  узнаем, но не  сейчас.


           Пушистая белая кошечка  неторопливо вылизывалась, восседая на  черном рояле. Мэтр Клемент сидел у стола, читая книгу.  Даже наедине  с собой маг выглядел безукоризненно и казался   спокойным и умиротворенным. Лишь хорошо знавшие его  могли  бы  догадаться, что магистр  слегка обеспокоен. С  ухода Лиссэ  прошло уже две недели, но беспокоился мэтр  совсем не из-за своей энергичной подруги. Клемент точно знал, Лис не из тех, кто пропадает.  Племянница тоже не волновалась: девочка заявила, что у мамы все отлично, но  вернется  она не скоро. Покоя не давало другое: одна  весьма  могущественная особа, добывшая ему магическое  колечко, попросила оказать ей ответную  услугу. Магистр и без просьбы поступил  бы так же, только  возможности  отдать  долг   пока не было. Это тревожило.
        Мэтр  чуть торопливее, чем обычно перевернул страницу.  Лиссина шалунья мирно почивала в своей  комнатке под  присмотром  Ньесс.  Покинуть  свой дом   девочка не пожелала,  и  очаровательному привидению  пришлось присматривать за малышкой.  Близнецов Сиренэ   Клемент поручил своей   младшей помощнице. Девушка  уже  с ними измучилась, но терпела. А вот Ньесс иногда  выражала недовольство проказами подопечной. Магистр даже в  сердцах пообещал развоплотить её. Уверенная в  его доброте  дама, лишь колыхнулась в воздухе и      фыркнула.
         А утром прибудут еще  пятеро  очень разных подопечных, чтобы провести лето в Школе.   Вот тут и начнется настоящее веселье. Преподаватели, за исключением самого магистра,  Нэйли, Драконаты и Леуса, разъехались на лето.  Студенты либо на практике, либо на каникулах. Значит, придется  честно выполнять обещанное Лиссэ – следить за мелкими обормотами. А тут еще очередная межмировая магическая конференция. Хмарыш её побери!
         Клемент придвинул  к себе очередной  многостраничный том. Читать  книги из разных  миров он взял себе за правило уже давно. Творцов сейчас развелось  слишком много: не успеешь оглянуться – возник новый мир. Прошло еще   немного времени  - создано к нему несколько   альтернативных. Не все миры оживают, далеко не все, но желающих творить  это не останавливает.  А потом рано или  поздно из некоторых   миров   попадают в  его Школу новые ученики. К счастью,  параллельные и альтернативные миры   обычно не пересекаются. Там и  свои   магические Школы  есть, но лучше быть готовым к неожиданностям. И, к счастью, о новых  мирах  иногда  можно узнать из  книг, потому  мэтр и  читал так много.
         Ближе к рассвету, мужчина закрыл толстый том. Лениво прошелся  по комнате, налил  себе бокал   вина  и подошел к роялю. Белая кошечка   перескочила на стол и приготовилась слушать.  Магистр откинул крышку, длинные пальцы коснулись  черно-белых клавиш, зазвучала  музыка. Сейчас он играл нечто свое и лишь для себя. Иногда музыка дарила утешение, радость,  иногда  позволяла  выплеснуть  надежно спрятанные чувства. Он часто играл   в одиночестве.
          Колыхание нитей заклинаний,  надежно охраняющих мир Школы от  любого вторжения, Клемент почувствовал сразу. Никто  и никогда не смог бы  подойти к этому миру незамеченным  магистром, и лишь он  имел право отдать приказ  пропустить. На этот раз мэтр   разрешил пройти, мало того, он   проложил  нить до дверей своего дома. Тревожить привратника  он не стал. Такого гостя лучше  встретить самому.

            Клемент опустил крышку рояля, пригладил  волосы, надел  сюртук и  расправил  манжеты. В этот момент в дверь постучали – осторожно и тихо. Магистр открыл, не спрашивая.  Высокий  стройный  мужчина в  черном плаще вежливо  сказал:
          - Мир тебе... вам.
          Знакомый Лис был  явно более вежливым, чем сама  рыжая. Отрадно.
          -  Добро пожаловать! Мэтр Клемент, магистр,  к вашим услугам, - церемонно представился магистр. – А вы, я полагаю, тот самый Мелькор, о котором так  много рассказывала  дейе Лиссуаль?
          -  Лиссэ все же  смогла вернуться?! – на лице  гостя  ясно читалось облегчение. – Как она?
          - Изумительно! -  улыбнулся  мэтр. -  Не так давно выпустила старший курс. Многие  её ученики окончили с  отличием,  - начал рассказывать он, но вовремя  опомнился: гостю это  неинтересно. Пока…
          - Проходите, -  Клемент сделал рукой приглашающий жест. 
Мужчина, чуть замешкавшись, прошел в комнату. Плащ он сбросил,  а перчатки  так и  не снял. Значит, от ран  и оков так и  не  избавился, а  вот шрамы куда–то исчезли.  Несколько  белесых  следов от них были почти не заметны и  совсем не портили строгой красоты лица гостя. А вот глаза    потухли, сейчас бы они точно не затмили  свет  звезд. «Дорого ему далась дорога сквозь миры. Нет, не  дорога, - поправил себя Клемент, – просто покидать родной мир слишком  больно, ведь  там  остается  часть души. А если ты его создал, то придется оставить и  часть своей силы – большую часть».  Не  переставая размышлять, мэтр  любезно  предложил гостю  вина.  Мелькор не отказался.
            Изначальный  выглядел несколько растерянным  и смущенным. Он даже не обратил внимания на  странный цвет вина. Вряд ли Мелькор заметил  и его вкус, лишь слегка  пригубив бокал.
          - Я смогу увидеть Лиссэ? -  спросил он тревожно. – Конечно,  сейчас ночь…
          -  В ближайшее время, к сожалению, не сможете, - Клемент сочувственно посмотрел на гостя.
          Изначальный  еще больше побледнел, хотя казалось, стать белее  просто невозможно.
          - С ней что-то случилось? Или  просто мне нельзя её видеть?
          -  С ней все хорошо. И дело не в  вас, - магистр  вздохнул. - Просто она  две недели назад отправилась  туда, откуда  пришли вы. И вернется нескоро.
          Глаза Мелькора совсем потухли, а лицо стало даже не белым, а серым.
          - Понятно, -  потерянно  прошептал он.  – Значит, мне  пора обратно.
          Он встал и  поклонился, собираясь  покинуть дом.
          -  Не стоит спешить! -  остановил его  Клемент.  –  Наши миры не совпадают по времени. Вы  все равно разойдетесь. Вы уверены, что сможете  вернуться?
          Магистру в это не верилось, и в это  явно не верилось и  его гостю. Точнее, он  просто знал, что обратной дороги для него  нет: он или  застрянет в  пустоте или  попадет  к Эру.
          - Боюсь доставить вам беспокойство…
          - Беспокоить меня  будут попечители, родители деток,  межмировая конференция магов и      милые подопечные. Вас в этом списке нет, поверьте! – усмехнулся  Клемент.
          Изначальный коротко поблагодарил и    медленно опустился в кресло. Щека  у него чуть дернулась, но  он справился  с собой и постарался  поддержать  беседу. Даже  заметил цвет вина и  спросил  о такой  странности. Клемент с  удовольствием поведал ему  о  своем  мире. Рассказывая, магистр  незаметно, но очень внимательно изучал  своего слушателя. Первое впечатление оказалось верным: сил у его гостя было очень мало. Дорого ему переход дался.  Но это не беда:  все  вернется, главное, духом не падать.
          Мелькор, чуть скривившись, незаметно потер запястье. Забавные  у него штучки на руках. Подобные браслетики  Магистр  видел и  сам  мог сотворить. Разумеется, они  не из железа ковались. Такие  вещички сплетаются из нитей  силы и  ограничивают магические возможности. Обычно их надевают не  умеющим  сдерживать свою силу  ученикам, ради  их же блага. Ни боли, ни  вреда они не  причиняют, но  эти  оковы чуть иные: слишком  много ненависти и страха  вложено  в них да  еще  щедро приправлено чувством  вины
«счастливого» обладателя.  С таким  настроем их точно не снять.
        «Может, помочь?» - подумал мэтр и решил, что пока не  стоит. Он  продолжил рассказывать  о  сине-зеленых  винах своего мира, а  его  необычный гость  то ли слушал, то ли  думал  о чем-то своем, прикрыв  глаза    узкой  ладонью.
        Лишь когда  Клемент прервал свой рассказ, он отнял руку от глаз. Взгляд  его  чуть рассеянно  прошелся по комнате, задержавшись на кошке и на рояле.
        -  Музыкальный инструмент? – спросил он.
        - Угадали, - улыбнулся магистр: – Иногда я  играю… для  себя и Белинды, - он  посмотрел на кошку. Белоснежная красавица  мяукнула.
        - Никогда  такого не видел и  не слышал! – вежливо отметил  Вала – вежливо и отстраненно.
        - Еще услышите, - пообещал Клемент,  плеснув в бокалы себе  и  Мелькору вина. Изначальный неторопливо  отпил.  Зеленое вино с  родины Клемента  не  пьянило, а  бодрило, давая  силы телу  и ясность  уму. Но  его гость, казалось,  стал еще более уставшим.  Даже его  волосы  выглядели тусклыми.  Тяжело ему сейчас, очень тяжело.
          Когда-то  мэтр Гилмантий рассказывал своему преемнику на посту Главы Школы, что  разрыв с миром  иногда  очень тяжело  дается  для  Творца: «Словно всех  чувств разом лишаешься. Слепой хоть слышит, а  глухой  может услышать,  тут же  все разом  исчезает. Потом  силы  придут, и  чувства  вернутся, но поначалу… Страшно.  Чем дольше  в мире пробыл, тем  тяжелее  расстаться. Многие из нас надолго не задерживаются. Лишь иногда приходят проведать. Дракки легче было. Она из Драконов. Они  миры  из нитей  Вселенной  плетут и себя почти не тратят. Эйллиэ Сейнеллиир неизвестно, как свои  миры создает. А я первый раз очень страдал. Потом  умнее стал…  Миру тоже  свободу  давать надо. Как ребенка нельзя вечно на руках таскать, иначе он ходить не научится, так и мир отпустить  надо. Но так страшно – пальцы разжать».
          Можно представить, каково  сейчас столь  привязанному  к миру и столь  вочеловечившемуся Мелькору.  Но не беда: здесь  его  ждет нежданный подарок. Магистр предвкушающе улыбнулся. Интересно будет    их с племянницей  увидеть вместе. Сейчас Клемент очень хорошо понял, на кого так похожа маленькая  плутовка.
        -  Раз вы так опасаетесь меня  побеспокоить, то  я предлагаю вам пожить в доме Лиссэ. Заодно за её питомцами  присмотрите,  -  мэтр внимательно  изучал  содержимое своего бокала на свет.
        -  Спасибо, -  поблагодарил его Изначальный. В  светлых глазах зажглись слабые  искорки любопытства. – У  Лиссэ  кошки?
        - Не только, она у нас женщина  разносторонняя, -  туманно поведал магистр, отпив  вина.
        Опять воцарилось молчание.  За окном  рассвело. 
        Детишки уже прибыли, и дея  Нэйли  Глори, наверно, уже знакомит их  с правилами  поведения в Школе. Если, разумеется, Мелисса и  близнецы не познакомили до того. Эта троица  везде  успевает… Пожалуй, пора  посетить аудиторию.
        Магистр  поставил  бокал и  стремительно поднялся.
        - Сейчас мне нужно побеседовать с новыми учениками, а потом  я провожу вас в  дом Лис. Не хотите  пойти  со мной? Школу заодно  посмотрите, - бросил  он, направляясь к двери. Разумеется, его гость  хотел посмотреть на Школу.
        Идти  пешком мэтр  не собирался. Телепорт он  открыл прямо за дверью дома и проложил  до    той самой  части, где  обитали  младшие. По  давно заведенному в Школе  обычаю, открывать телепорт в аудитории  считалось неприличным и позволялось лишь в  самых экстренных случаях.

:D :D :D :D :D :D :D
Как хорошо, Мелькор в надежных руках! Магистр Клемент поможет ему прийти в себя после трудной дороги, ну а милые крошки взбодрят как следует.

Ох какое многообещающее: "Пока…". У Клемента, похоже, появились далекоидущие планы.

Зеленое вино... ммм.. хочу попробовать! :D
(http://s017.radikal.ru/i401/1411/0c/6a0f2993e2cc.jpg) (http://www.radikal.ru)

Спасибо, эрэа Эйлин! :) Интригующее продолжение. Но мэтр Климент прав - нельзя держать мир при себе, на привязи. А знакомство с внучкой, вероятно, станет для Мелькора неожиданностью. Интересно, а мэтр может снять с Мелькора оковы? ::)

О, какое интересное продолжение, какой поворот событий!
Ничего, вот Мелькор немножко оклемается с дороги, и они с мэтром, я думаю, будут весьма друг другу полезны... ;)
Спасибо, эрэа Эйлин!

Спасибо, эреаNNNika, эреа Tany,  эреа Convollar, эреа Tory! :) :) Детки обязательно взбодрят, эреа NNNika,  а у  мэтра Клемента  всегда есть планы, и он  умеет добиться  своего! :)
  Прямо как  вино мэтра, эреа Tany! Спасибо! :D
Клемент может многое, эреа Convollar, но  возможность избавить Мелькора от оков он предоставит    другому созданию. ;) Про внучку Черный Вала, разумеется, пока ничего не знает.
С мэтром они  даже  немного подружатся, эреа Tory! :)

            В просторных и светлых коридорах, по случаю каникул, было пустынно.  На подоконниках буйно цвела  самая  разнообразная  растительность.  Ладомира  воспользовалась отсутствием  учеников и  вынесла  часть цветов  из  своей оранжереи. Но ничего -  скоро она  пожалеет об этом.  Хотя… Пожалуй, стоит  отдать распоряжение Глори, чтобы  вернула их  в  сад  природницы.
          -  Занятия  у нас  начинаются осенью. Дети  прибывают дня  за три-четыре, но  иногда  мы  принимаем будущих  учеников и летом, - объяснял  Клемент по дороге. -  Как  вот  сейчас.  Двое  оборотней из весьма отсталого мира. Своей Школы там  нет, обычно  учат Старшие в стае. Но на этот раз у детей    проявилась нетипичная для этих мест магия. К тому же  они  совсем неграмотны. Нужны дополнительные  занятия. Ведьмочка – человек из  отсталого  мира  лишенного магии. Там  её  рано или  поздно  ждет  костер. Как и оборотни,  нуждается в дополнительных занятиях перед  Школой.    Темная эльфийка.  Скорее всего, будет  некроманткой. Для эльфов -  это слишком  странно, посему родители спихнули  чадо нам,  - магистр  прервался, чтобы отдать  распоряжения  встреченной  кастелянше.
          Гоблинша уточнила  несколько  вопросов  по размещению новичков и  удалилась. 
          - Итак, остался светлый эльф. Кстати  родственник  нашей Лиссэ, дальний. В  его мире  есть свои Школы, но  эльфы  его учить отказались из-за того, что  он  чуть не сжег  священное дерево плодородия. К  людям его отправлять не хотят. Предрассудки! -  магистр пожал  плечами. – Для полноты    картины  следует упомянуть  детей наших  преподавателей Сиренэ  и Бармеуса. Близнецы  -  полугномы-полусильфы. Поймете,  что это такое, когда их  увидите!  И  еще моя  прелестная племянница...
          -  О, магистр! Какое счастье, что  я  вас встретил! Недаром мне  приснился  сон! Я так и знал, это предзнаменование! -  щупленький человечек, в  заляпанной  мантии полетел  к Главе  Школы. Клемент  поморщился – дейр Леус  был  сущим наказанием. Рассеянный и    вечно  увлеченный  весьма странными  исследованиями,  маг-сновидец  способен  был  достать  любого. О своих идеях  дейр Леус  вещал  часами, совершенно не  слушая собеседника, а точнее, выловленную и  цепко схваченную жертву. Он и  спрашивал, он и отвечал. Магистра  сновидец обычно  опасался, но сейчас видно слишком    истосковался по обществу.
          - Я так рад! Мне  приснился сон. Потрясающий сон! Вы даже не представляете, что мне  приснилось!
          Клемент  и  не собирался представлять -  все равно, сие не реально.
          - Это будет  новое слово  в магической  науке! Я придумал, как  соединить  сновидение  с левитацией! – брызгал  слюной  маг. Его жиденькие  серо-бурые волосы  растрепались. Вид он имел совершенно  безумный.
          У мэтра Леуса была на  удивление неприятная привычка вцепляться в собеседника мертвой хваткой. Зная об этом, магистр предусмотрительно окружил себя  невидимым силовым полем, которое почтенный маг безуспешно  старался сейчас преодолеть, подскакивая и подпрыгивая.
          - Дейр Леус, я занят! – строго сказал Клемент,    пристально глядя на  незадачливого мага.  Сновидец осекся и  собрался ретироваться, но    магистру  пришлось отвести от него взгляд из-за  внезапно появившейся деи Глори.  Обычно  сдержанная девушка пребывала  в  расстроенных чувствах.
          -  Дейр Клемент, я прошу  меня извинить, но  ученики… -  она  замялась.
          - Что с ними? -    невозмутимо спросил  магистр.
          - О, магистр! Я стала рассказывать им  о  правилах нашей Школы, но они  совсем не слушали  меня. Наверно, я  в чем-то ошиблась, - на  бледных щеках  девушки появились два  красных пятна. – Они левитировали  шкаф, он летал надо мной.
          Она    судорожно  сжала  руки.  Дея Глори  прекрасно разбиралась в бумагах, но  совсем не  понимала детей.  Клемент и послал  её к  младшим, потому что считал,  -  Нэйли давно пора  понять, что  правила и порядок  не  самое  важное  в жизни.  К тому же, детишки  не  смогли бы  колдовать в защищённой  аудитории.  Мелиссу он  все же накажет. Маленькая разбойница  сняла  защиту, и  шкаф  её рук дело.
          - Ваша племянница, -  нервно вдернулась  дея  Глори, подтверждая догадки Клемента, –  в ответ на  мое приказание вернуть  шкаф на место, телепортировала  кафедру в неизвестном  направлении. Я  не могла  там больше оставаться!
          Его помощница  чуть ли не рыдала.
            - Успокойтесь, дея!- приказал магистр, посылая  ей  легкое  успокаивающее заклинание.

        Тем  временем  дейр Леус нашел  себе нового слушателя. Заметив незнакомого  мага, сновидец  не растерялся,  а, подпрыгнув, схватил его за полы плаща и начал делиться  очередной бредовой идеей.
          - Я так рад вас встретить, уважаемый дейр! Нет, недаром  мне приснился этот чудный сон! Совсем недаром! Мы обязательно  должны  с вами скоординироваться, чтобы интернировавшись  в  пространство научно-магической мысли,  создать новую систему координат для  развития межмирового пространства  на  инновационной основе.
          Ошарашенный Мелькор молчал. Зрачки его расширились, и глаза казались совершенно  черными. Клемент усмехнулся про себя, вспомнив,  как  оказавшись  первый раз  в Школе, подумал, что попал в приют для  скорбных душевно. Наверно, Изначальный тоже  думает  нечто подобное.
          -  На основе  предвидения и левитации можно создать  целый комплекс заклинаний, которые позволят нам сместить  вектор развития, - вещал щуплый маг. -  И от этого…
          Магистр    щелкнул пальцами, и  дейр Леус отцепился от их гостя  из другого мира.
          - Координироваться разрешено  только после  утверждения проекта, - строго  сообщил глава Школы, - равно, как и  проводить опыты. Дея Глори, проводите дейра Леуса  в  мой кабинет и дайте  ему  типовой  план, - обратился  мэтр  к своей помощнице.
          Сновидец  пробормотал  что-то невразумительное и  помчался прочь. Дея Глори еще больше смутилась, заметив незнакомого мага.
          - Дейр Мелькор, позвольте представить вам Нэйли  Глори – мою помощницу. Дея Глори дейр  Мелькор. – церемонно  представил их друг другу магистр и  сообщил помощнице: - Мы сейчас идем  к  младшим.
          - Очень  приятно познакомиться, дейр Мелькор, -  вежливо улыбнулась девушка и, посмотрев на мэтра, сказала: – Я внесу изменения в расписание.
          Нэйли  поторопилась, но Клемент не стал её разубеждать.  Объяснить  своему гостю он ничего не успел: сегодня  в  отделении младших было  на редкость  многолюдно. Дейе Драконата, то есть, извините, дейе Дрейкн  устремилась  к нему, как пиратский фрегат к  груженой золотом каравелле.
        - Магистр, троим моим  ученикам не выдали  телепорт для отбытия на практику. Глори заявила, что нужна  ваша  подпись. Безобразие! Всегда  хватало одной  моей! – высокая  сухопарая, чопорная дама в  темно-коричневом платье с камеей на груди    поджала и  без того  узкие  губы.
          - Я все  улажу, почтенная  дейе! – пообещал Клемент.
          Дама  фыркнула и    бросила пронзительный взгляд    почти  черных глаза на  его спутника.
          -  Дейр Мелькор, знакомый дейе Лисицыной. Дейе Дрейкн леди Донателла  - мой заместитель, член Совета! –  представил их друг другу магистр.
          - Приятно  познакомиться, дейр, - сухо бросила  леди Донателла. – Надеюсь, вы соображаете, что делаете, мэтр, -  она  холодно взглянула на главу Школы.
          - Несомненно, мэтресса,  – ослепительно улыбнувшись, заверил её Клемент.
          Когда почтенная дейе  их покинула,  магистр  утомленно вздохнул  и  сообщил все еще  пребывающему в  некотором недоумении Мелькору:
          -  А вы ей понравились.
          - Не похоже, - усмехнулся  Изначальный.
          - Нет, понравились. Иначе бы она  не сказала, что ей приятно, - магистр  свернул направо и пошел  прямо по  коридору.  Гость следовал  за ним, отставая на шаг.

В натуре школа перед Первым сентября ;D А шкафы и парты у нас умеют телепортировать  без магических навыков ;)

Эрэа Эйлин, ну как интересно! :) Школьные годы чудесные..... О, Мелькор! Может, в Мандосе спокойнее? Тихо,Намо, бутылочка чего-нибудь из садов Ирмо, поговорить...А здесь! Такая прелесть! Спасибо! Спасибо! :D :D :D :D

Эрэа Эйлин, спасибо огромное за такое чудесное продолжение!

И это еще его общение с Лиссе немного закалило. ;)

Ура! Леди, на абордаж! ;) ;) ;)

Спасибо огромное за продолжение, эрэа Эйлин! :D Вот и познакомились Мелькор и мэтр Клемент - и очень хочется, чтобы это знакомство переросло в дружбу. Да, оба - такие, казалось бы, разные. Но во многом - и такие похожие :)...
  Ну, а Мелькора знакомство с коллегами Лиссэ изрядно ошарашило - что правда, то правда. Но именно здесь, в Школе, он, хочется надеяться, сумеет найти себя заново. Пусть и не сможет она заменить ему до конца утраченную Арду... А что он станет у воспитанников Школы одним из любимых педагогов, можно даже не сомневаться :). И тоже очень жду: что дальше? 

Спасибо, эреа Tany,  эреа Convollar, эреа NNNika, эреа Красный Волк! :) :) :)
Школа это всегда и везде  Школа.  ;) Чтобы  полнейший кавардак  создать и магические способности не нужны а уж с  магическими... ::) Правда, у  преподавателей тоже такие  есть и  еще  больше  развитые. Но в любимом  случае, Мелькор  может еще  пожалеть, что не  согласился на Пустоту за Гранью. Но жалеть об этом  он долго не будет.  Вот ему  и новая  цель и новое  приложение для его сил!
Дальнейшее  знакомство  с обитателями  сего дивного местечка  еще  впереди!  Наш Изначальный  найдёт там  много  интересного! :D

Рядом с юными дарованиями часто оттаивают, исцеляются и обретают новые силы даже такие загадочные, вечно рефексирующие творцы. Тем более, что и среди преподавательского состава загадочных личностей полно. Я верю в Мелькора и в эрэа Эйлин. Она не даст ему пропасть.
Спасибо вам, уважаемая эрэа Автор! И жду продолжения. Интресно, как там Волчище....

Спасибо, эреа Tory ! :D Мелькор не пропадет! :) Волчище  в делах и в ожидании. Скоро  увидим его, только вначале встреча с детками будет. ;)

          Дверь в комнату будущих магов  была еще  цела и даже не  дрожала. Зато вопли доносились оглушительные.
        - Бей его!
        - Агата была  рогата!
        -  Ой!
        - Еще получишь!
        - Иго-го-го!
        -  Хи-хи!
        - Рик – дурак!
        - Сам такой!
        - На получи!
        -  Давай, Мелька, дай  ему по  башке!
        - Мелька - пустомелька!
        - Сам ты пустомелька! И дебил!
        - Дебил-дебил чашку разбил!
        - Ууу! Силь, ты совсем  ошалел!
        - Так ему!
        - Это тебе  за рогатых!
        - А это за хомяков!
        - А я доплюнула-доплюнула! Ура!
        - Я тоже  плевать умею!
        - Щас как  плюнем все!
        -  Дружно!
        -  Уй!
        - Так  тебе!
        Клемент бесстрашно открыл дверь  в этот  зверинец. Детишки  резвились вовсю. Шкаф, правда,  уже  был на месте.  Но не совсем. Слегка покосившийся он стоял на пять миллиметров дальше от  стены, чем положено. Кафедру тоже  вернули  обратно, но  слегка  поцарапали по дороге.  Парты  стояли  далеко не так ровно, а люстра  раскачивалась. На ней висел  золотоволосый мальчик - светлый эльф. Вокруг, сидя  на  венике, летала  девчонка  с русой косой - ведьмочка.  Темноволосая, черноглазая девчушка  усердно плевала в них через трубочку, но попасть ей никак не  удавалось. На хорошеньком  личике ясно читалась досада. Эльфийка. Темная. Худенький светлооволосый мальчик  прыгал  по парте и кричал.  Старшенький Сиренэ и Бармеуса.
          Их младшенького -  невысокого  крепенького  коротко стриженного  мальчика, лупила по голове учебником  тоненькая  высокая девчушка с  двумя  длинными  черными косицами. Племянница.  А вот оборотней не было ни  видно, ни  слышно.
          -    Дети в Школе. Картина просто прелестна, – тихо проговорил  магистр.  Будущие ученички ахнули, охнули и поспешили  занять свои  места. Лишь племянница еще  раз  наподдала  своему  другу книжкой.
          – За  что это вы  его так, дея Лисицына? – поднял бровь  Клемент.
          Девчушка  сверкнула    медовыми глазами и  хмуро сообщила:
          - За то, что дурак!
          - Неужели  вы рассчитывали, что от  битья по голове он  поумнеет, дея Мелисса?
          Племянница насупилась.
          - Интересный метод, - протянул  магистр, - может быть, стоит им  воспользоваться?
          - Нет, он точно дурак! – убежденно сообщил  брат побитого мальчика.
          - Он  оборотней подговорил обернуться и запер! – наябедничала  ведьмочка.
          - В шкафу,  - доложил  светлый эльф. – А потом  левитировал  его.
          - Изумительно! – восхитился Глава Школы и мысленно активировал заклинание  истинного облика. Дверь шкафа с треском распахнулась – оттуда вместе  с полкой  выпали  двое:  мальчик и девочка.
          - Мы… это… нечаянно, - покаянно сообщила курносая  и конопатая кругленькая  девчушка, а похожий на  неё, как две  капли воды,  мальчик попытался  щелкнуть Рика по голове. Но не преуспел, заклинание магистра помогло  ему  отправиться за парту.       
          - А ябед мы  после  уроков в  склепе запираем, - очень тихо  произнес Силь.
          - На  всю ночь, -  еще  тише  добавила Мелисса.
          Ведьмочка  фыркнула, а эльф нервно вздрогнул.

          - Итак, теперь мы все в сборе.  Отрадно, -  медленно и тихо произнес    мэтр Клемент, делая вид, что не услышал столь  многообещающих слов. От его  голоса спинки  учеников  выпрямились, ручки  сложились, а глазенки потупились.
            Магистр  медленно прошелся между  рядами. Шкаф  вернулся на своё  место,  царапины  с кафедры  исчезли, волосики  учеников пригладились, одежда  расправилась, свежеполученные  синяки исчезли.
            -  А теперь не мешало бы  поприветствовать старших… - магистр  сделал  паузу, и, видя, как  закопошились  дети,  добавил:  – Вставанием.
            Ребятишки  встали. Ряды были  весьма нестройными. Но  на первый раз  сойдет.
            - Можете  сесть, -  махнул  рукой  мэтр. – Позвольте  представиться:  Глава Школы -  мэтр Клемент – Верховный магистр, -  назвав себя,  Клемент обернулся к своему  спутнику. Изначальный  стоял у  самой двери  и не отводил  взгляда от  черноволосой  девочки. Глаза его  сияли, а лицо  казалось  застывшей маской. Он смотрел так, словно глазам  своим не верил. Клемент тоже  взглянул  на Мелиссу. Она  была  занята  изучением  какой-то записочки. Не  наигрались оболтусы. Но сейчас каникулы - пусть  развлекаются.
А все-таки  девочка очень похожа  на  своего, скажем так, деда.  Тот  же  разлёт    тонких  черных бровей,  те же  пушистые  длинные ресницы, такие  же точеные  черты  лица с легкой  неправильностью, придающей  еще  больше  очарования,  те же  твердые  безупречные  губы, бледная кожа и глаза – большие и  горящие. Но  у Мелиссы  -  медовые,  как и  у матери.  Похожи. Очень похожи. Но сколько в них различия! Она  - вся радость и  порыв, шалость и  лукавство, а  у  него    ни радости, ни порывов  не  осталось. Время  было  безжалостно к нему. Время  и  жизнь…
          -  Дейр Мелькор, - представил  он детям, ничего не замечающего, кроме      Мелиссы,    Изначального.
          Ребятишки настороженно  изучали  взрослых дяденек.  Проверяют «на вшивость». Можно ли    веревки  вить и,  как  лучше это делать.  Дети  есть дети.
          - А теперь ваша  очередь назвать себя, - распорядился  магистр.
          Ученики,  слегка робея, вставали  и называли  имя. Потом    мэтр Клемент    рассказал  о  правилах, правах и  обязанностях. Закончив краткий  рассказ, он  вызвал  кастеляншу и  распорядился:
          - Почтенная госпожа  Анхельн  подберет  вам    одежду для  занятий и на каждый день, она же  распределит  комнаты. Рик и Силь помогут устроиться. Я  надеюсь на ваше благоразумие! – мэтр строго посмотрел  на близнецов. Они  приосанились и  пообещали оправдать ожидания.
            Клемент чуть улыбнулся им и  продолжил:
            -  После  будет обед и  экскурсия по Школе. Все  свободны.
            - Ура!!! – раздался дружный вопль.
            - Дея Лисицына, -  распорядился  магистр. – Задержитесь.
            -  Мелька не виновата! –  подскочил к нему  Силь. – Не наказывайте её, дейр Клемент! Рик сам напросился…
            -  Если  уж наказывать, то и нас, - потупилась Ферра – оборотень. – Мы  с Ферлди могли бы и  не поддаваться подначкам Рика.
            - Увлекся я, -  проворчал Рик и тут же  горячо добавил: - Мелька  права! Так  меня и надо было!
            - Мы  тоже  шалили! – сообщила  ведьмочка, посверкивая  темными глазенками.  -  Таора плевалась, а  я летала  и дразнилась…
            - Мы  больше не будем, -  нежно пропела  темная эльфийка.
            - Конечно, не будем! – поддержал  её светлый собрат. – А кафедру мы все  вместе  телепортировали…
            Клемент старательно удерживал на лице суровое  выражение, ему  хотелось    улыбаться – умеет  племянница  находить себе  друзей и  заступников. Вся в мать.
            - Но все же  я била  Рика по голове, а  это нехорошо, - заявила Мелисса. – И потом  я же знала, что так в Школе нельзя себя вести.
            - Мы тоже знали,  но  подначивали, - покаянно  опустили голову    близнецы.
            - Ну,  так  и быть -  уговорили, -  усмехнулся магистр, который  и  не собирался наказывать Мелли. – На первый раз всех прощаем.  Надеюсь, что Рик и Силь справятся со  своими  обязанностями и помогут остальным  выбрать себе  комнаты и пройти  в столовую?
            - Мы  будем  стараться! – хором проговорили  полугномы.
            - Прекрасно!
            Ребятишки  дружной стайкой вылетели    из  аудитории.
            - Будешь ругать? – склонила голову  к плечу племянница.
            -  Не буду, - отмахнулся дядя.  – Я хочу  познакомить  тебя с маминым другом.  Он мог бы  пожить в ваших гостевых комнатах. Ты не против?
            Мелисса задумалась, потом    посмотрела  на Мелькора,  который, кажется,  старался не дышать. Изучала  его девочка долго,  от старания даже  высунула кончик языка. Клемент наблюдал – племянница  прекрасно разбиралась в людях и в других разумных созданиях. Мэтр  доверял  её мнению – ошибалась она  крайне редко.
            Девочка  наморщила лоб и  вдруг    улыбнулась – открыто и  дружелюбно.
            - Пусть поживет! Про маму расскажет.
            Клемент взял её за руку и  проложил  дорогу до дома Лиссэ.

Большое спасибо за такую теплую и озорную сцену, эрэа Эйлин.
Чудесные дети! С ними Мелькор уж точно тосковать не будет.

Чудесные? :o А где спуск с верхних этажей по громоотводу, разбитый в щепу велосипед, поваленный ряд парт и три разбитых носа? ::) (Это я рассказываю о деяниях только одного пятиклассника за один день ;D )

Прелесть, эрэа Эйлин! Просто замечательно!  :D :D :D А Мелькор узнал свою внучку, ещё бы ему не узнать! :D Спасибо, прекрасно!

Мелисса - и правда чудо. Как и ее одноклассники :). Читала - и тихо сползала под стол, а окончательно добила меня реплика: "А я доплюнула-доплюнула! Ура!" :) ;D Ну с натуры же списано - и до чего здорово списано!
А для Мелькора встреча с Мелькой стала не просто потрясением - и подарком, которого он вряд ли ждал от судьбы. Почему-то кажется: именно теперь, после этой встречи, он по-настоящему обретет себя заново. И сумеет заново начать отстраивать свой рухнувший мир, осознав, что ему опять есть ради кого жить, кого любить, кого учить и у кого учиться - и кому дарить тепло своего сердца... Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Спасибо, эреа NNNika, эреа Tany,  эреа Convollar,  эреа Красный Волк! :) :D :)
Тосковать Мелькору, эреа NNNika, уж точно не придется: развлекут до умопомрачения. ;D
Эреа Tany,  они  еще маленькие - куда им до пятиклассника. Они  еще  и  в первый-то не пошли. Вот подрастут и тогда подвиги станут иными!
Конечно, Мелькор узнал внучку,  эреа Convollar!  :)
Он еще и  сам не понимает какое  ему  счастье в лице  внучки досталось, эреа Красный Волк!  И Вы правы - мир заиграет для него совсем другими  красками.  Чужой мир  он сможет  принять и полюбить из-за  этой девочки. Но пока еще  впереди прогулка  по дому Рыжей и знакомство  с его обитателями. ;)

                Небольшой  уютный домик с черепичной крышей стоял с  краю поселка у  самого луга. В палисаднике за резной оградой  цвели   разноцветные георгины и  ярко-рыжие ноготки. За домом   располагался  небольшой  тщательно ухоженный огородик. Лиссэ всегда  находила  время для  прополки и  поливки  любимой репки,  а также свеклы и морковки  и прочих  овощей. К огородным работам она приучила  и дочку. Честно говоря, Клемент никогда не понимал  такой  страсти к   сельскому хозяйству, но у каждого свои  слабости.  Зато  садом    его рыжая подруга   никогда не занималась, и он  представлял собой  нечто  заброшенное,  дикое,  но прекрасное в  своей естественности.

          В самом домике было    чисто и уютно.  Фрола – домовушка -  отлично знала  свое  дело.   К  новому жильцу Фрола отнеслась  дружелюбно, уж больно  ласково  улыбалась Мелька,  а девочку домовушка любила.
          В гостевых комнатах  Клемент поморщился -  пристрастие   Лиссэ  к   сочетанию   несочетаемого просто убивало. Красная с  оранжевым рисунком  мебель, красно-зеленые покрывала и      оранжевые шторы,  расшитые красно -розовыми маками.   Стены  обтянуты  ярко-зеленой тканью с  узором  из    желтых подсолнухов. Даже подсвечники  и люстра отличались  ядовитыми цветом, но только ярко-синие. Лиссэ превзошла  саму  себя! Интересно  для кого  она так  старалась? Мэтр   посмотрел на Изначального. Тот все же  оторвался от созерцания внучки и теперь  ошарашено взирал на   сие буйство   красок.
            - Мама очень любит, когда ярко! -  пояснила  Мелисса.
            Она глянула   на  Мелькора,  прикусила  губу и зажмурилась.  Прекрасно знавший племянницу, магистр приготовился помочь  ей, если она  одна не справится. Но  у девочки все получилось  отменно. Стены  чуть дрогнули,  линии  и  краски на миг  стали   туманными  и зыбкими – и  свершилось  чудо.  Теперь комната  являла   собой  образец строгой  элегантности: светло-бежевое, серебристо-серое  и  немного черного с белым. Очень изящно. Глаза Изначального  раскрылись еще   шире, а Мелисса стояла  с гордым  видом, явно ожидая   похвалы.
           - Умница! Как все удачно  получилось! – отметил  Клемент.
           -  Удивительно! – прошептал Мелькор. – Такая маленькая и…
           - Я уже большая! – возразила  Мелька и,  столкнувшись с насмешливым взглядом дядюшки, вздохнула:  -  Почти… И я учусь!
           -  А теперь я   тебе  нашу  гостиную  покажу. Пошли! – она не раздумывая, схватила Мелькора  за руку и  потащила  в другую комнату. Мужчина не сопротивлялся. Он лишь поправил перчатку. Боится,  что девочка  увидит его руки? Мелиссу таким не напугать. Она  смелая, умная  и добрая. Отвращения не  почувствует, напротив, состраданием  преисполнится, но жалеть открыто не станет.
          Гостиная  и библиотека  у   Аннифируэль выглядели  гораздо  лучше, не без  помощи  Клемента, который  эти комнаты и  сотворил. Заодно и племяннице   некоторые  основы преподал. Девочка  вкусы  матери не осуждала, но сама  пристрастия имела  иные.
         Многочисленные кошки, восседавшие на креслах, полках и   окнах, внимания  на гостей не обратили. Лишь пушистый черный Мяурр поприветствовал их протяжным «Мряуу!», да его  сын,  вскочив со стола, потерся об ноги Изначального.
          -  Это Мяурр! -  начала знакомить  гостя  с  кошками    племянница. – А это Канделябр, - она показала на ласкающегося  кота.
          - Канделябр?! – все же решил нарушить свое молчание Мелькор. Получилось немного  хрипловато, словно он давно не говорил. – Странное имя…
          - Ничего не странное, - возразила Мелисса и  пояснила:- Он   просто очень прыгучий    и  шустрый. Поэтому  и Канделябр.
          Объяснение   лишь все запутало. Изначальный  потер    рукой лоб:
          -  Канделябр?!  Это ведь  подсвечник или нет?!
          - Подсвечник, - кивнул  Клемент. – Когда  Мелли была  совсем маленькой, она   умудрилась придать  одному такому подсвечнику несколько несвойственные ему качества, в частности,   прыгучесть… Потом  всей школой ловили, - вздохнул магистр.
          Мелькор еще внимательнее  посмотрел на   девочку. В ярких глазах  мелькнуло  восхищение.
           - Я тогда маленькая   была, глупая совсем! – покаянно  поведала   разбойница.
           Гость промолчал.
           В кухне  его внимание    привлекла  небольшая  очень пушистая, розовая кошечка, сидевшая на полке рядом  с тарелками. При виде  Мелиссы она  нежно мявкнула.
           - Никогда не видел  розовых кошек! У вас таких много? -  спросил Вала, недоуменно глядя на странного зверька.
           - У нас таких мало, - ответил магистр и, видя, что племянница  бочком   направилась к выходу, сказал: – Мелисса, расскажи про Розочку!
           - Что я  могу  сказать?! Маленькая  тогда была, - девочка  упрямо сжала губы. – Больше я  так  не делаю!
           - Ты про кошку рассказывай!
           Проказница грустно посмотрела на Клемента   и затараторила:
           - Мама вязала шарфик. Хорошенький такой, розовенький,  пушистенький… Мне он так понравился и так захотелось, чтобы  у меня была  такая  зверушка – розовая и живая. Вот и   получилась  Розочка, - она вздохнула. – Не очень удачно.  Потом дядя Гилмантий и дядя Клем все исправили. Но больше  я такого не делаю… Вот!
         Она посмотрела на гостя,  ожидая неодобрения или насмешки. Но Мелькор лишь   улыбался.  Дедушка, столь  внезапно обретший  внучку, был  так  рад  этому обретению, что все, что  она делала   и  говорила, казалось ему прекрасным.
          -  Ты еще всему научишься! – утешил  он её.
          - Конечно, научусь! – кивнула, обрадованная     ласковой   улыбкой гостя, девчушка. – Я теперь только цветочки и бабочек   творю. Хочешь и тебе  сотворю?
          Не дожидаясь ответа, Мелисса    сжала  ручонку в кулачок. Когда же она   её  разжала,  с ладони слетела   серебристо-черная бабочка и  уселась   на плечо Изначальному.   Изящные  крылышки её трепетали, а  Вала  потрясенно взирал на это  столь  хрупкое   существо.
          - Это мне?! Спасибо, -  почти благоговейно произнес он, посмотрев на девочку.
          -   Мне не трудно! Я рада, что нравится!
          - Мелисса, у  меня к тебе  важное  поручение! -  вернул этих двоих на землю магистр.
          - Ой! Какое? – медовые глаза  выжидающе  посмотрели на  мэтра Клемента.
          - Важное! -    улыбнулся названый дядюшка. – Ты покажешь новичкам Школу. Точнее, часть для младших.
          -  Замечательно!
          - Верю, что замечательно! – усмехнулся магистр. – Но без шуток. Никаких   учебных склепов, никаких ловушек…  Договорились?
          - Ага! – покладисто кивнула маленькая  шалунья.  – Я скоро приду! - прокричала  она, убегая в свои комнаты. 
          К  экскурсии   подготовиться решила, не иначе. Разумеется, склепов и ловушек не будет, но будет нечто иное. Мелисса – девочка сообразительная.

Бабочка для Мелькора
[spoiler](http://s017.radikal.ru/i416/1412/ef/84f91d1a0eda.jpg)[/spoiler]

Как всегда, не смогла выбрать :)
[spoiler](http://s017.radikal.ru/i401/1412/c7/885be8bfe497.jpg) (http://www.radikal.ru)
(http://s017.radikal.ru/i427/1412/91/92edfe0bb6ef.jpg) (http://www.radikal.ru)
(http://s017.radikal.ru/i417/1412/02/b3732e1a4ce7.jpg) (http://www.radikal.ru)
(http://s001.radikal.ru/i194/1412/87/ab328741d6b6.jpg) (http://www.radikal.ru)
[/spoiler]

Какая  теплая сцена - с бабочкой. И как здорово получился оживающий, потихоньку обретающий радость жизни Мелькор... Может, он и любовь свою здесь найдет? Вот никогда раньше не симпатизировала ни ему, ни Гортхауэру. Ни у Профессора, ни в апокрифах. А ваших, эрэа Эйлин - просто люблю. И сочувствую, и переживаю, как и что у них сложится. Ну и остальных, конечно, тоже люблю. Как их не любить-то, таких живых и естественных...

[spoiler]Бедная кошка...  :'([/spoiler]

[spoiler]И кто тут возмущался отношением Дракона к кошкам? ;)[/spoiler]

Прелесть какая! :D Чудо просто эта внучка! Маленькая разбойница ещё приведёт Изначального в чувство! И так хорошо, живо написано. Спасибо , эрэа эйлин! Читала просто с огромным удовольствием! А розовая киска - это что-то! Но Мелисса больше так не будет! Она что-нибудь  ещё придумает - сила у девчушки просто потрясающая. И ведь чувствует - что кому нравится! :D :D А кот Канделябр! Ой, пишите ещё, так интересно читать! :D :D :D :D

С огромным удовольствием присоединяюсь: замечательная сцена :). Мелисса - такое солнышко... И Мелькор уже начал отогреваться сердцем у этого горячего золотого огонька...
А еще не оставляет уверенность: буйство красок в гостевых комнатах домика Лиссэ тоже было этаким приветом, специально оставленным хозяйкой для Мелькора... Ну, а истории Розочки и клички, придуманной для Канделябра - это нечто :). Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Спасибо, эреа NNNika, эреа Tany, эреа Tory,  эр Drago63, эреа Convollar,  эреа Красный Волк! :) :) :)
Бабочка очень хороша! И девочки с бабочками, и кошечка тоже прекрасны! Спасибо, эреа Tany, эреа NNNika! :) :D :) Надеюсь, что с  кошкой фотошоп, а не красили, а так  очень похожа  на Розочку. Мелисса - девочка ответственная и больше так делать не будет. Она еще  маленькая была, да и явно в папу пошла. ;D Да и  от дедушки многое досталось. ;)
Радость жизни Черный Вала  здесь точно обретет, эреа  Tory,  а вот любовь... Кто знает... ;) Вот такие  они  у  меня    почему-то получились - Мелькор и его    таирни. Рада, что  нравятся, что вызывают сопереживание.
С этой девчушкой  Изначальный покоя знать не будет. Жизнь  новыми  красками  заиграет. Выдумщица она еще та, эреа Convollar! :)
Кто знает, что думала  Лиссэ так заботливо  подбирая краски для  гостевых  комнат, эреа Красный Волк?! Вполне возможно, что и  на  посещение Мелькора рассчитывала. вот и порадовать решила, в  своем стиле. ;D
Сейчас выложу    конец этой главы, который почему-то потерялся по дороге. А  потом  подумаю,  что пойдет дальше: то ли  окончание  этого  насыщенного событиями  дня  в Школе, то ли  к Гортхауэру  вернемся. :-\

          - Ага! – покладисто кивнула маленькая  шалунья.  – Я скоро приду! - прокричала  она, убегая в свои комнаты. 
          К  экскурсии  подготовиться решила, не иначе. Разумеется, склепов и ловушек не будет, но будет нечто иное. Мелисса – девочка сообразительная.
          -  Дейр Мелькор, - обратился к  Изначальному  Клемент. – Думаю, вы    не откажитесь посмотреть  Школу  вместе  с  нашими  учениками?
          Гость с радостью согласился:
          -  Спасибо вам, что позволили  побыть  рядом  с ней. Как же она похожа на Ортхеннера, -  прошептал он.  – И на Лиссэ... Она  знает про  своего отца?
          - Знает.  Лис ей все  рассказала, но  про то, что вы её дед,  не сообщила.
          - Я понимаю… Я принес  Лиссэ  столько  зла, - Мелькор сокрушенно вздохнул.
          Головой бы  лучше  об стенку побился – развлекся хотя бы, а то… Мэтр пожал плечами:
          -  Если  рождение этой очаровательной  шалуньи -  зло, то, безусловно, вы  его  Лис принесли. А  недовольна  она лишь вашей скрытностью.
          - Я не был  уверен, что  получится помочь ей! Не хотелось обнадеживать.  Да и… - он замялся. – Я всего лишь дал  ей немного силы. Но её  ведь там из-за  меня  убили!
          -  Лиссэ надо было  под ноги  смотреть, - проворчал  Клемент. – Вопиющая некомпетентность с её стороны. Вы-то  здесь  при  чем?
          - Она оказалась  там из-за меня! – Изначальный  раскаивался и сожалел. Сколько же можно сожалеть!
          - Она сама так решила,  - магистр поднял  бровь. -  Не мешайте людям и нелюдям творить глупости  по собственному желанию. Вы не можете  отвечать за чужие бредовые  идеи, благородные  помысли и  героические поступки, равно как и  нелепые. Или  вы полагаете себя  всеведущим и  вездесущим?
          - Нет, куда  уж  мне!
          - Вот и  прекрасно! Терпеть  не могу  вездесущих,  -  мэтр улыбнулся. -  Не отвлекайтесь на  глупости хотя бы сегодня. Маленькие  чудовища  требуют пристального внимания!
          Клемент  поклонился и покинул  комнату. Отношения с  внучкой  пусть дедушка  налаживает сам. Лис молчала  про Мелькора  из чувства самосохранения: Мелисса с самого нежного возраста  мечтала  заполучить  дедушку. Узнай  девчонка, что где-то  в другом  мире  есть  у неё дед, Лис  пришлось бы  отправляться за ним. Но  как  вытащить опального Изначального  из столь  закрытого мира? А вдруг бы Мелька  оправилась на поиски сама? С  этой  обормотки  станется. Зато теперь  малышка  в надежных  руках и  младшая группа тоже. И Мелькор, только  еще  не понимает этого.
        Красивые  губы магистра  тронула    лукавая усмешка. День прошел не зря.

Интересно, вот Мелькор понимает, что его страдания отражаются на близких ему людях? Он же Изначальный, вокруг него всё время поле есть и поле это такое, что хоть вой!
Однако, это я разозлилась, а написано-то прекрасно! Спасибо, эрэа Эйлин! Огромное спасибо!

Возможно, Мелькор думает, что он прекрасно скрывает свои  чувства. Но тут  ему некогда будет терзаться. Во-первых, Мелисса найдет чем занять и  всегда развеселит, во-вторых, Магистр всегда  сумеет  словесно дать по шее и занять полезным делом, а там  в  третьих и в  четвертых набегут. :) Да и сам он не захочет страдать: вокруг столько  интересного, впереди  столько  дел и  к тому же он нужен.

Спасибо за отзыв, эреа Convollar! :)
Сейчас  сама немного потерзаюсь над тем, какую главу  начать выкладывать дальше. :-\  Наверно, все же  окончательно познакомим дедушку и  внучку.

:D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D
Метр клемент - THE BEST!!!

Спасибо, эреа NNNika ! :) Мэтр Клемент  - он такой! :D

Пожалуй, внучка сделает то, что не удалось ее родителям :D

Детишки  подчас многое  могут. Спасибо, эреа Tany ! :)

        День выдался на редкость насыщенным,  и  утомленная  Мелисса никак не могла уснуть. Девочка крутилась, вертелась, но сон не приходил. Даже проверенный  способ – подсчет  кошечек, прыгающих за бантиком,  - не помог.
        Покоя девочке не давал  очень важный вопрос: её очень заинтересовал мамин знакомый. Седой, худощавый мужчина ощущался  почему-то родным и близким. Мелисса подумала  даже: а не дедушка  ли он ей? А что?! У всех дедушки есть, и  у неё должен быть! Вот у Рика и Силя даже целых два  дедушки -  крепкий, приземистый дедушка Тогнар и высокий и утонченный дедушка Сийфиэльн. И они  очень любят своих  внуков, хотя, как  случайно узнала Мелисса, совсем  не желали  их появления на свет. Самое  удивительное то,  что изящный сильф  больше  балует крепенького Рика, а  дедушка-гном предпочитает  хрупкого Силя. Везет же некотором! А у них  еще  и бабушки есть!
        А вот  у Мелиссы никого нет, кроме  мамы, папы и дядюшки Клема. Только  папа  далеко. Он  выполняет  важное задание  в другом  мире. Для детей  из  их Школы такое редкостью не было,  и  Мелисса  не  видела  в этом ничего  удивительного и досадного. Её папа  - самый  умный,  самый  красивый и  самый храбрый. Однажды  они  обязательно  встретятся.
        Вот и мама  к нему отправилась. За маму  девочка не волновалась. Она  недавно приснилась ей  во сне и сказала, что  у  неё  все очень хорошо, и что папе  понравился  рисунок дочери. К сожалению, папа  пока ей  присниться не  может, но они  с мамой  сейчас  над  этим вопросом  работают.
        Мелисса предвкушающе  улыбнулась и снова нахмурилась. Все-таки  родственников  у неё очень мало. Конечно, есть дядя Гилмантий, тетя Дона, тетя  Сиренэ и  другие мамины друзья и коллеги. Но они  же не родные…
        Девочка  села на постели и  дернула  себя за нос.  Обычно это помогало, как говорила  мама, прочистить мозги.  Увы, мозги не прочистились! Спрашивать    почти  незнакомого дяденьку: дедушка он  или нет,  было неприлично. Мамочка бы  такое не одобрила. Если он дедушка, то сам  должен  сказать ей об этом.
        А вдруг  он стесняется? Мужчины, говорит тетушка Дона, очень странные создания, они  совершенно не приспособлены  к жизни. Правда, дядя Клемент и дядя Гилмантий вполне приспособлены, а вот мамин знакомый выглядит, будто  его  пыльным мешком  прихлопнули. Он, конечно, хороший дядя – добрый, умный, смелый, только  немного бестолковый.
        Экскурсия по  Школе  удалась на славу. Мелисса и близнецы  от проказ, конечно, не удержались. В  склеп они  не полезли, но в подвал к привидениям попали и в комнату  наглядных пособий по некромантии  тоже, и еще    провалились в  учебную  яму-ловушку. Там было неопасно, и  никто бы  не  ушибся, но дядя Мелькор все равно  создал  воздушную  подушку.  Он  оказался  очень сообразительным и  смелым. Привидение  не произвело на него ни малейшего впечатления, и он даже  помешал  светлому эльфу  его развеять, а в комнате  для наглядных пособий не  дал ведьмочке  сжечь скелет. И самое главное, он ни словом, ни взглядом не упрекнул Мелиссу  и  её сообщников за их  проделки.  Ребятам даже  стало стыдно, и они  прекратили шалить.
          А бестолковым  сочла его девочка потому, что он носил на  руках такую редкую гадость, которой  место было  только  в самом  поганом  месте.  А ещё он так  странно смотрел на  Мелиссу, будто боялся, что  она  исчезнет. Но Мелисса не из тех, кто исчезает. Мама  как-то в  сердцах сказала, что она  живучее таракана, её ничем не выведешь. Мама тоже была    очень живучей и  шустрой. Тараканы ей и  в подметки не годились. Так один раз тетушка Драконата сказала.
          Девочка решительно соскочила  с кровати, одернула расшитую розовыми котятами  рубашку и надела  белые,  пушистые тапочки. Потом  почесала кончик носа и сбросила  тапочки. Скорчив  печальную  рожицу, она направилась в  гостевые  покои. У самой двери Мелисса  в задумчивости остановилась. Мама бы точно не одобрила  её визит  ночью в комнату  к чужому дяденьке.  Она чуть было не вернулась обратно, но мысль, а может дяденька -  дедушка, остановила. К родному дедушке можно в  любое время  заходить. Но если  дяденька Мелькор спит, то будить его она не будит. Она сейчас лишь в щелочку  заглянет.

Мама тоже была    очень живучей и  шустрой. Тараканы ей и  в подметки не годились ;D
Вот девочки и нашла себе дедушку! :D

Девочка-то нашла, но Мелькор в своём репертуаре! :P Сказать внучке, что он её дедушка ну просто свыше его сил! Он и Ортхеннера предпочитал называть сотворённым, а не сыном!  ;-v Выпороть бы этого дедушку солёными розгами и без всякой магии, может быть бы мозги прочистились! Спасибо, эрэа Эйлин, всегда жду продолжения  так всё интересно!

Дочка Лиссэ прочистит дедушке Мелькору мозги почище любых розог, мне кажется. А если ей покажется недостаточно, то другие детишки помогут. Да и недетишки тоже. ;D

Спасибо,  эреа Tany, эреа Convollar, эреа Tory!  :) :) :)
Такая девочка кого  хочешь отыщет при желании. 8) А Мелькор, возможно, просто  стесняется  в данном  случае или  опять впал в  уныние. :-\ А розог для  него не надо - Мелька  будет категорически против. Она и без них направит его в нужную сторону.  ;D

          Девочка решительно соскочила  с кровати, одернула расшитую розовыми котятами  рубашку и надела  белые,  пушистые тапочки. Потом  почесала кончик носа и сбросила  тапочки. Скорчив  печальную  рожицу, она направилась в  гостевые  покои. У самой двери Мелисса  в задумчивости остановилась. Мама бы точно не одобрила  её визит  ночью в комнату  к чужому дяденьке.  Она чуть было не вернулась обратно, но мысль, а может дяденька -  дедушка, остановила. К родному дедушке можно в  любое время  заходить. Но если  дяденька Мелькор спит, то будить его она не будит. Она сейчас лишь в щелочку  заглянет.
        Дяденька Мелькор не спал. Он сидел за столом и  смотрел на огонь свечи. Он казался таким несчастным и растерянным, что Мелька шмыгнула  носом.
        - Что случалось, деточка? –  тут же бросился  к ней  он. – Ты заболела? Испугалась? Что с тобой, маленькая?!
        Дяденька  опустился перед ней на колени.
        - Я не испугалась и не заболела, - честно ответила  девочка и  замолчала, – все-таки задавать  такой    вопрос  было  страшновато. От смущения она  поджала одну ногу.
        - Ох, ты же  замерзла  совсем, -  мамин знакомый  подхватил  её на руки и  отнес на  кровать. Она крепко прижалась к  его плечу, и  слезать с коленок  отказалась.  В его объятиях было так      уютно.
          - Я можно вопрос  спрошу? -  зарывшись носом в его  густые волосы, прошептала  Мелисса. – Ты не обидишься, а?
          - Что ты, маленькая? Разве на тебя можно обидится?
          Вздохнув, она  выпалила:
          - А ты случайно мне не дедушка?
          Мелисса  с надеждой  посмотрела  на  дяденьку. Мужчина  сначала опешил, потом его светлые глаза его засияли, а губы  тронула улыбка -  робкая и ласковая.
          - В целом, да! Я…
          - Ой! Я так  и думала! Как же хорошо! – девочка захлопала в ладоши. Наконец-то и  у неё появился дедушка. Недаром  каждый  Новый год  она  просила Снежную  кошку  подарить ей дедушку.
          - А ты баловать меня  будешь? Дедушки должны внучек любить и баловать и еще защищать от всех? А ты будешь меня любить? – засыпала она  его вопросами.
          - Я тебя  уже  люблю. Как  увидел, так и полюбил! – он осторожно коснулся  рукой  её  волос.  -  И защищать буду, и баловать буду!
          -  А я так хотела, чтобы  у меня дедушка был, - довольно  мурлыкнула она и  тут же тревожно спросила: - А ты  хотел  внучку?
          -  Я даже  и  мечтать  о  таком  счастье не смел!
          Обрадованная  словами дедушки, Мелисса потерлась щекой о его руку. Руки  у дедушки  были  ласковые, но только  очень больные. Сейчас, когда он был  без перчаток, она прекрасно  видела  застарелые и  совершенно не леченые  ожоги. А  все из-за этих  дрянных браслетов. Все-таки тетя  Драконата  права:  мужчины очень бестолковы и без женской заботы  пропадают. Вот и  её дедушка совсем  пропадает, бедненький! Он, конечно, самый  лучший на свете, но зачем такую гадость на руках носит? Вот ведь глупый! 
          Чужого дяденьку о браслетах  спрашивать было бы  неудобно, а  родного дедушку  стесняться не  стоит.
          - Дедушка, а зачем ты  такую гадость на  руках носишь? – спросила девочка.
          Дедушка растерялся и попытался спрятать руки, но Мелисса  ему не дала.
          - Ну, зачем они тебе? -  продолжила  расспрашивать она. – Они же  плохие… Ты, что не видишь?
          - Вижу, - ответил  он, пряча глаза. – Но  снять их не могу. Ты не  беспокойся, я к ним уже привык.
          Большие  медовые глаза  Мелиссы стали  еще  больше: разве ж можно к такому привыкнуть? Вот  ведь  глупый!
          - А зачем ты  их надел?
          - Так получилось, - со вздохом  ответил  мужчина. Наверно, расспросы  были  ему неприятны, но Мелисса  твердо решила  все  выяснить.
          - Ты, наверно, нечаянно  их надел, а потом  снять не смог, да? – спросила  она и, не дожидаясь ответа, решила  утешить: -  Знаешь, я тоже однажды  зимой  здорово влипла. Лизнула  в мороз железные  качели.  Представляешь, язык прилип! Хорошо, мама  водой  меня  горячей отлила, а то  бы так  и стояла  до сих пор  у качелей. Брр! Кошмар!
          - Кошмар! – согласился дедушка, крепче прижимая её к  себе. – Как же ты так, маленькая?
          - По неразумению! – важно сообщила Мелисса. – Так  мама сказала. Ох, и  ругалась она  потом. А вот у тебя  мамы, наверно, нет, потому  ты  и ходишь  с такой  пакостью.
          - Я привык, - повторил он. – Давай я тебе  сказку  расскажу..
          - Сказку потом! – нахмурила лоб девочка. – Сначала нужно эту гадость снять!
        - Они не снимаются!
        Мелисса  изучающе  посмотрела  на широкие полоски  металла.
        - Да, - огорченно сообщила она и тут  же с  интересом спросила: - А они тебе очень дороги?
        - Нет, что ты! Но…
        - Я к тому, если они сломаются, ты не расстроишься?
        Ответа  девочка ждать не стала. Что такое  две полоски металла, да еще  такого  плохого, по  сравнению со здоровьем её дедушки? Пусть  лучше  ругает потом, чем  от такой  пакости  мучается. Мелисса  коснулась пальчиками  металла. Стало  противно, но она  решила потерпеть.  На браслетах  стали  появляться  ржавые  разводы, сначала  медленно, потом  все быстрее, а  вскоре  лишь  две  кучки  ржавой трухи лежали на полу. Не желая, терпеть в  своем доме  такую гадость, девочка дунула и  ржа  исчезла.
          - Вот и все! Только  их уже не вернуть, -  она посмотрела на дедушку.
          Мелькор, словно  не веря смотрел  на свои  руки, потом    перевел взгляд  на Мельку.
          - Как же так, маленькая?..  - потрясенно прошептал он и прикусил  губу. Глаза  его  заблестели.
        Мелисса посмотрела на  его запястья. Выглядели  они  ужасно -  кожа  содрана, кровь  запеклась. Как же дедушке больно!  Вылечить  руки окончательно она побоялась.  Она еще так  мало умеет, ей еще  многому учиться. Но боль  снять  она могла.  Старясь очень осторожно касаться искалеченных рук деда, девочка  погладила  его  запястья.
          - Вылечить не смогу! -  печально вздохнула  она. – Я еще  неумелая.  Тетя Сиренэ  хорошо лечит. И дядя  Гилмантий тоже…
          - Они теперь  сами заживут, - голос  дедушки  звучал как-то хрипло. – Не трать силы. Не надо.  Тебе  и так тяжело было эти…  браслеты  снимать!
            - Теперь  не так больно, да? – она  отпустила его руки. – А браслеты  легко  снялись. Я захотела, чтоб  их не стало, и они посыпались!
          Он ничего ей  не ответил, только  опять прижал  к себе  крепко-крепко. Руки  его дрожали. Мелисса    уткнулась носом  в его плечо. На щеку ей  упало что-то горячее. Девочка подняла  голову.  Глаза дедушки блестели  еще  ярче, а лицо было словно застывшим. Бедолага! Видно долго один был! Зато теперь они вместе.
          - А у тебя  еще  внуки есть? – деловито  поинтересовалась она.
          - Ты у  меня одна-единственная!
          - Это хорошо!  А ты мне дудочку сделаешь?
          Он кивнул.
          - А кораблик? А туесок? – вспомнив  одну детскую  песенку,  спросила  Мелисса, решив немного развлечь  дедушку. Пусть лучше  о ней заботится, чем  переживает. С внучкой ему    думать о прошлом  будет некогда. Мелисса почему-то была  уверена, что  в прошлом  у  её замечательного дедушки было много  нехорошего.
          - И кораблик сделаю, и дудочку,  и  туесок. Все, что захочешь!
          - А из рогатки  стрелять научишь?
          - Из рогатки  я  и сам не умею, -  вздохнул он.
          - Не беда, - утешила  его Мелисса – Нас  Рик  научит – он умеет. А косички ты  заплетать  умеешь?
            Дедушка кивнул.
            - Косички, конечно, должны бабушки заплетать, а  дедушки,  они  все больше внучек  развлекают, - отметила Мелисса и, решив уж точно все выяснить,  спросила: - А бабушку ты  случайно  для  меня не завел?
            - Нет,  -  опять смутился  мужчина.
            - Жаль, - вздохнула  внучка. – Что же ты так?
            - Я же не знал, что  понадобится.
            - Ну, ничего, -  лукаво  улыбнулась  девочка. – Я без бабушки обойдусь. А вообще-то,  может, ты  немного  бабушку сам сможешь заменить?
            - Заменить?! – опешил  Мелькор – А  как?!
            - Бабушки, они,  оладушки  пекут, пирожки, кашку варят, косички заплетают, варежки вяжут и носочки, сказки на ночь рассказывают, заботятся и ворчат  иногда, - загибая пальцы, начала  перечислять очень довольная  своей  придумкой девчушка. -  Только учти,  я овсянку не люблю, а  манную кашу  только  с  клубничным вареньем ем.
          - Ворчать у  меня не получится. Печь, варить  и вязать я тоже не умею…
          - А ворчать и не нужно! -  поспешила  она  обрадовать  растерянного дедушку.  – А остальное делать научишься! Я  тебе  помогать буду.
          - Спасибо тебе! Вот  уж  обрадовала!  -  улыбнулся он и    погладил её по головке. – Помощница  ты  моя!
          Мелисса даже  мурлыкнула  от  удовольствия. Какой  у неё дедушка ласковый и покладистый. Он будет  её  баловать, а  она  будет о нем заботиться. И еще  надо  будет      хорошо  учиться, чтобы  изготовить  волшебный гребень – седину  из дедушкиных  волос  вычесать. Серебристые  волосы – красиво, но  только  он  ведь черноволосый раньше был.  Да и горькое  это  серебро… А потом  можно  будет и бабушку заботливую для них с дедушкой подыскать, чтобы    пекла, вязала и любила.
            - Давай, я тебя  в кроватку отнесу и  расскажу  сказку, - нарушил  её  мечты  дедушкин голос.
            - Не-а, я  у тебя  сегодня  останусь, - она  подняла  голову и посмотрела  на  дедушку. Лицо    у него было счастливым и испуганным  одновременно – словно он счастью  своему  не верит и боится, что оно исчезнет.
            - Эй! – Мелисса погладила его по щеке. – Я не    исчезну. Я с тобой!

Спасибо вам за этот замечательный отрывок, эрэа Эйлин. За смелую Мельку и стеснительного и счастливого дедушку. ВОт честно - до слез.
Спасибо.

:D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D
Чудеснейшая сцена! Как счастливы дедушка и внучка. А какие обширные планы у Мелиссы.

Прекрасно и трогательно, эрэа Эйлин! Действительно хорошо до слёз!А ведь плутовка Мелисса и бабушку, пожалуй, подыщет - для любимого дедушки!
Замечательная сцена, просто замечательная, спасибо!
:D :D :D :D :D

Как жаль, что такое бывает только в сказках...

Разве сказки нужны только детям?
Сказки взрослым гораздо нужней (с)
А потом  можно  будет и бабушку заботливую для них с дедушкой подыскать, чтобы    пекла, вязала и любила.
Без бабушки с таким количеством обязанностей самый разволшебный дедушка не справится ;D

Прекрасно справится! ;D Нечего тут дискриминировать...  ;D (Вязание я не имею в виду :) )

Спасибо, эреа Tory, эреа NNNika,  эреа Convollar,  эреа Tany, эр Drago63! :) :D :)
И Мелька, и дедушка нашли друг друга!  :) Плутовка-внучка будет из дедушки  веревки  вить и  бабушку, разумеется, подыскивать будет. ;)
Волшебный дедушка многое умеет, и многому научиться (вязать и печь тоже ;)). Он справиться, но и бабушка  им тоже  помехой не будет. Но пока до всяких бабушек  далеко.
Сегодня-завтра постараюсь выложить еще  часть, а  там уже  будет Волчище. :)

Глава 5.  Мечты и  планы.

              Солнце  медленно уходило за горизонт, окрашивая небо в  розоватые тона.  После работы  в  кузне  легкий ветерок казался удивительно приятным.
            На этот раз кое-что получилось. Он обязательно  найдет  выход. 
            «Сколько  времени прошло! Подумать страшно. Страшно и больно. Она забыла. Нет, она не могла забыть»,  -  майа  оборвал сам  себя.  Он  её  найдет. Когда-нибудь…
            Он многого  достиг за  эти годы. Какие годы? За столетия без неё. Достиг сам, один. Помощники были, сподвижники были, но  именно  он  был  основой  всего. Тано все-таки смог уйти.  Гортхауэр почувствовал это по  той  щемящей пустоте, которая    поселилась в нем. И он привык жить с этой пустотой, ведь он знал -  Сотворивший не  погиб, не развоплотился, он просто покинул Арту.  Если бы  и он  мог её покинуть, хоть на  время, чтобы  найти Рыжую.  Но он не имеет права:  он должен беречь этот мир.  Кое-что он уже придумал, но  сколько  еще  предстоит сделать. Он бессмертен, ирхи тоже, а  вот люди… Сколько  среди них талантливых, умных, но  как же ограничено  их время. Как же он устал  терять сподвижников и помощников.
        Учеников, в том  смысле, который  в это вкладывал Тано,  у Гортхауэра не  было. Хотя он  и    устроил Университет, вспомнив рассказы  Лиссэ. Как же  не хватает  Рыжей!  Мгрыха  твердо заявила, что  со Школой она  справится, а  вот  остальное…

      - Сами всякие Унирсеты завели, сами ими  и распоряжайтесь, -  нагло глядя  ему прямо в глаза  заявила ирха. -  Учеников  могу  найти, а  вот всеми  вашими безобразиями командовать отказываюсь!
        Тиниар рад был бы  помочь, но толку от него...  Вот и приходится все  самому  делать, а  еще  всякие  люди шастают и  чуда ожидают. Наслушались  разговоров  про Тано и ждут, что его  ученик  им  путь укажет. Майа    довольно  фыркнул, вспомнив одних  таких ожидающих чудес. Тогда в торжественной обстановке он принял их в  Университет и  пообещал  научить возводить здания и выращивать  сады  в пустынях. Каким же восторгом  сияли  их глаза! Интересно, что они    себе  возомнили?  Гортхауэр  еще раз  фыркнул, вспомнив, как  вытянулись  лица  ученичков, когда он вручил  им лопату  и  мастерок. Но все же  их них вышел  толк, как и из многих других. Сейчас  у него много союзников: люди,    некоторые  эльфы, ирха. Часть из орков, к  сожалению,  затаилась где-то в  пещерах и предпочитает убивать, грабить и разрушать. Тем  хуже  для них.  Ему не нужны разрушители, ему нужны созидатели.
        Он сможет  выполнить волю Тано.  В землях Эндорэ  будет мир и  порядок. Валар не посмеют  сунуться  сюда. Разрушение  Белерианда, кажется,  огорчило их. Только зря  они  отдали тот  остров этим  эльфийским  подхалимам и предателям, наделив их столькими благами. Кажется, им стало  мало. Людям  всегда  мало… Странные  создания…  На  сколь многое  они  способны -  от самого безграничного  самопожертвования до беспредельной  подлости.  Жаль, что так  короток  их век. Сколько  соратников – обученных, верных, преданных,  талантливых покинуло его! Но все же он кое-что придумал.    Кольца ковать он начал очень давно. Не простые  кольца – особенные. Он всегда  мог  придать им  нужные  качества. 
        Нежная улыбка  тронула  губы  Гортхауэра, когда  он вспомнил  тоненькое  колечко-рябинку. Сколько  любви он вложил  в него, чтоб  оберегало его  Рыжую. Она так и  не надела колечко, а он хранит его вместе  с диадемой и  сережками. Когда–нибудь  оно  украсит её изящные пальцы! Потом он  сковал  кольца для Ириалонны и Ульва, чтобы  прогоняли дурные  мысли, чтобы  крепче  связали  вместе. Не ради них, ради  Тано.    Потом когда  Лиссэ ушла  в  свой  мир,  майа  снова  стал  ковать кольца – ради неё.  Задумка  свернуть  время и  расстояние  оказалась      не так  и плоха.  Хорошо, что Мгрыха не знает  об его экспериментах. Иначе он получил бы  сковородкой. Гортхауэр даже  поежился. Ради  своего  мужа ирха  была  готова на все.  И даже  объяснения, что Тиниар  сам  предложил  свою кандидатуру для опытов не помогли бы.  Хотя первым  в это дело  влез  этот паршивец Оррик. Майа понадеялся, что Лиссэ об этом никогда не узнает.  Из-за  своего  мерзопакостного кота  Рыжая способна  прибить любого. Конечно,  и Мгрыха, и Лиссэ для него не противники, но  не может  же  он  поднять  руку на любимую женщину и  её  ученицу.  К счастью, все закончилось благополучно для  кота и нолдо.  Эксперимент разочаровал:  Оррик  с помощью кольца чуть не покинул Арту, а  вот  для  Тиниара  купол оно пробить не смогло.  Увы,  путешествие в иные миры  оказалось невозможным. Хотя кольцо позволяло легко  перемещать по миру. Несколько  более слабых Гортхауэр  сделал для  своих подвижников, а  самое  первое  оставил себе.  Майа посмотрел на тонкую  полоску  металла на своем  пальце. Ничего,  рано или  поздно он  его усовершенствует.
        А пока следует поработать над  созданием  несколько  иных  колец.
       

Ой,  а Война колец будет? :o

До неё еще  ехать и ехать. Все немного  иначе будет. ;)

Ну, вот мы добрались до создания колец!  ;) И хочется, чтобы было немного иначе, чтобы действительно были сподвижники, соратники, а не слуги. Чтобы появилась, наконец Рыжая! Спасибо, эреа Эйлин, сказка только начинается и это очень хорошо!

  Огромное спасибо за продолжение, эрэа Эйлин! :D Да, Мелькор попал не просто в хорошие, надежные и ласковые ручки - а именно в такие, в какие было надо :). Сцена, где Мелька снимает с него браслеты... это ох. От этой сцены по-настоящему перехватывает горло. Сколько в ней тепла и любви, как чудесно она написана - и как радуешься за обоих, читая ее: и за дедушку, и за его новообретенную внучку! :)
  А Гортхауэру очень нелегко. Так нелегко, что взвыть впору. Но он достойно справляется с ношей, которая легла на его плечи. И не теряет надежды. В том числе, и на встречу с любимой...
  А Мгрыха со сковородкой - это серьезно. Как тут не поежиться даже Черному Майа... :) И очень-очень жду: что дальше? 

Если бы Гортхауэр увидел счастливого дедушку с внучкой ему бы стало намного легче.
Ну а Рыжая ведь уже на подходе?

Спасибо, эреа Tany, эреа Convollar, эреа Красный Волк,  эреа NNNika! :) :D :)
Будет Рыжая и скоро,  и будут  сподвижники, помощники. Рыжая отношений господин-слуга не приемлет. ;)
Спасибо за столь  высокую оценку  главы про Мельку  и дедушку. Да, Вала  попал  в самое подходящее для  себя  место и  в нужные ручки.  :)  Лиссэ скоро объявится, и  через какое-то время Гортхауэр  узнает, что его сотворивший нашел  место в жизни. 
А Мгрыха и  без сковороды  - страшная сила. А уж вместе  с Рыжей! Только держись.
Рыжая будет  в следующей главе. А  тут  еще будет встреча с одной  дамой из ЧКА.
Только я  умудрилась  исправления не сохранить вчера и посему, придется заново править.  :-\ :-[И этот  кусок  неисправленный выложила. :-\

          А пока следует поработать над  созданием  несколько  иных  колец.
          У Гортхауэра уже давно появились очень интересные  мысли в отношении  разных народов, населяющих Арту.  Тут  ему повезло: Келебримбор отличный  мастер, они  хорошо  сработались.    Столь  разумный  нолдо, вообще, редкость. Тем более, учитывая его семейку и то, что он прекрасно знает, кто такой Гортхауэр.  Правда, он просил Черного майа  не называть своего имени  в Эрегионе, и это было верно:  не стоит раскрывать карты  раньше  времени. Гортхауэр  и людям не  спешил назвать свое  настоящее  имя. И про участь Тано  упорно молчал. Пусть  эльдар думают, что победили, пусть  страшатся Дагор Дагората. Лишь бы  сами  его  не устроили.
          Про судьбу Мелькора  знали  очень немногие, даже  бывшим ученикам Тано Черный майа не сказал об этом. Лишь один раз он нарушил молчание. Впрочем, Аллуа догадалась сама.
          Гортхауэр вспомнил недавний визит  на юг. 
          Когда-то давным-давно там  поселилась одна из девятки Мелькора – Аллуа -  яркая,  гордая, смелая.  Выросшая в северном  краю, она нашла  свое место под южным солнцем. Её жизнь  тесно переплелась с жизнью народа этой земли.  Здесь она встретила  свою любовь, здесь  и потеряла, ибо  жизнь людей коротка. Но Аллуа  не покинула эти  края, она осталась  их Хранительницей, хотя  жила  уединенно.
            Ханатта  давно интересовала Гортхауэра, он частенько бывал там, но Солнечная дева ни разу не пожелала его увидеть. Аллуа словно не замечала его визитов или не желала о нем ничего знать. Но в тот раз все было иначе: она сама  пришла    к нему. 

          Весна. Цветущий сад при Храме.  На фоне  зеленой кроны деревцев граната горят  ярко-красные  фонарики  цветов. А неподалеку распустились сказочно-прекрасные  цветы  магнолии -  белые, бледно-розовые. По тропинке навстречу медленно  шла  женщина. Аллуа осталось  все такой же  прекрасной: тонкая талия, горделивая осанка,  шелк темных  волос, белизна кожи, точеные  черты  лица. Сколько  веков  миновало, но она  все та же  страстная  и гордая  красавица из Лаан-Галломэ.  Гортхауэр  шагнул, чтобы поприветствовать её и  сразу понял, что ошибся: время все-таки оставило свой  след. Глаза… Горечь потерь,  груз прожитых лет, одиночество… Бессмертному тяжело среди  смертных, а еще  тяжелее  пережить  своих родных  и любимых. Аллуа  пережила  мужа, сыновей, внуков, правнуков и еще  переживет многих из своего рода. Потому  поселилась  она в далеком  Храме,  лишь изредка показываясь  жителям  земли, чьей  Хранительницей стала когда-то давно.
          Разговор не ладился. Женщина молчала, они  неторопливо  прогуливались по дорожкам  сада. Черный майа  тоже  молчал, не желая  вести  пустую беседу. Если Аллуа что-то от него  нужно, пусть скажет сама.
          - Что ты  хочешь,  Ортхеннер? -  вдруг  резко обернулась  к нему Солнечная дева.
          - Я многого  хочу и рано  или  поздно добьюсь своего, - усмехнулся Гортхауэр.
        -  Хочешь отомстить?
        - Отомстить тоже, только, боюсь, на развлечение  не хватит  времени, - лениво ответил он.
        - Ты хочешь вернуть Тано? – она скорее утверждала, чем спрашивала.
        - Нет.  Ему здесь не место.
        Не ожидавшая такого ответа, Аллуа  споткнулась. Черный майа не дал ей  упасть, поддержав  за  локоть. Женщина  вздрогнула от его прикосновения, но руки не отдернула.    Она  всегда  отличалась выдержкой и  умом. Пожалуй, самая стоящая из девятки.
        - Ты  ведь любил его, - теперь она  не отрывала от него взгляда. – Наверно, я что-то не знаю…
        - Не знаешь.
        - Ты стал другим. Тот Ортхеннер, завороженно смотревший на  нашего Тано, исчез…
        -  Он погиб  вместе  с  остальными  в Лаан-Галломэ,  -  равнодушно сказал майа.
        - Я много слышала о тебе…
        - Полагаю,  дурного.
        - Говорят ты жесток, а подчас просто  страшен…  Я не  верила,  а теперь вижу – ты  опасен, безумно опасен… для своих врагов. Ты стал жестче, мудрее, но в тебе  есть и  чувства. Ты  любишь? – в её голосе была  надежда.
        - Ты всегда  была  умна, и ты не ошиблась, - майа слегка поморщился: говорить о  Лиссэ  ему  совсем не хотелось.
        Но Аллуа  и не стала  расспрашивать  его дальше, она  продолжала  говорить так, словно  беседовала  сама с  собой.
          -  Говорили, что ты отверг  все, чему  учил  нас  Тано. Говорили, что ты  не желаешь его возвращения…
          -  Они правы, не желаю,  - перебил  её  Гортхауэр.
          -  Наш  Учитель  нашел  свою дорогу, потому  ты  и не ждешь его!
          - Потрясающе! – он  хлопнул в ладоши.  -  Ты  догадалась. Тано  бродил  по Арте, а теперь ушел в другие  миры.
          - Почему ты  никому не сказал  об этом?!
          - Зачем?! -  Гортхауэр поднял бровь.
          - Ученикам Тано было бы легче знать…
          - Ученикам Тано  было пора  отвыкать жить, держась за  край его плаща, - неожиданно зло перебил её майа. -  Учитель  слишком заботился о других  и подчас не замечал, что эти другие перестают жить своим  умом.  Пусть не  рассчитывают  на то, что кто-то возьмет их жизнь  в свои ладони!
        - А почему мне ты позволил догадаться о судьбе  Тано?
        - Аллуа, ты всегда  шла  своей дорогой и полагалась лишь на саму  себя. И я знаю, ты  не расскажешь об этом  другим...  - Гортхауэр многозначительно посмотрел на неё. В глазах  Солнечной девы  мелькнула  тень. Он прекрасно поняла  его намек.  Жизнь  в окружении суровых и  жестких людей приучила  её понимать и принимать многое.
        - Можешь быть спокоен, - сухо произнесла  она. – Но ты  перехвалил меня, Ортхеннер.
        Женщина  сорвала  ветку  граната и  сейчас  её тонкие  пальцы теребили  яркие  лепестки цветка.
        Майа  выжидательно посмотрел на неё: сейчас станет  ясно, зачем нужна  эта встреча, ведь  не только  судьба  Тано так  беспокоила Аллуа.
          -  Мне нужна опора, - тихо  проговорила  она, наклонив  голову. –  Настанет день, когда я  не смогу  полагаться лишь на себя. Настанет день, когда я не смогу  защитить свой народ!
          Солнечная дева вскинула  голову и  выпрямилась.  -  Ты поможешь мне?
          -  В чем?
          - Мои дети, мой народ – они сильные  и смелые! Они  умеют воевать, они любят свою землю, но им не выстоять…
          - Против кого? – Гортхауэр знал ответ, но хотел, чтобы  она сказала  сама. – Эльдар?
          - Эльдар? Они пока не смотрят  в эту  сторону. Да и не слишком любят воевать…
          - Позволь не согласиться. Всю Первую эпоху  они  упорно лезли в битвы. Конечно, нолдор прибегали и  к  услугам всякого сброда из людей.
          - Гортхауэр, скажи, как  все-таки этот сброд и эльдар из Валинора  смогли взять Аст Ахэ? – вдруг  спросила  Аллуа. Не ожидавший такого  вопроса майа скривился: ему не хотелось ворошить прошлое и  ему хотелось  услышать её просьбу.
          - Там еще  Эонвэ был, - буркнул он.
          -  Герольд Манвэ? Какой  из него воин? Те эльдар  никогда не  убивали.  Не морочь мне голову, Ортхеннер, -  возмутилась Аллуа. – Я жила и живу среди  воинов. У Тано был ты  - лучший полководец этой земли. У Тано были обученные  и хорошо  вооруженные  воины. Аст Ахэ не Лаан Галломэ, это неприступная крепость. Как получилось, что вы  проиграли    войну?!
          - Мы  выиграли, - хмыкнул он. – Все было по плану  Учителя. Он полагал, что могут вмешаться более могущественные  силы, и наша  победа  заключалась в поражении. Арту  он всегда  ценил  больше  всего  на  свете.  И был  прав -  мы живем, пока жив мир.
          - Понятно, - кивнула  женщина и замолчала.
Гортхауэра  уже  раздражал этот  разговор. Ему хотелось домой, его ждали  работа,  Оррик  и Мгрыха с Тиниаром.  А он погряз  в  воспоминаниях. Какой от этого  прок?
          - Ты что-то от меня хотела, если  я не ошибаюсь? –  майа  не потрудился  скрыть свое раздражение.
          - Хотела, -  Аллуа  предпочла не заметить его тона. – Нуменор. Остров  избранных. Остров  победителей. Их оберегают валар, им помогают эльдар. Они уже  построили  корабли. На Запад им плыть нельзя, и они  поплывут на восток, юг и север. Они уже  строят свои города  на побережье. Настанет день, когда  им  понадобится власть над  всеми  землями – ради  нашего же блага,  - она недобро  улыбнулась. -  Они  придут учить нас жить, они придут навязывать свою веру, они  придут за золотом и камнями. Они зальют эту  землю  кровью.  Мы  будем  сражаться, но  нам не выстоять. Им ведь и  эльдар помогут. Объявят нас  Злом, Тьмой и  уничтожат!  Вот чего я боюсь!
          Её глаза сверкали, а руки  сжались в кулаки.
          - А  я ничем не смогу  помочь! Разве  я могу остановить  армию?! -  глаза  Аллуа  погасли, и она зябко повела  плечами. Повинуясь внезапному порыву, Гортхауэр накинул на  её  плечи  свой  плащ.
        - А я, значит, смогу? –  буркнул он.
        - Ты что-нибудь придумаешь.  Я знаю!
        - Ладно,  -    пообещал  Гортхауэр, – я  что-нибудь придумаю.
        -  Спасибо, - радость вспыхнула  в глазах  Солнечной девы.
        - Это в  моих  интересах, - честно сказал  майа.  - Усиление  Нуменора и мне  не нужно.    Вечно эти  валар и эльдар сделают какую-нибудь пакость. Избаловали  народ. Глядишь, потом и  сами  плакать будут.
        Аллуа ничего не ответила, она снова  вертела  в руках ветку граната и  смотрела  куда-то  вдаль. Гортхауэр шел рядом, не решаясь уйти. Ему почему-то стало  очень грустно. Когда-то они были  молоды, наивны,  когда-то их сердца горели жаждой  познания, когда-то  они не знали ни войны, ни  потерь, ни смерти. Но то время  прошло и  уже не вернется. Им никогда не стать  прежними. 
        - Смертным и  бессмертным опасно жить  рядом. Я живу совсем одна, и  я скорее символ,  почти  богиня… -  вдруг  сказала  Аллуа. – Трудно терять любимых...    Душа устает,  с каждой потерей она словно тает. Но и  для  смертных вредно жить рядом с теми, чей  век  не имеет предела.  Знать, что ты лишь бабочка-однодневка… Люди  не  поймут нашей боли.  Их душу  может  убить зависть.
        Она  провела  рукой  по лбу.
        - Почему бы тебе  не поехать со мной? – неожиданно даже для  себя  предложил Гортхауэр. – Народ у меня разный, но ирха живут очень долго. Да еще  у меня один эльда забавный затесался.
        Аллуа благодарно  улыбнулась, а Черный майа понял  - откажется.
          - Мой дом здесь, - и  впрямь сказала женщина. – Я уже привыкла ко всему. Сама не понимаю, почему  я затеяла этот разговор. Знаешь,  а я рада, что  получила от Тано  Дар. Когда-нибудь я уйду и  все забуду,  начну где-то все  сначала…
          Гортхауэр поклонился и  поцеловал  ей руку. Солнечная дева  может спокойно жить в  своем  Храме, он  постарается сделать все, чтобы выполнить её просьбу.

Печально, но  в тоже время оптимистично, эрэа Эйлин! Спасибо за продолжение.
[spoiler](http://s017.radikal.ru/i404/1412/92/6fbebe4452ac.jpg)[/spoiler]

Прекрасно и печально, да! Но встреча с Аллуа - это капелька надежды. Как мало сказано и как много - одновременно! Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин, я всегда жду этого продолжения и оно не обманывает ожидания! Спасибо!

Спасибо, эреа NNNika , эреа Convollar! :)  Рада, что оправдываю ожидания. :D  Надежда  всегда есть, тем более, что есть на  что надеяться.
Спасибо за  цветок, эреа NNNika ! :)

Вот еще  маленький  кусочек. Окончание  главы.


 
          Аллуа была  права: бессмертным и  смертным не стоит жить рядом. Он  исправит эту ошибку. Рано или поздно.
          Только как же  не хватает рыжей!  Как бы  он хотел  взглянуть в  её    янтарные глаза, зарыться в  пышные  кудри, что  рыжее любой  осени, вдохнуть горько-сладкий запах её дивной кожи! Она бы поняла  его! Она его  всегда понимала!
            Из  окна  донесся торжествующий вопль Оррика. Что он там  такое  обнаружил?  Бессмертная  черная  сволочь! Чтоб  он без него делал? С  кем бы он Лиссэ  вспоминал? Не  с этим же  полоумным братцем! Тиниар  способен  свести  с  ума даже тролля. Утверждает теперь, что в большинстве эльдар  совсем  мало Света. Нашелся  знаток!  Ему даже Валинор не угодил! Интересно, что он  понимает под Светом?!
            И чего так орет  этот кот?
            Гортхауэр  решительно  вошел  в дом и прошел  в  свой кабинет, откуда  доносились    вопли  Оррика.

           Портал мигнул сиреневым и наступила  темнота – всепоглощающая и беспросветная. Сколько она висела  в этом не-существовании, Лиссэ затруднилась бы ответить. В прошлый раз все получилось быстрее и  проще. Неужели Клемент ошибся? Мысль мелькнула и   оборвалась. Темнота сменилась мельканием красок, потом  и оно  исчезло. Но испугаться дейе  не успела, перед глазами  что-то вспыхнуло, ослепив на миг, и раздался до боли знакомый  кошачий вопль.
           - Йауу! Майааауу!
           -  Оррик! Радость моя! – она обняла  кота и  попыталась слезящимися глазами  рассмотреть, где же  оказалось. Комната. Небольшая. Внушительных размеров стол завален книгами и свитками. Кто здесь   живет? Книжник? Ученый? Ответа долго ждать не пришлось. Дверь распахнулась. Вошедшего   она узнала бы  из тысячи тысяч других. Узнала  бы   и  с закрытыми глазами, узнала бы  лишь по  звуку шагов,  по  запаху  кожи.
             Он изменился, отметила женщина, вглядываясь  в  его лицо: стал старше. Черты  лица  жестче, складка  у губ,  глаза смотрят  твердо.  Такой  взгляд выдержит не каждый. Этот  уверенный в себе мужчина, пожалуй,    нравится ей больше, чем тот порывистый юноша. Но нужна ли она  нынешнему Гортхаэру  так, как  когда-то была необходима  тому  из  давно минувших лет? Сколько  же здесь прошло времени? Она посмотрела на  него внимательно, стараясь  не выдать своей тревоги.
             Глаза встретились с глазами  -  и она поняла, что  страшилась  напрасно. Её не забыли! Она нужна! Она любима! Взвизгнув, словно девчонка, Лиссэ бросилась Гортхауэру  на шею.  Сильные руки  схватили   её в объятия, сжали до боли. Твердые губы   целовали страстно и  жестко. Как же она любила  его  страстность, его  жесткость, потом  переходящую в удивительную нежность. Как же она  соскучилась!
            Слова, разговоры, объяснения будут потом! Сейчас не до них!




        Резко распахнув дверь, Гортхауэр  замер на пороге,  потом  провел  по глазам, словно  пытался стереть морок. Но  он  не исчезал. Посреди  кабинета  во  всей  своей красе  стояла  его  Рыжая и гладила  кота.  Высокая  стройная фигура в темно-зеленом платье,  с красными лентами, рыжая коса уложена вокруг  головы, пышные кудри. Тонкая рука с длинными изящными  пальцами, ласкающая  черную  блестящую шерсть.
            Почувствовав его взгляд, она медленно повернулась. Бледное  лицо, точёные черты, алые губы и  широко распахнутые  медовые  глаза под  ресницами, что  чернее обсидиана. Как же хороша  его любимая! Он  стоял, не шелохнувшись, впитывая всей  душой  каждую  черточку бесконечно дорогого лица.  Озера её глаз стали  еще больше,  губы  чуть сжались. Она протянула к нему  руки, губы  приоткрылись! Один  миг, и она бежит к нему. Гортхауэр  подхватил Рыжую  на руки. Живая! Теплая! Любимая!
          - Лиссэ! Лиссэ! – больше слов не было.
            Да и о  чем тут говорить, когда  глаза в глаза, а  два сердца стучат, как одно.
Заклинанием майа    закрыл  дверь намертво. До утра их никто не потревожит.

Ура!!! Рыжая вернулась!!!  ;)

Вот это встреча! :D А Оррик и тут успел первым ;D

Ну, вот, наконец встретились! :D :D :D И как встретились! Сколько тепла, радости и Оррик, конечно тут как тут! :D :D :D
Спасибо, эрэа Эйлин! Такая светлая сцена!
[spoiler](http://s61.radikal.ru/i171/1304/bd/dd2fcbc76037.jpg)[/spoiler]

Явление рыжей
(http://s019.radikal.ru/i644/1412/6d/fe1a76ada5f5.jpg) (http://www.radikal.ru)

О-о-о, эти зеленые глазки, эти зеленые чулочки на таких же подвязочках... Р-р-рррр! И никаких котов!!  ;D

Спасибо, эреа NNNika, эреа  Tany,  эреа Convollar, эр  Drago63 ! :) :) :) Куда же без Оррик. Кот на то и  кот, чтобы   в нужный момент в нужном  месте  оказываться! :D
Спасибо за незабудки,  эреа Convollar! :D Такая нежность!
Явление  Рыжий просто красота! И ведь в  любимом зеленом! ;) Спасибо, эреа  Tany! :) 
А коты затаились, эр Drago63 ! ;)

И не мечтай!  ;D Просто нужной картинки с котом не оказалось, а программы для фотошопа тоже приличной нет под рукой :P

  Спасибо огромное за продолжение, эрэа Эйлин! :D Просто слов нет, до чего же здорово... И хочется только повторить за Гортхауэром: "Да и о чем тут говорить, когда глаза в глаза, а два сердца стучат, как одно"...
  Вот и вернулась рыжая на Арду, где так ждал ее любимый... И теперь, можно даже не сомневаться, этот мир, ответственность за судьбу которого взвалил после ухода Мелькора на свои плечи Гортхауэр, снова ждет немало интересного :). А еще хочется верить: вместе Лиссэ и ее Волчище сумеют помочь Солнечной деве и ее народу - и не только им... Очень-очень жду: что будет дальше? :)
  А Вам, эрэа Tany, спасибо большое за картинку: рыжая в зеленом - прелесть! :D

Ладно, Драконы - они добрые... Пусть будет и кот, предварительно помытый зеленкой  ;D

Эр Дракон! Зелёнка, что вам так хочется кота помучить? Ну, царапнет иногда, ведь кот же..... ;D ;D ;D ;D

Так и зеленка-то не настоящая, а водорастворимая...  ;D

Исключительно для Дракона ;D
[spoiler](http://s018.radikal.ru/i505/1412/54/5709961ae39b.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]

[spoiler]Тьфу! Даже погладить мерзавца голубоглазого захотелось...  ;D
Опосля отстирывания и приведения к первоначальному рыжему цвету, естественно  ;)[/spoiler]

Может быть, он не рыжий, а, например, белый или серенький! ;D ;D ;D ;D

Стоило мазать зеленкой, чтобы потом отстирывать ;D

Стоило. Из чистого принципа ;D

Спасибо, эреа Красный Волк! :) Волчище теперь не один! А вместе  все легче! :)
Зелёненький котик и  впрямь  хорош, эреа Tany .  :) Так и  хочется  приласкать!
Только вот думаю:  а  точно  его зелёнкой намазали? Может, какое-нибудь  юное магическое дарование    нечаянно  сотворило? ;)

          - Вот  теперь ты, рыжая, от меня никуда не сбежишь и  от брака не отвертишься, - не без  самоуверенности  произнес майа, обнимая Лиссэ  за плечи.
          - Ха! Если бы  я  вертелась, у тебя  бы  голова до сих  пор  кружилась! – хмыкнула дейе
          - Ты так в этом  уверена? – в его  голосе  послышались  шаловливые нотки.
          -  Иначе я  бы не вернулась, - тихо  сказала  Лиссэ.
          - Спасибо тебе, Рыжая! – серьезно ответил Гортхауэр и спросил: – Станешь моей женой?
          Разумеется, она станет, только и характер показать надо, да и  уверен ли он в  своем решении?
          - Неужели за столько  веков  краше и дороже не нашел? – пытливо посмотрела  дейе    в его  серые глаза.
              Майа    не  смутился и взгляда не отвел:
          - Ты моя  пара, Лиссэ, истинная моя жена. Одна и на всю жизнь. У нас еще  и ребенок есть… - смущенно добавил  он.
          Известие  о дочери  его  потрясло и обрадовало. Корявые рисунки Мелиссы были  объявлены верхом  художественного мастерства. Лиссэ  чуть не прослезилась: Гортхауэр всегда    был  очень придирчив  в таких  вещах. Помнится, глядя на  мазню её  учеников, он кривил    губы и  еле сдерживался от    резких слов.  А  доченька их рисовала  ничуть не лучше. Но вот ведь… Родная кровиночка!
          Расспросы тогда  затянулись  на  целый день. Лиссэ даже    чуть мозоль на языке не натерла. Хорошо, что они периодически отвлекались на объятия и поцелуи.
          Потом  разговор  плавно перешел на кольцо  магистра.  Оно очень заинтересовало Гортхауэра и  даже показалось немного знакомым. Оказывается её майа и сам  занимался  какими-то исследованиями, связанными с кольцами и  магией. И даже достиг  в этом  определенных успехов.  Невзначай разговор  о кольцах свернул  в другую сторону, и они отвлеклись до следующего утра. А утром ей  и  было сделано предложение хвоста и  ушек, то есть  руки и сердца.
          -  И после  стольких веков ты  все еще  уверен, что я твоя  истинная  подруга  и готов  терпеть меня целую вечность? -  не без  ехидства спросила  дейе.  Все же  Гортхауэр очень изменился. Нужна ли  она ему такому? Может быть,  ему  будет  лучше  с покорной  юной  красавицей, нежели  с  умудренной жизнью, язвительной и бесцеремонной дамой?
            Мужчина  молчал.
            - И все эти годы  ты был одинок и хранил  мне верность?! Не заливай! -  раздражённая его молчанием  выпалила  она.
            - Я польщен. Моя  рыжая  колючка    решила начать ревновать, - он  дернул её  за  тугой локон и    прошептал: - Других для меня  нет, Рыжая.
          Лиссэ вздохнула  и согласилась  выйти замуж.  Если  Гортхауэр считает, что  сможет прожить с ней вечность – что ж, они попробуют!
            Уже  одетые, стояли они  у  окна в башне. Вдалеке виднелся  потухший вулкан. Волчище верен себе:  нашел  огнедышащую гору и устроил    рядом  жилище. Умник!
            Над высокой горой  курился  дымок, по небу  плыли свинцовые тучи. В общем,  вид был чрезвычайно оптимистичен: самое то для замужества.
            Гортхауэр явно не  опасался мрачных  видов и не связывал с ними никакие  нелепые приметы. Он взял  мистрис  за руки и    проговорил:
            - Перед лицом Арты и Эа нарекаю тебя  своей женой!
            Лиссэ сказала ответную  фразу и,  сняв с пальца  кольцо  магистра, протянула  его  любимому. Майа на  миг замешкался, но тут же  сообразил, что  к чему и  надел  ей на палец  свое  тонкое  колечко.  Её  пальцы были тоньше, чем его, но  кольца  подошли  впору.  Теперь они  казались одинаковыми:  тонкая  полоска  блестящего металла, а  внутри  вязь  слов на древнем  языке. Интересно, а  свойства от такого обмена  у них не  поменялись? От  размышлений  её  отвлек страстный поцелуй любимого. Она    ответила не  менее  страстно.  Дыхание  перехватило, сердце  заколотилось  сильно-сильно. На  миг  ей  показалось, что  у них одно дыхание  и одно сердце на двоих.
            Вдалеке  глухо заворчал гром, небо потемнело, порывистый  ветер  погнал  прочь тучи, и  на землю  упали  первые капли  дождя.
            Лиссэ фыркнула: как по заказу. Или это  высшие силы  выразили свое отношение? Прервав  поцелуи, они посмотрели  в окно.
            Ветер    стих и на небе появилась радуга. Сначала еле различимая, она становилась все  ярче и ярче.
            - Вот видишь, Колючка, счастливое предзнаменование! Нас  хватит на  целую  вечность!
            - Ты  полагаешь, нас  решил  благословить Эру? – пошутила она.
            - Нет, Арта! А Эру на нас сейчас не смотрит, -  ехидно ответил  её майа. – А раз  он    занят другим, будем  считать, что его нет!
            Лиссэ посмотрела  в глаза мужу и поняла – сейчас ничего нет и никого нет, кроме  них двоих. Лишь они двое и  радуга  на  небе.

Несколько даже неожиданно, но так хорошо!
:D :D :D :D
Прекрасно! И удивительно. Удивительно, потому, что Лиссэ всё-таки колючка. Но она любит своего Волчищу и потому колючки спрятаны. А ему не нужна покорная дева, вот только эта колючая рыжая любовь! Спасибо, эрэа Эйлин! :D :D :D :D

Так вот оно где, знаменитое колечко!
;)

  Замечательная сцена :). Как же счастливы сейчас эти двое, которым прошептала: "Совет да любовь!" сама Арта, зажегшая над ними арку радуги... И Гортхауэр прав: их с Лиссэ любви действительно хватит на целую вечность. Что бы там ни ждало впереди его - и его рыжую... Потому что у них - и правда одно дыхание и одно сердце на двоих. Спасибо огромное за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Спасибо, эреа Convollar , эреа Tany , эреа Красный Волк! :) :) :)
Лиссэ любит, посему  и  согласилась стать женой, да и  долгая разлука многое позволила  понять, хотя бы  в  самой  себе. Разумеется, характер  она еще  покажет, да и Гортхауэр далеко не так прост, но все же - они есть друг  у друга.

Благословение Арды.
[spoiler](http://s014.radikal.ru/i329/1412/45/1c690797525f.jpg)[/spoiler]
Спасибо  за продолжение, эрэа Эйлин!

[spoiler]Не обойдутся, право, друг без друга...
Как хороша та рыжая вреднюга!  ;D :-*[/spoiler]

Спасибо, эреа NNNika , эр Drago63! :)
Радуга очень хороша, эреа NNNika ! :) Конечно не обойдутся  друг без друга, эр Drago63. :)
[spoiler]Продолжение ближе  к  концу той недели должно написаться. В конце года, к сожалению, дел  очень много. :([/spoiler]

С Новым годом! Счастья, здоровья, вдохновения! Не забывайте пожалуйста о своих читателях.
[spoiler](http://s014.radikal.ru/i328/1501/c1/b7378d88d01c.gif)[/spoiler]

Спасибо за  поздравление, эреа NNNika ! :) Котик настоящее  чудо! :D
С Новым Годом  Вас! Счастья, радости, здоровья! :)
[spoiler][imghttp://img-fotki.yandex.ru/get/9493/100348571.31f/0_bb127_1b563d66_L.gif]http://img1.liveinternet.ru/images/attach/c/2/68/656/68656311_65886006_33.png[/img][/spoiler]
Продолжение истории про Рыжую и  других здесь. http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=17843.new#new (http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=17843.new#new)