Форум официального сайта Веры Камши

Итак, продолжение истории про рыжую даму!





          В Аст Ахэ  пришлось  задержаться. Его Темность жаждал  осчастливить мистрис своими советами и пожеланиями. И что раньше сам для ирхи  Школу не устроил, раз такой заботливый? Мысль была несправедлива, и Лиссэ  прекрасно это понимала. Народу  много,  сложностей тьма, а Мелькор, прежде  всего, стремился учить  Людей. К тому же один  он здесь такой – Изначальный, да и без того заморённый  весь. Откормить бы его и  исцелить.  Дейе сморщила  нос: подобное  ей было не по силам, и это  бесило  страшно.
         Гортхауэр был поразительно предупредителен и  даже иногда поддерживал её в   их  спорах с Мелькором. Майа    почти всегда был  рядом. То ли  опять  опасался за своего Сотворителя, то ли просто стремился проводить с ним   больше  времени. 
          А Его любопытному Темнейшеству очень хотелось знать,  каким образом Лиссэ собирается  учить  этих диких детей. Еще  ему хотелось  знать и  об  образовании в школах её  мира. Вопросов   у него  было  много,  но он  все же  сдерживался, только глаза     сияли еще   ярче. Все же   удивительно  столько прожить и претерпеть и не потерять любознательности! Этим  Мелькор её восхищал, хотя    дейе не торопилась  ему об этом  сообщать. А вот некоторая  напряжённость в отношениях смущала, он  явно был   чем-то недоволен, но молчал. Хмарыш   побери  этого  скрытного Изначального! Уж  лучше бы   наорал, что ли?! И чего молчать, аки  скелет на допросе  у   некроманта?


         В отношении   черноволосого майа Лиссэ не обольщалась. Любовь,  уважение, доброта и  милосердие  Гортхауэра распространялись лишь на  его Учителя, остальным доставалось совсем немного. Он  не был  жесток  без нужды, он  был  внимателен  и даже добр  к  своим  ученикам, но Лиссэ видела, ради  Тано  он  пожертвует кем угодно.  Тем не менее, майа ей даже  нравился своим прагматичным подходом. Мистрис любила, когда  все  четко и ясно.
          Ожидая ушедшего по  каким-то делам Мелькора,  Лиссэ   полюбопытствовала:
           -  Гортхауэр, а  ты один у Мелькора такой выбирающий путь?
           - Не совсем, - хмуро отозвался  мужчина.
           - Ты на диво  любезен сегодня,  - ослепительно   улыбнулась ему  дейе. – Говорить с тобой  одно удовольствие.
           -  Ради тебя стараюсь, рыжая! –  улыбнулся, блеснув  зубами, майа.
           - Отрадно, что вы смогли поладить, -   вернувшийся Изначальный прервал  их тет-а-тет.
           - Смогли, - вздохнул Сотворённый и  честно  признался: – Надолго ли?
           - Надолго, если, конечно, ты перестанешь  временами смотреть  на меня так, словно тот  час перекинешься в волка и, свернув  мне    шею, скушаешь на обед, - не  удержалась от возможности   подергать майа  за  несуществующий хвост Лиссэ.
           Гортхауэр нахмурился:
           - Да не  собираюсь я при тебе  оборачиваться. И уж тем более,   шею сворачивать, я   еще  никого из людей не  ел.
           - Ой, неужели  ты  можешь  обернуться волком? – восхитилась  она и хотела  уже попросить  его об этом, но  в  разговор  вмешался Мелькор.
           - Особенно   меня радует слово «еще». В нем сокрыто  столько обещаний, - такого ехидства в его голосе  Лиссэ  еще не слышала. Она даже опешила: Изначальный никогда   так  себя не вел.
           - Учитель! – воскликнул майа. – Я просто неудачно выразился.
           - Почему же?  По-моему твоя оговорка очень верно отражает  суть.
           Ученик еще раз  вздохнул и  спросил:
          - Тано, ты  чем–то огорчен? Я  что-то сделал не так?
          - Что ты?! -  успокоил  его Учитель. – Все прекрасно. Напротив,  я очень даже рад. Ты  захватил скрытый город, войны  теперь долго не будет.  Ты мог бы  сделать это и раньше, просто спросив  у меня, где он находится. Неужели ты  думал, что я отказал  бы  тебе  в такой  малости, таирни? И  конечно, нашлись более важные дела, нежели  проследить за безопасностью женщин  и детей  взятого города.  Все просто прекрасно!
         От горько-ядовитых слов ученик   побледнел и  покраснел, потом  опять побледнел. Лиссэ  захотелось провалиться сквозь землю. Мог бы  и  не при ней отчитывать свое  чадушко, но Гортхауэром  Изначальный не ограничился.
          - Моя дорогая  гостья  также доставила  мне   много удовольствия. Мало того, что  она отправилась  на переговоры  к  дортонионским  уруг-ай, так она  еще   очень удачно развлекла  их, устроив  потрясающее  представление с  использованием  запретной магии. Что же  будет  дальше, госпожа Лиссэ?  Скелеты  будут бегать наперегонки по горам? Или,  может быть, они  удачно  вольются в  войско   Гортхауэра и завоюют весь мир?
          Дейе   вздернула голову:
          - Зачем же  сразу воевать? Может быть, они откроют веселый  дом и будут  оказывать услуги желающим?
          - Хорошая  идея! – одобрил  её  Мелькор. – Надеюсь, своим  ученикам ты  не откажешь в обучении столь полезному искусству?
          - У них, к сожалению, нет   к нему способностей, -  притворно вздохнула мистрис. – Но  если   появятся, я  с  удовольствием  возьмусь  за дело!
          - Отрадно! -   скупо обронил  Владыка, сжимая   подлокотники  трона так, что  по   ним потекла  кровь. Его  глаза сейчас  казались    черными, в них словно горела  тьма. Жутковатое  зрелище. Не стоит, пожалуй, доводить его до белого  каления, а  то потом   тушить замаешься.   Лиссэ встала, отвесила  церемонный поклон и направилась к двери:
          - Я забыла   показать тебе, Твоя  темность, одну очень важную вещь!
          Дейе решила, что  ей  не стоит присутствовать  при   столь любезном разговоре столь  близких  друг другу   созданий.

А хорошая идейка: скелеты в веселом доме ;D

Гонки скелетов по горам тоже неплохо. ;)

Опять Гортхауэра обидели! Ну что это, в самом деле! У Мелькора вообще, похоже, привычка завелась - зло на Гортхауэре срывать! :'(

Я вот читаю и думаю, Тано ученика к Лиссэ ревнует или наоборот? Это  ревность сродни родительской? Или он видит в Гортхауэре соперника? Или сам не может понять, чего больше, и оттого...эээ...переживает? Растил его, понимаешь, растил, душу вкладывал чуть ли не в буквальном смысле, а тут явилась какая-то рыжая... :-[

Спасибо, эреа Tany , эреа NNNika , эреа Convollar, эреа Tory ! :)
Эреа Convollar,  на  ком  срывать, как не на  самых дорогих и любимых? Увы! ;-v Но  Мелькор скорее не зло, а  беспокойство и тревогу  выплёскивает. Хочется  чаду  лучшей доли, хочется, чтобы  оно  было  лучше умнее. Хотя  так  никого не воспитать и, тем более, не  перевоспитать. :(
На  Лиссэ срывать бесполезно, её  все это лишь забавляет на первый  взгляд. Она  всевозможные оригинальные  вещи    грозится  внедрить. Вроде  веселого дома со  скелетами. ::)
Он не ревнует, эреа Tory . :) Он беспокоится за него и за неё. Хотя, конечно, зол из-за  их  действий. Но это не ревность, он же  их сам  начал  сводить, кстати. ;)

            Подслушивать Лиссэ и не собиралась,  но когда она вернулась, разговор еще  продолжался. Уходить не хотелось, зайти было  неудобно, а    чуткие уши улавливали каждое  слово. Услышав свое им, женщина не выдержала  и заглянула в  щелочку.
              - Тано, мы с Лиссэ  хотели  как лучше!  Рыжая права,  обученные  ирха будут  более  полезны в  нашем деле. А это  вражье гнездо давно следовало  разорить!
            Дейе очень тронуло  заступничество  Гортхауэра, такого она от  него не ожидала.
            - Меня радует слово «мы». Вы  удивительно спелись,  и вы  удивительно заботливы, - Мелькор  выдержал паузу и  сообщил: – Странно, что ты  еще  не  посадил меня  под  замок в  уютную  комнатку, дабы  защитить от всех бед, и  не завоевал  весь этот  мир, перебив множество  народу. Ради моего блага, безусловно! 
              - Тано! – взвыл  майа. – Что ты  говоришь?! На такое  я не способен! Я виноват, хочешь,  накажи  меня, выгони, но только не говори таких слов!
              Лиссэ стало его жаль. Сама-то она  обожала  язвительные реплики,  скрытые  упреки,  огонь  под  слоем льда, а Гортхауэра  горькие слова      отца больно ранили.
            - Не способен, говоришь?  -  усмехнулся Вала. – Пока  еще  нет, а вот  потом… Я бы не  зарекался, - он покачал  седой головой.
              – Тано, прости!
              - За что, таирни? За то, что ты такой, какой есть? За это не прощают, либо принимают, либо нет. А я  сам тебя  создал, -  он  сжал  руки. – Я сам тебя учил.
              - Тано, но зато теперь  будет  мир, они не  смогут собрать  войско, -  майа посмотрел    Сотворившему  прямо  в лицо.
              - Ты прав, Гортхауэр, не смогут, - он  усмехнулся. – Будет  мир… Долго…. Смертные  забудут о войне.  Что ж, таирни, иди! Я  не сержусь! Ты прав!  Извини меня…  Я не хотел  тебя обидеть… Теперь все будет хорошо!  – тон был  доброжелателен. Ученик преклонил  колено и вышел,  любезно придержав  для  Лиссэ дверь. Мелькор её сразу не заметил. Он  сидел  на своем  высоком  троне, закрыв лицо  руками. Когда дверь  за Повелителем воинов закрылась, Изначальный  прошептал:
              –  Все бесполезно Судьбы  не изменить.. Но сумеет ли он… Как я его оставлю…  - и  рассмеялся,  тихо и горько.  Дейе    замерла, не зная,  что ей делать – уходить было поздно, а  смотреть    неудобно.
              - Потом поговорим, Лиссэ, - услышав ее, проговорил  Владыка. – Уходи!
              Рук от лица он  так и не отнял. Сквозь  искалеченные  пальцы сочилась  кровь и    стекала на  черное  одеяние.
              Мистрис вздохнула и решительно направилась  к  трону, доставая    платок.
              - Дайте  вытру,  - решительно  заявила  она,  поднявшись по ступенькам, сжавшемуся еще больше при  её появлении,  мужчине.
            - Не надо – прошептал он, не отнимая рук.
            - Чего не надо-то?! Промокну,  и лучше  будет! Платок  у меня  в особой настойке  смочен. Обезболивает, кровь  останавливает.
            - Не поможет…  ничего! – еще тише ответил  он.
            - Раны, разумеется,  не  исцелит, но  кровь  быстрее  остановится. Убери  руки-то. Чего  стесняться-то? Я же  тебя не обнажиться принародно  заставляю! – Лиссэ  коснулась его  руки.
            - Мне не нужна жалость! Не унижай меня…
            - Спятил! -    с удовлетворением  констатировала  мистрис. – Как есть спятил! Какая жалость?! Ты что, ошалел?! Да,  кому ты  нужен, столько сил  тратить на тебя!  Тьфу! Делать мне больше нечего, как  жалеть всяких тут!
            Она осторожно отвела  его руки и стала  вытирать  его лицо, Изначальный не сопротивлялся,  лишь рука чуть подрагивала.  Потом  вдруг поднял на неё  глаза – такие  яркие и такие  измученные. Лиссэ  захотелось обнять его, прижать седую голову  к своей груди, но она  подавила  неуместные желания, даже не подав  виду.  Дейе  понимала, что  в  таком случае  стоит  быть очень осмотрительной. Одно  неосторожное  слово  может  вызвать  сход лавины. Мелькор все же не железный и не каменный, а  своей истерики он  себе никогда не простит. Мистрис отвела глаза, чтобы  скрыть  чувства.
          -  Тебе же неприятно! – вырвалось    у него.
          - Чего?! – удивилась Лиссэ. – Ну ты  даешь! Неприятно! Да я столько неприятного  видела! Про  морг  судебки как  вспомнишь, так сразу все остальное        просто очаровательным кажется!
          - Морг? Судебка? Что это? – любознательность уже  проснулась. Вот  и  славно!
            - Морг – это  место, куда трупы  с  места преступления или  неопознанные  свозят,  -  принялась объяснять женщина, продолжая  свое дело. -  А судебка – это судебный  департамент. Там  расследуют преступления.  Обычно  в  департаменте работает  парочка-троечка  некромантов, а иногда из коллегии приглашают  более    опытных. Зачем? Так    душу  вызвать, ауру  снять, убедиться,  не использовались ли  недозволенные  магические ритуалы, проверить не  нежить ли  покуражилась тут. В общем, некромант – это  не  пляски  скелетов, а  грязная тяжелая работа на  пользу      общества и порядка, -  она  отняла      платок и    удовлетворенно  отметила: – Крови больше  нет! А ты    стеснялся.
            Её  беспокойный пациент смутился еще больше.
            - Спасибо тебе, Лиссэ!
            -  Рада быть полезной! – чопорно сообщила  она.
            -  Ты  ведь все слышала, - Мелькор    утверждал, а не спрашивал.
            - Конечно, - не смутилась Лиссэ  ни капельки. –  Уж не ругали бы вы его.  Что ж  ты  так с родным созданием?
            - А как?! Я же не хочу, не хотел  ему такой доли! А  сам… - он махнул  рукой. -  Может быть, он  сможет….
            -  А твое  чадо  опасается, что выгонишь…
            - Куда ж я его? -  он сжал  руками виски. -  Сам такого создал. Значит,  и сам  виноват во  всех  его ошибках.
            - Ты-то почему? Может, он  в дедушку пошел или  в бабушку?
            - В какую еще  бабушку-дедушку?  - ошарашенно  произнёс  Вала.  - Ох, Лиссэ,  с тобой не соскучишься.
            - Стараюсь!
            - И впрямь  учеников не будешь некромантии учить? -  этот  вопрос его явно  интересовал.
            - Нет, не буду! – серьезно ответила  женщина. – Я бы  и тогда  не  стала    к таким  действиям  прибегать, но  слишком  увлеклась. А  тебе кто  сказал? – она подозрительно прищурилась.
            - Никто. Почувствовал.  Обычно  я  не смотрю, но тут  не по себе  стало. Как-то тягостно.
          Мистрис кивнула: такие  действия  вызывали  у  чувствительных  людей  тяжелое  чувство. Мелькор не человек, но он Изначальный и  связан с этой землей. Тряхнув рыжими  кудрями, дейе  решила перевести  все в  шутку.
          - Ну, зачем вы про    некромантию. Я же  план  составила  учебный и никакой  некромантии там отродясь не водилось и не заведется. Хотите, Владыка,  почитаю, - она  бросила на него  лукавый взгляд:  – С выражением.
          - Ну, уж нет, госпожа Лиссэ, как-нибудь я  без ваших выражений обойдусь, -  он  решил  вернуться  к легкому тону.
          - С выражением, а не  с выражениями, -  обиженно    поправила  его мистрис.
          - У тебя без  выражений не  бывает, -  усмехнулся      Мелькор. – Оставь  план,  я сам  его прочитаю. Зачем он  нужен-то?
          Дейе закатила глаза. Еще  не хватало сейчас начать рассказывать о методике обучения и  необходимой для оного обучения документации.
          - Привыкла  я  к  планам, -  проворчала  женщина. – Положено  у нас  так.
          Лиссэ вручила ему  бумаги и  уселась  рядом на подлокотник  трона.
            Мелькор покосился на неё, но  ничего не сказал.
            - Я  не помешаю? – решила она проявить вежливость.
            - Ни в коем случае, - отозвался он. – Будь, как дома. Может  тебе на троне удобнее? Я могу  и  освободить,  -  уж слишком заботливо  предложил Владыка.
            - Нет-нет,  мне  и здесь  хорошо. А троны -  не для  всех и каждого.  Мозоль  вдруг  появится  на  самом  важном  месте, -  с ответом  Лиссэ не замедлила.
            Нахальство  её Мелькор, как ни странно, терпеливо  сносил. А ведь  мог бы  легко  на  место поставить. Иногда  женщине казалось, что  ему  даже  нравится  такое  её  поведение. А почему бы  и нет? Он ведь  страшно одинок, если  хорошенько  подумать. Ученики, воины, а где  друзья?! И  ведь он  сам не  подпускает к  себе  близко…  Потерять боится? Он  ведь и  её  отталкивает, но  дейе  это лишь  раззадоривает.
          - А Гортхауэр и  впрямь оборачивается  волком? – не  удержалась Лиссэ  от вопроса.
          - И впрямь, -  красиво очерченные губы    чуть тронула  улыбка. – Чувствую,  ты не  удержишься  и почешешь его за  ушком.
          - За каким еще  ушком? -  притворно    вскинулась она.
          - Ну  откуда  мне  знать  за каким? –  к нему снова вернулось ехидство. – Может, за  левым, а  может, за правым.
          - Вот  еще!
          - Главное, не  покусай моего таирни!
          - Так и быть -  не буду! Но только  ради  тебя.
          Кмыргов Гортхауэр в этот  момент и  вернулся, мистрис еле  успела  слететь  с  подлокотника трона  и  переместиться  в  кресло. Не хватало  еще, чтобы ученик чего-нибудь не то подумал, потому что  «то»  -  он  думать не  умеет. Спрашивается и зачем его Хмарыш принес? Почуял, что ли  чего? Лиссэ  иногда  казалось, что он очень  хорошо    чувствует своего Учителя, только вот  понимает не всегда. И вроде бы, не дурак? Почему так?
          Гортхауэр обозрел  окрестности, в  смысле, тронный зал, подозрительного не  увидел и,  устремив взгляд на  женщину,  спросил:
          -  У вас все  хорошо?
          - У нас  всегда  хорошо, -  откликнулся  Мелькор, хотя  спрашивали  не его.
          - Я вот с  выражениями тут  читаю, -  с невинным видом  поведала  дейе.
          - Ты  можешь, -  нахмурился майа, – если  ты  орков  самогонкой напоила…
          - Орков? Самогонкой? – Изначальный  чуть  подался вперед. – Ох, Лиссэ! Тебе    еще только  драконов  подпоить осталось!
          -  Драконов?! А ведь точно! Какая  блестящая идея! – воодушевилась она. – Спасибо тебе, Твоя  Темность! Ты нам  сегодня  с Гортхауэром столько  идей дал. Обязательно применим, - она подмигнула опешившему от такой  фамильярности  майа.
        -  Право, не стоит  благодарности. Заходите, я  вам  еще    несколько    дам, -  Изначальный понял  её  шутку. -  А план все же оставь, а то  мало ли, что ты  там собралась применить…

Ребята очень мило пообщались, рада за всех троих!
Большое спасибо  за продолжение.

  Очень сильная сцена - спасибо Вам за нее большое, эрэа Эйлин! :) Как же, действительно, мучительно и страшно одинок Мелькор и до чего он устал - впору хоть самому волком оборачиваться и на луну выть... И как же больно ему от осознания того, что не получается докричаться до своего таирни... И какая же снова умница в этой сцене Лиссэ, понимающая: сейчас жалость для Мелькора и правда станет клинком, провернутым в ране...
   А сколько здесь опять фраз, которые на цитаты растащить хочется! :D "С выражением, а не с выражениями. - У тебя без выражений не бывает", "Может, тебе на троне удобнее? Я могу и освободить..." :) ;D

Ну прелесть и прелесть!
Шедевр!

Еще   не хватало сейчас начать рассказывать о методике обучения и  необходимой для оного обучения документации.
           - Привыкла  я  к  планам, -  проворчала   женщина. – Положено   у нас  так.
Кошшмаррр! Министерство просвещения отдыхает ;D Осталось поурочные планы начать писать на каждое занятие, не отступая от министерской программы. ;D ;D ;D
И еще несколько портретов рыжей бесовки
[spoiler]
(http://s020.radikal.ru/i714/1404/62/6946a53b49b3.jpg) (http://www.radikal.ru)
(http://i056.radikal.ru/1404/ba/6fd99fc469b3.jpg) (http://www.radikal.ru)
(http://s005.radikal.ru/i212/1404/9b/ac2cf4ed0397.jpg) (http://www.radikal.ru)
[/spoiler]

Спасибо вам, эреа NNNika , эреа Красный Волк, эреа Tory, эреа Tany ! :) :D :)
Лиссэ  -  здесь умница, верно  вы заметили, эреа Красный Волк. Именно  благодаря её усилиям и смогли  потом они  все трое  нормально общаться. Успокоила, развеселила, заступилась. :)
Все же  поурочные планы  орочья  учительница  писать не будет, эреа  Tany , а в остальном "привычка свыше нам дана..."(с) ;)

Рыжая  бесовка  хороша, особенно на первом - такая невинно-лукавая. :)

Вот еще  рыженькая.[spoiler](http://static.diary.ru/userdir/2/9/8/0/2980801/80958587.jpg)[/spoiler]
[spoiler](http://static.diary.ru/userdir/2/9/8/0/2980801/80958630.jpg)[/spoiler]

А вот  и припозднившийся конец  этой главы! :)


        - Почему ты так  ведешь себя  с Учителем? – сокровенный вопрос  майа все же задал, правда,  подальше от покоев  Мелькора.
        - Я хорошо  себя  веду, милый, даже  очень! – хихикнула женщина. – Ты просто  меня еще плохо знаешь.
        - И  не  имею  ни  малейшего желания знать лучше!
        - Ох, Гортхауэр, Гортхауэр!- вздохнула  она и    с  выражением прочитала внезапно  пришедшие  в голову нескладушки:
Дивлюсь  я на тебэ
И думку гадаю,
Почто не дракон  я,
Почто не летаю.
Была бы  драконом
Летала б далеко.
Пыхала  огнем бы 
С вершины  высокой.
Но я  не дракон.
Оттого не летаю!
На ясное небо
С тоскою взираю:
Ведь  я  не дракон,
Оттого не летаю…

        Мужчина посмотрел на  неё  с  недоумением, Лиссэ пожала  плечами  и направилась  в свою комнату.

Какая песня чудесная! :D

А если бы была она драконом - вот что она бы с Гортхауэром сделала? :-\

Спасибо, эреа Tany! :D





          Гнедая кобылка Лиссэ шла  рядом  с вороным Гортхауэра по узкой горной  тропинке. Сопровождающие  держались в отдалении.
          - А времени помириться не будет? – осведомилась Лиссэ.
          - Мы не ссорились! – отрезал  мужчина.
          - Я не про нас  с тобой, герой-победитель, - отмахнулась она. – Я про ваши разногласия с  нолдор  и  присными.
          - У нас нет  разногласий, - сухо ответил майа.
          - А  ваше противостояние?
        Он усмехнулся.
        - Либо мы, либо они. Все просто, рыжая. Если бы не  Тано, я бы их… - Гортхауэр сжал    руку в кулак.
        - И что их? Убил бы всех  разом? Или на колени бы  поставил?  - прищурила  свои  медовые глазища дейе. – Так в Валиноре убитые воскреснут, а  с  колен  обычно поднимаются  и  дают хорошего пинка… Тем, кто поставил.
        Повелитель воинов насупился, тонко очерченные брови  сошлись вместе.
        - Они нас  не  поймут и не оставят  в покое. От своих  клятв не откажется никто.
        - А если  им эти камни отдать? – предложила  дейе.
        - Как ты смеешь? – взвился он. Даже  конь  заплясал  под всадником.
        - Просто, - спокойно ответила Лиссэ и  сердито добавила: – Я  понять хочу  и  выход  найти, ясно?!
        - Тут  нечего понимать, и  выхода нет!
        - Выход    всегда  есть. Обычно  рядом с входом или напротив!
        - И где тут  вход?
        - Откуда  мне знать?! – пожала она плечами. – А камни для  твоего сотворителя, как игла для  Кощея?
        - Какой  еще Кощей? Тебе бы  только Учителя оскорбить! – и ведь как только догадался, что Кощей отрицательный персонаж?  Хотя  и не везде.  Да и не персонаж, а  мирно  существующий  маг.  Оболгали бедного Кощеюшку. Сколько он  всего  хорошего сделал, а его так в  сказаниях приложили! Но зато маги  помнят  и  ценят. До сих пор  на  консилиумы, то есть, тьфу, на  симпозиумы приглашают.
          - Да не хочу я  твоего Учителя оскорбить, мне  просто  интересно, - примиряюще  сообщила  женщина, – не сокрыта ли в них его сила?
          -  Нет, но Тано не отдаст  камни. Они зло! – сподобился все же объяснить Гортхауэр.
          - И охота ему зло в короне носить. Вот ведь  незадача! А если  их  этим валинорцам отдать?
          -  Ты что?! – опять вскинулся он. Попил бы  котовника  для успокоения, что ли?
          - Я-то ничего! А вот ты  бы пораскинул  мозгами. Впрочем,  лучше не надо, а то  ведь не соберешь потом. Что тогда  твой  Тано делать  будет?
          - Если бы не Тано… - Повелитель воинов  осекся не в силах продолжать.
          - То  мир  во всем  мире ты бы  начал  устанавливать с меня, - кивнула  Лиссэ. – Я  ведь  без шуток. А если  отдать и  не отдать эти  камни?
          - То есть?
          - Ну, посвятить  их  кому-нибудь  такому  влиятельному и    начать понарошку поклоняться.
          - Что за  бред! Кому еще  посвятить? Ты любого заморочишь! – Гортхауэр провел  рукой  по лбу.
          - Да хоть дедушке!
          - Дедушке?! А бабушке не хочешь?! – внезапно проснулось  у него  чувство юмора.
        - Так бабушке  у тебя, кажется, нет. Хотя, странно  сие, - вздохнула  дейе.
        - Слушай, Лиссэ,  у нас  не как у людей. И если  Тано меня  сотворил, то это не значит, что  Эру  мне дедушка. Я бы  этого  Эру…
        - А  вот Эру  и посвятить! Пустить слух, что  у  вас они,  дескать, по велению Эру  находятся? Откуда узнают что не так? Эру  сюда, кажется, не захаживает и остальные  в  укромном  месте окопались.  Можно, что-нибудь  такое его  глас  имитирующее придумать…  А в черном  вы  в знак  скорби, а не  из-за Тьмы…
        Мелькорово чадо даже слегка позеленело.
        - Что за глупость  лезет тебе  в голову? Ты замолчишь или  нет, -  простонал майа.
        - И чем тебя  мой вариант выхода не устраивает? Конечно,  над ним еще думать надо…
        -  С Эру такие штучки не проходят! Не лезь не в свое дело! Как Тано решит, так и будет!
        Гортхауэр вцепился в поводья и помчался прочь.  Нервный больно. Кажется, его Сотворитель на него плохо действует!

Цитата:

Кажется, его Сотворитель на него плохо действует!

Истинная правда! ::)

Кто знает!  :-\ ::) А скорее, это было нечто  из  серии  - " отчего люди не летают так, как драконы птицы?" или "А мне  летать охота"!!"Конечно! :) Лиссэ  надо  прочитать  им лекцию на тему "Как важно не быть серьезным" ;D А то закисли  совсем. ::)

Какое ценное наблюдение. Надо поручить Лиссэ подготовить "Справочник начинающего властелина".;)

  Песня про дракона абсолютно прекрасна :). А еще очень и очень зацепило вот это: "Выход всегда есть. Обычно рядом с входом или напротив!.."
  И не оставляет мысль, которая, похоже, и в обожженную душу Мелькора уже пролила пригоршню живой воды: вместе с Лиссэ в мир Арды-Арты и вправду пришла Надежда. На то, что Судьбу можно одолеть. Если не в открытом бою ей вызов бросив, так хоть методами партизанской войны...
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Спасибо Вам, эреа NNNika , эреа Красный Волк! :)
С судьбой рыжая еще  будет  бороться, где  мытьем, а где и  катаньем.


        Рыжая достанет и  глухонемого. Конечно,  майа  уже  привык  ко многим её  выходкам, но  сейчас он был  в несколько  расстроенных чувствах. Эта нахалка словно догадывается, что он дал  Тано  слово беречь её и лезет с  дурацкими  предложениями.  Резко выдохнув  пару раз, Повелитель воинов сумел  успокоиться. 
      Умная нашлась! Выход там, где  вход! Как будто он выхода  не искал…  Только  не поможет! Ничего не поможет!  Как  Тано  решил, так и будет!
        Эльдар не успокоятся. Он  выиграл  несколько десятилетий  мира и больше ничего. Гондолин  нужно было  захватить…  Ради  этого  хрупкого мира, ради шанса для  иных. Черные рыцари  всегда  защищали  мирное  население, они упорно старались избавить земли от нашествия диких  орков.  Эльдар тоже отстреливали орков, только  всех подряд  и воинов Твердыни заодно. Им же все  равно кто перед ними: если  служишь  врагу,  значит,  и  сам  враг. Теперь будет легче. И Тано  понимал его, он  разрешил… Точнее,  не запретил. Гортхауэр всегда  старался  быть честным  перед  самим  собой. Лгать можно лишь врагам.  Обман близких и  самого себя  обходится слишком  дорого.
        Учитель рассердился не из-за города, а из-за  беженцев.
        Майа специально послал  за ними  отряд с орками и  одного из Ллах’айни. Приказ был – задержать, не причинив вреда. Кто же знал, что там будут  такие  отчаянные  воины?  Воины Гортхауэра выполняли  приказ, до последнего щадя беглецов, потому и большая  часть беженцев  ушла. И мальчишка…
        Надо было  действовать самому  и хитростью.
        Тано понял его и  опять не до конца. Сотворивший не сказал  ни слова, принимая объяснения, лишь смотрел: внимательно, испытующе… Да и зачем  слова, когда  есть мысли.
        Мальчишка… Ты все же хотел его…
        Нет! Я не собирался убивать! Лишь посмотреть… Он на самом деле не хотел  убивать. Никого.  Он хотел притащить мальчишку в Аст Ахэ. К Тано.  Шестилетний  ребенок… Он бы  забыл. Он бы  понял. А теперь?
          Замысел трудно переиграть. Лишь иногда можно… Мы сделали все, что могли… Осталось лишь жить… В  прозрачных глазах понимание и  сочувствие.
          У нас будет мир.  - Он что-то придумает. Соберёт  войско. Время  еще  есть.
            У нас теперь будет больше  времени учить. Целая жизнь человеческая без войны, - улыбка Учителя, словно дымка  предрассветная.
          Он его никогда  больше не оставит, чтобы  ни случилось.

          Повелитель воинов  окинул взглядом  свой отряд. Воины, мастера из Аст Ахэ,  согласившиеся  помочь рыжей  учить орков.
          На просьбу  Мелькора откликнулись многие.  Лиссэ и Тано то вместе,  то порознь подолгу  разговаривали  с кандидатами. Отобрали  лучших.
          Пожалуй, ему тоже  стоит поговорить с рыжей. Вдруг она  может ему помочь? Гортхауэр решительно  направил  вороного к женщине.

Всё от непонимания. А судьба у Гортхауэра тоже хромая. Гений ведь, а силы идут на войну.

Да... :(  Творить бы ему, а он вынужден  разрушать. Горько.

П-р-р-равильное решение! ;) :D ;)

Спасибо, эреа Convollar, эреа NNNika ! :)



        Мелькорово  чадо все же соблаговолило  вернуться.
        - Послушай, а  сколько ты можешь, как говоришь, поднять? -  смущенно  спросил он.
          - Поднять? - женщина  вскинула на него  свои медовые очи. – А покойников? Смотря каких…
          - Воинов?
          - То есть  не животных, -  деловито уточнила она  и прикинула в уме. – Штук десять здесь. Дома  могла  бы    сорок.
          - Мало, - разочарованно вздохнул он.
          - Угу,  армии не получится, - подтвердила  дейе. Лиссэ  солгала. Поднять она  могла  даже  здесь  штук  пятьдесят, а  вот  упокоить бы  столько не  получилось. А первое  правило некроманта: сколько  поднял, столько и  упокой. Резерв  рассчитывается заранее. К тому же мистрис  не  собиралась создавать войско нежити ни за что на  свете. Да и Мелькор бы её не понял, а  обижать  Владыку Лиссэ  хотела  меньше всего на свете. Не потому что боялась, - уважение  утратить не хотелось.



          Гортхауэр  и не слишком  надеялся, что  пугающий и  таинственный дар Лиссэ сможет помочь  им. Однако разочарование оказалось неожиданно острым. Он стиснул зубы.  Что ж, так лучше! Не стоит  прибегать к таким  силам. Черный майа не спеша  ехал  рядом  с женщиной и вспоминал  разговор  с Тано.
          Тогда он спросил, что  натворила рыжая, чем она так огорчила его.
Усмехнувшись краешком  губ, Учитель рассказал  о танцующих скелетах животных, о пляшущих на кольях  черепах,  о мертвенном  зеленом  сиянии, которым светились потревоженные.
          - Это некромантия, объясняла  Лиссэ. Страшная сила  способная принести  много зла, -  прихрамывая, прошелся по комнате Мелькор. – Но  это лишь одна сторона. Помнишь Ллисс?
          Гортхауэр помнил ту первую  встречу, первый разговор… Сколько  времени  прошло. Как безвозвратно далека та безмятежность, та  наивная любознательность, то ожидание и предвкушение  чуда.  Тано ответа не ждал, он знал –  забыть невозможно.
        - Та же  двойственность. И благо,  и  вред.  В  некоторых мирах  эта наука  - спасение от нежити и нечисти. У нас их нет. Надеюсь, и не будет.  Лиссэ еще умеет  возвращать души. Я видел…
          Майа затаил дыхание, когда  Мелькор говорил о рыжей, он  словно в давние счастливые  времена  возвращался. За это  Гортхауэр и был  благодарен  вредной женщине.
        -  Она  не причинит никому зла. Я знаю.
        - Тогда  почему ты огорчился? – спросил  таирни.
        - Я не огорчился. Мне стало страшно… За неё.  Эта сила чужда  Арте. Её могли заметить… Другие…  А я хочу  уберечь её.  Пока  о ней не знает  никто. Ведь  есть же  я  – Исказитель, душитель, воплощение  зла…
        - Тано!
        - Мне  даже не  горько. Они так  видят. Мне  не дано открыть им глаза…
        Гортхауэр опустил голову. Если бы он мог помочь!
        - Лиссэ рассказала, что  столь  необычный дар дается лишь  тем, в ком  есть человеческая  кровь. Остальные никогда  не смогут достичь  в этом искусстве должных  высот… -  Сотворивший  медленно ходил по залу. Стройная тонкая фигура. Ему бы  взлететь, но сломаны  крылья.
        -  Например, мы не  сможем: ни ты, ни я. Я рад этому!
        Майа  стало    чуть обидно: неужели Учитель усомнился в нем? Он бы  никогда… Даже  ради  Тано? Майа  и не понял, откуда появилась эта мысль,  но ответ  был ясен.
        - Береги её! Слышишь, таирни, береги! -  голос чуть дрогнул. – О ней, о её  Школе должны знать немногие.
        - Ирхи не расскажут. Они  её почитают. Говорят, что ради  них пришла  она  со звезд, - Гортхауэр  фыркнул, словно  предлагая Учителю разделить  его  недоумение по поводу  такой  нелепости.
        - Кто знает,  ради  чего пришла  она? -  Мелькор был  серьезен. – Может, и  ради  ирхи, а может, ради  всей Арты? Кто знает?! Но  у неё  все получится!
        - Она упорная! – кивнул ученик. - А почему  мы  не стали  их учить?
        - Мы?  Нас так  мало. Ты воевал, у  меня  люди, - еле слышный вздох. – А люди  так  мало живут…
        - Можно  ведь было  найти  других наставников?
        - Кого, таирни? Чтобы  учить,  мало знаний, мало терпения – нужна любовь! -    в светлых  глазах вспыхнула  искра. – Без любви все  мертво! Можно познать  весь мир, но без любви знания  обернутся прахом. Можно желать изменить мир, но без любви и  цветка не вырастить. А тут детей учить, да каких!  Они говорят: со звезд Лиссэ пришла? Она сама – звезда, что  каждого обогреет. Её  любви на целый мир  хватит! Береги её, береги, пуще глаза  своего! Ради  меня, ради Арты!
          Глаза Учителя  горели  огнем, что солнца  ярче. Даже  шрамы исчезли. На миг  лицо  стало почти  юным. Гортхауэр затаил дыхание.
          - Я сберегу! Клянусь! -  голос майа прозвучал  хрипло и тихо.  Ради  Тано он любого сбережёт, а  к рыжей нахалке он и  сам привык.

          Только теперь придется  ей столько всего объяснить и рассказать из прошлого. А то  с  неё станется  начать Учителя расспрашивать. Вдруг  про этого  клятого Морхэллена  спросит? Гортхауэр  скривился. Как же  не хотелось  ворошить прошлое. А придется. Ради  Тано! Ох уж  эта  рыжая!

Вот еще  варианты рыжей.[spoiler](http://im5-tub-ru.yandex.net/i?id=251867636-22-72&n=21)
(http://i36.beon.ru/50/81/48150/80/5385480/cat22_0ff18f6e43f603bfba9b0fe045e51233.jpeg)(http://dreamworlds.ru/uploads/posts/2008-10/1223538691_driada.jpg)
[/spoiler]

Мне очень нравится второй вариант. Волшебная женщина. :) :)

  До чего же это верно сказано: "Чтобы учить, мало знаний, мало терпения - нужна любовь! Без любви всё мертво!.." И в другом тоже абсолютно прав умница Мелькор, когда говорит о Лиссэ: "Она сама - звезда, что каждого обогреет. Ее любви на целый мир хватит!.." Гортхауэр пока не видит этого, но думаю: в итоге, он тоже непременно это поймет. Сердцем... :)
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :) А новые портреты героини - прелесть. И очень ждем: что дальше?

Тано явно читывал  Первое послание Павла к коринфянам... 8)

Спасибо, эреа Convollar , эреа Красный Волк , эреа Tory ! :)
Да, второй портрет,  пожалуй, здесь  самый лучший. :)
А  такие мысли о любви, наверно, в  воздухе носятся, эреа Tory . :)
А вот и  дальше!




            После обеда в школе было   удивительно тихо. Поход в лес с ночевкой  дал  о  себе  знать.   Ночью   сидели   у костра, пекли   в золе репу, жарили  на  веточках  мясо,  львиная доля  которого досталась  поистине  бездонному  Оррику. 
              Кот стал  всеобщим любимцем, странно, что не растолстел от  такой  заботы. Лиссэ он последнее  время доставлял  множество хлопот, неустанно жалуясь на    неустроенную личную жизнь и требуя вернуть его домой  к любимой Мурке. Женщина лишь   морщилась:  у Оррика  этих   Мурок было, что  мышей не выловленных, а  путь обратно  пока заказан. Ей  и самой хотелось  выть при  одной только  мысли о доме. Она так  скучала по своей  школе, ученикам, Магистру, Сирене и даже   Кильдебранду. Здесь  все было не то и  не так. Но вернуться она не могла. Оставалось лишь надеяться, что мэтр Клемент  разыщет  её. А может быть, там   время  идет  иначе, и два года    еще   не прошли? Зачем  её  занесло на эту кмыргову Арту? Больше никогда и никаких отпусков, лишь бы   вернуться.
            Лиссэ тряхнула  рыжими  кудрями  и успокоилась. Волноваться  смысла  не было, все равно ничего не изменить и не исправить. Здесь она тоже  нашла  себе  дело. Мистрис обмакнула  перо в чернила и аккуратным  почерком начала  выводить  первые слова   очередного  плана на   новый  учебный год.
            Все-таки разумные   - удивительные существа. Куда бы  их не заносила  судьба, они  всегда  стараются  придерживаться    чего-то привычного. Так и  Лиссэ   устроила   школу похожую на  свою родную.  Как она дома  терпеть не могла  все эти  планы! А здесь   сама их  пишет добровольно. Привычка. Мистрис  вздохнула и промокнула  написанное.
            Во дворе послышалось  конское  ржание.  Женщина    дернула  плечом и  подошла  к окну: всадники  -  рыцари Аст Ахэ и Гортхауэр. И чего  их нелегкая сюда  принесла? Ехали бы лесом – были  бы  счастливы. Так нет,   притянула   их хмарышева  сила.  Только с мыслями   соберешься, как  кто-то заявится зачем-то.  Дейе злобно покосилась на дверь и  мысленно пожелала гостям испариться.  Но конечно,  Повелитель воинов    благополучно слез   с  коня и дошел  до её   кабинета.  К сожалению, по дороге он не упал, не споткнулся и не провалился. Обидно.   Лиссэ бросила   грустный взгляд  на стол  с бумагами.
             Майа  был  в неизменном  черном, хоть бы шарфик на  шею  розовый повязал, что ли? Может, связать ему?  Обойдется, а  то еще  возгордится, не дай Вседержитель и  Многоцветная.
             Гортхауэр вежливо поклонился и вынул из-за  спины  букет  цветов. Всякие  колокольчики, ромашки, гвоздики   и прочая  весьма приятная  взору   мелкотравчатая зелень были  протянуты Лиссэ.
             - Это мне?! – удивилась она. Такого  дейе от   него не ожидала. – Зачем?!
             - У тебя же день рождения!
             - У меня?! -  вытаращилась на него женщина. – Что ты, дорогой, я зимой родилась!
             - Ты же летом отмечала  с орками… - растерянно проговорил   майа.
             - Летом? Ах да,  летом и  не только  с орками, если  помнишь, - спохватилась Лиссэ. – Так-то повод для  пития нужен  был. Пития  без  повода – безобразие,   вредное и  разрушительное.
            Гортхауэр, не говоря ни слова,   подошел к  окну и вышвырнул букет  во двор.  Цветочки  разлетелись  и   обсыпали  лепестками одного из     воинов.  Он в  недоумении    посмотрел наверх. Мистрис   отодвинув майа, послала   черному рыцарю воздушный поцелуй.
            Повелитель воинов резко оттащил  её от окна.
            - Что ты делаешь?! – возмутился  он.
            - Спасаю твою  репутацию, -  отрезала  дейе.
            - Какую  еще  репутацию? От чего?
            - Твою. От всяких не тех мыслей. Представляешь, чтобы  он подумал, если бы  понял,  кто осыпал  его цветами?
            - А что он мог  подумать?! Выкинул я  цветы и все! Думать тут не о  чем, -  Гортхауэр был в недоумении.
            - Отсталый ты  человек, то есть,  майа! – вздохнула дейе.
            - Когда–нибудь ты   доиграешься! –  он   резко схватил её за плечи и притянул  к себе.
            - Скоро? - промурлыкала   женщина.
            Медовые  и  серые  глаза  встретились и на  миг  утонули  друг в друге. Гортхауэр  вдруг  покраснел  и,   оттолкнув  её, выскочил  прочь.  Дверь закрылась  со  стуком.
            Лиссэ покачала  головой и  села  за план. Но сосредоточиться   не  удавалось. Вспомнился давний  разговор о    сильмариллах и эльдар.  Женщина терпеть не могла  безвыходных  ситуаций. Темные земли и Светлые. Такое противостояние может  продлиться  очень долго. Мелькор завоевывать их  не пойдет и  ученичка не  пустит, а эльдар   после последнего разгрома  связываться не будут. Тем более,  они там     между  собой все передрались.  К тому же Гортхауэр хороший полководец, рыцари Аст Ахэ прекрасно обучены, да и  остальное  население встанет на защиту родимой сторонки. Им есть что защищать: спокойная, по  сравнению с другими  землями, жизнь, порядок, закон, возможность получить образование. Налоги Мелькор с них не дерет, в дела  местных  царьков и князьков не лезет, пока они закон соблюдают. Божья благодать – эти   Темные земли. Жаль нельзя   распространить эту  благодать на  всю  территорию.  Жаль. Гортхауэр ведь  умен и  талантлив, а  все  силы   на  бесполезную борьбу  уходят.  Сколько он ей  про ирхи  рассказал. А остальное! Разве без него бы она узнала  столько об  Аст Ахэ и Мелькоре, об Эллери Ахэ и Лаан Галломэ. О валар и Курумо.  Как же все тогда  нехорошо  получилось…  А  Мелькорово  чадо рассказывать умеет:  четко и  ясно. Только  после  его рассказов   вопросы задавать не хочется.
           Лиссэ  еще раз вздохнула и решительно придвинула   к себе  лист бумаги.

  Какая прелесть невообразимая... ;D :D Но бедолагу Гортхауэра стало откровенно жалко. Старался, собирал цветочки (нет, картина маслом "Гортхауэр, собирающий цветочки" - это все-таки нечто. Как представишь, слова кончаются и остаются одни эмоции ;D), так искренне хотел сделать человеку приятное - а человек не оценил. Или - оценил, но смутился и растерялся? ;) Потому и спрятал свое смущение за щитом зубоскальства?
  Спасибо огромное за продолжение, эрэа Эйлин! :D

Пития  без  повода – безобразие,  вредное и  разрушительное. ;D
Опять планы... Мрак... ;)

Всё-таки эта сладкая парочка потихоньку движется в правильном направлении. Гортхауэр с цветочками, Лиссэ с эмоциональными порывами! Но хороши оба! Прелессссть!

Ох, как же я люблю ваши продолжения... Они оба - прекрасны, и Лиссэ, и Гортхауэр.
Спасибо вам, эрэа Эйлин!
Вот такая у меня ведьмочка нашлась
[spoiler](https://lh5.googleusercontent.com/-0sN6kraGwAE/UjITsX39VXI/AAAAAAAADpk/ITEj4g0EhfQ/s400/1364158179_22-shideh-3.jpg)[/spoiler]

Драть надо таких Рыжих ;D :-*
На холодную голову, без злобы, гнева и пристрастия... ;) Любя!!! ;D
Но - надо! ;)

Шалунишка Дракон хочет приобщить Черного рыцаря к BDSM. ;) :-* ;)

Ну, дамочка же сама нарывается, чуть ли не в открытую... ;D как гласит народная, проверенная веками мудрость: "Если женщина чего-то очень хочет - дай ей это!" ;)

/Спасибо, эреа Красный Волк , эреа Tany , эреа Convollar ,  эреа Tory, эреа NNNika , эр Drago63 ! :) :) :)
Конечно, Лиссэ  несколько растерялась, эреа Красный Волк! Вот и получилось - обидела! :(
Куда ж без  планов, эреа Tany ,  ::)  хоть что-то родное  и привычное. Частичка прошлой жизни. Вот она  и  уцепилась. ::) Они движутся верно, но
медленно.  :)  Он несколько  растерян,  ей и хочется и  колется... Но "лучшее, конечно, впереди". ;)

Эреа  Tory,  ведьмочка рыжая прекрасна! :D Настоящая рыженькая! Спасибо Вам. Утащила  её к себе. Кажется драть уже  поздно. А вот  крепко обнять и  поцеловать не  помешало бы. :D  Рыженькая ведь явно на это нарывается и заодно  проверяет. ::)

          Гортхауэр гнал коня, не разбирая дороги.  Зачем он  решил подарить рыжей цветы? Ведь понимал, что  ничего  хорошего не выйдет. И все же…
          Когда-то  в его жизни была  весна, ландыши, когда-то  он сплел  венок и  отдал  его… Нет, не  Единственной. Единственной  тогда не было. Может быть,  кто-то  и стал бы  для  него  всем, но  не  случилось…  Времени не хватило. С тех пор  цветов он никому не дарил. И вот  -  нашел неподходящую  персону. Рыжую, язвительную, нахальную особу, неизвестно откуда  свалившуюся на их с Тано  головы.  Тано-то хорошо, он  с ней поладил, она  его  забавляет. А вот Гортхауэр не понимает, как  относиться  к этой  проклятой  рыжей. Зачем он решил  подарить ей  цветы? Она ведь    так не похожа на  прекрасных, чистых и  светлых  женщин Эллери Ахэ. Лиссэ была  красива, даже  очень  красива. Он это сразу заметил, но стоило рыжей  сказать пару  слов и  о красоте её  забывалось напрочь. Такого  острого и злого языка он еще  ни  у кого не  встречал. Сколько  в ней яда! Любую гадюку  обгонит по количеству и  насыщенности. Больше никогда  он к ней не поедет.  Даже если Тано попросит.  Только, чем же отговориться? Не рассказывать же про  выброшенные  цветы.           
          Некоторое время слово свое Гортхауэр держал, впрочем, и  Сотворивший не посылал  его к Лиссэ.  Про цветы майа    ему так и не рассказал. Но иногда  Гортхауэр  ловил на себе  всепонимающий взгляд  Тано. И тогда  ему казалось, что Учитель  откуда-то все знает.

          А Сотворивший изменился. Почти  неуловимо для тех, кто плохо  знал  его,  но Гортхауэру не заметить  перемены было невозможно.  Тано стал чуть веселее и даже, пожалуй,  беззаботнее. Чаще  шутил с  учениками и подчас подбивал  их на  всякие  шалости. Правда,  спрашивал строже,  чем  когда-либо раньше. А замечания Учителя  были  подчас на  удивление язвительны.
          С  ним же Мелькор стал  внимательнее  и мягче и не отталкивал, напротив, подолгу  беседовал, советовался.
          Черный майа давно мечтал  посетить дальние земли, исследовать их,  познакомиться  с живущими  там.  В один из дней о  своих задумках  поведал  он Учителю. Оказалось, что  Тано тоже  размышлял  об этом. Даже  более  того, он подумывал  переселить туда  часть  людей и  ирхи.
            Вскоре  Гортхауэр отправился в дорогу  с небольшим отрядом. Путешествие оказалось  увлекательным, трудности  были, но они  не  пугали. Узнать и добиться  удалось  многого. Мелькор остался  доволен.
          - Хорошо бы  нашим людям  поселиться там, построить свои  города, начать учить…  Знания нельзя таить… -  Тано говорил  не спеша,  словно размышляя  над  каждым  словом. -  Ты ведь  мог  бы научить  многому…
          - Лучше тебя  не  научит никто!
          -  Почему же?  Во многом  твои познания глубже моих. Ты  и  сам Творец, таирни…  Только  здесь  тебе  не творить… Возможно, там?..
          - Ты меня гонишь? – майа  поднял  глаза  на  Сотворившего. Мелькор спокойно выдержал  его  взгляд и,  мягко улыбнувшись, ответил:
          - Конечно, нет! Я рад, что ты  со мной. И мне бы  хотелось, чтобы ты  был  рядом  всегда… Но это  невозможно… Рано или  поздно ты  пойдешь своей дорогой, и  она  уведёт  тебя  далеко  от  меня.
          -  Нет, Тано! Я  всегда буду с тобой!
          - Всегда, –  улыбка  тронула  бледные губы.  -  Слишком  долго…  Мы  будем всегда  в сердце  друг друга, но остальное…  - Мелькор  оборвал  фразу. -  Сейчас    я хочу, чтобы ты  был  рядом.
          Гортхауэр и был рядом, если  не  выполнял поручения  Учителя.
          Все- таки он поступил  верно, когда разгромил  потаенный город.  Тано легче без войны. А ехидству  Учитель, наверно, научился  у рыжей. Все же  надо  её  как-нибудь проведать.  А то еще  натворит чего-нибудь…

Цитата:

Все же  надо  её  как-нибудь проведать.  А то еще  натворит чего-нибудь…

Ой, ну конечно надо проведать! ;) И подарить рыжей змеюке букет чертополоха! ::) А то ишь, цветы выбрасывать! А ведь Гортхауэр, небось, самые красивые выбирал..... ;-v
Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!
Цветочки, улетевшие в окно!

[spoiler](http://i042.radikal.ru/1103/5c/1b0a6a3be0b0.jpg)[/spoiler]

Навестить! И подарить что-то прекрасно-опасное, полезное ;)
(http://s005.radikal.ru/i212/1404/85/58772736a92f.jpg) (http://www.radikal.ru)
Потому что заслужила, потому  что надо (с)
Кстати, цветочки-то он сам выбросил ;D

Не-а, драть крапивой - это еще и страшно унизительно.  ;) Даже для вреднющей рыжей чертовки. ;D Хоть и заслужила. Только экологически чистым ивняком! ;D А потом непременно - крепко обнять, расцеловать, приголубить... стоп, меня чего-то заносит.  ;) :-*

Фи, Дракон, зачем драть?  ??? Пусть супчик сварит, волосы помоет, поросят покормит...  ;D

Ну, можно и это заодно... Чтобы вредности поубавилось ;)

Крапивой драть....это болезненно и вообще - ведь её раздеть придётся....Гортхауэр не такой! ::)

Спасибо, эреа Convollar ,  эреа Tany, эр Drago63! :)
Цветочки очень хороши, эреа Convollar , :) даже  жаль  их. Зря Гортхауэр их  выбросил. Поторопился.  :(  А чертополоху и крапиве  Лиссэ только рада  будет. Чертополох она любит, а крапива  шибко  полезна. ;D
Спасибо за такой  шикарный  крапивный куст, эреа Tany! :D
Нет, эр Drago63, драть Гортхауэр её не будет. Он,  мальчик слишком хорошо  воспитанный,    он  даже  о таком  и не подумает. ::) ;D К сожалению, и  с  остальной  частью  вашего плана (крепко обнять, расцеловать, приголубить... ) торопиться не  будет. :-\

Не надо Лиссэ обижать - она хорошая! ::) :) А яд - он тоже целебный. В определенных дозах ;). Вон, Мелькору от разговоров по душам с "рыжей особой" явно стало легче...
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :) А Тано прав: рано или поздно Гортхауэр пойдет своей дорогой. Так что учиться взрослеть - это ему очень необходимо...

Спасибо, эреа Красный волк!
А вот и дальше! :)



            Однажды Повелитель воинов  все же  решился  посетить  школу. В конце концов,  она расположена  рядом  с его же  крепостью.  Прибыл он поздно вечером, Лиссэ была  вежлива и отстраненна.  В  чопорной даме  никто бы  и не узнал языкастую,  наглую  особу.  Предложив  гостю ужин и бокал  вина, она  удалилась в  свои  комнаты, отговорившись  поздним временем.  Майа сон не требовался, но  отдохнуть всегда отрадно. Вскоре он даже  погрузился  в некое  подобия  то ли  сна, то ли  грезы. Виделось нечто приятное,  тем отвратительнее  оказалось пробуждение. Дикий вой  сотряс  стены  маленького замка, он был  всепроникающим и  устрашающим. Подскочив, Гортхауэр схватился  за  меч и  выбежал из комнаты. По  коридорам  неслись  ученики  и наставники с  ведрами, лопатами, баграми и  крючьями. Кто-то  тащил  какие-то вещи, кто-то вел за  руку  малышей. Напали?!  Кто? Попытки выяснить ничего внятного не дали.
          - У нас тревога! – объяснил  один  рослый ирха-подросток и помчался с  ведром  к  колодцу. Пожар, что ли?  Но огня Гортхауэр  не  чувствовал.  Хотя  похоже было  именно на пожар, то есть на действия  при пожаре  и  весьма организованные. Как вскоре  майа сообразил  -    никакой  паники  и не было,  каждый  делал  свое  дело. Через некоторое время вой  смолк,  бурная  деятельность, правда,  еще    продолжалась, но вскоре  стихла и она. Все  разбрелись  по комнатам, словно ничего и не было. Рыжую Гортхауэр отловил у  входа  в спальни  учеников.
            - Что  тут было?
            - Где? – подняла  бровь женщина.
            - Здесь! Что  за вой и беготня?!
            - Ах это? Учебная  тревога  номер один  сработала.
            - Что еще  за  тревога?
            - Противопожарная, -  устало ответила Лиссэ  и пояснила: – Отрабатываем  действия  на случай пожара.
            -  Ты нарочно?! -  озлился  майа.  – Потому что я  приехал?
              -  Что ты, Повелитель! Как  можно!  - удивилась  рыжая его претензиям.  - Тревога она всегда  внезапно  возникает, никто и  не ожидал.
              - А зачем внезапно отрабатывать действия? – Повелитель воинов  никак не мог  понять  смысла  этих  странных учений. Он же никогда  не проводил тренировки,  неожиданно  нападая на учеников  в их спальне.
            - Пожар  начинается  внезапно, а не по  плану, -  женщина  посмотрела на него  как  на слабоумного.  – Поэтому и  тревога  всегда  внезапна. А плановыми бывают  учения, на них мы узнаем, что надо  делать  в случае тревоги.
              - А  кто её  объявляет тогда?
            - Оррик! – вздохнула  она. – Я тоже хотела  выспаться. Но  кот взвыл  по тревоге  номер один.
            - А что есть и  номер  два? – ошарашенно спросил  Гортхауэр.
            - Конечно, - подтвердила  его опасения  рыжая.  – Номер два – стихийное  бедствие. Подразделяется по  категориям:  ураган – два «Б», наводнение – два «В», землетрясение – два «Г», сход лавины – два «Д». Еще  есть  учебная тревога  номер  три. Подразделяется…
          - Довольно! – взвыл майа. – Какой сход лавины? Откуда? Опомнись? А наводнение? Ты  с ума  сошла?!
          - Я – нет! -  вскинула  голову  рыжая. – Выбирай  выражения, Повелитель. И не кричи, детей разбудишь. А знания и умения лишними  не бывают. Вдруг  твердь расколется,  и  здесь  возникнет море?
          - Какое  к … расколется? А если  и расколется, твои  учения не спасут.
          - Мои  учения помогут  не растеряться и построить  плот, -  в  медовых глазах стыл холод. Даже  странно, что глаза такого  теплого цвета  могут быть такими ледяными.
          -  Это ведь надо такое  придумать!
          -  Я  ничего не придумывала, - она  поправила  выбившуюся  прядь. – У нас  в  школе  было  шестнадцать видов  таких учений.
          -  Ужасно!  И хоть одно пригодилось?  -      Гортхауэр постарался говорить дружелюбно. В конце концов, у всех свои  обычаи. И какое счастье, что  рыжая не осталась в Аст Ахэ. С неё бы сталось и там попробовать ввести свои  порядки. Учитель странно благоволит  к ней, кто знает, чего бы  она от него добилась.
        - Пригодилось, - тихо  ответила  женщина. – Все пригождается, но иногда  лучше  бы не пригождалось. Отдыхай спокойно, больше  ничего такого  не будет!

Нет, такое отношение к Гортхауэру просто вызывает желание поступить с Лиссе по совету эра Дракона! Бедный ребёнок - сколько тысяч лет-то ему? ;D
Спасибо, эрэа Эйлин.

  И еще одна просто великолепная сцена :). Лиссэ права: "Тяжело в ученьи - легко в бою". Но так хочется, чтобы эти полезные навыки и умения ее ученикам все-таки не пригодились...
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :D

Ну, у них хотя бы нет тревоги на случай ядреного взрыва ;D
А вообще, как  Гортхауэр живет на свете с такой цыплячьей наивностью? ;) ???

Спасибо, эреа Convollar , эреа Красный Волк,  эреа Tany! :)
Откуда же бедному ребенку доблестному Повелителю воинов  про  такую  кучу учений знать?  Что делать в случае нападения он знает и этому учит, а остальное...
    Зачем ему, майа, учения на случай пожара?  Он сам любой  огонь почувствует  и остановит, особенно в доме, возведенном  его  силой. Он любую опасность  там  почует. А Лиссэ не столь  могущественная волшебница,  да и  в её Школе  волшебники  разные  были.

А кто знает про тревогу на случай ядерного взрыва, эреа Тany ? ;) Ведь  рыжую не дослушали... ::)
Плохо, что Оррик  не вовремя взвыл :(, а то, может быть, они бы и  поладили. ;)

Оррик все делает вовремя. Кот не может быть неправ. ;D

Ну, что Вы,  ГО дело святое!
Большое спасибо,эрэа Эйлин, за продолжение.

Воистину так. ;) "Надо, Федя! Надо!" (с)  :) :-*

Спасибо, эреа NNNika , эреа Drago63! :) :)
Конечно, куда ж  без ГО, эреа  NNNika ! ;)
Эр Drago63!, так за что же бедную женщину?  ;D Чем она  виновата, ведь ГО дело святое, а Оррик  объявил тревогу. ;)  а ведь по  совершенно  справедливым словам эреа Tany , кот все делает вовремя и всегда  прав. Значит, не время еще  для драконов  перехода  на иной  уровень отношений. :-\
По мне так  чем-то похож  на  героя, только зачем  ему ворон? ::)
[spoiler](http://stat17.privet.ru/lr/09201884821fe492106a89cee42d5499)[/spoiler]

Вот этот, мне кажется, тоже чем-то похож...
[spoiler](https://lh5.googleusercontent.com/-32Nwf8475NE/U2KLMm3Q3vI/AAAAAAAAGyU/23nvqLsooyo/s640/the_eagles_by_lucife56-d5jz8ur.jpg)[/spoiler]

Симпатичные ребята! Мне больше понравился с вороном! :)

Ну и вот такой - совершенно классический, с волками
[spoiler](https://lh4.googleusercontent.com/-Vq_RF7IDF0g/U2KPwedMFKI/AAAAAAAAGyk/57eGJIM_RqY/s640/Sauron_by_tuuliky.jpg)[/spoiler]

Хороши молодые люди! :D А волки-то какие - глазки так и горят!  В сидящем на  камне, правда,  нечто индейское проглядывает (или  мне  так  кажется :-\), но и  общее с героем тоже  есть. :)
Спасибо, эреа Tory! :)
Спасибо, эреа Convollar ! :)

  А мне сидящий на камне Анэма напомнил :).
И с удовольствием присоединяюсь: все хороши, каждый по-своему! :)

А ведь  есть что-то и от него! :)


        Гортхауэру  не повезло с  выбором  времени для визита. Оррик, вернувшийся с  гулянки, решил  устроить  им побудку среди ночи. Хмарышева  скотина! Женщина достала  с полки  шкатулку и, откинув  расписную  крышку, вынула одну  из скрученных ранее сигарок. Курила  Лиссэ крайне  редко,  предпочитая трубку, но  в этом неискушенном мире еще не знали  сомнительной  прелести  табака. Как же  она обрадовалась, обнаружив  здесь это премилое  растеньице! К сожалению, курить приходилось  тайно  - не стоит прививать другим  свои вредные  привычки.  Посетовав на несовершенство мира и  населяющих его созданий,  дейе уселась на    подоконник и,  жадно втянув дым, выпустила  колечко. В  сизых  клубах все  казалось  проще, и воспоминания причиняли  меньше боли.
      Тогда она  только приступила  к  работе в  межмировой  магической  Школе.  Мэтр Гилмантий еще  не сложил  с себя  изрядно  надоевшие  за столько лет полномочия Верховного магистра, мэтр Клемент еще был его  младшим заместителем. Гилмантий и пригласил Лиссэ  преподавать  боевую  магию и некромантию у младших групп. Мир Школы  казался надежным  и защищенным от всех бед. Но  полной  безопасности  не бывает. Нигде и никогда.
        В то время воскрес  из небытия,  вроде бы,  надежно  упокоенный Орден  борцов  за праведность. Его члены  так жаждали  извести  всех  магов, что  готовы были применять  против  них  наигнуснейшие  формы магии.  Наверно, пролагали, что в борьбе за  чистоту позволительно    по  уши  вымазаться  в грязи. Типичный случай. К сожалению.  Школу орденцы  сочли  легкой  добычей. Верховный  магистр и самые  сильные  маги  отправились на  какой-то очень важный  совет, дракон  повез  семью  на отдых, оставшийся за руководство  маг был стар  и  ленив, а  мэтра  Клемента  тогда многие серьёзно не  воспринимали. Безупречно уложенные локоны,  тонкие длинные  пальцы в  перстнях, множество    кружев и    аромат духов  прекрасно  скрывали  его  истинные способности. Конечно, мэтра знали  как отличного  преподавателя, и  сильного мага. Но  он так далек был  от  воинского  дела. К тому же отказ от    участия в незапрещенных тогда  дуэлях заставлял считать  его  почти что  трусом. 
          Как армия    разнообразной  нежити    пробила  заслон, Лиссэ так и  не поняла. Все же  она была  простой  волшебницей, а  не Изначальной.    Но в Школе уже были  готовы:  струсивший  руководитель был  заперт в  своих покоях, младших учеников  переправили  в надёжное  убежище, остальные  заняли  свои  места. Тут  Лиссэ и её подруга Сиренэ и узнали, что за  тайну  скрывали  окрестные  земли. Когда-то здесь  была  Великая битва с полчищами  враждебных  миру  тварей.  Враг бежал, но    защитники полегли все.  И тогда  умирающие  ратники  обратились  к Высшим силам с просьбой  оставить  их  вечно хранить    родной  мир.  Просьба  была    услышана.
          Лиссэ готова  была  сражаться  вместе со всеми. Но мэтр  приказал ей пока  не вмешиваться.  Поднявшись  на  верхний этаж башни, он  начал  читать  заклинание.  Воздух  сгустился, повеяло  холодом  и  тленом, замигали  зеленые  огоньки.  Зеленым  пламенем горели  и глаза  самого мага. Неспешно расступилась  земля, и поднялось воинство - мертвое, готовое опять  сражаться  до конца.
          - Береги  силы, потом  поможешь отпустить! – коротко  бросил    Клемент молодой  преподавательнице. Прикусив  губу,  Лиссэ подчинилась.
          А вот её подруге Сиренэ  пришлось  сражаться, так как драконов  не хватало, а поддержка  с воздуха  была  необходима.  Из  присутствующих летать  умели  лишь сильфида и  старый  дейр Леус. Но дейр  был  сновидцем,  в бою от него было  мало проку.  Сиренэ  же могла  применить свои  целительские знания иначе: если  можешь исцелить, значит, знаешь и как  убить. Сильфида знала,  умела и  смогла, - ради  учеников.
        На  побелевшее,  с  серыми  губами  лицо целительницы потом было  страшно взглянуть.
          Они победили, а  мертвое  воинство  ушло  в потусторонний  мир.  Лиссэ тогда пришлось тоже  выложиться  по полной: отпустить мертвых воинов,  вернуть  души погибших в этой битве  магов. Мэтр Клемент  бросился в погоню за  главой  Ордена. Его  подчиненные  и соратники  погибли, а глава сумел  удрать, дабы  потом  снова начать  свое  мерзкое  дело. Так  часто бывает –  главные  виновники  успевают уйти от наказания. На этот  раз так  не  получилось, зеленоглазый маг покарал старого  негодяя.
        Потом была  установлена  новая защита,  более  сильная и надёжная. С тех пор  никаких битв  не было. Но  дейе до  сих  пор  снились, горящие  зеленым  огнем глаза мэтра Клемента и  серые  губы  Сиренэ.
        Тогда  Лиссэ не пришлось убивать даже  нежить,  но  в её жизни  были  и другие  битвы и походы.  Грязь, холод, голод и выматывающая  все силы    усталость запомнились очень хорошо. Кто  мечтает о  красивых  подвигах, благородных  поединках,  блестящих победах, тот ничего не знает о войне.  А  воспевающим упоенье битвы менестрелям она бы  не только лютни  поломала, но  по башке бы  настучала, чтоб не морочили  молодежи дурью головы. Если  и говорить о войне, то, не  утаивая ничего, чтобы  знали какой  это кошмар и ужас, чтоб неповадно было опять  мечи  из ножен  вынимать. 
          Вот и здесь  сколько  веков  идет бой -  бессмысленный  и беспощадный.  Гортхауэр  подарил  своей стране  мир. Надолго ли? Как же  грустно, что нельзя  превратить все  мечи в  лопаты и  убедить сады  сажать!

        Мистрис поморщилась и  захлопнула  шкатулку.  Лучше подумать о делах  учебных.  Работа  - прекрасное  средство от  печальных воспоминаний и  нелепых  размышлений.  Уроки, перемены, домашние задания. Ученики  освоились и даже  на  каникулы  не  спешили  уезжать - в  школе  лучше  и веселее. Особыми талантами её подопечные  не блистали, но и  дураками их не назвать. Впрочем, круглых дураков не бывает, бывают  плохие родители и  воспитатели. Лиссэ  старалась  найти в каждом  что-то хорошее.  Великое искусство - увидеть  к  чему  у ребенка способности, чем бы  он хотел  заниматься.  Кто-то сочиняет  стихи и красиво пишет,  кто-то рисует, кто-то отлично владеет  мечом, а  кто-то прекрасно чинит  табуретки. Тоже очень  полезное дело, а то сидеть будет  не на  чем.
          Коллектив  наставников  сложился  дружный.  Мелькор хороших  людей и нелюдей  ей посоветовал  пригласить. И ведь все согласились, хоть она и не настаивала. Вот уж    у  кого точно талант – пристроить  каждого к    своему делу. У Магистра тоже  такой, и у мэтра Гилмантия.  Неужели она  их никогда не увидит?!
        Хорошо,  что  ученики радуют: не так давно стул  клеем  намазали, а в конце полугодия  сожгли журнал  в торжественной  обстановке, хоть и в  укромном  месте.  Обормоты не знали, что он зачарованный. Наутро журнал  лежал, где  положено,  и в нем  красовались  имена  нарушителей. Все они были  наказаны. Все они клятвенно  пообещали    больше так не делать. Мистрис  не поверила: сделают не так,  так и иначе. И  это прекрасно!  Дети  должны  иногда  озорничать!
        Лиссэ вдруг вспомнила,  с каким  испуганно-заинтересованным видом Гортхауэр слушал    её рассказ о  видах учений.  Уж не захочет ли  энергичный майа ввести  подобное  новшество в Аст Ахэ?  В таком  случае ей бы  очень хотелось  увидеть лицо  Владыки,  когда  его  ночной  покой  будет  потревожен диким  воем. Некоторое время  дейе  развлеклась, чертя  на полях  учебного плана карикатуры на Мелькора его чадо.  Настроение резко  улучшилось.   

Работа  - прекрасное  средство от  печальных воспоминаний и  нелепых  размышлений. Эт точно. На уроке, обычно, обо всем постороннем забываешь, куда там всяким медитациям и релаксациям! ;D
Однако, застукает Гортхауэр курящую Лиссэ, и что подумает? ;)

  И вот это - тоже сказано просто здорово: "...Кто-то отлично владеет мечом, а кто-то прекрасно чинит табуретки. Тоже очень полезное дело, а то сидеть будет не на чем..." :)
   А еще по-настоящему зацепил такой персонаж, как мэтр Клемент. Очень захотелось узнать о нем побольше. И по-настоящему зацепили горькие мысли Лиссэ о том, что такое война...
   Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Цитата:

Однако, застукает Гортхауэр курящую Лиссэ, и что подумает?

Да ничего особенного - мозги у него есть. Просто его Тано своё чадушко заколебал уже!

"Орден  борцов  за праведность" - это же надо какое название придумали. Сразу понятно - мразь несусветная, хорошо что школу смогли защитить.
Очень, очень хорошее продолжение. Большое спасибо, эрэа Эйлин!

Так ведь все пакости на Земле и в иных мирах делаются именно под прикрытием таких слов о праведности, чистоте, справедливости. Еще и на знамя прицепят того, кто говорил прямо противоположное. Вспомните сколько народу сожгли на кострах именем того, кто говорил о любви и терпимости.

Спасибо, эреа Tany,эреа Красный Волк , эреа Convollar , эреа NNNika ! :) :) :)
Да, работа о многом забыть заставляет, эреа Tany! ;D
Курящую Лиссэ Гортхауэр переживет.  ;) Он не глуп и  мыслить способен широко :). Тано - его  единственное  слабое место.  Так беспокоятся друг о друге, что  спокойно жить не дают сами  себе. ::) :-\
С мэтром Клементом  еще  встретимся, эреа Красный Волк! :)
Увы, эреа NNNika,эреа Tany  во имя самых  высоких идеалов твориться  очень часто такое  непотребство! Грустно! :(

        Урок близился к  концу. После  разгона за  разбитое  окно  ученики были  на  удивление    внимательны и  послушны. Лиссэ с указкой в руке  медленно  прогуливалась по рядам, детки  старательно  выводили  буквы. Чистописание – это вам не окна  бить и табуретки ломать. Мистрис старалась выглядеть  строгой: еще не хватало обормотам понять, что ей смешно.
        Шагов  она не услышала, а вот взгляд  почувствовала. Подняла глаза. У дверей  стоял  сам Владыка Тьмы. Принесла  его нелегкая! Надо же, сподобился Аст Ахэ покинуть, а  то  ей  уже  стало  казаться, что  он  к  своему замку прирос. Любопытство  одолело, что ли? 
        Женщина сделала  вид, что  ничего и никого лишнего у двери  нет, и продолжила  урок. До  большой  перемены оставалась совсем немного, пусть постоит  до  звонка, то есть до  гонга.  Начало и  конец  урока  здесь  объявляли  ударами  большого половника о    чугунный котел. Звон  стоял  ошеломительный, но  ученики  очень  любили    этот  сигнал. Лиссэ же  могла  вынести  и не такую какофонию, долгие годы  жизни  бок о бок  с Орриком  способны  приучить и к худшему
          В самом  конце  урока дейе,  все же  решила  заметить Изначального и,  чинно поприветствовав,    представила Владыку ученикам.  Они не подвели, хотя на  миг  и  перепугались. Выучка  дала  себя знать: все дружно  встали  из-за парт. На  колени здесь  никто не  падал. Лиссэ  считала  сие  позорным и  нерациональным. От этих поклонов и коленопреклонений только  неразбериха, еще  подавят друг друга детишки. Да и Мелькор такие приветствия  не  жаловал.
          Вала  сказал  ребятишкам  нечто ободряющее, и тут  раздался  сигнал. Мистрис  даже  возгордилась выдержкой  подопечных. Ни один  не сорвался  с места, ни  один не  выскочил  из  класса. Все  терпеливо  ожидали  разрешения  наставницы.
          Мелькор же  еле  сдержался, чтобы  не зажать уши от такого    оглушительного грохота. Лиссэ заметила, что  рука  у него  дернулась, но  он  вытерпел.
          - Они тебе  еще  нужны, Владыка? – тихо обратилась к  нему дейе.
          - Нет, - так же тихо отозвался он.
          - Дети, вы можете быть  свободны, - громко сообщила ученикам  мистрис и на всякий  случай добавила: – Выходим по одному. Мальчики  пропускают девочек и  придерживают  им  дверь!
          Детки  чинно удалились. Честно говоря, ирхи  всегда  с  уважением относились к  женщинам, и  мальчики девочек  никогда не обижали, хотя порой  те усердно их доставали.
        - Чему обязана? – сухо  осведомилась Лиссэ.
        - Ты все та же, - усмехнулся Мелькор.
        Дверь приоткрылась,  появилась мордочка Мгрыхи и  тут же исчезла. Потом в кабинет  осторожно  заглянул Грыгн: дежурным  не терпелось  убрать  класс.
        - Можем пройти в  мои комнаты, - предложила  женщина.
        - Хорошо, - согласился  Изначальный.
        В  коридорах было шумно. Ребятня резвилась: кто-то съезжал  по перилам, кто-то  раскачивался на  двери,  а большая часть  просто бегала, прыгала и  самозабвенно вопила. Мистрис  привычно  шла  напролом, как ни странно, занятые  собой  дети тут же  убирались с пути.
        -  У тебя всегда  так  шумно?
        - Должны же  они  побеситься. Сломают  - починят, а синяки пройдут, - пожала  плечами мистрис. Она  и сама не понимала, почему  её  так  озлил  его  визит. Только  она  создала себе  спокойную    жизнь, как нет – появляются  всякие нечеловеческие  сущности.  Гортхауэр, вообще, пропал, наверно, на Учителя  молится денно и нощно. Зато    Учителя Хмарыш на хвосте  притащил! Нормальные  создатели  должны  сидеть на облаке, а  не  лезть в дела  своего мира. Учит он,  видите  ли,  один  раз уже доучил, - мало ему, что ль?

А Мелькор с Гортхауэром не подерутся из-за Лиссэ? ;)

Нет, не подерутся. ;) У Мелькора  почти дружеские  чувства  к ней.  Он бы  её, скорее,  он  предпочел бы  назвать    "дочерью" или, наверно, все же  "ученицей". ::)  Хотя, тут кто  угодно  голову  сломает с его  подходом  к Гортхауэру. :-\

Ну почему мне так хочется выпороть Тано солёными розгами? Не калечить, не царапать (кстати, я в эти изуверства никогда не верила), а вот именно выпороть?

К сожалению, тут  у меня энное  количество  изуверств  осталось. :([spoiler]Честно говоря, мне иногда  кажется, что  в какой-то мере  он сам не дает  своим  ранам  пройти, пусть и  не осознанно[/spoiler]
Но вот Лиссэ  иногда  тоже  хочется, если  не  выпороть, так  немного вправить ему  мозги посредством, к  примеру- табуретки. Исключительно ради его же  блага. ::)  Но ведь не  поможет. Или поможет?  :-\ [spoiler]Слишком одинокий он товарищ[/spoiler]

Лиссэ - суровенькая.  ;-v  На облаке вечно сидеть - тоска же зеленая. :'(
Вот Зевс, так он ... Ой, наверное Зевс нам не пример.

Будешь суровенькой, когда тут  посреди  урока в конце  кабинета  начальство  материализуется. ::) ;-v
Зевс - молодец, жил  полной  жизнью. ;D угрызениями  совести  не  мучился понапрасну. ;)

Нас учили так: я на своем уроке Бог, имею право не пустить хоть заврайоно, хоть министра образования ;D

Конечно, матушку также  учили, и она не пускала. :)  Да  и Лиссэ бы не пустила, но оно (начальство) не  постучалось, а  уже  внутри  материализовалось. :o  Гнать в шею  жаль оказалось, а раздражение осталось. :(

Ничего, Лиссэ отмщена: непривычному хоть человеку, хоть творцу, школа во время переменки адом покажется. ;)
  Обычно всегда спрашивают: "Как вы в этом дурдоме работаете?" А по мне - пусть лучше шумят, если притихли, значит, или что-то натворили или что-то случилось ;D

"Гортхауэр вообще пропал..." :) Ох, явно не Тано героиня ждала - хотя даже сама себе она в этом не признаётся ;).
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Да, Изначальному    во время перемены было несколько не  по себе явно! ;)
О! ::) Притихшие дети - это опасно! У меня так однажды  группа товарищей БСЭ порезала. Конечно, потом  реставрировали, но  лучше бы  без такого. :( Да, приехал да не тот! ;D Печаль! :(
А ведь придётся разводить  тут  церемонии. ;)


          Лиссэ осторожно  разлила  по  чашам травяной настой. Поднесла  к  губам, сдунув мелкие листики в сторону,  отпила  глоток. Черный Вала от    настоя  не отказался, но не пил, а просто держал хрупкую  чашу  рукой, затянутой  в перчатку. Перчатки  тоже    злили.  Ручонок она  его    не видела, что ли?
          На неё  Изначальный  не смотрел, его, словно завораживало  кружение  листиков по кругу. Гадает или  просто дурью  мается?  Разговор не ладился.  Мелькор  чувствовал  её  раздражение, но не  спрашивал из-за  чего  и в  мысли  не лез. Полез  - получил  бы  ежиков  на драконе.
          - Расскажи, - вдруг попросил он.
          - О чем? -  ровно ответила Лиссэ.
          - О детях, о  себе.
          Мистрис начала  рассказывать четко и  спокойно, будто лекцию  читала  в классе: 
          - Иногда ставим  спектакли. Все  принимают  участие. Кто-то помогает с костюмами, кто-то    придумывает  сюжет. Играем  по очереди, чтобы    не было обидно. Правда, злодеи  все мои. Еще с  детских лет любила  ведьм  играть. Недавно изображала  злую-презлую  колдунью и страшную-престрашную.
            - И  о чем же была  сказка?
            - О  спасении  красавицы  из  рук  злобной  ведьмы, то есть, меня, -  дейе хищно  улыбнулась.
            - Кто же  играл  красавицу? -  Вала спрашивал  отстраненно, держа  чашу  в  руке. Женщина с тоской  посмотрела  на  стол. Если бы  находилась  в комнате  одна, забросила  бы  на него ноги.
          - Красавицу  играла Мгрыха. Она  и на самом деле, хорошенькая, а  вырастет  станет еще  краше.
          - Мгрыха? – он  поднял  бровь.
          - Ты  её видел, она заглядывала  в кабинет, - пояснила  Лиссэ.
          Мелькор  еле  заметно вздохнул. Наверно, не  считает    девочку красивой, но  из деликатности  не  скажет об этом. Привык  к эльфам да  всяким  майар-валар. Люди, понятно, тоже  весьма хорошенькие. Вот и не заметил, что девочка  стройная,  вырастет высокой и волосы  хороши, хоть  и  жесткие, а глаза  такие живые и озорные. Да  сколько  за  одну  её  улыбку сражаться будут! Мистрис  передернула  плечами. Ученики уже  были  своими, родными и обижать их никому не  дозволялось.
        -  Злую колдунью победили и  уничтожили? -  прервал  размышления женщины  Изначальный.
        - Не совсем,  -  усмехнулась  мистрис. – Она не злой оказалась, а  одинокой. Потому и  утаскивала  детей в свою    пещеру – ей  тепла  хотелось,  душевного. А её      боялись  и ненавидели -  на вид  страшна  уродилась. А та юная    красавица  оказалась  чуткой и  поняла  колдунью. И стали  все  вместе  жить поживать и добра  наживать.
        - И кто же такое  придумал?
        - Все  вместе. Ведь и  в жизни так  бывает: стоит  лишь понять и можно договориться.
        - Не  всегда  можно понять, а  договориться подчас  невозможно, -  Лиссэ  показалось, что эти  слова  были  сказаны  совсем  не ей. Но от ответа  она    не  удержалась.
          - Наш  магистр  всегда говорил, что  «невозможно» -  лживое слово.
        Мелькор  ей  не ответил. Он поставил  чашу  на стол и  уставился  в огонь камина.

          Дверь  раскрылась, как от хорошего  пинка – Оррик предпочитал входить  с  шумом  и грохотом.
        Потершись о  хозяйку, кот  целеустремленно  направился к Мелькору. Втянув  воздух, зверь вскочил  к нему на колени, обнюхал  руки  и полез на плечо.
        - Оррик! -  женщина попробовала  призвать наглого кота к порядку, но в отличие от  учеников, у  него  Лиссэ авторитетом не пользовалась. Лизнув  Владыку в  ухо, кот  пролез  под  волосы и  устроился на  его плечах  в качестве  воротника.
        - Пусть! – остановил    мистрис  Мелькор,  когда она  встала, чтобы  стащить бесстыжее  животное.  Оррик довольно  заурчал, мужчина    осторожно погладил  его шелковистую  шкурку,  урчание  стало еще    громче. Сначала  кот просто  мирно  урчал, потом  начал  утаптываться, впиваясь  когтями  в  плечо.  Изначальный  еле  слышно охнул и прикусил  губу. На  лбу  выступили  капельки пота, а  ткань пропиталась  влагой. На  черном  крови не видно. Мистрис  растерялась: Оррика  теперь не  отдерешь, даже  если  прибить, все равно  придется  когти  с мясом  выдирать. Уж лучше  подождать,  пока кот  не  угомонится. И что  сегодня за день такой  неудачный! Оррик заурчал  чуть в иной тональности.  Теперь его  мурлыканье словно переливалась -  то  нежно, то басовито,  лапы стали    двигаться  медленнее и нежнее. Лицо  мужчины расслабилось.
          -  Оррик, задери тебя Хмарыш, ты  чего  делаешь?! – Лиссэ  все же возмутилась.
          - Не ругай его, Лиссэ, пусть продолжает, - еле  слышно отозвался Владыка.
          - Пусть?!- взвилась  она. – Пусть сожрут заживо, что ль?!
          - Мне    не больно, даже  легче, - голос был  еще  тише.
          Дейе махнула  рукой и  выскочила  из комнаты.
          Когда  она  вернулась, кот    дремал на плечах у Изначального,  а тот  сидел  с закрытыми глазами, откинув  голову на  спинку  кресла. Длинная седая  прядь частично  закрывала  лицо. Тревожить их мистрис  не стала,  и  ушла  в  спальню. А эти  двое  так и  просидели  всю  ночь  у камина.
          Утром  кот был ленив и прожорлив. Наевшись  до отвала  мяса, Оррик  залег  спать, растянувшись  поперек    кровати. Мелькор же  пребывал  в  хорошем  настроении.
          - У тебя  необычный кот, - осчастливил  он  её сообщением.
          - А то я  не знаю! – фыркнула  Лиссэ и покосилась на его плечо. – Лечить  он  умеет, но не всегда  хочет. Забери  его с  собой  в Аст Ахэ. Он поедет.
          - Нет,  ему    тяжело. Больше не  надо.
          - Вольному  воля, - вздернув  кверху нос, мистрис направилась на школьный огород. Пора  было  убирать  поздний  урожай  свеклы  и моркови.

Какой правильный кот!!! :D

Ну, прелесть кот! Спасибо , эрэа Эйлин - глядишь, так он Мелькора вылечит. Ведь это он ему крыло лечил, нет? :o

  Да, Оррик - молодчина :). С полувзгляда понял: плохо сейчас обоим, и Тано, и хозяйке. Каждому - по-своему... И так решительно и целеустремленно разрулил ситуацию :).
  А ученики Лиссэ действительно вынесут из стен школы уроки, которые останутся с ними навсегда... Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

В
Очень, очень актуально!

А кот просто прелессссть! :D

Какой... знакомый магистр... Прячущий силу за кружевами и длинными локонами.
Не удивлюсь, если локоны черные, а глаза синие. :) :) :)

Спасибо, эреа Tany, эреа Convollar , эреа Красный Волк, эреа NNNika , эреа Tory ! :) :) :)
Оррик  точно - просто  замуррчательный  кошак! :)
а лечит, эреа Convollar, он сразу от всего на  свете. Так сказать, комплексная терапия.  8) И ведь помогает, что самое  главное. Только вот больной лечиться отказывается.  :(Хмарыш  ему в  волосы!

Эреа Красный Волк, ученики  точно   не должны бы  такие уроки забыть, а некоторые  пойдут  по стопам   своей  учительницы. :) Сами будут нести  Свет знания или  все же - Тьму. ??? ;)
Да магистр очень  дальновиден и   всегда    его речения  к месту, эреа NNNika! :)
Эреа Tory, локоны  у него черные - точно,  а вот глаза  зеленые. Где-то бы должно было   упоминаться об этом.  :-\
А может  и  позже  будет. ::)[spoiler]Клемент  - герой из  старых еще  детско-юношеских   историй. Честно говоря, когда-то глаза  у него были  синими, но потом  я решила, что   не стоит, не стоит повторяться.[/spoiler]

          Чадушки  уже  высыпали на грядки.  Садово-огородные работы  ученики  любили и  стремились хорошо  учиться, чтобы   госпожа Старшая наставница  разрешила сажать и  сеять, полоть и рыхлить. Труд не должен  быть наказанием,  особенно, труд полезный, считала  Лиссэ. Нарушители  пусть стоят  в  углу на горохе или роют и  закапывают  ямы.  Лишиться возможности   сделать нечто полезное считалось   для  юных  ирхи ужасным позором, посему к концу недели  все стремились  исправить ошибки    и  улучшить оценки. Потому   и журнал   тогда  сожгли. Мистрис, фыркнув, взялась  за лопату.  Один  из  старших учеников дернулся было предложить свои  услуги, но вспомнил, что  госпожа Лиссэ     сама любит  копать. Девочек  ребята  берегли и   не позволяли    заниматься тяжелой работой. Сейчас стайка   девчушек  разбирала   корнеплоды и   укладывала  на просушку. Копали  мальчишки. И верно – девочкам еще  детишек  рожать, это она  -  пустоцвет. Зато ей спокойно можно заниматься любимым  делом. Возиться   с землей, дейе любила намного больше, чем корпеть над  вышивкой или   сонетом. Да и  земля платила   ей  сторицей -  урожай всегда был  отменным, а вот нитки  да  иголки мстили -  путались и рвались, кололись и ломались.
         Огородники  и  садоводы  из  ребятишек были   не  самые лучше, но они  очень старались. Лиссэ то же  старалась: объяснить и показать. Вот и  сейчас пришлось, отложив лопату, показать новеньким, как следует  укрывать на зиму  виноград. Настроение  было отвратительным и мелким  негодникам, вздумавшим  бросаться  свеклой,  крепко досталось на орехи.
          Кмыргов Мелькор! И зачем прибыл? Кмыргов Оррик! И зачем тогда  тревогу  объявил? У неё были  такие  далеко идущие  планы… А все  этот  гад!.. Теперь Гортхауэр обиделся и    носа не кажет!  Вот ведь гад!
         - Мрауу! Мняу  не оскрбляу! – пропел рядом, невесть откуда  взявшийся,   кот. Он сидел на  ящиках с урожаем и наблюдал   за    работниками.  Оррик  обожал  смотреть, как трудятся  другие и поучать.
        - Сгинь, пакость  хвостатая!  - мистрис  швырнула  в него  ботвой. Кот изящно подпрыгнул и поймал   свекольный хвост в воздухе.
         - Яууу  знауу, что делауу!
         - Ты?! Знаешь?! А кто мне  котяу  советовал найдяу? – передразнила  его дейе.
         - Яйаууу!  Но не  сейчаууу. Подождауу. Яйауу знауу! Ты не знауу! –   сообщил кот и гордо  удалился  проверять, как работают другие. Лиссэ  погрозила ему  кулаком  вслед: сказал невесть что и  смылся. Гад! Настроение   ухудшилось еще больше,  впору не овощи  копать, а  -  могилы.  Хоронить было  пока некого,  и посему  мистрис   взялась перекапывать  грядки под зиму.
         - Сколь велика твоя любовь  к корнеплодам, госпожа Лиссэ, - длинная   черная тень упала  рядом.
         - О! Она  воистину беспредельна! Особливо к репке, - женщина  подняла  глаза. Черный Вала усмехнулся, по  своей привычке,  уголком  губ.
          - Порадовал  ли тебя    в этом году  урожай  столь  горячо любимого тобой овоща?
          - Просто дивная репа  уродилась! Сладкая, сочная. Уж  сколько ели  мы ее – и пареную, и жареную, и варёную, и  тушеную, и печеную! Вкусна зараза! Воистину, кто репки не  едал, тот  и наслаждения    истинного не познал!
          - Странные  у тебя  понятия о наслаждениях, -  неодобрительно покачал головой  Мелькор, но  глаза так и    лучились смехом.
          - У каждого свои  наслаждения и свои идеалы! – отводя  упавшую на глаза прядь, ответила  дейе.
          - Идеалы духовными должны  быть!
          - Угу! Только на голодный желудок  у меня  духовное в голову не лезет! – она  потерла   испачканной   в земле  рукой зачесавшийся нос.
          - Ох, Лиссэ, Лиссэ!
         Дейе звонко рассмеялась.  Раздражение будто  водой  смыло. Как заправские земледельцы они  начали обсуждать   огородные дела. Изначальный хоть  репку и не жаловал, а в   сельском хозяйстве прекрасно разбирался, и советы  его были  полезны  и уместны. О многом   Лиссэ даже  и не догадывалась. Но сейчас женщину   волновали  не только и  не столько  дела  огородные. Иной  вопрос не давал  покоя  дейе, и она  все же   задала его:
          -   Ты из-за Гортхауэра приехал? Он тебе  нажаловался на тревогу?
          - Что ты, Лиссэ! Он был   в восторге от  твоих задумок и очень хвали  за предусмотрительность!
          - Не ввел ли он часом  подобные  порядки в Аст Ахэ? – невинно  улыбаясь,  спросила женщина.
          – Нет, не ввел. Смысла  в этом  нет, Аст Ахэ не просто  крепость.  Твердыня знает  обо всем, что происходит, никто и ничто не  ускользнет  от неё и  от меня.   Для Изначального Чертоги  часть его. Пожара, обрушения, наводнения  там просто не может быть. Твердыня не допустит.  О   надвигающемся  стихийном  бедствии я узнаю заранее и  постараюсь остановить его.  Так же  о   врагах. Сама земля скажет мне об этом. Сама Арта…
           Он был   очень серьезен.
           - А Гортхауэр тоже так может?
           -  В меньшей мере, но в доме,  который  творил  сам может.
           - Как же это видеть все?.. - Лиссэ замерла, не  в  силах  представить подобное.
           - Как? – его руки  легли ей на  плечи. – Смотри…
           И вдруг  словно  гора  ей на плечи  упала. Сжав зубы,   Лиссэ еле удержалась на ногах, но тяжесть через мгновение  исчезла,  растворившись во множестве звуков,  запахов,  красок. Весь мир разом обрушился на неё, подхватил, будто пушинку и понес  вперед, открывая свои   тайны. Она была  везде и  сразу и видела  все. И как далеко над  морем  собирается гроза.  И как рассекают  темную гладь неба  огненно-рыжие  зигзаги  молний,  и  крупными  каплями падает  на землю  дождь. И как в холодной вышине  шумят  высокие, стройные, темные сосны. Весело журча, бежит ручеек  среди холмов, а над  озером  встает  разноцветная радуга.  Глубоко под землей, ища    выход,   клокочет  лава.  Мягко ступая по снегу,  несет своим детям добычу рысь.   Встает и  просыпается солнце,   в другом  месте  его сменяют луна и звезды, Собираются ветра, чтобы закружить  ураганом, подмерзшую землю  покрывают  мягкие  хлопья снега.  На утлой  лодочек плывет по озеру  рыбак, а  на  высокой  башне  маяка у  скал горит огонь,  и  бегают по  двору ребятишки…  Совсем  рядом -    у ограды просится на  волю    маленький  ключ… Надо бы  выкопать здесь колодец, а то  воду  носить далеко… В глазах потемнело, мистрис качнулась… Его руки   не дали  упасть….
          - Ты все это видишь? Всегда? – хрипло, непослушными  губами прошептала  она.
          - Вижу. Все. Не всегда.  Я могу  не смотреть.
          - И ты можешь узнать все! –  дейе не спрашивала – утверждала.
          - Мысли  мне  не  ведомы и будущее туманно.   У тебя нос  в земле и  щека, -  его рука  осторожно  коснулась её лица.
          -  Но мир… Он прекрасен! А  говорят ты  исказил его… Почему так говорят?! – Лиссэ еще  с самого начала  хотела  узнать, но спрашивать было трудно. А сейчас вырвалось.
          - Не исказил – изменил! Разве хуже от огранки становится  алмаз?  Разве  во  вред  ученикам наука  писать и  читать? А ведь  они после этого изменятся и   станут другими… Я принес  в мир  Время и Смерть… -  Вала  рассеянно посмотрел на   женщину и  яростно продолжил:  -  Но он свободен -  этот мир!  Никто не сможет  прекратить  дождь или  снегопад. Здесь лето сменяется  осенью,  которую в свой  черед сменит зима, чтобы  дать миру   отдохнуть  перед  весной. Здесь  падают с   деревьев  листья, здесь   твоя  репа не вырастет  по  мановению руки. Если я или другие  валар  решат  отменить бурю, она  все равно  случится  позже, но во сто крат сильнее. Мир  сам решает, как ему жить. И люди   сами   выбирают свой путь. И не только  люди…
           Изначальный поднял с земли  веточку мяты и размял  в руки  душистые   листочки.
           - Есть  далеко земля валар – Аман. Там все  иначе. Там Кементари   легко вырастит  плоды, там  без  дозволения Манвэ и лист не  упадет. Тот мир совершенен…
          - Совершенен?– Лиссэ не понимала  о каком совершенстве   речь: жизнь и смерть всегда идут рука об руку и   не  бывает  мира без времени. Чтобы вырасти  цветку должно  упасть в землю семя, а  чтобы родилось  семя, цветок  должен   умереть… - Какой он – Аман?

          Мелькор  опять подошел  к ней. Светлые  глаза  глянули  в медовые, и  Лиссэ  увидела дивно прекрасные    сады, дворцы, яркое  небо, снежные вершины. Она  услышала  нежнейшие и изысканнейшие мелодии. Тот мир был  и вправду совершенен. Им  можно было  любоваться, но жить там  ей не захотелось.  Слишком безупречна была  та  красота,  так безупречна, что казалось мертвой. Будто  достигла она своего предела и застыла  навечно  - спокойная, величавая, как мраморное надгробие  чьим-то славным делам.
            - Так там было! Как сейчас не знаю, но  вряд ли хуже… - усмехнулся Черный Вала.
            - Хуже уже некуда, - фыркнула  в ответ Лиссэ. – И кому  водружен  сей дивный монумент?
          Изначальный  опешил:
          - Они так видят мир, считают, что все должно  быть по Замыслу…
          - А, понятно! Эру  решил  воздвигнуть себе мемориал!  И так полагаю, из всей Арды?
          - Он хотел, чтобы  мир был  совершенен.
          - А ты – нет?
          - Я не знал, чего он хочет. Я думал так и надо. Он – Покой, я – Время. Он – Совершенство, я – Изменение. Я считал, что так и  должно быть, что для  этого я  создан. Я не понял.
            - А если бы  понял, сыграл бы  по его нотам?
Словно молния в светлых  глазах сверкнула:
          - Ни за что! – и уже  тише, спокойнее: -  Я бы  постарался объяснить другим. Я бы им показал. Может быть, я бы сумел… Кто знает… Но я не знал… Тогда…  Не знаю и  теперь…
          - Я был создан, чтобы быть  его глазами. Почему  я  оказался  иным, почему он дал мне не мое имя, я не знаю… Вокруг было  пусто и  тяжко. Я ушел…  Он  не смотрел на меня.  Я был  ему  почти безразличен. Зачем он создал нас такими – способными  творить свое… Не знаю. Наверно, иначе не умел...  Там далеко я  увидел  Тьму, и  Свет в ней  зарождающийся. Увидел  другие  миры. Они были далеко, очень  далеко. Далекие, яркие звезды…  Потом он позвал меня обратно. Когда я  всем рассказал, что видел, он  обвинил во лжи и прогнал. Было горько, но потом я решил, что  просто его не понял, опередил его замыслы. Я думал, он хочет, чтобы  каждый  узнал то же, что и я. Только сам. Потом  мы  творили  мир, и  я опять  его не понял, -  Вала растерянно развел  руками.
            - А потом уже было  поздно объяснять, показывать! Впрочем, я тогда  и не  умел этого! – растерянность  сменилась горечью. Шрамы стали  глубже, а черты  лица  резче…  Мелькор словно постарел  на  несколько  веков разом. – Вот так, Лиссэ!
          Стало понятнее,  но не  легче.  Как же  все  грустно и  что с этим делать маленькой  ведьме? Мистрис  тряхнула  кудряшками.
          -  Кмыргов  ему в пасть, твоему Эру! По крайней мере,  мир живет  по законам  бытия, а не  по  проекту звезданутого Сотворителя. Теперь, полагаю, ему осталось лишь  закусить неудачным  планом?
          - Замысел, что вода, везде  щелочку отыщет. Только  за это время сделано немало. Пришли  люди, и они сами  способны менять мир. Люди -  часть Арты. И даже  некоторых ирхи  приняла земля… -  лицо  его чуть разгладилось, в глазах мелькнула  улыбка. –  Хотя до конца  Замысла  не знает  никто, кроме Эру. Никто не знает и  причин… - Изначальный опять помрачнел.
              Мистрис подумала, что неплохо было бы найти этого Элеватора  и расспросить о причинах. Высказать  свою мысль она не успела, Мелькор, видно, что-то заметил в её лице и поспешил  вернуть разговор  в первоначальное русло:
              - А  твои  учения могут очень пригодиться в дальнейшем. Твердыня не вечна, да и я не всегда  буду  здесь.  Ортхеннер  взялся за это дело,    слегка изменив с учетом  наших особенностей.
            - Значит, Гортхауэр при деле… - задумчиво протянула  Лиссэ и  пристально посмотрела на Владыку: - А ты  куда  собрался? К Эру в гости?
            - Что ты, Лиссэ?! Просто  к слову  пришлось…

              Мелькор явно  юлил, но  допросить его  с пристрастием помешали детки.  Двое  ирхи  подрались  и  разбили  окно, сильно поранившись при этом. Пришлось лечить и  читать нотации. Лечил  пожалевший  драчунов Изначальный, а нотации  читала  мистрис. Потом  Вала долго пытался  уговорить её  сменить гнев на милость: дескать, они  и так наказаны. Но Лиссэ была  неумолима: после  выздоровления проказники будут  лишены  права  убирать кабинет  на  два  месяца.  Страшный позор! Какие насмешки обрушаться на их  непутевые головы, а что скажет им в родном  племени  мать?  Теперь они будут  думать прежде, чем  выбрасывать  друг друга  из окна.

Очень интересное продолжение. И рассказ (с показом) Мелькора, и чудесные педагогические приемы Лиссе.
Большое спасибо, эрэа Эйлин, и с праздником Вас!

проказники будут  лишены  права  убирать кабинет  на  два  месяца.  Страшный позор! - вот бы мне так своих воспитать, чтобы рвались дежурить!  ;D
Жутковатое место - этот кукольно красивый мир Илуватара безо всякой надежды на перемены
[spoiler](http://s018.radikal.ru/i515/1405/03/f675a9193594.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]

Звезданутый Сотворитель! :D :D :D Как коротко и как точно! ;D Но вот что странно - Мелькор мне тоже кажется немного звезданутым. Да и вся команда, особенно Кеменкири - что-то у неё с биологией не важно. ::)  Не знаю, почему. Спасибо, эрэа Эйлин! Продолжение прекрасное!

     Спасибо, эреа NNNika, эреа Tany, эреа Convollar! :) :D :)
   У Лиссэ богатый опыт, эреаNNNika, да и дети   неплохие попались.  ;) Спасибо за поздравление! :) С праздником!
     Эреа Tany, еще  неиспорченные прогрессом дети. Мать рода    имеет  большой  вес!  Лиссэ   с ними повезло, как и  им с ней. :D
Спасибо за  спойлер - цветы просто  чудо! :D

   Конечно,  и Мелькор, и все  команда звезданутые, эреа  Convollar! Яблочко от яблоньки падает недалече! И у звезданутого Сотворителя будут  звезданутые  сотворённые! Лиссэ  как-то говорила - творцы-недоучки.   Да, Кеменкири  биологии явно не доучили.  Но она об этом кажется и не догадывается. 
     Да и   самообразование в замкнутом  мире  лишь на  собственных ошибках  возможно.   Опыта-то исторического нету, хотя подчас   и он совсем не помогает. :(
Спасибо за отзыв! :)

Замечательная сцена - спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :) Очень сильная. Словно видишь воочию этих двоих - и чувствуешь боль, сжигающую Мелькора, и вместе с Лиссэ так хочется от души тряхануть Илуватара за шиворот (или что там у него вместо оного)... И Лиссэ полностью права: красота, дышащая безупречным совершенством ледяного кристалла и не способная породить ничего нового - это красота мертвая...
  А ученики у героини - прелесть :). Причем, методы воспитания она применяет в своей школе явно макаренковские :). И Оррик, как всегда, неподражаем. А еще очень понравился обмен репликами о репе, о наслаждениях и о духовных идеалах :).

Чудесно!Очень сильно написано. Спасибо автору - большущее!
Помните неправильный портрет Гортхауэра? Так вот, эта же художница выложила портрет Тано. Времен валарской молодости и полной силы, полагаю, так как в комментах идут постоянные отсылки к Сильмариллиону. Ну, не знаю, насколько сей Темный Вала правильный, но, определенно, впечатляет.
[spoiler](https://lh4.googleusercontent.com/-JsynecCOfqs/U3IU4_XeCbI/AAAAAAAAG1U/nR575-Z6PcY/s800/dark_vala3_by_kimberly80-d7i3bla.jpg)[/spoiler]

Спасибо за отзывы, эреа Красный Волк, эреа Tory ! :)
Оррик точно - всегда  неподражаем, да и ученики её радуют. а вот  тряхнуть Илуватара  у неё  вряд ли  получиться. :-\
А репа и духовные  идеалы, эреа Красный Волк, это некая  отсылка  к  картошке и небезызвестной  песенке. ;)
Спасибо за  портрет молодого Мелькора, эреа Tory! :) Утащу  его к  себе! :)

Извините, что пропала - работа  времени не оставляла. :-[ Сейчас  выложу    маленький кусочек - конец  этой главы, а  завтра начало новой. Там, в основном  будут  размышления Лиссэ  - кого и  как  хватать за плечи и бить по голове  и получится ли. ::) :-\


          Владыка  Тьмы  задержался  в их  Школе. Он никому не мешал, никого не ругал и ни во что не лез.  Иногда сидел    на  занятиях  сзади  в  уголочке. Причем  ухитрялся быть настолько  незаметным, что о нем  вскоре  забывали  и дети, и наставники, начиная вести    себя  как обычно.
          Вечера  он коротал в гостиной, у Лиссэ пил  травяной  настой и  слушал  её рассказы.  Об Арте, Эру и  валар они больше  не говорили.  К детям Изначальный был  внимателен, не показывая и  вида, что  они  ему  неприятны. А может быть,  они  и не были  неприятны.
          - У каждого народа  свои  понятия о красоте, - как-то  начала  разговор  Лиссэ. – Я, например,  совсем не считаюсь  у ирхи  красивой.
          Мелькор  улыбнулся.
          - Разве я спорю? Ты  ведь их  всех любишь.
          - Я? Этих обормотов? – возмутилась  дейе. – А что делать? Приходится  любить, иначе толку от  учения не будет.
          - Вот и раскрылся  твой  талант – в каждом найти  хорошее, - припомнил ей  давний разговор Вала.
          Беседы  теперь доставляли  им  обоим  удовольствие.  Ему  иногда  нравилось  язвить, играть словами, а для  Лиссэ такой  разговор  всегда  был  настоящим  наслаждением.

Я ревную! Где Гортхауэр? Разговорчики, чаёк травяной, а Горхауэру, можно сказать, букетом цветов по морде......Вообще, прелесть! Спасибо, эрэа Эйлин!

Не ревнуйте, эреа  Convollar! :) Гортхауэра  не забыли  и по нему  скучают. Он появится  после  размышлений дамы  о разном и о нем. ;)
Спасибо за отзыв! :D

:D :D :D Браво! Лиссэ - умница.  :D :D :D

Спасибо, эреа NNNika! :)

Теперь размышления рыжей дамы.


            Ребятня  угомонилась, наставники  тоже уже спали, а  вот  мистрис не спалось. Повозившись под теплым одеялом, она  перебралась в  кресло к окну. Последнее  время сон  приходил  неохотно и  бежал при  первом удобном  случае. Оррик также  удрал куда-то  по своим кошачьим делам. Даже поговорить не  с кем!  Поерзав в  мягком  кресле, дейе потянулась за  заветной шкатулкой.  Легкое заклинание  скроет  запах дыма, а Изначального здесь нет. Так что можно и покурить немного.  Гортхауэр так и не объявился, а с отъездом Мелькора стало совсем  одиноко, будто она  опять лишилась дома.
        Темный Вала  чем-то напоминал ей мэтра Клемента. Когда эта  мысль пришла Лиссэ  в голову,  она поразилась. Двух более непохожих, на первый  взгляд,  людей трудно отыскать. Мелькор – Изначальный, сама  стихия, пусть и  запертая  в телесную оболочку, а мэтр -  человек, пусть и  очень долго живущий, благодаря  своей  магической силе. Мелькор  -  с  его  незаживающими  ранами на когда-то прекрасном  лице, с искалеченными  руками  и  истерзанной  душой.  Клемент  -    утончённый красавец, потомок  древнейшего рода,  щеголь, эстет. Темный Вала отторгнут своей  семьей, а  мэтр способен  договориться  с кем  угодно. Магистр  – мечта  всех барышень, галантный  кавалер, окруженный толпой влюблённых дурочек, а Изначальный  вечно  одинок и    девиц вокруг него не видно. Хотя  он  очень интересная личность. Почему так? Слишком  почитают, наверно…
              Когда-то дейе  подружилась  с Клементом, просто подружилась, не смотря на  все  слухи.  Что их  привлекло друг  к другу? Одиночество? Стремление  высмеять всех и вся?  Или  возможность рассказать друг другу  обо всем, не опасаясь предательства, насмешек и презрения? Зеленоглазый маг знал о дейе  больше, чем её старый  учитель, больше, чем её верная подруга. Она тоже  знала о нем немало. А еще  с ним было невероятно легко и надежно. Нет, мэтр её здесь навечно не оставит, он  упорный.
            В Школе  иногда говорили, что черные  локоны  магистра часто  сплетаются на одной  подушке  с рыжими  кудрями мистрис. Они не опровергали сплетни. Это была  их защита от докучливых  поклонниц и навязчивых ухажеров. Редкие друзья  знали  правду,  а остальные  могли  думать все, что угодно.

            Лиссэ выпустила причудливое  колечко дыма. Мелькора  она  тоже называла  другом, но  только мысленно. Изначального  лучше  такими  признаниями не  пугать.  Не то  сбежит в свою  раковину, попробуй -  извлеки наружу.
          А ведь Вала  тоже  умеет  слушать, как и мэтр. И может быть таким же  невероятно ехидным.  И  так же  одинок. Вот и  общее с магистром. Только  Клемент сам кого  угодно доконает и  всех своих недругов перессорит, ежели  необходимо  будет. А Мелькор…
            Мистрис со злостью воткнула в косу,  выпавшие  шпильки.           
            Как же  все сложно  и  запутанно  в этом  странном  мире.
            Чудной  Творец  - то  ли  параноик, то ли  самодур, то ли  того хуже  -  идеалист. А остальные  четырнадцать  могуществ  сего мира,  какие они?  О прошлом  мелькорово чадо многое  ей  рассказало.  У самого Тано  тоже  удалось  немало  выпытать о  звездах и  сотворении  мира.  До полной  картины было  далеко, но и по  этим кусочкам уже  можно немало понять.
          Какие же они тут все еще  молодые  в этом  мире, невзирая на свои  тысячи лет. Гортхауэр  отличный  полководец и организатор, а  такой  мальчишка. Настоящий  мальчишка – порывистый, неуверенный, временами жестокий и подчас  такой трогательный. И  так психологически зависящий от своего Учителя. Чувство  вины, страх потери, или  просто  незрелость? Впрочем,  его разлюбезный  Тано любому голову  заморочит, и чем  меньше  этого хочет, тем  хуже и получится.
          А где-то есть еще  и младший братишка  Повелителя  воинов – Курумо, погубивший  народ своего Сотворившего. Как же Мелькор, такой  чуткий и  внимательный,  проглядел  своего сотворённого, где он  его  упустил, почему? Разве  можно было  выгонять его тогда? Неужели, Вала не  мог  помочь ему найти  себя? Он ведь Учитель. Или  на собственных  детях  педагогические таланты отдыхают?  Честно говоря, ни того, ни  другого  дитенка благополучными созданиями  назвать нельзя.
        Может, из-за того, что они были  так внезапно  отняты у своего натворителя? Потом, конечно,    кровь или дух свое  взяли, только  найти общий язык оказалось не просто. Открытый Гортхауэр  сам легко отдал  и  свое  сердце и  свою  душу. Он  мог довериться, а  вот  второй не  сумел… Ох, уж этот Мелькор!
          Как же все-таки они  похожи – Эру и его наследник! А Мелькор  настоящий наследник  Илуватара, что бы там кто ни говорил. Пламя…  Огонь – сердце любого мира. Лишь тот  истинный  Творец, кто владеет  им.    Хотя у Мелькора  еще  и лед… Зачем? Или почему?
          Мистрис опять  достала  сигарету. В горьковатом  сизом дыме думалось  лучше.
Как же они похожи! Так же  не  понять  свое чадо.  Юный Мелькор куда-то ушел и  где-то шастал невесть сколько, а  нерадивый сотворитель даже не  удосужился отыскать его. Хоть бы  делом  занял каким, дабы  дитя  не  шлялось по темным закоулкам. Ведь    были  же  у Эру причины  такой  странный  мир творить. Вот и объяснил бы ребенку или  к делу  приставил  общественно-полезному.
            Смышлёное и  пытливое  чадо  требует  еще  больше  внимания и  заботы, нежели тупое и  нерадивое. Вот и получил кмыргов Элеватор  по  самые  уши!
Его сотворённый  тоже ухитрился встать на те же  грабли.  Ведь не за один  миг обучил  злосчастный  Курумо этих  злосчастных орков… Куда  спрашивается  родитель смотрел?! Делом надо занимать  детей, делом. Такие ошибки подчас дорого стоят, они  и стоили…
          Кмырговы  недоучки они тут  все!

          Она  прошлась по  комнате и  уселась на подоконник.
        Конечно, тогда Мелькор  еще  был  мальчишкой. Умным, открытым, пытливым, чутким, но таким наивным и  неопытным. Увидел  звезды,  поделился  радостью и получил по шее. Между  ним и  его  собратьями  пролегла  злая ложь и  клевета. И  с тех пор он один, всегда один. Любому  существу,  так  или  иначе, необходимо общение с  себе  подобными, а он  навсегда лишен  этого.  Темному Вале одному  нелегко.  Наверно, потому  и  нашел  себе    учеников – Эллери Ахэ. Там, к  несчастью, все получилось  очень удачно.  Понимание  было полнейшим. Эллери  учились у него, он  у  них. Тем страшнее все оказалось потом. Почему он не защитил или  не отослал  подопечных? Почему не понял, что спокойно жить отступнику не дадут? Ведь и ежу ясно, что за таким обычно следует…
        Дейе поперхнулась  дымом. Откашлявшись и  вытерев  слезы, она  поудобнее  устроилась на подоконнике.
      Ежу-то  понятно, а вот Мелькору  нет. Откуда бы  появилось  понимание? Если бы  только  кмыргов Элеватор поведал.  Юные Изначальные, юный мир. Войны там  еще не было, о ней и не  ведал  никто. Мелькор просто не знал, что можно так отнимать жизнь. А те, другие? А они со Злом  боролись. Правое дело…
      Лиссэ  скривилась. Пришлось снова закурить.           
          Человек бы  умер или  сошел  с ума после  всего, что он  вынес. И это было бы  милосердно. Но Изначальные обречены жить вечно и  вечно помнить.
          Все-таки  гибель  учеников и  триста  лет заключения даром  не прошли. У Владыки не только  волосы  седы, у него  душа  седая, а  незаживающие раны горят  и на  руках, и на  сердце. С ума он  не сошел,  ненавидеть  всех не научился, а вот прощать… Простить он  не  сумел, и прежде всего, себя. И опять не смог быть один. Все повторяется. Дом, ученики… А конец будет  таким же?
            На глазах  выступили  слезы. Все же  слишком  крепко она  смешала    в этот  раз табак.
              Мелькор же никогда не сможет договориться  с теми  в Валиноре.  А кто сможет? Да и, пожалуй, не они решают этот вопрос. Как  когда-то говаривал Магистр, если  проблема  не решается, возможно, вы решаете  её  не  с теми  людьми.
              Найти бы этого Эру, да  вкинуть ему  за  все хорошее. Только мистрис  Эру  не найти  и  не вкинуть – рангом не вышла.  С Мелькором  Творец  и подавно говорить не будет.  Может быть, обойдется?  Столько  времени прошло. Валар  явно не до собрата, Илуватар  авось  забыл о    своем  мире… Может,  еще  чего новенькое  насоздавал и  там  возиться, как в песочнице…
          Лиссэ  опять затянулась. . И даже не знаешь, кого хватать за плечи  и бить по голове. Удивительно,  что    Темный Вала  еще  смеет жить и  учить. Хотя, живет он,  как хочет и  как  умеет, ни  на кого не оглядываясь… «Возьми от жизни все и  будь готов заплатить  за это». Верно  сказано. А конец приходит  всему. Но каждый  конец – это ведь еще  и начало….          Что-то много  она  курит в этом  некурящем  мире. Еще  ученики и  наставники догадаются  про её  зелье и начнут  брать пример. Не  стоило бы  вводить  новые  вредные привычки.
              Только  вот  Изначальный все равно один-одинешенек. Ученики есть, подданные есть. А можно ли  с ними быть  собой? Не стараться понять,  поддержать, объяснить, не  скрывать  свою  боль, а довериться и положиться? Ведь он же совсем не такой уж  всепонимающий и всепрощающий. Ум  у него остер, язык язвителен. Ехидства  хватает, только  Мелькор  старательно его  скрывает, дабы  не  обидеть. Лишь с ней он не всегда прячет свою  суть.  Но  в Аст Ахэ она не  поедет. Незачем  ей  в тамошнее общество  вливаться. Кто будет её деток  учить?  К тому же  Лиссэ все же  надеялась  вернуться обратно.  Иначе  она сама  нашла  бы  Гортхауэра и    вела  себя  с ним  немного иначе, но  пусть  лучше  ученик  так и  держится  за подол  своего Учителя.
          Мистрис  затушила сигарету, обжигая пальцы.
      А ведь  если    Изначальный  сорвётся однажды, миру  не  позавидуешь.  Лед и огонь. Рядом  с ним    так  легко  забыть, что он не  человек. Силы-то не видно и  ведёт  он  себя  как  простой  смертный. Только  Изначальный есть Изначальный. И если  его сила  вырвется наружу, то будет очень весело.
          Впрочем, прошлое  прошло,  будущее  еще не наступило, а скоро зимние каникулы. Вот  уж тут  точно будет  весело! Просто дым  коромыслом!
          Дейе легко  соскочила  с подоконника и потянулась. Хватит  философствовать – пора спать!

Какая умница Лиссэ! Все видит, все понимает, может, и придумает, как сделать жизнь Тано чуть легче. За чадо его я уже и не волнуюсь :)

И если  его сила  вырвется наружу, то будет очень весело.
Ох, боюсь мы это увидим ;)

Очень ценная мысль!



Кого-то из прадедушек Лиссэ по-моему звали Антон Семенович!

Ох, Лиссэ! Чувствую - вот чувствую - достанется ей в этом мире. Странном мире. И уже можно позавидовать людям - а ведь они хоть после смерти свободны и могут уйти. А эльфы? Умер - в Мандос и сиди до второго хора. Спасибо за продолжение, эрэа эйлин!

  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :D
  Магистр Клемент - очень интересный персонаж. И, мне кажется, он более чем достоин отдельной большой истории - подробной и яркой :). А Лиссэ действительно уже прикипела сердцем к миру Арты - исподволь, незаметно так. Даже для себя самой незаметно. Но очень крепко. И боли и тревоги тех, с кем пересеклись ее пути в этом мире, стали для нее по-настоящему близкими...
   А еще очень вот это понравилось: "...Прошлое прошло, будущее еще не наступило, а скоро зимние каникулы. Вот уж тут точно будет весело!.." :)

Спасибо за отзывы, эреа Tory,  эреа Tany , эреа NNNika, эреа  Convollar, эреа Красный Волк! :) :) :
Лиссэ - женщина  опытная,  во многих местах была, много видела, много слала и  читала. К тому же она  неравнодушная. Она постарается сделать все возможное,  эреа Tory.

    Эреа Tany , впереди  много всего, но Изначальный все-таки  свой мир любит. :)
 
  Эреа  NNNika,  она  начитанная. ;) К тому же  такая  мысль просто в  воздухе носиться, а  Лиссэ очень внимательная  особа. :)

  Такой неравнодушной, стремящейся  помогать другим, конечно, достанется. :(  Вы правы, эреа  Convollar! Хорошо, хоть она не эльф полностью, да и не из этого мира. И вообще, наша дама женщина  стойкая.  Но легко не будет!

Спасибо за добрые слова о  мэтре Клементе, эреа Красный Волк! :) А рыжая точно  прижилась. а как иначе?!

          Зима выдалась на редкость снежная, даже  для этого сурового края. Дорожки и тропинки  надежно замело, и всем ученикам  и наставникам на зимние каникулы пришлось остаться в Школе. Впрочем, желающих  её покинуть  почти  не было, уже  все знали – в зимние  праздники здесь  очень весело. Привычку отмечать середину  зимы Лиссэ взяла  из межмировой  Школы  магии. Праздников  там в это время было  много – и  День Снежной  кошки, и  Среднезимье, и Новый год. Сейчас уже многие  миры отсчитывают год со  второго месяца зимы, а не  весны. Обременять головки подопечных рассказами о традициях  других  миров мистрис не стала, она  просто, посовещавшись, ввела  День Зимы. Его и отмечали песнями, плясками, играми и подарками.  Готовиться начинали  заранее: наряды, украшения, заковыристые вопросы для  игр,  сюжеты  для  постановок… Дело находилось для  каждого.
          Перед  самим праздником  прибыл Гортхауэр. Сухо поздоровался с Лиссэ, хмуро поприветствовал учеников и нагнал  страх и ужас на  воинов. Лишь  волкам достались  от него ласка и  улыбка. Странный  все же тип: волков обнимает, а  на  красивую  женщину  волком  смотрит. Нет, чтобы наоборот.
          - Я приехал проверить охрану, - соизволил  поведать  мистрис Повелитель воинов.
          - А у нас  вечером  праздник начнется! – обрадовала  его  Лиссэ. – Оставайся, потом  Тано  расскажешь.
          Черный майа, намылившийся было  дать деру, кивнул и  остался. Хорошо, все же знать волшебное слово, ведь не  скажи она  про Тано,  он  бы  точно удрал.
          Поздним вечером  все  собрались во дворе вокруг  огромной елки.  За столько лет  маленькая пушистая малышка-елочка вытянулась  в  разлапистую величавую красавицу-ель.  Сейчас,  украшенная шариками, бантиками и  гирляндами, она  выглядела  настоящей  владычицей этих земель. После  краткого поздравления  Лиссэ начались  гулянья. Пели  песенки, читали  стишки, водили  хороводы.  В родном мире на  елке зажигались магические  фонарики, а лучшие  маги-огневики запускали    удивительные  по  красоте фейерверки.  Но  огонь никогда не был  специализацией дейе. Разжечь  костерок, закидать огненными  шарами противника – вот и  все, что она  умела.
          Почувствовав тяжелый  взгляд, Лиссэ оторвалась от созерцания  елки. Гортхауэр стоял в тени  крыльца и так  и ел  её  глазами.
        - Тебе  пирога не хватило? – заботливо спросила  она.
        - Какого еще  пирога?!
        - А какой ты любишь?
        - Никакой! –  шутить суровый  воин был не намерен.- Вечно ты  глупостями занимаешься, - он неодобрительно кивнул  на  елку.
          А  Лиссэ почему-то  увиделась в его  глубоких серых  глазах  скрытая тоска. Мистрис  тряхнула    кудрями.
          -  Зато после  глупостей в голову  таакие умные  мысли приходят, что  сама  себе    удивляюсь!
          Гортхауэр молчал.
          - А  в моей Школе маги  огоньки  на елке зажигали, - мечтательно проговорила Лиссэ – Синие, красные, зеленые… Красиво  было….
          Черный майа фыркнул, а детвора  вдруг  ахнула. На  елки загорелись  маленькие  разноцветные звездочки. Мерцая и переливаясь, они  запорхали, словно бабочки, с ветки на ветку, а потом  закружились в причудливом  танце. Гортхауэр стоял с абсолютно отстраненным видом. Притворщик!
            - Чудеса! - восхитилась  дейе. -  А у нас еще  фейерверки    запускали!
            - Фейерверки? – задумчиво  проговорил  Мелькоров  ученик. – Фейерверки, значит…  Ну, что ж!
            Он  легко взмахнул  рукой и  на небе  началось настоящее  представление:  распускались, чтобы  рассыпаться  мириадами звезд, диковинные  цветы,  играли  с друг другом  в  салочки  серебристые драконы, вздымались вверх  шпили  призрачного замка и  таяли, словно туман от лучей  солнца.
            Такого представления это небо, наверно, никогда не видывало, а уж  ученики и их наставники  точно. Они, затаив дыхания, не отрываясь, смотрели  в  темное  зимнее небо, расцвеченное  сполохами  первого в их  жизни  фейерверка.    А в  глазах  кудесника, устроившего им  этот праздник,  так и  скакали смешинки.
            Когда же  огненная забава закончилась, воцарилась тишина. А потом  грянула  незатейливая, но лихая  музыка.  Ученики закружились в хороводе, Лиссэ, схватив  за  руку Гортхауэра,  потащила  его в танец.  Майа был  не против. Вскоре они уже  отплясывали  со всеми  вместе, потом  музыка  сменилась,  и  хоровод рассыпался. Но танцы продолжились. В один  из моментов  мистрис незаметно ускользнула со двора и  направилась в дом. Им вместе  с первым помощником  еще  предстояло  разложить  подарки, спрятав их под  подушками. В её родном  мире ребятишки считали, что подарки им приносит Снежная  кошка, бесшумно ступая во мраке ночи своими  мягкими  лапами.

Прелесть, что за праздник! И Гортхауэр хоть на время отрешился от своих забот. Спасибо, эреа Эйлин. Это просто замечательно, что он волков любит. Я их тоже люблю. ;)

Прелесть и прелесть! Лиссэ удалось организовать праздник и Гортхауэра еще этим заразить. Небось, у него тоже какой-нибудь подарочек в кармане припасен... Не все ж ему с волками-то обниматься.  ;D

Подарки от Снежной Кошки... :D

Большое спасибо за такое милое продолжение, эрэа Эйлин! :D
Чудо от Гортхауэра
[spoiler](http://s020.radikal.ru/i708/1405/fc/cf9d87a16425.gif)[/spoiler]

Спасибо, эреа  Convollar, эреа Tory,  эреа Tany, эреа NNNika! :) :) :)

Гортхауэру все же следовало  развлечься хоть немного,  нельзя же всю жизнь в делах пребывать. Тем более, такую длинную... :-\
Волков  и Лиссэ любит, эреа Convollar,  но она  ревнует! ;)

Подарочек Гортхауэр Лиссэ  приготовит, эреа Tory,но позже :) Откуда же  ему знать, что тут  такое действо развернется? ;)

Да,  эреа Tany, подарки от Снежной  кошки. ;) В роли кошки рыжая Лиссэ. ;D И не только - подарки  получат все.

Настоящая чудо, эреа NNNika! :) :D Вот  так  елочка и выглядела после  того, как Гортхауэр  её  приукрасил. :D

  Просто видишь всё это, когда читаешь :). И елку, сверкающую волшебными огнями, и оттаявшего и расшалившегося, как мальчишка, Гортхауэра, и Лиссэ, потащившую его танцевать, и сказочно прекрасный фейерверк, который устроил на этом празднике Черный майа... Очень теплый и светлый эпизод.
   Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :D

Спасибо, эреа Красный Волк! :)


       Следующий  день  тоже принес много радости.  Утром  восторгались и  хвастались  подарками. Лиссэ  тоже не осталась без  гостинца. Она стала   обладательницей несметного количества  бус, браслетов из  всяких камушков, ягод и  веток.   Другим наставникам тоже досталось нечто подобное. И даже  Гортхауэру   вручили   его бюст, вырезанный из дерева.  Видом  вконец  растерянного майа Лиссэ любовалась от души, уверяя, что  детям удивительно удалось   передать сходство.
         - Ну, просто вылитый ты! – веселилась она. – И откуда   у нас такие таланты?!
         На страхолюдную морду  подарочка нельзя было  смотреть  без содрогания, но Повелитель воинов   своего неодобрения не выказал. Он лишь  осторожно    спросил  у мистрис:
          -  А   Учителю они  ничего такого не сделали?
          - Нет,  я  сказала,  что для него лучший  подарок   -   их   успехи. Но  они все же  нарисовали ему в дар  коллективный портрет  всех учеников и  наставников.
          Майа  побледнел.  Мистрис его прекрасно  понимала, ученики рисовали  из рук  вон  плохо, как и  сама учительница, впрочем. Но зато,  сколько в  них  было  энтузиазма. Все  стены в школе  были  украшены видами природы,   изображениями животных и портретами наставников.   Кто бы  знал,  что ирхи    так  полюбят малевать?! Даже   воины и то с удовольствием  чего-нибудь  разрисовывали и  приходили  на     уроки рисования. Особенно им нравилось задание  изобразить свое  видение мира. Картины  получались просто потрясающие. В  некоторых  мирах за них бы  дали на аукционах огромную сумму. Но здесь   они никого не прельщали. Обидно!
           Посмотрев на подарок для Учителя, Гортхауэр  побледнел  еще больше.  Детишки разошлись и  в центре группы учеников и наставников изобразили  самого Владыку. Разумеется, в   своем неподражаемом стиле. Черный Вала  был   велик и ужасен, то есть прекрасен, но на орочий манер.
           - Я никогда  вот это… - Повелитель воинов кивнул  на портрет, - Учителю не покажу!
          - Ну, что ты! Он  так  обрадуется, особенно, если ты повесишь эту композицию в его тронном  зале и рядом   расположишь зеркало.
          - Зеркало-то зачем?!
          - Чтобы  Мелькор  понял, что он  все равно  хорош собой, невзирая на  шрамы, - спокойно объяснила  ему   дейе.
          - Я бы знаешь, куда  это повесил? -  со злостью посмотрел на неё Гортхауэр и, не дожидаясь ответа, сообщил: - На стены Твердыни, когда под ней стояли проклятые нолдор. Они  бы точно сдохли. От одного вида  этого… гм… искусства.
         - Значит, не отдашь подарок Мелькору?
         - Отдам! – он вдруг лукаво подмигнул. – Отдам, рыжая. Только скажу, что  не смотрел, что там   такое.
         - Думаешь, он поверит? – прищурилась  Лиссэ, но майа не ответил.  Прихватив подарки, он скрылся в гостевой комнате. Преследовать дейе его не стала.

       
        Вечером  был спектакль. А наутро катались  с ледяной горки, брали  штурмом  снежную  крепость, играли  в  салочки. Дейе принимала  в игрищах самое активное  участие Ученики свою наставницу не стеснялись, напротив, к ней  бегали за советами, а при  взятии  крепости,  нападающие  и обороняющиеся даже  чуть не подрались, решая в чьей команде  будет    госпожа Лиссэ. Мистрис  отвесила наиболее разошедшимся пару  легких подзатыльников и сообщила, что будет  независимым наблюдателем.
Потом  играли в салочки. Юные  ирхи долго пытались поймать свою шуструю учительницу, но не преуспели. Дети, волки, кошки весело  резвились, по  уши  облепленные снегом. Только  вот Гортхауэр куда-то запропал.  Последний раз Лиссэ видела  его, когда  он давал  весьма оригинальные советы  нападающим на крепость. Из-за них она даже  чуть не проиграли.    Неужто  уехал? Было бы досадно…
Подскочивший сзади  волк не дал  додумать. Он ловко обдал  её снегом и  зарычал. Дейе, притворно взвизгивая, понеслась  прочь, петляя, как заяц. Добежав до раскидистой яблони, она подскочила и взлетела  на ветку. Огромная зверюга    уселась  под деревом и выжидательно уставилась на женщину.  Лиссэ ойкнула и, картинно  раскинув  руки, упала  в сугроб. Волчище  тут же подбежал  и обнюхал. Она запустила  руки в  густую  мягкую  шерсть и  стала почесывать  его за ушами. Зверь жмурился и  порыкивал.  Он был  такой  сильный, такой  хищный, и такой  милый, что  дейе  не  удержалась и  чмокнула его  в  горячий  влажный  нос. Растерявшись, волчара чуть отпрянул в сторону  и  тряхнул лобастой башкой, а Лиссэ,  вывернувшись из-под него, помчалась  дальше. Волк  за ней не погнался.
      Вернувшись  в школу, мистрис узнала, что  Гортхауэр уехал. Лукавая усмешка  скользнула по губам женщины. Волков в школе    она знала  всех до  единого и неплохо  общалась с ними  мысленно. Ну что же ты, волчище? Испугался? Возвращайся, и  мы  еще    поиграем!

Ай да Гортхауэр! Это он здорово придумал!  :D :D :D :D
Спасибо, эрэа Эйлин.

Спасибо за  продолжение, эрэа Эйлин!
Гортхауэр после поцелуя несколько растерялся...
[spoiler](http://s52.radikal.ru/i137/1405/10/ea13a5274154.jpg)[/spoiler]

Да, посмотреть бы на впечатление Мелькора от портрета ;D
Игры с волком... гм... ;)

Спасибо, эреа  Convollar, эреа NNNika,  эреа Tany! :)
Да, Гортхауэр оказался  весьма предприимчивым, эреа Convollar. ;) Только  и Лиссэ оказалась не лыком  шита. ;) Вот он и растерялся. ;D
Но и растерявшийся он очень хорош, эреа NNNika! :D
  Такой рискованной даме, эреа  Tany, игры  с волком  вполне  могли прийтись по вкусу. Тем более,  у неё в роду есть оборотни, только рыси. ::)
Мелькор  скорее всего чувств  своих по поводу  портрета  не выдаст. :-\

Несколько месяцев спустя

         Неожиданно навалилось  много  разных дел, незначительных, но отнимающих  время и силы:  стала подтекать крыша  сарая, засорился один из колодцев, приболели несколько  учеников, вышла замуж и уехала  жить к мужу  одна из наставниц.   Ученики выздоровели, крышу перекрыли, колодец выкопали на  новом месте и даже  наставницу подобрали из  числа   старших  учеников.
         Мелькор передал ей с  одним из Черных рыцарей ответный дар -   книгу со старинными  сказаниями. Старинными, разумеется, для  людей, а не для Изначального. Лиссэ прекрасно обошлась бы и без неё, послушав  рассказы самого Владыки, а  лучше  бы  его   лучшего ученика, но Гортхауэр опять пропал. Или бессмертные  часов не наблюдают и  им, что день, что  год -   все едино?
         Гортхауэр все же объявился, но в   тот момент  мистрис  в Школе не было. Она навещала  Матерь рода.  Повелитель воинов спешил   по делам, и дождаться не  смог, однако оставил  подарок - резную  шкатулку.
        Оставшись одна, Лиссэ открыла  замочек и откинула  крышку.  На темном  бархате мерцали  украшения. Женщина осторожно взяла  в руки необычайно изящную диадему.  Словно из веток и  гроздьев рябины была   сплетена  она. Яркие ягодки-рубины  казались  живыми, казалось, коснись  их  губами  и почувствуешь  горечь и сладость  опаленной  морозом   ягоды.  А на веточках мелкие льдинки-алмазики посверкивают.  Тронь их рукой – растают. В том же стиле  было  выполнены колье и  серьги с браслетами. Дейе не удержалась и примерила. Какая же женщина откажется перед  зеркалом  покрасоваться!  Диадема была  невесома и на рыжих волосах смотрелась изумительно. А серьги  не оттягивали мочек, а лишь подчеркивали  длину   шеи, да и  колье  чудесно оттеняло белизну  кожи.  Хороша! Дивно хороша!  Она  улыбнулась сама  себе. Сейчас бы  в неё любой  влюбился навечно. Где же  ты, волчище?
      Доставая  браслеты, она  увидела  небольшое  колечко.  Маленькая  рубиновая ягодка горела  в тонкой оправе. Дейе  коснулась колечка и  хмуро посмотрела на руки.  После  работ в саду ногти были  коротко острижены, а по  темным пятнам на пальцах  сразу видно, что  совсем недавно она чистила  овощи. Да и  царапины, оставленные   очередным Орриковым потомством,  еще   не  прошли. Лиссэ вернуло  колечко в шкатулку. Для такой  красоты     не такие руки. Впрочем, кольца она  не любила и носила крайне  редко,  лишь в самых  торжественных обстоятельствах.  На её  старой работе  кольцами  не  посверкаешь: некромантия дело грязное, да и   магичка на практике не только  молниями  швыряется. Не до красоты  ногтей тут!
       Лиссэ вдруг с досадой глянула  на украшения.  Зачем  ей такой   дорогой подарок? Что ей теперь ему взамен плащик  сшить али  носочки  связать?  Зачем она начала эту игру с волчишкой? Зачем она морочит ему голову? Ведь рано или поздно, так или иначе,  она покинет этот мир.  И что тогда делать бедному мальчику? Да  и неподходящая она для него женщина. И сам Гортхауэр превыше всего на свете своего Тано ценит, а она совсем не желает, чтобы в некоторые моменты рядом был кто то еще, пусть и в мыслях. Ей ничья опека и забота и, тем более, одобрение в таких вещах  не нужны.  Интересно, что будет делать майа, если Учитель не одобрит избранницу?
       А впрочем, о чем это она? Совсем здесь отупела! Кандидатура  давно одобрена и даже более того -  весьма деликатно и осторожно ученичку любезным учителем  подсовывается  хоть медленно, но верно.  Впрочем, спешить бессмертным некуда. Или все же Мелькор по неопытности  так со своим сводничеством затянул. Тоже мне заботливый папаша! Каким местом думал, иномирную колдунью своему чадушке в подруги подбирая?  Неужто за такую прорву времени никого лучше найти не сумел? Понятно, смертная майа не подойдет, но ведь еще всякие эльдар имеются.  Гортхауэр собой пригож,  не может быть, что абсолютно  у все дев перворождённых настолько мозги промыты,  что на отродье врага и смотреть не желают? Девы ведь часто в плохих мальчиков влюбляются. Чем больше  плохого  о ком говорят, тем более он для юной особы интересен.
       Странные все же здесь эльфы, косные слишком, но в любом случае Гортхауэра следует оставить в покое.
       Мистрис потерла лоб, потянулась было за шкатулкой с куревом, но передумала. Пока она здесь, а там видно будет.  Жизнь рассудит. В некоторых случаях совсем не стоит  бороться с судьбой.

  "В некоторых случаях совсем не стоит бороться с судьбой..."- Лиссэ права :). И это - именно тот самый случай ;). Ведь тянет их друг к другу, по-настоящему тянет... И, конечно, вовсе не застеснявшись того, что ей "не до красоты ногтей", не решилась героиня примерить колечко-ягодку (а это она, кстати, еще не знает, какой Гортхауэр мастер и дока по части колечек ;))...
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Спасибо, эрэа Эйлин! Ох, как интересно , что за колечко этот мастер сотворил! Между прочим, мальчик уже давно не мальчик - сколько там тысяч лет-то прошло?

Ох, как хочется примерить ТАКИЕ украшения! ;)
А Вам, эрэа Эйлин, пусть преподнесет самый нужный мужчина нечто подобное
[spoiler](http://s020.radikal.ru/i705/1405/72/2c1dbc09d086.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]
[spoiler](http://s019.radikal.ru/i608/1405/2f/f958bb0c2c20.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]
[spoiler](http://s018.radikal.ru/i515/1405/ab/0b78dd3f450b.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]
[spoiler](http://s020.radikal.ru/i715/1405/68/34dbfb95d5c9.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]
[spoiler](http://s015.radikal.ru/i332/1405/a1/64b08659a188.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]
[spoiler](http://s005.radikal.ru/i211/1405/d2/d2186122a0c4.jpg) (http://www.radikal.ru)[/spoiler]

Да, вот вам и игры с волками... Пусть у них все получится. Как-то уже переживаю я за ваших героев, эрэа Эйлин! Спасибо за продолжение, и жду следующего!
Ну и подарков от Гортхауэра в моем понимании...
[spoiler]
(http://cs2.livemaster.ru/foto/large/f1c19476145-ukrasheniya-valkyrie-randgris-serebryanyj-n7159.jpg)
(http://cs1.livemaster.ru/foto/large/39f21311725-ukrasheniya-komplekt-ryabina-n0242.jpg)
(http://cs2.livemaster.ru/foto/large/f7a18568165-ukrasheniya-sergi-lampwork-ryabina-sorbus-n7770.jpg)
(http://cs2.livemaster.ru/foto/large/82112099159-ukrasheniya-komplekt-melodiya-oseni-etyud-v-n0628.jpg)
(http://cs1.livemaster.ru/foto/large/08c8031699-ukrasheniya-obodok-diadema-chervovaya.jpg)
(http://cs1.livemaster.ru/foto/large/6d413422593-ukrasheniya-koltso-s-granatom-time-of-roses-n3287.jpg)
[/spoiler]

Спасибо, эреа Красный Волк, эреа  Convollar, эреа Tany,  эреа Tory! :)
Конечно, Лиссэ  не знает какой Гортхауэр мастер по колечкам, эреа Красный Волк.  Да и колечко не надела потому что  сочла слишком ответственным шагом. Поняла же,  сколько чувства в  украшения вложено. ;)

Он не мальчик, разумеется, но  вот  для Лиссэ почему-то как раз  и мальчик, эреа Convollar ! :-\

Спасибо за  такие пожелания, эреа Tany! :) Украшения удивительно хороши! :D

Просто чудо подарки от Гортхауэра, эреа Tory!  :DЛюбая не устоит и  наденет. ;) У них должно получиться, но  "ото  рта до ложки  долгая дорожка". ::)
Спасибо всем! :) :) :)

         Когда   сработала сторожка, Лиссэ не спала. Сон в эту ночь упорно не желал приходить. Помаявшись некоторое время, она уселась за чтение.  Надо же  прочитать   подарочек Изначального, а то неудобно будет. Книга была  интересной, но очень печальной. Самую капельку  иронии и оптимизма и ей бы  цены не было.   Но вволю  почитать не  удалось.   Доступный лишь ей  и Оррику звон нити   сторожевого заклинания  дал  понять -  рядом чужие и  с недобрыми  целями.  Дейе еще не успела  набросить платье, а  кошак  уже  дико взвыл по тревоге.
         -    Мврау! Врауу! Мауу! Мграуу! Рваууу! – надрывался Оррик. Но воины  уже были на своих  местах. Разбуженные ученики не  испугались  и не растерялись. Старшиебыстро оделись и  стали помогать младшим. Учения не прошли даром – все действовали быстро и слаженно.  Мистрис сразу же выяснила,  что произошло.
         -   Глупые  уруг-ай. Разбойники! – спокойно, но сердито сообщил  командир   маленького гарнизона. Кстати, тоже ирхи, но другой. В  его тоне  сейчас ясно чувствовалось презрение к диким собратьям.
        Что привлекло сюда этих орков? Откуда они  вылезли так  внезапно? Возможно, им просто захотелось поживиться? Возможно, они  прознали, что в  этой крепости  небольшой  гарнизон и понадеялись на беспечность стражи? Кто знает…. В любом  случае, они ошиблись.  Дозорные не спали, стены  и ворота были крепки, воины  умелы. Первый приступ  отбили легко. Выкрикивая ругательства, свора вооружённых  оборванцев отступила.    Но не  ушла.
        - Сейчас опять полезут! – поморщился Рраух.  - Идите в безопасное место, госпожа. Гонца за подмогой    уже  послали.  Беспокоиться не стоит: мы их не пропустим.
       Лиссэ, убедившись, что  её помощь и распоряжения не нужны, отправилась в   дом. Следовало заняться  лазаретом – могут быть раненные и  н отвести  в безопасное  место младших и  чем-то отвлечь их.
        Мгрыха с другими девочками уже  готовили  ткань для  перевязок  и снадобья. Ободрив девчушек,  мистрис  пошла  к младшим.  Наставники  как раз отводили  их в надежное  укрытие неподалеку от  тайного хода.  Детишки все прекрасно понимали и не доставляли  взрослым  хлопот, если не считать их просьб остаться   помогать воинам.   Отвлечь самых отчаянных из мелких удалось  легко, поручив  разбирать травы. А вот со старшими оказалось сложнее. Юные ирхи рвались в бой:
        - Наше  место рядом  с воинами!
        - Мы тоже защитники!
        - Мы не хотим отсиживаться!
        - Нет! – пресекла  их  инициативу  мистрис. – Пока нам ничего не грозит. А без дела никто не останется!
         Возражать  дальше не решились, тем более, важное  занятие нашлось каждому:   подавать стрелы, греть смолу и  воду. Отдав  распоряжения,  Лиссэ поднялась на верх  смотровой башни.
          Следующая атака  разбойников  захлебнулась так же, как и первая. В крепость их никто не пропустит, только, как бы   им не надоело сидеть под стенами… 
          Внизу в лощинки есть деревушка,   в способных дать отпор этим клятым   урухам  там нет. И  ещё -   утром  должны  прибыть  в Школу новые  ученики, да из разных  мест. Предупредить всех не получится. Попадут  ведь в лапы  к этим  кмырговым тварям и пропадут ни за грош. Ох, Хмарышево гадство!
          Вот и командир с тревогой посмотрел на Лиссэ . Видно и ему в голову  пришла та же  мысль.
           - Как бы эти… отродья на деревеньку   не наткнулись… Да и наши детки.. Пожалуй, придется отвлечь  их. А там Повелитель подмогу пришлёт.
           - Придется отвлечь, -  мистрис   прикусила  губу. Терять своих не хотелось:  раз вылазка, то раненые будут  точно, а может и  убитые.
            Командир  сообщил, что небольшой  отряд  выйдет  через потайной ход и  ударит разбойников сзади, а  со стен их  поддержат.


        Когда добровольцы  покинули  крепость, Лиссэ снова  стремглав  помчалась наверх башни. Терять своих не стоит. Когда еще  там Черные рыцари придут. Пусть она не мастер  меча, да и из лука стреляет отвратно, но магия  всегда  с ней. И пусть  Копье Света или  огненные шары сейчас бесполезны, но  сила Смерти всегда с ней.  Тонкий  кинжал рассек ладонь, резкий  гортанный выкрик  заклинания  на грани  слышимости,  и капли крови уносит  ветер.
        Темнота  ночи  становится гуще, тени  кажутся не серыми, а темно-зелеными,  редкие облака  подсвечиваются  зеленоватым  светом. Легкая  серая дымка  плывёт над землей, окутывая  нападавших. Дымка становится  все гуще, в ней вязнут звуки, движении, мысли.
        Страх…. Боль…. Отчаяние… Смерть…. Звон или  стон, крик или хрип…  Нечто в дымке тихо    шепчет и  шепчет, обещая  вечную муку. У разбойников замедляются  движения, их охватывает ужас, они начинают видеть врагов  друг в  друге. Вот уже кто-то  обнажил  оружие против  своего. А    горстка воинов из крепости все увереннее  теснит  нападающих.  Их дымка не трогает, они её не  чувствуют, а  в горячке  боя  и не понять, что  эта ночь  слишком  холодна для летней.
            Стук копыт, лошадиное  ржание,  отряд  воинов вступает в бой. Рыцари  Аст Ахэ прибыли    очень быстро…
            Лиссэ  снова  рассекает кинжалом  ладонь,  капли крови  падают на землю. Еле  слышно она шепчет необходимые слова. Кровь тает, не коснувшись  земли. Нечто, сыто урча  словно кошка, объевшаяся сливок,  уползает. В следующий раз оно  придет  охотнее, в следующий раз оно  сможет  не  только    пугать, но и  убивать, в  следующий раз оно захочет больше  крови. Следующего раза  быть не должно. Мистрис  проводит  пальцем  по  ране,  кровь    сворачивается, вскоре от пореза не  остается и  следа. Некромант часто платит кровью за  вызов    потусторонних сущностей – это правда. Но платить    можно только  своей кровью, только  своей жизнью, иначе  потеряешь себя.
            Дейе покачала  головой. Слишком  быстро  отозвалось  Нечто. Слишком сильно оно для этой  еще  молодой земли. Слишком  много горя, слишком много ненависти . Еще  несколько веков и здесь  появиться нежить и нечисть… А дара подобного  её она здесь  ни  у кого не заметила. Впрочем, не так много она видела  людей. Эльфам такая сила  чужда.  Оркам  тоже, а вот люди… именно они обычно и достигают  подлинного мастерства  в  некромантии. Потому что  ближе  к смерти?  Возможно…

Какой опасный дар!

Да, Лиссэ не проста! Кто же так быстро привёл рыцарей Аст-Ахэ? Уж не Гортхауэр ли?
Спасибо, эрэа Эйлин

Спасибо, эреа Tany , эреа  Convollar ! :)
Да, дар у рыжей опасный, но и полезный. Главное не перейти грань. ::)
Гортхауэр сейчас появиться. куда же без него.


        С  разбойниками покончили  быстро, раны  защитников были  перевязаны. Присутствие некой странной  сущности никто  не заметил. Никто, кроме того, кто послал  воинов прежде, чем прибыл  гонец. Властелин Тьмы  услышал  её магию, и обратил  свой  всевидящий  взор. Интересно, он опять устроит ей выволочку? Или  сочтёт  действия оправданными?
          Да, в этот раз  она никого не поднимала, только эта  игра была еще  опаснее. Пожалуй, следует сказать Мелькору  о  своих печальных выводах по поводу нежити.  А лучше  Гортхауэру. Но  это потом, а пока следует поговорить с двумя уцелевшими и взятыми в плен разбойничками. Зачем это они сюда  полезли?
          Но допросить пленных ей не удалось. Объявился  Повелитель воинов и  набросился  с упреками.
          -  Раз и навсегда я запрещаю тебе  лезть в сражения! – рявкнул  он.
          - Да, не лезла я никуда! Ты  ошалел?!
          - С тобой точно ошалеешь! -  майа схватил её за плечи. – Зачем ты  стояла  на  башне? А вдруг  стрела?!
          -  Должна же я была  посмотреть! Отпусти  меня!
          - Нечего тебе  смотреть! Ты не воин! – он тряхнул  её так, что в глазах  замелькало.
          - Я тебе не груша,  как ни  тряси -  плоды  не упадут! – Лиссэ попыталась сбросить его руки, но он держал  крепко. – Я не воин, но у вас  в Аст Ахэ все умеют сражаться, даже книжники.
          - А ты  не умеешь!  Ты даже меч толком держать не можешь! – он еще  раз  тряхнул  её, но  не так  сильно.
          -  Орки  не прибили, ты  решил  благое  дел завершить? -  дейе в бешенстве  пнула  Гортхауэра  под колено. От неожиданности  майа  отпустил её.  – А меч я знаю, как держать, - поправляя  растрепавшуюся прическу, сообщила  она.
          - Знаешь?!! Тано рассказывал  про твои познания, а  учиться  ты отказалась! – проворчал  майа,  и подобрал  с пола    выпавшие шпильки.
        - Конечно, отказалась. Я не обучаема этому благородному искусству! – гордо ответила мистрис,  забирая у него заколки. – А что, надо было делом доказать, какая  я бездарь?
        - Не надо, - фыркнул Повелитель воинов. – Женщинам  на войне не место. Не их это дело.
        - Какой ты  все же женоненавистник!
        - Я?! Хватит оскорблять!
        - Я не оскорбляю, а  утверждаю, что ты  ущемляешь женские права.
        - Ущемишь  вас! Как же! -  огрызнулся Гортхауэр. – Вы все по-своему сделаете. Одна  доделалась! Учитель до  сих пор  себя казнит!
        - За что?! -  проявила любопытство Лиссэ. – А кто она  была?
        - Ученица, - хмуро  ответил  майа, настроение  у него испортилось еще больше.  – А казнить ему себя не за что. Только  он всегда так.
      - Все-таки он у тебя такой бестолковый местами!
      - Хватит гадости говорить!  Тано самый умный и знает все!
      - Не спорю! -  усмехнулась она,  благоразумно отходя  на почтительное расстояние. – Но это не мешает  ему быть  в некоторых  вещах прелестным  существом  с длинными  ушами. Я не про зайцев.
        Дейе подмигнула  и  выскочила  за дверь. Гортхауэр  вылетел  следом, но на  виду  у  своих воинов ссориться  с ней  не стал.

Гортхауэр решил действовать по рекомендации - люби как душу, тряси как грушу. Зря это он так с нежной женщиной! Надеюсь Лиссэ не очень на него рассердилась, поняла, что это он очень сильно за нее испугался.

Бедняга Гортхауэр! Тано- это конечно, Тано, да. Но любимая женщина - оно как-то приятнее. ::)

Спасибо, эреа NNNika,  эреа Convollar ! :) :D :)
Лиссэ, будучи женщиной  умной,  поняла  его чувства, но она  не  собирается позволять ему  командовать чересчур. еще ничего не ясно, а уже указания раздает. :-\ ::)
Любимая женщина весьма  приятна, но ведь Гортхауэр  привык, что о Тано только  хорошо или никак. ;)  Пусть учиться не  обижаться на  свою рыжую. впрочем,  у него еще одна  причина для обиды  есть. Но  о ней в следующем кусочке. Постараюсь  его дописать. ;)

Лиссэ его колечко не надела?

Да, эреа NNNika , дама не  надела  колечка с такой любовью для  неё созданное. ::)






          Рыжая вечно что-нибудь  устроит.  Она любого достанет! Гортхауэр стиснул  зубы: не стоит показывать окружающим свои чувства, тем более,  что их они не касаются.  От рыжей  только одни проблемы. Впрочем в нападении орков на свою Школу она не виновата, а вот остальное… Это же надо додуматься –  залезть на  всем ветрам  открытую  башню. А если  бы стрела?!   Орки  - лучники плохие, но все бывает. Зачем её туда  понесло?  Война  не женское дело.
           Конечно, за  себя  постоять должен уметь каждый, но   лезть в самую  гущу  битвы женщинам не стоит.  Повелитель воинов и сам не понимал, почему  он так  взбесился,  когда  узнал, что Лиссэ  простояла все сражение на  башне.
           Узнав от Тано о нападении на Школу,  Гортхауэр погнал отряд во весь опор.   Майа прекрасно понимал, что   Школа  выдержит и нападение и  долгую осаду, ведь сам же  создал   эту  маленькую неприступную крепость, но  тревога терзала. Рыжая вечно везде  сует свой  длинный нос.   Он прибыл вовремя:  никто не погиб.    Только  Лиссэ все  равно сумела  отличиться. Повелитель воинов постарался успокоиться, но  раздражение не  проходило.
            Да и  упоминать  про Элхэ  не стоило.  Ученица  Сотворившего всегда была странной, а Тано  ей так много позволял – вот и  избаловал.  Тогда  следовало бы  удостовериться, что  она  ушла, но Мелькор был  уверен, что Элхэ  сдержит клятву. Однако, она предпочла остаться, нарушив планы   Учителя и оставив  ему  вечную вину и боль.  Хрупкая девчушка  не захотела бросить  Тано, а  вот он   подчинился приказу…     Больше он никогда не уйдет!
            Как же наивны они были тогда! В совершенстве зная искусство меча, убивать не могли и не умели. Теперь он умеет! Он многое умеет и делает. Тогда бы  им эти  уменья, и    от врагов не осталось бы  и следа. Повелитель  воинов и сейчас бы покончил с этими нолдор, но Тано…
             Широко шагая, майа направился в лазарет. Пленные  подождут, а вот  раненым нужно  помочь. Лиссэ с невозмутимым  видом  шла  рядом. А он еле сдерживался, чтобы… Чтобы  что? Гортхауэр крепче стиснул зубы: ответ  на этот вопрос он  слишком хорошо  знал. 
             Раны   у  воинов   были легкими, а ученицы  Лиссэ умело оказали  первую помощь. Майа  скупо похвалил черноглазых девчонок  и окончательно исцелил пострадавших. Пусть лучше они  охраняют крепость, чем  валяются на  кроватях, требуя заботы.
             После посещения лазарета  настроение  улучшилось. Лиссэ все же  отличная наставница и  умеет  для  каждого  найти  подходящее место. И сейчас с советами  не лезла, а скромно стояла  в сторонке.
             Теперь   можно и  пленных допросить, но     рыжую   следует отослать.  Она  разумна, но  некоторые вещи женщинам лучше не видеть.
             - Куда это ты  идешь? – хмуро процедил Гортхауэр.
             -  Туда же куда  и ты! -   сверкнули медовые глазищи.
             - Тебе там не место!  Или решила сама  допрашивать?!!
             - Вот еще?!  - фыркнула   она. –  Зачем у тебя хлеб отнимать?! У меня и без того дел хватает.
             Тряхнув  рыжими  кудрями, женщина пошла  прочь.  А повелитель воинов  отправился выяснять, откуда  пришли эти твари, чтобы  потом  выжечь  разбойничье гнездо.

              Долго спрашивать не пришлось,  -   слава о  грозном  Повелителе воинов дошла  до самых  глухих закоулков. Испугавшись лишь его взгляда,     недобитки  выложили  все, что знали. А знали они не так уж и мало.    Нападение  не было случайным. Вождь одного из этих диких  племен давно точил  зубы на более удачливых соседей. Дети тех  каждый год отправлялись  в  некую Школу. Возвращаясь домой,  они  многому  учили своих соплеменников.  В результате  многие  племена презрели  обычаи предков и   стали возделывать землю,  пасти  стада, развили  ремесла.   Даже  лишних  детей   в дар духам перестали отдавать, а  впрочем,  детей  у них теперь рождалось ровно столько, сколько могло прокормить племя.
             Попытка наставить заблудших на путь истинный ничего не дала,  убить и ограбить  их  также  не  получилось. Молодой  вождь, кстати, из учеников  этой Школы, сумел  не только отбить нападения, но и  выкинуть со своих земель верных заветам предков ирхи.  Пришлось им  перебираться на новое  место обитания. Вождь «истинных»  уруг-ай такого не стерпел и  стал искать  союзников, чтобы  покарать негодяев.  Но не нашел: одни  уже  жили  по новым законом, другие   объединяться не желали.. Они считали, что набеги  принесут им  больше добычи.  Тем более, им не хотелось рисковать из-за  других.
               Тогда   эти разбойники   решили уничтожить Школу, а потом  прибрать к рукам  других ирхи.
              Жадность, зависть да еще  жажда  власти. Вот она,  основа  всех преступлений, и   в этом равны  все – и эльдар, и   ирхи, и люди. Да и  сотворенные  не лучше.  И отнюдь не Тано    всех  исказил.   Даже в чудесном  Валиноре  ухитрились взбеситься нолдор, что уж тут  о диких созданиях говорить.  Гортхауэр ни  в коей мере  никого не  осуждал, что впрочем, не мешало  ему безжалостно  уничтожать  разбойников любого рода-племени. Они  не исправятся, а лишь  укрепятся, посему  милосердие  к ним будет преступлением против  невиновных.
            Этих двух негодяев Повелитель воинов также  распорядился  повесить, когда они  выехали из Школы Лиссэ. 

Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин! Жаль, что так мало, но зато интересно. :)

Спасибо, эреа Convollar! :) Сейчас всю эту главу доложу до конца. Свет  вырубили и не  успела. :-\
Еще работа  не позволяет  быстрее  главы  выкладывать. Хорошо, хоть все  черновики еще  с    августа-сентября прошлого года. а то бы  я совсем  зависла. Но  иногда что-то начинает  меняться и тогда...  Тогда возникают, к сожалению, очень большие  паузы. :-[ Еще  моя  вдохновительница и  советчица  пропадает периодически. :(
Но после этой главы дело должно  пойти  поживее. :)


            К  стоянке разбойного  племени  отряд Гортхауэра пришел на следующее утро.  Оказать толкового сопротивления умелым и хорошо вооруженным  воинам сброд,  внезапно решивший что он  что-то значит,  не сумел. Лишь  вождь с кучкой приверженцев пытался огрызаться. Но  с ними быстро покончили.
          Грязные темные пещеры, скособоченные шатры,  украшенный всякой  дрянью частокол,  согнанные в  центр площадки обитатели: вонючие, оборванные, голодные. Кто-то  злобно смотрит из бод низких бровей, кто-то  испуганно опускает  глаза. Кучка  тощих женщин, прижимающих к  себе  чумазых ребятишек.  Старик в  каких-то перьях с  украшением из зубов на морщинистой  шее  грозит  кулаком. Наверняка  шаман.
          Везде мерзость и запустение.  Вместо того, чтобы последовать примеру соседей и вырваться из болота, эти придурки жаждали  всех засунуть в    такую же грязную лужу.
          Один взмах руки, и все они станут мертвецами.  Желание  уничтожить на миг  стало почти  непреодолимым, но  Гортхауэр  сдержался.  Он не  разбойник  и  не убивает детей, женщин и стариков.  Он не из Перворожденных и не уничтожает тех, кто  отвратителен на вид.  Еще раз  посмотрев на толпу, майа  выхватил взглядом невысокую старую женщину,  к  которой жались несколько  женщин с  ребятишками. Вся эта группка  выглядела более  опрятной. А старуха  держалась весьма  уверенно, по крайней  мере, головы  не  опустила и взгляд не спрятала.  Смотрела она  без ненависти,  а пожалуй, даже  с надеждой. Кто она?  Мать рода? Как же она до такого  непотребства  свое племя допустила?  Впрочем,  у дортонионских женщинам  слова не дают.    Решение возникло  сразу. Велев  привести  к нему эту женщину, майа  отошел с ней чуть в сторону  и начал  разговор.
          Чутье  его не обмануло, старая  ирхи  оказалась  мудра. Лет ей было не так  и много, просто тяжелая жизнь состарила  раньше  времени. Совсем  юной  её  выкрали из другого  рода. В родном доме жизнь была немного иной: более сытой и  спокойной.  Хотя случались и голодные  годы и тогда детей и стариков  приносили  в дар духам. Еще тогда  ей  было очень жаль малых и старых, на новом же  месте  жизнь оказалась и вовсе  сущим кошмаром. Каким-то  чудом она  сумела поначалу  сплотить возле  себя  несколько женщин, и  старый вождь вдруг  стал  прислушиваться  к  их словам. Только вот  шаман строил  козни. Потом  вождь нелепо погиб на охоте, и все стало еще  хуже. Сколько детишек она родила, но только  никого не  осталось. А не так  давно  они оказались на этих каменистых  и бесплодных  землях. Зверья в лесах здесь  очень мало или  оно не давалась в руки горе-охотникам. Жили  лишь разбоем. В голосе  собеседницы слышалась  обреченность, но  пощады она  не просила.  Лишь в конце  разговора  еле  слышно прошептала: 
          -  Несколько ребятишек  совсем  маленькие, может  их  путному обучить  удастся.
          Черный майа  скривился:
          - Детей и женщин  мы не  убиваем.  Пришлю тебе в помощь  своих бывших воинов из  ирхи.  Будут помогать  - и делом, и советом. Слушай их, но решать будешь сама. С тебя  и спрошу  потом по всей строгости! А с шаманом  разберемся!
          Он строго посмотрел на  женщину. Та  степенно  поклонилась, не сказав ни слова, лишь в глазах надежда зажглась.
            Вернувшись к остальным, Повелитель воинов предложил уцелевшим  разбойникам выбор:  пойти  служить в его войско  или отправиться на встречу с предками. Шипя и ворча, согласились все. Незавидное приобретение и толку от них будет  мало. Впрочем, либо обучаться, либо умрут. Для  дезертиров  и мародеров  у Повелителя воинов  наказание было одно – смерть.
              Шаман взвыл и облаял трусов  и предателей. Черный майа  бросил  на него ледяной взгляд, старик заткнулся, но не сдался -  короткий кинжал полетел в Повелителя  воинов. Устало вздохнув, Гортхауэр взмахнул рукой и от шамана  остался лишь пепел.  Глупцы! За варварские обычаи держаться, а харт’ана  забыли. Ничего, он им напомнит. Вот уже  устрашились и пали на колени, лишь Мать рода сохранила  спокойствие.  Зато теперь  каждое его слово воспримут, как откровение божества. Так и получилось. Старую  ирхи безропотно  признали старшей, согласились перебраться на новое место и принять в  племя несколько  бывших его воинов. Осмелевшая  хар-ману  попросила  отвезти детей в Школу, пусть их там  полезным для  племени  вещам  научат. Гортхауэр согласился.  Пусть рыжая  воспитывает очередных зверенышей, у неё  хорошо получается.  Отдав  распоряжения своим  воинам, и, пообещав обитателям племени  вернуться    через месяц и  спалить всех до единого, если  у них будет такая же грязь, он  отправился в Аст Ахэ. 


            Как же ему надоело  убивать! Сколько он мог бы  создать прекрасного, доброго, вечного…. Он мог бы украсить эту землю, а  вынужден  карать и запугивать.  Иногда  так  хочется обернуться волком и  удрать в леса вместе  со стаей. Звери честнее и  добрее разумных. С ними он сможет забыть свою  боль и ненависть.  Только кто будет сдерживать  орков? Кто будет воевать с  эльдар? Тано?  А сможет ли он?  А если сможет, то  что  тогда  с ним  станется? Учитель  и  так, что былинка на ветру…  Каждому  свое: ему  воевать, а  Тано учить.  Жаловаться на  судьбу  бессмысленно. 
              Гортхауэр отбросил  с лица прядь  волос и отдал  распоряжения воинам. В Аст Ахэ с докладом поедут они, а  у  Повелителя  воинов  есть другие  неоконченные дела. Майа  повернул в сторону  Школу, ослушаться его никто не  посмел.
Теперь если  Тано  спросит о нем, то решит, что его  таирни  поехал к рыжей. Сотворивший  останется доволен и не будет  беспокоиться.
            Но  к рыжей  Гортхауэр не поехал. Свернув  с дороги, он  отпустил  спешился и  уселся на  поваленной  сосне. С Мелькором лучше  не встречаться. Учитель  поймет настроение  своего ученика и огорчится. Видеть вину  в глазах Сотворившего хотелось меньше  всего на  свет. Тано не  в чем не  виноват.  Каждый сам делает  свой  выбор и  потом  платит за него. Как же  иногда хочется схватить  Сотворившего за плечи  и хорошенько  встряхнуть: «Хватит винить себя за всех!  Все  сделали  свой  выбор сами – и Эллери, и Курумо, и Элхе, и  я! Пусть  мы  не понимали, не знали, но и ты не понимал  и не знал! Хватит  себя  терзать! Верни  себе  силы!  Ты же можешь! Возьми  у Арты или  попросил  её! Разве мир откажет  тебе?!»
            Только все это бесполезно: он  никогда не осмелится  так  говорить с Тано, а  тот  никогда не  возьмет ни капли  у Арты. Скорее исчезнет как дым…
            Сейчас мир, а  что потом?  Война? Проклятые камни, а еще  кричат, что в них сокрыты  свет и  благо. После такого блага  уже и зла не надо. Гортхауэр прекрасно видел, как эти творения безумного мастера  гнетут  его Сотворившего. А выкраденный Береном  сильмарилл  погубил Дориат.  Кого камень  погубит теперь? Где он?
              А война будет, обязательно. Никто не раскается, не забудет и не  успокоится!  Тано что-то знает, но разве  скажет?! В любом случае он его не  бросит.  Перворожденные с их наемниками  им  не страшны, в вот валар…  Придумать бы  нечто, что не  позволит валинорских  проникать в Эндорэ и  хорошо  бы отправить  в  светлый  Аман всех эльдар. Мечты… Что проку в них?!Время придет и  будет видно…  Лучше подумать о другом.  Только о вот о чем. О рыжей?  Гортхауэру  совсем не хотелось  вспоминать её  сейчас. После  всего…
            Нет,  его совсем не оскорбили слова  Лиссэ об Учителе. Майа  давно уже догадался, что его Сотворившего она  уважает и любит, а слова – это лишь слова… Невольная улыбка тронула губы, когда он вспомнил как рад был  Тано столь  своеобразному подарку от подопечных рыжей.
          «Кстати,  таирни, Лиссэ здесь  по  канонам ирхи очень хороша. А мне даже польстили», - Учитель рассмеялся.
          Ох уж, эта рыжая!
          В кустах раздался  еле слышный шорох.  Молодой  крупный волк, следовавший за Повелителем воинов еще от Школы, пристроился рядом.  Гортхауэр сделал  вид, что  его не заметил.  Сидели они вдвоем долго. Вот уже небо окрасилось  вечерней зарей в лиловый  цвет, вот уже последние лучи  солнца блеснули в темной зелени хвои.
          Рыжая была без кольца, а он так старался…  Оставив  подарок, Гортхауэр загадал – если  Лиссэ при следующей встрече будет  хотя бы  с  его кольцом на пальце, то он скажет ей то, что никогда еще никому    не хотел сказать. Не  сбылось…
        Она даже  не  примерила кольца. Черный майа  точно знал это. С какой любовью  он делал  его, чтобы  от бед хранило, чтобы о нем напоминало. А он бы всегда знал, где рыжая  и что с ней. Только  Лиссэ даже не примерила… Значит, он для неё ничего не значит… Значит, придется забыть.  Но как?!
          Рядом вздохнул  волк. Умные желтые глаза смотрели  с укоризной.
          - Зря загадал? – спросил  его Гортхауэр. Зверь фыркнул. Майа вспомнил тонкие руки, длинные  пальцы ласкающие  его шерсть. Ни колечка. Не носила  рыжая колец, никогда не носила, лишь при  первой встрече на  её руках сверкали  украшения. Но  то не  в счет.
          -  Ты прав,  глупо получилось, -  кивнул майа волку.  Настроение улучшилось: вдруг  у  них  с рыжей и впрямь что-то    получится. 

Спасибо, эрэа Эйлин! Продолжение замечательное. А Гортхауэр действительно Мастер, хоть и Повелитель Воинов. А сколько ему ещё предстоит воевать! :(

Эреа Convollar , Спасибо! :)
Жаль, конечно, что  Мастер  такого уровня  вынужден воевать.  Только пришлось браться за меч,  больше некому. Но и  в этом он достиг мастерства. А все равно жаль  талант, который уходит на    всякую грязную работу. :(

Эх, а какой камень мешает нам? >:( Вроде россыпей сильмариллей во Фронтере не обнаружено...
А зря рыжая хоть ненадолго не надела украшений :)

:DПр-р-р-равильно! Пр-р-р-равильно! :D

  А Гортхауэр очень изменился :). Повзрослел, внутренне вырос, научился шире смотреть на вещи... Это хорошо видно хотя бы из его мыслей о Тано. "Хорошенько встряхнуть за плечи" Сотворившего - раньше, до встречи с Лиссэ, такая ересь ему и в самом страшном кошмаре, пожалуй, не могла бы в голову прийти! :) 
  И так хочется, чтобы рыжая все-таки надела его кольцо... Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :D

Спасибо,  эреа Convollar, эреа Tany, эреа NNNika,  эреа Красный Волк! :D :D :D
Кто знает, что подчас  мешает, эреа Tany?  :-\ ::) Только  все это так ужасно и так  грустно... :(

А рыжая не любит  кольца, к сожалению. есть у  неё  на то  причина.  Хотя Гортхауэр её  возможно и  уговорит на  кольцо. ;)
Постараюсь завтра  хоть часть следующей главы  выложить.

          Ребятишки уже освоились и  с интересом  посматривали  на  волков, бегущих рядом, на  черного зверя – кота  Оррика, сидевшего  на  плече  у  Лиссэ.  Первый  помощник Главной наставницы – Налион, лукаво подмигнул  ей, дейе  в ответ  лишь фыркнула.  Высокий  пожилой северянин обожал детей, причем любых детей – и  ирхи, и  людей, наверно, любил  бы  и детей эльдар, если бы они здесь были. Именно по этой  причине  он и откликнулся тогда одним из  первых на просьбу  Владыки  помочь  странной  гостье  учить орчат.  Когда-то он водил в бой отряды, а  теперь - настоящая опора и  поддержка для мистрис,  да  еще  мастер  на все руки. Дочка его с  мужем и детишками уже давно отправилась в дальние  земли, хозяйка  умерла  еще  раньше, вот вся любовь и нежность  щедро дарятся чужим детям. Впрочем, Налион  тщательно  скрывает  свои  чувства  за    напускной  суровостью. Только разве деток обманешь?! Вот и эти  уже  хорошо разобрались и  осмелели.  Младшая  помощница своим видом тоже не  напугала  ребятишек, хоть и  ирхи.  Мгрыха оправдала  ожидания  Лиссэ  и  выросла  настоящей  красавицей -  высокой, с крутыми  бедрами и осиной талией. На диво были  хорошо её  черные  волосы, обычно заплетённые  во множество  косичек, украшенных  всевозможными  бусинками  и бантиками.  Не портили  девушку и  удлиненные  к  вискам  глаза и  чуть выступающие  зубы. Такая  неправильность  лишь придавала юной  ирхи    некое особое  очарование.  Мужчины-ирхи глаз поднять на неё не смели, а вот люди  заглядывались. Впрочем, никому  из них ничего не  светило, кроме синяка под глазом.    Девица  дралась отменно, и рука  у неё  была  тяжелая, да и не только рука…
          В родном  племени думали, что Мгрыха    будет  помощницей  Матери рода, но  девушка неожиданно  для  многих продолжила  обучение и  после  осталась  наставницей в Школе.  Лиссэ нарадоваться на неё не могла. Когда-нибудь  красавица-ирхи станет и Главной наставницей.
          Скольких  уже учеников  выпустила Школа!  Судьбы у  всех оказались в  чем-то похожи, а  в  чем-то различны. Кто-то, как и  Мгрыха остался – учить других, кто-то  стал  мастером в  своем  племени, а  у кого-то  все сложилось не так  хорошо. Были  и не  нашедшие  места  в  родном доме  и вернувшиеся в  Школу, были  и  поселившиеся  отшельниками в горах. Некоторые  погибли, пытаясь  перевоспитать  соплеменников.  Изменить  уклад  не так  и легко. Сколько  еще  времени пройдет, сколько  еще  крови будет пролито!  Но  когда-нибудь все  измениться. За каждого погибшего, за каждого не нашедшего места  в жизни было  больно  и обидно, но  руки опускать не следовало. Да и  не  в обычае  мистрис  было    плакать и  сдаваться. Успехи  ведь тоже были! Сколько  племен вняли  закону харт’ана! Многие  теперь живут так  же, как и  племя Рагхи.
          А  с некоторых  пор в  Школе  учатся и    люди. Как-то  давно в снежную пору    Налион и Аракгха  подобрали  в лесу  двух  брошенных  ребятишек. Зима выпала  холодная и голодная, а  у кого-то оказалось  черствое  сердце. Детей  отвели  в лес  и оставили. Мелькор  потом  дознался,  кто  такую мерзость сотворил и  наказал    этих  негодяев остальным  в назидание.  И ведь  все же знали, что в Аст Ахэ  сирот примут.  Встречаются  подчас  среди  разумных    удивительные  моральные уроды!  Но тем  ребяткам повезло. Найденыши  в  школе отогрелись, и когда по весне их  решили  отправить в Твердыню, мальчишки  спрятались. Пришлось  оставить. Ирхи  к ним тоже  привыкли.  Дети, в отличие от взрослых,  быстрее находят общий язык. Вскоре  еще несколько  мальчишек приблудилось, а потом    жители  из окрестных  сел стали посылать  своих  деток  немного грамоте  да счету  поучиться.  Владыка не возражал.
        Вот и  позавчера  получила Лиссэ  весточку, что в одном  селенье  у  границы уж больно староста сиротками  помыкает. Вместе  с помощниками Главная наставница Школы  отправилась  в путь.  За  пару серебряных  монет староста  соизволил отпустить своих  маленьких работников. Мальчишка и две  девчушки  выглядели  совсем  зашуганными и заморенными. И что-то никто из  селян за них не  вступился. Зато все  переругались при дележе  имущества  беззащитных  сироток.    Хорошо, что  вдовица, живущая в  покосившемся домике на окраине  деревеньки, весточку  прислала. Вмешиваться  женщина  побоялась: как бы  саму не зашибли.  Мистрис  хмуро оглядела ухоженные  домики. Сыто живут,  и видно совесть проели. Усовестить? Нажаловаться Мелькору или Гортхауэру? Дейе прищурилась и  косо  посмотрела на  дородную  фигуру  старосты.  Теперь ему  придется немного похудеть и не только  ему. А  если старикам да  сиротам  помогать не станут, то о достатке здесь надолго забудут. Все-таки  ведьмин сглаз  - не шутка.
        Новые  ученики  сначала  робели, но после  ужина и ночевки у  костра  повеселели.  Лиссэ понимала, что проказники из них отменные  получаться, только  срок дай. Вот уже  сейчас  младшая девчушка, которую  везла  впереди  себя Мгрыха,  тянет  ручонки к  бусинке в  косе младшей наставницы. Орка  же  старательно делает вид, что не замечает, а  сама  посмеивается, наверно свои  проказы  вспоминает.
          Мгрыхе  нравится возиться с детишками и  ученики её любят. Не скоро она  осчастливит какого-нибудь кавалера. Ох, не скоро! Лиссэ усмехнулась, вспомнив, как девушка ловко    вырубила  одним ударом  ладони  навязчивого ухажера,  когда  поиск  учеников  завел их  в один из городков. Ирхи бы  никогда  к женщине не полезли, а вот люди… Люди везде  люди и бывают  очень разные.
          Таким приемам  Мгрыху научила дейе. А её саму  еще в родном  мире  очень давно обучил    наставник  Валхаар.  Он в совершенстве  владел  искусством  боя Страны  Вечно цветущих вишен. Научил  ему и  мистрис. Удары  ладонями, подсечки и прыжки  получались у неё  неплохо. Совершенства  мистрис  не достигла, но в случае  чего  могла  постоять  за себя.
          А вот  холодное оружие Лиссэ не любила. Всякие мечи, шпаги, кинжалы вызывали  лишь отвращение. Хотя дротики она  метко  бросала. К сожалению, в родном  мире  ездить по деревенькам  приходилось  с  мечом за плечами. Волшебница с  мечом  в глазах простого народа  выглядит  более внушительно. Раз с оружием  – значит,  ученая и  с бумагой.  Такую  ведьму тронуть себе  дороже. Даже  если  и  найдется  какой-нибудь фанатик, мечтающий  костер  запалить, граждане  следовать его подстрекательствам поостерегутся. За ученую  ведьму Его величество  всю деревеньку спалит  со всеми жителями, а  Совет  магов еще и  проклянет  уцелевших потомков  до  пятого колена. Впрочем, это были  лишь слухи, потому как еще никому и никогда не  удавалось сжечь  настоящую волшебницу. А коли кто  и  пытался когда  эдакое непотребство  учинить, то ведь разозленная магичка и сама    сожжет,  и проклянет, и по шее надает.
          Также вид меча начисто отбивал желание  у всяких придурков цепляться  к  волшебницам. Ведь всем хорошо известно, что ежели  с  ведьмой после  её  воли  позабавиться, то  потом  уж  больше никогда и  ни и  с кем  даже  по обоюдному согласию  развлечься  не получится.  Впрочем и это были  лишь  пустые  слухи, потому как  учинить насилие над  ведьмой  еще  никому не  удавалось.  Надежное заклинание  активировалось  при  первой  попытке нападения, начисто лишая  будущего насильника не только мужских сил, но и  соображения.  А зачем  таким  соображение, если  они  им  все равно не  пользуются?  Лиссэ прекрасно об этом знала из-за  своей  бестолковой подруженьки Белинды, к  которой  негодяи  всех мастей  просто липли. Отличная погодница, она на  удивление,  плохо разбиралась в людях.  У самой же дейе до таких  кардинальных  мер дело ни разу не доходило – хватало лишь  взгляда, чтобы поставить наглеца на место.
              А еще  меч иногда нужен против  нежити, не  всегда  же  с  осиновым  колом  бегать. Вот в  мире  родной Академии можно было  спокойно  ходить без оружия. И как же хорошо, что и здесь  ей  никакой  меч  не нужен! Лиссэ вдруг  поморщилась, вспомнив одну  здешнюю барышню, не  менее бестолковую, чем  Белинда, хоть и  несколько  иначе.

Спасибо, эрэа Эйлин! :) Вообще прелесть - ведьма с мечом. ;) Но остановились вы на самом интересном месте. Поэтому - ждём! ::)

Да, прелесть! :D Как бы такой меч в наше время девушкам пригодился! И заклинание! ;D

Лиссэ - чудо :D. И Мгрыха - чудо: как хочется, чтобы такой девушке встретился достойный избранник по сердцу - неважно, ирхи ли, человек ли... Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :D Ну, и отдельно - за вот эту прелесть: "Раз с оружием - значит, ученая и с бумагой" ;D.
  Очень ждем: что дальше?

И именно в такой последовательности, чтоб не повадно было. ;) ;)

Спасибо,  эреа Convollar, эреа Tany,  эреа Красный Волк, эреа NNNika!  :) :) :)

Мгрыха  еще  свою роль сыграет в этой  истории. Избранник  ей тоже  по сердцу найдется. ;)
Продолжение скоро выложу, но только оно тоже  закончиться на    интересном  месте! :-\

Извините, что так задержалась с  продолжением. :-[ Техника подвела немного. :(


          Эта бестолковая, по мнению Лиссэ, барышня  была  единственной  женщиной  среди  рыцарей Аст Ахэ. Что  забыла  девушка среди  воинов? Тем более, девушка  с  явным талантом  Целительницы.  В свое  время дейе  тоже  немало потеряла близких и дорогих людей,  и теперь глядя на Ириалонну, она    чувствовала досаду. Когда-то  в младые лета мистрис  мечтала  стать Целителем, чтобы  избавить  мир от болезней. Но бодливой  корове бог рогов  не дает…  Ей достался  иной  талант. Свою судьбу  юная Анфиса  приняла спокойно: кто-то должен  избавлять от нежити.    Да и    мэтр Гилмантий очень четко  сумел объяснить ей – лучше быть  хорошим боевым магом, чем  плохим лекарем.
            К сожалению, мэтра Гилмантия на  пути девы-воительницы не встретилось, а может быть,  она    просто обладала  завидным  упрямством. Мистрис  очень хорошо знала, что Мелькор убеждал девицу  выбрать иной  путь. Но прелестную деву явно мало  пороли в детстве, а некоторым  розга нужна  как  воздух.
            Вала  в  итоге  лишь вздохнул и  разрешил стать воином,  втайне надеясь, что  натура свое  возьмет: дева  влюбиться, выйдет замуж и остепенится.  Разумеется, так  бы  и получилось, если бы  Ириалонна  не  влюбилась  в    Ульва.  Тот    и сам  очень давно сох по ней, но  судьба  словно ополчилась на  злосчастную девицу.  Когда-то давно Ульв  нечаянно  убил  её  брата. Ириалонна  об этом не поначалу  ведала, но влюблённый  такое забыть не мог.  А не так давно очередной  отвергнутый поклонник  воительницы  назвал ей  имя невольного  убийцы  брата и  устроил  весьма  некрасивую сцену. И все стало еще  хуже.  На  молодых людей было  просто больно смотреть. Паршивца  Дейрела выгнали из отряда, хотя  мистрис  лучше бы  определила    его на  какую-нибудь  тяжелую  общественно-полезную работу:  стены    возводить, рвы  копать, отхожие места  чистить.  Гортхауэр, правда, предложил сразу же  повесить или  хотя бы  избить до полусмерти.
            Лиссэ искренне жалела  девчонку и  её  братьев по оружие, которые  были очень трогательно  привязаны  к ней и  желали  своей названной  сестре  лишь  только счастья. Но оно старательно обходило Ириалонну  стороной.
              Конечно, девушка  ни  в  чем не виновата, но ведь дар – не  мусор, его в  помойную яму не бросают. Мистрис  никогда  не  считала, что  удел  женщины лишь дом, дети и  ублажение  супруга.  За  себя  и своих близких должен уметь постоять каждый.  Но в  мирное  время и без девиц  найдется, кому  разбойников  гонять, да  границы стеречь. Тем более,  в Твердыне все обитатели  умеют сражаться.  В случае  войны даже  книжник сумеет дать ворогам отпор. 
              Лиссэ поморщилась еще раз. Ириалонна, словно чуя её отношение, старательно обходила мистрис стороной.  На  плече недовольно мявкнул Оррик, и  мистрис    переключилась на  него, пытаясь  усовестить за  раскопанную  на прошлой неделе  клумбу.    Её попытки успеха не  возымели. Кот  нагло  ухмылялся и  утверждал, что  раскапывал  мышиные  норы,  да еще  требовал  благодарности в  виде  увесистого куска мяса. Перепалку  прервал  внезапно замедливший  свой бег  старший из волков. Через миг и  чуткие  уши дейе  уловили    стук  копыт. Одно движение руки и  сообразительный Налион  отвел  их  небольшой отряд в    невысокий  ельник.  Но тревога  оказалась  напрасной,  на дороге  показался отряд  Черных  рыцарей – Вент, Ульв и другие. А вот  барышни не видно. Куда это она  исчезла?


            Лиссэ    заметила,  как сосредоточенны  и хмуры  лица воинов. Не дожидаясь вопроса, Вент  объяснил  причину их тревоги: пропала Ириалонна, судя  по всему, похищена  Дейрелом. Сейчас они разыскивают свою сестру, объезжая  места, где  мог бы  скрываться Дейрел.  Узы, прочно связывающие всех обитателей  Аст Ахэ, подсказывают, что девушке  грозит нешуточная беда. Впрочем, о том же  буквально кричал здравый  смысл.
            - У тебя  есть  какая-нибудь её вещь? -  мистрис  требовательно протянула  руку, обращаясь к Ульву.     
            Воин смутился и  протянул Лиссэ  белый платочек. Видно, где-то подобрал и  трепетно хранил  у сердца. Ох, уж эти  влюбленные! Украшенный  ажурной  вышивкой  платок был  чуть помят, наверно,  барышня  некогда  утерла им    пот  с  лица.  Что ж,  теперь представить  девицу будет не так и  трудно. Серая дымка заволокла  глаза, ударило болью, страхом, ненавистью, отчаянием и презрением. Даже и  не поймешь,  какие чувства  принадлежат Ириалонне.
            Голова слегка закружилась: колдовство  в этом  мире давалось  ей нелегко. Открыв глаза, Лиссэ  сообщила  Венту  точное направление. Рыцари  умчались, а дейе еще  пару  минут  смотрела  им  вслед. Они не  успеют.  Если  бы  на платке была  хоть пятнышко засохшей  крови, она бы  смогла помочь добраться быстрее…А девушке грозит страшная  смерть. Тонкая ниточка  между  волшебницей и  воительницей не оборвалась.  Мистрис  чувствовала  её  эмоции, как  в тумане  доносились до  неё и  чьи-то жестокие  слова. На миг почудилось еще  чье-то присутствие, словно некто  держал  её жизнь в  своих руках, собираясь и  не решаясь их сжать.
Рядом глухо  заворчал  волк.  Лиссэ  обернулась. Старший волк  повернул  свою  морду  к ней, желтые  глаза  зажглись пониманием. Мысленную речь  Лиссэ скорее  поняла, чем услышала: «Есть короткий путь, но  лошади там не пройдут. Я довезу!»
            Долго думать женщина  не стала: отдав  распоряжения  помощникам, Лиссэ села  на Старшего. Оррик, не желающий оставить хозяйку, уселся на Младшего.
          «Анфиса и Серый волк, - усмехнулась мистрис. – Сюжет для  сказки». Ветки  хлестали  по лицу, волки    даже не  мчались, а почти  летели. Дейе  только  и старалась удержаться, крепко  вцепившись в серую жесткую шерсть.
Опоздаю! Мысль тревожно билась в  висках. Огонь  никогда не был  стихией Лиссэ, еще  с водой  она ладила    лучше, но    создать    столько воды, чтоб  затушило  костер, она не сможет.
          - Тыуу  тупяууу! -  сообщил Оррик.
          - Я?!    - удивилась Лиссэ.
          - Саммяу глупяу  волшебняу  на светяу.  Засухау в дервеняяу тучкауу! Йауу! Мвраууу! -  истошно взвыл кот.
            Лиссэ  посмотрела  на небо. Несколько тучек    лениво    плыли  по небу.  А ведь кот  прав. Работая  в деревне, часто приходилось    пригонять облака  для полива    полей.  Тучки даже лучше. Стараясь не сбиться, она начала  плести  заклинание.  Вначале  тучи упорно      сопротивлялись, но мистрис сумела их переупрямить -      небесным  странницам  пришлось сдаться.  С облегчением  выдохнув, Лиссэ порадовалась тому, что носит все  подаренные ей  детьми  украшения, напоминая  елку  к Зимнему празднику.  Маги  часто  таскают на себе  множество  колец, бус, цепей с каменьями. Совсем не  из любви к  безделушкам, просто в  таких вещах  удобно  хранить  лишнюю силу. В себе  много  не  удержишь -  уйдет, а    камешки, дерево и  металл  надежно сберегут магию.  Многие  волшебники    с небольшим резервом буквально чудеса творят, благодаря  умело собранной силе. Отсюда  и всякие посохи,  и волшебные палочки.

/*Вечером, если  ничего не отключится,  будет окончание главы*/

Гортхауэр всегда предлагает жёсткое, но очень верное решение проблемы. А вот девицы, такие как Элхэ или Ириалонна действительно заслуживают хорошей порки. ;-v

Авось, теперь девица поумнеет и будет старательно отпихивать счастье ;)
[spoiler]Надеемся, ничего не отключится :)[/spoiler]

Оррик - все-таки просто умница! :D И, очень-очень надеюсь, Лиссэ успеет вовремя...
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин - и с нетерпением ждем: что будет дальше?

Очень интересное  продолжение!
Неужели поганец Дейрел решил заживо сжечь девушку? ??? :o Похоже его ждет холодный душ от Лиссэ и горячая встреча от Черных  рыцарей.

Спасибо,  эреа Convollar, эреа Tany, эреа NNNika!  :) :) :)
Гортхауэр  трезво смотрит на жизнь и окружающих, конечно, у него есть и  свои  слабости, но в  целом...
А девиц явно мало  пороли. ::) Должна бы  поумнеть. ;)[spoiler]Отключалось, но включилось. ;) Такой ливень хлынул, что  Интернет  завис. :([/spoiler] Увы, именно это  подлец и задумал, но  в  этом  варианте    есть Лиссэ. ;)


            Перед самым  разбойничьим гнездом мистрис призадумалась:  одна, пусть и  с волками,  с целой  сворой бандитов она не  справиться.  Дожидаться Черных  рыцарей  нельзя – для девушки  каждая  минута  дорога. Да  и жива ли  она? Изрядно промокшие негодяи прятались от  дождя  под навесом, костерчик  не горел, а  чадил.  Лиссэ мысленно потянулась  к Ириалонне. Девушка была  без  чувств, но  сердце  слабо трепетало.  И опять некто, как и там  в лесу, ощущался рядом. Именно он  и  лишил бедную барышню сознания, избавив от боли  и страха, и  сейчас держал  её жизнь в своих ладонях. Мистрис поняла, что ей  следует поторопиться.
            На соседнем дереве  самозабвенно  выясняли отношения галки. Интересно, кто их  создал – Мелькор или Йаванна? Скорее всего, птички  появились сами, но сейчас  важно не это. Потащив  силу из украшений, Лиссэ  накинула  на себя и волков  полог невидимости, а несколько галок, ругавшихся друг с другом  на дереве, благодаря  слабенькой иллюзии превратились в  Черных  рыцарей. Взмахом руки дейе  погнала  их  на  пристанище бандитов.  Внимательный  человек обман  Лиссэ  раскусил бы сразу, но    перепившиеся разбойнички    в  ужасе заметались. Лишь пьяный Дейрел, невнятно мыча,  пытался взмахнуть мечом. Волки  глухо  заворчали. Старший внезапно  прыгнул  на стоящего  у костра мужчину.  Хруст  раздираемой плоти, и  разбойник  мешком  упал на землю. Младший впился в  горло  еще  одному. Оррик  в стороне    тоже  не  остался,  и взлетел  одному    из негодяев на спину и  препротивно взвыл:
          - Йаууу!  Рваууу! Йаауууу!
          Паника стала  всеобщей. «Черные рыцари» кружили в воздухе, а смерть  была  невидима и неминуема. Мистрис  не  удивилась бы, если  узнала, что  часть погибших  скончалась от сердечного приступа.
            Не теряя  времени, Лиссэ шагнула к  костру, но  её  опередили. Ульв  оторвался  от  собратьев  и  прибыл  первым. Он и  вытащил  свою возлюбленную из клубов  дыма. Конечно,  она  получила  ожоги, хоть и незначительные,  и  надышалась дыма
            Ожоги дева  получила  незначительные, но  дыма наглоталась и  наверняка  обожгла  легкие. Дыхание  было  слабым, каждый  вздох  казался последним.  Мистрис в  лечении никогда  сильна не была, да и  простой  целитель  вряд и  сумел бы  помочь. Столько    трудов и  напрасно? Дейе тряхнула    кудрями и  положила  руки на лоб Ириалонны.  Вылечить она не может, но если добавит сил, девушка  продержится до Аст Ахэ.  Амулеты  были  вычерпаны до донышка, и  мистрис  потянула  из  себя.
          - Она  выживет, только везите  быстрее! Аст Ахэ… Владыка… – слова  дались с трудом. Перед глазами  плыли темные круги, губы  пересохли. Слишком  много отдала… 
            Лиссэ  покачнулась, но то  кто-то    подхватил  её  у самой  земли.
            - Со мной  все в порядке… Только  отлежаться,  меня в Аст Ахэ не надо… Оррик  поможет… Дома  стены… – она  даже  не поняла  вслух говорит  или  нет.  Краем    угасающего сознания  лишь  услышала  чей-то очень знакомый,  встревоженный голос.
            Потом все  кружилось, качалось,  и лишь  раздраженный голос  Повелителя воинов  мешал  окончательно потерять сознание.  Он упорно твердил про каких-то рыжих  кур, которые  очень похожи  на Мелькора.  А Лиссэ никак не могла  найти общее между  рыжими  курами и Черным Валой. Но потом  усилившаяся  качка  её  все же  убаюкала.

Ну, общего все же много ;D

Кто же это такой загадочный?
:D Какая прелесть :D

Ставлю на Гортхауэра! Кто ещё мог помочь Лиссэ?  ???

Спасибо, эреа Tany, эреа NNNika,  эреа Convollar!  :) Конечно, особенно, если одну  букву в слове заменить! ;D Есть там  один  вездесущий, но не всемогущий,  на него еще  куры  рыжие похожи. ;)Прибыл, конечно, майа он  и  помогал, он и ругал за неосторожность рыжую. :)

            Тело  ломило  нещадно,  глаза  упорно    не желали  открываться. Усилием  воли    разомкнув  веки, Лиссэ  увидела  знакомый потолок, который слегка  покачивался.  Когда  потолок  перестал  кружиться, она  перевела  взгляд на    темную  фигуру  у кровати.
            - И  давно ты  тут  восседаешь? – хмуро  спросила мистрис у  Гортхауэра.
            - Три дня!  - майа  встревоженно  склонился    над  ней. – Кажется, тебе  лучше.
            - Конечно, еще  полежу  немного и  буду  совсем  хорошенькой! – фыркнула  она. – Воды  дай, а то  пересохло в горле.
            Напоив  её  каким-то горьковатым  отваром, Гортхауэр      начал ворчать. Наверно, решил, что  немедленная  кончина  Лиссэ  не угрожает.
            - Зачем ты  туда  помчалась? Я чуть    с ума  не сошел, когда  услышал зов Старшего, думал -  не  успею. Как ты  могла?!  Одна!  Глупая женщина!
            - Ну, нельзя  же  было позволить так жестоко    убить девушку, -  закрывая глаза, проговорила дейе.
            - Девушку! Да, я бы и  сам эту девушку!..
            -  Ты бы так  все же  не поступил с ней, - приоткрыла  один  глаз  Лиссэ.
            - Я бы  её  выдрал. Она бы  потом месяц  сесть  не смогла – поделился своими  соображениями  майа. – Ну,  ты-то, зачем полезла? Ты  ведь с ней  не ладила!
            - Я со всеми лажу, даже  если  со мной не ладят, - возмутилась  дейе. – Глубокой  и    пылкой  любви        к ней у  меня, разумеется, не было. Но, знаешь, Гортхауэр, я решила, что    жизнь – штука нелегкая и  не стоит    никому позволять с  ней  расставаться    раньше  времени. Пусть  Ириалонна  еще  поживёт  немного и  помучается как-нибудь  особо  извращённо.
            - Вечные твои  шуточки! – Повелитель воинов  поднял  глаза  к потолку.  – Кстати,  зря Дейрела загрызли.    Я бы  его… - мужчина  крепко сжал  кулак.
            - Сжег?
            - Зачем?! Я бы  его повесил… вниз головой, - майа с  вызовом    посмотрел на неё. Лиссэ промолчала.
            - Вот так-то, рыжая, - усмехнулся он.  -  Мародерам  я  отрубаю руки, разбойников  вещаю,  насильников тоже  вешаю, но  иначе, а дезертиров  топлю в болоте.  Свое прозвище  я заслужил сполна.
            - И зачем  сия тирада?  Я тоже  не овечка белая. А дезертиры и насильники должна получать по заслугам. Лучше бы  чего-нибудь  кисленького попить дал.
            Гортхауэр как-то странно  посмотрел на мистрис  и налил ей  в  чашу  жидкого клюквенного киселя.


          Валяться  в  постели  оказалось  на удивление приятно. Честно говоря, Лиссэ        любила  немного поболеть, но подобное  редко  удавалась ввиду  отменного  здоровья.    Вот сейчас она  и наверстывала  упущенное.  Окружающие были  на  удивление  заботливы, даже Гортхауэр был  поразительно дружелюбен и больше  не  ворчал.
          Зато мистрис  мысленно  ругала  себя  самыми  последними словами. Придя в себя, она  сообразила, что означала  фразочка  майа  про рыжих  кур и Изначального.  Колдовать в этом  мире  следовало  с осторожностью, сила  то  не  подчинялась, то внезапно уходила  бурным  потоком, как в случае помощи Ириалонне. Если бы  не Гортхауэр, то её  пребывание в  этом  мире  пришло бы  к  концу, а она еще  столько  не  успела.  Лиссэ  выругалась: вляпалась  как  первокурсница.  И теперь, невзирая на  помощь  майа, силы  уходили  очень быстро.  Конечно, все  вернется, но  только    когда?
          - Лиссэ, тебя  Учитель хочет  видеть! -    радостно  сообщил Гортхауэр, вламываясь в комнату  без стука.
Дейе  скривилась:
            - Я тоже  рада, что    у него  еще  хотения  не пропали.
          Майа вздохнул, но сдержался.
            - И я  рад  твоей радости, но ехать придется, - он  хмуро  глянул на    неё. Лиссэ постаралась  изобразить  полное  изнеможение: ей совсем не хотелось выслушивать нотацию еще от Мелькора.  А говорить ему, что сам такой,  смысла не имело.
            - Я  не доеду, дорогой,  -      грустно прошептала  она. - Ты  меня  и похоронишь под  кустиком у дороги.
            - Доедешь!  Хватит  прикидываться и придуриваться!
            - Как ты любезен сегодня, просто уши  вянут!
            –  Все ради  тебя, рыжая, а ты  не  ценишь! – хмыкнул майа -  Я тебя    сам довезу. Доедешь.
            Она и вправду  доехала,  закутанная  в теплую  шубу    и в объятиях Повелителя воинов. Гортхауэру  мистрис  доверяла. Он мог быть  резок  и жесток, но  она  твердо знала – он    никогда не предаст.

Наконец-то Лиссэ и Гортхауэр поняли, что, в сущности, они одного поля ягоды! Продолжение очаровательно. Спасибо, эрэа Эйлин!

Спасибо, эреа Convollar ! :) Они  похожи, во многом. И оба  оценили друг друга по достоинству. :)

Лиссэ        любила  немного поболеть, но подобное  редко  удавалась - Как я ее понимаю! ;D

Валяться  в  постели  оказалось  на удивление приятно. Честно говоря, Лиссэ        любила  немного поболеть, но подобное  редко  удавалась ввиду  отменного  здоровья.    Вот сейчас она  и наверстывала  упущенное.

----  Обожаю таких женщин, хоть и ругаю для порядка! ;D (И обожаю их лечить ;D Все-таки из рода потомственных медиков...)

Вернувшись с эгейских берегов, прочитала все пропущенное с первых чисел июня. Эрэа Эйлин, спасибо вам огромное! Продолжение просто прекрасное, оторваться невозможно.
Что-й то скажет Тано этой рыжей...  ;D

Спасибо, эреа Tany, эрDrago63 эреа Tory! :D :D :D
Постараюсь побыстрее выложить продолжение! :)

  Насчет рыжих кур - ой, какая же прелесть :). А признание Черного майа, как он обычно поступает с насильниками, мне кое-что напомнило. Точнее, кое-кого. Еще одного талантливого военачальника с репутацией ужаса, летящего против ветра на крыльях ночи, который был твердо убежден : насильники иного не заслуживают.
  А как Гортхауэр перепугался за Лиссэ... Пусть он и прикрывает теперь перед ней пережитые страх и тревогу бравадой. И - да: ниточка, протянувшаяся между ними, стала еще крепче. "Он мог быть резок и жесток, но она твердо знала - он никогда не предаст..."
  Спасибо большое за продолжение, эрэа Эйлин! :)

Спасибо Вам за отзыв, эреа Красный Волк! :)
А с насильниками так  и надо, тот военачальник был очень даже  прав. Для Лиссэ её  мысли о Гортхауэре  - высокая оценка. Ей очень важно - не предаст!

        В Аст Ахэ Повелитель воинов доставил мистрис до порога её  комнат и  тут же смылся. Мелькора тоже нигде  не было  видно, зато  в  покоях все было готово  к прибытию  гостьи.  В гостиной  на столике  в изящной вазочке стояли  мелкие, белые  цветочки,  совсем  не свойственные этому времени года.  Рядом лежала  стопка  книг, а  в простенке между  окнами  появилась  новая  картина -  рыжая лисица стояла  на  заснеженной  опушке.  Как будто кто-то её  давешние мысли  в этой  комнате подслушал.  Лиссэ прошла  в спальню и  ахнула: на  кровати  лежало  платье – просто восхитительное.  Нежнейший шелк, изысканнейшая  вышивка  серебром и тот  простой  покрой, что так  всегда  нравился  мистрис.  Несмотря на  строгость и элегантность от наряда  так и  веяло теплом. Одна  лишь беда – платье  было  черным. Лиссэ прикусила  губу: черное она  не носила. Из  принципа. Но рука,  сама  потянулась потрогать  столь  дивный  наряд.
          - Мир тебе, Лиссэ! – у  двери  стоял  Владыка. Опять  бесшумно подкрался. Дейе    недовольно дернула  плечиком и пропела, склоняясь в поклоне:
          - Мир  и тебе, Мелькор.
          Дальнейшее    её  необычайно удивило. Изначальный    вдруг склонился  перед  ней  в нижайшем  поклоне.
          - Спасибо тебе! -  два  коротких  слова прозвучали  невероятно торжественно и  серьезно.
          - За что?! – поразилась женщина. – За то, что я  есть на земле?!
          - И за это тоже! – он поклонился еще раз. –  И за Ириалонну!
          - А, это! – пожала  плечами мистрис. – Право, не  стоит! Так сложилось. Смогла оказаться в нужном месте и  в нужное  время. А это, -  она  покосилась  на  платье, -  существенно-вещественное  воплощение  твоего спасибо?
        - Нет, - покачал  Мелькор    головой. -  Гортхауэр  сообщил, что очень торопился доставить тебя  сюда, и ты не взяла  свои платья… Мне не составило труда… А  в остальном… Ты можешь просить  все, что  захочешь. Я  твой должник!
        -  О, кошкин хвост! Эк оно  звучит  дико  торжественно! – подняла  дейе глаза  горе. –  А луну с  неба  снимешь? Или  пару  звезд средней  величины?
          - Ох, какая же ты  еще  девчонка! -  Вала  не рассмеялся, но  в глазах у него  заплясали  смешинки. 
          - На том  и стоим! Молодеем, дабы  не состарится! А если  я твою корону  попрошу, отдашь? –  хищно прищурилась  мистрис.
        -  Не попросишь, Лиссэ!  Зачем  она тебе? А то  вдруг  еще  и отдам, -  он  откровенно  развлекался.
          - Да и  впрямь, зачем  мне  такая    здоровая  дура, еще  головку натрет, - пожала  плечами  Лиссэ. – И что  же  мне тогда  просить, если    ничего и не надо?
          - А то, что надо попроси! Подумай!
          Дейе    задумалась. Знакомая еще  по  старой школе драконница  Книртихеинелиниассе когда-то  учила: «Если  дракон или Изначальный будет дары  предлагать,  сразу не  говори, что надо. Лучше    услугу  на потом  проси или  еще  что, но  когда  нужно будет!»
          - А можно  просто обещание,  выполнить одно мое  желание, но потом. Дурного  простить не буду! – она  затеребила выбившуюся из прически прядь.
          - Хорошо, - легко  согласился Владыка и торжественно произнес:  – Клянусь выполнить  любое  твое  желание!
          - Какой же  ты  все же  серьёзный! – восхитилась мистрис. – Аж страшно становится!  Ты  бы  и  сам      эту деву  спас. Кстати, как она? Надеюсь, пару  шрамов  на лице для  украшения ты  ей  оставил?
          - Кхм. Давай по порядку.  Спасти я Ириалонну не мог,  -      яркие глазищи  стали    серьезны и печальны. -  Нет  у меня таких сил. Выдрать  кусок  из Арты  невыносимо  и невозможно для меня.  Я только  боль    мог забрать и    убить мог…  Но ждал… Чего-то…  Только  боль  забрал…
          Он закашлялся, скрывая осевший  голос,  и  через  минуту  продолжил.
          -  С Ириалонной все хорошо. Скоро поправится. Шрамов  я  ей не оставил.  Не  украшают  они! Никого!
          - Ты  уверен, что  она  и так  запомнит?!
          - Запомнит!  А чем  она  виновна?! Тем, что  дурной  человек на пути  встретился? Тем, что я не смог  распознать и    уберечь?!
          - Конечно! И в том, что пара крокодилов подавилась  однажды  антилопой, ты  тоже  виноват! -  кивнула    дейе.  Стремление  взять на себя  вселенскую ответственность  её  всегда раздражало. –  Ириалонна виновата в  том, что  свой  путь отвергала. Целительница она, а  не воин. Судьба  такого не прощает.  А ты-то  в  чем повинен?  Был бы    близко и  сам  спас. Мне просто повезло, тем более, без тебя  бы  все равно не получилось. Если бы  она  мучилась, то  вряд ли бы  выжила. Не такая  уж  я сильная и умелая.
          - Главное, ты  бестолковая, -  неожиданно  накинулся на неё Владыка. – Сил ты отдала  больше, чем нужно. Себя  чуть до  капельки      не  выплеснула. Мне  только  тобой  отданное  распределить пришлось, ну  чуть подправить и добавить, чтоб  следов    не осталось. Теперь  Ириалонна    проживет долго, болезней не зная.
          - Рада за неё! – дейе  настороженно    посмотрела  на  внезапно  разозлившегося  Изначального.
          - А  вот я  не рад! Из-за тебя! Гортхауэру следовало  сразу же тебя сюда привезти!?! И что он рядом  с тобой  делал  столько времени  мне непонятно! А сам, не мог  силой поделиться?!    - Мелькор    сделал к ней шаг.
          Лиссэ на всякий  случай отступила  подальше от  невесть, почему  взбесившегося  Владыки. Покусает еще: лечись потом  от бешенства,  а оно  так тяжело    исцеляется.
          - Гортхауэр не  виноват! – решила она  восстановить справедливость. – Он хотел, но я  сказала, что у меня  несовместимость со  здешней силой. Индивидуальная. Почесуха  жуткая начинается.
          - Несовместимость?! Почесуха?! -  Изначальный поднял  бровь. –  Что за бред?! Вот  ведь девчонка. Изо  всего бы  шутовство устроить.
          - Ага, - покивала она  головкой. – Мой учитель  часто говорил: «Ты Анфиса,  любую трагедию в фарс  превратишь, а из драмы балаган  сделаешь!».
          - Сочувствую!
          - Спасибо, но  я  не огорчалась.
          - Не сомневаюсь. Сочувствую  не  тебе, а твоему  учителю. Привелось же    учить такое…Мудрый и терпеливый маг, видно!
        - Конечно, терпеливый, учитывая, что нас    тридцать девять в классе  было, -  дейе  не  удержалась от  приятных воспоминаний: – Я однажды  на    экзамене  по трансфигурации и  аннигиляции  стул  под  ним  испарила. Смеху-то  было  сначала.  Зато потом…  -    Лиссэ  горестно  вздохнула.
          - Наказал?
          - Да!  Овощи заставил        перебирать. Но    отлично все равно  поставил! -  похвалилась она. -  А ты  бы  что сделал?
          Мелькор  задумался: видно, примерял на себя  столь  непростую  ситуацию. Или        пытался понять -  что же такое    трансфигурация и  аннигиляция.
          -  Стула  подо  мной  не  испаряли, потому  - не знаю! – честно признался он. – Да  и не только  стула.  Моим  ученикам    подобные  идеи  в голову не приходят, почему–то…
          - Бедненький ты! -    посочувствовала  ему мистрис. – Стольких  радостей жизни оказался  лишен.
          -  Не уверен, что подобные шуточки  можно счесть радостью, - сухо отозвался  Изначальный и  приблизился  почти вплотную.
          - Зря! – фыркнула  она и поинтересовалась:  -  Ты зачем  меня так  упорно загоняешь в угол?
          - В угол ты  сама  себя загнала. Силы  твои  восстановить хочу! Здесь тебе  стоит  пользоваться своей магией очень осторожно, а ты не хочешь  никак это понять.
          Мелькор решительно положил руки  ей на  плечи.  Лиссэ  хотела  было возмутиться, но не успела. Вдруг стало холодно, потом    потеплело, глаза  заволокла  бархатная  тьма, звуки погасли, но было не  страшно, а  покойно. Мистрис показалось, что не  руки, а крылья надёжно укрыли  её от всех бед на свете. На миг  захотелось, чтобы  руки-крылья не отпускали её  вечно, но  всего лишь на миг. Потом  Лиссэ  опомнилась:  себя  терять  не следовало никогда,  а доверяться Мелькору  не следовало,  тем более. Он бы    не предал, не обманул, но  ему так легко отдать душу. Рядом  с ним можно забыть обо всем на свете, он заменит все и  станет  всем…  Только  он  ведь не  будет  вечно… Он не будет вечно рядом  с теми, для  кого стал целым миром, а    смогут  ли  они  без него? Как же  он этого не понимает?! Неужели  ему  все равно, что  с ними потом  будет? Или  он  просто не может иначе? Или  она  все  себе  придумала?  Вроде бы  предвидение  ей всегда  давалось  с трудом.
              - Что  с тобой?
              Какие  у него все же  тревожные  глаза!
              - Со  мной  хорошо! -  ослепительно улыбнулась мистрис. – Спасибо! Всю  усталость, как водой  смыло!

Вот! Это и ужасно. И с Эллери Ахе и с людьми в Аст-Ахэ. Вот потому Мелькору и не следовало так близко сходится ни с Эллери, ни с людьми. Вокруг него просто какое-то магическое поле создаётся, невероятной силы. Но он не может иначе и это губит тех, кто рядом.

  Да, эрэа Convollar, Вы правы. Какие же страшные это слова - и какие верные: "Он не будет вечно рядом с теми, для кого стал целым миром, а смогут ли они без него?.." В ЧКА Гортхауэр, судя по всему - не сможет. Здесь, благодаря Лиссэ и ее поддержке - думаю, все-таки сумеет пересилить эту боль, не даст ей сжечь себя дотла. Но как же и ему, и Лиссэ будет тяжело...
  А рыжая, как всегда, неподражаема. И оно не перестает искренне восхищать - ее умение шутить вот так, вливая своими шутками силу в других, когда у самой на душе скребутся злые кошки... А клятва, которую дал ей Мелькор, наверняка ведь немалую роль в сюжете дальше еще сыграет?
  Спасибо большое, эрэа Эйлин - и снова ждем продолжения! :)

Прравильно попросила! Муррр! :D ;D ;)

Спасибо, эреа Convollar, эреа Красный Волк,  эреа Tany! :) :D :)
Лиссэ довольно-таки  мудра и много  повидала, о многом  слышала  и  читала, она  в некоторых  ситуациях  разбирается гораздо лучше  изначального. Особенно, где  дело  касается  чувств. В этом и  его,  и их беда.  Но  опыта  нет никакого, все лишь на  собственных ошибках. с Эллери, вообще, получалось на редкость погано. Люди все-таки немного иные: кто-то  до  последних событий не дожил, другие смогли  уйти. Конечно, вот эта  связь с Изначальным  много боли  принесла.  И ведь все из  благих соображений... Все большей частью жили  исключительно  сердцем, а хорошо, когда  оно все  более-менее в гармонии пребывает - и  сердце, и разум. Печально получилось. :'(Но рыжая в такую ловушку не  влипнет. ;) Гортхауэр тут  совсем один не останется. :)Клятва обязательно  свою роль сыграет. вала  еще  пожалеет, что дал  её. ::)Оно  пишется, правится.  Завтра или  сегодня  к вечеру будет. :-\ :) Драконы  плохого не  посоветуют. :)

  -
:D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D :D
Анфиса  - просто фейерверк.
Ее Мелькору, Гортхауэру и компании какие-то сверх-сверх-высшие силы во спасение прислали ( и немножко, чтобы жизнь медом не казалась)

Вот только сильмариллов Лиссэ не хватало! ::) ::)

Спасибо, эреа  NNNika! :)Кто их знает высшие  силы?! может, прислали, а может и нет. Вообще-то, Оррик  посоветовал ей обратится к  старинному  способу и положится на  волю некоей  то ли  Хозяйки, то ли создательницы Путей.  ::) ;)Уж такое добро ей  не нужно совершенно. ;)

Прошу  меня извинить за задержку. Обещала-то вчера  выложить, но получилось   иначе. :-[



           В  этот раз мистрис не скоро  покинула  Аст Ахэ. Владыка беспокоился -  не вернется ли  её  слабость.  Лиссэ, правда, полагала, что Мелькору просто скучно и грустно, а она  нужна  в качестве собеседницы. Конечно,  можно было бы отговориться делами   и  удрать домой…  
          Она и  сама не заметила, как стала называть  Школу ирхи домом. Вот так и   врастаешь в  чужую землю, сама того не  замечая.
           Дейе   почесала нос и  задумалась,   почему это она так покорно согласилась  задержаться?  Во-первых, в дареных платьях хотелось покрасоваться.  Их оказалось несколько,  и одно было краше другого. Правда, то  первое она так и не надела,  но остальные были  попроще и     любимых Лиссэ ярких  цветов: красное, оранжевое, ярко-синее и зеленое.
            Во-вторых,  ей  очень хотелось помочь двум  влюбленным   обрести  счастье. Их  взаимное  чувство   уже  ни для кого не было  секретом, но смерть  брата  встала между ними     непреодолимой  преградой.  Заглянув  в глаза Ириалонна  поняла, что не стоило     отвергать свой    талант Целительницы. Теперь все  свое время  она делила  между  занятиями у Мастера  Целителя и  спасенной   когда-то девчушкой.  От Ульва   барышня старалась держаться  подальше, да и   сам он стремился   покинуть Твердыню,  и лишь   приказ  Владыки  удерживал  его    в   крепости. Видно было, что ничем   хорошим   сие не  кончиться.
           - А если ты  их обязуешь пожениться? – спросила   Лиссэ  как-то у Мелькора.
             - Как я могу?! Это  их  путь, их  выбор! Я не  имею  права! -  вскинулся он.
               Конечно, он  не мог и прав  не имел.  А вот   король   одной  страны, как помнила  мистрис  из  истории  своего мира, однажды  отдал  спасителю  отечества  в жену  девушку, отца  которой  оный  спаситель когда-то  прибил  на дуэли. Кстати, те  двое  тоже любили  друг  друга  и не могли  преступить через кровь.   Но волю короля  верные поданные  не отвергают -   пришлось  им пожениться. А судя по тому, что       парочка  обзавелась   десятью  детьми и  прожила    почти,  не  разлучаясь,   до глубокой  старости, они  все же   не дали  восторжествовать   прошлому.
           Дейе   решила   подумать, что же  можно сделать  для     Ульва и  его  любимой.  А пока  проводила   время в беседах с Изначальным и его чадушкой. Как ни странно эти  двое  столь  близких  друг другу  создания более  непринуждённо общались между  собой  в присутствии  третьего  лица.   Лиссэ эти   разговоры   тоже доставляли   удовольствие, И Мелькор, и Гортхауэр  знали очень  много и   оказались прекрасными рассказчиками.

          Еще  сбежать  из Аст Ахэ мешал  Оррик. Кот очень нежно любил  Владыку и   не слезал с его плеч, дейе догадывалась, что это  трепетное  чувство со стороны зверя отнюдь   не  бескорыстно. Изначальный  же всерьёз   беспокоился  о здоровье   кошака, но  отодрать   накрепко вцепившегося Оррика можно было только  вместе с  мясом.  Посему Вала  лишь вздыхал, что погубит  бедное  животное, и     кормил его  всякими  вкусностями.   Мистрис откровенно потешалась, наблюдая за столь  непростыми  отношениями.
           Гортхауэр тоже обратил  внимание  на поведение Оррика,  но  больше  всего его заинтересовало полезное  воздействие одного отдельно взятого  кота  на одного отдельно взятого  учителя.  Лиссэ   лишь хихикала   над    его удивлением.
            - Оррик такой! Кошки, они  все такие! Но  здесь обычная кошка  не  сможет помочь! Точнее, твой  Тано её   не подпустит.
            - Почему?- удивился майа.
            -  По кочану! Кошечка может жизни лишиться.
            - А Оррик?
            - Оррик волшебный, -  фыркала    мистрис. – Потому   и живет  столько.

            Мелькор тоже    интересовался  продолжительностью жизни кота.  Обычные кошки ведь столько не живут. И даже  Орриково  потомство  не приобрело  столь  необычных качеств, хотя  и  жили они  больше  обычных кошек.
            -  Котика ты  тоже от  чего-то спасала? Как Ириалонну? – спросил  её однажды  Владыка.
            Умный больно!
            - Спасала!  Не жалею! -  вскинула  Лиссэ  голову. – Он    у  меня  почти  бессмертным  получился. Но его  это  не  беспокоит. Ему  очень нравится жить долго  и    собственная  неуязвимость тоже  радует.
              - Понятно! Значит, как Ириалонну! – задумчиво протянул  Мелькор и  неожиданно  накинулся на бедную дейе, аки  коршун: - Нельзя из жизни силу  брать! Как ты  это не понимаешь! Нельзя!
            - Не кричи! Лучше бы на  себя  посмотри! Сам-то  откуда  черпаешь?! – ответно взвилась дейе. -  Из Эа ты  не можешь брать, из Арты не хочешь!  Ты со мной  чем  поделился? Силой бегемота? А?!
            - Я  - другое дело!  Для меня  подобное не страшно – и  силы  больше, и защищать себя не нужно.
            - Так тебя Арта защищает?! Или ты  мне  на  уши  сено вешаешь?
            - Нет, меня  люди защищают и Твердыня! Сюда  никто без моего  ведома не пройдёт! И  никто со злым  умыслом  не пройдет.  Аст Ахэ  не  пустит!
            - Берена с Лютиэнью Твердыня тоже не пропустила? Или  легенды  нагло врут?! Впрочем, для них это дело обычное, -  мистрис  прищурилась.
            - А так  как  думаешь?! – Изначальный резко прошелся по  комнате. – В  неприступную и хорошо охраняемую крепость приходят  двое: смертный и  дочь майа  и эльда. Потом  они  бредут  долгими  коридорами в поисках  тронного зала. Если ты  обратила  внимания, то  стрелок  с указаниями  здесь на  стенах нет. Так вот по  крепости, где  обитает  множество разного народа,  незамеченными бродят  двое. Уж о том, что дом Изначального часть  его, я  и  говорить не  хочу.
          -  То есть ты  их пропустил?! Зачем?!
          - Так не интересно, -  Вала  рассмеялся, но  как-то не по-доброму. – Ты  лучше дальше  слушай.  Итак, побродив, они все же находят  тронный зал, а в оном  зале  на  высоком  троне при  короне восседает  и  сам  хозяин. То ли  их ожидал, то ли  так  время  коротает. Видно, бедняге делать больше  нечего, как  место свое  караулить.
            Лиссэ  фыркнула, вспомнив, что Мелькора  на троне  при  всех  регалиях  видела  за  все  время  всего два  раза.  Обычно  неугомонный  Владыка  обитал в  мастерских, в лазарете, на  плацу или  в библиотеке. Мелькор не любил  быть один, лишь изредка он запирался от всех в  своей  мрачной  келье. А его корона    либо лежала  на троне, либо висела на его подлокотнике. Лиссэ подозревала, что  Берену  было  проще бы  незаметно стырить  корону, чем застать  на троне Владыку.
            - Смеешься, Лиссэ? И правильно делаешь. Я знал, что они придут,  и ждал  их, велев пропустить  короткой дорогой.
          - Хотел  подарить сильмарилл? – хмыкнула женщина, свёртываясь клубком в кресле. Рассказ обещал  быть долгим.
          - Ну  уж,  нет. Он был  им  совсем  не нужен! Хотел  поговорить! 
          -  Но она спела  свою  снотворную  песенку?
          - Песенку-то она  спела, только  меня бы  и  песенка Ирмо  вряд ли  усыпила. Как бы я  им  иначе  камень  отдал?  Чтобы они  решили, протяни  я  им любезно сильмарилл?
          - Мда, - нахмурила  лоб  Лиссэ. – Как минимум бы, в  ужасно черных  замыслах  заподозрили… А то и спятили, пытаясь  зловредные намерения  разгадать…
          -  То-то.  Пришлось изображать из  себя  невесть чего, - Мелькор  поморщился, потирая  плечо. – Хорошо, хоть Гортхауэр потом  помог  подняться.
            - Зачем такие  страданья? Дал бы  им по шее! Ты же    их вначале  одаривать не собирался?
          - Я передумал! -  Изначальный  поднес руки к  вискам. – Говорить с  ними было не о  чем.  Его бы  я  убедил без неё. Она… Она    твердо знала, что я  Зло.
            Вала опустил  голову и  прошептал:
            - Как она была  похожа… На одну  из тех… Тогда  двое тоже  любили… Но  им не досталось  счастья… Из-за  меня… Не уберег!
            В ярких глазах  блеснула  молния.
            -  Берен  был горд, он бы никогда  не  взял  в жену  любимую, не  исполнив    условия Тингола.  Он бы погиб,  тщетно  пытаясь добиться камня.  А сильмариллу была  судьба    покинуть эти  стены. Не Берен, так  другой  Избранник… Какая  разница – раньше или позже?
            - Тогда зачем ты послал  Кахархота, или он  тебя не понял?
            - Ну, конечно! Натасканный  на    добычу  камней  волк, заглатывающий их вместе  с  руками  подобно  удаву! Разумеется, он ни  в грош  меня  не  ставил! А я забыл  ему объяснить! И вообще, Лиссэ, у  меня  все делают все, что захотят, а  я лишь сижу  и вздыхаю!
          - Мелькор, ты  сегодня в  ударе! Но    могу  я  все-таки  утолить свое любопытство? Или  тебе слишком противно рассказывать?
          - Извини, ты    не виновата. Мне  просто и  смешно, и обидно, - уже другим тоном сказал Вала. -  Кахархота  послал  я.  Произошедшее  - моя  ошибка. Я  слишком  огорчился. Мне  показалось тогда, что все  напрасно.  Люди, они такие  необычные. Они  совсем другие, чем  мы, чем  эльдар… Они  могут очень  много! Очень много! Поверь, Лиссэ, я  столько не могу.  Но наряду с редкой  самоотверженностью в них  уживается и    подлость, и алчность… Они  подчас так  много  хотят и  так  редко  умеют остановиться. Но они люди, и  им  принадлежит этот мир.  Они  смогут сберечь  его для  себя!  В тот миг  мне показалось, что я  ошибся – ничего  не  изменить. Даже они  не  смогут, все  вернется  на  круги Замысла.  Эру  прав! Было так  горько…
            Склонив голову к плечу,  дейе  с  недоумением  спросила:
            - С  чего это ты  впал  в  такую печаль? Или  в твою голову проникли  особо крупные тараканы?
            - Тараканы? -  удивился Мелькор, но  расспрашивать о зловредных насекомых не стал. – Я приказал  металлу,  отпустить сильмарилл. Камень легко  выпал из  гнезда. Но его оказалось мало… Слишком  легко достался  первый, -  смешок  был  горше  полыни. -  А ведь руку жгло…. Лучше бы  всю  корону схватил. Но  нет. То ли  не понял, то ли  слишком  честный -  металл-то мой. Вот  они  - Люди!
            Он прикрыл  рукой  глаза.
            - А что ты хотел?! – удивилась  мистрис, которая ничего  странного в  этой  истории не увидела. Типичная  ситуация -  бери, пока идёт в руки.
            - Со стороны кресла  Изначального  донесся лишь вздох. Лишь через  несколько минут он продолжил  свой  рассказ.
            - Почему-то я решил, что камень возьмет Лютиэнь. Она бы  его донесла, а Берен… Он смертный, и он  убивал. Ты  видела  мои  руки, а  я  - Изначальный…  Он бы  не  дошел  до Дориата, сильмарилл  убивал его.  Когда  я это  увидел, даже  Эстэ  не спасла бы  его руку…
            - А почему волк  стал нападать на  обитателей Дориата?
            -  А он  не стал, он  вернулся в Твердыню и прожил свой  волчий  век. Он же  не  тигр-людоед из  южных  краев, а  Перворожденные  не  полуголые  дикари, вооружённые лишь деревянными  копьями, - Мелькор  потер  лоб. –  Отчего умер  Берен,  я не знаю. Скорее всего, камень оставил  свой  след. Зачем он  понадобился Тинголу? Не знаю!
              - Да послал  он его далеко и надолго! – с досадой  бросила  Лиссэ. -  А уж потом  от  такого счастья  в зобу дыханье  сперло!  На свою голову огреб кучу  всякого…
            - Если бы он его Мелиан отдал, ничего бы не случилось. Но он  пожелал  носить его  сам. Странно! А сказка  красивая  получилась! Правда была бы  не так романтична!
            Вала опять задумался, дейе тихо радуясь, что так  удачно перевала  разговор, решила потихонечку  смыться, но  не  преуспела.
            - Лиссэ, хватит  мне голову  морочить!  Ты не должна  тянуть из себя  силы! И  творить свое  колдовство можешь только при  мне или  Гортхауэре!  Иначе  …
            - Прилетит корова и  укусит?
            - Если  и прилетит, то орел! -  Мелькор не  поддержал  шутку. – И  не  укусит, а  утащит на  расправу.  Твоя  волшба  слишком  необычна,    её  могут    почуять  и    увидеть тебя.
            -  Ты  думаешь, до сих пор не заметили? -  мистрис  была  настроена скептически. – А рядом  с тобой меня  не  увидят!
            - Не  увидят и не поймут. Мне же  положено  недозволенное  и  чуждое    творить! Исчадие Тьмы!
            Щеки  мистрис  заалели от стыда и  понимания. Спорить уже  расхотелось. Своим  колдовством  она причиняет зло своему  радушному  хозяину. И если  в Валиноре и  впрямь  увидели  её пляску  скелетов или  призыв  Серого Нечто, то лишь убедились в  окончательной испорченности  своего  собрата.  Хотя… Они  давно уже  в этом  убеждены. Если бы  можно было  их всех  уговорить выслушать друг друга и  попытаться понять… Мечты! А Мелькор    в  своем  неподражаемом  стиле:  побеспокоился о душевном  равновесии  своих «гостей», а о том, что камень  смертному нести опасно  не подумал. Чудак! В хорошие бы  его  руки… Опять мечты!..

Ну, да! Мелькор, как ни странно, не пользовался даром предвиденья. Непонятно почему. Он был такой многопрофильный Вала, у него должны были быть и были ведь все дары феантури. У него была часть в дарах всех валар. А он вёл себя как-то сиюминутно.
Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!

Какие высокие отношения у Оррика с Мелькором! ;D ;D ;D

Спасибо, эреа Convollar , эреа Tany! :)   Да, почему-то крайне редко, ведь  и  сам говорил, что Видящий! :-\  Такое  впечатление : то ли недосуг, то ли    тяготился своей  сущностью и  способностями. ::) :-\ С Орриком  такие только и  могут быть. Умеет  себя поставить, а  остальных  построить! 8)  Вот ему  бы  больше  подошла  корона! ;D

Мечта - увидеть Оррика в короне с сильмариллами перед троном Тингола. А что? Он рпинёс бы больше камней, так, что отдавай дочку, король! ;D ;D ;D ;D

Оррик  произвел бы впечатление, только зачем ему дочка Тингола? ::)  ;D

Ну, когда помурчать, а когда и царапнуть- уж как получится!

  Рыжая - умница, а Оррик - неподражаем :D. Ну, а размышления Лиссэ о Мелькоре: "В хорошие бы его руки... Опять мечты!.." - до чего жаль, что это и правда несбыточно...
  Спасибо большое, эрэа Эйлин - и очень ждем продолжения! :)

Спасибо, эреа Красный Волк! :) Мелькора в  хорошие  руки не  получается. Жаль... :(
Оррик - это Оррик! :)Еще  петь могли бы  дуэтом. ::)[spoiler]Вчера, когда  красила  окна, стала  даже  продумывать возможное  развитие  событий при таком  раскладе. ::) ;D В любом  случае получилось бы  горзадо лучше.[/spoiler]

Окончание главы:

          Через несколько дней Мелькор вдруг  снова спросил её о коте:
            - Оррик и  вправду бессмертен?
            Кот, висевший наподобие воротника  на шее Изначального,  приоткрыл  глаз и ехидно  ухмыльнулся, а  мистрис, погрозив ему пальцем ответила:
          - Если очень постараться, то  на некоторое время можно! Тут еще  мэтр Клемент  постарался.  А мэтр в таких вещах специалист. Так, что котик от  лечения твоих  хворей, аки дым не  расточится.
          - Ты скучаешь  по своему мэтру, - скорее  утвердительно, чем  вопросительно отметил  Вала, отводя  с лица длинную седую  прядь. Теперь он уже не боялся, что  Лиссэ  испугает  его лицо. Да, она  как-то уже  и  не обращала  внимания на  эти жуткие  шрамы. Тем более, что благодаря  Оррику они  выглядели гораздо лучше.
          - Скучаю! – кивнула  она. – Но руки ломать не буду. Когда-нибудь я  смогу туда  вернуться.
          - Понимаю, -    грустно отозвался Мелькор.
          - А жаль, в Валинор мне не попасть!– вдруг  посетовала  дейе.
          Вала аж подскочил на месте:
          - Спаси тебя Эа от  такого! Тебе же туда  нельзя!
          - Почему это?!
          - Потому! – отрезал  Изначальный. – Ты из Аст Ахэ,  ты  из другого  мира, ты  видела  звезды! Что еще  добавить?!
          Он нервно прошёлся  по комнате, хромая больше обычного.
          - Я же  не буду    сообщать о  мирах, звездах  и  наших  хороших отношениях! – лукаво улыбнулась  мистрис.
          - Не будешь?! – Мелькор  прищурился. – Не будешь?! Да, кто  тебя  спрашивать там  будет?!  Манвэ  читает  мысли,  легче, чем  дышит. Варда тоже. Остальные…  Намо и Ниенна      не  выдадут,  Ирмо  может и промолчать…
          - А я  слышала, что у вас  без согласия  нельзя?
          -  Нельзя?! Если не согласна, то есть что  скрывать, девочка!
          - А ты  читаешь мысли?  - Лиссэ  заинтересовано  посмотрела  на  него.
          -  Могу, но      предпочитаю не делать, -  недовольно пробурчал Владыка. – У Манвэ    лучше получается. А любую преграду он  пробьёт, почувствует и пробьет, -  он, словно предугадал  её следующий вопрос.
          - Зачем  пробивать?! – пожала  она  плечами. – Я  и сама все открою. Пусть  читает на здоровье. Попробуй, почитай  меня.
          - Нет!
          - Что ты  так дергаешься?! Я же  не    за  хвост  меня подвесить призываю! -  возмутилась мистрис. – Жалко, что ли?! Ну, пожалуйста! Что ты  такой  вредный?!
          -  Хорошо, - устало  произнес Мелькор.
          Читал  он  осторожно и бережно, словно мягкой  пуховкой касался её  мыслей. Лиссэ  усмехнулась  про себя      неожиданному сравнению.  Закончив,  Вала  прикрыл  глаза рукой.
          - О  чем только ты не думаешь! Но  скрыть ничего  не сможешь! -  таков был  вердикт.
          - Еще раз попробуй! А то я  и не скрывала, -    фыркнула  дейе.
          Опять  осторожное прикосновение. Недоумение  Изначального  она так и  почувствовала.
          - Не  осторожничай! От меня  не  убудет!
        Теперь его нажим был  грубее. Изучал  её мысли  Мелькор  долго.
          - Не понимаю! – растерянно проговорил  он. – Совсем другие мысли,  и ты  совсем другая. Я бы  сказал  неумная, взбалмошная дева. Родилась  и  прожила  всю  жизнь среди  нолдор здесь  на Арте.  Не понимаю…
          - Я могу  задать  нужное  направление своим  мыслям, - пояснила  дейе. – Потом      верхний и  средний слой  будет  идти  как  нужно  мне, а  до    нижнего  никто и не подумает  добраться, тем более, там  эффект зеркала будет мешать.    Отличить мои  мысли от  отражения чужих  будет сложно.
          Она  помолчала, глядя  на  все еще  растерянного Владыку.
          - Я  не  умею  такое  объяснять.  Я не  умею такое делать. Много наших магов тут  постаралось, - женщина  поморщилась, как от лимона. -  Я же  одно  время  выполняла  особые поручения.  В некоторых  мирах  опасные  и чуждые артефакты  искала.  А кому  нужна  лазутчица, чьи  мысли  любой  прочтет?! Правильно, никому. Вот я    и обзавелась столь  полезным приобретением.
          Мелькор  сжал  виски руками.
          - Понятно, - пробормотал  он.  И тут же    резко потребовал: – Дай мне  клятву, что  ты  никогда  не  отправишься  в Валинор. Никогда. Все равно, туда тебе  нельзя!!
          - Да, я просто так сказала  про Валинор!  - Лиссэ всегда  считала, что  клятвами разбрасываться  не стоит. -  А что туда  можно  попасть?! Как?!
          - Никак! – отрезал  Изначальный. – Все равно  клянись!  Мне будет спокойнее.
          Мистрис  фыркнула:
          - Мелькор, нельзя  же    быть таким  эгоистом. Мне-то    спокойнее не будет.
          - Я жду!  - глазищи так  и  сверкнули
          Вздохнув,  дейе  подняла  правую руку и торжественно  возгласила:
          - Клянусь! Я никогда  не отправлюсь в Валинор!
          И тут же  ядовито  поинтересовалась:
            - Полегчало?!
            - Да!
            Когда Мелькор ушел, мистрис  ухмыльнулась. Даже  самый  отстающий  адепт знает, что надо сделать, чтобы  клятва  оказалась недействительной: всего лишь незаметно сложить пальцы левой  руки в один  хорошо  известный  всем  разумным существам всех  миров жест  – и дело в  шляпе. То есть – никакая  клятва  не  обременяет  вашу душу.  Обычно  маги требуют, чтобы  при принесении  клятвы руки были  на  виду, так  сказать, во  избежание.
          Но что  поделаешь, если    она  попала  в такой  отсталый  в  некотором  отношении  мир! То есть  делать как раз  ничего  и не надо – следует  наслаждаться  открывающимися возможностями. Лиссэ  показала    язык  своему отражению в зеркале.

Ну, Великий Вала! Как его Лиссэ вокруг трёх пальцев обвела! Что за прелесть, эта Лиссэ!

8) 8) 8) 8) 8) 8) 8) 8)
Здорово! Лиссе еще и разведчица. А мы когда нибудь узнаем о ее прошлых приключениях? ::) ::)

Спасибо, эреа  Convollar , эреа  NNNika! :) Вала  привык, что  к нему  или с почтением, или  со страхом. А потом Вала никогда  студентом  не был, а Лиссэ была. ::) :)Пока не знаю. :-\ Лиссэ у меня героиня очень давнишняя. Её приключения я  просто придумывала для  собственного  удовольствия, но никогда  не записывала.

Наивные все же эти Изначальные! ;D Любой учитель знает: лучший способ добиться чего-нибудь от ученика - запретить ему это делать ;)

Спасибо, эреа Tany ! :)их  почтение  и уважение  слишком  расслабило и  испортило. Мелькор, вообще-то, понимает, что запрещать опасно, но он  слишком  обеспокоился. К тому же   ради  закрепления запрета   взял  клятву. А вот тут и  не   доглядел. Хотя давно был    случай, когда  клятву ему дали, а потом в сторонку  отложили.  Но  за  многие  века  он  то ли  подзабыл, то ли  принял за исключение  из правил.  почтительный ученик  его тоже  несколько  избаловал    своим послушанием. Да и деваться  некуда, одна надежда, что клятва  любопытную  рыжую остановит.

Для продолжения  открываю  новую  тему.http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=17599.new#new (http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=17599.new#new)