Форум официального сайта Веры Камши

Умер писатель-фантаст Гарри Гаррисон
Американский писатель-фантаст Гарри Гаррисон скончался 15 августа 2012 года, сообщается на его официальном сайте. Прозаику было 87 лет. Он прославился фантастическими сериями "Стальная крыса", "Мир смерти", "Эдем", "Билл, герой галактики" и другими.

Гаррисон родился в марте 1925 года в штате Коннектикут. Его настоящее имя - Генри Максвелл Демпси, но узнал он об этом только в возрасте 30 лет, поскольку отец сообщил родственникам, что назвал мальчика Гарри Гаррисоном. Гаррисон считается единственным в мире писателем, взявшим в качестве псевдонима выдуманное имя, которое он, тем не менее, считал настоящим.

Окончив художественную школу в Нью-Йорке, Гаррисон в 1943 году получил повестку в армию и отслужил четыре года в ВВС США в должности инструктора по стрельбе. Он завершил военную службу в звании сержанта и до конца жизни оставался убежденным антимилитаристом. Его неприятие войны было, в частности, отражено в фантастическом романе "Билл, герой Галактики".

После окончания службы Гаррисон работал художником, а затем редактором. Профессиональным литератором он стал в 1956 году.

Первой книгой Гаррисона стал роман "Неукротимая планета" (Deathworld, 1960), который в последующие годы получил продолжение и стал трилогией: в 1964 был опубликован "Инженер по этике" (Deathworld 2), а спустя четыре года были напечатаны "Конные варвары" (Deathworld 3).

Широкую известность Гаррисону принес цикл фантастических произведений "Стальная крыса", главным героем которых является Джим Ди Гриз - мошенник, получивший прозвище Джим Стальная крыса. По ходу повествования он попадает в невероятные ситуации и всегда выходит из них победителем.

Гаррисон приезжал в Россию в 2008 году в качестве почетного гостя фестиваля фантастики "Еврокон" и его российского аналога "Роскон", проходивших в Подмосковье. Писатель стал лауреатом премии "Большой Роскон" и получил золотую фигурку Георгия Победоносца.

Гаррисон был членом Британской научно-фантастической ассоциации, основателем и главой "Всемирной НФ" - международной организации, объединивший писателей-фантастов. Гаррисон был грандмастером литературной премии Ньюбела (Nebula Award) за особые заслуги в области научной фантастики.

http://lenta.ru/news/2012/08/15/harrison/

Будем помнить. А его книги останутся с нами.

Жаль-то как!  :'(

Ну в самом деле жаль! Уходят мастера, да какие!..

Забытый годами список
Угробят мысли-слова...
И скрипнет зубами Крыса
Отчаянье скрыв едва...

Сыны нереальной яви
Бессловно заявят власть...
Все может Крыса поправить!
Но ей ни день не украсть!..

И что бы вечность ни дарит,
Счета свести не забудь!
Уходит великий Гарри,
На страшный и вечный путь...

Он знал, что всему на свете
Ужасный грозит финал,
Но только остались дети,
Которых и он не знал...

Игра погибели встречной
На ракурсе вечной тьмы...
Отец! Ты уходишь в вечность,
Но всё-же остались мы!

Пусть тайна довлеет снова,
Но там, где царит печаль,
Своим вмешается Словом
Премудрый Язон дин-Альт.

Неведомой, жуткой властью
Всевышний  дарит Черёд!
В дорогу уходит Мастер...
Так что-же Вам?.. Добрый взлет!

Я помню как я впервые взял в руки красный том "Библиотеки фантастики" и прочел имя Язон дин Альт...
Я не помню сколько мне тогда было, но я никогда не забуду, что я чувствовал, читая эту книгу...

Ум. В детстве "Неукротимая планета" и "Фантастическая сага" (Technicolor Time Machine)  принадлежали к числу моих любимых книг.
После 91ого, познакомившись с основным массивом произведений мэтра, я потерял к нему всякий интерес.
Но всё равно - спасибо за моё счастливое детство. RIP.

Да... Никто из нас не вечен,  да и возраст был весьма солидный... И все-таки, как жаль!
"Неукротимая планета" - одна из самых любимых фантастических книг моего детства.
Прощайте, Мастер!

Светлая память великому писателю...

  ...

R.I.P., Мастер.
Светлая память...

Жаль... Земля пухом.

Светлая память :(
Помню "Неукротимую планету" в журнальном варианте в "Вокруг света". Такие теплые воспоминания. :)

Спасибо, что Вы жили, Мастер...

...

Чертовски, бесконечно  жаль...

[spoiler]Конечно, он не из тех, кто уходил, творя... Более того, подал отвратную моду на "соавторства" - я так до сих пор не понимаю, зачем ему продавать имя Анту "СКАНДАЛИСУ" надо было, опять же "Джон Холм" - не он ли автор "Молота и креста" начинаешь думать...Но великие вещи успел написать.[/spoiler]

Уходят последние Патриархи...
R.I.P

Я помнится еще при Брежневе прочел "Неукротимую планету",тогда с фантастическими боевиками у нас было негусто.И мне эта серия понравилась больше "Стальной крысы".Жаль конечно что Гаррисон ушел но с другой стороны - 87 лет срок нормальный,не то что было с Джорданом.

"Мир Смерти", "Эдем", "Фантастическая сага"...

Светлая память...

Эпоха уходит...

Светлая память. А память осталась. И не исчезнет ещё весьма долго.

87 лет - это очень, очень неплохо, но... Глупо наверное прозвучит, а мне почему-то казалось - он меня переживёт...

Язон динАльт - тоже почему-то застряло в голове. Великий игрок.
Будем помнить.

Теперь и Гаррисон. Целая эпоха фантастики уходит, да...  Вечная память.

Неоднозначно к его творчеству отношусь, да не всё и читала, но первое знакомство было осень приятным - "Фантастическая сага" и совершенно потрясающий рассказ "Тренировочный полёт". Да и другие рассказы тоже - мне они как-то ближе пришлись, чем длинные сериалы. Хотя Язон дин Альт - это да.  И "Подвиньтесь! Подвиньтесь!".

Будем помнить.

Вот так уезжаешь на неделю и узнаешь, что еще одного Мастера не стало.
Светлая память...

Навеяло...

"Из многих окон с раскрытыми ставнями в зал проходил свет, но Бранд остановился, давая возможность глазам привыкнуть, потом огляделся, стараясь разобраться в окружении. Он знал, что много лет об этой сцене будут рассказывать в песнях и сагах – если он справится со своей ролью. В следующие несколько минут он заработает либо немеркнущую славу, либо неминуемую смерть.

В зале сидело и стояло множество мужчин, они бродили по залу, играли в разные игры. Никто не посмотрел на вошедшего, но он знал, что его присутствие замечено. Когда глаза привыкли, он понял, что строгого порядка в зале нет, напротив, порядка словно старательно избегали: все выглядит так, как будто воины, все подлинные drengir, равны. Но все же в одном конце зала было небольшое пространство, куда никто не входил. Там сидели четверо, очевидно, занятые своими делами.

Бранд направился к ним, и неслышные шаги его морских мягких сапог стали вдруг слышны в неожиданно наступившей тишине.

Он дошел до четверых.

– Приветствую! – Он говорил сознательно громко, чтобы его все услышали. – Я принес новости. Новости для сыновей Рагнара.

Один из четверых, оглянувшись через плечо на Бранда, снова стал подпиливать ноготь.

– Серьезные новости должны быть у человека, явившегося в Бретраборг без приглашения и пропуска.

– Да, это серьезные новости. – Бранд набрал полные легкие воздуха, он контролировал свое дыхание. – Новости о смерти Рагнара.

Полная тишина. Человек, заговоривший с ним, продолжал заниматься своими ногтями, теперь это был ноготь левого указательного пальца. Но нож его скользнул, прорезав палец до кости. Человек не шевельнулся, не издал ни звука.

Заговорил второй из четверки. Он при этом взял с доски шашку, собираясь сделать ход. Мощный широкоплечий мужчина с седеющими волосами.

– Расскажи нам, – произнес он невозмутимо, тщательно стараясь не проявлять никаких эмоций. – Как умер наш старый отец Рагнар? Это неудивительно: ему уже было много лет.

– Все началось на берегу Англии, где он потерпел крушение. Я слышал о том, что его захватили люди короля Эллы. – Бранд слегка изменил тон голоса, чуть насмешливо подражая невозмутимости второго Рагнарсона. – Мне кажется, им было нетрудно это сделать, потому что, как ты говоришь, ему уже было много лет. Может, он даже не сопротивлялся.

Седеющий человек по-прежнему держал в пальцах шашку, пальцы сжимались все крепче, крепче. Кровь брызнула из-под ногтей на доску. Человек поставил шашку, передвинул ее раз, два, снял с доски шашку противника.

– Я взял, Айвар, – заметил он.

Заговорил тот, с которым он играл. Это был мужчина с такими светлыми волосами, что они казались почти белыми; волосы были откинуты назад и перевязаны льняной лентой. Он посмотрел на Бранда глазами, бесцветными, как замерзшая вода, под немигающими веками.

– И что они сделали с ним, когда поймали?

Бранд смотрел в немигающие глаза светловолосого. Он пожал плечами, по-прежнему изображая невозмутимость.

– Отвели к королю Элле к его двору в Эофорвиче. Дело сочли не очень важным. Решили, что перед ними обычный пират. Я думаю, ему задали кое-какие вопросы, немного позабавились. Но потом устали и решили предать его смерти.

В мертвой тишине Бранд разглядывал свои ногти. Он чувствовал, что его игра достигла самой опасной точки. Он снова пожал плечами.

– В конце концов его отдали жрецам Христа. Мне кажется, его не сочли достойным умереть от руки воина.

Бледные щеки его собеседника вспыхнули. Он, казалось, задыхается. Щеки краснели все больше, пока лицо не стало алым. Он начал медленно раскачиваться, из глубины горла доносился низкий кашель. Глаза его выпучились, алый цвет сменился пурпуром – в полутьме зала лицо его казалось почти черным. Медленно раскачивание прекратилось, человек, казалось, выиграл какую-то внутреннюю битву с самим собой, кашель стих, лицо снова побледнело.

Четвертый человек, стоявший рядом с тремя братьями, следил за игрой в шашки, опираясь на копье. Он не шевельнулся, не заговорил, глаза его были опущены. Но вот он медленно поднял голову и посмотрел на Бранда. Впервые высокий посланец дрогнул. Он слышал об этих глазах, хотя не верил рассказам: зрачки поразительно черные, окруженные белком цвета свежевыпавшего снега; зрачки окружены этим белком со всех сторон, как краска окружает центральное острие щита. Глаза блеснули, как лунный свет на металле.

– И как же король Элла и жрецы Христа решили в конце концов убить старика? – спросил четвертый Рагнарсон, спросил негромко, почти мягко. – Вероятно, ты скажешь нам, что это было нетрудно.

Бранд ответил прямо и правдиво, больше не рискуя.

– Его бросили в змеиную яму, в змеиный двор, в орм-гарт. Я понял, что вначале были некоторые затруднения, змеи не хотели кусать, и тогда – так я слышал – Рагнар укусил их первым. Но в конце концов они его ужалили, и он умер. Медленной смертью, и ни одной раны от оружия. Нечем будет гордиться в Валгалле.

У человека со странными глазами не дрогнула ни одна мышца. Наступила пауза, долгая пауза; замершая в напряжении аудитория ждала, что он сделает знак, что слышал, что проявит какое-то нарушение самоконтроля, как его братья. Но вот человек выпрямился, передал копью одному из зрителей, сунул пальцы за пояс, приготовился говорить.

Зритель, которому он передал копье, удивленно ахнул. Все повернулись к нему. Тот молча поднял ясеневое древко. На нем видны были углубления, следы, где его сжимали пальцы. Легкий гул удовлетворения пробежал по залу.

Прежде чем человек со странными глазами смог заговорить, Бранд улучил момент и помешал ему. Задумчиво потянув себя за усы, он заметил: – Есть кое-что еще.

– Да?

– После того как змеи его ужалили и он лежал, умирая, Рагнар заговорил. Его, конечно, не поняли, потому что он говорил не на их языке, не на norroent mal, но кое-кто услышал и передал его слова; в конце концов мне повезло, и они дошли до меня. У меня нет ни приглашения, ни пропуска, как вы только что сказали, но мне показалось, что вам интересно будет услышать.

– И что же сказал старик, умирая?

Бранд возвысил голос, так что слышно стало по всему залу, как герольд, бросающий вызов.

– Он сказал: «Gynthja mundu grisir ef galtar hag vissi».

На этот раз переводчик не понадобился. Весь зал понял слова Рагнара: «Когда поросята узнают, как умер старый боров, вот уж они захрюкают».

– Поэтому я и явился без приглашения, – продолжал Бранд звонким вызывающим голосом. – Хотя мне говорили, что это опасно. Я люблю слушать хрюканье. И я пришел к поросятам. Эти поросята вы. Ты, Халвдан Рагнарсон, – кивнул он человеку с ножом, – Ты, Убби Рагнарсон, – первый игрок в шашки. – Ты, Айвар Рагнарсон, известный своими светлыми волосами. И ты, Сигурт Рагнарсон. Я теперь понимаю, почему тебя прозвали Орм-и-Ауга «Змееглазый».

– Не думаю, чтобы моя новость вас порадовала. Но вы должны согласиться, что она стоит того, чтобы ее выслушать.

Четверо мужчин теперь все стояли, глядя на него, всякое напускное равнодушие с них слетело. Выслушав его, они кивнули. Медленно начали улыбаться, у всех было одно и то же выражение лица, и впервые стало заметно, что это братья, члены одной семьи. Зубы их сверкали.

В те дни у монахов и священников была молитва: «Domine, libera nos a furore normannorum» – «Боже, упаси нас от ярости северян». И если бы они увидели лица братьев, любой разумный монах тут же добавил бы: «Sed praesepe, Domini, a humore eorum» – «Но особенно, Господи, от их веселья».

– Да, мы должны были услышать эту новость, – сказал Змееглазый, – и мы благодарим тебя за нее. Вначале мы подумали, что ты говоришь неправду об этом деле, поэтому мы могли показаться тебе недовольными. Но то, что ты сказал в конце, – да, это голос нашего отца. Он знал, что кто-нибудь его услышит. И расскажет нам. И он знал, что мы сделаем. Правда, парни?

По его знаку кто-то подкатил большую колоду для рубки, отпиленный срез толстого дуба. Четверо братьев взялись за него и плотно уложили на пол. Сыновья Рагнара собрались вокруг колоды, каждый поставил на нее ногу. Они заговорили вместе, следуя ритуалу: – Мы стоим на этой колоде и клянемся...

– ...вторгнуться в Англию и отомстить за нашего отца... – сказал Халвдан.

– ...захватить короля Эллу и предать его мучительной смерти за смерть Рагнара, – это Убби.

– ...победить все английские королевства и подчинить нам всю землю, – Сигурт, Змееглазый.

– ...отомстить серным воронам, жрецам Христа, по чьему совету отца отдали в орм-гарт, – сказал Айвар. Кончили они снова хором: – ...и если мы отступим от своих слов, пусть нас презирают и отвергают боги Асгарда, и пусть мы никогда не присоединимся к отцу и к нашим предкам в их жилище.

И когда они кончили, огромный зал с закопченными потолочными балками заполнился гулом одобрительный выкриков четырехсот человек, ярлов, витязей, капитанов, кормчих всего пиратского флота. Снаружи рядовые, собравшиеся из своих ночлежек, возбужденно подталкивали друг друга, зная, что принято важное решение.

– А теперь, – Змееглазый перекрыл гул, – расставьте столы, расстелите доски. Ни один человек не может принять наследство отца, пока не выпьет эля за его упокой. Мы будем пить на поминках Рагнара, пить, как герои. А утром соберем всех людей и все корабли и поплывем в Англию, и там никогда нас не забудут и не избавятся от нас".
http://www.loveread.ec/read_book.php?id=660&p=9

:) Спасибо, эр Змей! Цикл про Шефа - мой любимый у Гаррисона... Вечная память Мэтру...

А какая была дуэль на требушетах!
  8) 8) 8)

Только вчера искала что бы почитать на полке и взяла его сборник. Мелькнула мысль, что и сейчас он читается легко и с удовольствием.
Да будет ему там тепло. :(

Помню, как мы с отцом когда-то "Эдем" читали. Он выходит на пять минут на кухню покурить - я тут же  жадными лапками хватаю отложенную им книжку. И утаскиваю. Отвлеклась на пять минут я - книжка уже у него...
А трилогия о Язоне, впервые прочитанная в 13 лет... Это было, как кувалдой по голове - в хорошем смысле слова. И с удовольствием перечитывается до сих пор. Уже не только ради наслаждения сочным сюжетом: тот же, к примеру, "Специалист по этике" - это такое утонченное издевательство над политкорректностью и либеральными ценностями...
Ну, и за переигранную историю Ирландии в "Звездах и полосах" - отдельное спасибо Мастеру.
Будем помнить... И с азартом подсовывать его книги своим детям.

Вот так вот не думаешь о чём-то, не думаешь... и вдруг обнаруживаешь, что всё уже кончилось, а ты и не заметил. :(
Я Гаррисона узнала в детстве. По молодости лет меня не интересовали высокие материи. То, что про Стальную Крысу толпа книг, для меня означало не коммерциализацию проекта, а возможность очень долго наслаждаться приключениями любимого героя. Это потом я поняла, что слишком длинные сериалы могут раздражать, но с Гаррисоном такого не было. Сейчас даже странно немного, чем этот Стальная Крыса мне так мог понравиться, но я, реально, была в восхищении и хотела походить на него. Ну, или на Анжелу. О "Мире смерти" тоже, исключительно, положительные воспоминания. Особенно, меня привлекала Мета. И Керк. Рассказы, тоже, были хороши, но уж больно, короткие. Не успеет герой понравиться, как всё уже кончилось.
Пожалуй, для меня Гаррисон - это, прежде всего, "Мир смерти" и "Стальная крыса". То, что в "Мире смерти"  кроме сюжета была ещё и правильная мысль было дополнительным плюсом. В "Стальной крысе" нет - ну, и не надо. Зато герой побеждал, автор жёг, я с счастливым хохотом валялась под столом и жизнь была абсолютно прекрасна!