Печать страницы - C берегов Невы...

Дамы, сиречь, Музы... :-* :-* Вы отменно вдохновляете! ;)

Продолжение:
-------------------

Палуба фрегата. Два испанца-вахтенных переговариваются.

1-й испанец (молодой, веселый): - Эх, молодец наш дон Диего! Как ловко все проделал! И выкуп-то какой хороший - целых четыре сундука серебра!

2-й испанец (пожилой, хмурый): - Чему радуешься? Он же львиную долю себе заберет...

1-й: - Ну, и нам перепадет хоть немного... А главное - утром баб пришлют! Говорят, англичанки в этом деле - ох!

2-й: - У молодых щенков только одно на уме!

1-й: - А стариков хлебом не корми, дай на молодых поворчать! Сами-то могут теперь только банник в ствол пушки загонять, вот и злобятся...

2-й: - Да я тебе самому сейчас так загоню...

1-й (с притворным испугом): - Ой, боюсь! Отойди, противный!!!

2-й (уже готовый врезать 1-му, вдруг замечает что-то): - Гляди, шлюпка по правому борту!

1-й: - Точно! Шлюпка! - (хватает подзорную трубу, всматривается): - С бабами!!!

2-й (сплюнув): - Велели же прислать утром, а они ночью поплыли! Тьфу, бесстыдницы! Невтерпеж, что ли?!

1-й (благодушно ухмыляясь): - Ну, так не зря говорили: англичанки в этом деле не промах! Молодец, наш дон Диего!

2-й (ворчливо): - Хорош молодец! Спит, откинув конечности...

1-й (снисходительно): - Ну, умаялся... Губернаторша-то, губернаторша - ох! Фрегат аж ходуном ходил...

2-й (сплюнув с омерзением): - Тьфу, срамотища!!!

1-й (со смехом): - Да ладно, не ворчи! Вот, послушай лучше, что я сочинил!

2-й (подозрительно): - И что же?

1-й (гордо): Наш-то дон любит стихами говорить, а чем мы, простые матросы, хуже? Итак - (начинает гордо декламировать, время от времени поглядывая в подзорную трубу):

Шлюпка по морю идет,
Как лебедушка, плывет.
Два десятка женщин там.
Размалеванные - срам!
А болтали, будто здесь
Скромность ценится, и честь...
Утром ждали, нынче - ночь...
Эк как стало им невмочь!
Раньше времени спешат!

2-й (сплюнув с омерзением): - Ну, так что? Будить ребят?

1-й (махнув рукой):

А, не стоит! Лишний труд!
Мимо, чай, не проплывут!
Ох, и в теле! Например,
На носу - шестой размер!!!
Или, может быть, восьмой...
ЗдоровА же - Боже мой!
А за ней - такой цветок!
Будет сорван точно в срок.
Дон Диего - молодец!
Жаль, умаялся храбрец,
Мертвым сном в каюте спит...

2-й (сплюнув с омерзением, подхватывает):

Та мегера сторожит,
Никуда чтоб не сбежал!

1-й (одобрительно кивая):

Да, не зря наш дон дрожал...
Ходуном ходил фрегат!
Губернатор - просто гад,
Морил голодом жену!
Чтоб пойти ему ко дну...

2-й (сокрушенно):

В результате - дон ослаб...

1-й (радостно):

Девки, эй! Ловите трап!
Залезайте... Мы сейчас!

Убегают. Слышится сдавленный хрип, и тотчас - яростный вопль Волверстона:

-Ах ты, сволочь, ... лицо нетрадиционной сексуальной ориентации!!! Ты мне накладную грудь сорвал!!!

Cпасибо! :)

Продолжение
------------------

Капитанская каюта на испанском фрегате. Дон Диего - в одном сапоге и разодранной одежде - спит на чудом уцелевшей койке, нервно вздрагивая и постанывая. Потом вдруг рывком садится, ошалело водя глазами по сторонам.

Дон Диего (с ужасом): - Что, опять?! Ой! Боже милостивый! Смоталась, наконец! - (торопливо крестится). - Это же просто... - (спохватившись, начинает говорить стихами).

Так, довольно! Бабу - прочь!
Долго будет эта ночь
Приходить в кошмарных снах...
Не опишешь в двух словах,
Что творила здесь она -
Губернатора жена!
Под конвоем - к мужу в дом!
Правда, верится с трудом,
Что вот так она уйдет...
Значит - за борт! Доплывет!

Входит Блад, одетый в лучший костью испанца и в его же парике.

Дон Диего (ошеломленно):

Что за чудо?! Мой костюм!
Знать, зашел за разум ум...
Черный шелк, златая нить...
О, Мадонна, как мне быть?!
Грешен, каюсь! Грешен я!!!
Жил, как грязная свинья...
Боже! Разум возврати!!!
Не собьюсь я впредь с пути...

Блад (укоризненно): - Ай-яй-яй, почтенный дон! Что же вы натворили? Форт разрушили, наставили рога губернатору... Ну-ка, дайте руку! О, пульс частит...

Дон Диего (от изумления переходит на прозу): - Кто вы, сеньор?! Что вы делаете на моем корабле?!

Блад (снисходительно): - Ошибаетесь, это мой корабль.

Дон Диего (подвигав челюстью взад - вперед): - Что?! Ваш?! Но... Но ведь этот корабль - "Синко Льягас"?!

Блад: - Да, это "Синко Льягас". Во всяком случае, пока я не подберу ему более подходящее название... - (запнувшись): - Впрочем, это к делу не относится.

Дон Диего (сердито): - Но, если это - "Синко Льягас", как же он может быть вашим кораблем?!

Блад (пожав плечами): - А вот может, и все! Это мой корабль. Моя каюта. Мой костюм. Мой парик. Даже эта койка, которую вы чуть не разломали на пару с губернаторшей - тоже моя!

Дон Диего (с совершенно обалдевшим видом): - Может, вы скажете, что и дон Диего де Эспиноса - и - Вальдес - это тоже вы?!

Блад (решительно): - Ну, уж нет! На фига мне быть бездарным лузером?

Дон Диего (яростно): - Да объяснитесь же, наконец!!!

Блад (учтиво): - Я слышал, вы любите изъясняться стихами? Извольте, объяснюсь!

Я ребят своих собрал,
Лица им размалевал,
В бабьи тряпки нарядил -
И фрегат ваш захватил!
Заперт в трюме экипаж,
"Синко Льягас" нынче - наш!
Выкуп, что вам привезли,
Тоже наш! Я до земли
Вам готов отдать поклон.
Так-то, благородный дон!

Дон Диего (схватившись за голову):

Несмываемый позор!!!
Срамотища и разор!
С бабой ночку я провел -
Прозевал корабль... орел!!!
Боже! Братец-адмирал...
Лучше б на тот свет попал!!!

Блад (успокаивающе): - Не торопитесь, туда всегда успеете.

Входит хохочущий Волверстон.

-А, это и есть тот стихоплет? Слышь, Питер, я тоже хочу попробовать - вдруг получится! - (начинает декламировать):

Питер, что сейчас скажу -
Ну, тебе я доложу,
И штурвал, и якорь в рот!!!
Слушай: этот обормот
С губернаторшей всю ночь...
Ах, греховная-то дочь!
Мне испанцы говорят -
Не видал еще фрегат
Никогда такую страсть!
Оторвалась баба всласть.
Что тут было - боже мой!!!

Дон Диего (яростно): - Сей же час ее - домой!!!

Блад (укоризненно покачав головой):

Сударь! Я скажу, как есть:
У нее вы сперли честь!
Ах, что скажет бедный Стид!
Это ж просто срам и стыд,
Да на старости-то лет!
Впору вынуть пистолет,
Оскорбителя убить,
Честь свою восстановить...

Дон Диего (умоляюще):

Я клянусь, сеньоры, вам:
Никогда подобных дам
Не встречал. И не хочу!!!
Лучше в руки к палачу...
А вцепилась - Боже мой!!!
Лучше по миру с сумой...
На нее и не глядел,
Арабеллу я хотел!

Волвертсон (задумчиво):

Ни хрена себе сюрприз!
Вот какой, выходит, приз
Он хотел заполучить...
Питер, может, замочить
Нам его - и все дела?
Девка ж добрая была...

Блад (решительно): - Мы не варвары. Но и просто так отпустить его не можем. Он должен расплатиться за то, что творили испанцы в городе. Кроме того, нам нужен штурман: ведь неизвестно, когда Питт оклемается! - (обращается к пленному):

Дон Диего, выбор ваш:
Или вас на абордаж
Губернаторша возьмет,
Иль домой она уйдет,
Пощажу вас, так и быть!
Но за это послужить
Вам придется. И тогда
Все забудем навсегда,
В том числе - и ваш набег.

Дон Диего, вскочив, бросается на шею Бладу с воплем:

Благородный человек!!!
Мой спаситель! Жизнь свою
Я отныне отдаю
В ваши руки, мой герой!
С вами я готов и в бой,
Или даже прямо в ад!!!
Как зовут вас?

Блад (учтиво): - Питер Блад!

Эры и эрэа, спасибо! :D

Продолжение:
-------------------

Дом губернатора. Повеселевший и помолодевший Стид за столом в обществе бутылки рома. Внезапно входит губернаторша.

Стид (с ужасом): - Боже! Свет в глазах поблек!

Губернаторша (с ехидной горечью):

-Здравствуй, милый муженек!
Это я, твоя жена!
Чашу, правда, не до дна
Мне пришлось - увы! - испить...
Ладно, плюнуть и забыть!
Город все же я спасла,
Вот такие-то дела!

Стид (с трудом ворочая языком): - Ты... надолго, или как? Что, к тебе он охладел?..

Губернаторша (возмущенно-брезгливо):

-Я гляжу, ты обалдел!
Ладно, что с тебя возьмешь!
Толку, скажем, ни на грош...
Знай: захвачен тот фрегат,
Капитан теперь там - Блад!
Доктор-то умен весьма...

Стид (хватаясь за голову):

-Боже! Я сойду с ума!
Мне пошли, Создатель, сил!
Как понять: "Он захватил"?!
Кто позволил?! Чей приказ?!
Я пошлю туда сейчас...
Тьфу! И некого послать!
Все сбежали... Так-то, мать!

Губернаторша (с надеждой): - Может быть, меня пошлешь?!

Стид (яростно):

-Ах! Вонзаешь в сердце нож!
Хватит! Чаша мне до дна
Осушенной не нужна!

Губернаторша (обиженно-упрямо): - Это не моя вина!

Стид (махнув рукой):

-Да никто и не винит!
Но какой же это стыд!
Людям как в глаза смотреть?!

Губернаторша (убежденно):

-Объясни, что уцелеть
Город лишь такой ценой
Мог... Иначе ни одной
Целой не было б стены...
Мол, не будь моей жены -
Той, что жертву принесла,
Все спалили б здесь дотла!
Вот увидишь: все поймут...

Стид (с горечью):

-Черта с два! Мартышкин труд!
Сплетни мерзкие пойдут,
До инфаркта доведут...
Как позор бы этот скрыть?!

Губернаторша (озаренно):

-Значит, надо им уплыть!
Пусть плывут хоть черт в пасть!!!

Стид (подхватывая):

-Лучше б им совсем пропасть!
Но... - (спохватывается) - ведь выкуп уплывет!
До монарха коль дойдет -
Долго буду я кряхтеть...

Губернаторша (пожав плечами):

-Что ж, придется потерпеть!
К черту эти сундуки,
Горевать нам не с руки.

Стид (растерянно):

-Ну, а как прогнать фрегат?!
Что придумать, чтобы Блад
Якорь поскорей поднял?!

Губернаторша (с иезуитской улыбкой):

-Ты б к ним Бишопа послал...

Стид (хватаясь за голову, ликующе):

-Гениально! Вот так вот!!!
Раб хозяина убьет -
По законам короля,
Это ж верная петля!
Им придется убежать...
-(растроганно): - Ну и умница ты, мать!!!
Прямо бы тебя обнял...

Губернаторша (плотоядно облизнувшись):

-Ну, и что столбом ты встал?!
Обещанье коль дано -
Значит, дело решено!

Хватает отбивающегося мужа в охапку и выносит за дверь.

Стид (тоскливо): - Чтоб мой язык отсох...

Вот, если честно - про мадам Грицацуеву даже не вспоминал... ;D

Продолжение:
-------------------

Плантация Бишопа. Арабелла возбужденно ходит взад-вперед, Мэри Трейл пытается ее утешать.

Арабелла (сердито): - Ну, сколько можно возиться?! Никакое дело нельзя доверить этим мужикам!

Мэри Трейл (примиряюще): - Ну, успокойся, Ари! Не так-то просто - захватить корабль! А вдруг испанцы не спали?!

Арабелла (без всякого перехода, впадая в отчаяние): - Тогда все пропало!!! Их поубивают!!!

Мэри Трейл (примиряюще): - Ну, зачем сразу думать о самом плохом...

Арабелла (с чисто женской логикой): - Тебе легко говорить!

Мэри Трейл (обиженно): - Да, конечно, мне очень легко! Можно подумать, это тебя чуть не изнасиловали! - (вздрагивает): - Как вспомню... бр-р-р!

Арабелла (спохватившись): - Прости, дорогая! Я сама не своя, не соображаю, что говорю...

Мэри Трейл (благодушно): - Ладно, Ари, проехали! Слава богу, что этот доктор появился вовремя! Ах, какой мужчина! В него можно влюбиться...

Арабелла (напряженным голосом): - Да ну! Что ты в нем только нашла?!

Мэри Трейл (улыбаясь, не заметив перемены в подруге): - Ей-Богу! Какой храбрый, благородный человек! Вступился за девушку, рискуя жизнью! Ведь его, в самом деле, могли убить... - (вздрагивает): - Я даже стихи сложила... вот, послушай: - (Начинает декламировать)

-Никогда мне не забыть
Ужас в эту ночь!
От испанца во всю прыть
Убегала прочь

На исходе моих сил
Появился ОН!
Славный рыцарь защитил,
Враг был побежден!

Арабелла (подхватывает, голосом простуженной каракатицы):

-Все стихами говорят!
Что за ерунда?!
Вот бы вылечил нас Блад... - (вздрагивает, глядя куда-то вдаль):
Что там за беда?!

Вбегает разъяренный Бишоп - насквозь мокрый. За ним несутся корреспонденты.

1-й корреспондент: - Полковник, умоляю, хоть пару слов для "Барбадосского плантатора"!
2-й корреспондент: - Сэр, не тратьте свое драгоценное внимание на этот жалкий бульварный листок! Дайте лучше интервью "Вестнику Вест-Индии"!

Бишоп (голосом быка, которому прищемили самую чувствительную часть тела): - Я его убью!!!

Мэри Трейл (дрожа всем телом, но решительно): - Сэр, вначале вам придется убить меня!

Арабелла (дрожа всем телом, но решительно): - И меня тоже!

Бишоп (готовый взорваться): - Опять чертово бабье лезет не в свое дело!!!

Мэри Трейл (дрожа, но негодующе): - Полковник, вы - хам!!!

Арабелла (дрожа, но твердо): - Дядя, я еще раз говорю: ты не имеешь права единолично распоряжаться нашим общим имуществом! Его 50% принадлежат мне!!! - (вздохнув): - прости, Господи...

Корреспонденты (хором): - Так и запишем! Скандал в одном из лучших семейств Барбадоса! - (лихорадочно строчат что-то в своих блокнотах).

Бишоп (каким-то чудом еще не взорвавшись): - У, щелкоперы, бумагомараки проклятые!!! В муку бы вас растереть, да к черту в подкладку!!!

Корреспонденты (радостным хором): - А, еще и покушение на свободу слова, зажим прессы! Так и запишем! - (продолжают строчить в блокнотах).

Бишоп (перенеся гнев на племянницу): - Ты что, растеряла где-то последние мозги?! Как это - его 50% твои??! Что за бред!!!

Арабелла (вспыхнув, но уверенно): - Я - твоя компаньонка, мне принадлежит 50% имущества, движимого и недвижимого, значит, и его половина - моя!

Бишоп (с видом человека, пытающегося пробудиться от кошмарного сна): - Ты точно рехнулась!!! А что скажет по этому поводу губернаторша?! Не боишься, что она тебе все волосы повыдирает?!

Мэри Трейл (негодующе): - Пусть попробует тронуть Ари хоть пальцем! Я этой мымре сама все волосы выдеру! Наш бедный губернатор мне только спасибо скажет!

Бишоп (голосом быка, которого лишают естества без наркоза): - Убью-ю-ю его-о-оо!!!

Арабелла (вспыхнув): - Сказала - не убьешь! Его половина - моя!!!

Корреспонденты (восхищенно): - Какие страсти!!! Шекспир со своим Отелло отдыхает... - (лихорадочно строчат что-то в блокнотах).

Бишоп (внезапно остыв): - Хорошо! Будь по-твоему! Выбирай, как мне его расчленить - вдоль, или поперек! Заберешь потом свою половину, и делай с ней, что хочешь.

Арабелла и Мэри Трейл падают в обморок.

Корреспонденты: - О-о-о, "Таймс" будет рыдать от зависти... - (лихорадочно строчат что-то в блокнотах).

Бишоп (растерянно): - Эти бабы что, сговорились?! И так неприятностей - полон рот, а они нашли время улечься!

Корреспонденты (хором): - Полковник! Интервью!!!

Бишоп (внезапно сменив гнев на милость): - Черт с вами! Кому?

Корреспонденты (хором): - Мне-е-ее!!!

Бишоп (помотав головой): - Тьфу, пропасть! Не могу же я разорваться! Значит, так: по одному вопросу от каждого, по очереди! Ясно?

Корреспонденты (хором): - Ясно!

Арабелла (очнувшись, слабым голосом): - Дядя, сначала тебе придется расчленить меня!

Мэри Трейл (очнувшись, слабым голосом): - И меня тоже...

Бишоп (хватаясь за голову): - Это бабье сведет меня с ума!!! Вы что, в него влюбились?! Обе?!

Арабелла (вспыхнув, неуверенным голосом): - Дядя, как ты мог подумать такое! Разница в нашем общественном положении...

Бишоп (внезапно снова разозлившись): - Ты чего себя так низко ставишь?! По-твоему, этот мерзавец еще и побрезговал бы на тебе жениться, будь он свободен?!

Арабелла (вспыхнув еще сильнее): - Да, волею судьбы, он не свободный человек, но у него чистая и благородная душа! Он храбрый, бескорыстный, великодушный... Любая женщина сочла бы за честь...

Бишоп со стоном падает в обморок.

Корреспонденты (отчаянным хором): - А как же интервью??!

Продолжение:
-------------------

Мэри Трейл (растерянно): - Может, позвать врача?! Хотя, от двоих - никакой пользы, а третий... - (всхлипывает) - неизвестно, жив ли...

Арабелла (растерянно, но сердито): - Типун тебе на язык! - (смотрит на Бишопа): - Господи, что делать? Может, полить его водой?

Бишоп (открывая глаза, слабым, но свирепым голосом): - Не надо!!! Воды и так было очень много!!! - (встает). - Не забуду, не прощу!!!

Арабелла: - Слава Богу, тебе лучше!

Бишоп (гневно): - Хотя все как сговорились меня извести! Даже единственная племянница... Какой позор! Ты влюбилась в женатого мужчину!!! Что бы сказал твой покойный отец?!

Арабелла (вздрогнув): - Так он женат?!

Бишоп (с видом человека, готового снова упасть в обморок): - А ты что, не знала?!

Арабелла (чуть не плача): - Ну, откуда мне было знать?!

Корреспонденты (хором): - Полковник, а как же интервью?..

Мэри Трейл (с жадным любопытством): - Ари, умоляю - кто он?! Клянусь, никому не проболтаюсь, даже под пыткой!

Бишоп (яростно): - В негритянскую задницу ваше интервью!!! Не до вас!!!

Арабелла (вспыхнув): - Ах, дядюшка! Это неполи...

Бишоп (перебивая, яростно): - Если кто-то еще хоть раз скажет при мне слово "политкорректность" - не ручаюсь за его жизнь! И не заговаривай мне зубы! Нечего делать из меня дурака! Как это - "откуда мне было знать"?! Ты же его жену терпеть не можешь... впрочем, как и я!

Арабелла (в полной растерянности): - О ком ты, дядя?!

Бишоп (голосом быка, уже обработанного без наркоза): - Боже, пошли мне терпения! Чтобы общаться с этим бабьем, нужны железные нервы! О губернаторе, разумеется! Об этом мерзавце, сукином сыне, отродье ехидны! Чтоб его подагра мучила 24 часа в сутки! Чтобы его стерва-жена наставила ему рога с негром!

Корреспонденты (дружным хором): - Так и запишем!!! - (лихорадочно строчат в блокнотах).

Бишоп (распаляясь все больше, хотя, казалось, некуда): - А разливался-то как! Только вам, мол, дорогой полковник, я могу доверить эту почетную миссию... Поезжайте, разузнайте, похвалите, наградите... Тьфу!!! Я еще никак не мог понять, какого черта он ухмыляется...

Мэри Трейл (ахнув): - Ари, так ты влюбилась в мистера Стида?!

Арабелла (с видом человека, пытающегося пробудиться от кошмарного сна): - Кто из нас сошел с ума - я, или вы?! Причем тут губернатор?!

Мэри Трейл (ахнув): - Так, значит, не в него?! А в кого? Ну, Ари, мы же всегда были лучшими подругами... Неужели заставишь меня изнывать от любопытства? Это жестоко! - (обиженно всхлипывает).

Арабелла (начиная понимать): - Так, значит, ты имел в виду губернатора?! Когда грозил, что убьешь?!

Бишоп: - Ну, да! А кого ты имела в виду?!

Корреспонденты (хором): - Боже, это что-то неописуемое! - (лихорадочно строчат в блокнотах).

Арабелла заливается краской. Мэри Трейл подозрительно смотрит на нее. Потом тоже вдруг заливается краской.

Мэри Трейл (тоскливым голосом доброго католика, вдруг усомнившегося в существовании Бога): - Ари! Мы же всегда были лучшими подругами... Неужели теперь... - (умолкает, закрывает лицо руками).

Арабелла застывает с окаменевшим лицом.

Бишоп (яростно): - Какой срам! Вон, взгляни - лучшая подруга, и та тебя стыдится! Ничего, я с тобой еще разберусь. Узнаю, какой мерзавец тебе, дуре, мозги запудрил... - (корреспондентам): - Ну, кто там хотел интервью?

Корреспонденты (дружным хором): - Я-я-яя!!!

Бишоп (гневно): - Как договаривались - по одному! Ну-ка, ты первый! - (тычет пальцем в корреспондента "Барбадосского плантатора").

1-й: - Сэр, насколько можно было понять из ваших э-э-э... эмоциональных слов, господин губернатор послал вас на испанский фрегат с какой-то важной миссией. Пожалуйста, подробно: в чем она заключалась, и что из этого вышло?

Бишоп (яростно): - Ну, да! Кто-то ночью захватил корабль. А когда утром испанская солдатня поплыла к нему на шлюпках, по ним начали бить пушки... А-а-а, впрочем, вы это и так знаете! И этот сукин сын... то есть, наш доблестный губернатор, чтоб ему заполучить кучу болячек к своей подагре... вызвал меня и говорит: "Дорогой полковник, даю вам ответственное и почетное поручение. Садитесь в шлюпку, поезжайте на фрегат, узнайте, кто эти герои, пообещайте им от моего имени достойную награду..." А у самого в глазах бесенята пляшут... я только не мог понять, почему! Ну, я и поехал, как дурак!!! А потом плыл обратно, только без шлюпки!!!

1-й: - Умоляю, подробнее!

Бишоп (яростно): - Уж куда подробнее-то?! Оказалось, что фрегат захватили мои собственные рабы! Во главе с докторишкой! Он теперь там капитан!!!

Мэри Трейл (с глубоким грудным вздохом): - Боже мой! Он все-таки сделал это! Какой мужчина! За него стоило бы умереть...

Арабелла бросает на нее испепеляющий взгляд.

Корреспонденты (хором): - Кто именно?! Бронсон, или Вакер?!

Бишоп (взорвавшись): - Слушайте ухом, а не брюхом!!! Я же сказал: "докторишка", а не "коновал"!!! Это Блад, осужденный мятежник и мой раб!

Корреспонденты (хором): - Мировая сенсация!!! - (лихорадочно строчат в блокнотах).

Бишоп (яростно жестикулируя): - Я попал в пасть волку! Меня хотели убить! Половина этих мерзавцев вопила: "Повесить его на нок-рее!", другая настаивала: "Зарезать!" Представляете?!

2-й, опережая 1-го : - Какой ужас! Позвольте, сэр, теперь мой вопрос. Как же вам удалось покинуть корабль живым?!

Бишоп (подозрительно долго откашливавшийся): - Этот мерзавец, самозванный капитан Блад, решил перещеголять своих подельников в садизме. Он выбрал особо мучительную казнь! - (переводит дух, с видом великомученика): - Знал, подлец, что у меня аллергия на морскую воду, и прописал купание! Да, так и сказал с иезуитской улыбочкой: "Как врач, прописываю вам купание, чтобы вы остыли!" Представляете?!

Корреспонденты (хором): - Какой ужас!!!

Бишоп (воодушевленно): - Но это подлец просчитался! Благородный гнев придал мне сил, и я переборол чертову аллергию! Ох, что я с ним сделаю, когда мы снова встретимся...

Арабелла (как-то отрешенно): - Так вот почему ты такой мокрый...

Бишоп (ехидно): - Дошло, наконец! Ты умнеешь на глазах, племянница!

Арабелла: - А где теперь... корабль?

Бишоп (яростно): - От души надеюсь, что на дне моря! Вместе с проклятым докторишкой и его шайкой! Чтоб они на риф наскочили, мерзавцы, чтоб попали в шторм, чтоб их взяли в плен испанские собаки...

Мэри Трейл (звенящим от напряжения голосом): - Сэр, прошу вас, ответьте на вопрос прямо! Где корабль?!

Бишоп (взорвавшись): - Поднял паруса и уплыл!!! Уж до такой простой вещи могли бы додуматься даже глупые бабы...

Мэри Трейл и Арабелла (отчаянным хором): - Уплыл?! Как уплыл?!

Бишоп (схватившись за голову): - По воде!!! Боже, дай мне терпения!!! - (убегает).

Корреспонденты (отчаянным хором): - А интервью??! - (бегут следом).

Дамы, :-* :-*

Продолжение:
-------------------

Палуба корабля. Дон Диего (с глубокой скорбью и досадой):

-Я - испанский патриот!
Вот влетел, как идиот...
Ох, в груди глушу я стон...
Как я мог - кастильский дон! -
Слово честное им дать!!!
Надо было когти рвать -
Честь была б сохранена...
Губернатора жена
Не догнала бы... А я...
Я - изменник и свинья!
Я служу еретикам!
Это просто стыд и срам,
Скажет что брат-адмирал!..
К англичанам в плен попал,
Прозевал фрегат, дурак!
Да к тому же их, собак,
К порту нужному веду!!!
Как бы отвести беду?
Как корабль у них отбить,
Честь свою восстановить?
Но... Но я им слово дал! - (после паузы, решительно): -
Ну и что?! Я дал - я взял!!!
Курс подправлю - так, чуть-чуть...
Их нетрудно обмануть.
А когда наш галион -
Флагманский "Энкарнасьон" -
К ним вплотную подойдет... - (ехидно): -
Ну, штурвал и якорь в рот!!!
Вот тогда попляшешь, Блад!
Я тебе устрою ад...

------

Дом губернатора. Изможденный Стид перед бутылкой, с видом человека, с трудом соображающего, на каком он свете и что с ним происходит. Вбегает разъяренный Бишоп.

Бишоп (ликующе-злорадно): - А, попался, негодяй! Попался, предатель!! Попался, Навухудоносор!!!

Стид (меланхолично): - Это вы мне, брат Горанфло? Ой!!! - (мгновенно трезвеет): - Полковник!!! Вы живы?!

Бишоп (зловеще): - Я-то жив, а вот ты скоро станешь мертвым! - (с размаху бьет Стида в ухо).

Стид (вскакивая): - Спасите! Караул!!!

Бишоп (гоняясь за ним вокруг стола): - Стой, мерзавец! Не уйдешь!!!

Стид (истошно):

-Ты на каторгу пойдешь!
На тебе статья висит!
Как посмел ты, паразит,
Руку на меня поднять?!

Бишоп (хватая его):

-Получай, едрена мать!
Вот еще! Ах, негодяй!
"Поезжай и разузнай!"
К волку в пасть меня послал?!
Что ж, спасибо: разузнал,
Кто мой самый лютый враг!!!

Стид (истошно):

-Эй, жена!!! Спускай собак!!!
Помогите!!! Кто-нибудь!!!

Губернаторша (выходя с пустой бутылкой в руке и с полотенцем вокруг головы):

-Что за вопли?! Просто жуть!
Голова трещит, ей-ей...

Бишоп (продолжая бить губернатора, злобно):

-Пить не можешь - так не пей!!!

Губернаторша (возмущенно):

-В моем доме - мордобой?!
Эй, полковник! Стоп!! Отбой!!!
Прекратите! Ах, вы так?!

Стид (истошно):

-Ну, быстрей спускай собак!!!

Губернаторша убегает в одну сторону, испуганный Бишоп - в другую. Слышатся крики губернаторши: "Фас!", собачий лай и истошные крики полковника.

-------

Плантация Бишопа. Тоскующая Арабелла ходит взад-вперед, заламывая руки.

Арабелла( чуть не плача):

-Что ты, Питер, натворил!
Это ж надо - взял, уплыл!!! - (негодующе, с чисто женским переходом на другую тему):
Платья лучшие увез!!!
Грубиян! Довел до слез... - (спохватываясь):
Может, я с ума сошла?!
Иль в беспамятство пришла?!
Он - мятежник, беглый раб! - (всхлипывает):
Пол наш женский - ох, как слаб!
В горло не полез обед... - (спохватываясь):
Да и дяди что-то нет,
Не случилась бы беда... - (опять без всякого перехода всхлипывает):
-Встречу ль Питера когда?! - (прислушивается):
-Что за крики и за шум?

Вбегает Бишоп в лохмотьях и женской нижней юбке.

Арабелла (в ужасе):

-Дядя!!! Боже... твой костюм...
Я тебя не узнаю!
Что случилось?!

Бишоп (голосом целого стада быков, подвергнутых безнаркозной обработке):

- Я убью-ю-ююю!!!!!

Дамы, :-* :-*

Продолжение:
-------------------

Палуба "Синко Льягас". Блад и другие беглые рабы с остолбеневшим видом смотрят куда-то вдаль. Невольно вспоминается поговорка про барана и новые ворота.

Волверстон (скрежещущим голосом): - Это что, Кюрасао?

1-й беглый раб: - Не может быть! На карте-то островок - тьфу, посмотреть не на что...

2-й беглый раб: - Согласен, дружище Хагторп: это такой же Кюрасао, как я - невинная девица! Похоже, нас провели, как последних олухов!

3-й беглый раб, 2-му: - Скажи, Огл: только мне одному хочется взять дона Диего за Фаберже? Или это желание у нас обоюдное?

Огл (с мрачной свирепостью): - Обоюдное, Дайк! И не только взять, а еще и покрутить... Чтобы был окровенен, как добрый католик на исповеди!

Хагторп (с хладнокровной злостью): - Я буду участвовать в этом деле. Активно! Где испанец?!

Волверстон (голосом стоялого быка): - Где испанец?!

Входит улыбающийся дон Диего.

Дон Диего (с иезуитской вежливостью): - Кажется, меня кто-то звал? Как видите, я исполнил обещание! - (Бладу, с медовой ядовитостью): - Вот та самая земля!

Блад (от возмущения переходя на стихи):

-Ах, кастильская ты... тля!!!
Ты кому, едрена мать,
Захотел очки втирать?!
Остров больше во сто раз!!!
Я тебе, гад, выбью глаз,
Я подвешу за ребро,
Жрать заставлю серебро,
Что в Бриджтауне ты взял!!!
Я...

Дон Диего (грубо прерывая):

-Угомони запал!
Я - не тля, а знатный дон!

Волверстон (ахнув и указывая пальцем):

-Гляньте, братцы! Галеон!!!

Дон Диего (с сатанинским хохотом):

-Да, мой брат идет сюда!
Погляди: твоя беда
Держит курс наперерез!
Ты куда, дурак, полез?!
На кого открыл ты пасть?!
Ох, натешимся мы всласть!
Вас уложит дон Мигель
Скоро в смертную постель! -
(издевательски): - Или, может, вас простить?

Блад (с холодным бешенством):

-Взять, и в трюм его спустить!

Упирающегося дона Диего уводят. Рабы начинают возбужденно галдеть.

Огл (яростно): - Если бы болван Питт не попался Бишопу под горячую руку и не лежал бы до сих пор в лихорадке, с драной спиной, нам не понадобился бы штурман-испанец! И мы не попали бы в эту ловушку!

Блад (с холодной злостью): - Дружище, если бы у бабушки кое-что было, она была бы дедушкой! Какой толк судить: "если бы, да кабы..." Надо думать, как выйти из этой беды!

Врлверстон (с яростью): - Драться!!! Живым они меня не возьмут!

Блад (пожав плечами): - В крайнем случае, мы дорого продадим свою жизнь. Но, ребята, неужели мы для того вырвались с каторги, чтобы погибнуть от рук испанцев? Думайте, думайте! Ну?

Огл (злобно): - Баранки гну! Ты же у нас самый умный, да? Ну, так поезжай на галеон, убеди дона Мигеля, что мы - добрые испанцы, а капитан этого корабля - его брательник, дон Диего!

Блад (ахнув и снова переходя от волнения на стихи):

-Огл! Ты гений! Боже мой!
Рот открывшийся закрой!
Осрамим испанца так -
Не отмоется дурак!
Исполняйте мой приказ:
Ящик сколотить тотчас,
Крышку плотную - к нему...
Вот попали в кутерьму!
Ничего, не дрейфь, братва!
Позабавимся сперва!
В рот испанцу - крепкий кляп!
А теперь - спускайте трап!

Начинается лихорадочная суета. Все забегали, как подстреленные гоблины.

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Плантация Бишопа. Разъяренный полковник за столом, заваленным пустыми бутылками рома, просматривает газеты.

Бишоп: - Этих бумагомарак повесить мало! Щелкоперы проклятые! Журнашлюшки!!! Ишь ты - "скандал в благородном семействе!" "В кого влюбилась прекрасная мисс Бишоп?" "Дорогие читатели, как вы думаете: почему такая завидная невеста, как мисс Арабелла, до сих пор не вышла замуж? Что, по-вашему, отпугивает потенциальных женихов? Присылайте нам свои варианты, самые интересные мы с удовольствие опубликуем. Примечание: от варианта "Нежелание потенциального жениха породниться с таким идиотом, как полковник Бишоп", просим воздерживаться, у нас же приличное издание..." Р-р-рр!!! - (рвет газету в клочки). - Я этот "Барбадосский плантатор" сожгу, честное слово! А их главред у меня на плантациях будет тростник рубить!!! И я уж прикажу Кенту, чтобы не жалел кнута!!! - (утирает пот со лба): - Может, хоть "Вестник" окажется поприличнее? - (разворачивает "Вестник Вест-Индии"): - Тьфу!!! Да чтоб этим проституткам пера!.. "Полковник Бишоп, чудом спасшийся от собственных беглых рабов и героически одолевший аллергию на морскую воду, решил переквалифицироваться в сексуального маньяка. Читайте на второй странице нашего номера статью негодующего хозяина негритянки, с которой полковник успел снять нижнюю юбку..." Гады!!! А я что, должен был щеголять по всему Барбадосу с голой задницей?! Чертовы собаки все штаны порвали, вместе с исподним! Пришлось спрятаться в зарослях тростника и ждать, пока кто-то пройдет по дороге. Ну, подвернулась негритянка... Я же сначала попросил по-хорошему: скинь, мол, юбчонку, мне прикрыться надо... Кто же мог знать, что эта дура заорет во всю глотку: "Помогите, насилуют!!!" - (с тяжелым вздохом отпивает глоток рома прямо из горлышка). Входит сердитая Арабелла.

Арабелла (гневно): - Дядя, тебе не кажется, что ты слишком много пьешь?

Бишоп (еще более гневно): - Мне кажется, что бабам не надо лезть не в свое дело!

Арабелла (вспыхнув): - Когда ты позоришь нашу фамилию, это уже мое дело! - (тычет пальцем в газеты). - Что бы сказал мой покойный отец, твой брат!

Бишоп (упрямо): - Ты лучше подумай, что бы он сказал, узнав, что его единственная дочь втюрилась в женатика! Позорница!

Арабелла (залившись краской): - Я же объясняла: у меня и в мыслях не было влюбляться в губернатора!!!

Бишоп (разъярившись): - Не произноси при мне этого слова!!! Я его убью!!! - (машинально выпивает огромный глоток, опять прямо из горлышка).

Арабелла (с усталым презрением): - Господи, как ты опустился... Глаза бы мои не смотрели! - (с нескрываемым женским ехидством): - Уж куда тебе кого-то убивать! С бедной негритянкой, и той не справился, она убежала! - (выпустив эту парфянскую стрелу, уходит, гордо вскинув голову).

Бишоп (яростно): - Да чтобы вас всех!!! Так, значит?! Презираете меня? Считаете ничтожеством?! А все из-за проклятого Блада!!! - (грузно встает, пошатываясь, и начинает исполнять песню):

Когда свое я вспомню униженье...
Ну, будто мало у меня забот!..
В ужасное попал я положенье,
Пусть докторишку дьявол поберет!

Мой злейший враг не выдумал б такого:
Чтоб жизнью я обязан был рабу!!!
Теперь всегда, до камня гробового,
Я злую буду проклинать судьбу!

Его глаза стоят передо мною,
А в них - насмешка вежливая... Черт!!!
Валялся б доктор с драною спиною,
Когда б испанцы не ворвались в порт!

Да, струсил я! Признаюсь! Вы довольны?!
А кто бы оказался храбрецом?!
Как вспоминать об этом дне мне больно!
Как рассчитался б с этим подлецом!..

Как жаль: повесить можно лишь однажды!
Проклятый Блад достоин страшных мук!
Вот если б умер, скажем, он от жажды...
Наступит срок - не вырвется из рук!

Садится, залпом допивает остаток рома.

Бишоп (злобно): - Значит, по-вашему, полковник Бишоп ни на что не способен? А вот посмотрим! Я еще этого гада, губернатора, подвину! Я сам губернатором буду!!! Весь Барбадос станет трепетать... Да что там Барбадос! Остров - тьфу, не развернуться! Я стану губернатором Ямайки!!! Где там бумага? Напишу-ка донос его Величеству... - (смахивает со стола пустую стеклотару, раскладывает письменные принадлежности, начинает писать). - Ох, хорошо-то как пошло! Никогда не думал, что у меня такой дар слагать стихи. - (вчитывается вслух с умилением): - "Сир, спасите город наш! Не то будет он не ваш! Я хочу предупредить: Очень даже может быть, Губернатор - негодяй! Пустит по миру весь край! Что Бурбонам служит он - Всем известно! Плач и стон! Он французам город сдаст! Он, подлец, им все отдаст: Форты, склады, церкви, порт... Прикажите, сир, чтоб лорд Сандерленд его убрал! Ваш спасите Порт-Ройал! Я готов сей пост занять! Вот ей-ей, едрена мать! Честно вам готов служить, Даже голову сложить!" - (всхлипывает): - Поэт, ей-богу, поэт... Выпью-ка еще... - (открывает новую бутылку). - Ну, пусть только письмо дойдет до короля, а там - посмотрим!

Продолжение:
-------------------

Адмиральская каюта на "Энкарнасьоне". Адмирал Мигель де Эспиноса и Блад - в роскошном костюме дона Диего.

Адмирал (учтиво): - Могу я узнать ваше имя, сеньор?

Блад (учтиво): - Дон Педро Сангре! Томился в плену у англичан, освобожден вашим храбрым братом при налете на Бриджтаун...

Адмирал (понизив голос): - Сеньор, прошу вас: потише! У нас ведь с Англией мир...

Блад (понизив голос): - Извините, сеньор адмирал, нервы... - (повысив голос): - Как вспомню, что мне пришлось пережить в лапах этих английских собак!!!

Адмирал (озираясь): - Сеньор, сеньор... Ведь его католическое величество и английский король Яков - добрые друзья...

Блад (понизив голос): - Еще раз прошу прощения... Да, конечно... - (повысив голос): - Но как жаль! Я как раз хотел пожелать идиоту Якову скорейшей гибели!!!

Адмирал (сердитым шепотом): - Сеньор, жаль, что здесь нет моего брата! Он охладил бы ваш пыл! - (спохватывается): - Кстати, а почему же сюда не прибыл сам Диего? Надеюсь, он не заболел?

Блад (с радостной улыбкой, в полный голос): - Не извольте беспокоиться! С ним все в порядке! Он просто получил легкую рану при налете на Бриджтаун!!!

Адмирал (испуганно заскрежетав зубами): - Да тише же, ради всех святых!!! У нас же с Англией мир!!! - (спохватившись, с беспокойством, в полный голос): - Как?! Моего брата ранили английские собаки?!

Блад (испуганно озираясь): - Тише, сеньор адмирал! Это не рана, простая царапина! Но лучше ему все-таки полежать... По просьбе храброго и благородного дона Диего, я представляю здесь его персону. И имею особое удовольствие вручить вам сразу два подарка от вашего брата...

Адмирал (заинтересованно): - Что за подарки?

Блад (торжественным звучным голосом): - Во-первых, два ящика серебра, полученных от английского губернатора в виде выкупа, при налете на Бриджтаун...

Адмирал (голосом великомученика): - Да тише же!!! Что вы орете на весь галеон!!!

Блад (со смиренным видом): - Простите, сеньор адмирал... Радость от чудесного избавления из плена еретиков еще слишком велика... Ах, я теперь вечный должник вашего брата! Какой благородный кабальеро! Мы обнаружили, что во многом похожи друг на друга: та же авантюристическая жилка, любим говорить стихами, и даже вкусы общие. Вот, например, я ношу такие же костюмы...

Адмирал (улыбнувшись): - В самом деле! На вас точь-в-точь такой же костюм, как у Диего! Я очень рад, что он вас спас!

Блад (радостно улыбнувшись): - А уж как я был рад вырваться с этого проклятого Барбадоса! Меня только очень огорчает, что вы наверняка не захотите выпить со мной за гибель идиота Якова, сидящего на английском престоле. Раз он и наш король - добрые друзья...

Адмирал (с лукавой улыбкой, разливая вино в бокалы): - Ну, можно ведь выпить за это и ...э-э-э... неофициально...

Блад (ликующе): - Согласен!!! Выпьем неофициально за гибель этого тупорылого гоблина!!!

Адмирал (укоризненно-снисходительно): - Ах, какая все-таки горячая она, наша испанская кровь...

Чокаются, пьют.

Адмирал (с жадным любопытством): - Сеньор, кажется, вы говорили еще об одном подарке?

Блад (с лукавой улыбкой): - О, да!!! - (начинает декламировать):

Брат вам девушку прислал.
Он красотку отыскал,
Что не можно глаз отвесть!
Не прошу я счесть за лесть -
Хоть на ложе к королю!
Я готов залезть в петлю,
Коль вот столечко я лгу!!!

Адмирал (оживившись):

-Видеть я ее могу? -

Блад (с жаром):

Потерпите, хоть чуть-чуть!
Если б видели ту грудь,
Стройный и изящный стан...
Эти ножки...

Адмирал (потирая руки):

- Я как пьян!!!
И без всякого вина!!!
Ну, так где же, где она?!

Блад (понизив голос):

-Ждет вас в ящике.

Адмирал (изумленно):

- Где, где?!...

Блад (смущенно):

-Ну, не мог я по воде,
На виду у всех зевак
Просто так везти! Не враг
Я невинности, о, нет!
И позвольте дать совет:
Так невинна и нежна...
Вовсе ей не страсть нужна -
Чуткий, бережный подход!

В сторону, вполголоса:

-Клюнул, клюнул, идиот!

-Для бедняжки будет ад,
Братец ваш не будет рад,
Грубо коль ее возьмут...

Адмирал (с благородным недовольством):

-Сударь! Право, лишний труд -
Мне про честь напоминать!

Блад (с испуганно-смущенным видом):

-Не хотел вас обижать,
Извините, дон Мигель...
Обернулась чтоб постель
Райским ложем - в поздний час
Вскройте ящик. Чтоб ваш глаз
Видеть бы ее не мог...
Так стыдлива - видит Бог!

В сторону, вполголоса:

-Что несу я? Просто бред...

Адмирал (потирая руки):

-Вам спасибо за совет!
Не тревожьтесь, я учту...
Милой девы наготу
Лишь наутро угляжу...

Блад (торопливо):
-Что ж, тогда я ухожу!
До свиданья, дон Мигель!

Адмирал (огорченно):

-Как, так скоро! Неужель
Не останетесь со мной?
Ну, еще хоть по одной!

Чокаются, пьют. Блад, поклонившись, уходит.

Адмирал (потирая руки): - Поскорей б настала ночь!!!

Блад (в сторону, вполголоса): - Поскорей бы смыться прочь!!!

Всем спасибо! ;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Тортуга. Дом губернатора дОжерона. Сам губернатор, губернаторша, дочери - Мадлен и Люсьен. Семейная сцена.

Губернатор (голосом великомученика, готового взорваться): - Доченька, поверь: мы с мамой не какие-нибудь динозавры ископаемые. Мы - люди современные, не чужды прогресса, немало вам с Люсьен позволяли. Но всему же есть предел! Выкинь эту дурь из головы, пока добром прошу!

Мадлен (упрямо): - Ни за что! Я люблю его!

Губернаторша (хватаясь за голову): - Какой позор! Сразу видно - дочь пошла в отца!

Губернатор (зло): - В твоего, не иначе! Мой тестюшка был таким же упрямым козлом, дай Бог ему здоровья... тьфу, то есть, пошли Царствие небесное!

Губернаторша (всхлипывает): - Ты такой же бесчувственный чурбан, как покойница-свекровушка! Понятно, яблоко от яблоньки недалеко падает!

Губернатор (скрипнув зубами): - Святая правда! Вот твое яблочко - (тычет пальцем в Мадлен) - от своей яблоньки - (тычет пальцем в супругу) недалеко и укатилось!!!

Люсьен (с видом великомученицы): - Предки, ну, сколько можно?! Самим-то не надоело по сотому заходу перетирать?

Губернатор, губернаторша (согласным хором): - Не смей хамить родителям!!!

Люсьен (пожав плечами): - Вот он, звериный оскал родительского деспотизма... Плачет по вам ювенальная юстиция!

Губернаторша (выпучив глаза): - Ты где слов-то таких нахваталась, поганка?!

Губернатор (побагровев): - Еще одно яблочко с той же яблоньки... Драть вас надо было! Всех троих!!!

Губернаторша, Мадлен и Люсьен, согласным хором: - Деспот и мужской шовинист!!!

Губернатор (с видом человека, готового нарушить шестую заповедь): - Цыц, курицы!!!

На несколько секунд, наступает молчание. Губернатор, переведя дух, обращается к Мадлен:

-Словом, вот тебе мое последнее слово... тьфу, заговариваться из-за вас уже начал! Выбрось из головы своего красавчика! Он - пират, негодяй и убийца!

Мадлен (топнув ногой): - Мне все равно! Я люблю его! Я выйду за него замуж!!!

Губернаторша (схватившись за голову): - Зачем я только дожила до такого позора?! В моем роду, таких дур и распутниц не было!

Губернатор (багровея): - Ты намекаешь, что они были в моем роду?!

Губернаторша (с медово-ядовитой покорностью): - Осмелюсь указать вам, мой почтенный супруг и повелитель, что вы сами это сказали...

Люсьен (скривившись, как от зубной боли): - Ну, сейчас опять пойдет гнилой базар...

Губернатор (яростно): - Молчать!!! Я из вас борзость-то вытрясу! Я вас научу знать свое место! Слава Богу, феминистки до нашего острова еще не добрались...

Мадлен (делая издевательский книксен, с медово-ядовитой вежливостью): - Смиренно позволю себе заметить, папА, что у вас устаревшая информация. Добрались!

Губернатор (выпучив глаза): - Что?!

Мадлен (само смирение): - В последнем номере "Тортугского вестника" напечатали, что на Портовой улице открылся клуб воинствующих феминисток... Кажется, там уже состоялось первое собрание, и даже была прочитана публичная лекция на тему: "Женщина - венец творения, а мужчина - ошибочная и тупиковая ветвь".

Губернатор (голосом чудом откачанного удавленника, возведя глаза к потолку): - Господи!!! Тебе мало моих служебных неприятностей?! Тебе недостаточно, что я вынужден якшаться с подонками общества?! Тебя не удовлетворило даже то, что моя идиотка-дочь по уши влюбилась в одного из этих подонков?! Ты еще...

Мадлен (перебивая, со злостью): - Ты ничего не добьешься, оскорбляя Левасера!!! Я люблю его! Люблю!!! Я выйду за него!!!

Губернаторша (рыдая): - Боже, какой срам! Моя дочь... Надо было придушить тебя в колыбели!

Люсьен (пожимая плечами): - Да ладно вам, предки! Чего убиваться-то?! Ну, поживут в гражданском браке... Вот увидите: через неделю, максимум - две, или они пристрелят нафиг друг дружку, или сестричка назад прибежит!

Губернаторша (ахнув): - В гражданском браке?! Да как у тебя язык повернулся! Дура!!!

Мадлен (в истерике): - И это - родная сестра?! Дура!!!

Люсьен (обиженно): - Сама дура!

Губернатор (с подозрительной медово-ядовитой вежливостью): - Девочки, не ссорьтесь: я вас помирю! Вы все одинаковые ду... в смысле, все правы в равной степени!!!

Губернаторша и дочери застывают с открытыми ртами и выпученными глазами. Входит дежурный офицер.

Дежурный: - Ваше превосходительство, в бухту вошел испанский корабль!

Губернатор (изумленно-испуганно): - Что, что?! Испанский?!

Дежурный (громко): - Так точно, испанский галеон! Я насчитал у него сорок пушек. Название - "Синко Льягас".

Губернатор (хватаясь за голову): - Боже!!! Он же сейчас по нам саданет полным бортом, потом высадит десант...

Губернаторша и дочери, не сговариваюсь, испускают хоровой душераздирающий визг.

Дежурный (поспешно): - Да нет же! На этом корабле - англичане, беглые рабы с Барбадоса! Их главарь, некий доктор Блад, просит вашей аудиенции.

Губернатор (сплюнув): - Так какого черта вы не начали с самого главного?!

Губернаторша (негодующе): - Феминистки все-таки правы: эти мужики - ошибочная и тупиковая ветвь!

Губернатор (топнув ногой): - Молчать!!! - (дежурному): - Идите и передайте ему, что я сейчас буду! - (обращается к Мадлен, все с той же медово-ядовитой вежливостью): - Доченька, так ты, значит, любишь этого подонка-пирата? Этого пса, родившегося в канаве? Выросшего среди воров и убийц? Вся жизнь которого - грязь, насилие, пороки?

Мадлен (яростно): - Люблю! Люблю!! Люблю!!!

Люсьен (со вздохом): - Дура!

Мадлен (злобно): - Сама дура!!!

Губернаторша (яростно): - Тут две дуры!!!

Губернатор (ласково): - Нет, дорогая, не две, а три! - (Мадлен, все тем же тоном): - А совесть тебя, доченька, не мучает?

Мадлен (яростно): - Нет!!! Я никому не позволю растоптать свое счастье!!! Даже родителям!!!

Губернатор (само смирение): - Да я же не о нас с мамой... Мне беднягу Левасера жалко. Парень и так в жизни ни хрена хорошего не видел, а ты решила его окончательно добить! - (с иезуитской улыбкой уходит).

Мадлен (рыдая): - Я запишусь в клуб феминисток! Сегодня же!!!

Продолжение:
-------------------

Адмиральская каюта на "Энкарнасьоне". Полночь. Адмирал Мигель де Эспиноса, и закрытый ящик.

Адмирал: (нетерпеливо-умилительным голосом): - Ну, пожалуй, пора... И так еле дождался... - (пытается открыть крышку ящика). - Ну, заколотили! Неужто боялись, что сбежит? - (кое-как поддевает крышку острием шпаги, наваливается, открывая): - Прелестнейшая сеньорита... то есть, мисс... Не бойтесь, прошу! Я - благородный человек, отпрыск одной из знатнейших фамилий Испании... Надеюсь и верю, что мой брат, дон Диего, относился к вам со всей учтивостью... Что? - (насторожившись, прислушивается. Из ящика доносится слабый сдавленный хрип). - Вы хотите сказать, что он был груб с вами?! Ах, скверный мальчишка! Я ему уши оборву! - (прислушивается снова, ибо хрип становится громче и в нем явственно ощущаются негодующие нотки, хоть и неразборчивые). - Впрочем, все это в прошлом. Вы теперь под моей надежной защитой и покровительством! - (склоняется над ящиком, начинает прочувственным голосом декламировать):

-Я в плену волшебных грез!
Вас прошу: не надо слез!
Даже не прошу - молю!
Страсти голод утолю,
Не доставив боли вам!
В том я слово чести дам,
Как испанский знатный гранд!
Вы, как яркий бриллиант,
Рядом будете сиять! - (возбужденно дыша, запускает руки в ящик) -
Ну, позвольте вас в кровать
Отнести, моя любовь!
Забурлила в жилах кровь,
Больше не могу терпеть...
Как хотел бы разглядеть
Ваш изящный, стройный стан...
Ваши щечки... Я как пьян!
Ваши ножки... А-а-ааа!!!! - (отшатывается с диким воплем, поспешно зажигает свет, трясясь и крестясь. Взору предстает связанный по рукам и ногам дон Диего, в женском платье и с кляпом во рту).

Адмирал (диким голосом): - Ты что тут делаешь?! - (осекается, бьет себя по лбу, потом торопливо подскакивает к ящику, вынимает кляп изо рта братца).

Дон Диего (еще более диким голосом): - Извращенец!!! Я тебе такую кровать покажу!!!

Адмирал (в полной прострации): - А девица - где??!

Дон Диего (на грани сумасшествия): - Срифмовать, или сам догадаешься?!

Адмирал (хватаясь за голову): - Так меня обманули?! Ты никого не присылал?! А этот дон Педро Сангре - кто он?...

Дон Диего разражается потоком ругательств, лишний раз подтверждая, что испанский язык - очень яркий и образный. Часто звучит слово "мадре" сразу после глаголов и притяжательных местоимений, а также титул адмирала и его имя, перемежаемые словами "корнуто", "сифилито", "педерасто" и даже "импотенто".

Адмирал (до которого начало доходить): - О, Диос!!! За что ты меня так наказал?! Я с почетом принял пирата в моей каюте! Пил с ним! Он был у меня в руках, а я!!! - (всхлипывая, приближается к брату): - Диегушка, мальчик мой, дай мне по морде!!! Я заслужил это!

Дон Диего (голосом учителя, задолбавшегося объяснять целому классу кретинов, что дважды два - именно четыре, а не пять, и не шесть) : - Как я дам тебе по морде, ошибка природы?! У меня же руки связаны!!!

Адмирал , еще раз ахнув и обозвав себя ослом, поспешно развязывает братца. Тот сразу же и с большой охотой исполняет его просьбу. Дон Мигель отлетает в угол.

Адмирал (ощупывая челюсть): - Идиот!!!

Дон Диего (вылезая из ящика, ехидно): - Сам же просил!

Адмирал (поднимаясь, возмущенно): - Нельзя же все понимать так буквально!

Дон Диего (еще более ехидно): - Уж кто бы говорил про буквальность! Может, это я с почетом принимал английского пирата, именуя его доном Педро Сагре?!

Адмирал (еще более возмущенно): - Зато я, по крайней мере, не в женском платье!!! Изволь-ка объяснить мне, как оно на тебе оказалось! И откуда взялся этот пират на твоем корабле! - (распаляясь): - Что же ты молчишь?! Стыдно признаться?

Дон Диего (зарычав и схватившись за голову): - Английские собаки ночью захватили "Синко Льягас"... Этот Педро Сагнре - на самом деле, Питер Блад, беглый каторжник! Он сохранил мне жизнь, с условием, что я отведу корабль к Кюрасао. Я согласился для виду, а сам потихоньку изменил курс к Эспаньоле... - (взорвавшись): - Я привел их прямо под твои пушки, рискуя жизнью, а ты, как последний лопух... Небось, в мыслях уже кувыркался с прекрасной англичанкой? - (передразнивает): - Ваш стан, ваши ножки...

Адмирал (яростно): - Хватит! Не забывайся! Я все-таки старше и по возрасту, и по званию!!!

Дон Диего (с горечью): - Прошу простить, группенфюрер!

Адмирал (немного остывая): - Так-то лучше! А насчет "кувыркания"... Если мне не изменяет память, ты именно за этим и поплыл на Барбадос. Не только взять выкуп, но и оценить, вправду ли там - (ехидно передразнивает): -"распустился дивный сад". Дескать, бабы там - "ох, и хороши!" Ну, как? Оценил? Не потому ли твой корабль захватили ночью?

Дон Диего со стоном закрывает лицо руками.

Адмирал (распаляясь, все безжалостнее): - Позор! Стыд и срам! Вы только гляньте на него! С бабой ночку он провел - прозевал корабль... - (с нескрываемым презрением) - ... орел!!! Ты осрамил славную фамилию Эспиноса - и - Вальдес! Какое счастье, что отец не дожил до этих дней! Но что скажет мать, когда узнает...

Дон Диего с мучительным стоном вдруг хватается за сердце и падает.

Адмирал (вне себя от возмущения): - Нет, это уже ни в какие ворота не лезет!!! На него нацепили бабские тряпки - так он уже и ведет себя, как баба! А ну, сейчас же вставай, притворщик! Нечего тут бабские обмороки изображать! - (осекается на полуслове): - Диего, ну, подурачился, и хватит! Я же сгоряча, не со зла... Диего! - (наклоняется ближе к брату, трепет по щеке): - Диего, ну все, хва... - (вдруг, с отчаянным криком, падает на колени, начинает трясти брата): - Диего!!! Мальчик мой дорогой!!! Прости меня за эти жестокие слова! Диего!!! Ругай меня, ударь, только очнись! Открой глаза-а-ааа... Я убью этого Блада! Шкуру с него заживо сдеру!!!

Всем спасибо! ;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Набережная Тортуги. Губернатор дОжерон прогуливается с Бладом.

Губернатор (вежливо): - Признаться, я приятно удивлен! Сразу видно воспитанного и образованного человека! Впрочем, это естественно: вы же сами сказали, что учились в Тринити-колледже... Как жаль, что судьба оказалась столь жестокой к вам...

Блад (с грустью пожимая плечами): - Да, судьба порой бывает жестока... Но что поделаешь! Даже в самом незавидном положении, надо видеть что-то хорошее.

Губернатор (кивая): - Святая правда! Вы вырвались из рабства - это уже очень хорошо. А врачи нужны везде, тем более - на Тортуге. Уж тут-то вам безработица не грозит! - (грустно усмехается): - Контингент у нас, знаете ли, весьма... э-э-э... специфический.

Блад (вежливо): - Да, я слышал об этом... И даже кое-что успел заметить.

Губернатор (с горечью): - Мне почему-то многие завидуют... Дескать, губернатор даже такого крохотного островка, как Тортуга - это все-таки губернатор! Их бы на мое место, хоть на недельку - волками бы завыли! - (машет рукой): - А, ладно! Извините, я не жалуюсь, просто очень рад возможности поговорить с порядочным человеком...

Блад (со сдержанной учтивостью): - Спасибо за добрые слова, но не торопитесь ли вы с выводами? Почему вы так уверены в моей порядочности? Я ведь - беглый каторжник!

Губернатор (снисходительно): - Опыт, месье! Были бы вы на моем месте - быстро бы научились видеть человека насквозь!

Блад (сухо, но вежливо): - Могу я спросить, что вы разглядели во мне?

Губернатор (с сочувственным уважением): - Вам пришлось много пережить. Вы до сих пор страдаете, хоть очень стараетесь не показывать этого. Скорее всего, причиной тому - женщина. Как говорится, "шерше ля фам!"

Блад (очень сухо): - Могу я попросить вас не касаться этого?

Губекрнатор (еще более сочувственно): - Да, конечно... Извините, если я был бестактен. Что еще? Вы - незаурядный человек. Одновременно и храбрый, и разумно осторожный. В вас удивительным образом сочетается циничная прагматичность и романтический идеализм. Вы - очень хороший друг, и очень опасный враг, месье Блад...

Слышится шум. Навстречу им быстрым шагом идет Левасер, за ним бежит возмущенная женщина.

Женщина (громко): - Да остановитесь же, капитан! Где ваше воспитание?!

Левасер (поворачиваясь, с притворным смущением): - Простите, сударыня, задумался! У капитана корабля столько дел и забот, знаете ли... Я весь внимание.

Женщина (с отчаянной надеждой): - Месье Левасер, жена ли я вам теперь?!

Левасер (с плохо наигранным изумлением): - Простите, сударыня?..

Женщина (сквозь слезы): - Вы же обещали на мне жениться!!!

Левасер (с ядовитой вежливостью): - Миль пардон, сударыня! Не могу припомнить, чтобы я на вас что-то обещал. Оревуар! - (поворачивается, идет дальше).

Женщина убегает в рыданиях, крича: - Гад! Чтобы ты утонул вместе со своим корытом!!!

Левасер (усмехаясь): - Одно и то же пожелание... Ну, хоть бы придумали что-то новое... Никакой фантазии у этого бабья! - (останавливается, увидев губернатора): - Ба! Кого я вижу! Бонжур, папаня!

Губернатор (взорвавшись): - Шелудивый пес тебе папаня!!! Не буди во мне зверя!!!

Левасер (издевательски): - Надо же, я и не знал, что хомячки - тоже звери... А это кто с вами? Будущий свидетель на нашей свадьбе с Мадлен?

Блад (опережая губернатора, близкого к истерике): - Меня зовут Блад. Питер Блад. Бакалавр медицины и капитан вот этого корабля - (указывает на "Синко Льягас"). - Могу я узнать, с кем говорю?

Левасер (заносчиво): - Я - капитан Левасер с "Ла Фудр"! Самый известный и прославленный джентльмен удачи на Тортуге, да и вообще во всем Карибском море!

Блад (с плохо скрытой насмешкой): - В самом деле?

Левасер (вспыхнув): - Я не привык, чтобы в моих словах сомневались! Особенно, какие-то там... докторишки! - (с иезуитской ухмылочкой): - Хотя, справедливости ради, готов признать, что у вас очень хорошая фамилия. Она отлично рифмуется со многими словами! - (начинает перечислять, глумливо усмехаясь): - Гад, психопат, дегенерат, ретроград, конокрад...

Блад (с ядовитой вежливостью): - Спасибо, месье! Ваша фамилия куда менее удачная. Я смог подобрать только одну рифму, и то весьма противную - "солитер".

Губернатор хохочет.

Левасер (в ярости): - Вы ответите мне за это оскорбление!!! Куда мне прислать вызов?! Как называется ваша жалкая лоханка?!

Блад (на секунду задумавшись): - "Арабелла"!

Левасер (убегая): - Ждите!

Губернатор (утирая слезы): - Месье, вы были великолепны! Ох, вы и язва! Вам опасно попадаться на язык... Но, считаю своим долгом предупредить: этот мерзавец - отличный фехтовальщик! Да и стреляет очень неплохо. Может, лучше под каким-нибудь благовидным предлогом отклонить его вызов?

Блад (улыбаясь): - Благодарю, но и я не из последних фехтовальщиков. И стреляю вполне сносно... Прошу прощения, мне бы надо вернуться на борт "Синко..." - (спохватывается): - на борт "Арабеллы". Надеюсь, вы как-нибудь снова удостоите меня своей аудиенции.

Губернатор (горячо): - В моем доме, вы всегда желанный гость! Приходите, когда вам будет угодно! Супруга и дочери будут очень рады познакомиться!

Блад (учтиво): - Благодарю! - (уходит).

Губернатор (с хитрой улыбкой): - "Арабелла", говоришь? Так вот как зовут даму, ранившую твое сердце! Ничего, она далеко, а моя Мадлен-то - рядышком! Ах, какой мужчина! Был был женщиной - сам влюбился бы в него по уши... Вот бы он убил Левасера! Моя дурочка поплакала бы, конечно, попереживала... А там - влюбилась бы снова! Благо, есть в кого! Ай да беглый каторжник, дай Бог ему здоровья! Как кстати-то объявился!

Поет на мотив "Раскинулось море широко...":

Кусочек земли - и на нем - о, мон Дьё,
Такое все время творится!!!
Да, это Тортуга. Владенье мое.
Не делайте скорбные лица!

С отбросами общества знаюсь - да, да!
Куда же, простите, деваться?!
Ведь это не слишком большая беда...
(Хоть тянет порою плеваться).

"Ведь деньги не пахнут!" - вы слышали, нет?
Казне короля - пополненье...
Кто слух распустил?! Я не слышу ответ!!!
---
Ну, разве же то - преступленье?

Чуть-чуть взять себе - за такие труды! -
В том нету греха, уверяю!
Да, очень боюсь - не случилось б беды...
Привык здесь ходить я по краю.

Поймите: Париж ведь, увы, далеко,
Другие совсем здесь порядки...
И хоть я - формально! - сижу высоко...
А, ладно! К чему эти прятки?

Глупышек смазливых я также отец,
Теперь-то, надеюсь, вам ясно?
Как время придет их вести под венец -
Потратиться надо ужасно!

Чтоб пышные свадьбы, как надо, сыграть -
Такие, мон Дьё, тут затраты!!!
Не хочется брать... Ну, а как тут не брать?!
Ведь девочки будут так рады!

К тому же, супругу ведь надо одеть,
А также нужны украшенья...
Мон Дьё, сократить бы расходы на треть!
Мон Дьё, ниспошли мне терпенья!

Кто взрослых имел дочерей - тот поймет,
Какое же это страданье!
Слепым оказался - ну, словно, как крот!
За что это мне наказанье?!

Дочурка моя - идиотка Мадлен -
Влюбилась смертельно в пирата!!!
Она добровольно пошла к нему в плен...
(Смирился бы, если бы - в Блада!!!)

Пожалуй, вот с ним породниться б был рад,
(Найти мужа лучше ей сложно!)
Но - любит другую язвительный Блад...
Хоть - к счастью! - влюблен безнадежно!

Хотел бы взглянуть на ее я портрет:
Чем сердце его так задела?..
Что, клином сошелся на той белый свет,
Чье имя звучит - "Арабелла"?

(Пожав плечами, уходит).

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Арабелла и Мэри Трейл. Сидят с задумчиво-грустным видом в обществе полупустой бутылки.

Арабелла (с тяжелым вздохом): - Плакали мои лучшие платья...

Мэри Трейл (с ехидным вздохом): - Так ты только о них переживаешь?

А (обиженно): - Хоть ты-то не подкалывай!

М (язвительно): - С каких это пор, Ари, ты стала обижаться на правду?

А (махнув рукой): - Хватит, а? И без того на душе муторно - слово кошки нагадили! Давай лучше выпьем!

М (кивает): - Давай...

(Чокаются, пьют. Входит Бишоп).

Б (в полном обалдении): - Эт-то еще что такое?!

А (без капли смущения): - А, дядюшка! Третьим будешь?

М (ахнув): - Ари!!!

Б (с видом человека, которого огрел по башке рухнувший Биг Бен): - Ах, бесстыдница! Да я сейчас задеру тебе подол, и выпорю!!!

А (угрожающе приподнимаясь): - Чего-о-оо??!

Б (испуганно задрожав): - Шутка!

А (с ледяной свирепостью): - За такие шутки, в зубах бывают промежутки! Не хочешь с нами пить - иди, откуда пришел! Не мешай разговаривать о своем, о женском!

Б (ехидно): - Так о женском, или о девичьем?

А (замахиваясь бутылкой): - Вон!!!

Бишопа как ветром сдувает. Мэри Трейл изумленно ахает, схватившись за голову. Арабелла вдруг начинает рыдать, закрыв лицо руками.

А (сквозь слезы): - Уеха-алл... Уплы-ылл, негодя-я-яй... Будь ты проклят, мой мучите-е-ель... Чтоб тебе пусто было-о-о...

М (испуганно): - Ари! Ари, не надо! А вдруг Бог услышит и исполнит?!

А (сквозь слезы): - Пусть!!! Чтоб твой корабль потону-у-ул... Чтоб тебя испанцы на кусочки порубили-и-и... - (по-женски, без всякого перехода): - Чтоб мой язык отсо-о-ох... Прости меня, любимы-ы-ый...

М (всхлипнув): - Ари, вот только честно: почему мы, женщины, такие глупые?!

А (внезапно перестав плакать, гневно): - Я девушка!

М (устало махнув рукой): - Я тоже! Только ума от этого больше не становится...

-------------------------

Капитанская каюта на "Ла Фудр". Левасер и его помощник Каузак.

Левасер (гневно): - Сколько можно повторять?! Не желаю слышать никаких упреков! Я здесь - капитан, мое слово - закон!

Каузак (сердито): - Да разве ж я спорю?! Но это все-таки уже чересчур! Не фрегат - публичный дом! Что ни день... тьфу, ночь, то новая баба в твоей койке!

Л (ехидно): - А ты завидуешь?

К (устало): - Чему тут завидовать? Что они потом бьются в истерике, поминаю твою матушку незлым тихим словом? А заодно желают нашему кораблю налететь на риф, или попасть в ураган?

Л (захохотав): - Так ты еще и трус!

К (убежденно): - Я не трус! Но я боюсь. Бабское проклятие, это все-таки... - (От волнения переходит на стихи): - Что б сказал ЛОллонэ!

Л (махнув рукой): - Он давно гниет на дне!

К (еще более убежденно):

-Вспомни, он предупреждал:
Не погубит, мол, ни шквал,
Ни скала, ни вражий флот...
А вот БАБА...

Л (презрительно):

- Идиот!
Баба-то мне чем страшна?
Что мне сделает она?
Тоже - отыскал врага!
Да, опасна кочерга -
Но в умелых лишь руках!
(В рукопашной - просто страх!)
Ну, а тут... Кончай скулить!

К (упрямо):

-Должен был предупредить.
Совесть чтоб была чиста...

Л (махнув рукой):

-Вот и славно! Красота!
Совесть чистая? Заткнись!
Смотреть тошно - отвернись.
Я тут все же капитан!!!
Хитрый я придумал план:
Губернаторская дочь
По всем признакам, не прочь
В сладкий плен ко мне попасть...
Будут деньги - будет власть!!!

(Переходит на прозу):

-Кстати, ты написал вызов этому жалкому докторишке?

К (испуганно, но твердо): - Нет, и не буду этого делать.

Л (яростно): - Как ты смеешь не выполнять приказов капитана?!

К (упрямо): - Мы покуда не в открытом море, и боя тоже нет. Поэтому я требую, чтобы ты считался с моим мнением! Я все-таки первый помощник. А мое мнение такое: ты ведешь себя, как осел.

Л (схватившись за шпагу): - Да я тебя!!!

К (торопливо): - Дослушай хоть! Ты что, хочешь вызвать драку между командами?! У Блада вдвое больше людей!

Л (опасливо): - Откуда знаешь?!

К (горделиво): - Есть такая штука - называется логикой!

Л (подозрительно): - И что же эта... логика тебе нашептала?

К (с видом учителя... см. выше): - У нас на "Ла Фудр" сколько пушек? Двадцать. А у Блада на его посудине сколько? Сорок! Вдвое больше. Стало быть, и людей у него должно быть вдвое больше, иначе как с этими пушками управляться?! Теперь дошло?

Л (опасливо): - Вот дерьмо...

К (снисходительно): - Ничего, я помогу тебе выкинуть его из башки. Ты лучше подумай, как этого докторишку припрячь к общему делу. Сорокопушечные корабли, знаешь, на дороге не валяются... А там, глядишь... В бою-то всякое может случиться!

Л (в восторге): - Ну, ты голова! - (спохватываясь): - Но я же сказал ему, что пришлю вызов! Как теперь быть?

К (снисходительно): - Я с Бладом сам объяснюсь, не переживай.

Продолжение:
-------------------

Лондон. Король Яков и лорд Сандерленд.

Яков (хмуро): - Мне вчера принесли весьма любопытное письмо. Ознакомьтесь! - (небрежно подает бумагу лорду).

Сандерленд (поспешно): - Слушаюсь, сир! - (вчитывается, вздрагивает).

Я (еще более хмуро): - Кто такой этот Бишоп?!

С (машинально): - Черт его зна... - (спохватывается): - Простите, сир! Судя по всему, это колониальный плантатор с Барбадоса, имеющий чин полковника.

Я (подозрительно ласковым голосом): - Представьте себе, я тоже умею читать. Его место жительства, род занятий и чин указаны в подписи. Меня интересует: есть ли хоть крупица правды в этом письме?!

С (задрожав): - Не могу знать, сир!

Я (после паузы, показавшейся лорду вечностью, от возмущения переходит на стихи):

-Знать бы надо это, лорд!
Порт-Ройал - не просто порт:
Наш в Вест-Индии форпост!
Может, вправду этот пост
Занимает негодяй?

С (торопливо подхватывает):

-Пустит по миру весь край!

Я (все более возмущенно):

-Может, вражеский шпион?!

С (торопливо):

-Нанял, знать, его Бурбон!!!

Я (распаляясь):

-Он французам город сдаст!
Он, подлец, им все отдаст -
Склады, церкви, форты, порт...
Что советуете, лорд!
Что нам надо предпринять?!

С (мгновенно-услужливо):

- Для страховки, лучше б снять
Губернатора...

Я (спохватываясь):

- А вдруг
Невиновен?!

С (пожимая плечами, торопливо):

-Недосуг
В мелочь всякую вам лезть...

Я (задумчиво):

- Может, это только месть,
Злонамеренный донос...
Ну, а если все - всерьез?!
Порт-Ройал - не просто порт!
Я согласен с вами, лорд!
Я ведь Англии не враг!

С (поспешно-льстиво):

- Может, Бишоп лишь дурак,
Может, вовсе идиот...
Но, скорее - патриот!

Я (кивая):

-Да, похоже... Он не прост!
Пусть займет он этот пост!
Подготовьте-ка тотчас
Королевский наш указ!

------------------------------

Арабелла и Мэри Трейл за столом, читают "Тортугский Вестник".

Арабелла (возмущенно): - Пират! Нет, Мэри, ты можешь себе это представить?! Пират!!! Враг рода людского!!!

Мэри Трейл (робко, но твердо): - Ах, Ари, что ему еще оставалось делать?! В Англию пути нет, испанцы на него охотятся... Надо же чем-то жить!

А (с благородным негодованием): - Да уж, конечно! Доктор не может прокормиться своим ремеслом! То ли дело - джентльмен удачи! Негодяй!

М (с тяжелым вздохом): - Будь я на твоем месте, простила бы его!

А (яростно): - Никогда!!! Он для меня умер! - (без всякого перехода, чисто по-женски): - Ох, будь ты неладен, мой мучитель... - (всхлипывает).

М (всхлипывая синхронно с ней): - Бедный, бедный мистер Блад! Угораздило же его влюбиться в такую бессердечную гордячку!

А (мгновенно вспыхивает): - Нечего чушь молоть! Он не посмел бы!

М (с очень тяжелым вздохом): - Нет, Ари, ну почему все-таки мы, женщины, такие глупые?!

А (возмущенно): - Я девушка!!!

М (махнув рукой): - А толку?! Давай-ка лучше прочитаем, что на следующей странице... - (разворачивает "Тортугский вестник"). - О, и здесь про него! В рубрике "Молния"...

А (вчитавшись): - Что?! Да он... Да я его... Да как посмел!!!

М (торопливо): - Погоди, погоди, Ари, не кипятись... Так, так... "Схватка шакалов"... Интересно! - (начинает зачитывать вслух): - РЕПОРТАЖ С МЕСТА СОБЫТИЙ. "СХВАТКА ШАКАЛОВ".

Дорогие подписчики, вот содержание послания, доставленного накануне экстренной голубиной почтой.
"Капитаны "Арабеллы" и "Ла Фудр" на берегу Богом забытого песчаного островка сошлись в смертельной схватке за обладание ценным призом, которым должна была послужить губернаторская доченька. Это был не бой благородных львов, нет! Это была поистине шакалья схватка. Экзальтированная глупышка Мадлен, начитавшаяся рыцарских романов, увы, даже не догадывалась, кому адресовала свой отчаяный призыв (столь же наивный, сколь и трогательный): "Увезите меня, мой герой!" Г-н Левасер уже злорадно хихикал, алчно потирая потные ручонки и предвкушая, какие деньжищи "срубит" с папаши-губернатора, но он забыл, что по части жадности и хитрож... - (запнувшись, поясняет: - здесь вырезано цензурой!) - ирландец даст фору любому французу!

А (выхватывает газету у М., сама читает вслух):

-Как только добыча оказалась в его власти, на горизонте показался соперник. Г-н Левасер не успел даже толком объяснить незадачливому "защитнику" сестры г-ну Анри д Ожерону, что такое та самая пресловутая "женилка" (см. номер "Тортугского Вестника " от 23 сентября) и что с ней надо сделать, чтобы "глаза вылезли на лоб" (его собственная цитата) - (запнувшись, поясняет: - тут примечание какой-то матушки Агнессы, настоятельницы местного монастыря: "Имейте совесть! Вашу газетенку могут прочитать мои невинные девицы-послушницы!"), - как вмешался подоспевший капитан Блад и потребовал две трети добычи (в денежном или натуральном исчислении, на усмотрение г-на Левасера)... - (яростно): - Мерзавец!!!

М (вырывает газету у А., читает вслух):

-Трусоватый помощник г-на Левасера г-н Каузак снова попытался воззвать к инстинкту самосохранения шефа, повторив фразу: "Не будь идиотом, капитан!" - мол, у Блада вдвое больше людей и все такое, может вообще отобрать все нафиг, а так хоть что-то получим... Неизвестно, как развивались бы события, но тут г-н Левасер вспомнил оскорбительную кличку, коей его наделили канониры "Арабеллы" (см. наши предыдущие выпуски) и взревел, как бык, лишаемый естества: "Так они называли меня дохлой рыбой?!" - "Червяком! Земляным червяком!" - попробовали уточнить люди г-на Блада, возмущенные таким поклепом, но было уже поздно: г-н Левасер обнажил шпагу, и с воплем: "Пока я жив, ты ее не получишь!" набросился на г-на Блада. Тот отпарировал со своим обычным леденящим кровь хладнокровием (простите за невольный каламбур): "Значит, это будет после твоей смерти!", после чего проткнул насквозь капитана "Ла Фудр" с искусством хирурга - (запнувшись, поясняет: - Тут опять ссылка на слова той же матушки Агнессы: "Господи, прости этому грешнику!").

А (выхватывает газету у М., читает вслух, дрожащим от негодования голосом):

-Незадачливая девица попала из огня да в полымя: теперь ею завладел другой пират, и она в его полной власти. Судя по всему, в самом скором времени папаше-губернатору поступит требование о выкупе. Хотя, возможно, требование будет совсем другого рода: срочно выдать замуж вышеупомянутую девицу за удачливого капитана Блада. Недаром ходили слухи, что наш дражайший губернатор явно симпатизировал мистеру Бладу, и был не прочь породниться с ним. Будем ждать, чем закончится эта захватывающая история.
Наш корреспондент следит за развитием событий в режиме нон-стоп. Оставайтесь с нами!" - (яростно): - А-а-а-ааа!!! - (рвет газету в клочья).

М (в полном обалдении): - Вот это да!

А (в ярости): - Негодяй! Подлец!! Изверг!!! Убил человека! Из-за какой-то девицы!!! - (сквозь рыдания): - Не из-за меня!!! А-а-ааа!!!

Входит сияющий Бишоп, на физиономии которого можно жарить оладьи без масла.

Бишоп: - Что у вас опять творится?! Арабелла, угадай, какую новость я принес! Мы покидаем Барбадос! Мы теперь будем жить в Порт-Ройале! Наш государь назначил меня губернатором Ямайки! Губернатором Ямайки!!! Он оценил меня по достоинству, не то, что родная племянница, и прочее глупое бабье! Ну, что ты скажешь?!

А (в состоянии, близком к умопомешательству): - Что скажу?! Иди в негритянскую задницу, вместе со своей Ямайкой!!!

Б застывает на месте с выпученными глазами.

М (испуганным шепотом): - Ари! Ари, а как же... политкорректность?!

А (с истеричным всхлипом): - И ее - туда же!!!

Дамы, :-* :-* :-*

Продолжение:
-------------------

Каузак (поет, пританцовывая):

Может, я и не храбрец - но ведь не дурак!
Толку мало в том, чтоб лезть глупо на рожон.
Промолчал - и капитан нынче Каузак!
А горячий Левасер шпагой был сражен.

Из-за девки рисковать - извините, нет!
И, к тому же, в людях Блад вдвое был сильней!
Что, сошелся на Мадлен клином белый свет?!
А ведь я ему шептал: "Уступи, черт с ней!"

Капитан наш вел себя, как глупец и вор:
Часть добычи общей он вздумал утаить...
По заслугам получил. Вот весь разговор!
По возможностям своим соразмерь-ка прыть!

А ирландец-то смышлен! Все он рассчитал!
Девку в целости домой папеньке вернет:
Мол, себя я не щадя, вашу дочь спасал...
Там, глядишь, и под венец... Ох, хитер народ!

К губернатору в зятья - это плохо, что ль?
Левасер мечтал о том - и теперь убит!
"Благородный рыцарь спас"... Он сыграет роль!
Блад удачлив и богат - будет родовит!

Губернатор - не простой все же человек,
Да к тому же хорошо свой набил карман...
---
Вместе с Бладом скоро мы совершим набег,
На "Ла Фудр"-то ведь теперь новый капитан!!!

Место мне освободил своей шпагой Блад,
А иначе долго б мне ждать его пришлось...
Как, дружище Левасер, тебя встретил ад?
Хорошо пожить хотел... А не довелось!

(Злорадно хохочет, потирая ладони): - Да, я точно не дурак! Вот покойник Левасер - дурак, каких мало! - (ханжеским голосом): - Прости, Господи, но ведь это же правда! Нашел, с кем ссориться! Блад - везунчик, это все знают. Завтра отправляемся в рейд на Маракайбо - там будет, чем поживиться! Правда, им больше перепадет... ну да ничего. На нашу долю хватит! - (чешет в затылке): - Сходить, что ли, на эту, как ее... пресс-конференцию... Хоть узнаю, что это за штука такая и с чем ее едят! - (уходит).

----------------------

Помещение, забитое людьми. В президиуме - трибуна, за которой шеф-редактор газеты "Тортугский вестник".

Ведущий (шеф-редактор):

-Дамы и господа! Поприветствуем прославленного героя, защитника слабых и угнетенных, рыцаря морей...

Корреспондент "Барбадосского плантатора" (ехидно):

-Главаря ирландской организованной преступности и акулу капитализма... - (перекрикивая шум): - Я всего лишь процитировал этот бульварный листок. Именно так капитана Блада называли на его страницах, и не далее, как две недели назад.

Ш-Р:

- Ваш сарказм неуместен. Ибо, как говорил один мудрец, даже гении могут ошибаться, а мы не гении, мы всего лишь обычные люди... Итак, вот наш герой - прославленный капитан Питер Блад! Поприве.... - (голос тонет в бурных аплодисментах).

Капитан Блад (входя, с устало-благодарным видом):

-Спасибо, спасибо, тронут...

Ш-Р:

- Прошу вас, капитан, садитесь вот сюда, на почетное место... Леди и джентльмены, задавайте вопросы, пожалуйста! По одному, по одному, не все сразу!!! Полагаю, джентльмены уступят очередь леди... Да, вот вы, в первом ряду, прошу!

Энергичная леди (вспыхнув):

-Я - при исполнении! Половая принадлежность не играет роли! Главное - профессиональные качества!

Ш-Р (озадаченно):

-Увы, чертов феминизм пробрался и на Тортугу... Я вас внимательно слушаю... профессионалка! То есть, я хотел сказать, мистер Блад вас внимательно слушает.

Э.Л. (с вызовом):

-Журнал "Тортугская FEMEN-а!" Скажите, капитан, что заставило вас вступиться за м-ль Мадлен д Ожерон? Зачем вы полезли не в свое дело? Для чего надо было демонстрировать свой альфа-мачизм?! Кто вас просил?!

КБ (озадаченно):

-Никто... Я посчитал своим долгом... Женщина попала в беду - как можно пройти мимо?

Э.Л. (ликующе):

-Вот!!! Раз женщина - значит, слабая и беспомощная, ни на что не способная! Типичная мужская логика! Откуда вы знаете, может, она сама сумела бы победить Левасера?!

Ш-Р (скривившись, как от зубной боли):

-Извините, но время ограничено, давайте-ка дадим слово во-о-оон тому джентльмену во втором ряду...

(Недолгая потасовка, брыкающуюся леди выносят из зала под аккомпанемент ее криков: "Раз нечего возразить по существу - нам затыкают рот! Позор мужчинам!!! Трепещите! Мы вам покажем! Мы вам такое покажем!!!")

Каузак (с искренним удивлением): - И чего такое они могут нам показать? Сиськи, что ли?!

Ш-Р (снова скривившись, как от зубной боли):

-Капитан Каузак, прошу вас!.. Вы же не на полубаке своего фрегата... Итак, джентльмен во втором ряду - мы вас слушаем!

Дж - 2:

-Газета "Ямайский курьер". Мистер Блад, верно ли я понял, что вы вступили в схватку с г-ном Левасером исключительно по зову сердца?

КБ (кивая):

-Совершенно верно.

Дж - 2:

-А соображения... э-э-э... несколько иного плана вам не приходили в голову, даже на миг? Все-таки губернаторская дочка, не посудомойка какая-нибудь...

КБ (с холодным негодованием):

-Не судите по себе, почтеннейший! Видимо, вам не дано понять самых простых вещей!

(В зале общее возмущение. Шеф-редактор о чем-то шепчется с КБ, потом с ледяной вежливостью спрашивает:)

-Сударь, из этого зала два выхода: через дверь и через окно. Каким из них вы предпочитаете вернуться в ваш "Ямайский курьер"?

Джентльмен направляется к двери, громко бурча под нос: "Уж куда нам, отсталым, понять! Под "веселым Роджером" не плавали, чужих кораблей не грабили... Одно слово - дикари!"

Ш-Р:

-Дамы и господа, будьте же серьезнее! Так, вот в третьем ряду ле... (спохватывается) дам... дев... О Господи, да как же вас называть?! Тоже "профессионалкой"?!

Очаровательная девушка:

-Скорее, любительницей... Я еще только учусь, на стажировке... Еженедельник "Рай для влюбленных". Скажите, капитан, насколько верны слухи, что вы и м-ль Мадлен скоро вступите в брак?

КБ (с усмешкой):

-Сударыня, как говорится, хорошее дело не назовут браком! А если серьезно - это действительно только слухи.

ОД (настойчиво):

-Но ведь м-ль Мадлен указывала на вас, говоря отцу: "Вот мой спаситель и твой будущий зять!"

КБ (пожимая плечами):

-Ну, мало ли что может сказать слабая женщина в расстроенных чувствах...

(В дверях показывается голова корреспондентки из журнала "Тортугская FEMEN-а" и слышится ее крик: "Еще неизвестно, кто из нас слабый!!!" Ее выталкивают, крик затихает).

ОД (еще более настойчиво):

-И все-таки? Мне кажется, вы что-то не договариваете...

КБ (посуровев):

-Мое сердце занято. Давно и надежно.

ОД (с жадной настойчивостью):

-И имя этой счастливицы - Арабелла?...

Ш-Р (взглянув на лицо Блада, поспешно):

-Всем спасибо, пресс-конференция окончена!

О-о-о, "Женитьба Бальзаминова" - один из любимейших моих фильмов! :)

Продолжение:
-------------------

Дон Мигель в адмиральской каюте, читает вслух письмо.

Дон Мигель: -Достопочтенный сеньор адмирал и наш дорогой родственник! Посылаю вам на службу моего сыночка и вашего племянника Эстебана. Бедный мальчик так разнервничался после смерти несчастного Диего, своего отца, моего мужа и вашего брата, что совсем потерял над собой контроль. Он хоть и добрый, но умом всегда был обделен, не в обиду ему будь сказано. А это горе окончательно... - (всхлипывает, утирая слезу): - Мой бедный брат! Ничего, Диего, скоро ты будешь отомщен! Проклятый Блад попал в ловушку! - (спохватывается): - Так племяш что, совсем с катушек съехал?! - (продолжает чтение): - Он рвется на подвиги, чтобы не только отомстить за отца, но и покрыть себя неувядаемой славой. Проклинаю себя за то, что позволила ему прочитать "Дон Кихота". Ведь ему теперь всюду мерещатся Дульсинеи Тобосские, которых непременно надо спасать. Сделайте милость, достопочтенный сеньор, пристройте его куда-нибудь, а то перед соседями неудобно. Двух почтенных отцов семейств он уже спас от страшных чудовищ, с криком: "Ты теперь в безопасности, прекрасная Дульсинея!" Попросту говоря, вытащил их из повозок, влекомых чудовищами, то есть, лошадьми... Но это еще полбеды, хуже то, что он заодно убил этих "чудовищ"! Местное общество охраны животных нас по судам затаскало... - (утирает пот со лба с обалдевшим видом). - Вот так племяш, вот так сюрприз! Бедные лошади... - (продолжает чтение): - Мне пришлось униженно доказывать, что мой Эстебанчик мухи не обидит, а что убил их голым кулаком... - (нервно вздрагивает, крестится, продолжает читать): - так мальчик же не виноват, что Господь наградил его такой силушкой... - (в полной прострации, смотрит куда-то вдаль). - Мать честная!!! - (продолжает читать): - Он у нас в доме и так уже половину дверей повышибал, а другую половину снял с петель. Ну, никак не запомнит, как их открывать надо! Двух лакеев уложил наповал, отгоняя мух... Так не со зла же!!! - (остолбенело): - Ну, Диего, ну, брательник!!! Хоть бы заикнулся, каков у него наследничек... Кстати, я где-то читал, что сумасшедшие часто отличаются необыкновенной силой... - (дрожа, читает дальше): - А из-за этого сочинения сеньора Сервантеса, чтоб ему в сражении у Лепанто обе руки оторвало, бедный мальчик окончательно умом подвинулся... - (в ужасе): - Господи, помилуй! А ежели он меня за Дульсинею примет?!

Входит вестовой.

Вестовой: - Дон Эстебан де Эспиноса - и - Вальдес! Прикажете принять?

Д.М. (дрожащим голосом): - Д-д-д-ддд....

В (удивленно): - Дон Эстебан де Эспиноса - и - Вальдес! Прикажете принять??

Д.М. (заикаясь): - Д-д-д-ддд...

В (испуганно): - Дон Эстебан де Эспиноса - и - Вальдес! Прикажете принять???

Д.М. (чудом взяв себя в руки): - Осел!!! Сто раз мне повторять?! Принять, естественно, принять!!!

В (перепуганно): - С-с-с-сл-лу-ушш-ша-аю-юсс-ссььь... - (пулей вылетает за дверь).

Входит Эстебан - косая сажень в плечах, с умилительно-простодушным лицом.

Э (радостно): - Дядя!!!

Д.М. (заикаясь): - П-п-плем-м-мян-н-н...

Э (удивленно): - Что с вами, дядя? Вы не рады меня видеть?

Д.М. (от ужаса, одолев заикание): - Рад!!!

Э (ликующе): - Так дайте же вас обнять!

Д.М. (чудом не испустив дух в объятиях племяша): - О-о-ой! Умоляю, осторожнее!!!

Э (огорченно): - Простите, дядя... Ну, вот опять я не рассчитал силу... Эх, несчастный я человек, одно беспокойство от меня... - (всхлипывает).

Д.М. (испуганно-растроганно): - Ну, не надо, мальчик мой... Ты же не со зла!

Э (ликующе): - Спасибо, дядя! Как это прекрасно, когда тебя понимают!!! - (вновь сжимает адмирала в медвежьих объятиях).

Д.М. (полузадушенно): - Э-э-э...

Э (чуть не зарыдав): - Ну, вот, опять!.. Простите, дядя...

Д.М. (голосом человека, смирившегося со злой судьбой): - Бог простит! - (с опасливой надеждой): - Ты бы пока прогулялся по берегу, воздухом подышал... Места здесь красивые, экология здоровая. А потом я тебя офицерам представлю!

Э (воодушевленно): - Хорошо, дядя! Может, на берегу мне попадется прекрасная Дульсинея, которую надо спасти...

Д.М. (еще более воодушевленно): - Очень даже может быть! Здесь этих Дульсиней - как собак нерезаных... то есть, я хотел сказать, в жизни всегда есть место подвигу! Ступай, мой мальчик!

Э (радостно): - Слушаюсь, мой адмирал!!! - (могучим пинком выбивает дверь каюты и уходит).

Адмирал со стоном хватается за голову.

Д.М. - Создатель, за какие грехи?!

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Капитанская каюта на "Арабелле". Блад, Каузак, Волверстон, Питт, Огл... и прочая пиратская массовка. Страсти накалены до предела.

Каузак (возмущенно):

-Так, значит, я во всем виноват?!

Блад (голосом учителя... см. ранее):

-А разве я посадил "Ла Фудр" на мель посреди озера?

Каузак (ехидно):

-А разве я притащил нас всех сюда?!

Блад (голосом директора школы, которому нажаловался учитель... см. ранее):

-А разве я кого-то тащил силой?

Каузак (яростно):

-А разве я вешал всем лапшу на уши, обещая богатую добычу?!

Блад (голосом инспектора школ):

-А разве из-за меня добыча успела сбежать в лес?

Каузак (в бешенстве):

-А разве... А разве в нашей кухне всего один соус?!

Блад (ехидно):

-А разве мы не умеем варить пиво?!

Каузак (с благородным негодованием):

-А разве мы сожгли Орлеанскую деву?!

Благ (голосом сурового, но неподкупного, судьи):

-А разве мы ее продали англичанам?!

Каузак (набрав побольше воздуху в грудь):

-А разве наш король Эдуард II был мужеложцем?!

Блад (голосом моралиста-пуританина):

-А разве наша Элеонора Аквитанская давала каждому встречному?!

Каузак (подвигав челюстью и поморгав):

-А разве... А разве... А я тебе сейчас набью морду!!!

Блад (с холодным презрением):

-А разве Левасер не пытался сделать то же самое?

Каузак (чуть не завыв от бессильного бешенства):

-Вот скажи, чтобы все слышали: как мы выберемся отсюда, если не примем условий испанского адмирала?!

Блад (рассердившись по-настоящему):

-Как МЫ отсюда выберемся - я знаю. А вот как ТЫ выберешься - это твое личное дело.

Каузак (голосом воздушного шарика, из которого выдернули затычку):

-Это... Это что за свинство?! Мы же союзники...

Блад (устало):

-Как говорится, упаси Господь от таких союзников, а с врагами как-нибудь сами управимся. Если ты веришь испанскому адмиралу - пожалуйста, это твое право. Ну, а я не настолько глуп. Поэтому, прямо сейчас, определяйся: или ты на моей стороне и подчиняешься моим приказам, или... - (делает многозначительную паузу).

Французы, окружавшие Каузака (дружным хором):

-Не будь идиотом, капитан! Ты хочешь вызвать драку между командами?! У Блада вдвое... нет, втрое больше людей! Ну, что ты так вцепился в эту писульку от дона Мигеля?! Отнеси ее в гальюн, и не ссорься, ради Бога, с Бладом! Он всегда честно поступал с нами...

Каузак (голосом быка, которого кастрируют без анестезии):

-Честно?! Честно?! Ах, вы... - (ищет в своем богатом нецензурном лексиконе подходящее по крепости выражение. Не находит, плюет с досадой):

-Черт с вами, я согласен!- (Бладу, с вызовом): - Но кухня у вас все равно хреновая!!!

Волверстон (не утерпев): - Ой-ой-ой!!! Да уж, как-то обходимся без лягушачьих лапок, хвала Создателю! Хоть сахаром мне их обсыпь - в рот эту гадость не возьму!

Каузак (сердито):

-А ты их пробовал?

Волверстон (упрямо):

-А на фига? Сказал, в рот не возьму, значит, не возьму!

Каузак (зло):

-А за тысячу песо?!

Волвертсон (ехидно):

-А она у тебя есть?

Каузак (ликующе):

-Ах, значит, дело только в цене?

Волверстон (презрительно):

-А что толку трепаться попусту? Сначала покажи бабки!

Каузак (гневно):

-А на слово, значит, ты мне не веришь?!

Волверстон (презрительно):

-А разве я похож на дурака?!

Каузак (ядовито):

-А разве нет??!

Волверстон (хрипло):

-А разве... Да я тебя!!!

Блад (сердито):

-Хватит!!! Как дети малые! Волвик, раз уж тебе так приспичило почесать кулаки, я дам тебе такую возможность. Ты пойдешь в авангарде, а месье Каузак будет прикрывать твой тыл. Слушайте внимательно, что я придумал...

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Пираты (хорошо): - Что-о-о??!

Блад (скорчив физиономию конспиратора со стажем): - Т-с-ссс!!! У испанцев всюду уши есть! Ну-ка, поближе ко мне!

Пираты изображают сцену у ворот "Тре крунур" перед началом матча, где Блад исполняет роль голкипера. Потом отшатываются с изумленным вздохом, издавая нечто среднее между: "Питер, ты гений!" и "Ни хрена ж себе!!!"

Блад (голосом счастливого папаши, любующегося своим первенцем):

-Ну, как? Хорошо придумал?

Питт (голосом страстно влюбленной девушки):

-Зашибенно!!!

Волверстон (голосом охрипшей каракатицы):

-Значит, как... - (корабельная сирена заглушает его слова) - так все сразу, а как... - (корабельная сирена... см. ранее) - так старина Волвик!!! А ... - (корабельная сирена, см. ранее) ... - не треснет??!

Блад (голосом председателя собрания акционеров):

-Джереми, ты все запротоколировал?

Питт (услужливо-восторженно):

-Все, Питер! Слово в слово! Вот: - (зачитывает): - "Волверстон высказал некоторые сомнения по поводу реальности предложенного плана".

Все хохочут (кроме, естественно, старины Волвика).

Волверстон (чудом не взорвавшись):

-Ах вы, дети сатаны! Я вам покажу... - (корабельная сирена, см. ранее). - Да вырубите же эту... - (корабельная сирена, см. ранее) - штукенцию!!!

Блад (торопливо):

-Волвик, скажи честно: что тебя смущает?

Волверстон (зло):

-Я не трус, ты это знаешь! Но оставшийся иллюминатор мне все-таки дорог! Не хотелось бы до конца дней ходить с белой палочкой и табличкой: "Подайте бедному слепому на подзорную трубу!"

Каузак (ехидно):

-Чего уж скромничать-то? Проси сразу на цветной телевизор...

Все хохочут (кроме, ЕСТЕСТВЕННО, Волвика).

Волверстон (яростно): - Заткните глотку этому... - (корабельная сирена, см. ранее) ... - пожирателю мертвых лягушек! А то я за себя не ручаюсь!!!

Каузак (вспыхивая): - Я попросил бы!!!

Волверстон (притворно-испуганно): - Ах, миль пардон, месье французик! Я понятия не имел, что ты пожираешь их живьем...

Пираты-французы (хором): - Да это же... - (корабельная сирена, см. ранее). - ... знает что!!!

Блад (сердито): - Молча-а-аать!!!!!!

Все, включая корабельную сирену, испуганно затыкаются.

Блад (торопясь использовать тишину):

-Пиши, Джереми! Общий совет, прошедший в обстановке дружбы и полного взаимопонимания, постановил: назначить Волверстона командиром абордажно-брандерного авангарда. Особо отметь, что все присутствующие выразили единодушное восхищение его мужеством и готовностью к самопожертвованию...

Питт (с восторженным восхищением влюбленной девушки):

-Какие слова! Ах, какие слова!!! - (торопливо записывает).

Волверстон (вскакивая):

-Засуньте вы свое восхищение себе... - (опасливо умолкает, ожидая корабельной сирены. Сирена безмолвствует). - Тьфу!!! Даже эта хрень его слушается!!! Ладно, черт с вами, пойду! Пойду на этом брандере!!! Но чтобы вот этого... - (переводит дух, указывая пальцем на Каузака) - у меня сзади не было! Пусть мой тыл прикрывает кто-то другой!!!

Блад (удивленно):

-Но почему?

Волверстон (убежденно):

-Потому, Питер, что мне дорог не только оставшийся иллюминатор! Я свой кингстон - (хлопает себя ладонью пониже спины) - тоже абы кому не доверю!

Французы-пираты (негодующим хором):

-Да это же... - (опасливо умолкают, ожидая корабельной сирены. Сирена по-прежнему безмолвствует).

Волверстон (яростно):

-Готовьте этот... - (сирена звучит с удвоенной силой)... - брандер!!! А я пока сойду на берег, проветрюсь! Дышать уже нечем, все лягушатниками провоняло!!! - (выходит, хлопнув дверью).

Французы-пираты синхронно открывают рты, но тут же зажимают уши: сирена начинает звучать с утроенной силой.

;) ;) ;D

Продолжение
------------------

Сцена. В одном углу - Мадлен и Люсьен дОжерон, в другом - Арабелла Бишоп и Мэри Трейл.

Мадлен (страдальческим голосом): - Господи, какой же дурой я была!

Люсьен (медово-ехидным голосом): - Не только была, сестричка, но и осталась!

Мд (вспыхнув): - Вредина!!!

Л (смиренно): - Зато не дура!

Мд (яростно): - И это родная сестра?! Ехидна!!!

Л (ядовито): - Может, и ехидна! Но умная! Надо мной весь остров не потешался!

Мд беззвучно открывает и закрывает рот, потом начинает всхлипывать.
----------

На другом конце сцены, Мэри Трейл с чувством декламирует:

Никогда мне не забыть
Ужас в эту ночь:
От испанца во всю прыть
Убегала прочь.

На исходе моих сил
Появился ОН!
Славный рыцарь защитил,
Враг был побежден.

Мой спаситель грубоват...
Я ему прощу!
Что за чудо - мистер Блад!
КАК теперь грущу!

Он испанцев покарал,
Он им отомстил,
И корабль у них отнял,
И на нем уплыл...

Знаю: каторжником был,
А теперь - беглец...
"Их закон приговорил!" -
Мне сказал отец.

Что же это за закон,
Чтоб таких людей...
...Я глушу тяжелый стон.
Где ты, мой злодей?!

Если б появился ты,
На один лишь день...
Горьки девичьи мечты,
И на сердце - тень.

Постоянно снится Блад,
С шпагою в руке...
Боже! Это сущий ад!
Хоть он вдалеке...

Тяжелее же всего
Мне осознавать,
Что ОНА-то ведь его...
---
На губах печать.

Он с ТАКОЙ надеждой ждал
Взгляда, или слов...
Грустным вышел сей финал...
Хоть и без оков.

Арабеллу я судить
Вовсе не хочу.
Не решусь заговорить...
Лучше - промолчу.

Да, он любит. А она?!
Там не сердце - лед!
Чую я - хлебнет сполна
Мистер Блад забот...

Если б мог услышать стук
Сердца моего...
Где он, мой пропавший друг?
Я люблю его!

Да, люблю! Моя вина!
Может, это бред...
Для него ОНА - одна,
Мне там места нет...

Арабелла (со стоном): - И это лучшая подруга?! Ехидна!!!

М (с вызовом): - Может, и ехидна! Зато не бессердечная гордячка!

А. беззвучно открывает и закрывает рот, потом начинает всхлипывать.
-------

Мадлен (приходя в себя, ядовито): - Я еще посмотрю, как над тобой весь остров хохотать будет, когда твой Джереми Питт даст тебе от ворот поворот!

Л (с вызовом): - Во-первых, не мой! Во-вторых, пусть только попробует!!! Я ему такое устрою - позабудет про секс... - (запинается).

Мд (изумленно): - Так у вас что, с ним было??!..

Л (испуганно-недоумевающе): - Что было?

Мд (гневно): - Ну, это самое!!! - (шепчет сестрице на ухо).

Л (гневно): - Может, у тебя то самое было не только с Левасером, но и с половиной экипажа "Ла Фудр"!!! А я - честная девушка!

Мд (яростно): - Я тебе такую половину экипажа покажу - навсегда про секс со своим Питтом забудешь!!!

Л (истерично): - Дура!!! Я хотела сказать: он у меня позабудет про свой секс... - (запинается) - Ну, позабудет про то, куда он смотрит!!!

Мд (иронично): - Так, так, так!!! Какие, однако, подробности вырисовываются! Твой штурман, я вижу, решил переквалифицироваться в гинекологи? В роли наставника, я полагаю, капитан Блад - как-никак, врач. А в качестве наглядной модели - кто? - (с интересом рассматривает сестру).

Л (в истерике): - Дура!!! Я имела в виду ту металлическую штучку... Ну, которой он пользуется... С зеркальцем!!!

М (кивая с улыбкой): - Мы имеем в виду одно и то же! Именно - металлическая, и с зеркальцем!

Л (близкая к тому, чтобы проредить сестре прическу): - Секстант!!! Вспомнила!!! Вот как называется эта штучка, которой пользуются штурманы! Тьфу, язык сломаешь!

М (разочарованно): - А-а-а...

Л (ехидно): - Кто про что, а вшивый - про баню! В общем, если этот не мой ухажер посмеет меня бросить - такое ему устрою, позабудет про свой секс... - (запинается). - Тьфу!!! Про свою штучку с зеркальцем!

Мд (ехидно): - Если это не твой ухажер, чего же так разволновалась? Не твой - значит, общий! Захочу - будет мой!

Л (негодующе): - Ишь, чего захотела! Не трожь Джеремусеньку! Мало, что ли, мужиков?!

Мд (внезапно всхлипнув): - Вроде полно... А толку?! Один оказался мерзавцем, другой - тупым рыцарем без страха и упрека! Говорит: "Не бойтесь, мадемуазель, я отвезу вас на Тортугу к отцу!" Представляешь? И тут облом случился!!! А-а-а... - (рыдает).

Л (без перехода, чисто по-женски): - Сестричка, милая, не плачь! - (обнимает Мд). - Ну их к черту, этих мужиков! Сволочи!!! - (распаляется): - Правильно говорили в клубе воинствующих феминисток: все зло от них!!!

Вскинув голову, поет на мотив песни Т.Шаова "Мужики":

-С мужиками общаться - ох, трудно!
Жутко, мерзко, противно, паскудно!
Как ведут себя - грубо, занудно...
В общем, что тут сказать?! Мужики!!!
И при этом готовы хвалиться:
Повезло, мол, мужчиной родиться...
Им б нажраться, потом - похмелиться...
Ах, какие ж они дураки!!!

Мадлен (подхватывая):

-Мужики! Мужики!
Ах, какие ж они дураки!!!
------

Арабелла (придя в себя): - Так, значит, ты плюешь на нашу дружбу? Тебе дороже какой-то беглый раб, каторжник, морской разбойник?!

М (со слезами): - Ари, но ведь сердцу не прикажешь!

А (с гордым видом Орлеанской девы, всходящей на костер): - Еще как прикажешь! Бери пример с меня! Не скрою: я испытывала к нему некоторый... э-э-э... интерес... - (краснея, запинается), - но нашла в себе силы забыть его! Он для меня умер!!! - (без всякого перехода, чисто по-женски, начинает рыдать и голосить): - Чтоб мой язык отсо-о-ох... Будь ты проклят, мой мучитель, мой любимы-ы-ый... Всю душу ты мне вымота-а-ал... Чтоб ты сдох вместе со своей Мадлен! Какое мерзкое имя-я-яяя...

М (со слезами обнимает ее): - Ари! Ари, милая! Не надо, пожалуйста... Пожалей свое сердце!

А (без всякого перехода, чисто по-женски): - Ты права, милая! Ни один мужчина не стоит того, чтобы женское сердце так страдало! Ну его к черту!!! - (без всякого перехода): - Уа-а-ааа!!!

М (всхлипывает): - О, Господи!

А (вскидывает голову, поет синхронно с Л. и Мд):

-Мужики! Мужики!!!
Подлецы вы все и дураки!
Мужики! Мужики!!!
Подлецы вы все и дураки!

Мадлен начинает новый куплет:

-Мужики себе власть всю забрали,
Раздают ордена и медали...
Баб бы не было - кем бы вы стали?!
Грязью б по уши вы заросли!

Люсьен подхватывает:

-У них баба во всем виновата!
Срок придет - и настанет расплата!
Ох, прищучим мужского мы гада -
Всех стереть их с лица бы земли!!!

Арабелла (начинает припев):

-Мужики! Мужики!!!
Собирайте свои рюкзаки!
Мужики! Мужики!!!
Заскулите еще от тоски!

Мэри Трейл (растерянно):

-Но нельзя ж обойтись без мужчины!
Мы завоем с тоски и кручины!
Как без сильной прожить половины?
Ведь мы, женщины, слишком слабы...

Три дамы (негодующим хором):

-В адвокаты ты к ним записалась?!
Лучше б в шайке у Блада осталась!
Коль ума сохранилась хоть малость -
Не увиливай ты от борьбы!

Мужики! Мужики!!!
Ваши судьбы не будут легки!!!
Мужики! Мужики!!!
Мы докажем, что вы - дураки!!!

(Уходят, гордо вскинув головы. Мэри Трейл, потупив голову, идет следом).

Красный Волк, :-*

Продолжение:
-------------------

Каузак и еще один пират-француз.

Каузак (подавая пирату свиток бумаги): - Передашь лично в руки дону Мигелю де Эспиноса, понял?

Француз (снисходительно): - Понял, не дурак!

К (раздраженно): - Как отвечаешь капитану?!

Ф (растерянно): - Ну, так дурак бы не понял!

К (топнув): - Надо отвечать: "Слушаюсь!" Понял?!

Ф (еще более растерянно): - Понял, не дурак!

К (в ярости): - Дурак!!!

Ф (удивленно): - Не понял?!..

К (в истерике): - Вон!!!

Пирата как ветром сдувает. Каузак плюет от досады.

К: - Тьфу!!! Сказать кому - не поверят! Каузак предает собратьев-корсаров! Правда, жалких англичанишек... и все-таки... Как паскудно-то на душе! - (пожимает плечами). - Ну, так не зря говорится: "Своя рубашка к телу ближе!" Даже если спалим их эскадру, мимо форта не прорваться, значит, выход один: сдать Блада. А то - висеть всем рядышком, или уйти на дно! - (Начинает петь на мотив "Я здесь в Америке уже четыре года" В.Токарева):

-Я пошатался по Карибскому по морю!
Я брал добычу в разоренных городах!
Признаюсь честно: приносил я людям горе,
И долго имя наводило мое страх!

Ну, что поделать: такова судьба пирата!
Старался все же не впадать я в беспредел...
И вот теперь служу у Питера у Блада,
А Блад-везунчик оказался не у дел!

Мы с Бладом нынче словно крысы две - в ловушке!
А выход в море сторожит сам дон Мигель.
И у него - крупнокалиберные пушки!
Уложат быстро всех нас в смертную постель!

Чего считаться, больше в этом кто виновен?!
Ну да, на мель я посадил свою "Ла Фудр"...
Нам не прорваться мимо жутких тех хреновин,
Не одолеть крупнокалиберных тех дур!

Уж ощущаем мы нехватку провианта,
А нас - три сотни молодых голодных ртов!..
Как говорится: краткость, мол, сестра таланта...
Я описать все это кратко - ох! - готов!!!

Мой выбор очень, прямо скажем, небогатый:
Иль Блада сдать - иль вместе с ним пойти ко дну...
Жестокой дон Мигель пугает нас расплатой!
Любил он брата... (Лучше бы - его жену!!!)

Судьба предателей - что может быть гнуснее?!
Поэт какой-то их загнал в ледовый ад...
Но не хочу я ощутить петлю на шее!!!
Уж миль пардон, уж извини ты, Питер Блад!

Послал письмо с предупреждением испанцу,
Надеюсь той изменой жизнь себе купить...
... В конце концов, я изменил лишь самозванцу!
Кто он такой, чтоб капитаном себя мнить?!

Какой он, к черту, капитан?! Лишь докторишка!
Таких - на дюжину двенадцать, только глянь!
Знать, не судьба. Уж извини! Такая фишка!
---
Какая все-таки французская я дрянь!!! - (Потупясь, уходит).

------------------

Берег залива. Дон Эстебан с восторженно-настороженным видом продирается сквозь заросли.

Д.Э. - Дядя сказал, что тут много Дульсиней, а я что-то пока ни одной не встретил... - (огорченно): - Эх, несчастный я человек! Нелепый, неудачливый... Даже девушки не любят! - (всхлипывает, но тут же загорается): - Ничего, еще полюбят! Вот возьму, и прославлюсь в сражении! Захвачу в плен этого мерзавца Блада!!! Отец будет отомщен... - (всхлипывает, но тут же загорается): - Дядя у меня такой умный, он не мог ошибиться! Раз сказал, что здесь много Дульсиней - значит, так и должно быть! Надо лишь поискать получше... Наверное, какой-нибудь Дульсинее грозит страшная опасность, а я спасу ее!!! И она меня полюбит, точно, полюбит! - (прислушивается): - Что это за шум? Кто-то идет сюда!

Из зарослей выходит Волверстон, вне себя от негодования:

В (яростно): - Ишь, чего удумали, дети сатаны! Выручай, старина Волвик!!! Хотя... - (немного смягчается): - Ничего удивительного нет, спалить такую махину, как "Энкарнасьон" - это работа лишь для особого человека! - (огорченно пожимает плечами): - Правда, даже если спалим его к испанской мамаше - форт-то никуда не денется, с его чертовыми пушками!!! Ну, ладно, Питер у нас голова, что-нибудь придума... - (осекается на полуслове, заметив, что почти уткнулся в Эстебана).

Д.Э. (голосом исстрадавшегося знатока, нашедшего, наконец, свой идеал): - Дульсинея!!! - (сгребает старину Волвика в медвежьи объятия).

В (тщетно пытаясь вырваться, голосом совершенно обалдевшего человека): - Э-э-э... Ы-ы-ы...

Д.Э. (страстно лобзая его): - Дульсинея!!! Наконец-то!!!

В (диким голосом, во все горло): - Помогите!!! Насилуют!!!

Д.Э. (ошеломленно): - Тебе угрожал насильник, о прекрасная дева?! Но кто этот нечестивец?! Только покажи мне его - на куски разорву!!!

В (полузадушенным голосом): - Посмотри в зеркало, придурок!

Д.Э. (в полном восторге): - Зеркало? Ты хочешь зеркало, прелестная красавица? Не стоит, в моих глазах, ты и без того очаровательна!

В (близкий к умопомешательству): - Э-э-э... Сеньор! Вы совершаете ужасную ошибку! Я недостоин вас... то есть, недостойна...

Д.Э. (изумленно): - Но почему же?!

В (лихорадочно): - Я уже немолода!

Д.Э. (в восторге): - Ах, какой тонкий юмор!

В (умоляюще): - Я курю!!! Дымлю, как паровоз!!!

Д.Э. (любяще): - Я современный человек, и сквозь пальцы смотрю на эмансипацию...

В (отчаянно): - Я никогда не рожу вам ребенка!!!

Д.Э. (страстно): - Усыновим чужого!

В (хрипло): - А какое у меня прошлое!!! Куча мужчин, в том числе - один саксофонист!!!

Д.Э. (игриво): - Я тебя прощаю, моя прелесть...

В (отчаянно уворачиваясь от его поцелуев): - Разуй глаза, придурок!!! Я - мужчина!!!

Д.Э. (философски): - У каждого свои недостатки!

Слышен грозный рык ягуара. Эстебан разжимает объятия и с еще более грозным ревом бросается в кусты навстречу звукам. Волверстон с диким криком убегает.

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Палуба "Энкарнасьона". Дон Мигель, героически одолевая брезгливость, беседует с пиратом-французом. Рядом толпятся испанские офицеры.

Дон Мигель (голосом великомученика): - А на словах сеньор Каузак ничего не передавал? - (наливает пирату новый бокал хереса): - Пейте, пейте, любезный, не стесняйтесь! - (в сторону): - Господи, помилуй! На кого такой отборный продукт перевожу!!!

Пират-француз (голосом человека, узревшего райские врата): - Хорошо-то ка-а-ааак... Ваш-ше зд-доров-вье, месье-е-еее.. тьфу, сеньор-р-рр... - (пьет). - С-сказать кому, ч-чем меня поили - не поверя-я-ят...

1-й офицер (сердито): - В милиции... тьфу, в Инквизиции поверят!!! Ты отвечай на вопрос сеньора адмирала: твой Каузак на словах что-то передавал, или нет?!

П-Ф (добросовестно напрягая мозги): - Каузак? А к-кт-то эт-то?..

2-й офицер (еще более сердито): - Сеньор адмирал, не поджарить ли ему пятки? Или, может, примерить ему пару наших добрых испанских сапожек?!

П-Ф (радостно): - Валяйте!!! Мне к-как раз-з новые с-сапоги нужны-ы... - (спохватившись, бьет себя по лбу): - Ах, Каузак! - (обиженно):т - Так бы с-сраз-зу и сказ-зали-и... - (дону Мигелю): - Месье, я виж-жу - вы хорош-ший ч-человек-к, не то, чт-то эт-ти-и... - (тычет пальцем в сторону офицеров): - Н-налейт-те мне еще!

Д.М. (скрипя зубами и наливая): - На словах сеньор Каузак что-нибудь передавал?!

Слышится дикий крик вахтенного: - Ягуар за бортом!!! Человек за бортом!!! Ягуар с человеком за бортом!!! Человек с ягуаром... Матерь Божья, я схожу с ума!!!

Все вздрагивают (кроме пирата-француза, выпивающего очередную порцию коллекционного хереса).

Д.М. (потрясенно): - Нет, это я сойду с ума в этом бардаке!!! Немедленно выяснить, что померещилось этому болвану!!!

Офицеры забегали, как подстреленные гоблины. Через минуту, вводят под руки мокрого исцарапанного Эстебана.

1-й офицер, трясясь и заикаясь:

-В-ваш-шее п-ппрев-восход-д...

Д.М (сердито): - Отставить! -(2-му офицеру): - Доложите, что случилось!

2-й офицер (потрясенно): - Сеньор адмирал, это что-то немыслимое! Мы никогда такого не видели и о таком не слыхивали! И родились, и крестились - не...

Д.М. (еще более сердито): - Отставить!! - (3-му офицеру): - Докладывайте вы! Коротко! Ясно!! Только по существу!!!

3-й офицер (голосом стоялого быка): - Слушаюсь!!! - (все вздрагивают, кроме француза, украдкой тяпнувшего еще несколько бокалов хереса, и теперь спящего).

Д.М (яростно): - Не надо так орать!!! Я не глухой!!!

3-й офицер (голосом двух стоялых быков сразу): - Слуша... ой! - (испуганно затыкает рот).

Д.М. (голосом министра образования, задолбавшегося объяснять, что ЕГЭ - наверное, относительно полезная в далеком будущем вещь):

-Я сказал, не надо так орать!

3-й офицер (испуганно): - Ваше превосходительство, ваш племянник дон Эстебан приплыл к борту "Энкарнасьона", держа мертвого ягуара за хвост!!! Ягуар, судя по предварительному осмотру, был задушен...

Д.М. (голосом великомученика, узревшего орудие своей казни): - Боже милостивый!

Эстебан (с горделивым хохотом): - Я победил чудовище! Я спас прекрасную Дульсинею! Моя прелесть, ты в безопасности! - (беспокойно озирается по сторонам): - Но... где же она?! Где моя прелесть??! А-а-ааа!!! - (начинает рыдать).

Д.М. (торопливо): - Эстебанчик, малыш мой, успокойся... Вот, хлебни хереса... - (отворачивает край бочонка, потом изумленно наклоняет его, трясет...) - Черт побери!!! Этот висельник-француз все вылакал!!!

П-Ф (особенно громко, звучно и счастливо): - Хр-р-рррр!!!

Эстебан (голосом Горлума): - Прелес-стть!!! Украли мою прелес-стть!!! Блад, проклятый Блад! Ненавис-стн-ный!

Д.М. (потрясенно): - Так ты встретил в лесу Блада и его шайку?!

Эстбан (в полуневменяемом состоянии): - У-у-ууу!!! - (трясет кулаками).

Д.М. (осторожно): - А ты смог сосчитать, сколько их было?

Э (кивая): - О-о-ооо!!!

Д.М. (вкрадчиво): - Так сколько же? Вот этот... - (тыча пальцем в сладко похрапывающего француза) - утверждает, что всех пиратов - не больше трехсот человек!

Э (визгливо хохоча): - И-и-ииии!!!!

Д.М. (ошарашенно): - Так он солгал нам?! Пиратов больше?!

Э (со свирепым лицом): - У-у-ууу!!!!! - (разводит руки до предела в стороны).

Д.М. (опасливо): - Насколько больше? Неужели их четыреста?

Э (хохоча до слез): - И-и-иииии!!!!!!!

Д.М. (вздрогнув): - Еще больше? Неужели пятьсот?!

1-й офицер (перекрестившись): - Господи, помилуй!

Э (с серьезным и злым лицом): - Ы-ы-ы!!!!

Д.М. (трясясь всем телом): - Матерь Божья! Неужели шестьсот?!

Офицеры (хором): - Пресвятая непорочная дева, спаси и сохрани....

Э. впадает в истерику, вопя: "Прелес-стть!" и "Блад - вор! Ненавис-стный, ненавис-стный!"

Д.М. (утирая пот со лба): - Уведите бедного мальчика в мою каюту, позовите лекаря! А мы будем разбираться с этим вруном... - (свирепо смотрит на сладко похрапывающего француза).

2-й офицер, оживленно: - Так мы, все-таки, примерим ему испанские сапожки?!

Д.М. (со сладострастно-кровожадной улыбкой истинного сына знойной Кастилии): - Нет, так легко он не отделается... Я буду пытать его хересом!!!

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

На борту "Арабеллы". Блад, Питт, Хагторп. Питт читает старый номер "Тортугского вестника".

Питт (с восторгом): - Питер, про тебя опять пишут! В рубрике "Анекдоты"...

Блад (философски): - Главное, что не в рубрике "От безутешных коллег по профессии"... А что именно?

Питт (зачитывает вслух): - Полковник Бишоп, чудом спасшийся, рассказывает губернатору Стиду и его жене о том, что случилось на борту "Синко Льягас"...

Хагторп (перебивая): - Подумать только, этот безмозглый жирный боров стал губернатором Ямайки! Чем, интересно, думает Яков и его министры?!

Блад (философски): - Явно не головой... Продолжай, Джереми!

Питт: - "Он уставился на меня своими голубыми глазищами, и спросил: "Скажите, полковник, вы умеете плавать?!" У меня прямо мороз по коже пробежал, руки-ноги затряслись... Язык отнялся..." - Какой ужас! - ахнула губернаторша. - Слова не могу вымолвить - продолжает Бишоп, - только киваю и мычу: "Умею, мол!" - Но... Но вы же не умеете плавать!!! - ахнул губернатор. - Представьте себе, сразу научился! - всхлипнул Бишоп..."

Хагторп (перебивая): - Вранье! Этот боров умел плавать!

Блад (философски): - Так это же анекдот! Продолжай, Джереми.

Питт: - "Вечером, готовясь ко сну, губернатор Стид услышал, как в соседней комнате молится его жена: "Милый Боженька! Сделай так, чтобы этот беглый каторжник приснился моему мужу, уставился на него своими голубыми глазищами, и спросил: "Скажите, губернатор, вы умеете доводить жену до оргазма?!"

Все хохочут.

Хагторп (ехидно): - Да уж, эта губернаторша... - (спохватывается): - Извини, Питер, я вовсе ничего такого...

Крик вахтенного: - Человек за бортом!!! Че... черт! Это Волверстон! Старина Волвик за бортом!!!

Блад: - Спасти и согреть!

Хагрорп: - Есть! - (убегает).

Питт (с недоумением): - Зачем согревать-то? Теплынь, вода - как парное молоко...

Блад (строго): - Джереми, я же не учу тебя, как прокладывать курс! Это такая команда. Ну, то есть, если за бортом мужчина!

Питт (с интересом): - А если бы - баба?

Блад (наставительно): - Тогда - "Спасти и растереть"!

Питт (мечтательно): - Я бы охотно поучаствовал... Особенно, если бы была молодая блондинка, как Люсьен... - (спохватывается): - Пойду я, пожалуй, секстант проверю, карты... - (торопливо уходит).

Блад (с грустной улыбкой): - Что, дружище, засела у тебя в сердце эта пустышка, губернаторская дочка? Эх, женщины, женщины... - (с тяжелым вздохом): - Что же вы с нами делаете! - (спохватывается): - Волвик за бортом?! Но... Но он же не умеет плавать!!!

Входит мокрый разъяренный Волверстон.

В (голосом стоялого быка, у которого из-под носа увели корову): - Где он??!

Б (опасливо): - Кто?

В (яростно): - Не кто, а что!!! Брандер этот, трижды употребленный всеми сексуальными способами, где??! До сих пор не сделали, лодыри??! - (исступленно): - Я рвусь в бой! Я этих испанцев взорву к такой-то испанской мамаше!!! Всю эскадру на дно пущу!!! Я их ненавижу!!!

Б (еще более опасливо): - Волвик, друг мой! Что с тобой?! Ты не заболел?! Что-то слишком нервный...

В (диким голосом): - Я здоров и спокоен!!! Готовьте брандер!!!

Б (торопливо): - Хорошо, хорошо, ты только не волнуйся...

В (подскочив на месте): - Не действуй мне на нервы!!! Я же сказал - я не волнуюсь!!!

Б (голосом заботливого врача, общающегося с буйным пациентом): - Хорошо, хорошо, сейчас все будет сделано... Только скажи: какого черта ты не прибыл обратно в шлюпке, а добирался вплавь, в одежде?! И как ты не утонул, не умея плавать?!

В (голосом охрипшей каракатицы): - Оказалось - умею! Сразу научился!!!

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Палуба "Энкарнасьона". Пират-француз, приведенный в чувство морской водой, испанские офицеры, жаждущие примерить ему "сапожки", и огнедышащий дон Мигель с новым бочонком коллекционного хереса.

Дон Мигель (голосом заботливой тещи, вновь нагрянувшей в гости): -Вам уже полегчало, месье? Соображать можете? У меня в руках бочонок хереса... Понимаете? Хереса!!! - (смачно сглатывает слюну и причмокивает, как изнывающий от жажды пес Мастино). - Того самого, которому вы отдали обильную дань...

Пират-француз (голосом умирающего от жажды в пустыне араба): - П-понимаююю... Н-налейте, а?.. - (инстинктивно тянется к бочонку, офицеры хватают его за руки).

Д.М. (с иезуитской вежливостью): - Нальем, всенепременно! После того, как вы правдиво ответите на несколько вопросов. Итак, вопрос номер один: сколько всего пиратов у Блада?!

П-Ф: - Я ж-же уж-же гов-ворил... Т-триста...

Д.М. (с иезуитским сочувствием): - Ответ неверен! - (Поворачивает бочонок так, что его кран оказывается за бортом). - Еще раз спрашиваю: сколько всего пиратов у Блада?!

П-Ф (опасливо-упрямо): - Ну, т-триста же!!!

Д.М. (открывая кран так, что херес начинает течь тонкой струйкой): - А если подумать? Может быть, вам нужна подсказка? Ну, там, помощь зала, или звонок другу? - (внезапно сдвигает брови и рявкает громоподобным голосом): - Думай, сволочь, живее! Херес вытекает!!!

П-Ф (диким голосом, даже перестав заикаться от такого потрясения): - Чего тут думать?! Триста и есть триста!!! - (мучительно задумывается): - Ну, может, десяток-другой туда-сюда...

Д.М. (слащаво улыбаясь): - Уже лучше! А, может, не десяток-другой, а сотня-другая? Или даже две-три сотни?! А??! - (открывает кран пошире).

П-Ф: (в исступлении): - Сволочь!!! Гадюка кастильская!!! Кончай переводить продукт!!! - (рвется к адмиралу и бочонку, офицеры его удерживают).

Д.М. (с еще более слащавой улыбкой): - Так сколько у Блада пиратов - триста, или, все-таки, шестьсот?!

П-Ф (истерично рыдая): - Шестьсот! Шестьсот!!! Христом-богом молю, закрой кран, сил нет глядеть на такое святотатство!!!

1-й офицер (свирепо, в сторону): - У меня тоже!!!

2-й офицер (с тяжелым вздохом, в сторону): - А у рыб сейчас, небось, праздник в разгаре... Такое счастье на халяву привалило!!!

Д.М. (с ласковой улыбкой): - Так, значит, шестьсот?

П-Ф (диким голосом): - Шестьсот!!!

Д.М. (перекрывая кран). - Ну, вот как хорошо дело-то пошло! Теперь вопрос номер два. Какой план у Блада?!

П-Ф (умоляющим голосом): - Так Каузак-то все рассказал... Брандер - на ваш флагман, остальные корабли - на абордаж...

Д.М. (вкрадчиво): - А форт?!

П-Ф (с истеричным всхлипом): - Не знаю! Блад сказал: "А там видно будет"!

Д.М. (с тяжелым вздохом): - Значит, по-хорошему мы не понимаем... - (отворачивает кран бочонка).

П-Ф (голосом доброго католика, искушаемого дьяволом): - Гореть тебе в аду!!!

Д.М. (философски): - Ты там окажешься куда вернее... Ну, так каков план Блада?! - (сдвигает брови, рявкает): - Он нападет на форт с воды, или все-таки с суши?!

П-Ф (на которого слово "суша" произвело явное действие): - Христом-богом молю, дай хлебнуть! Такой сушняк... Ох!!!

Д.М. (грозно): - Скажешь правду - дам! С воды будут нападать на форт, или с суши?!

П-Ф (уже ничего не соображая): - С суши!!!

Д.М. (торопясь "додавить"): - Сегодня ночью?!

П-Ф (безумным голосом): - Да!!! - (бьется в истерике).

Д.М. (с ласковой улыбкой перекрывая кран): - Учитесь, господа, как надо проводить форсированный допрос!

3-й офицер (восторженно): - Сеньор адмирал, вы гений!!!

1-й офицер (чуть не плача): - Но сколько хереса - псу под хвост... То есть, рыбам на опохмелку!

Д.М. с озорной улыбкой хлопает в ладоши. Появляется вестовой с деревянным ведром.

Д.М. (заинтересованно): - Много пролил?

В (гордо): - Ни капли! Как изволили приказать - высунулся в пушечный порт, подставил ведро точно под кран...

Офицеры (хором): - Гениально!!!

П-Ф (исступленно): - Такие гады даже среди испанцев - редкость!!!

Д.М. (снисходительно): - Помни, французский пес: благородный испанец всегда держит свое слово! Этот херес - твой! - (пинком придвигает ведро поближе к французу).

П-Ф (истошным полубезумным голосом): - Батюшка! Благодетель!!! - (присасывается к ведру, как рыба-прилипала к акуле).

Д.М (еще более снисходительно): - Я сейчас напишу записку, передашь ее Каузаку. - (офицерам): - А потом, господа, за дело! До ночи, нам надо перетащить пушки на новую позицию! - (ухмыляется): - Блада будет ждать большой сюрприз!!!

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Джереми Питт (уподобившись красноармейцу товарищу Сухову), лежит в мечтательной позе и произносит вслух (под минорную музыку из "Белого солнца пустыни"):

-А еще доложу я вам, разлюбезная моя Люсьен Бертрановна, что подготовка брандерной атаки испанской эскадры близится к завершению. Как медленно-то тянется время! Правильно говорят: ожидание хуже всего.
Правда, нет худа без добра: от нас свалил Каузак. Сначала к нему возвратился из самоволки какой-то французик, от которого на десять шагов вокруг разило особо изысканным перегаром (интересно, где он так налакался, и чем именно?), потом капитан "Ла Фудр", прибыв к Бладу, устроил самую настоящую истерику (только из уважения к вам, Люсьен Бертрановна, а также к Арабелле, не помню, как ее по батюшке, воздерживаюсь от слова "бабскую"). Мол, если не примем предложений этого старого хрыча дона Мигеля, то все пропало и нас всех или подвесят сушиться на солнышке за одно, пардон, место, или заживо зажарят. У Питера тоже есть нервы, поэтому он в конце концов не выдержал и заявил: "Возьми шлюп и убирайся к дьяволу!" И что вы думаете? Взял и убрался... скотина этакая! И сразу стало легче дышать, и в прямом, и в переносном смысле (того, с перегаром, он тоже прихватил с собой). Большая часть экипажа "Ла Фудр" послала его куда подальше и осталась с нами. От их корабля с наспех залатанным днищем, увы, толку немного (благодаря тому же идиоту Каузаку, посадившему его на мель посреди озера!), так что французиков перевели на "Арабеллу" и "Элизабет", примерно поровну. Придется как-то терпеть их присутствие, дикарские привычки, ужасный язык и все прочее... Слава Богу, хоть лягушек жрать на наших глазах не будут! Уж простите, Люсьен Бертрановна, что о ваших соотечественниках так отзываюсь.
Ладно, Господь велит быть снисходительными к ближним своим. В конце концов, бедняги же не виноваты, что им не повезло родиться англичанами! Вот Питер - ирландец, а я его так люблю... В переносном смысле, естественно, не подумайте чего дурного!!! И вас, Люсьен Бертрановна, я тоже так люблю (увы, пока только на расстоянии, ну до чего же вы неприступная, всю душу мне вымотали!) Интересно, когда явлюсь с богатой добычей, как вы себя поведете?
Если только явлюсь... О Господи, поскорее бы закатилось солнце!!! Ах, уже закатилось? Тогда поскорее бы настала полночь!
Брандер Волверстона полностью готов. Наш одноглазый герой расхаживает по нему с видом одного из Горациев, защищающих тот самый мост, о котором любит рассказывать Питер. Вот только бормочет что-то совсем не подобающее герою (конечно, когда собственная жизнь висит на волоске, простительна и нервозность, и даже ругань... но зачем непрерывно поминать какого-то испанского верзилу и ударяться в самую извращенную фантазию?! Ох, бурная была молодость у Волвика, судя по всему... Ладно, Бог милостив, простит). Отобранная команда на брандере (приняла для храбрости двойную порцию рома и выторговала тройную долю добычи), видя, что лучше не попадаться капитану под горячую руку, ведет себя тише воды, ниже травы. Не пираты, а прямо благородные девицы какие-то... Девицы... Ох, жесткосердная Люсьен Бертрановна, чтоб вас... солнышко мое французское...
Ей-Богу, ожидание становится совершенно невыносимым!!! Пожалуй, приму и я порцию рома... Ох, хорошо-то как пошла... Еще одну! Наплевать, что против правил.
Лучше, ей-Богу, лучше! Пожалуй, еще немного не повредит...
---------
А Питер целый день был печален и хмур. Кто-то думает, что из страха перед испанцами... Вот дураки!!! Из-за баб все! Из-за баб!!! Уж мне ли не знать! Что Люсьен, что Арабелла...
Как же вы, стервы, нас мучаете! Выпью, пожалуй, еще немного... За вас, окаянных и любимых, за кого же еще... Чтобы были поумнее и посговорчивее!!!
Ой, блин, уже полночь! Как время-то пролетело... Скоро в своей "рейд смерти" отправится Волверстон. Пойду, пожелаю удачи... Может, в последний раз видимся. Вот интересно: если погибнем здесь, у выхода из Маракоибского залива, прольете вы, Люсьен Бертрановна, хоть одну слезинку?!
Ни хрена себе! Я что, сам разревелся?! Всю бумагу испортил, повсюду кляксы... Стыдобища-то какая!
Вот до чего чертовы бабы нас доводят! Пороть их надо! Пороть!!! Уж простите, Люсьен Бертрановна, за такую откровенность!
Прости, Питер, но и твою Арабеллу... как ее по батюшке... - тоже!!! А заодно и обложить по матушке!!!
Остаюсь, Люсьен Бертрановна, преданный делу мировой револю... тьфу, интересам "берегового братства", и на свою беду влюбленный в вас по уши, штурман Джереми Питт. Лучший, черт возьми, штурман в Карибском море!!!

-------

Испанцы, уставшие до изнеможения, исполняют песню на мотив "утренней гимнастики" Высоцкого:

Вдох глубокий! Руки шире!
Навалились - три-четыре!
Ну-ка, пушки все - на эту сторону!
Шевелись, едрена мать!
Может, хочет кто попасть
Этой ночью на съеденье ворону?!

Обмануть хотел нас Блад,
Сукин сын, подлец, пират -
Разгадали мы его желание!
Пот струится в три ручья...
Ну-ка, делаем, как я -
В перекурах - быстро - обтирания!

Расплодилось в грешном мире
Флибустьеров... Три-четыре!
Шевелись! Вот новая позиция!
(Тяжело как - не сказать!)
Их отучим нападать!
Порох есть у нас и амуниция!

Сколько ж весят пушки эти?!
Ну, зачем на этом свете
Нам, испанцам, столько неприятностей?!
Ну, поплатишься ты, Блад,
Паразит и мерзкий гад!
Обойдемся мы без деликатностей!

Испанский офицер (отчаянным голосом): -Ваше превосходительство! Ваше превосходительство!!!

Появляется недовольный дон Мигель.

Дон Мигель: - Ну, что за вопли? Что случилось? - (оглядывается, яростно): - Почему эти чертовы пушки до сих пор не на новой позиции?!

Офицер (дрожа): - Слишком тяжелые, ваше превосходительство... Мы уж из сил выбились, а конца работе не видать! Без вашего племянника не обойтись...

Д.М. (вздрогнув): - Точно не обойтись?! Бедный мальчик еще не в себе, все плачет и зовет Дульсинею...

Офицер (опасливо): - А ежели ему сказать, что как только пушки туда перетащит, Дульсинея сразу и объявится?

Д.М. (вздрогнув еще сильнее): - А ежели он, не дождавшись своей Дульсинеи, обидится за обман, и начнет нас с вами туда-сюда вместо пушек таскать?!

Офицер (перекрестившись): - Бог милостив, авось, не начнет... А вот если пушек там не будет - что с нами сделают ребята Блада, ни в сказке сказать, ни вслух произнесть!

Д.М. (также перекрестившись): - Ну, попробую... - (кричит куда-то в темноту): - Эстебан! Эстебанчик! Привет тебе от Дульсинеи!

Слышен ликующий рев стоялого быка, добравшегося, наконец, до коровы. Влетает взлохмаченный Эстебан.

Эстебан (трубным голосом): - Где моя прелесть??!

Д.М. (дрожа, но твердо): - Там! - (вытягивает руку). - Она прислала мне срочное сообщение: если ты покажешь ей свою силу, она явится сюда и упадет в твои объятия! - (в сторону): - Прости, Господи... Я знаю: ложь - смертный грех!

Эстебан (ликующе): - Я покажу моей прелести свою силу! Может, убить кого надо? - (осматривается по сторонам. Все испанцы, кроме Дона Мигеля, бросаются врассыпную).

Д.М. (дрожа всем телом): - Нет, мальчик мой, убивать не надо... - (сюсюкая, как с младенцем): Перетащи-ка лучше, деточка, вон те пушечки вот к той стеночке, так, чтобы они своими дырочками смотрели вон в ту сторонушку...

Эстебан (ликующе): - И тогда моя прелесть придет сюда?

Д.М. (усердно кивая): - Обязательно придет, или приплывет...

Эстебан срывается с места, убегает. Слышен громкий скрежет и металлический лязг. Потом доносится голос Эстебана: - "Готово, перетащил! Где моя прелесть?!" Дон Мигель, дрожа всем телом, торопливо крестится, шепча: "Богородица, дево, радуйся..."

Внезапно доносится ликующий вопль Эстебана: - "Вот она! Моя прелесть!!! Приди же в мои объятия!!!" После чего слышен дикий рев Волверстона: "Убью-ю-ююю!!!" И темнота озаряется пламенем пожара.

Спасибо! ;)

Продолжение:
-------------------

Джереми Питт (в позе красноармейца товарища Сухова, под минорную музыку... см.выше):

-Рад сообщить вам, разлюбезная моя Люсьен Бертрановна, что все прошло, как по маслу! Питер все-таки гений и любимец судьбы, а я - его штурман, лучший друг и доверенное лицо! Так что подумайте хорошенько, такие мужчины на дороге не валяются!
Старина Волвик проделал свою работу просто блестяще. И не получил при этом ни царапины! Как и все его люди. Их подобрала шлюпка, спущенная с "Элизабет". Команда брандера попыталась вытребовать еще один бонус за моральный ущерб - мол, слушать, какими словами крыл наш одноглазый черт испанца, с перепугу назвавшего его "прелестью", было чересчур даже для их пиратских ушей. Дескать, такие слова надо высекать на камне, потому, что бумага не выдержит. Питер на радостях велел выдать им еще по двойной порции рома, а насчет лишних денег - тройной доли и так хватит за глаза, нечего наглеть.
"Энкарнасьон" спалили, "Сальвадору" влепили два бортовых залпа: по палубе и в корпус. Потом взяли на абордаж оба оставшихся фрегата... Нет, не подумайте плохого, Люсьен Бертрановна, мы же не варвары! Кого-то, ясное дело, покрошили, а в основном испанцы просто попрыгали в воду и поплыли к берегу (благо, до него было недалеко). А если кто утоп по дороге - это уже не наша печаль.
Но главное - прошли мимо форта, будто его и не было вовсе! Не раздалось ни единого выстрела!!! Что случилось с католиками, не берусь судить. То ли перетрусили до мокрых штанов, увидев, как мы разделали их эскадру, то ли в полном составе ума лишились... Второй вариант кажется мне более правдоподобным. Судя по тому, какая громкая и грубая ругань доносилась из этого самого форта. Особенно часто звучало слово "пушки" с самыми нецензурными эквивалентами. А также упоминался какой-то идиот, которому вдруг приспичило заняться с этими самыми пушками любовью в извращенной форме... Попутно доносился чей-то громоподобный рев, напомнивший мне мое детство золотое, когда папаша-фермер держал элитного быка-производителя... Правда, наш бычара не ревел человеческим голосом: "Дульсинея!!!" Интересно, что бы все это значило?
В общем, вырвались из ловушки живыми, здоровыми, и с добычей! Да еще прихватив два отличных двадцатипушечных фрегата!!!
-----
Ой, Люсьен Бертрановна, соврал: фрегатов-то теперь три!!!
Это просто умора: на нас наткнулся идущий полным ходом испанский корабль! Спешил на подмогу к дону Мигелю... Нет, вы не подумайте чего плохого: испанцам даже плыть к берегу не пришлось, мы им дали шлюпку.
Но самый-то смех - в трюме фрегата обнаружились пленные! И среди них - Каузак!!! Кто не видел его рожу, когда он выполз на палубу - много потерял. А кто не слышал, как его ругали французики, которых он подбил сбежать от Блада - тот не знает, что такое ругань...
Что же, сами виноваты: не фиг бросать товарищей в беде! Теперь, пардон, хрен им, а не доля в добыче. Пусть скажут спасибо, что бесплатно на Тортугу везем.
А Блад все-таки гений! Гений!!! Теперь его слава прогремит по всему Карибскому морю! А я - его штурман! И доверенное лицо!!!
Ну, малышка Люсьен, что теперь скажешь? Ты думай, как следует, шевели мозгами!
Остаюсь, пока еще любящий тебя, прославленный штурман сэр Дж.Питт, эсквайр.

---------------

Арабелла читает "Тортугский вестник":

А (звенящим от напряжения голосом): - Опять про него! Да еще на первой странице! Тьфу!!! - (зачитывает вслух): - Вчера прославленный рыцарь морей П.Блад вернулся из своей очередной экспедиции. Если хоть половина слухов, распространяемых о ней, соответствует истине, то это просто что-то невероятное! Нашей газете удалось взять эксклюзивное интервью у небезызвестного Н.Волверстона. Храбрый и верный сподвижник капитана Блада подробно и откровенно ответил на все вопросы нашего корреспондента (поначалу, правда, зачем-то попытавшись выяснить, не страдает ли тот интимно-визуальными галлюцинациями, и как относится к прекрасному полу). Полный текст интервью - в завтрашнем номере "Тортугского вестника". Не пропустите! Это что-то с чем-то! Капитан (пардон, уже адмирал) Блад - поистине любимец судьбы! Оставайтесь с нами! - (всхлипывает): - Мерзавец! Уже адмирал!!! Этак до губернатора Ямайки дослужится... - (скривившись от омерзения): - Что я несу!!! Губернатор-то - родной дядюшка... будь он неладен! Ох, зачем только его назначили на эту должность! Совсем рехнулся, власть в голову ударила... Люди стоном стонут, а ему хоть бы что!

Входит Бишоп, с красной физиономией и пошатываясь.

Арабелла (сердито): - Дядя, ты уже с утра пьян?

Бишоп (упрямо): - Я - губернатор! Мне никто не смеет указывать... ик! Особенно, глупое бабье!

Арабелла (вспыхнув): - Какой позор! Ты бы слышал, что про тебя люди говорят! Народ ропщет! Не прошло и месяца, как ты сидишь в губернаторском кресле, а уже выросли налоги, выросли цены... Все подорожало!

Бишоп (глумливо хохоча): - Не ври, не все! Мыло и веревки подешевели!!! - (уходит).

Арабелла (с отвращением): - И это - родной дядя! Взяточник и казнокрад! Тьфу! - (всхлипывает): - Даже словечком перекинуться не с кем, Мэри на Барбадосе осталась... А Питер... - (всхлипывает с удвоенной силой): - Будь ты неладен... адмиральская твоя морда! - (встает, решительно): - Не могу больше оставаться в Порт-Ройале! Поеду в Лондон, к двоюродной тетке, хоть проветрюсь немного. - (задумчиво): - Может, встречу там хорошего мужчину... Не век же в старых девах сидеть... Буду жить в старой доброй Англии - (закрывает глаза, томно): - Плевать на богатство, на титулы, лишь бы был порядочным человеком... - (еще более томно): - С ярко-голубыми глазами... - (открывает глаза, яростно): - Дура!!! - (всхлипывая, разворачивает "Тортугский вестник): - И здесь про него!!! Что, на всей Торгуте больше новостей нет?! А, вот, кажется... - (заинтересованно вчитывается): - "В обществе воинствующих феминисток Тортуги произошел раскол. - (еще более заинтересованно): - С чего бы это? - (читает дальше): - Часть феминисток выступила против темы очередной публичной лекции: "Все мужики - сволочи!" Эти дамы до сих пор находятся под впечатлением мужественного поступка капитана (пардон, теперь уже адмирала) П.Блада, спасшего м-ль Мадлен дОжерон из лап негодяя Левасера..." - (всхлипывает): - Опять он!!! И опять эта Мадлен!!! Какое гадкое имя!!! - (читает дальше): - Они предложили назвать тему более мягко: "Лишь очень немногие мужики - не сволочи", но встретили категорический отказ более радикально настроенных феминисток. Страсти накалились, в ход пошли сначала оскорбительные слова, потом ногти, каблучки и дамские шпильки..." - (рыдая, рвет газету в клочки, потом яростно кричит): - Дуры!!! Надо было назвать: "Все мужики - ТАКИЕ сволочи!!!" - (с рыданием убегает).

--------

Пираты "Арабеллы" танцуют и поют на мотив "По французской стороне":

Веселись и пей до дна!
Ведь не лорд ты нежный.
Бирюзовая волна,
Песок белоснежный...

На Тортугу мы пришли
Из МаракоИбо.
Нам грозила там, вдали,
Плаха или дыба.

Нас ловил сам дон Мигель -
Гранд тот безупречный,
Чтобы уложить в постель -
Ту, где сон-то вечный!

Счет свой к Бладу у него,
Лютый и кровавый...
Бой был жаркий - ничего!
Мы покрылись славой.

Разевали пушки пасть
С вражьей батареи...
Под огонь могли попасть,
Иль "украсить" реи.

Но еще не пробил час,
Не во власти ада...
Эй, встречайте, девки, нас!
Мы - ребята Блада!

Бросил глупый Каузак
Блада, испугавшись.
Локти он грызет, дурак,
Без штанов оставшись.

А кто Бладу верен был -
Тот пришел с добычей...
Эх, растратим мы свой пыл!
(Здесь - не до приличий).

Сколько нам осталось жить -
Не подскажут святцы...
На хрена ж деньгу копить?
Погуляем, братцы!!!

Выходят понурые пираты-французы, тоскливо затягивают (на мотив песенки из мультфильма о Мюнхгаузене):

Мы бедные, мы бедные, мы бедные пираты,
Сбежали мы, болваны, от капитана Блада!
Нас с толку сбил, болванов, мерзавец Каузак:
Ну, ладно б только сволочь, но он же и дурак!
-(Хором):
Мы скажем раз, мы скажем два, мы хором дружно повторим:
Его мы всей командой... отблагодарим!!!

Мы вырвались (казалось нам) из западни испанской,
Привыкли ведь дружить мы с удачей хулиганской,
А что покинут нами был славный Питер Блад,
На то мы наплевали. И угодили в ад!!!
-(Хором):
Нас захватил, нас захватил, нас захватил испанец в плен,
Таким вот оказался... ветер перемен!

Что делать в темном трюме? Скулить лишь, как собака!
И поминать угрюмо мамашу Каузака!
Но тут открылась крышка... О Боже, стыд и срам!..
Дебилу Каузаку заехать б по зубам!..
-(Хором):
Из плена вызволил нас всех все тот же славный Питер Блад!
Какой позор! Ну, Каузак!!! Ох, ты дождешься, гад!!!
Мы скажем раз, мы скажем два, мы будем долго повторять
Слова, что полагается на камне высекать!!!

----------------------------------------------------------------------------------------------

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Король Яков и лорд Сандерленд.

Яков (хмуро): - Милорд, моя королевская особа находится в сильном расстройстве. И виновник этого - губернатор Ямайки... - (после зловещей паузы) - тот самый полковник Бишоп, которого вы мне столь усердно рекомендовали.

Сандерленд (задрожав): - Я, сир?!

Я (раздраженно): - Ну, не я же! Вот-с, извольте убедиться, что про него пишут жители! Они на губернатора жалобу подали... коллективную! - (подает лорду письмо). - Читайте-ка вслух!

С (дрожа, читает): - Сир, спасите город наш! Не то будет он не ваш... - (изумленно): - Кажется, я что-то такое уже читал...

Я (еще более раздраженно): - Я тоже! Не отвлекайтесь!

С (дрожа, читает): - Порт-Ройал в беду попал! Сир, поверьте: правит бал На Ямайке негодяй! Пустит по миру весь край! - (в полном изумлении): - Ну, ей-Богу же, что-то такое было... - (торопливо читает дальше): - Прежний тоже взятки брал, Но про страх не забывал, И про совесть - пару раз... А ему хоть прямо в глаз Плюнешь - Божия роса! Вот настали чудеса!!! Он не только вор - шпион! Платит что ему Бурбон - Всем известно! Город сдаст! - (в изумлении): - У меня глюки, или как?! - (машинально произносит дальше, не глядя на текст): - Он французам все отдаст - Склады, церкви, форты, порт...

Я (ехидно подхватывает): - За совет спасибо, лорд! Что еще могу сказать? Вы советовали снять Губернатора... Я снял! Что в итоге?!

С (в ужасе, тоскливо): - Вот попал...

Я (гневно): - Что теперь нам предпринять?!

С (поспешно, запинаясь): - С-сир... Я думаю - послать Полномочных двух людей... Если Бишоп впрямь злодей, Если он подлец и плут - В Порт-Ройале будет суд! Коль вредил он королю - Путь один ему: в петлю!!!

Я (менее гневно): - А зачем же сразу двух? Что - один там слеп и глух?

С (поспешно-угоднически): - Пусть и честен ревизор - Нужен и за ним надзор! Друг за другом пусть следят...

Я (с тяжелым вздохом): - Всюду - вор и казнокрад! - (Устало машет рукой): - И кто-то еще болтает, что у королей легкий хлеб! Чушь! Обывательские разговорчики! - (распаляясь): - Вы думаете, нам, королям, легко?! Если хотите знать, нам нужно молоко за вредность выдавать бесплатно!!!

С (стуча зубами): - С-сир?..

Я (распаляясь): - Вот, к примеру, почему до сих пор не пойман этот проклятый Блад?! Мне испанский посол уже всю плешь проел: Блад то, Блад се... Город захватил, корабль потопил, адмирала Эспиносу обвел вокруг пальца... Почему этот Блад до сих пор не повешен?!

С (стуча зубами): - С-сир... Он неуловим... Талантлив, мерзавец, очень талантлив... И удачлив!

Я (передразнивая): - Талантлив, удачлив... А я почему-то окружен бездарями и лузерами!!! Ну же, посоветуйте, как его поймать?!

С (лихорадочно): - С-сир... Боюсь, что придется действовать по принципу "клин клином"... То есть, договориться с каким-нибудь пиратом...

Я (гневно): - Что, что?! Вы издеваетесь?!

С (в ужасе): - Упаси Бог, сир!!! Просто, лучше всего поймает пирата другой пират...

Я (задумчиво): - Вообще-то... - (чешет в затылке): - Не зря ведь говорят: самый лучший лесник получается из браконьера! - (сияет): - Отличный совет! Вы гений!!!

С (сияя): - Спасибо, сир! Я всегда рад исполнить долг перед вами и государством!

Я (ликующе): - Тысяча чертей, вы исполните его еще лучше! Итак: вы организуете заговор против нашей особы...

С (в панике): - Я??!..

Я (сердито): - Не перебивайте!!! Вас разоблачат, арестуют, отдадут под суд... Ах, да, сначала - месяца три в тюрьме... Не дергайтесь, я прикажу подобрать вам камеру посуше! Потом вас приговорят к повешению... - (задумчиво): - Джеффрейс, правда, уже умер... - (машет рукой): - Ничего, найдем ему замену... - (воодушевляясь): - Я лично подпишу акт о помиловании - и на Барбадос! В трюме, вместе с полусотней каторжников! А там - в рабство на плантацию... - (задумчиво): - Бишоп, правда, уже на Ямайке... - (машет рукой): - Ничего, я пошлю инструкции Крэбстону, который вас купит. Ручаюсь: за какой-то месяц так озвереете, что будете готовы на все! А потом - устроим вам побег... Кораблей у меня, слава Богу, достаточно...

С (в полуобморочном состоянии): - С-сир...

Я (все более воодушевляясь): - Явитесь к Бладу на службу, он примет вас с распростертыми объятиями. Для пущей достоверности, покажете ему следы от кнутов и клейма. И - он в ваших руках! - (растроганно всхлипнув, обнимает лорда, близкого к обмороку): - Ступайте, морально готовьтесь! Англия ждет от вас подвига!!!

Красный Волк, :-*

Продолжение:
-------------------

Лорд Сандерленд и его племянник лорд Джулиан Уэйд.

С (с вежливо-любящей непреклонностью): - Не спорь, племянничек! Приговор окончательный и обжалованию не подлежит... тьфу, я хотел сказать, дело решено. Послезавтра отплывает "Ройал Мэри", на ней и поедешь.

Дж (голосом сварливого старика, измученного подагрой и кучей других болячек): - Ох, грехи наши тяжкие... Неужели лорд Уиллогби сам бы не справился? Или больше некому за ним следить? Что, во всем Лондоне один лорд Джулиан Уэйд?

С (рассердившись): - Святая правда, ты один такой! Второго такого бабника даже в Лондоне днем с огнем не найдешь!

Дж (ханжески-снисходительным голосом): - Ах, дядя, вы же сами были молодым! Неужели не гонялись за каждой юбкой?

С (наставительно): - Во всяком случае, Джулиан, я не понимал выражение "за каждой" настолько буквально! - (сердито): - В общем, племянничек, мне надоело спасать тебя от разъяренных папаш и братьев тех дурочек, на которых ты обещал жениться...

Дж (с искренним возмущением): - Я же не виноват, что эти дурехи настолько узко мыслят! Штамп в паспорте им подавай...

С (сердито): - Я помогал тебе много раз, по-родственному, теперь пришла пора отплатить добром за добро. В конце концов, съездишь за казенный счет на тропический курорт - плохо, что ли?! - (убавив голос, чуть ли не умоляюще): - Ну, будь человеком! Знал бы ты, каких трудов мне стоило убедить короля отказаться от его сумасбродного плана... Чуть в ногах не валялся... - (нервно вздрагивает): - Следы от кнутов и клейма, каторга на плантациях, потом - пиратство... Бр-р-р!!! Взбредет же в голову! - (распаляясь): - Ты мне племянник, или кто?! Родному дяде, своему благодетелю, не хочешь помочь?!

Дж (смягчаясь): - Да я же не против, дядюшка... Ну, а если этот Блад не согласится?

С (с искренним изумлением): - Как не согласится?! Чтобы раб не захотел стать свободным?..

Дж (пожимая плечами): - Так он давно свободен! Сам себя освободил...

С (наставительно): - Да, но сейчас он - беглый каторжник, пират, отщепенец, вне закона! Поймают - повесят! А мы предлагаем ему стать уважаемым человеком, офицером на службе короля...

Дж (ехидно): - Против которого он бунтовал!

С (торопливо): - Закон был к нему излишне суров... Можно же было оштрафовать, в крайнем случае - в тюрьму, на год-другой... А Джеффрейсу только бы вешать! В общем, после того, как разберетесь с Бишопом, что хотите делайте, только уговорите Блада бросить пиратство. Тут я надеюсь на твое красноречие и обаяние, ты же какую угодно бабу уговоришь...

Дж (еще более ехидно): - Так ведь Блад-то - мужчина!

С (махнув рукой): - Какая разница? Ой! - (смущенно умолкает).

Дж (скорбно-заинтересованным голосом): - Дядюшка, вы сами-то поняли, что сказали?

С (сердито): - От такой жизни заговариваться начнешь! В общем, действуй, как хочешь, мне важен результат! Вали все на верховного судью: так, мол, и так, мистер Блад, с вами обошлись несправедливо и даже подло. Вас судил дурак, не знающий законов... - (пожимает плечами): - Благо, Джеффрейс из могилы не возразит!

Дж (с видом человека, упирающегося только для порядка): - Так ведь, клевета на покойника - грех...

С (снисходительно): - Этот грех я на себя возьму. Тебе и твоих хватит с лихвой! - (по-родственному, треплет племянника по плечу): - Значит, решено! А чтобы подсластить горькую пилюлю, слушай: ты проведешь время не только в обществе занудливого старикана Уиллогби. На этом же корабле поплывет одна красавица...

Дж (с видом собаки, почуявшей дичь): - Кто она?

С (улыбаясь): - Племянница губернатора Ямайки. Гостила в Лондоне, у родственницы, теперь возвращается обратно. - (понизив голос): - Едет одна, без сопровождающих мужчин, только со служанкой...

Дж (еще более заинтересованно): - Сколько ей лет?

С (улыбаясь): - Точно не знаю. Не то двадцать пять, не то двадцать семь...

Дж (машинально, в сторону): - Так-так-так... Отличный возраст! В расцвете сил и красоты, но девичьей дури уже быть не должно... - (дяде, с живым интересом): - Так когда отплывает "Ройал Мэри"? Послезавтра?

С (с ласково-снисходительной улыбкой): - Послезавтра, дорогой племянничек, греховодник мой неисправимый... Надеюсь на тебя! Все бумаги привезут прямо к трапу. Там же будет и офицерский патент для Блада.

Дж (в отличном настроении): - Я не подведу, дядя!

Танцуя, поет под мелодию из мультфильма "Меткий выстрел", про Мюнхгаузена:

-Да, да, министр известный, лорд знатный Сандерленд,
Которого зову я просто "дядя",
Мне заявил: "Сгоняй-ка в Вест-Индию в момент,
Пирата вразуми там, Бога ради!"

Он так просил меня... Ну, так и быть!
Какой пустяк - пирата вразумить!

Лорд Сандерленд подхватывает:

-Да, да, просил его! Чего таить?
Туда он едет Блада вразумить!

Обнявшись, уходят.

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Дон Мигель со страдальческим видом читает "Тортугский вестник".

Д.М. (вслух): - Рубрика "Анекдоты". Дон Мигель де Эспиноса-и-Вальдес после приключения в Маракайбо оправдывается перед вице-королем. - (со страдальческим стоном): - Собаки!!! Чтоб вам... - (читает дальше): - Вице-король, в ярости: "Зачем вам понадобилось перетаскивать эти чертовы пушки?!" Дон Мигель (дрожа от страха): - "Ваше высочество, я всего лишь соблюдал старое мудрое правило: солдаты постоянно должны быть чем-то заняты!" - (со стоном хватается за голову): - О-о-о, какой позор! - (читает дальше): - Еще один анекдот. "Каузак геройски выдержал пытки испанцев, и испустил дух, так и не ответив проклятым католикам на вопрос: "Куда ты девал свое маракоибское золото?!" - (сверкая глазами): - В этом паршивом листке, что, одни анекдоты?! - (читает дальше): - Еще один анекдот!!! Из рубрики "Медицинская практика доктора Блада..." - (рычит, как безумный): - Ну, я его!!! - (немного успокоившись, читает вслух): - "Блад был хорошим доктором. Но была у него одна маленькая слабость, чисто человеческая. Ему нравилось вгонять в краску молодых прелестных девушек, предлагая им раздеться до пояса..." - (плюет с отвращением): - Тьфу!!! - (читает дальше): - "Весь кайф обломала очередная девушка, которая вогнала в краску самого Блада, игриво переспросив: "Выше пояса, или ниже?" - (Рвет в клочья "Вестник"). - Я поймаю этого сукина сына!!! Все ему припомню!

Декламирует скорбным голосом:

Не знаю, за что мне столь тяжкий позор,
Всегда быть католиком добрым старался...
Вся жизнь под откос покатилась с тех пор,
Как брат мой несчастный пирату попался!

Диего и сам поступил, как пират...
А я ведь его отговаривал... Тщетно!
Но он - родной брат! Умереть должен Блад!
Живу лишь с одной этой мыслью заветной.

Ведь я - знатный гранд, и к тому ж, адмирал!
И мой прямой долг - уничтожить пирата!
Казалось, мне в руки подлец Блад попал...
Возмездие будет, а также награда...

О, Боже, за что ты караешь меня?!
Ну, чем согрешил?! Распахнулась ловушка...
Пусть ночью сбежал, не средь ясного дня...
Мне дали дурацкое прозвище: "Пушка"!

Ну, да, обманул, вокруг пальца обвел!!!
Заставил поверить, что штурм будет с суши!
Туда я все пушки и двинул, осел!..
...Да есть ли средь вас христианские души?!

Как можно глумиться: "Хи-хи!" да "Ха-ха!"
Над тем, кто почти обезумел от горя...
Известно: Господь лишь один без греха...
Упорно пирата ловлю я на море.

Готов все богатство свое я отдать,
В рубашке последней согласен остаться,
Лишь только б его, негодяя, поймать,
За все, до конца, не спеша, рассчитаться!

Уж я бы его!!! Знаю: гнев - смертный грех...
Ну, что же... За грех перед Богом отвечу.
---
А время идет... Нервный мучает смех...
Как счастлив я буду, когда его встречу!

Хлопает в ладони. Вбегает вестовой.

Д.М. - Все готово к отплытию?

В (вытянувшись в струнку): - Так точно, ваше высокопревосходительство! "Милагроса" и "Гидальго" только ждут вашего прибытия, чтобы поднять паруса!

Д.М. (громко): - Ну, так - на борт "Милагросы"! И пусть подлец Блад трепещет заранее!

Уходят.

Дамы, :-* :-*

Продолжение:
-------------------

Борт "Арабеллы". Блад, Огл, Волверстон, Хагторп, и прочая пиратская братия.

Огл (голосом мальчишки, который канючит, выпрашивая у мамочки шестую порцию мороженого подряд): - Ну, Пите-е-ер... Ну, позво-о-оль...

Блад (голосом той самой мамочки, задолбавшейся отвечать отказом): - Нет, и не проси!

Огл: - Ну, почему-у-ууууу??!...

Блад (рассердившись): - По кочану! То есть, потому, что я так сказал! Я тут капитан, или кто?!

Огл (страшно обиженным тоном): -Конь в пальто!!! - (отворачивается с видом мальчишки, давшего слово не разговаривать больше с мамочкой, пока новой порции мороженого не купит).

Блад (немного смягчившись): - Дружище, не забывай: пират должен быть пиратом, а не китобоем!

Огл (с пробудившейся надеждой): - Ну, Пите-е-еееер... Ну, неужели тебе не хочется опробовать в действии эту пушку?! - (разозлившись): - Вот такие ретрограды, вроде тебя, и тормозят мировой прогресс!

Блад (ошарашенно): - Ты где таких слов нахватался?!

Волверстон (угрюмо): - Питер, насчет какого-то гада и прогресса я тоже ни хрена не понял, а насчет пушки - Огл дело говорит! Пушку надо опробовать! Хрен с ним, с китом, ну а ежели таким манером можно абордажный крюк закинуть?! Ты представь, какая это выгода!

Хагторп (уверенно): - Вот именно! Питер, я тебя не узнаю! Ты что, в общество защиты животных вступил?!

Остальные пираты, оживившись при упоминании абордажного крюка, начинают галдеть - сначала робко, вразнобой, потом все более слаженно: мол, ну почему бы не позабавиться, да еще с пользой!

Блад (скривившись, как от зубной боли): -Ей-Богу, как дети! Ну ладно, уговорили, черт с вами! - (поворачивается в сторону моря): - Не взыщи, дружище кашалот, кое у кого на борту шаловливые ручонки зудят, жить спокойно мешают... - (поворачивается к Оглу): - Давай, действуй, китобой хренов! Но учти: если испортишь мне пушку, вычту ее стоимость из твоей доли!

Огл (воодушевленно): - Да запросто! - (припадает к прицелу).

Блад (сокрушенно): - До чего дожили... На борту "Арабеллы" - китобойная пушка с гарпуном!

Огл (фамильярно): - Да не зуди, Питер... Все будет о кей... - (вполголоса поминает Богородицу, короля Якова и некоторые детали корабельного такелажа). - Ну, пошел!!! - (делает выстрел).

Волверстон (ликующе): - Попал гарпун! Попал! Прямо в бок!!!

Огл (с детским ликованием): -Действует! Действует!! - (приплясывает на месте).

Хагторп: -Нашему старшему канониру - гип-гип, ура!

Все пираты, включая Блада, хором: - Ура!!!

Блад (с искренним удивлением): - А ведь сработала твоя самоделка! Кто бы мог поду...

Окончание "мать" он произнести не успевает. За него это произносит весь экипаж - громко, прочувственно, и от всего сердца. Потому, что "Арабелла" внезапно резко рвется вперед, как лошадь, уколотая шпорой седока. Носовая пушка вместе со станком до отказа въезжает в пушечный порт, намертво застряв в нем, а на месте, где она только что стояла, образуется "куча мала" из мужских тел.

Волверстон (яростно): - Будь я проклят, этот ... - (звучит корабельная сирена) - Моби Дик тащит нас за собой!!!

-----------------

Палуба "Милагросы". Лорд Джулиан и лорд Уиллогби - оба в весьма дурном настроении.

Уиллогби: - Нечего сказать, хорошей выдалась наша ревизия! Не добравшись до Ямайки, угодили в плен к полусумасшедшему испанцу!!!

Джулиан: - Хоть живы остались - и то слава Богу... Тем беднягам с "Ройал Мэри" повезло куда меньше...

У (сердито): - Как, интересно, оказался тот чертов порох на верхней палубе?! Не угоди в него испанское ядро, еще неизвестно, кто вышел бы победителем!

Д (философски): - Да, меня тоже занимает это вопрос...

У (распаляясь): - Если бы капитан корабля остался жив, он наверняка провел бы строгое следствие!

Д (пожимая плечами): - Но он мертв, а из покойника какой же следователь... Меня больше интересует: как теперь оправдается испанец?! Это же чистой воды пиратство!

У (яростно): - Каков негодяй! А еще адмирал, гранд! Все эти испанцы - кровожадные головорезы! То ли дело у нас: Дрейк, Рэйли, Хоукинс... - (запинается): - Тьфу! Пират на пирате!!!

Д (хвастливо): - Все-таки, в том споре последнее слово осталось за мной! Как я его отделал, а? Он выглядел, как пес, облитый помоями!

У (кивая): - Да уж, так обгадить человека с ног до головы, да еще без единого грубого слова - тут талант нужен! Снимаю перед вами шляпу!

Д (кивая): - Конечно, я бы не удержался и от грубых слов, но присутствие мисс Бишоп... - (запинается, краснеет).

У (лукаво): - Ах, молодость, молодость! Я вижу, попался в сети Амура лондонский вертопрах, разбиватель девичьих сердец?

Д (с наигранным возмущением): - Ваша милость, мне непонятны эти намеки... - (запнувшись, горестно машет рукой): - А, ладно, чего тут скрывать... Действительно - влюбился! Сам не пойму, что со мной... Ведь ничего особенного в ней нет! А я - будто околдованный...

У (со снисходительностью пожилого умудренного человека): - Да, вы влюбились по-настоящему... И слава Богу! Каждый мужчина, в конце концов, должен жениться, хотя бы для продолжения рода. А если это еще и по любви... Рад за вас. Мисс Бишоп - очаровательная девушка! - (оглядывается, понижает голос). - Между нами: некоторый... э-э-э... налет провинциальной непосредственности и неотесанности, конечно, в ней присутствует, но с таким мужем, как вы, она быстро станет настоящей леди! Да все вельможи Лондона просто остолбенеют, когда вы впервые выведете ее в свет! - (лукаво): - А кое-кто тут же примется за ней ухлестывать...

Д (гневно): - Да я им... - (звучит корабельная сирена) - оторву!!!

У (с добродушным смешком): - Сначала женитесь! Если меня не обманывало зрение, мисс Бишоп не очень-то расположена принимать ваши ухаживания...

Д (с искренней обидой и недоумением): - Я хотел бы знать - почему?! Ведь она не могла не заметить моих знаков внимания, или неправильно их истолковать! Любая женщина понимает это без объяснений... - (вздрагивает): - Неужели ее сердце отдано другому?! - (после паузы, машет рукой): - Ну, так я заставлю ее забыть о нем! Не будь я лорд Джулиан Уэйд! - (оглядываясь, вздрагивает): - Ой, вот и она! Легка на помине...

;) ;) ;D

Продолжение:
-------------------

Волверстон (вглядевшись, яростно): - Будь я проклят! Эта тварь тащит нас прямо в промежуток между испанцами!!!

Хагторп (поспешно): - Надо перерезать трос!

Дайк (опасливо): - А кто перережет?!

Все дружно смотрят на Огла.

Огл (опасливо): - Эй, вы чего?! Чуть что - сразу Косой... тьфу, Огл! Почему я?!

Волверстон (подозрительно ласково): - А чья была идея?

Огл (зло): - А кто подстрекал?!

Хагторп (сердито): - А кто сейчас получит по рылу?!

Огл (задиристо): - Я знаю, кто получит: это ты!!!

Блад (гневно): - Отставить!!! Нашли время ссориться, болваны! Огл, слушай: как только окажемся между испанцами - полные залпы, с обоих бортов! И упаси Бог, если хоть одно ядро пролетит мимо!!! По местам, бездельники! Бенджамен! Бенджамен!!! Где этот лодырь?!

Появляется чернокожий слуга Бенджамен, с лениво-скучающим видом.

Бенджамен (плаксиво): - Ну, вот, опять "лодырь"... Говорила мне моя бедная мамочка: "не ходи в море, сынок, там одни расисты..."

Блад (решительно-торжественно): - Парень, в жизни всегда есть место подвигу! - (протягивает Бенджамену саблю). - Лезь за борт и перережь трос!

Бенджамен (в ужасе): - Почему я?! Чуть что - сразу Косой... тьфу, чернокожий...

Блад (решительно): - Потому, что я - капитан, а ты - подчиненный! Мое дело - приказать, а твое - исполнять. Безоговорочно, точно и в срок.

Бенджамен (с горечью): - Нет, маса капитан, это потому, что я - черный, а вы - белый! И тут расовая дискриминация! Эх, пропадай моя душенька! Не увидит больше бедная мамочка своего Бенджаменчика, не придет на его могилку... - (машет рукой с отрешенным видом): - Держите меня за ноги! - (перевешивается через борт, начинает махать саблей): - Ох, глупый белый Огл, в каком неудобном месте завязал веревку!!! Ох, глупые белые люди, придумавшие такие глупые узлы!!!

Блад (сердито): -Ты мне свои расистские штучки брось!

Бенджамен (с притворным испугом): -Простите, маса капитан... Я больше не буду! Ну, давай же, поддавайся, идиотская белая веревка!!! Ну, вот тебе еще раз... Ну!!! Ура-а-а!!!

Слышен жалобный звон разорвавшегося троса.

--------------------

Палуба "Милагросы". Лорд Джулиан, лорд Уиллогби и мисс Бишоп смотрят на приближающийся корабль под английским флагом.

Дж (изумленно): - Этот капитан - сумасшедший! Смотрите, он идет прямо навстречу своей гибели! Как только он окажется между испанцами, они влепят в него по бортовому залпу, и... - (горестно умолкает, махнув рукой).

А (с гордостью): - Нет, он не сумасшедший, он очень храбрый! Я молюсь за этого англичанина!

У (с грустью): - Увы, мисс, храбрость и безрассудство - далеко не одно и то же... Вынужден согласиться с лордом Джулианом...

Вбегает дон Мигель, ликующе хохоча и потирая руки. За ним бегут испанцы.

Д.М. - Попался! Попался, наконец!!! Господь помрачил его разум! Он сам идет под мои пушки, на всех парусах!

1-й офицер (угодливо): - Да, на всех парусах торопится в ад!

2-й офицер (еще более угодливо): - На всех парусах!!! - (внезапно осекается): - Что за... - (вздрагивая, крестится): - Да это же... - (испуганно закрывает рот ладонью).

3-й офицер (всмотревшись, в ужасе): - Богородица, пресвятая дева, смилуйся надо мной, жалким грешником! Даю зарок обходить кабаки и бордели за сто шагов!!!

Д.М. (изумленно-гневно): - Вы что, сеньоры, ума лиши... - (осекается на полуслове, изумленно протирает глаза).

А (удивленно): - Что случилось с испанцами?! Они будто увидели привидение!

Лорд Д (голосом человека, увидевшего привидение): - Боже милостивый!

Лорд У (голосом приговоренного к смерти): - Боже милостивый!!!

А (с удивлением и возмущением): - Ваши милости, да объяснитесь же, наконец!

Лорд Д (показывая вдаль трясущейся рукой): - П-посмот-трит-те... Он ид-дет прот-тив ветр-ра!

Лорд У (крестясь) - Паруса-то, паруса выгнуты в обратную сторону! Что твой дамский корсет!!!

Испанцы (хором): - Дьявол!!! Это корабль ведет сам дьявол!!! - (разбегаются с истошными криками).

Красный Волк, :-*

Продолжение:
-------------------

Джереми Питт, находящийся в возбужденно-пьяном состоянии, в своей штурманской рубке сочиняет очередное письмо губернаторской доченьке (ЕСТЕСТВЕННО, под минорную мелодию из "Белого солнца пустыни").

-"А еще доложу я вам, разлюбезная моя Люся, что наш капитан снова прославился. Да еще как!!! Победить два испанских корабля, на одном из которых было аж в полтора раза больше пушек, чем на "Арабелле"! Правда, нам немножко помог один полоумный кашалот... но это уже мелочи.
Наш Питер Блад - гений! Гений!!! Лучший капитан во всем Карибском море! И штурман у него, ясное дело, самый лучший! Это понятно всем, у кого на плечах голова, а не пятая точка. Так что думайте, Люся, думайте... Желательно - головой, а не вышеупомянутой "точкой", хоть она у вас просто прелестная.
Как же вы, стервы, нас мучаете!!! Да уж, не зря Господь сотворил Еву именно из ребра Адама. Единственная кость, где нет мозга!!! Это мне Питер сказал, а уж он-то знает, о чем говорит, врач все-таки.
Вот, к примеру, чтобы обойтись с ним, как обошлась наша бывшая хозяюшка - точно надо не иметь даже крупицы мозгов! Да, да, речь именно о мисс Арабелле Бишоп. Она обнаружилась на одном из тех самых кораблей. И с нею - еще два каких-то лондонских хлыща, которые ни на шаг от нее не отходили, будто приклеенные... Шведской семейкой, что ли, решили пожить? А, ладно, это меня не касается...
Оказалось, что испанец потопил корабль, на котором они плыли, а их взял в плен. Наш капитан чуть дара речи не лишился, ее углядев, потом просиял, стал кланяться... А она ему - да еще с таким негодующим презрением, будто ей в ресторане вместо цыпленка по-карибски лапшу "Доширак" подсунули! - заявляет: "Среди моих знакомых нет воров и пиратов, капитан Блад!" Представляете??! Ах, стерва! Да любая нормальная баба расцеловала бы своего спасителя! Точнее, нормальная ему еще и отдалась бы. Тем более - ТАКОМУ мужчине! А эта... Тьфу!!! Я же говорил - пороть ее надо!!! Кстати, и вас, Люся - тоже!
В результате - Питер аж осунулся от горя и обиды, сидит, запершись в каюте, и пьет по-черному... Прямо, как я! Ну, почему вы, бабы, такие бессердечные?!
Придем на Тортугу - спалю нафиг ваш клуб воинствующих феминисток! Чтобы остатки мозгов вам не выносили!
Люська, в последний раз говорю: не буди во мне зверя!
Остаюсь, пока еще любящий тебя, гроза испанцев и феминисток, сэр Дж.Питт".

Капитанская каюта на "Арабелле". На полу храпят лорды Уйэд и Уиллогби, за столом сидит возмущенная и взвинченная до полуистеричного состояния Арабелла.

Арабелла (негодующе): - Негодяй, мерзавец, подонок, паразит, исчадие ада и скопище всех пороков!!! И я его еще любила!!! - (всхлипывает): - Презренная дура, идиотка, кретинка безмозглая... - А этот... - (негодующе смотрит на лорда Джулиана): - еще нотации читать вздумал! - (передразнивая, имитирует голос Уэйда): -Я крайне удивлен и озадачен вашим поведением, мисс! Зачем было опускаться до оскорблений? Зачем вы назвали его вором и пиратом? - (негодующе): - Это я-то оскорбила?! Правильно говорят: мужики по определению не могут быть умными! Как я его должна была называть - херувимом небесным?! - (гордо вскинув голову, с видом великомученицы): - И вообще, я привыкла называть вещи собственными именами! И мне плевать, нравится это какому-то лорду, или не нравится! - (свирепо смотрит на Джулиана): - А еще ухаживал, подлец, делал вид, что я ему нравлюсь... - (задумчиво): - Может, выйти за него? - (еще более задумчиво): - "Леди Уэйд" - звучит неплохо... - (страдальчески стонет, хватаясь за голову): - Да чтобы ты провалился, проклятый пират! Вместе со своей Мадлен!!! Будь ты неладен, со своими глазищами!!! Как заглянешь в этот ярко-голубой омут... - (всхлипывает): - Может, не стоило так резко? Может, надо было как-то мягче, деликатнее... Дескать, я благодарна, конечно, за спасение из испанского плена, но ваша репутация и те сведения, которые дошли до меня... - (вспыхивает): - Вот еще! Не заслужил, мерзавец!!! - (всхлипывает): - Только бы он, подонок, не застрелился, он же такой самолюбивый, впечатлительный... Господи, за что мне такие муки?! Сначала угораздило влюбиться в собственного раба, потом этот раб сделался пиратом, потом мой корабль потопил чокнутый испанец, потом корабль испанца взяли на абордаж пираты, потом оказалось, что вожак этих пиратов - тот самый раб... В результате, я оказалась на пиратском фрегате, единственной женщиной среди толпы мужичья! И эти... храпят!!! - (с раздражением смотрит на спящих). - Вообще, храпеть, когда дама от беспокойства с ума сходит, просто хамство!!! Правильно говорили тортугские феминистки: "Мужчина - ошибочная и тупиковая ветвь!" - (свирепо): - Вернусь на Ямайку - открою клуб воинствующих феминисток в Порт-Ройале!

Штурманская рубка. Входит Блад - в истерично-взвинченном состоянии.

Блад: - Слышь, Джереми! Хочешь знать, с каким делом подкатили ко мне эти лондонские шаркуны?

Питт (в сторону, мрачно): - У человека вселенское горе, а тут нему с такими глупостями...

Блад (возбужденно-нервно): - Представь себе, их прислал сюда сам лорд Сандерленд! С чрезвычайными полномочиями!

Питт (еще более мрачно): - Да хоть Папа Римский!

Блад (голосом, вибрирующим, как перетянутая струна): - Они уговаривали меня бросить пиратство, и перейти на королевскую службу! Сказали, что, дескать, мои преступления будут прощены и забыты! Как тебе это нравится? "Прощены и забыты"!!! Я им: "А как же мои товарищи?" А они: "Их тоже возьмут на королевскую службу, не волнуйтесь!" Ну, тут я им высказал все, что думаю...

Питт (голосом приговоренного к смерти): - Ну, и..?

Блад (возбужденно): - Сказал, что мне не хочется даже пачкать свои руки этим офицерским патентом, хотя это руки вора и пирата! Да, Джереми, меня назвали вором и пиратом! То есть, презренным человеком, отщепенцем!!! И кто назвал?! - (из его груди капитана вырывается что-то похожее то ли на мучительный стон, то ли на приглушенное рыдание) - Может, выпьем?

Питт (горестно): - Давай... Там, в шкафчике...

Блад тянется к дверце, но тут замечает гору исписанных листов на столе.

Блад (заинтересованно): -Ты что, в рифмоплетство ударился? Можно?... - (берет верхний лист).

Питт (встрепенувшись было) : -Хочешь - читай, чего уж там...

Блад, медленно меняясь в лице, читает вслух:

-Чтоб сломала ты руки и ноги,
Придавил чтоб тебя потолок.
Оказалась б в медвежьей берлоге,
Обварил бы тебя кипяток.

Платье новое краской б залила,
А остаток бы - внутрь приняла!
Чтоб мамаша твоя завопила:
"Ах, зачем я тебя родила?!"

Проколи себе иглами пальцы,
Упади ты с коня на скаку!
Обломай о папашу все пяльцы,
И промолви: "Мерси, блин, боку!!!"

Стань позором вельможной Тортуги,
Чтоб прогнали тебя за порог...
У тебя будут верные слуги,
Для тебя я все сделать бы мог!!!

Обрати на меня, блин, вниманье!
Сколько можно так люто страдать?!
Разожгла ты такое желанье -
Не могу я в словах передать!!!

Ну, не будь ты такой бессердечной,
Не трави ты пиратскую кровь!
Пусть я парень и не безупречный -
Подари мне, родная, любовь!!!

Будем вместе и в счастье, и в горе...
А не выйдет - на все я решусь!
Утоплю тебя, милая, в море...
И потом нафиг сам утоплюсь!!!

Блад (потрясенно): -Джереми, мальчик мой... Это ты написал?!

Питт (зло): -Нет, дон Мигель!!!

Блад (сочувственно): -Ты так страдаешь из-за младшей дочки губернатора? Из-за этой холодной, пресыщенной гордячки? Из-за этой блондиночки, у которой все мысли только о нарядах и развлечениях?

Питт (яростно): -А ты?! Уж я-то знаю, в честь кого был переименован "Синко Льягас"!!! И какую ты получил от нее награду?!

Блад (вздрогнув всем телом, как от пощечины): -Эти женщины... Ох, это наш крест, наша мука, наше страдание... - (как-то робко): - Но ведь без них нельзя, верно, Джереми?

Питт (решительно): -Да ну их к черту! Мы, кажется, собирались выпить?!

;) ;) ;D
---------

Капитанская каюта на "Арабелле". Те же действующие лица.

Арабелла (негодующе): - Дура! Нашла, в кого влюбиться... - (горестно): - А что делать, если нормальных мужиков нет?! Даже у лорда - и того, мозгов с лесной орешек! - (свирепо смотрит на похрапывающего Джулиана). - Ну, кто тянул его за язык?! - (передразнивает, подражая голосу Уэйда): - "Если бы вы не оскорбили капитана, может, нам удалось бы уговорить его принять королевский патент! А теперь наша миссия позорно провалена!" - (яростно): - Да провались ты со своей миссией!!! Даже если женщина тысячу раз неправа, разве надо тыкать ее носом в ошибку?! - (с чисто женской логикой, без всякого перехода): - Во-первых, я девушка!!! Во-вторых, я права!!! - (распаляясь): - Я что, неправду сказала?! Ведь он, подлец, убил человека! И ладно бы из-за денег - из-за бабы!!! - (всхлипывает): - Не из-за меня!!! - (снова распалившись): - Так кто же он, как не вор и пират?! Неужели нельзя понять?! - (презрительно): - Хотя, чтобы понимать, надо иметь мозги, а у мужиков только грубая сила! - (распаляясь): - И еще искренне считают себя венцом творения, негодяи! Анекдоты про женскую логику сочиняют, про блондинок!!! - (спохватившись): - Я, правда, шатенка... - (распаляясь): - Но все равно обидно! Какие же все-таки скоты эти мужики!!! - (с искренним возмущением): - И ведь даже не рожают, мерзавцы!!! И эту обязанность свалили на хрупкие женские плечи, то есть... - (спохватывается, краснеет). - Тьфу!!! - (переводит взгляд на Джулиана): - А этот... храпит! Храпит, негодяй!!! Всю душу растревожил, а сам - спит!!! - (передразнивает): - Вы оскорбили капитана, а ведь этот донкихотствующий болван из-за вас подвергает себя смертельной опасности... - (возмущенно): - И не договорил, мерзавец!!! Вот теперь сходи с ума, гадая: что за опасность грозит подлецу Питеру, и каким боком здесь я!!! - (возмущенно): - А он - не договорил!!! Обиделся на меня, видишь ли!!! - (смущенно): - Ну, я наговорила лишнего, не скрою... - (еще более смущенно): - Сама удивляюсь: что на меня нашло? Где мое воспитание, манеры? - (яростно): - А чего он со своими нотациями лез?! Неужели не видел, в каком я состоянии?! Сам виноват, и еще обиделся, скотина! - (смущенно): - Ну, конечно, я слишком уж разошлась... Не стоило быть такой грубой... - (еще более смущенно): - Он имел полное право обидеться... Ой, неловко-то как! - (гневно): - Но мог же сначала объяснить, что это за опасность, а потом обижаться!!! - (всхлипывает): - Расстроил слабую жен... девушку, подонок!!! - (яростно): -Будто не знает, что мы терпеть не можем неопределенностей и недомолвок во всем, что касается любви!!! - (смущенно): - Но он же не знал, что я люблю этого подлеца... - (яростно): - Ну и что?! Я тут с ума схожу, а он спит!!! - (задумчиво): - Может, и вправду выйти за него? Ох, я бы ему такую жизнь устроила!!! - (всхлипывает): - Какие же скоты эти мужики! Эти - храпят, тот - бубнит... - (с ненавистью смотрит в сторону иллюминатора). - Как же, помню этого одноглазого хама... Он меня еще на плантациях терпеть не мог, а за что?! Ну, что я ему плохого сделала?! - (всхлипывает): - Все равно не уснуть, хоть послушаю, что он там бормочет... - (встает, открывает иллюминатор. Слышен голос Волверстона, торжественно декламирующего стихи):

-Я ж тебя, стерву, заразу,
Даже не бил ни разу!
Очень я добрый мужчина!
Что же ты за скотина?!
Что ж за паскуда - баба?!
Мучает нас неслабо...
Взять бы тебя за шкирку,
Сделать в башке, блин, дырку!
Было б все шито-крыто...
Сердце мое разбито!
Что тебе, стерва, надо?
Золота, шоколада?
Жемчуга в тыщу песо?!
Сто тысяч акров леса?!
Пять урожаев хлеба,
Или Луну, блин, с неба?!
Прямо скажи, не мучай,
Раз уж столкнул нас случай!
Если вконец отчаюсь -
За себя не ручаюсь!!!

Арабелла отшатывается, закрывает иллюминатор, со стоном зажав уши.

цитата из: Drago63 на 04 марта 2013 года, 23:12:15

Взять бы тебя за шкирку,
Сделать в башке, блин, дырку!

Как некуртуазно... Нет, мы пойдем другим путем. Напишем, например, картину.

[spoiler]Штурманская рубка, некоторое время спустя.

Питт (отрешенно): - Столько писем! И ни одного ответа! Компания "Почта Ямайки" совсем не работает! Кто там главный?

Блад (задумавшись): - Какой-то русский... Джереми, есть тут одна мысль... Эта блондинка... прости, эта Мадлен...

Питт (горько): - Люсьен. Люсь - ен. Как-то по-китайски звучит...

Блад (уверенно): - Вот именно. Ты писал по-английски? А она читать-то по-английски умеет? Ты по-французски попробуй!

Питт (ошарашенно): - Питер... Даже не знаю, как тебе... Я честный английский пират. По-французски знаю несколько слов, да и те... Миль дьябль!

Блад (победно): - Очень хорошо! Вот так и напиши! Женщины любят ушами! Вот эта вся бумага - она лишняя. Нужно одно письмо, настоящее. Кто у нас еще знает французский?

Питт (с надеждой): - Ты. И давай без лишнего шума. "Команда "Арабеллы" пишет письмо Люсьен д'Ожерон" - это же картина маслом!

Блад (в трансе): - "Команда "Люсьенны" пишет письмо Арабелле Бишоп"... - (очнувшись) - Нет, это потом. Итак. Пиши. Бонжур, ма шери. Же ву зем. Мон амур этернель...

Питт (уткнувшись в бумагу): - Помедленнее... Э-тер-нель...

........

Блад (вдохновенно): - Оревуар, мон амур! Ву э мон, же сюи вотр! Вотр мари футур, Жером Пити! Оревуар!

Питт (оторвавшись от бумаги): - Питер, я не все понял, но... Жером Пити - это что, я?

Блад (уверенно): - Именно! Это письмо ее поразит! Твоя любовь преодолела языковой барьер, преодолеет и остальные! А моя любовь... Сэ мизерабль...

Питт (закончив с письмом): - Кураж, мон камарад! Надо же, какой, оказывается, простой язык этот французский... Надо потренироваться - вдруг пригодится? Усердие все превозмогает!

Блад (с интересом): - Кто это сказал?[/spoiler]

[spoiler]Миль пардон за стиль - все на энтузиазме, французского изучать не пришлось. Фром олл май харт, как сказал однажды В. Мутко. ;D [/spoiler]

цитата из: Tany на 04 марта 2013 года, 23:37:16

;D ;D ;D
И российский мужик и карибский пират все проблемы решают похоже ;)

Что-то эта строчка подозрительно напомнила... О!

"Каждый хочет любви - и солдат, и матрос!
Каждый хочет иметь и невесту, и друга!" ::)

;) ;) ;D
---------

Палуба "Арабеллы". Общее пиратское собрание, напоминающее деревенский базар.

Волверстон (яростно): -Питер, ты свихнулся! Ты что, хочешь нас всех угробить из-за этой расфуфыренной куколки?!

Блад (гневно): -Молча-а-атть!!!

Волверстон (еще более яростно): -Нет, я не стану молчать!!! Из-за этой проклятой юбки ты стал трусом!!!

С воплем: "Как он меня назвал?!" вбегает разъяренная Арабелла, за ней спешат оба лорда.

Арабелла (Волверстону, гневно): -Сэр грубиян, не будете ли вы любезны повторить свои слова?!

Пираты, толпящиеся вокруг, дружно и жадно обшаривают ее глазами с макушки до пяток. Арабелла вдруг ясно чувствует, что хоть на ней и надеты кружевные панталоны, три нижние юбки и платье, но вырез у него ... э-э-э... довольно глубокий, и материал не слишком плотный, и вообще стоило бы еще закутаться в плащ...

Волверстон (ехидно): -Повторить? Могу! А фиг ли толку?! Вон, смотри сама! - (широким, приглашающим жестом машет в сторону кормы) - Ямайская эскадра твоего дядюшки! Мы от нее уйти не можем, скорость не та: днище обросло! И драться бессмысленно: слишком уж неравны силы! Так что придется бравым парням из-за какой-то паршивой юбки или кормить рыб на дне, или болтаться в пеньковых галстуках!

Звучит яростный многоголосый рев. Арабелла дрожит всем телом.

Арабелла (дрожащим голосом): -Ямайская эскадра?

Огл (яростно): -Вот именно! Наш капитан, сто чертей его матушке, решил высадить тебя на Ямайке!!!

Блад (гневно): -Огл, замолчи! И вообще, что ты здесь делаешь?! Твое место на канонирной палубе!

Лорд Джулиан (на ухо Арабелле): -Это именно то, что я пытался вам сказать! Донкихотствующий идиот, которого вы так грубо назвали вором и пиратом, чтобы не подвергать вас лишней опасности, сам сунул голову в петлю... Подошел к ямайскому берегу, зная, что его могут заметить и перехватить. И вот результат! - (кивком головы указывает в сторону преследователей).

Сзади доносится раскатистый грохот выстрела.

Блад (мертвым голосом): -Это сигнал лечь в дрейф.

Разражается настоящая буря. Все одновременно что-то вопят, поминая Богородицу, всех святых, испанцев, короля Якова, судью Джефрейса, проклятых колониальных плантаторов и их трижды проклятых племянниц. Гвалт перекрывает могучий бас Волверстона.

Волверстон: -Да я скорее увижу Бишопа в аду, чем подчинюсь этому сигналу!

Огл (яростно): -И вообще, раз мы влипли в дерьмо из-за этой куколки, пусть она будет нашей заложницей!!! Надо сообщить им, что если они откроют по нам огонь, мы ее повесим!

Пираты (хором): -Правильно!!!

Лорд Джулиан (внезапно): -Никто не будет убит! Никто не будет повешен! Это говорю я, лорд Джулиан Уэйд!!! Выслушайте меня! Властью, данной мне лордом Сандерлендом, я предлагаю вам шанс не только спасти свои шеи, но и получить полное прощение Его Величества. Вы сами только что сказали: убежать вы не можете, для боя силы слишком неравны. А предположение, что полковник Бишоп откажется от мести из-за племянницы... - (он презрительно усмехается, глядя на Огла, как заботливый врач на душевнобольного). - Это полная чушь!

Хагторп (Оглу): - Верно! Чтобы этот грязный рабовладелец пощадил нас из-за племяшки?! Огл, дружище, надо или меньше пить, или больше закусывать!

Лорд Джулиан (торопливо): -Значит, какой у вас выход? А вот он!!! -(жестом заправского фокусника извлекает из-за пазухи королевский патент). -Достаточно одного слова мистера Блада, и я тут же впишу его имя в пустую графу! Он станет офицером военно-морского флота Его Величества, а вы все, соответственно - матросами! И получите полную неприкосновенность и прощение!

Волверстон (почесав в затылке): -Ребята, похоже, другого выхода нет! И потом, вы что, не хотите подложить свинью гаду Бишопу?! Вы только представьте, какая рожа будет у полковника, когда он узнает!!! Дорого бы я дал, чтобы ее увидеть! - (Бладу, сердито): - Ну, Питер, решайся! Или ты, сукин сын, хочешь, чтобы не только тебя вздернули, но и всех нас?!

Огл (упрямо): - А посчитается ли Бишоп с этим патентом?!

Лорд Уиллогби (зловеще): - Пусть только попробует не посчитаться! И вообще, я Бишопу не завидую...

Лорд Джулиан (Бладу): -Решайтесь, капитан, решайтесь! Ну же!!! - (экипажу): - Господа пираты, просите его! Или вам жить не хочется?! Спасение-то в двух шагах, только руку протяни!!!

"Господа пираты" (хором): - Питер, возьми ты этот ... - (звучит корабельная сирена) - патент!!! А не то мы твою девчонку ... - (звучит корабельная сирена).

Блад (Арабелле, с горечью): -Ну, а вы что скажете? Пристало ли вору и пирату носить красный мундир короля?

Арабелла (дрожащим, но более-менее твердым голосом): - Это самое лучшее, что вы можете сделать. И... И я думаю... точнее, мне хочется верить... Людской суд часто бывает поспешным и несправедливым... - (опускает глаза).

Блад (со вздохом): - Да будет так! Я согласен!

;) ;) ;D
---------

Король Яков и лорд Сандерленд.

Я (гневно, но испуганно): - Что делать??! Кто виноват??!

С (испуганно, но твердо): - Сир, осмелюсь указать: сейчас не до произведений русских классиков! Надо думать, как головы сохранить!

Я (еще более гневно и испуганно): - Вильгельм идет на Лондон! Его силы растут не по дням - по часам! Предатели орут, не жалея глоток: "Да здравствует король Вильгельм Третий!" Это при живом-то монархе!!! - (без всякого перехода): - Ну, посоветуйте же, что делать?!

С (дрожащим голосом): - Сир... Пожалуй, пора вскрывать третий конверт... Не то, прошу прощения, живой монарх может скоро стать неживым.

Я (хлопнув себя по лбу): - Точно!!! Первые два же помогли! - (лихорадочно роется в ящиках стола): - И в первый раз, помог совет: "Вали все на меня!" Я начал объяснять, каким болваном был прежний король, какую кашу заварил... Люди успокоились... Да где же он?! - (распаляется): - У короля в столе прибраться некому! Хлам какой-то... старые квитанции... порнографические открытки... Уволю дармоедов!!! И во второй раз, помог совет: "Всем все обещай!" Я пообещал, что наступит райская жизнь... - (увлекаясь, голосом Жириновского): - Сапоги будем мыть в Индийском океане, однозначно! Всем бабам по бюстгальтеру дадим, всем мужикам-мерзавцам - по бутылке! - (спохватывается): - Тьфу!!! Да где же этот... - (звучит корабельная сирена) - конверт??! Ах, вот он! - (сияя и поглаживая конверт, приговаривает): - Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи: как народ нам убедить, как Вильгельма победить... Я ль на свете всех милее...

С (нетерпеливо): - Сир, да вскрывайте же! Драгоценное время уходит!!!

Я (спесиво, голосом и.о. царя Бунши): - Но, но, но! С кем говоришь, холоп?! - (вскрывает конверт, читает вслух, изменившись в лице): - Оставь своему преемнику три таких же конверта, и... - (звучит корабельная сирена) - с престола...

С (ошарашенно): - Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!

Convollar, ага... ;D :-*
--------------------

Дон Мигель - постаревший и опустившийся - читает "Тортугский Вестник":

Д.М. (дрожащим от негодования голосом): - Я повешу этого сеньора... - (с трудом выговаривает фамилию): - Vysotsky... Ранами Христовыми клянусь, повешу! Пусть только попадется мне в руки! Ишь, чего выдумал: изгаляться надо мной в стихах! Ладно, бы хоть анекдоты сочиняли... - (убитым голосом напевает на мотив "Утренней гимнастики"):

Невезучий дон Мигель
От расстройства слег в постель:
Опозорен, бедный, он в Испании!
Если что-то не дано -
Не берись! Ведь все равно -
В лужу сядешь! Хоть при всем старании!

Яростным голосом: - Тьфу!!! Упаси, Боже, от такой популярности... - (свирепо пыхтя, переворачивает страницу): - Так... Интересно! "Ворон ворону глаз не выклюет"... - (заинтересованно): - О чем это? - (читает вслух): - Судя по сведениям, поступающим из Порт-Ройала, надежды местных жителей на королевских ревизоров в лице лордов Уиллогби и Уэйда оказались напрасными. Поистине: ворон ворону глаз не выклюет! - (ехидно): - Ну, чего еще ожидать от этих английских собак?! - (читает дальше): - Господа ревизоры спелись на пару с губернатором Бишопом, образовав чудненький дуэт. Точнее, спелся один лорд Уиллогби, поскольку лорд Джулиан Уэйд спился. Судя по сообщениям, он непрерывно ходит по трактирам Порт-Ройала, пытаясь понять, в каком же из них подают настоящий ром "Краса Вест-Индии", и к вечеру уже "никакой"... - (заинтересованно): - Тут еще примечание от какой-то анонимной матери-героини: "Да чтобы вас язва замучила, алкаши проклятые!!!" - (ухмыляется): - А чего еще ждать от этих английских собак?! - (читает дальше): - Судя по сообщениям из источника в губернаторском доме, причина тому - отказ губернаторской племянницы выйти за него замуж. Мы - солидное издание, дорожащее своей репутацией, поэтому не раскрываем наш источник! Мы не хотим неприятностей этому славному 30-и летнему афроангличанину, который с таким искусством ухаживает за розами в губернаторском саду... - (хохочет): - Эти английские собаки еще и тупые, как ослы! Я бы такой "источник" вычислил в мгновение ока! - (ехидно): - Ну, что я говорил?! Коммерческая колонка "Срочно в номер": - "У вашего "источника" опять задница красная, как у мандрила! Он снова сам себя высек!!! Ха-ха-ха! Его высокопревосходительство Бишоп, губернатор Ямайки". - (читает дальше): - Наш скромный труженик грабель и садовых ножниц, своими ушами слышал слова мисс Арабеллы Бишоп: "Лорд Джулиан, я останусь вашим другом. Только другом!", а потом негодующий вопрос лорда: "Это - Питер Блад?!" - (яростно рычит): - Опять этот Блад!!! Убью-ю-ю!!!

Снаружи в ответ доносится дикий рев:

-Блад!!! Проклятый Блад!!! Украл мою прелес-с-сттть!!! Дульсинея-я-я....

Вбегает перепуганный испанец:

-Ваше высокопревосходительство! Дон Эстебан опять буянит!

Д.М. (с видом вконец замученного великомученника): - Так дайте ему хереса!

И (перепуганно): - Он уже три бочонка с утра употребил...

Д.М. (яростно): - Так дайте четвертый, пятый, шестой!!!

И (дрожащим голосом): - С-слуш-шаюсссь... - (убегает).

Д.М. (крестится): - Хвала создателю, я не поскупился на полиарговую цепь... Страшно подумать, что было бы, если бы он вырвался! - (немного успокоившись, продолжает читать): - Что касается лорда Уиллогби, он сразу после приезда принял целую делегацию жителей Порт-Ройала, пообещав им "разрулить по понятиям"... то есть, разобраться по закону. Если учесть, что каждый выходящий вполголоса бранился, приговаривая: "Ишь ты, гусь, - в дороге совершенно издержался... не можете ли одолжить..." то легко можно было представить, какое будет "разбирательство". Так и вышло! Язва коррупции разъедает английское общество, как ржавчина железо! Судя по сообщением от того же источника, на физиономии губернатора можно жарить лепешки без масла, а в глазах так и читается: "Ну что, съели?!" Жители города в неистовстве. Они ропщут и кричат: "Правду не скроешь! До самого короля дойдем! Бог все видит!!!" - (ехидно): - И эти английские собаки еще смеют нас критиковать! Демократы хреновы... - (читает дальше): - Колонка "по следам публикаций. Отзывы жителей Порт-Ройала": -А у меня этот Уиллогби, сукин сын, взял триста пистолей!!! (трактирщик Крабс). -И у меня - триста!!! - (хозяин трактира "Золотой петух"). -И у меня... (хозяин трактира "Бодливый теленок"). -А у меня - четыреста!!! Потому, что ТОЛЬКО в моей таверне НАСТОЯЩАЯ "Краса Вест-Индии"!!! (хозяин таверны "Вор и пират"). -Да чтоб вас язва замучила, алкаши проклятые!!! (снова анонимная мать-героиня). -А у нас - шестьдесят пять, ассигнациями, больше не было... (Председатели обществ "Зоолюб" и "Зоофил"). - Ох, чует сердце,"источнику" опять влетит... (Председатель общества "Порт-Ройалс хьюман райтс вотч"). -До Бога высоко, до короля далеко!!! А ваш источник в третий раз сам себя высек!!! Ха-ха-ха!!! Готовьтесь: и с вами то же самое будет! Отец-губернатор Бишоп (будущий лорд Англии)..."

Слышен дикий рев, еще более громкий: "Дульсинея-я-яяя!!! Я спасу тебя-я-яя!!!" Грохот, звон крики. Потом шум стихает.

Вбегает перепуганный испанец.

И (дрожащим голосом): - Ваше высокопревосходительство!!! Дон Эстебан...

Д.М. (яростно): - Дайте этому проглоту седьмой бочонок! Восьмой!! Девятый!!!

И (в ужасе): - Некому давать!!! Он разорвал цепь и сбежал!!!

Д.М. (голосом чудом откачанного удавленника): - КАК?! Полиарговую цепь??!

И (в ярости): - Какой, нахрен, полиарг!!! Вот-с, извольте - кольцо от той цепи! - (протягивает дону Мигелю кольцо). - Полюбуйтесь-ка, что там внутри написано!!!

Д.М.(дрожа, опасливо): - Неужели: "А одно - всесильное, властелину Мордора..."

И (в истерике): - Нет!!! "Мэйд ин Чайна"!!!

Д.М. (в истерике): - Убью поставщика! На всю Вест-Индию опозорю!! По судам затаскаю!!!

Тортуга, кабачок старика Гоганоса. Попугай Какаду просматривает свежие газеты. Кое-что читает вслух. Хозяин заведения протирает стаканы.

цитата из: Drago63 на 06 марта 2013 года, 17:57:58

- Колонка "по следам публикаций. Отзывы жителей Порт-Ройала": - А у меня этот Уиллогби, сукин сын, взял триста пистолей!!! (трактирщик Крабс). -И у меня - триста!!! - (хозяин трактира "Золотой петух"). -И у меня... (хозяин трактира "Бодливый теленок"). - А у меня - четыреста!!! Потому, что ТОЛЬКО в моей таверне НАСТОЯЩАЯ "Краса Вест-Индии"!!! (хозяин таверны "Вор и пират").

П.К. (отрываясь от газеты) - Мастер Го, а вы ходили к губернатору? Много пожерртвовали?

С.Г. (сварливо) - Я вообще не ходил. Я старый больной человек, что мне делать в этой очереди? Я хотел пойти попозже, но уже не хочу.

П.К. (озадаченно) - Мастер, а какой смысл сначала давать деньги, а потом жаловаться в газете, которую может увидеть губернатор? Разве что для рекламы рома, как этот "Вор и пират"...

С.Г. - И мошенник. Только и может тырить чужие рецепты. Да там все - вор на воре.

П.К. (задумчиво) Вор на воре... Что-то знакомое... (напевает)

По рыбам, по звездам идет каравелла,
На ней на Ямайку плывет Арабелла,
На правом борту стоит сам Питер Блад,
Стихи сочиняет, но рифмам не рад.

На левом борту Джерри Питт - нет, Пити.
Вам штурмана лучше нигде не найти,
Плывет он к Бертрандовне, учит язык,
Освоил прононс, ударенья постиг.

Стоит на руле старина Волверстон,
Во сне с Эстебаном встречается он.
На все тот готов для своей Дульсинеи,
При мысли о ней еще больше шалеет.

А ветер... А это еще что? - (снова читает)

цитата из: Змей на 20 марта 2013 года, 03:49:37

Министр бюджета Франции Каюзак ушел в отставку
http://ria.ru/world/20130319/928073405.html

Капитан Блад приветствует это решение!
;D ;D ;D

- Прокуратура Парижа в начале 2013 года начала предварительное расследование в отношении Каюзака, подозреваемого в уклонении от уплаты налогов. - (отрываясь от газеты) - Это не родственник нашего Каузака? Дур-рак!

С.Г. - У них это, должно быть, фамильное. Алон-маршон, либерте-эгалите, где уж тут налоги платить. Кстати о налогах - говорят, Уиллогби вводит налог на попугаев.

П.К. Он что, совсем... (сирена звучит долго, но замолкает раньше попугая) ...И пусть так и ходит!

---------------------
Порт-Ройал. Хмурый Блад, перед дверью в кабинет губернатора Ямайки, сталкивается с еще более хмурой Арабеллой.

Блад (учтиво-безнадежным голосом): - Рад видеть вас, мисс!

Арабелла (не слишком учтиво и ехидно): - Увы, не могу ответить вам тем же!

Б (с болью): - Я вижу, что ошибся... Не следовало брать этот патент. Уж лучше погибнуть в бою, чем так страдать!

А (с болью и негодующе): - Уж кто бы говорил о страданиях!!! Мужикам не понять, что такое - настоящее страдание!!!

Б (язвительно): - Ах, простите, мисс... Я совсем забыл, что ваши светлые мечты накрылись медным тазом. Вместо сияния в лондонском свете - жизнь с алкоголиком...

А (яростно-недоумевающе): - Вы опять говорите со мной, как с неразумной девочкой! Что вы имеете в виду?!

Б (медово-язвительно): - По мне, лучше уж быть неразумной девочкой, чем женой беспробудного пьяницы. Ваш лорд Джулиан окончательно спился. Все трактирщики Порт-Ройала благословляют его имя: их выручка подскочила вдвое... О количестве контрафактной "Красы Вест-Индии" китайского розлива я уже и не говорю...

А (задохнувшись от ярости): - Ах, ты... - (всхлипнув): - Бедная дурочка! Ей достанется муж из дерева!!! О горе! Деревянный муж!!!

Б (недоумевающе): - Мисс, во-первых, меня зовут не Дик Шелтон, если вы забыли... Во-вторых, я ничего не понимаю!

А (яростно): - Лгун и притворщик! Ты делаешь вид, что тебе неизвестно имя Мадлен?!

Б (в полной прострации): - Мадлен?! Вы... Вы имеет в виду старшую дочь губернатора Тортуги?

А (в великолепии полубезумной бабской истерики): - Да!!! Ту самую дурочку, на которой ты хочешь жениться! Ради которой убил человека! Убийца!!!

Б (с видом человека, на пару с лордом Джулианом, перебравшего "Красу Вест-Индии"): - Жениться?! Убийца? Я?! - (хлопает себя по лбу): - А-а-а, вы имеете в виду историю с Левасером?! Так это же...

А (в великолепии.. см.выше): - Слушать ничего не хочу!!! Чтобы ты провалился, паразит! Чтоб тебя повесили! Чтоб мой язык отсох!!! Прокляты-ы-ыыыййй... - (Рыдая, убегает).

Б (в абсолютной прострации): - Покажите мне идиота, который утверждает, что понял женскую логику - задушу собственноручно! - (с тяжелым вздохом): - Всю душу ты мне вымотала!!! - (с еще более тяжелым вздохом): - Кстати, меня действительно могут повесить. Ну, будь, что будет... - (толкает дверь, входит в кабинет).
-----

Теплая компания: пьяный лорд Джулиан с бутылкой "Красы Вести-Индии", настороженный лорд Уиллогби, негодующий Бишоп.
-----

Бишоп (увидев Блада, язвительно): - Ну, наконец-то! Заждались уж тебя, голубчика!

Уиллогби (недовольно): - В самом деле, капитан, где вас носит? Губернатор собрал нас, как на пожар, а мы никак не можем начать совещание!

Джулиан (с философским смирением горького пьяницы): - Ик! А к чем-му вооб-бще спеш-шить? Вот-т я, к прим-мер-ру, даже п-письмо от дяд-дюшки еще не вс-скрыыл... - (Делает глоток прямо из горла).

Уиллогби (поморщившись): - Боюсь представить, что скажет ваш дядюшка, увидев, до какого состояния вы дошли! - (Бишопу, нетерпеливо): - Ну, раз мистер Блад уже здесь, может, вы посвятите нас в суть вопроса?

Бишоп (ехидно): - Всенепременно посвящу, милорд! И вас, и этого висельника, и военно-полевой суд, который состоится в ближайшее время! И даже палача! - (гогочет).

Блад (смиренно): - А что, вы по совместительству еще и палач? Разумная экономия бюджетных средств!

Джулиан хохочет, Уиллогби вздыхает, Бишоп багровеет.

Convollar, :-*

-------------

Уиллогби (сердито): - Капитан, выбирайте выражения! В конце концов, полковник Бишоп - ваш непосредственный начальник!

Блад (с притворным смирением): - Поверьте, милорд, я выбирал выражения! И очень тщательно... Но я же не виноват, что полковнику куда больше подошла бы роль палача!

Бишоп (взорвавшись): - Тысяча чертей, пусть будет так!!! Я сам, своими руками, тебя вздерну!!!

Распахивается дверь кабинета. Влетает пунцовая Арабелла.

Арабелла (прекрасная в своем святом гневе вперемешку с бабской истерикой): - Дядя, сначала тебе придется вздернуть меня!!! Я люблю его!!!

Бишоп со стоном падает в обморок. Лорд Джулиан икает еще сильнее и залпом выпивает половину бутылки "Красы Вест-Индии". У лорда Уиллогби отвисает челюсть.

Блад (в полном обалдении): - Мисс... О Боже... Но... Но ведь лорд Джулиан...

Арабелла (всхлипывая у него на груди): - Ты такой же дурак, как все мужики!!! Лорд Джулиан мне друг, и только! Для меня ты был один!

Блад заключает ее в объятия. Описывать выражение его лица - бесполезная задача.

Уиллогби (разводя руками): - Всякого в жизни повидал, но такого...

Джулиан (философски-беззлобно, даже перестав заикаться): - Твоя взяла, чертов висельник! Эх, а ведь эта женщина могла бы блистать в лучших домах Лондона... - (залпом допивает остатки рома, отбрасывает пустую бутылку). - Подумать только: предпочла пирата - кому?! Мне!!! - (достает из кармана письмо дядюшки): - Почитать, что ли... Сил нет смотреть, как целуются! - (углубляется в чтение).

Бишоп (открывая глаза): - Хорошо, бесстыдница, будь по-твоему! На пару и повиснете! - (кряхтя, встает): - Лорд Уиллогби, я ставлю вас в известность, что этот мерзавец, принятый на королевскую службу, тайком отпустил на Тортугу своего помощника, опаснейшего пирата - Волверстона...

Уиллогби (опасливо-недоуменно): - Волверстона?!

Бишоп (злобно): - Да! Мерзавец Волверстон сбежал! И снова будет пиратствовать! За такие дела - военно-полевой суд и петля...

Внезапно слышен топот и крики. Распахивается дверь кабинета, и с диким воплем: "Спасите!!!" вбегает Волверстон. За ним вбегает дон Эстебан, с ликующе-бычьим ревом: "Дульсинея!!!" Сладкая парочка сносит противоположные двери и выбегает наружу.

Все присутствующие в полном обалдении.

Лорд Уиллогби (немного придя в себя): - Во-первых, где я нахожусь - в губернаторском дворце, или в портовом борделе?! Во-вторых, полковник, ваши шуточки неуместны! Мы своими глазами видели Волверстона! - (распаляясь, голосом старика Кутузова): - Ваш анекдотец оказался вздором! Шутить так низко с адъютантом впору, Но не со мной!!!

Бишоп (в полной прострации): - Мой бог, какой пассаж!!!

Блад (с немалым трудом оторвавшись от Арабеллы): - Позвольте, милорд, я объясню...

Лорд Джулиан (перебивая, голосом человека, уже ни черта не понимающего): - Милорд, объясните-ка лучше: что за хрень пишет мой дядюшка?! То ли я выпил больше, чем следует, то ли родственничек впал в маразм... - (протягивает письмо).

Лорд Уиллогби (начинает читать вслух): - Дорогой племянничек, можешь меня поздравить: я теперь первый министр его Величества Вильгельма Третьего... - (встрепенувшись): - Что за... - (осекается, глядя на Арабеллу).

Все, хором: - Вильгельма Третьего?!

;) ;) ;D
---------

Блад (Арабелле, с глуповато-любящим видом): - Моя дорогая, не подскажешь ли, а кто такой этот Вильгельм Третий? Король какой страны?

Уиллогби (пробежавший глазами письмо, торопливо): - Ваше высокопревосходительство, речь идет о законном монархе Англии - Вильгельме Третьем, который - хвала Создателю - сверг узурпатора Якова!

Немая сцена. Потом раздается голос Бишопа:

-Как вы его назвали?! Но ведь его высокопревосходительство - я! Ведь я - губернатор Ямайки!!!

Лорд Уиллогби поворачивается к нему и смотрит в упор.

Бишоп (растерянно): - Я ж губернатор! Был... - (еще более растерянно): - Вчера... - (дрожащим голосом): - Наверное...

Лорд Уиллогби (голосом сурового, но неподкупного, судьи): - Вы сняты с должности! Как ставленник кровавого тирана Якова! Я буду свидетельствовать против вас на суде! - (распаляясь): - Мне пришлось притворяться лихоимцем и взяточником, чтобы вывести вас на чистую воду! - (чуть не всхлипнув от осознания собственного величия). - И вы еще пытались оклеветать этого храброго, благородного человека, жертву тирании Якова! - (указывает на Блада). - Теперь - он губернатор Ямайки!!!

Снова немая сцена.

Арабелла (выйдя из ступора): - Губернатор?!

Блад (с обалдевшим видом): - Похоже, дорогая моя, не так уж плохо быть женой вора и пирата... - (спохватившись, лорду Уиллогби): - Милорд, но я не уверен, что смогу справиться со столь ответственным постом... И, к тому же, что в этом письме?!

Арабелла (с истинно женским любопытством): - Да, да, милорд, прочтите, пожалуйста!

Уиллогби (окашлявшись, с торжественным видом): ... - Вильгельма Третьего... Более того, пользуюсь полным доверием и расположением нашего обожаемого монарха, да хранит его Господь! Узурпатор Яков ... - (звучит корабельная сирена) - с престола, оставив новому государю три запечатанных конверта... - (растерянно): - не понимаю, о чем речь... - и теперь уже за пределами Англии. Можешь возвращаться домой, дорогой племянничек, твоя миссия потеряла смысл, поскольку всех участников восстания Монмута амнистируют, и Блада - в том числе...

Арабелла (захлопав в ладони): - Урааа!!!

Бишоп (захлопав глазами): - Как?! Моих рабов?!..

Уиллогби (сердито): - Как бы вам, полковник, самому не попасть в рабство! Слушайте дальше: - (читает): - Передай, племянничек, этому старому ду... - (спохватывается): - моему старому другу Уиллогби, что я замолвил за него словечко королю Вильгельму. Он сохранит свою должность полномочного представителя особы короля в Новом Свете. Мне очень нужны беспринципные мерза... - (спохватывается): - принципиальные мужи, на которых я могу рассчитывать! И не надо считать меня политической про... - (спохватывается): - политическим предсказателем! Вовремя переме... - (спохватывается): - вовремя оказать почести новому монарху - показатель мудрости и политической зрелости. Остаюсь любящий тебя дядя, первый министр Сандерленд".

Лорд Джулиан (с пьяной усмешкой): - Ну, вы, батенька, и... политический предсказатель!

Лорд Уиллогби (машинально): - Всегда готов! - (спохватывается): - Тьфу!!! В общем, капитан Блад, вы теперь - губернатор Ямайки. Поздравляю! А за сим - разрешите откланяться, нас ждут в Англии.

Блад (растерянно): - Но что же мне делать с бывшим губернатором?!

Лорд Уиллогби (распаляясь): - Можете вздернуть этого болвана на рее его собственного корабля! Можете протаскивать его под килем до посинения! Можете запороть плетьми, содрать кожу, изжарить на костре...

Блад (иронично): - Браво, милорд! Кратковременное знакомство с пиратами явно дало плоды.

Бишоп (в ужасе): - Боже мой!!!

Арабелла (в ужасе): - Но ты же пощадишь его, Питер? Ради меня!!!

Джулиан (с пьяным хохотом): - Кажется, я придумал! Надо переименовать этого болвана в Дульсинею, и выдать за того психа!

Слышен топот. Вбегает чуть дышащий Волверстон.

Волверстон (в ужасе): - Спасите! Спрячьте!!!

Блад (сердито): - Волвик, какого черта?! Ты уже должен был быть на полпути к Тортуге!

Волверстон: - Так я на полпути и встретился с этим... - (звучит корабельная сирена) ... извращенцем!!!

Блад (решительно): - Ну-ка... - (сдергивает с лица Волверстона черную повязку). - Полковник, стойте смирно! Или будете повешены нафиг! - (надевает повязку на глаз трясущемуся Бишопу).

Слышен топот. Блад валит Волверстона на пол, набрасывает на него скатерть, сам садится сверху и тащит за собой Арабеллу.

Арабелла (в ужасе): - Но, Питер... Мы же еще не поженились! Да еще при людях!!!

Блад (скрипнув зубами): - У баб только одно на уме!!!

Арабелла (в ярости): - Как ты меня назвал?! Сейчас же извинись!

Лорд Уиллогби (поспешно): - Не ссорьтесь, ваши высокопревосходительства! У вас еще все впереди... - (садится рядом с ними).

Волверстон (хрипло): - Задавите!!!

Все (хором): - Молчать!!!

Вбегает разъяренный и чуть дышащий Эстебан.

Эстебан (безумным голосом): - Моя прелесть! Где моя... - (осекается, потому, что все дружно указывают пальцами на Бишопа).

Бишоп (дурным голосом): - А-а-ааа!!!

Эстебан (ахнув): - Дульсинея! Ты стала еще прекраснее! - (сгребает Бишопа в объятия, выносит из кабинета).

Волверстон (полузадушенным голосом, из-под скатерти): - Совет вам, да любовь!!!

Блад (вскакивая и помогая подняться Арабелле): - Может, и нам поехать в Англию, вслед за их лордствами? Совершим, так сказать, свадебное путешествие... Я так соскучился по яблоням в цвету...

Арабелла (сердито): - Вообще-то, я еще подумаю, выходить ли за тебя!

Блад (умоляюще-укоризненно): - Любимая, ты хочешь, чтобы я от отчаяния отправился на Тортугу? Вернулся к прежнему ремеслу???

Лорд Уиллогби (поднимаясь с Волверстона): - Ни в коем случае!

Арабелла (одновременно с ним): - Ни в коем случае!!!

Лорд Уиллогби: - Что я скажу королю?!

Арабелла (одновременно с ним): - Там же эта Мадлен!!! Тьфу, какое мерзкое имя!

Лорд Джулиан (схватившись за голову): - Да поцелуйтесь же, негодяи! Совести у вас нет!

Лорд Уиллогби: - Поцелуйтесь!!!

Блад обнимает Арабеллу, она инстинктивно уворачивается.

Блад (сердито): - Народ требует!!! - (страстно целует ее).

Арабелла (сердито): - Вы грубиян! - (чуть менее сердито): - Пират!! - (томно): - Наглец!!! - (страстно): - Я - ваша!!! - (страстно целует его).

Волверстон (кряхтя, встает): - Ну, бабы!!! - (улыбается): - Такую свадебку закатим, аж чертям в аду тошно станет! Салют с двух бортов - старина Огл постарается! Ансамбль пиратской песни и пляски - это по части Хагторпа! А уж от меня - напутствие новобрачным!!! - (хохочет). - Репортаж из супружеской спальни в режиме нон-стоп - это к "Тортугскому вестнику..."

Арабелла (покраснев, с притворной строгостью): - Ах, вы... грубиян неотесанный, шалунишка!

Лорд Уиллогби (улыбаясь): - Пожалуй, можно немного отложить наш отъезд. Мне хочется побывать на этой свадьбе...

Лорд Джулиан (с видом человека, смирившегося с судьбой): - Может, хоть на ней подадут настоящую "Красу Вест-Индии", а то надоело уже травить организм китайским пойлом... - (сердито, Бладу): - Господин губернатор, ваша прямая обязанность - борьба с пиратством! То есть, с контрафактной продукцией!

Все хохочут.

Лорд Уиллогби (весело): - Будет, что рассказать в Лондоне... Кстати, господин губернатор, не торопитесь с отъездом! Вам еще надо искупить прошлое пиратство, так что на годик-другой задержитесь на Ямайке. Подождут ваши яблони в цвету, никуда не денутся. Думаю, общество очаровательной женушки поможет вам перенести эту задержку...

Арабелла (с притворной строгостью): - Пусть только попробует не перенести!

Все хохочут.

Выходит ведущий, громко декламирует:

Да, очень поздно Арабелла,
Помучив Блада, все ж прозрела,
Любовь, как говорится, зла!
Но, хоть наш Питер настрадался,
Но все ж не зря он так старался:
Она к нему сама пришла!
Мораль такая: дамы, дамы!
Не будьте, как ослы, упрямы,
И не судите невпопад!
Ведь не у каждой Арабеллы,
Что с опозданием прозрела,
Такой найдется Питер Блад!

Все раскланиваются. Занавес.
---------------------------------------

ЗАСЛУЖЕННАЯ КАРА

(Фантазия по мотивам произведений А.Конан Дойля. Как обычно: простите, мэтр... ;) )
----------------

Я всегда гордился безупречным самообладанием. В моей профессии оно было совершенно необходимо. Ни при каких обстоятельствах я не позволял эмоциям взять верх над холодным рассудком. Не зря мой друг однажды в сердцах заявил: «Вы не человек, вы арифмометр!» Вот поэтому я сам испугался внезапно нахлынувших чувств. Никогда не подозревал, что могу испытывать такую страшную, беспредельную, обжигающую ненависть. Даже профессор Мориарти в минуту нашей смертельной схватки внушал мне куда меньший гнев. Даже его ближайший подручный, полковник Моран, упорно охотившийся за мной, как за каким-то тигром или леопардом, вызывал меньшую злость.

А сейчас я буквально клокотал от бешенства. Хотя готов держать пари, что со стороны этого никто бы не заметил.

— Уотсон, прошу прощения, не могли бы вы подождать в холле? — обратился я к другу и помощнику, изо всех сил постаравшись, чтобы голос не прозвучал резко, неучтиво. Один лишь Создатель знал, чего мне это стоило! — Мне необходимо поговорить с леди о сугубо приватных вещах.

Может, Джон и обиделся в глубине души… Но он не показал этого. Простившись с хозяйкой дома кивком головы, мой друг скрылся за дверью и плотно прикрыл ее за собой.

Я перевел дыхание, собираясь с мыслями… Ох, как мне хотелось наорать на эту мерзавку! Отругать ее последними словами! Даже… даже, прости Господи, размахнуться и отвесить ей полновесную оплеуху! (Хотя я всегда был безупречно вежлив и галантен с женщинами). Более того, усадить ее на скамью подсудимых и потом присутствовать при отправке в тюрьму! Правда, до этого дело не дошло бы, наш закон преступно снисходителен к аристократам. Тем более если они принадлежат к слабому полу.

— Как прикажете понимать вас, мистер Холмс?! — брови преступницы изумленно взметнулись, породистое личико приняло то неповторимое выражение, сердито-брезгливое, которое было присуще только высшему сословию. — Вполне ли вы осознаете всю недопустимость вашего пове…

— Замолчите! — я резко оборвал ее на полуслове. Моему терпению пришел конец. — И не смейте изображать оскорбленную невинность! Вы не имеете на это права.

«Женщины требуют равноправия? Ну так пусть и отвечают за свои поступки наравне с мужчинами, не прикрываясь слабостью!»

Поспешно вынув из кармана фотокарточку, я показал ее разгневанной и испуганной леди Хильде. Прежде, чем она успела дернуть шнур звонка, чтобы вызвать слуг.

— Мы с моим другом только что были в доме мистера Лукаса. Полицейский узнал вас! — жестко отчеканил я.

Она мгновенно побледнела и упала бы, если бы инстинктивно не схватилась за край туалетного столика. Мне ничего не стоило поддержать ее (нас разделял какой-то ярд, а моя реакция, слава Богу, по-прежнему хорошая). Но я стоял неподвижно, как статуя. Можно простить многое, но только не предательство!

— Верните мне документ, украденный вами у мужа. Немедленно! — приказал я и протянул руку. — Притворство больше не поможет вам, леди Хильда.

Она отшатнулась, словно вместо моей руки была смертельно ядовитая змея. Но, надо отдать ей должное, продолжала цепляться за соломинку с упорством утопающего.

— Мистер Холмс… Вы… Вы сошли с ума! — ее голос, нервно завибрировав, только чудом не сорвался на визг. — Это какой-то бред! Вы не понимаете, что говорите!

— Нет, это вы не понимаете, с кем имеете дело! — мой голос скрежетал, как нож на точильном колесе. — Специалист моего уровня не ошибается. Мне известно, что вы были в сговоре с мистером Лукасом. Что вы передали ему секретный документ, украденный у мужа. Я пока не знаю, каким образом он склонил вас к столь отвратительному поступку, но выясню это, непременно. Факт остается фактом: именно вы совершили эту кражу! А затем, прочитав в газетах об убийстве Лукаса, решили забрать документ из тайника в его доме. Того самого тайника, который находился под ковром в гостиной.

Она тряслась всем телом, несмотря на свою выдержку. Все-таки нервы у нее были не железные! А я безжалостно продолжал:

— Вы пришли в тот дом поздно вечером, изобразили любопытствующую особу, уговорили дежурного полисмена показать вам место преступления, затем сделали вид, что упали в обморок, испугавшись пятна крови на ковре. А когда полисмен побежал в соседний трактир за водой, чтобы привести вас в чувство, открыли тайник и вынули конверт. После чего положили ковер на место и удалились. Видите, мне все известно! Быстрее решайтесь, время не ждет. Так и быть, я даю вам возможность спасти свою репутацию и свободу, но только при одном условии: если вы немедленно вернете мне это письмо! Ну же!

На какую-то секунду в ее прекрасных глазах мелькнула растерянность, даже сомнение… Но преступница быстро овладела собой.

— Мистер Холмс! Я повторяю: вы находитесь во власти какого-то чудовищного заблуждения, возможно — галлюцинации. Вам нужно обратиться за помощью к вашему приятелю-врачу, который дожидается в холле.

Этого я уже не выдержал. Какая возмутительная наглость!

— Что ж, вы сами выбрали свою судьбу! — сурово сказал я. И дернул шнур звонка.

— Когда должен прибыть мистер Трелони Хоуп? — обратился я с вопросом к вошедшему дворецкому.

— Приблизительно через четверть часа, сэр.

— Хорошо, я подожду его здесь. Как только ваш хозяин вернется, скажите ему, что мистер Шерлок Холмс в его доме и должен сообщить чрезвычайно важные сведения.

— Слушаюсь, сэр!

Пока дворецкий шел к выходу, высокородная гордячка каким-то чудом сохраняла спокойствие. Но едва мы остались наедине, выдержка изменила ей. Будто внутри сломался какой-то стержень. Зарыдав, она упала на колени и молитвенно сложила руки.

— Мистер Холмс, умоляю, сжальтесь! Не открывайте мужу правды! Ведь это разобьет его сердце! А я так люблю его! Он для меня дороже всего на свете!

Я почувствовал: вот теперь она не лжет. В ее голосе звучала искренняя боль и переживание за любимого человека. Хотя я ненавидел и презирал эту женщину, мне невольно стало жаль ее. К тому же такое зрелище — молодая рыдающая красавица у ног мужчины — могло бы тронуть даже самую зачерствелую душу. Я поспешно поднял леди Хильду.

— Рад, что вы образумились, миледи. Повторяю: нельзя терять ни минуты! Где документ?

—Сейчас, сейчас… — она метнулась к столу, отперла ящик и вытащила тот самый длинный голубой конверт, о котором мне так часто и подробно рассказывал ее муж. С письмом могущественного европейского монарха, написанным в минуту сильного раздражения, которое почти наверняка втянуло бы нас в войну, будь оно опубликовано. — Господи, лучше бы я никогда не прикасалась к нему!

— Действительно! — кивнул я, пряча драгоценный документ во внутренний карман сюртука. Я чувствовал невероятное облегчение от осознания того, что жестокая и кровопролитная война больше не угрожает нашему отечеству. И одновременно — прежний гнев на виновницу. Скорее всего, она даже не подозревала, насколько важно и секретно это письмо. Но украсть его из служебной шкатулки мужа! Отнести постороннему человеку! Просто слов нет… О чем она думала?! Точнее, чем?!

— Если вы хотите, чтобы мистер Хоуп оставался в неведении, вы должны во всем признаться. Каким образом Лукас заполучил над вами такую власть? Чем вы руководствовались, едва не разрушив карьеру вашего мужа?

«И заодно чуть не погубив многие тысячи жизней!»

Она, уже смирившись с разоблачением, начала свой рассказ. Покраснев, будто девочка, заламывая руки и умоляюще глядя на меня. И даже не подозревая, какое впечатление производят ее слова, какие чувства пробуждают!

Действительность превзошла самые худшие мои ожидания. Гнев, который буквально душил меня несколько минут назад, теперь мог показаться слабым дуновением на фоне урагана.

Я был готов услышать, что она состояла в интимной связи с покойным Лукасом и тот заставил ее выкрасть секретный документ у мужа, грозя открыть министру-рогоносцу позорную правду. Или что Лукас угрожал устроить несчастный случай с мистером Трелони Хоупом или с ней, если не получит это важнейшее письмо. Что она пошла на преступление ради денег, запутавшись в долгах, о которых не посмела признаться супругу, наконец. Но открывшаяся истина буквально повергла меня в шок.

Оказывается, наша страна чуть не оказалась втянутой в большую кровопролитную войну из-за пары десятков строк, которые леди Хильда написала еще до замужества! Как она сама твердила дрожащим голосом: «Это было неосторожное письмо юной наивной девушки. В нем не содержалось ничего плохого, клянусь, но Трелони счел бы его преступным! Оно убило бы доверие между мужем и мною! Одному Богу известно, как этот ужасный Лукас узнал о его существовании и смог получить, но он стал шантажировать меня! Поставьте себя на мое место, мистер Холмс, и скажите: что я могла сделать?!»

Я перевел дыхание, стараясь взять себя в руки. Больше всего на свете мне хотелось выкрикнуть ей в лицо: «Все, что смогли, вы и так сделали! И благодарите судьбу, что ваш идиотский поступок не привел к чудовищному кровопролитию!»

— Что вы могли сделать? — отозвался я. — Разумеется, единственное, что оставалось в такой ситуации: рассказать обо всем супругу. Самое простое и естественное решение!

— Я не могла! Я слишком люблю мужа! — этот вопль оскорбленной в лучших чувствах женской души явился последней каплей. Кто знает, если бы по дороге к дому министра иностранных дел нам с Уотсоном не встретилась демонстрация суфражисток с их вечными плакатами: «Votes for Women!», я не пришел бы к решению, которое в первый миг шокировало и ужаснуло меня самого. Но эта сугубо женская логика в сочетании с требованиями дать слабому полу избирательное право была той самой соломинкой, которая ломает спину верблюду.

— А украсть секретный документ, ввергнуть мужа в отчаянье, подставить его карьеру под удар — могли? Такие поступки вы называете любовью?!

— Ах, мистер Холмс, если бы я знала, к каким тяжким последствиям для служебной карьеры Трелони это может привести, то ни за что, никогда… Но откуда я могла знать, насколько важно это проклятое письмо?!

«Действительно, откуда? — с холодной яростью думал я. — Ведь голова у таких смазливых куколок служит лишь для того, чтобы делать прическу, наносить макияж и надевать шляпки! Ах, да, чтобы еще кушать, чистить зубы и говорить глупости. А думать — так вульгарно и скучно…»

— Но если посторонний человек проявил к нему интерес, да еще прибегнув к шантажу, значит, оно представляло большую ценность! Это же очевидно! — настаивал я. — Неужели у вас не возникло даже тени сомнений?

— Я совершенно не разбираюсь в политике! А он поклялся, что это маловажная бумага! — вскричала леди Хильда. — Что ее потеря никому не повредит!

— И вы поверили?! — застонав, я схватился за голову. — Господи, о чем вы только думали?

«Боже, Боже… Есть ли предел человеческой глупости?»

—Я думала только о том, как бы вернуть письмо, которое могло рассорить меня с Трелони! — в запальчивости выкрикнула жена министра. Ее лицо раскраснелось, глаза гневно горели. Она рассердилась! Подумать только, дурочка еще посчитала себя обиженной!

До этой секунды я мучительно колебался, вправе ли поступить так, как задумал. Но теперь все сомнения исчезли. Вместе с остатками жалости к леди Хильде. В конце концов, старина Джон не зря сказал про меня: «Не человек, а арифмометр».

— Не беспокойтесь, я не открою вашему мужу правды. Но только при одном условии: завтра в три часа дня вы должны явиться ко мне домой. Это приказ, не подлежащий обсуждению! — отрезал я, видя, как в ее глазах мелькнул испуг, смешанный с растерянностью и возмущением. — Иначе мистер Хоуп все узнает — и от меня, и от полисмена, которого вы так ловко обвели вокруг пальца. Ступайте к себе, миледи!

«Это будет заслуженная кара…»

***

Трудно найти подходящие слова, чтобы описать ликование министра при виде драгоценного документа, который я извлек из кармана жестом профессионального фокусника. Скажу лишь, что он был похож на впечатлительного ребенка, самое заветное желание которого внезапно сбылось. Мистер Трелони Хоуп чуть не прослезился, твердя: «Я у вас в неоплатном долгу. Вы волшебник, вы чародей!» Мне даже показалось, что он готов обнять и расцеловать меня, махнув рукой на приличия. Наверное, не каждый преступник, приговоренный к виселице, так радовался бы помилованию.

На его просьбу рассказать, где и при каких обстоятельствах я обнаружил это бесценное письмо и кто его похитил, последовал вежливый, но твердый отказ. Дескать, у меня тоже есть свои дипломатические тайны. Министр был огорчен, но не настаивал. А потом он помчался к жене, чтобы обрадовать ее известием о находке пропажи. «Хильда будет так счастлива! Она буквально извелась, глядя на мои переживания!»

— Бедняга… — пробормотал я, покидая гостиную.

***

Уотсон с тревогой всмотрелся в мое лицо. Судя по всему, он очень хотел произнести фразу, начинающуюся его обычными словами: «Как врач, отвечающий за здоровье своих пациентов…» Но промолчал. Старина Джон за много лет успел привыкнуть, что я — самый худший из возможных пациентов. То есть слушаю советы врача внимательно и вежливо, но поступаю все равно по-своему, не обращая внимания на укоризненные вздохи и угрозы снять с себя ответственность за возможные последствия.

Он молчал почти всю дорогу до Бейкер-стрит. И не выдержал уже у самых дверей нашего дома:

— Дорогой Холмс! Не только как ваш друг, но и как врач, которого беспокоит ваше здоровье, я считаю своим долгом указать: вам жизненно необходим отдых! На вас лица нет! Это чудовищное перенапряжение из-за пропавшего письма не прошло даром. Друг мой, поберегите себя, ведь здоровье — самая большая ценность, его не купишь ни за какие деньги.

— Я полностью согласен с вами, Уотсон! — кивнул я, входя в дом.

— Поезжайте за город, хоть на короткое время, расслабьтесь, отдохните в тишине, на свежем воздухе…

— Мистер Холмс, вас дожидается какая-то леди! Судя по всему, она приехала издалека, — прервала его миссис Хадсон, выйдя нам навстречу. — Бедняжка чем-то очень расстроена, сильно волнуется. Я кое-как успокоила ее, предложив чашку чая. Она заявила, что будет ждать вас хоть до позднего вечера, что обязательно должна переговорить с вами, поскольку это для нее — вопрос жизни и смерти.

— Как врач, я категорически возра… — начал было Уотсон.

— Пожалуйста, пригласите ее в нашу гостиную! — сказал я квартирной хозяйке.

Мой друг бессильно воздел руки к небу… то есть к потолку. На его лице огромными буквами было написано: «Как хотите, но я снимаю с себя всякую ответственность!»

— Кстати, а почему вы решили, что она приехала издалека? — поинтересовался я.

Миссис Хадсон лукаво улыбнулась.

— Живя столько лет под одной крышей с прославленным детективом, поневоле станешь наблюдательной! За отворотом рукава ее жакета я увидела корешок билета на поезд. А сам рукав забрызган в нескольких местах грязью. Она уже давно засохла, но пятна видны отчетливо. Поскольку рукав левый, значит, леди добиралась до станции, сидя в двуколке, слева от кучера. По-другому так забрызгаться просто невозможно!

Гордо вскинув голову, квартирная хозяйка удалилась.

Лицо Уотсона вытянулось от изумления и досады.

— Боже милостивый… — пробормотал он, когда мы оказались в гостиной. — Мне бы и в голову не пришло!

— Не переживайте, друг мой! Не всем от природы дается наблюдательность, что поделаешь. Пусть вас утешит мысль, что мне, судя по всему, придется выполнить ваши рекомендации: уехать из города и подышать свежим воздухом, — усмехнулся я.

— Но ведь это будет не отдых! — горячо возразил Уотсон.

— Какой-то мудрец сказал: лучший отдых — это смена обстановки. Вот я ее и сменю… Если дело и вправду такое важное, как думает неизвестная нам леди… Кстати, я слышу ее шаги!

Устроившись удобнее в моем любимом кресле, я постарался прогнать остатки злости и досады на леди Хильду Хоуп. И заодно выбросил из головы мысли о той каре, которая должна была ее постигнуть. Ничто не должно отвлекать от работы — таково главное правило любого уважающего себя сыщика.

Дверь открылась, и в комнату вошла красивая девушка, одетая с элегантной скромностью, наводящей на мысли о хорошем вкусе и стесненности в средствах. Она растерянно переводила взгляд с меня на Уотсона и обратно, будто гадая, к кому же обратиться. Я пришел ей на выручку:

— Добрый день, мисс! Меня зовут Шерлок Холмс, а это мой друг и помощник, доктор Уотсон. Пожалуйста, присядьте и расскажите, что же вас так обеспокоило. Можете быть с нами совершенно откровенной, мы умеем хранить чужие тайны… Кстати, я вижу, что вы дрожите. Вам холодно? Тогда можно сесть ближе к камину.

— Я дрожу не от холода, мистер Холмс, а от страха! — с трудом произнесла девушка. — Точнее, от ужаса!

***

Всякий желающий сможет прочитать красочный и образный рассказ моего друга, описавшего ужасное происшествие, которое случилось в ту же ночь. Уотсон дал своему творению название «Пестрая лента». Должен откровенно признаться: хотя нервы у меня очень крепкие, я никогда так не волновался, как в те томительные часы. Мне было ясно, чего мы ждем, что должно последовать, и все же меня терзал страх вперемешку с гневом. А бедняга Уотсон (разумеется, он поехал вместе со мной, чему я, откровенно говоря, был очень рад!) не знал и этого. Увы, мой дорогой друг и впрямь был обделен наблюдательностью, равно как и умением делать выводы из фактов. Но он тоже терпеливо ждал, затаив дыхание и не шевелясь.

И когда наконец-то в ночной тиши и темноте раздался чуть слышный свист, я вскочил, торопливо зажег фонарь и пустил в ход трость. Я стегал по шнуру, оплетенному спускающейся смертоносной тварью, что было сил, вкладывая в удары всю накопившуюся ярость. Трость с пронзительным гулом рассекала воздух, лишь чудом не задевая Уотсона.

Боже, как мне хотелось, чтобы эти удары доставались не ядовитой змее, служившей лишь слепым и неразумным орудием злой извращенной фантазии хозяина, а доктору Гримсби Ройлотту, отчиму той несчастной девушки, Элен Стоунер, которая тряслась от ужаса в нашей гостиной на Бейкер-стрит! Злодею, уже погубившему одну свою падчерицу Джулию, сестру-близнеца Элен, и решившему уничтожить вслед за ней вторую сестру, чтобы не лишаться денег, завещанных им покойной матерью! Ох, как я избил бы этого мерзавца! Страшно, беспощадно, не обращая внимания на его вопли и мольбы о милосердии. Честное слово, за такие преступления одной виселицы мало. Подобные злодеи перед смертью должны испытать физические страдания!

А потом из соседней комнаты донесся дикий, нечеловеческий крик, от которого кровь едва не застыла в жилах… Заслуженная кара свершилась. Ядовитая змея, разъярившись от боли и испуга, вернулась в спальню хозяина и набросилась на него. Доктор Ройлотт умер через несколько минут, разделив участь несчастной Джулии Стоунер.

— Негодяй! Мерзавец! — кричал побагровевший Уотсон, стискивая кулаки, когда я подробно объяснил ему, в чем было дело. — Позор медицины! Я бы повесил его собственноручно! Прости, Господи, за такие слова…

— Я никогда не забуду, что вы сделали для меня, мистер Холмс! — всхлипывала Элен. — Боже, как он решился на такое злодейство?! Зачем?! Из-за денег? Я отдала бы ему все, до последнего шиллинга, лишь бы он не убивал сестру! Бедная мамочка, как она могла полюбить это чудовище!

«Увы, женщины на многое способны!» — хотелось сказать мне. Особенно после того, как я снова вспомнил леди Хильду. Но я сдержался, поняв, что такие слова были бы слишком жестокими. Бедная девушка и без того перенесла страшное потрясение. Ну, по крайней мере, ей уже не угрожает опасность. Как и нашей стране, по милости леди Хильды чуть не оказавшейся втянутой в войну европейского масштаба…

Я почувствовал, как мои уши и щеки начали жарко гореть от смущения. И торопливо распрощался с мисс Стоунер, объяснив, что нам с Уотсоном нужно срочно возвращаться в Лондон.
Она настояла на том, чтобы проводить нас. И всю дорогу до станции твердила, как она нам благодарна, какой ужасный камень упал наконец с ее плеч.

— Да благословит вас бог, джентльмены! — крикнула девушка, когда поезд тронулся. — Я у вас в вечном долгу! Я никогда не забуду, что вы для меня сделали!

***

Когда станция осталась уже далеко позади, мой друг внезапно обратился ко мне:

— Холмс! Я надеюсь, мои слова вас не очень шокировали? Ну, что я будто бы мог сыграть роль палача…

— Ничуть, — покачал я головой.

— Я пришел в ярость, позволил эмоциям взять верх над разумом, — смущенно оправдывался Уотсон. — Это была минутная вспышка. Мне стыдно!

— Повторяю, мой дорогой друг, я ничуть не шокирован. Более того, я сам охотно бы его вздернул. Такие мерзавцы, как доктор Ройлотт, не заслуживают ни малейшей жалости.

— Благодарю вас за вашу деликатность. Тем не менее… Ведь я врач, а не палач! Моя обязанность — спасать жизни, а не отнимать их. Даже если речь идет о последних негодяях. Клянусь, никогда не подумал бы, что способен на такое! И вроде бы не замечал за собой никаких кровожадных, садистских побуждений… Странная все-таки вещь — человеческая психика! — и Уотсон, вздохнув, растерянно пожал плечами.

Я промолчал. Хотя мне очень хотелось признаться, открыть душу. Рассказать, что я, нанося удары тростью по шнуру, мысленно представлял на месте змеи не только доктора Ройлотта, но и одну высокопоставленную особу…

Господи, я ведь тоже никогда не испытывал никаких садистских наклонностей! Что же со мной происходит?! Нормальный ли я человек в общепринятом смысле этого слова?!

Мои руки судорожно стискивали трость. Мне было стыдно. Уотсон, поглощенный собственными раздумьями, к счастью, ничего не замечал.

***

Леди Хильда явилась ровно в три часа пополудни, как я и говорил ей.

Мы были одни в гостиной. Уотсон по моей просьбе ушел в клуб. («Дорогой друг, мне предстоит прочесть леди строгую нотацию, не стоит смущать ее еще больше присутствием свидетеля»).

— Я… Я пришла. Что вам угодно?

Ее голос прозвучал смущенно, но в нем отчетливо слышался вызов.

Я перевел дыхание, собираясь с мыслями. Меня снова обуял гнев, но на этот раз — смешанный с жалостью.

— Мне угодно объяснить вам, сударыня, какую ужасную беду вы чуть было не навлекли на вашего обожаемого супруга. А кроме того, на все государство. Пожалуйста, присядьте! Такая правда может потрясти по-настоящему.

Она повиновалась. В ее глазах был страх, руки нервно теребили дамскую сумочку.

— Я понимаю, что мои слова могут показаться вам суровыми, даже жестокими. Но примите их как заслуженную кару! Видит бог, это очень мягкое наказание. Вы заслуживали большего! — тут мой голос дрогнул.

И я начал свой рассказ. Объяснив ей (в пределах допустимого, чтобы не разглашать государственную тайну), что это было за письмо и почему его опубликование в печати могло повлечь очень тяжкие последствия. Лицо леди Хильды постепенно бледнело, губы начали мелко подрагивать. До жены министра наконец-то дошло, какую ужасную и непростительную глупость она совершила.

— Многие тысячи, а может быть, десятки, даже сотни тысяч молодых, здоровых мужчин погибли бы на поле боя! Многие тысячи моряков пошли бы на дно вместе со своими кораблями! А ведь каждый из этих людей кому-то нужен и дорог! Про колоссальные финансовые затраты я уже и не говорю. И все почему? Потому что одна молодая и красивая дама, родившаяся с золотой ложкой во рту, не взяла на себя труд хоть немного поработать головой, — мои слова падали с неумолимостью секиры средневекового палача. — Потому что ее занимал всего один-единственный вопрос: как вернуть письмо, которое теоретически могло испортить отношения с мужем! Больше она ни о чем не думала… Кстати, леди Хильда, вы хоть теперь-то понимаете, какая судьба могла ожидать вашего супруга? Позорная отставка — в самом лучшем случае. Но скорее дело дошло бы до суда и тюремного заключения. За преступную халатность, повлекшую особо тяжкие последствия.

— Боже мой! — всхлипнула она, закрыв лицо руками. Ее плечи затряслись.

— Пожалуйста, впредь ведите себя умнее, — я заставил себя произнести эти слова более мягким тоном. — Пусть это происшествие послужит вам уроком. Жестоким, но полезным! Судьба один раз оказалась милостивой к вам и к государству, но второй раз такого подарка может и не быть.

— Обещаю! Клянусь самым святым, что у меня есть! — воскликнула леди Хильда, сложив руки на груди, будто молилась. — Больше никогда, ни за что… Даже если мне будут угрожать смертью! Я понимаю, что вела себя предельно глупо и эгоистично. Но даю слово, мистер Холмс, я все-таки не такая дурочка, как вам, вероятно, кажется.

— Разумеется, миледи, — кивнул я. — А теперь успокойтесь, пожалуйста. Самого страшного удалось избежать. Ваш супруг и дальше будет оставаться в неведении. Кстати, искренне надеюсь, что его блестящая карьера не ограничится нынешней должностью.

— Ах, это моя заветная мечта! — слезы высохли на ее глазах, лицо засияло. — Ведь Трелони такой умный и благородный! Какой замечательный из него вышел бы премьер-министр!

— Он еще и очень счастливый, поскольку у него есть такая верная и любящая жена, — сдержанно улыбнулся я. — Позвольте пожелать вам всего наилучшего, миледи!

— Да благословит вас бог! — тихо сказала она, обернувшись в дверях. — Я никогда не забуду того, что вы сделали для меня, мистер Холмс!

«Вторая женщина говорит эту фразу за неполный день… Похоже, я становлюсь каким-то благодетелем прекрасной половины человечества!»

***

— Надеюсь, вы не обошлись с ней слишком сурово? — осторожно поинтересовался Уотсон, когда вернулся из клуба. — Понимаю, ее поступок ужасен. Но все-таки дама… — Он развел руками.

— Уверяю вас, я был настолько сдержан, насколько это вообще возможно в подобной ситуации, — ответил я, ничуть не погрешив против истины. Ведь трость не была пущена в ход! Хотя руки ох как чесались! Может, еще и потому, что я успел выплеснуть накопившуюся ярость на ядовитую гадину в доме доктора Ройлотта.

— Кх-м! — как-то смущенно закашлялся мой друг. — Но до нее хотя бы дошло? Вы ведь объяснили ей, какие последствия могли быть? Она осознала всю недопустимость своего поступка?

— Более чем! Она горько раскаивалась, даже плакала. Честное слово, мне было ее жаль.

— Ценю вашу деликатность… — Уотсон внезапно покраснел и отвернулся. Потом, с явным усилием, он продолжил: — Честное слово, Холмс, будь я на вашем месте, не уверен, хватило бы у меня сдержанности, чтобы ограничиться одними словами. После того, что натворила эта дурочка! Клянусь, я за всю жизнь ни разу не поднял руки на женщину, какой бы она ни была. Но в данном случае, боюсь, не удержался бы и задал ей хорошую трепку!

Вот теперь настала моя очередь покраснеть. Несмотря на всю выдержку и хладнокровие.

— Я, наверное, кажусь вам чудовищем? — искренне огорчился Уотсон.

— Нет, нет, ни в коем случае! Ваше возмущение понятно и вполне простительно. Но, уверяю, с нее хватило и суровых слов. Она все поняла. Ее раскаяние было глубоким и искренним.

«Друг мой, я точно такое же чудовище. Если не хуже. Знали бы вы, каких трудов мне стоило удержаться от этого дьявольского искушения! Тем более, вы тысячу раз правы: леди Хильда заслужила хорошую трепку. Но я тоже ни разу в жизни не поднимал руки на женщину, какой бы она ни была. Надеюсь, у меня хватит выдержки вести себя так и в дальнейшем».

— Уотсон, а не поехать ли нам на скрипичный концерт? — улыбнулся я, пытаясь развеять тягостную атмосферу. — Право, мы заслужили отдых после того, как избавили государство от угрозы войны! К черту политику, окунемся в волшебный мир музыки! Давайте-ка, собирайтесь!

Форум официального сайта Веры Камши

Клуб любителей всяческих искусств. => Наша проза => Автор: Drago63 на 31 января 2013 года, 17:22:13