Форум официального сайта Веры Камши

Украина

Интересное было время – конец шестидесятых, только-только закончилась оттепель, все верили в светлое и лучшее. Я впервые попала на Украину, первое путешествие на поезде -  я почти не спала, все считала встречные поезда, чтобы подробно описать все бабушке. Мы ехали на Украину через Москву, заехали в министерство, чтобы изменить маме направление с Карелии на Черниговщину. Помню огромную Красную площадь, очередь в Мавзолей (мы, конечно, туда не попали), наш поход в министерство:
- А ты, девочка, чего хочешь?
– Прямо на Украину!
Но больше всего запомнилось мороженое в стаканчике с кремовой розочкой сверху. Я до этого мороженого никогда не ела, как-то в наше сельпо привезли посреди зимы, но бабушка мне его есть холодным не разрешила, а сначала нагрела. Сладкая молочная водичка пахла ванилью и не очень мне понравилась, а картонный стаканчик еще долго хранился у нас. Тогда, вообще, никто не выбрасывал никакую тару: бумажные пакеты, целлофановые и крайне редкие полиэтиленовые кульки, все хранилось годами и использовалось в свое время. Это сейчас мы за полдня накапливаем ведро оберточного мусора. Я так и не осмелилась съесть московское мороженое, но твердую кремовую бело-розовую розочку помню до сих пор. А еще мне запомнилась толпа спящих на вокзале людей. Взрослые, дети сутками ночевали почти на голом полу. Нам удалось достать билеты на какой-то проходящий через Нежин поезд, от Нежина мы добирались маленьким автобусиком.  В Чернигов попали уже ночью. Помню темную дорогу и неестественно ярко-зеленую густую листву придорожных деревьев в свете фар и фонарей. Так я впервые увидала каштаны и влюбилась в них на всю свою жизнь. Меня вообще потрясала вся растительность на Украине, я ходила с вытаращенными глазами, вечно запрокинутой головой, постоянно срывала и сушила какие-то листки и цветы, чтобы потом все показать бабушке, просила маму и отчима достать мне каштанчик. Я и с Таней Г. познакомилась благодаря этим каштанам. Светловолосая кареглазая девочка гуляла возле двора родителей моего отчима, а я подошла и протянула ей блестящий коричневый шарик. Она взяла, рассмеялась и мы с тех пор были неразлучны все два года моей жизни в Чернигове. Родители отчима эту дружбу не одобряли, но мне было все равно.
  Да, на Украине все было необычно. Спать меня уложили на полу под настоящей пальмой в горшке. Моя новая бабушка оказалась еще нестарой полной седовласой женщиной, старшая сестра отчима настоящей мегерой, а младшая – просто лапочкой. Веселая, загорелая, с шапкой темных кудрей, блестящими карими глазами, крепкой  округлой фигуркой танцовщицы, она казалась мне необыкновенной. Ее окружал ореол девичьей привлекательности и какой-то особой, таинственной атмосферы, она брала меня с собой на танцы в парк, на вечерние посиделки с друзьями. Жаль было узнать через несколько лет, что она скоропостижно умерла от инсульта в двадцать пять лет, оставив сиротами двоих маленьких детей.
Необычными были растения в саду – огуречник-бораго, помидоры, тыква, и сам сад. Каждый день на землю падало множество яблок, их не успевали собирать для поросенка, для домашнего вина, они валялись на земле, и никто их не ел. Как не похоже на единственную в нашей деревне яблоньку-дичку, посаженную мамой у окна бабушкиной избы в ранней юности. Каждый год яблонька обильно цвела, стойко держалась под ударами холодного северного ветра. Потом появлялись мелкие, похожие на клюкву плоды. Это были даже не райские яблочки, а что-то несусветно мелкое, кисло-горькое. Но мы гордились нашим деревцем и любили его. Со временем яблоня разрослась, ветви нависли над тесовой крышей, угрожая испортить кровлю, но бабушка и тетя долго еще не решались спилить нависшие ветви. Те же проблемы были с березой и маленькой елочкой, принесенной когда-то мною и бабушкой из леса. Мне было тогда лет пять. Елочка росла под самой березой, долго приживалась, болела, позже я прочитала, что березы не любят рядом с собой других растений, выделяют слишком много фитонцидов. Ель выросла, но осталась хилой, болезненной.
  А еще на Украине меня поразили цветы: ноготки и чернобрывцы-бархатцы, ими был засажен весь двор и палисадник, у отца отчима была пасека, часть ульев стояла прямо во дворе. У бабушки в Карелии тоже были иногда цветы. Как-то мы с тетей посадили яркие декоративные маки, в другой раз – настурцию, но чаще бабушка высаживала в жестяные банки и горшки на подоконнике три сорта цветов: бальзамины, гребешки и «душмянки» (какую-то разновидность базилика). Этот маленький садик радовал нас все лето, осенью бабушка старательно собирала семена, хранила их в специальных пакетиках, помеченных, с указанием года сбора. Сейчас мне это напоминает сказки Топелиуса, верно, все северные народы ощущают мир похоже: много ветра и воды, мало тепла и солнца.

Tany, прелесть какая! :) Читаю твои воспоминания и просто молодею душой. :D

Yaga :D
Ты и так молода, а воспоминаний у меня в моем возрасте накопилось прилично. Обе рискуем впасть в детство ;D

Еще о детстве
Помню, в пятом классе я упросила маму отпустить меня с подружками выкупаться. Было десятое мая, в тот год после снежной зимы в «берегах» стоял необычайно высокий паводок, к нашей речке-канаве мы брели по колено. При виде быстрого мутного потока с водоворотами у девчонок пропало всякое желание лезть в воду. Я не могла допустить, чтобы мамино разрешение на купание пропало втуне, кроме того, вода меня всегда влекла неодолимо. Конечно, я сбросила сарафанчик и полезла купаться, несмотря на предостережения более благоразумных подружек. Меня тут же закрутило и потащило от берега, дно исчезло из-под ног, мутная зеленовато-желтая вода накрыла меня с головой. От испуга я заколотила по воде руками, попыталась вынырнуть, крикнуть «Тону!». Бестолковые девки решили, что это моя очередная шутка. Плавать я научилась еще прошлым летом, но держалась на воде слабо, это сейчас мне не совсем понятно, как можно утонуть, если нет сильной волны. Ведь вода тебя держит! Серьезность ситуации поняла только В.П.: - Да она в самом деле тонет! В. забрела в воду и умудрилась ухватить меня за руку. Мне эти несколько секунд в бешеном водовороте показались вечностью. Назад мы брели, не разбирая дороги, проваливаясь в торфяные ямы по пояс, перепуганные, на дрожащих ногах. Я строго-настрого приказала девчонкам ничего не говорить моей маме. Конечно, бестолковая В. свое слово не сдержала. Через месяц я уехала в пионерский лагерь, в первый и последний раз в жизни. Чтобы маме не было скучно, подружка ночевала у нее и, в порыве ночного откровения, рассказала о нашем приключении. Это сильно подорвало мою веру в дружбу и честность человечества. А я еще с полгода побаивалась заплывать далеко от берега. Море мне тогда доставило мало удовольствия, как, впрочем, и сам лагерь. Я была слишком домашним ребенком, чтобы суметь защитить себя от нападок сверстников-мальчишек. Несколько маленьких подлецов регулярно наступали мне на стертые пятки. Я или стоически терпела, или бросалась в драку. И то и другое помогало мало. С девчонками я жила мирно, хотя, почти ни с кем особенно не подружилась. Кроме того, нашему отряду не очень повезло с вожатыми, их у нас поменялось несколько за смену. А темп жизни в лагере был просто убийственный: мы постоянно что-то готовили, учили, куда-то ходили, ездили. Я побывала на настоящем китобойном судне из знаменитой флотилии «Слава», на настоящей подводной лодке, видела Юрия Соломина, еще каких-то знаменитостей. Больше всего запомнилось вечернее посвящение в молодогвардейцы при свете факелов и военно-спортивная игра. Правда, у меня почти сразу же сорвали погоны – «убили», а кто победил в тот день, хоть убей, не помню. И все равно я не чувствовала себя там счастливой. Да и погода в июне в Одессе достаточно сырая и прохладная, мы купались в море всего два или три раза, даже в День Нептуна было прохладно. Как много я, оказывается, помню. Еще запомнился дохлый поросенок в гавани, то, как мы воровали хлеб, выносили его из столовой в пилотках. Кормили нас там, как на убой, но мы под конец смены постоянно хотели по вечерам есть. Там я купила себе и маме вьетнамки, правда, они быстро порвались. Ужасно хотелось победить в конкурсе рисунков, но у нас в отряде был мальчик, рисовавший куда лучше меня, один из моих мучителей. Еще я там прочитала «Коралловый остров». На чтение времени почти не оставалось, но я читала в тихий час под простыней. Могу похвастаться, что за все время я ни разу не уснула днем. А еще было много мелких маков. Они росли просто как сорная трава, повсюду.

Очень интересные воспоминания. :)
В.П., которая Вас вытащила, - это была Ваша ровесница или мамина?

Моя одноклассница и лучшая, на тот момент, подруга. Но у скандинавов недаром есть поверье, что не стоит спасать кого-то из воды -  через пару лет мы стали врагами из-за мальчика из нашего класса ;D

Очень интересно  :D

Еще немного летних воспоминаний

Лето – это всегда здорово! Купание в моем любимом луговом озере, запах медвяных трав, малина в колючих зарослях, росистая трава под босыми ногами… Еще, правда, комары и слепни, пыль и зной, тяжелый труд на поле, ремонт в школе и дома… У всякой розы есть свои шипы. Розы я, кстати, тоже не очень люблю. Слишком уж они какие-то картинные, ненастоящие. Изо всех розовых обожаю только шиповник. Помню заросли цветущих кустов вдоль лесных дорог у нас в Карелии. Цветы там были очень крупными и яркими, а по осени созревали темно-бордовые ягоды. Пальцы у меня постоянно были в занозах от колючек. Сейчас таких зарослей там уже нет, дороги уничтожили колючие кусты. Появились новые постройки, все изменилось. Эти постоянные перемены, причем всегда к худшему, щемящей болью отзываются в сердце. Жаль прошедшего, безвозвратно утерянного, того, что уже никогда не вернется. Во мне уживаются две ипостаси: с одной стороны, я очень привязываюсь к вещам, местам, людям, всегда безумно жаль что-то терять и знать, что так, как было, уже никогда не будет, с другой стороны, я довольно быстро приспосабливаюсь к новому, умею находить привлекательные и интересные  стороны в любой обстановке, легко схожусь с людьми. Помню, в детстве я очень быстро познакомилась с Т.Г.  - девочка, моя ровесница прогуливалась возле дома моего отчима. Я протянула ей раскрытый каштанчик, она улыбнулась, сказала, что ее зовут Таня, и пригласила меня к себе в гости, она жила через два двора от нас. С тех пор мы были неразлучны все два года моего проживания в Чернигове. Так же быстро мы сошлись с В. Она была крестницей т. О., а я только постигала премудрости жизни в украинском селе. По утрам меня будило заливистое, на весь куток «Пули- пули- пули-пу-у-у-уль! А щоб вас пранци зъилы!» бабы Маши. Уже студенткой истфака я узнала, что загадочное «пранцы», это искаженное французы, французская болезнь, сифилис, ее занесли в Украину в 1812 году солдаты Наполеона, с тех пор пожелание приобрести страшную болячку стало одним из самых ужасных ругательств. Смысл со временем забылся, а выражение осталось. В первый же день моего пребывания в селе баба Маша поразила мое воображение неимоверной худобой морщинистого строгого лица и черным одеянием до пят. У меня на родине старушки носили цветные кофточки, яркие ситцевые юбки и платья, светлые узорчатые платки и белые передники. Вечером я высказала маме все, что думаю по поводу суровых, говорящих на непонятном языке старух, жареного сала с яичницей и ужасной скуки в светлом чистеньком домике. А на следующий день я вышла на огород, увидела светловолосую девчушку, положила в ее протянутые руки косичку от кукурузы и мы радостно хохоча побежали в зеленовато-голубой простор августовского украинского дня. Больше я не скучала и не возмущалась. У В. оказался чудесный сад с неимоверным количеством разноцветных георгин, такая же суровая, одетая в темное бабка, довольно вредноватая двоюродная сестра, моя ровесница и будущая одноклассница, а еще простор, свобода, забор, по которому можно было лазить и дразнить соседского глухонемого мальчика, мать, работающая в цехе лозоплетения, месте необычайно привлекательном и загадочном. Вечером моя бедная мама с огромным трудом отыскала свою блудную дочь и в ужасе воззрилась на родное чадо. Такого чумазого ребенка она не видела никогда в жизни. Смеясь и бурча, она не менее двух часов отмывала непутевое сокровище в корыте с горячей водой, нагретой на керогазе. Процедура стала повторяться каждый вечер. Я тогда только что прочитала «Принца и нищего», поэтому придумала игру в «принца». На просторной веранде В-ного дома мы развешивали покрывала, делали шпаги из веток вербы с гардой из разноцветных георгин и устраивали небольшие спектакли. Меня, естественно, привлекали упражнения в фехтовании, девчонок – игра в дочки-матери и любовные похождения принца. После просмотра суперпопулярного польского сериала «Четыре танкиста и собака» мы устраивали танк на старой яблоне. Всем хотелось быть Янеком, но мне чаще доставалась роль Густлика. Мы делали коровок из молодых кабачков, играли с маленькими куколками-пупсиками, покупали в лавке ситро и ириски, навещали на работе В-ну мать в цехе лозоплетения. В то время это было подсобное хозяйство от колхоза. Тут плели корзины и мебель. Корзины плели из обыкновенной сырой зеленой и красной лозы, а мебель и изящные корзинки выделывали из разноцветной, белой и розовой, обработанной особым способом. Было очень интересно наблюдать, как вываривают в огромных чанах пучки лозы, увязанные по сотне штук, как потом их чистят, пропуская через специальные прутья. За пучок очищенной лозы давали 20 копеек – бешеные деньги для девятилетних девчонок. Мы обычно чистили по 2-3 пучка, пока пальцы не покрывались мозолями. На вырученные копейки покупались конфеты, гематоген, лимонад и глюкоза с витамином С.  Еще интереснее покупного лимонада было приготовление самодельного - из воды, сахара, лимонной кислоты и соды. Жуткую смесь можно было пить и нахваливать только в детстве. Да мало ли что мы ели в детстве… Однажды мы с В. П. не менее трех часов просидели на неудобном колючем боярышнике, лакомясь кроваво-красными королевскими ягодами. Ночью мне даже стало плохо, но любви ко всякому растительному подножному корму это не отбило. Летом мы забредали в наполненные водой торфяные ямы, рвали рогоз, камыш, белые лилии и выедали нежные, пахнущие болотными пряностями сердцевинки. Позже я узнала, что семена белой водяной лилии действительно считаются лакомством у некоторых народов. По весне мы первыми собирали щавель в соседских берегах, особым шиком считалось взять с собой в лес кусочки сала, обернуть их бумагой и пожарить вместе с хлебом на палочках. К такому лакомству непременной приправой считался дикий чеснок, потрясающе вонючий, способный отпугнуть самого графа Дракулу, не к ночи будь помянут. Я же разнообразила свое меню нежно-розовыми сочными стеблями полевого хвоща, «пестушки», называла их бабушка. Мы первыми грызли абсолютно зеленые яблоки белого налива, терпкие груши-дички, нежные, наполненные молочным соком покотила подсолнухов, сок плодовых деревьев. Кроме того, я всегда жевала нежные весенние листочки с любого дерева, стебельки злаковых растений, сосновые иголки, сладкие лепестки цветков, кислые листочки «заячьей репки» - кислицы. Эти немудреные лакомства заменяли нам современные жвачки и прочие изыски загнивающего империализма. Найти хороший кусочек вишневой смолы считалось большой удачей, им делились с друзьями. В заветные места с зарослями ежевики или щавеля брали не каждого. А уж поход за грибами становился настоящим испытанием верности. Лес у нас был посаженный ровными рядами, 4-6 рядов сосняка чередовались с таким же количеством рядов березняка. Самыми грибными считались места на границе соснового и лиственного ряда, за них ссорились, их старались захватить первыми. Мне такое счастье доставалось редко. Я просто не успевала забить его или же уступала свое место во имя дружбы. Грибы местные казались мне до смешного маленькими после огромных, выросших во влажном карельском климате. Да, карельские грибы…
  Ну почему, когда все налаживается и складывается неимоверно хорошо, понимаешь, что это уже никогда не повторится. Помню мое последнее перед выпуском из института лето в Карелии. Стояла неимоверно ясная теплая погода, мы почти каждый день ездили на рыбалку, мне позволялось купаться в озере, грибов было немыслимое множество – иногда нам приходилось снимать с себя верхние куртки, чтобы увязать не поместившиеся в кузовки обабки и подосиновики. Я читала и перечитывала моих любимых Бальзака и Дюма, белыми ночами долго всматривалась в зеркальную гладь озера и отчетливо понимала: такое лето никогда больше не повториться, никогда больше у меня не будет таких беззаботных каникул, такой рыбалки и такого леса, мама и бабушка никогда не будут такими, еще относительно бодрыми и здоровыми, а тетя почти веселой. То  же самое повторилось в последние месяцы в Германии. Муж был со мной по-особому нежен и ласков, у него появилось немного свободного времени и мы ходили на пикники и в гаштеты. Мы хотели вобрать в себя этот особенный аромат жизни в западном городке. Впереди нас ждал перестроечный Союз, бардак в армии, голодная разоренная неустроенная страна, полная неизвестность и бесперспективность. Помню, как застукала мужа у холодильника с бутербродом с ветчиной. «Ты же не любишь мяса?» - поразилась я. «Так, может, я в последний раз в жизни ем такое мясо», - возразил мой премудрый супруг. Конечно, каждое поколение переживает персональное крушение своего привычного мирка. У кого-то это война, голод, у кого-то просто полный крах прежних идеалов и надежд.

Tany, как же здорово ты пишешь! И как это все близко нашему поколению. ;)

:) Еще раз снимаю шляпу, эрэа Tany! Так живо, красочно и эмоционально!
... Про Арабеллу - ППКС!  :D...  [spoiler]:D Я тоже без чтения себя не мыслю лет с шести.[/spoiler]

:) Эр Уленшпгиель, я записываю. Вот только не получается так , как у эрэа Tany.

Yaga, эр Konstantin, спасибо :D
Рада стараться, если еще не надоела своей болтовней ;)

:) Жду продолжения, эрэа.[spoiler] Так давно не читал ничего подобного - доброго, светлого[/spoiler]

а у вас тоже хорошие заметки в студенческих то заметках...
Tany, пишите дальше... сложно как то описать чувства, которые возникают от чтения. Это как находишь в старой, старой штормовке конфету, чуть моложе её самой и вспоминаешь девчонку, которую ты угощал этими конфетами... и вспоминаешь и то, как это было тогда здорово, и то как вы расстались, и даже то, что сейчас таких конфет больше не выпускают, и то что ты перепробовал кучу конфет, которые классом выше этой давно засохшей, но вкус детства... он все равно... все равно вкуснее самых изысканных деликатесов... Помните как Матильда жует ту травку...

Горькую травку, эр Уленшпигель ;)
Спасибо Вам и эру Konstantinу :)
О пользе шестого чувства
Мы сделали заборы, а самое главное, я отремонтировала погреб! Замазывая зияющие щели между кирпичами, в очередной раз подивилась прихотливости людских судеб и переплетению самых различных обстоятельств. Могла ли я в тринадцать лет подумать, провалившись в яму для этого самого погреба, что через десятилетия буду штукатурить тут стенки. С этим моим падением в свежевыкопанный котлован вышла презабавная история. Мы с мамой жили  в то время в здании больничной амбулатории, приехали молодые врачи с ребенком, и колхоз решил выстроить для обеих семей молодых специалистов дом на два хода. Закупили каркас финского домика, украли все, что можно было украсть, и построили на пустующем дворище рядом с больницей ударными темпами новый дом. Особого хозяйства у сельской интеллигенции в то время не предполагалось, но сарай с погребом все же решили достроить. Погреб размещался внутри самого сарая. Выкопали бульдозером глубоченную яму в два с лишком метра высоты, а чтобы никто ненароком не свалился, тропинку из больничного двора к новостройке перегородили на ночь больничной подводой. Мы с мамой по заведенной традиции пошли вечером в гости к тете О., на квартире у нее жили на этот раз две молодые девушки – Вера работала медсестрой в нашей больничке, а Надя – зоотехником в колхозе. Как водится, у девчат тут же нашлись местные кавалеры. Водитель автобуса Гриша ухаживал за Верой, а родственник тети О., Коля – за Надей. По общему мнению, парочкам следовало бы обменяться партнерами. Серьезной утонченной Вере больше подошел бы интеллигентного вида радиомастер Николай, а полноватой простецкой Наде – кряжистый обстоятельный Григорий. Но на небесах распорядились иначе. Парни каждый вечер приходили в гости, влюбленные играли с нами до полуночи в карты, потом шли на лавочку целоваться. В тот вечер на мне был новенький розовый пушистый свитерок и нарядный красный плащ. Одним словом, девочка-картинка. Прохладная осенняя ночь была темной, хоть глаз выколи. Мама возмущенно заявила, что не пойдет мимо стройки, не желает ломать ноги и пачкать одежду, а я могу идти напрямик и подождать ее на улице. Дальнейшее я запомнила на всю жизнь. Действительно, было очень темно, я находила дорогу почти ощупью, просто очень хорошо знала этот путь. Вдруг в кромешной тьме я наткнулась на какую-то преграду. На ощупь определила, что это больничная подвода, мысленно возмутилась бестолковости, поставивших посреди дороги такую препону, конюхов, решительно перелезла через воз, ступила шаг, заметила на фоне темного неба черную гору земли и …. полетела куда-то вниз. Самое удивительное было, что я приземлилась как кошка на обе ноги, ничего не подвернула и не поломала. Оказалось, днем бульдозер выкопал котлован для наших будущих погребов. Прошуршала осыпавшаяся за мной земля, и я очутилась в полной тишине и темноте. Подняла руки вверх, кончики пальцев едва достали края ямы, сухие комочки земли посыпались в рукава. Тщательно обследовала стенку – всюду то же самое. Попробовала подпрыгнуть – земли в рукава насыпалось больше. Попыталась упереться спиной в угол ямы и подтянуться вверх – безрезультатно. В тщетных поисках выхода прошло несколько минут, показавшихся вечностью, на мое счастье, строители не успели полностью дорыть котлован, одна из стенок оказалась более пологой, это дало мне возможность выбраться из ловушки и со всех ног помчаться к тете Оле. Там меня уже поджидала мама, недоумевающая по поводу пропажи непутевого чада. Ее возмущению и испугу не было предела, остальные повеселились от души. Плащ и свитер с брюками, естественно, пришлось стирать. На другой день при ясном свете дня я осмотрела место вечернего приключения и поразилась своей неимоверной везучести. Запросто могла переломать кости. Вероятно, в экстремальных ситуациях в нас срабатывает какое-то шестое чувство, мирно дремлющее в остальное время. К разряду экстремальных можно отнести и происшествие с багажными ячейками на вокзале в Киеве. Только тут  сработали не физические, а мыслительные способности организма. Дело было жарким летом 198… года, мы с мужем уезжали из отпуска в Германию. Билетов на поезд не оказалось, с трудом раздобыли два билета на самолет на следующий день до Берлина. Чтобы не возиться с багажом, решили оставить его на ж\д вокзале, переночевать в гостинице, а утром, по пути в Борисполь забрать. Каждый сам вкладывал вещи в свою ячейку и набирал код. Машинально я обратила внимание на код предыдущего владельца и, совершенно осовев от жары и усталости, свой собственный код набрала на наружной, а не на внутренней стороне дверцы. Гостиница оказалась весьма плохонькой: с роскошным дешевым плюшем  мебели, цветным телевизором, который показывал все программы в малиново- синих черточках. Мы немного прошлись по Крещатику, поужинали в каком-то ресторанчике и завалились спать. На утро все было рассчитано по минутам, таксист клялся, что  до Борисполя  успеем долететь за полтора часа, если не задержимся на вокзале. Видит Бог, мы не задержались. Когда я поняла, что ячейка не открывается, и высказала предположение, что набрала код не с той стороны, мой обычно сдержанный супруг только проговорил: «Ну, ты даешь! Мне завтра на службу. Останешься в Киеве, доберешься поездом». От перспективы разборок на вокзале и поездки неизвестно чем неведомо куда что-то щелкнуло в моей голове и я испуганно проговорила: «Подожди, я помню предыдущий код, кажется…» «У тебя есть пять минут» - безнадежно махнул рукой С. Я потратила полминуты, устрашенный моей железной решимостью ящик щелкнул и покорно приоткрыл дверцу. «Ура! Вот видишь!» - завопила я. «Ну ты даешь!» - повторил ошеломленный супруг и в его словах я уловила нотку восхищения. Самое смешное, что спешили мы совершенно напрасно. После прохождения таможенного досмотра пришлось ожидать свой рейс еще часа два. Как всегда, получилась какая-то накладка - в маленьком предбаннике скопились пассажиры сразу двух рейсов: парижского и берлинского. В  довершение сумятицы, кому-то пришла в голову светлая идея швырнуть в урну непотушенную сигарету, и тесное помещение без кондиционеров заволокло едким дымом. Ну, мы-то люди советские, привычные, а вот у бедных французов и немцев остались нехилые воспоминания о киевском гостеприимстве. Берлинский аэропорт по контрасту встретил нас прохладой, простором и спокойствием огромного серовато-жемчужного зала. В документы никто и не взглянул, багаж после наших таможенников немцам было совершенно бесполезно досматривать, вся процедура заняла считанные секунды. Мы восхищенно переглянулись, помянули родину незлым, тихим словом и отправились на свою электричку до милого Ваймара.
    Поразительная вещь – человеческая память. Самые, казалось бы, важные события иногда начисто исчезают из наших воспоминаний, а всякие незначительные мелочи помнятся долго и прочно. Свою роль играет, конечно, и воображение. Я с детства придумывала себе всякие истории, разговаривала с воображаемыми собеседниками.

Горькую травку
Анчию... Только горечь ощущается не сразу. Сначала травка кажется сладковатой :)
Впрочем, если в твоих воспоминаниях, Tany, и есть некоторая горчинка, это все равно очень светлые и добрые воспоминания. Мудрые и добрые люди как раз такие и сохраняют. И такими делятся. ;) Спасибо!

Yaga, :-*

О грибах
У нас появились первые грибы в более-менее массовом количестве – любимые маслята моей мамы. Теперь дома по вечерам есть чем заняться: чистим грибы, руки почернели от скользких шляпок, пахнет хвоей и прелыми листьями. Для меня грибы – почти сакральный предмет, это не еда (собственно, есть я их не очень люблю), это возможность забыть обо всех проблемах, показать свою удачу и умение, вспомнить детство, да всего просто не перечислишь… Свои первые грибы я искала года в три-четыре в Карелии, маленький смешной гномик в бордовом лыжном костюмчике с начесом ходил между кустами на краю полянки и кричал: «Грибки, грибки!». Грибки, кстати, находились, преимущественно, подберезовики и подосиновики. С тех пор, куда бы не забросила меня судьба, я всегда нахожу возможность и время вырваться по осени за грибами. Забавнее всего было в Германии – мы ходили там за опятами, искали их на еловых вырубках, а лично я еще и волнушки умудрялась находить. Помню, заметившая в моей корзинке волнушки, немка в ужасе воздела руки горе и воскликнула: «Дас ист грайпф! Грайпф!»  Я постаралась объяснить недоверчивой фрицине, что это есть зер шмект, но она посмотрела на меня сочувственным взглядом, так смотрят на тех, кто уже переступил черту, отделяющую наш бренный мир от мира иного, и ушла в полной уверенности, что все русские – настоящие самоубийцы. Зато мои мужики оценили солененькие волнушки под спирт на отлично. Канистра спирта для протирки ракетных прицелов каждый месяц появлялась на мансарде бывших эсэсовских казарм, в нашей бесподобной квартире, следом за канистрой просачивались господа офицеры, на стол ставилась жареная картошка, маринованные и соленые грибы, украинское сало из Союза, немецкая ветчина из супермаркета. Поток спирта и гостей не иссякал, пока я не начинала намекать, что пора бы уже осчастливить живительной влагой квартиру комбата. Примерно через неделю моим мольбам внимали и торжественно уносили предмет паломничества всего батальона в нижний город, на «радость» жене комбата. Не думаю, что хотя бы одной ракете в Союзе и за его пределами кто-то в Советской Армии хоть раз протер прицелы как положено. Ежели бы, кто-то рискнул совершить это кощунственное действо, то ракета, наверняка, изящно развернулась бы, сказала «Спасибо, ребята!», самонавелась на цель и улетела в нужном направлении к ужасу всех наших супостатов.

;D ;D ;D

Tany, пощадите!!! ;D ;D
У меня уже при слове "грибы" просыпается инстинкт человекоубийства. Поскольку дорогая супруга тащит их из лесу в таких количествах, что чистка-варка-жарка -сушка-мариновка растягиватся до часу ночи, а то и до двух. Забиты все шкафы и полки, а она все остановиться не может. (Тоже, видать,"сакральный" предмет ;D ;D)

Эр Drago63, Yaga,  :)
Совет: а Вы их в морозильную камеру: в любой момент потом можно достать свеженькие и пожарить, отварить, посушить, замариновать... ;)
Ну, что поделаешь, люблю я их собирать ;D

Так морозилка тоже забита! Причем давно ;D

Drago63, а вы их друзьям дарите ;D Когда мама перестает меня пускать с грибами на порог, я подбрасываю работенку тем, кто по какой-либо причине не может сам сходить в лес, а грибы любит. Двойная выгода: мне удовольствие от сбора, а чистить и обрабатывать не надо ;D

О малине и дятлах
Как-то летом водила маму за  малиной.
Мать-медведица с корзиной собралася за малиной…
Собираем мы, значит, ягоды, а на сосне над нами сидит дятел и долбит, долбит… Мама его слушала-слушала, да и говорит:
- Вот ведь. Стучит. А он на зиму запасы делает?
- Нет, - говорю, - ему и зимой всяких личинок хватает.
- Бедняга. И как он зимой выживает? А тут кормишь-кормишь, по еде ходят, а благодарности никакой. Может дятлов вместо кур и уток завести?
Я от смеха чуть в яму не свалилась, а мама добила окончательно самокритичным замечанием:
- Впрочем, у меня и дятлы ленивыми станут…
- А ты вспомнишь детство - полезешь на дерево им личинок доставать, выдалбливать, - подколола я.
- Полезу, - грустно согласилась мама.

Дятлоферма, недурственно! ;D ;)

                                          Пятница, 13-е…

  Серое небо, стылые лужи, колючие косые струи зимнего дождя. Нонсенс какой-то: зимний дождь! Правильная погодка, ничего не скажешь, новогодняя. Зонтик надо было брать. Пешком по лужам шлепать лениво, тем более, что у меня сегодня шесть уроков, еще набегаюсь. Вариант – подъехать до школы рейсовым автобусом. Водитель кривится при виде пассажира, с которого никакого навара: деньги за километр пути брать совестно, а бесплатно возить – себе в убыток, но куда нас, сеятелей разумного, доброго, вечного,  денешь?
  Первый урок у меня по замене – физкультура в седьмом классе. Наш физрук балдеет на трехнедельных курсах повышения квалификации, его часы распихали всем, имеющим «окна». У меня получилось первым уроком в пятницу. Народ в седьмом классе преимущественно спокойный, всего трое мальчишек, девицы корчат из себя взрослых барышень, посему стараются не слишком шуметь. Свежевымытый спортзал сверкает чистотой и прохладой. Лихорадочно припоминаю все свои познания в методике ведения уроков физвоспитания. Ага, построение, расчет по номерам, повороты-обороты, ходьба, бег, зарядка. В «лево-право» я и сама всю жизнь путаюсь, зато тянуть носок, доставать кончиками пальцев пол и прыгать могу получше современных тринадцатилетних «старичков».
- Класс, бегом! Шагом! На пятках, на носках, вприпрыжку!
Кажется, всех удалось расшевелить. Теперь отработка элементов игры в баскетбол. Просто швырять мяч в корзину неинтересно, вот детеныши и придумали игру в «тридцать три». Смысл я до конца урока так и не уяснила, темнее для меня только игра с распределением точек на обведенной на бумажном листке ладошке. Зато  все при деле: девочки работают у одной корзины, мальчики у другой, а две самые ленивые девчонки направились играть в настольный теннис (впрочем, их и тут хватило ненадолго). Урок тянется бесконечно. На своем собственном мне всегда не хватает времени - невозможно в 45 минут впихнуть детальную проверку знаний, огромнейший объем нового материала и закрепление изученного. Посадить бы мне хоть на пару дней на занятия тех умников, что составляли программу и писали учебники пятиклашкам, да тем же семиклассникам! Интересно, они когда-нибудь видели вживую нормально среднестатистического ребенка? Способен десятилетний сельский малыш просто прочитать двадцать страниц их псевдонаучного текста, вызубрить все имена, даты и понятия, да еще ответить на десяток заумных вопросов, найти дополнительную информацию в интернете, написать реферат, нарисовать рисунок, выполнить задания на контурной карте, а если  останутся силы и время после истории, то проделать не меньший объем работы по языку, математике, двум литературам, биологии и прочим географиям? А дома пьяный отец, развлекающийся организацией кроссов для всего семейства по периметру огорода, младшие братья и сам огород, которым надо заниматься почти круглый год… Нет, я не зверь какой, мне этих авторов на один бы денечек! И пусть попробуют запутаться в родственных связях Каролингов или особенностях второго Универсала Центральной рады!
  Забавно наблюдать за привычными детьми в другой непривычной обстановке. Вот тот мальчик – типичный «ботан» на моих уроках: всегда все знает, всегда сосредоточен, почти не улыбается, никогда не смеется (Спрут!?), однако, мяч в кольцо он бросает точнее и дальше своих приятелей. А второй наш отличник в любых условиях хитрит и изворачивается, и тут добавил себе пару очков. Господи, да будет когда-нибудь этот спасительный звонок?
Второй урок еще забавнее: снова замена, на этот раз - художественная культура в 11-ом классе. Весело мне стало еще накануне, когда выяснилось, что на весь класс два учебника, а рассчитанную на 35 часов программу надо впихнуть в 17. Одно утешение, материал мне вполне знаком, а нашим старшеклассникам абсолютно все равно, что я там вещаю. Они с одинаково невозмутимыми лицами слушают математические формулы и особенности климата Африки, поэзию Сосюры и доктрину Трумэна. Вот наградил в этом году бог выпускничками! Наша математичка выходит от них с неизменно сокрушенным видом и вздыхает: «Я в этом классе чувствую, что сама немного тупею». Она в своих ощущениях не одинока. Обычно к урокам в 11-ом  приходится готовиться минимум час даже при моем опыте работы, а тут… Мой 45-минутный монолог об особенностях готики, барокко и модерна падает куда-то в бездну. Они вежливо слушают, записывают определения, молча смотрят на иллюстрации, а я ощущаю, как мои слова вязнут в коконах липкой паутины, медленно погружаются в болотную топь, рикошетом отлетают от непробиваемой стены, не оставив на ней ни царапины. А ведь им, по идее, надо проработать 35 страниц убористого текста, насыщенного искусствоведческими терминами и хоть что-то сказать мне через неделю. Оценки в школе никто не отменял. То есть, в принципе, допускается оставить сей вопрос на усмотрение учителя, но любой проверяющий немедленно поинтересуется, почему за такое-то число не выставлено ни единой отметки?
  Третий урок – тоже художественная культура, зато в моем родном классе. Тут другая беда: в учебнике всего три странички маловразумительного текста, спрашивать предыдущий материал  после каникул бесполезно, а целый урок о чем-то говорить надо. Зато  у нас есть учебники, народ у меня живой и веселый, а понятие «культура» я им намертво вбила в головы еще в шестом классе на уроках истории. Насмешил ответ на вопрос об особенностях готической архитектуры: черно-белая! Пришлось напомнить, что мы говорим не о молодежной субкультуре, а о средневековых храмах. Монолог постепенно перерастает в диалог, причем, не только и не столько о художественной культуре. Расстаемся почти довольные друг другом. Тем более, что впереди большая перемена, в столовке на второе вместо надоевших сладких макарон (кто только изобрел такое оригинальное блюдо?! Страдать ему в одном кругу ада вместе с авторами школьных учебников!) - тефтели с рисом и подливой. Вообще-то у нас готовят вполне вкусно, при том минимуме выделяемых на питание средств и продуктов, просто гениально, только выбора нет, повара стараются сделать обеды как можно дешевле, овощи приносим свои, а остальные закупки по навязанному свыше тендеру.

Вот и добралась я до своей родной истории. На четвертом уроке у меня шестой класс. Лес рук – все наперебой рвутся рассказать о спартанцах, показать на карте Лаконику и Мессению, спорят о преимуществах воспитания настоящих воинов. Мальчики поголовно за спартанский образ жизни: еще бы – в школе учиться не надо! Девочки резонно возражают, что там не будет мобильников и придется терпеть боль – тут все головы поворачиваются к самому ярому стороннику спартанского воспитания, известному ябеднику и плаксе. Посреди рассказа о законах Ликурга в класс просится с объявлением о гастролях цирка заезжая артистка. Я разрешаю. Реакция класса мне понравилась – народ молча выслушал пламенную рекламу никому неведомой, но очень заслуженной труппы, после ухода девицы умница Катюша невозмутимо продолжила: - Ликург ввел также законы против роскоши…
  А вот на детальное рассмотрение реформ Солона нам немного не хватило времени. Звонок всегда звонит не вовремя. На очереди история Украины в седьмом. Снова лес рук, правда, только на первый вопрос, к четвертому желающих остается немного, но есть палочка-выручалочка, наш собственный Придд. Он готов всегда и ко всему, тем более к Черниговскому княжеству. Помянув  незлым тихим словом очередных горе-авторов, приступаю к новому материалу, стараясь, чтобы дети не запутались окончательно в династических связях галицко-волынских князей. Утешительно только, что материала тут поменьше, чем в учебнике по средним векам. Там всю средневековую Францию сумели впихнуть в один параграф! Звонок застал нас во время работы с историческими источниками.
  Все, сдаюсь. В конце концов, сегодня не только пятница, 13-е, но и канун странного праздника, почитаемого во всех славянских республиках бывшего СССР. Иду на переговоры к директрисе. Начинаю с порога:
- Догадываешься, о чем просить буду? -( я могу позволить себе некоторую фамильярность по отношению к начальству, если мы без посторонних, как-никак ровесницы, знакомы с детства).
О.И. смеется, кивает на пристроившегося рядом внука-второклассника:
- Вон уже просится домой, говорит, не успеет пощедровать. Ладно, я чуть пораньше позвоню с урока, сама, чтобы техничек не беспокоить.
  Итак, шестой урок у меня снова у своих охламонов. На этот раз всемирная литература. У нас по программе Генрих Гейне, в хрестоматиях его, естественно нет, они никакой программе не соответствуют, в школьной библиотеке Гейне тоже отродясь не водился, но тут я на коне – с моей библиотекой не пропадешь. Собственно, в свое время меня нагрузили всемирной литературой в старших классах не только потому, что молоденькие девочки не могли там удержать дисциплину, но и потому что у меня, пожалуй,  лучшая в селе библиотека, и я, в самом деле, читала все, что полагается теперь изучать.  Любимая  книга переводов Маршака выручила и на этот раз – поэзий хватит на весь урок, читаю сама - наши дети уже не умеют читать по-русски без акцента, а уродовать  «Психею» или «Лоререй» я не позволю. Ах не на державній мові! А вы мне предоставили тексты на державній? На худой конец могу кое-что процитировать в подлиннике – у меня был хороший учитель немецкого, выученные в школе стихи помню до сих пор. Слушают молча, чтец из меня не ахти, но испортить милые чудные строки о любви и измене сложно. Даже необходимость выучить что-то на память в штыки не воспринимается. А теперь заключительный аккорд - от высокой поэзии к прозе жизни: напоминаю, что праздник это не только и не столько неумеренное потребление горячительных напитков, что китайские петарды имеют неприятное обыкновение взрываться прямо в руках, что пьяных друзей не бросают на улице, а в понедельник все живые и здоровые обязаны быть в школе на первом уроке. Веселое оживление совпадает с директорским звонком. Можно идти домой. Нет, еще не совсем можно. Проследить, чтобы Владик подежурил в классе как следует. Влад у нас веселый и  добрый, но безалаберный, зато девочки помогают ему подмести, а уж пол помыть – его святая обязанность. Стою над душой, пока класс не превращается в некоторое подобие пригодного для дальнейшего существования помещения. Влад умудряется одновременно общаться с девочками, слушать музыку и драить класс, картинно вздыхая. Ничего, ему полезно, тем более, что в ближайшие три недели он будет отдыхать в санатории. Ну, и мы немного отдохнем от него.

Вот теперь и впрямь можно с чистой совестью топать домой. Тем более, что дождь давно прекратился, на последнем уроке проглянуло солнце, мир стал немного соответствовать радостному празднику Старого Нового Года.
Первых щедровальников встречаю уже по пути домой. Не успела переодеться, как у дверей появляется стайка девочек с величавым «Здравствуйте, пане-господарю..» А во дворе уже слышится звонкое мальчишечье «Коляда-колядин…» Началось. Теперь калитка и дверь не закроются до самой ночи, будут звучать колядки и щедровки, ярко светиться окна, хозяева раздадут горсти сладостей и кошельки денег. В моем детстве строго запрещались всякие подобные хождения (побирательство, как говорили учителя). Только мы все равно ходили тайком, по родным и соседям. Не ради карамелек и копеек, просто было очень интересно и весело. «Коло крынычки справим чирички…» Что такое эти чирички? До сих пор толком не представляю.
  Отгорел багровый закат, на густо-синем небе сияет голубоватая вечерняя звезда. Дети приходят группами и поодиночке, в обычной одежде и ярких нарядных платках-хустках, самого маленького двухлетнего Максимку приводит моя кума, самым старшим уже по шестнадцать. Приятно поразило разнообразие и длина песен. Тут и старые добрые «Коло крынычки», и божественное «Ой, радуйся, земле!», и неизменный «Колядую, колядую», и совершенно новые красивые  стихи. Самым милым нам с мамой показался Вадимчик из пятого класса, он наш любимец, сын и внук  добрых приятелей. Самые забавные - две девчушки-соседки: бойкие кругленькие колобки в разноцветных нарядах. Кот отнесся к щедрующим-колядующим неодобрительно: ходят тут всякие, шумят, норовят погладить, а сами, того и гляди, без рыбы оставят! А нас больше всех шокировала третьеклассница, явившаяся поздним вечером, и на вопрос мамы, не страшно ли ей, простыми словами объяснившая, чем и куда нужно бить нападающих. Совет она повторила два раза.
- А ты вот и не знала, когда ходила ночью по вызовам, - укорила я маму.
Мама после ухода девочки еще минут пять стояла с приоткрытым ртом и опомнилась только после моего дикого ржания. Да, поколение пепси-индиго не пропадет!
  Мои на этот раз не пришли. И то сказать, для простых щедровок они уже слишком взрослые, стесняются, а чтобы правильно водить «козу», надо тренироваться не менее двух месяцев, уметь играть на гармошке и бубне, сделать костюмы… Да и «козы» теперь не те, нет уж настоящих знатоков этого дела. И старушек из церковного хора, в большинстве своем, нет в живых. Раньше они обязательно обходили все село с религиозными рождественскими песнопениями, а на праздничный ужин всегда оставались у нас, засиживались до поздней ночи. Голоса у бабок были изумительные, пение – настоящая полифония на несколько голосов и тембров.
  Последние щедровальщики явились, когда мы накрывали на стол: почти взрослые парни, успевшие немного встретить праздник, судя по запаху и  осторожным движениям. Впрочем, деньгам и конфетам радовались не меньше детей. На мой совет переложить деньги из пакетов в карманы, самый находчивый ответил, что он может потерять все, но не деньги. Я соглашаюсь: в его семействе такого не наблюдалось,  с деньгами они умеют обращаться. А вот у нас мелких денег почти не осталось, конфеты и мандарины закончились. А утром явится новая орава, уже «засевальщиков». Хорошо хоть девочкам в этот день ходить заказано – засевают только мужчины. Закрываю калитку на ключ за последними колядующими, пора и нам встретить праздник. Кутья уже готова, мясо пожарено, салат нарезан, рыба почищена. Несколько минут смотрю на звездное небо. К ночи подморозило, россыпи созвездий переливаются зеленовато-синими огнями, тихонько позванивая в тиши. На село опустился Щедрый вечер.

Tany, прелесть какая! Пятница 13-ого у тебя выдалась очень насыщенной и интересной. Я просто окунулась в этот твой денек. Ты так замечательно все "зарисовала"! :-*

Ягуся, спасибо. У меня, практически каждый день насыщенный и интересный ;D Сегодня было не хуже ;)

                                              Гривна
Весна. Рейсовый пригородный автобус. Пристраиваюсь со своими пакетами и портфелем на переднем сидении. Рядом садится морщинистая сгорбленная старушка с двумя клетчатыми «кравчучками». Немного виновато говорит:
- Стара стала, вижу плохо, чуть не проворонила свой автобус.
Кондуктор начинает обход пассажиров. Бабулька протягивает ей бумажку достоинством в 50 гривен. Билетерша дает сдачу, идет дальше, а старушка начинает обстоятельно пересчитывать сдачу. Я краем глаза тоже вижу две «двадцатки» и три бумажки по две гривны. А билет до старушкиного села стоит три гривны! Бабушка несколько раз перетасовывает деньги, что-то шепчет, вопросительно смотрит на меня:
- Вроде неправильно?
- Конечно, неправильно, - подтверждаю я. – Вам еще гривну должны дать.
- Правда? А я думала – обсчиталась сослепу.
- Вам ведь не давали больше ничего? Мелочью гривну не давали?
- Нет, детка, тут все, что дали. Мне чужого не надо.
Я тоже понимаю, что не надо.
Кондукторша возвращается из хвоста автобуса, останавливается возле нашего сидения:
- Что тут не так?
- Вы бабушке еще одну гривну сдачи должны дать, - объясняю я.
Старушка молча показывает свои деньги в руке.
Билетерша так же молча вынимает из внушительного пучка бумажек гривну, протягивает старухе. Ни извинения, ни объяснения. Бабушка увязывает деньги в узелок, шевелит коричневыми морщинистыми губами.
За окном проносятся застывшие в ожидании весеннего тепла деревья, русло реки с зеленовато-черным льдом. Из блаженного состояния созерцания заоконного пейзажа меня выводит голос соседки:
- А может это я ошиблась?
- Нет, бабушка, вы не ошиблись, - успокаиваю я.
- А я вот на рынке была, да только ничего почти не продала, все назад везу.
- Сегодня продавцов много, - соглашаюсь я. - Пенсионный день… - И тут меня осеняет: и в самом деле, день «пенсионный», два раза в неделю ветераны труда имеют право безбилетного проезда в пригородных автобусах!
- Да не беру я с собой пенсионного удостоверения, уже раз потеряла, с тех пор и не беру, - поясняет словоохотливая старушка.
- А зачем оно, ведь и так видно, что Вы на пенсии, - удивляюсь я.
Бабулька безнадежно машет рукой. Я ее понимаю – всякий раз доказывать, что ты не верблюд и имеешь право на самые примитивные льготы… У меня мама за почти два десятка лет воспользовалась своим пенсионным тоже только раз.
Конечно, гривна не деньги, ничего на нее теперь не купишь, даже полбуханки хлеба. И дело тут не в гривне, а в человеческой совести. Как просто обсчитать подслеповатую очень пожилую сельскую женщину. Я рассматриваю кондукторшу – молодая красивая блондинка, восседает на своем месте с невозмутимым видом, уже и думать забыла об инциденте.
А старушка не забыла. Автобус останавливается в соседнем селе, моя соседка выходит и уже на ступеньках снова останавливается, спрашивает у меня:
- А может, это я ошиблась? Только бы ни кого не обсчитать.
- Успокойтесь, бабушка, это Вас обсчитали, - громко говорю я. – А Вы никому ничего не должны.
Автобус отходит, а она остается на дороге. Сгорбленная фигурка в большом клетчатом платке, вытертой, порыжевшей от времени плюшевой курточке – «жакетке», как их называют в народе. У моей бабушки тоже когда-то была такая.

Очень обидно за таких бабушек. Всю жизнь работали. И не в деньгах дело, а в человеческом отношении. :(

Прелесть какая! Вообще интересные рассказы, эрэа Tany!
А последний - ну, вот почему, почему так? Именно самых уязвимых? ;-v

Спасибо, эрэа Convollar :)
Так именно потому, что самые уязвимые. Эта стерва прекрасно слышала, что старушка сказала мне о своем плохом зрении, и обсчет у нее был просчитан, потому и отдала деньги безропотно. >:(

Кондуктор могла бы и бесплатно старушку пропустить, видно же, что местная и пенсионерка.
А документы эти да - потеряешь, потом замаешься восстанавливать.

:) В очередной раз низко кланяюсь, эрэа Tany ! Особенно за "Посадить бы мне хоть на пару дней на занятия тех умников, что составляли программу и писали учебники пятиклашкам, да тем же семиклассникам! Интересно, они когда-нибудь видели вживую нормально среднестатистического ребенка? Способен десятилетний сельский малыш просто прочитать двадцать страниц их псевдонаучного текста, вызубрить все имена, даты и понятия, да еще ответить на десяток заумных вопросов, найти дополнительную информацию в интернете, написать реферат, нарисовать рисунок, выполнить задания на контурной карте, а если  останутся силы и время после истории, то проделать не меньший объем работы по языку, математике, двум литературам, биологии и прочим географиям? А дома пьяный отец, развлекающийся организацией кроссов для всего семейства по периметру огорода, младшие братья и сам огород, которым надо заниматься почти круглый год… Нет, я не зверь какой, мне этих авторов на один бы денечек! И пусть попробуют запутаться в родственных связях Каролингов или особенностях второго Универсала Центральной рады!"

:) И, честно, без лести - жаль, что не имел честь быть Вашим учеником или коллегой... :)

Эр prince_bundle, да они удавятся - никого без билета не пропустят >:( Без бумажки - ты букашка. :(
Эр Konstantin, спасибо, но, право, не о чем тут особо жалеть ;D

Знаете? Мне  тоже жаль, что я не был Вашим учеником.
Мне в мои школьные времена нестерпимо хотелось учить историю у преподавателя, знавшего, что такое Каролинги... Не пришлось. :(((
[spoiler]Сельская школа... городская школа... Высшая школа... Это все говорит только о географии, но  ни о чем больше... [/spoiler]

Эр Spokelse, спасибо, конечно, но я себя не считаю таким уж хорошим учителем, мне частенько непонятно, почему им непонятно  ???  А учитель должен так объяснить, чтобы даже самому себе стало понятно  ;D

Эрэа, иногда дети просто не понимают, и вины чей-либо, а тем более ваше в этом нет, я не говорю что это всегда так( что они просто не понимают, и хоть ты канкан на столе танцуй - не поймут), бывают случаи когда и учитель виноват. ( но я не думаю, что это так в вашем случае). Если вы понимаете о чем говорите, значит и они поймут, сложнее когда не имеешь представления о предмете, и надо чтобы они поняли...

Здорово! У меня на форуме уже набрался целый класс желающих быть моими учениками ;D

Вспомнила бородатый анекдот. Рассказывает  учитель - "Ну, остолопы же! Раз объяснил - не поняли, два - не поняли, третий раз уже сам понял - а они не поняли!"
Разумеется, это не о Вас , эрэа Tany - просто вспомнилось. ;) ;)

Так я этот анекдот и имела в виду ;)

:) Эрэа Tany
право, не о чем тут особо жалеть

:) Я так не думаю. Дело, правда, не в моих учителях и колегах -  о них я вспоминаю с теплотой и благодарностью. Дело именно в Вас.

У меня на форуме уже набрался целый класс желающих быть моими учениками

:) И вряд ли это случайно!

Чем больше живу, тем больше изумляюсь странностям человеческой природы.

На каникулах пообещала повезти членов историко-краеведческого кружка на экскурсию. Всеобщая радость, вопли. Предлагаю присоединиться всем желающим пятиклассникам. Вопросы:
- А мне можно? И мне? А можно нам поехать?
А одна ангелоподобного вида девочка спросила:
- А можно, Славик не поедет?

Похоронили коллегу, старую учительницу, всю жизнь посвятившую школе. Моя подруга сказала за столом на поминках теплые слова об усопшей. На следующее утро другая коллега позвонила третьей:
- И за что это такие слова? Небось, когда я умру, обо мне она так хорошо не скажет!

Родители явились в пришкольный лагерь с претензией:
- У нашего сына ссадина на руке. Куда смотрели учителя?
При разбирательствах выяснилось, что рука повреждена во вчерашней драке – мальчишка ударил в лицо своего двоюродного братишку (обоим по шесть лет). Драку воспитатели вовремя остановили, все дети видели, что зачинщиком был сын жалобщиков, а дома еще и пожаловался на ссадину.

Далеко пойдёт!

Несколько лет назад в детском санатории одного из пациентов поймали с бутылкой и объявили, что отчисляют. Сам он просить прощения не пришёл, а прислал нескольких одноклассниц, и они в кабинете главврача устроили коллективную истерику на тему "Не отчисляйте Серёжу, у него мама больная!" А сам герой ждал в коридоре - Милый друг тринадцати лет от роду. Но его всё равно отчислили.

Увы, ничего удивительного... "Хомо хомини люпус эст" - древние римляне были правы.  :(
И усилия отдельных энтузиастов своего дела, вроде Вас, к сожалению, мало что могут исправить.

Эрэа Dama, таких случаев не счесть числа, просто тут уж больно мелковат наглец. Впрочем, там есть в кого, я всю семейку неплохо знаю, не у каждого ребенка родители бегут при всякой мелочи выяснять отношения с педагогами и другими детьми ;)
Эр Drago63, я на лупус согласна - волки ведут себя много благороднее и откровеннее. Относительно бесперспективности большей части моих усилий ни капельки не обольщаюсь: возраст и опыт не позволяют. Но, если не я, то кто же?(с)  :)

не у каждого ребенка родители бегут при всякой мелочи выяснять отношения с педагогами и другими детьми

:) Да, эрэа Tany. Но бывает и хуже. Одна маман примачалась в школу и утверждала, что учительница математики [spoiler](Царство Небесное Ольге Николаевне :'()[/spoiler] била ее сына - семиклассника по голове, что у того опухоль и т.д. А на деле - то выяснилось, что учительница лишь замахнулась на него... 12 - листовой тетрадкой - после проигнорированного в десятый раз замечания - плевал из трубочки по девчонкам на уроке...

Эрэа Tany, сурово там у вас!

Эр Konstantin, да бывает и такое. У нас дошли родители до облоно, заставили ни в чем не повинную учительницу извиняться. ;-v
Эр prince_bundle, a la guerre comme a la guerre  ;D

У нас дошли родители до облоно, заставили ни в чем не повинную учительницу извиняться.

:) Эрэа Tany, у нас тоже пытались, но директор сумела отстоять коллегу!
a la guerre comme a la guerre 

;D Да, ИМХО, это девиз педагогов. А гимн - "Песня дрессировщика". ;)

Милая эрэа Tany!

Вот мое посвящение и вам, и другим Учителям с большой буквы. Может, малость неказистое, но зато от всей широкой Драконьей души ;D

Я к "детенышам" этим вхожу, словно в клетку,
Никогда не узнаешь, что ждет там меня!
Лишь с журналом одним... (Прихватила бы ветку -
Но нельзя... Негуманно...) Ну, доброго дня!!!
Класс! Порой чуть до слез не доводят!
Класс! Порой я готова кричать!
Класс! Но едва лишь из школы уходят -
С ними частица души... Не могу промолчать.

Я пытаюсь быть строгой, пытаюсь быть доброй.
Их ведь много, а я-то всего лишь одна!
Иногда себя чувствую мудрою коброй...
Да, ужалить готова! Не те времена!
Класс! Мы разве же были такими?!
Класс! Да это же просто смешно!
Класс! Ну и что с того: "были другими"?
Я ж их, мерзавцев, люблю. Да, люблю все равно!!!

Иногда силы нет, я готова сорваться,
Все мы люди живые, у всех нервы есть...
Но ведь должен же кто-то, пардон, заниматься
Нашим будущим... Сеять ум, знания, честь...
Класс! Пожалуйста, станьте умнее!
Класс! Я вам что могла, то дала!
Класс! Пыталась вас сделать добрее.
(А в полудреме - сюжет... Из того из "Села...") :-*

Drago63,  :-* :-* :-*[spoiler]Да простит меня эрэа Галина[/spoiler]

Эр Drago63, замечательные стихи о замечательной учительнице и прекрасном человеке!
[spoiler]А эрэа Галина, думаю, тоже высокого мнения о стихах и о человеке, которому они посвящены. ;)[/spoiler]

Из болтовни с Ягой по скайпу возникла идея выращивания денег своими силами. Представили себе, как это будет выглядеть.

Сад моей мечты

     Утро для меня начинается с забот о растениях. Садоводство мое хобби. Я встаю рано, с первыми лучами солнца, и начинаю обход своих владений. Посадки требуют внимания и ухода. Я бреду по росистой траве между стволов, трогаю шершавую кору, глажу хрустящие зеленые листья. Самые мелкие листочки – достоинством в один доллар, а вон те, на длинных молодых ветвях – по сотне долларов. Внимательно осматриваю деревце: кажется, на юных нежных побегах появилась тля. А вот и гнездо гусениц. Надо обработать дихлофосом. Под деревьями – кустарник. Евро-кустарник. Плоды уже наливаются соком: красные, желтые, фиолетовые. Им, пожалуй, не повредит подкормка из навозной жижи. Пышно цветут в этом году фунты стерлингов, источая нежный аромат. Тут главное, уберечь широкие листья от поражения ржавью и грибковыми заболеваниями. В углу, у самого забора распустились старые добрые марки и франки разных цветов и оттенков. Давно вышли из моды, но я люблю их неброскую красоту.
Из сада отправляюсь на обход огорода. Вот грядки с мексиканскими долларами. Нужно срочно обработать конфидором от личинок колорадского жука. Широко  раскинули свои листья рубли, но как же не хватает им влаги. Если срочно не полить, они перерастут и одеревенеют. Между культурными растениями пробивается сорная трава – тугрики. Сколько не выпалывай, все равно прорастут. Впрочем, в голодный год и они идут в пищу, главное – и насевать не нужно, взойдут самосейкой. А на дальней грядке красуется заморская гостья иена – не у каждого огородника есть этот экзотический овощ. Ухода требует много, плодоносит не каждый год, заморозков боится.
А вот и главный предмет моей заботы – гривны. Вытянулись, ушли  в стрелки, многие усохли от поражения мухой, от подточивания медведкой. Надо их окучить и протравить вредителей, а чтобы хрупкие стебли не поломались во время очередной бури – придется подвязать.
- Ну, как в этом году, будем с урожаем? – окликает меня сосед.
- Если град не побьет и засуха не падет, - отвечаю я. – А у вас как?
- Если дожди не прекратятся, корни гнить начнут, - объясняет сосед. У него еще более экзотическое хобби – он выращивает добрые чувства.

;D ;D ;D

То Tany
Из болтовни с Ягой по скайпу возникла идея выращивания денег своими силами. Представили себе, как это будет выглядеть.
Неожиданная концовка - про добрые чувства. :D
Если бы "выращивание денег" было бы только хобби...
Добрые чувства - не тепличные ли это растения? Или они в состоянии приспособиться к любому климату?
Эрэа Tany, где семена брали? ;)

Великолепно! Особенно хорошо концовка, прямо в духе О.Генри...  ;D

Какой замечательный сад! Но соседу приходится нелегко - его питомцы требуют постоянного внимания! Вообще - прелесть! ;)

Зато когда начинает цвести - глаз не оторвать.

А представил себе салатик из молодых листочков - и как-то стало... дороговато. Фитофтора, опять же. А отмывать и сушить урожай - это ж с ума сойдешь. А не высушишь - все труды впустую, сгниет.

Другой сосед - художник, у него все гораздо проще. ;D ;D ;D

Yaga, эр prince_bundle, эр Уленшпигель, эрэа Convollar, эр Colombo, спасибо за отзывы.
Ягуся, ты полноправный соавтор, без тебя этой вещицы бы не было :)
Эрэа Tany, где семена брали?
Эр Принц, адресок магазина семян кину в личку ;D
Добрые чувства - не тепличные ли это растения? - а это от нас зависит, их надо закалять и тщательно культивировать ;)
Особенно хорошо концовка, прямо в духе О.Генри
Эр Уленшпигель, так куда ж без любимого О.Генри ;D
Какой замечательный сад!
Эрэа Convollar, так ведь сад мечты ;D
А представил себе салатик из молодых листочков - и как-то стало... дороговато. Фитофтора, опять же. А отмывать и сушить урожай - это ж с ума сойдешь. А не высушишь - все труды впустую, сгниет.
Эр Colombo, а помните знаменитый салатик из луковиц редких тюльпанов? ;)
Да, отмывать такой урожай надо обязательно ;D



 

Эреа Tany, это... :D :D это не-под-ра-жа-е-мо!!!! Зачитывала вслух друзьям  - меня спрашивали, есть ли у нас смайлик с аплодисментами ;D ;D

Спасибо, эрэа Anita  :D

Птичья тема и просьба эра Уленшпигеля навеяли воспоминания об одном, связанном с птицами эпизоде.

Лебединая верность
Вот сложно мне поверить в особые трепетные отношения лебедей друг к другу после того, что пришлось наблюдать однажды на живописном немецком озере в горах Саксонии. Было это в первый месяц моего приезда в Германию. Надо сказать, что я приехала в крайне неудачный момент: муж встретил меня на вокзале в Галле, привез в наше временное жилище и объявил, что на следующий день полк отбывает на учения. Жилище наше, к слову сказать, заслуживало особого описания. По причине нехватки жилья, семьи офицеров селили с так называемым подселением: т.е. трехкомнатная квартира делилась между тремя семьями, кухня и санузел, соответственно, общие. С соседями мне повезло: на тот момент в квартире на первом этаже жила только семья москвичей – артиллерийский лейтенант Юра Р. с женой Олечкой. Оля была беременна. Москвичка из очень интеллигентной семьи, спокойная, рассудительная, в отличие от взрывного веселого Юрки. Много позже в квартиру вселились Олег и Лиля Б. с пятилетней Катюшкой - существом добрым и общительным. Итак, муж притащил из казарм две узких металлических солдатских кровати, казенную постель, неодобрительно хмыкнул при известии, что багажа не отправляли, а все вещи прибудут контейнером, и повел меня в супермаркет, расположенный напротив нашей пятиэтажки. Дело было середине 80-х, в Союзе уже начались перебои буквально со всем необходимым, поэтому изобилие немецкого магазина произвело на меня немалое впечатление. Не буду врать, среагировала я не так бурно, как Высоцкий в воспоминаниях Влади, так и магазин был ГДРовский, а не западный. Практичный муж не позволил долго стоять с разинутым ртом перед яркими полками, мы выбрали по паре стаканов, тарелок, ложек-вилок, набрали какой-то еды и вернулись в квартиру отмечать мое прибытие.
  Рано утром полк отбыл на учения, а мы остались с Олечкой вдвоем. Она жила в ГДР уже несколько месяцев и посвятила меня во все тонкости немудреного местного быта: как получать и хранить паек, в каких магазинах лучше скупаться, как общаться с местным населением… Городок был небольшим, очень древним, состоял из современного верхнего города и старинного нижнего. Мы жили на окраине нижнего, сразу за маркетом начинались немецкие дачи. Единственным развлечением для нас кроме чтения стали долгие пешие прогулки по посыпанным песком дорожкам дачного комплекса, по мощеным булыжником улицам старого города, по асфальтовым проспектам верхнего. Интересным и необычным было все: архитектура средневекового Цайца, частные лавочки и мастерские, ухоженные лужайки и дворики, вкус незнакомых продуктов и овощей…
  Неожиданно посреди учений приехал в командировку муж. В нашем распоряжении были целые сутки, погода стояла жаркая, и, в качестве подарка, муж решил повезти меня на озеро. Это было самое сказочное, из виденных мною озер, а уж насмотрелась их я, родившаяся и половину детства проведшая в Карелии на берегу огромного озера, предостаточно. Возможно, люди моего поколения еще помнят деревенские прикроватные коврики, заменявшие в свое время крестьянам ковры. Вытканные или нарисованные на ткани картины с бахромой внизу. Сюжетов было немного: горный пейзаж, олени в лесу, тройка лошадей, три богатыря… У моей бабушки был пейзаж – пара оленей под елями на переднем плане на фоне озера. На заднем плане над озером высились поросшие лесом горы, у дальнего берега белели два крошечных домика под красными крышами. Вот именно такое идеально круглое, с отраженными в тихих водах окрестными лесистыми горами озеро и увидела я воочию. Увидела и застыла в изумлении перед ожившим чудом. Словно картинка из детства чудесным образом наполнилась звуком, запахом, светом. Чаша озера, темные ели, синеющие холмы, даже два домика под красными крышами! Не хватало только шелковой бахромы внизу. А еще там были белые лебеди! Плавали в зеленоватой воде у самого берега гордые и величественные. Лебедь и целых три лебедки. Вода оказалась очень холодной, но желания купаться это у меня не отбило. Лебедь неодобрительно зашипел при виде неуклюжих человеков, посягнувших на его родную стихию и отвел свою стаю немного подальше. Совершенно окоченевшие, мы выбрались на белый песок,  достали из сумки привезенное мною из Союза угощение: домашнюю настойку на травах, копченое сало, помидоры, хлеб… При виде еды лебедь оживился, подплыл вплотную к берегу, требовательно вытянул шею. Ну кто устоит перед возможностью подкормить такого красавца? Мы начали бросать в воду хлеб, птица ловила куски на лету. И тут произошло самое забавное: мы бросили кусочек державшимся чуть поодаль лебедкам. Надо было видеть возмущение самца – он издал сердитый шип в нашу сторону, повернулся к своим дамам, угрожающе махнул крыльями, ущипнул лебедку за шею, ловко выхватил хлеб и снова повернулся к нам. Так повторялось несколько раз. Верность  верностью, а обед по расписанию. ;)

Замечательный рассказ, Tany! И ковер такой знакомый. :D

Ковер? Где ковер? И правда... У нас такой висел. Пару оленей помню, детали - вполне возможно, что те же.

Немецкого лебедя тоже можно попытаться понять. Хлеб - не пища и не подачка, а компенсация неудобств. А глупые лебедки пусть лучше остерегаются чужаков. Так что на месте лебедя я бы... Хм. ;D ;D ;D

Ковры помню! Эххх, ностальгия...
Продолжение про ГДР напишите?

Действительно, рассказ хорош! И написан очень живо и как-то легко. А коврики - ох, я помню картины в тёмных рамах, с домиками и лебедями, с тёмными елями......Спасибо, эрэа  Tany! Пишите ещё, если что вспомнится - это, как путешествие в прошлое.

Yaga, эр Colombo, эр Уленшпигель, эрэа Convollar, всем спасибо. :) Пишу.


                          О торговле

Вот чего у меня точно нет, так это коммерческой жилки. Сколько раз пыталась в трудные 90-е хоть что-то продать со своего огорода, безрезультатно. Вот стою я, к примеру, на рынке с ведром свежевыбранных огурчиков. Гладкие, ровные, маленькие, с аппетитными пупырышками, с желтыми цветками на кончиках. Как говорит, одна моя знакомая: «Умом только есть». Рядом расположилась тетка с кривыми, пожелтевшими, увядшими несуразными продуктами ее садового участка. Цена одинаковая. Как вы думаете, у кого купят? Вот точно, не у меня. Проверено на всем, что только можно предложить на продажу. Постоишь пару часов, плюнешь и отнесешь кому-нибудь из городских знакомых бесплатно. Еще и уговаривать придется, чтобы взяли, не побрезговали.
  Был и  более курьезный случай. Получилось так, что после пересмотра всего накопившегося гардероба, у нас оказалось приличное количество абсолютно новых, никому не нужных вещей. Обычно мы все раздавали неимущим, а тут мамина подруга сагитировала меня продать все с выгодой. Объектом нашей коммерческой экспансии был выбран соседний Гомель. После тщетной попытки продать хоть что-то на вещевом рынке, мы расположились прямо посреди улицы, и нас тут же окружила толпа цыган. Особенно привлекла молодых цыганок ночная нейлоновая рубашка ярко-оранжевого цвета. Кому взбрело в голову сотворить это чудо интима, осталось для меня вечной тайной, как эта вещь появилась в моем гардеробе, тоже не упомню, но карменсит она сразила наповал. Собственно, это была единственная вещица, которую удалось сбыть. После ухода табора моя напарница не досчиталась двух вещей, а я трех. Довершило наш вояж появление двух крепких бритоголовых юнцов, назвавшихся местным рэкетом и потребовавших с нас мзду за право торговли. Мамина подруга объяснила наглым молодцам, что грабить двух и так ограбленных государством и цыганами  несчастных женщин может только последний негодяй, парни поспешили ретироваться, но торговлю мы продолжать не рискнули.
  Единственный удачный коммерческий опыт был у меня на заре туманной юности в середине семидесятых, после окончания школы. В МГУ я в тот год не поступила, а на работу еще не успела устроиться. По этой причине  и отправилась торговать картошкой в Киев. Тут следует сказать несколько слов о том особом положении, которое занимает картофель в рационе и жизни моих односельчан. В свое время, за выращивание рекордных урожаев культового на Полесье овоща, область была удостоена телеграммы самого «дорогого Леонида Ильича», а бригадир картофелеводческой бригады нашего колхоза-миллионера получил звание Героя Социалистического Труда. Село  после войны отстроилось благодаря продаваемой в Киев картошке. Почему в Киев? Так дороже в два раза, чем в областном центре. Система была предельно простой: после уборки урожая большая его часть засыпалась в огромные (семидесятикилограммовые!) «киевские» мешки, собиралась группа соседей или родственников, на трассе ловили подходящую грузовую машину, и за символическую плату, водитель соглашался подвезти стратегический груз до любого киевского рынка. Самым дорогим  и престижным был, естественно Бессарабский. Несколько ниже котировался Лукьяновский, а на Владимирском можно было продать весь товар подешевле, но сразу оптом. Хорошей ценой считалось 50 копеек за килограмм, ниже 40 не продавали. Особо рьяные добирались даже до Донецка и Симферополя, где цены доходили до рубля. О колорадском жуке тогда еще слыхом не слыхивали, видом не видывали, разве что на этикетках спичечных коробков, фитофтора тоже не появилась, урожаи были отменные, даже на нашем небольшом огороде всегда оставались излишки. Вот эти-то излишки, в количестве, кажется, десяти мешков, я и решила продать после того, как самолично выкопала весь огород. В одиночку, потому что мама на четыре месяца отправилась на курсы повышения квалификации в тот же Киев. В попутчицы меня взяла хорошая знакомая тетя Оля. Вот уж воистину кто умеет торговать. Вероятно сам вид невысокой, кругленькой, румяной, всегда веселой сельской женщины внушает покупателям полное доверие. Надо было слышать, как она звонко зазывала потенциальных клиентов:
- Покупайте картошку! Отличная картошка с песчаной земли. Такую картошку только в белых халатах продавать, она ж целебная. Да что вы ее, дамочка, ногтиком царапаете, такую картошку умом только есть, она ж сама рассыпается. Никаких удобрений не кладу, можете не нюхать. Только навоз, а как же без навоза? Берите, не пожалеете. Вот возьмите у меня хоть кило, так завтра еще придете мешок купить, да только поздно будет. Цена не нравится, так вон напротив подешевле.
  По иронии судьбы, напротив нашего прилавка, в самом деле, был государственный ларек, где картофель продавали по девять копеек. Вот только желающих купить не наблюдалось. Всякий, кто видел советский картофелеуборочный комбайн в действии, поймет, какой вид имела эта картошка.
Кто-то из покупателей попробовал пристыдить тетю Олю:
- Ишь спекулянтка, сама торгует и ребенка приучает наживаться!
На что тут же получил гневную отповедь:
- Какая я вам спекулянтка? Я свое, вот этими руками выращенное продаю. И ребенок пусть привыкает, чтобы знала, как копейка зарабатывается.
Мы, представляли, вероятно, странную пару: тетя Оля в кружевной беленькой косынке, широкой юбке-спаднице, ситцевой кофточке и я в джинсовом венгерском костюмчике с широченным ковбойским ремнем. Собственно, торговала тетя Оля, а я накладывала на весы картошку и пересчитывала деньги. В разгар бойкой торговли появилась мама с коллегами – зашли на рынок в перерыве между парами. При виде родной дочери за прилавком мама немного оторопела, но быстро сообразила, что надо нам подыграть: встала в очередь, «купила» пять кило картофеля и принялась нахваливать:
- Берите, не пожалеете. У этой женщины картошка вкусная, я у нее всегда беру.
Торговали мы три дня, я за это время успела побывать на матче любимого «Динамо», сходить в цирк и в театр. Домой возвращались, как белые люди, на рейсовом автобусе,  нагруженные киевскими покупками: колбаса-варенка, апельсины, свежий карп к храмовому празднику, шоколадные конфеты и, естественно, киевский торт.

Забавный рассказ, добрый такой. И вот действительно - ну почему так с огурчиками получилось? Видно у тётки с кривыми огурцами был такой особый дар - она могла продать что угодно. Тоже талант, в своём роде! Но Вы так хорошо и живо напомнили времена Героев социалистического труда и тогдашнюю жизнь - спасибо Вам!  ;)

Tany, у тебя богатый жизненный опыт! :D ;D Есть о чем рассказать. ;) "Слушатели" найдутся.

ППКС!

     Таки это... Видел, и в оном действии участвовал. Картошка - пальчики оближешь, место действия - Можайский район, совхоз Горетово. Вот только в магазинах попадалось совсем другое нечто.
     Опять же, зависит - кому попадалось. Однажды на какое-то время моим соседом стал футболист - не сборной, не что-то там, но - профессиональный футболист. В соседнем овощном покупал картошку - я такой даже на комбайне не видел. Но то каменные джунгли (с веселым названием Синичка), а то - Полесье. То - картошка, а то - бульба. Но времечко - то самое. ;D 

Yaga, эр Colombo, эр Уленшпигель, эрэа Convollar, еще раз спасибо. При таких благодарных слушателях как не писать?! :)

В дополнение птичьей темы. Писано в прошлом году.
О малых сих
Очень меня достали в последнее время малые сии. Поселились на моем озерке птицы-крачки. Вывелись у них птенцы. Крачка и так-то птица довольно шумная, а уж если ее драгоценным отпрыскам угрожает опасность… Птенцы сидели на листьях желтых кувшинок по краям озерка, а родители кормили их и охраняли ото всяких заезжих любителей поплавать. Особенно досталось бедняге ужику, вздумавшему переплыть озеро в непосредственной близости от наглых птичек. С перепугу уж нырнул поглубже и, думаю, вылез из воды не раньше нескольких часов, причем где-то очень далеко. А потом наглецы взялись за меня. Кружили над головой, громко вопили и пикировали прямо на мою беззащитную голову. Какое уж тут удовольствие от купания. Да еще некстати вспомнилось, что в северных морях во время войны чайки и прочие морские птицы выклевывали глаза еще живым потерпевшим крушение. Даже на берегу эти поганцы не дали посидеть спокойно, с воплями носились и зависали прямо над головой. Исчезли они через несколько дней вместе со всеми своими птенцами. Какое это было счастье – плавать без жутких криков в вышине,  сидеть на берегу и любоваться проплывающими в глубине плотичками в окружении всякой рыбной мелюзги.

Да с птичками разное бывает. У нас сейчас ворон во дворе меньше почему-то стало, но зато все рощицы оккупировали скворцы. А бывало ворона, если у неё птенец-слёток в траве сидит, такой воздушный бой всем прохожим устраивала - пройти было страшно. Клюв у ней - мощное боевое оружие. Но и в то же время они, вороны, хорошо запоминали людей, которые их кормят. Особенно они любили сухой собачий корм. И вот выходит, к примеру, из подъезда дама с собачкой, а её уже ждут. И целый косяк ворон с шумом несётся вслед за ней - с намерением позавтракать. :)

Да, вороны вообще очень умны :)

На картошке
Кстати, о картофелеуборочных комбайнах советских времен. Теперешней молодежи слово «картошка» известно только в его кулинарном значении, а вот для людей моего поколения и поколения наших родителей оно означало нечто другое. После введения паспортов для колхозников начинается массовый отток молодежи из сельской местности. К концу 50-х – началу 60-х стало ясно, что во многих колхозах и совхозах попросту некому убирать урожай, вот и появился лозунг помощи селу силами студентов. Фактически, сентябрь месяц превращался в месячник сельхозработ. Торжественная линейка первого сентября, несколько установочных пар и разнарядка кому, куда и с кем ехать. Кстати, под понятие «картошка» входили любые виды работ: уборка льна, зерна, овощей, фруктов... Наша группа собственно на картошке была только один раз, на втором курсе. А не первом мы оказались в Бобровицком районе на уборке сахарной свеклы. По традиции, первокурсников на село вообще не отправляли, но в том, теперь уже далеком, 1975 году морозы ударили рано, ситуация сложилась критическая, и нас всех спешно бросили на прорыв. Нет овоща, крепче вросшего в землю, чем этот корнеплод. Даже  при нормальной температуре его сложно вытащить на поверхность, а уж если землю схватило первыми морозами! Вручную тут делать нечего, мы выбивали его каблуками. Обувь начала разваливаться в первые же дни. Жили мы по хатам у сельчан, хозяевам пришлось переобувать своих постояльцев. Комичнее всех выглядела Вера С. с подвязанными старыми чулками подошвами сапожек. Немцы после сталинградского разгрома нервно курят в сторонке. Кормили нас в помещении старого детского садика, помыться было негде, нам с подругой Галочкой «повезло» больше всех – мы жили на квартире у немолодой тетеньки, в хате с глиняным полом, спали вдвоем на узеньком топчанчике обнявшись, чтобы та, которой выпало спать с краю, не свалилась на пол. Впрочем, под стенкой было не лучше – в бок упирались какие-то острые палки. Для сохранения справедливости местами обменивались каждую ночь. Однако  все эти жизненные неудобства восемнадцатилетними новоиспеченными студентами воспринимались легко и весело. Именно там группа как следует перезнакомилась и сдружилась. Собственно, я опасалась только одного – что не успею попасть домой к своему дню рождения, однако к ноябрьским праздникам нас вернули в стены альма матер.
  На следующий год мы попали на классическую картошку в Репкинский район. На сей раз всю группу поселили в помещении старой школы, готовили мы себе сами из выделенных колхозом продуктов, жили в классах на закупленных специально для нас раскладушках. По вечерам, естественно, устраивались танцы, приходили местные парни, а вот вставать утром решительно не хотелось. В той же школе жили приехавшие подзаработать мужики из Закарпатья. Вставали они очень рано, наши танцы до упаду и бурное веселье тридцати молодых здоровых лоботрясов весьма осложнило им жизнь. В отместку, уходя на работу, закарпатцы включали в коридоре школьный звонок. Однако, тщетны были их надежды взять реванш и насладиться видом наших невыспавшихся мордашек. Звонок поднял бы даже мертвого, но мы стойко терпели, ухмыляясь под одеялами, пока противники, наскучив ждать, не уходили на работу.
Места там были очень красивые – густые хвойные и мешаные леса, обилие грибов… Впрочем, за грибами нам ходить было некогда. После завтрака группа отправлялась на поле собирать картошку. Особой удачей считалась работа на самом комбайне. Остальные собирали то, что не сумел прихватить комбайн, и высыпали в колхозные грузовики. Обычно, с утра на поле выходило пять комбайнов, потом техника постепенно начинала выходить из строя. Большой удачей было, если до вечера доживал без поломок хотя бы один экземпляр. Частенько вместе с картофелем мы подбирали, гайки, прутья из барабана и прочие запчасти. Если комбайн все же дотягивал до обеда, не факт, что он будет трудиться без перебоев.  У комбайнеров  всегда находился  повод что-нибудь отметить прямо посреди поля в разгар рабочего дня. Молодежи в селе практически не было, остальные работали спустя рукава. Мне все это было дико видеть, потому что в нашем колхозе царила суровая дисциплина, люди работали на совесть, не счету у хозяйства было несколько миллионов. Кстати, показатель успешности хозяйства – потребность в работниках со стороны. В нашем селе никогда не приглашали на работу студентов, молодежи всегда хватало, даже в самую горячую пору обходились своими силами.
О неиспорченности наших нравов свидетельствует тот факт, что за целый месяц мы с девчонками распили только одну бутылку дешевого вина на пятерых, да и то не сами ее купили, а подобрали за местным раззявой-водителем. К вину купили пачку сигарет и вечером, сидя у костра, торжественно приобщились к еще одному пороку. Впрочем, никто из нас не собирался начинать курить всерьез, всем было просто интересно попробовать. Парни из группы, естественно, выпивали чаще, но вели себя вполне по-джентельменски.
Из забавного вспоминается баня в соседнем Любече. В селе бани не было и на помыв мы поехали в Любеч. Обычная плохонькая общественная банька, даже без парилки, но интереснее всего, что в одном душе текла тоненькая струйка кипятка, а в другом, соседнем, ледяная. Стоя между двумя заржавевшими воронками можно было умудриться совершить омовение.
  А самая приятная «картошка» была на третьем курсе. Это был не картофель, а яблоки в совхозе в трех километрах от моего села. Хозяйство очень зажиточное и передовое, но в горячую пору сбора урожая там тоже не хватало работников. Эти яблоневые сады мне потом иногда снились. Однажды мы с подружкой немного задержались после завтрака, помогая посудомойкам в кафе, где нас кормили, и заблудились в этих бесконечных садах. Мы  шли, как по зачарованному царству – вокруг деревья, усыпанные желтыми, красными, розовыми, бордовыми плодами. Яблоки осенние и зимние, крупные и мелкие, ветви прогибались под тяжестью сочных фруктов, плоды желтели в траве под деревьями… А какие названия: снежный кальвиль, добрый крестьянин,  золотой ранет, осеннее полосатое, симиренко, лимонка, коринка, спартан, пепен-шафран, слава победителям… Парни наши работали, преимущественно, на погрузке на складах, а девичья бригада собирала яблоки в садах. Ежедневно была норма в несколько 20-килограммовых ящиков на человека, причем, оставлять яблоки на деревьях было нельзя, все требовалось обирать подчистую, агрономы за этим строго следили. В этом совхозе были самые лучшие условия проживания – в совхозном общежитии, а кормили нас в кафе. Я вообще жила дома и каждый вечер приглашала к себе кого-нибудь из подружек, так у меня перебывала почти вся группа. За отличную работу директор совхоза даже премировал наших ребят грамотами и всем выписали по несколько ящиков яблок по льготной цене. На прощание мы дали для сельчан концерт, благо, таланты в группе имелись.
После окончания института осенью накатила тоска по студенческим годам, причем, больше всего хотелось не на пары в институте, а именно куда-нибудь всей группой на картошку или на раскопки. Вероятно, это правильно, что современные студенты учатся и не отвлекаются на битву за урожай, но как же много они теряют в плане человеческого общения и познания жизни изнутри.

Tany, как знакомы твои воспоминания ;)  ;D

Картошка, свекла, яблоки... Незаслуженно забыта морковь! Какие попадались мутанты, какие уникальные экземпляры любой степени сложности - женьшень отдыхает...

А когда закончилось студенчество, начались овощебазы - тоже сплачивает. Там можно было наблюдать по весне, во что превращается та самая красавица морковь перед тем, как ее вывезут на свалку - практически в вареном виде.

И картошка и овощные базы - всё такое знакомое......Ваши рассказы - машина времени, эрэа Tany!

Морковь... Потом на уборке хлеба... а овощебаза... Как то раз попал я при распределении на овощебазе на фасовку яблок...

Эх, люди... КАК это все знакомо! :)

(кряхтя по-стариковски и чеша седую бородишшу) Эх, молодость, молодость... И картошка была побольше, и в магазинах - гнилее...  И водка крепче и противнее... [spoiler] ;D[/spoiler]

Люди, всем спасибо за отзывы. :)
Нет, на моркови не работали.
На овощебазах тоже, зато потом с детьми чего только не собирали от колосков до камней ;D
Машина времени? Ха ;D Мне тут как-то молодая коллега говорит с таким искренним сочувствием: "Так вы же при тоталитаризме жили!" Типа, ничего-то хорошего в жизни не видели ;)
Попыталась объяснить девочке, что мы себя ущербными и в чем-то ущемленными не считаем. Все у нас было: любовь, рассветы, оптимизм и вера в будущее, бесплатное образование, не боялись ходить по темным улицам ночью, ездили за символическую плату по всему Союзу, ходили в музеи и театры... Нет, я прошлое не идеализирую - маразмов и тогда, как  и сейчас выше крыши, но такое однобокое представление молодых о прошлом настораживает и заставляет задуматься.
Водка... да нет, к  старости становится противнее, тогда вполне приличной была ;D

Эт смотря где... ;D

                        Раскопки                             
Есть у студентов-историков особый вид практики – археологические раскопки. Обычно они проводятся после первого курса, но и заинтересованным старшекурсникам не возбраняется принимать участие. Считается, что студенты должны ознакомиться с методикой ведения исследовательских работ, на деле же, их, в первую голову, используют, как бесплатную рабочую силу – землекопов. Девиз «Бери побольше, бросай подальше и отдыхай, пока летит» еще никто не отменял. Со стороны посмотреть – чего тут хорошего: в жару махать штыковой лопатой  в раскопе и совковой на отвале, зачищать бровку, снимать грунт на штык и снова зачищать, копать, чистить отвал, и так до самого материка, на несколько метров вглубь матушки Земли…тяжелый, изнурительный труд. Авторитетно заявляю – нет ничего прекраснее археологических раскопок! И найдите мне прошедших через эту школу историков, которые со мной не согласятся.
Наше боевое крещение происходило в Ростовской области на Елизаветинском городище. Добирались мы туда транзитом через Запорожье. Город сей запомнился густым смогом всех оттенков серо-коричневого цвета. Вместо белоснежных облаков над гордостью отечественной индустрии нависала грязно-темная подушка. После нашего чистенького зеленого областного центра смотреть на это было жутковато. Впрочем, нашей группе повезло с погодой, через пару часов мы уже летели в другом самолете к Ростову-на- Дону, а оттуда, на экспедиционном грузовике, направились к палаточному лагерю в нескольких километрах от Дона. По причине жары работали без завтрака с 5  до 10 утра, завтракали, еще пару часов на раскопе, затем - обед и свободное время до 5 вечера, потом два-три часа на раскопе и ужин. Жили в двух- и четырехместных палатках, кашеварили у нас местные нанятые женщины, им ежедневно помогали двое дежурных. Нам с Галочкой выпало работать на кухне в единственный за все время дождливый день. Дежурным добросердечные тетеньки-повара готовили особое угощение – донскую рыбу в томате. Пожалуй, единственным, докучавшим нам неудобством, было невероятное количество мух по причине соседства археологического лагеря с птицефермой. Мухи набивались в палатки, устраивались в мисках с борщом, оккупировали насыпанный горками на столах сахар… На второй день мы перестали обращать внимание на добавочное «мясо» в первом блюде – работа на раскопе весьма способствовала отменному аппетиту. Экспедиция организовывалась Ленинградским институтом археологии, нашим же непосредственным руководителем была незабвенная мама Нора – Элеонора Викторовна Яковенко, светлая ей память, человек обширных познаний, неистощимого оптимизма, мягкого юмора, материнской доброты. Она преподавала в институте историю древнего мира и археологию, конспекты лекций я храню до сих пор.
Чем запомнилась эта экспедиция? Солнцем и небом, горячей землей, огромными звездами, светлой, ничем незамутненной радостью бытия. Поездками в выходные в Танаис, Ростов-на-Дону и Азов. Маленьким осликом, который с грустным видом пасся на нашем пути на раскоп, веселым отвалом и капустником, самодельной газетой на огромном листе коричневой упаковочной бумаги, гитарными переборами и ночными кострами на курганах, веселой компанией, набившейся в нашу двухместную палатку для торжественного поедания первого арбуза, легкой влюбленностью в начальника раскопа Женю, запрещенным (из-за недавней вспышки холеры) купанием в Дону …
Великих открытий, мы, само собой не совершили. В первый же день на раскопках городища все восторженно рассматривали каждый черепок, каждый осколок амфор, каждую косточку, на второй день античными черепками начали чистить лопаты. Слишком много было на древнем городище беспорядочно разбросанной битой керамики, костей животных, мелких бусин. Иногда мама Нора брала нас по очереди на раскопки курганов. Курганов этих было великое множество в окрестностях городища. Предполагалось, что погребения сделаны по смешанным греко-варварским обычаям. Обычно бульдозер аккуратно снимал верхнюю часть холма, а мы вручную ножами и кисточками зачищали погребение. Сохранились даже оттиски плетеных циновок на глинистой почве. Обычным набором в таких захоронениях были амфоры и миски с едой, акинаки, копья, пластинки доспеха. Впрочем, я  и тут отличилась, сумев закопать форсунку – колокольчик для конской сбруи. Найти его, полагаю не сумели по сей день. ;D

Tany, спасибо за твои экскурсы в молодость :-*

Золотые слова!
Возвращаться в прошлое ни в коем случае не хочу... но надо было отказываться от плохого, а хорошее сохранить и приумножить. А у нас... вечно любят вместе с водой выплескивать и ребенка.

Грязно-серая - это ещё ничего. Помню, меня поразили облака над Череповцом (тоже во время одной из экспедиций) - это было нечто фантастическое - зелёные, ярко-жёлтые, синие, розовые, цвета меди - цветная шаль над городом. И впечатление это производило жутенькое.
А рассказ Ваш хорош - я уж, кажется, говорила - путешествие на машине времени. В юность, костры, гитарный перебор! Ну, мухи,  мешали, конечно, но как-то не вызывали особого раздражения. А у нас ещё были слепни, не говоря о комарах!  ;)

Yaga, Drago63, эрэа Convollar, спасибо за внимание к моим писаниям :)
Да, молодость всегда приятно вспоминать :)
Конечно, негатива при Союзе хватало, а сейчас разве мало чернухи? Тут все зависит от точки зрения: бокал наполовину полон или пуст? Я предпочитаю наполовину полный ;D
Да там тоже разные оттенки спектра над Запорожьем переливались, горчично-серые преобладали. ;)

Просто нужно честно и объективно говорить о хорошем и о плохом. А позиция, что все было хорошо  - вранье, все было плохо - тоже вранье...

К великому сожалению, оценки объективности сами субъективны и другими быть просто не могут. Поэтому так дороги свидетельства участников событий. Непосредственных. ;)

Вот это самое и хотелось бы. Понимаете, но именно воспоминания очевидцев, их впечатления и ценны, а не напоминать известный анекдот в котором в произведении писателя непременно должен быть рефрен : " А за окном..." (Соответственно от  вкусов воспоминателя/читателя должно звучать : страдал народ и ругал клятых коммуняк или наоборот радовался жизни и славил КПСС).
    Хочется знать как это было на самом деле... А не как должно было бы быть...
 

Так все было: и страдал и радовался, и славил и ругал ;)
Впрочем, мнение отдельного человека всегда будет субъективным. Тем более, что полнотой информации не владеет никто, а  личное восприятие часто зависит от множества объективных факторов. :)

     Города, где я бывал…
И еще один специфический вид практики, имевший место быть в педагогических вузах ранее – пионерская. Сейчас, за неимением многочисленной пионерской организации (отдельные пионерские и скаутские отряды не в счет, тем более, что они не пользуются государственной поддержкой) и из-за сокращения детских летних лагерей отдыха, такой практики у студентов-педагогов тоже нет. Нас же в конце второго курса торжественно посвятили в пионеры, а после экзаменов мы должны были ехать на месяц пионервожатыми в летние лагеря. Существовал и альтернативный вариант: групповодом на турбазе в одном из городов-героев, но… два месяца – слишком накладно было оплачивать дорогу двум людям и обучать человека заново каждый месяц. Прочитав список городов, я не колебалась ни минуты: Москва, Севастополь, Волгоград, Киев и Ленинград!!!! Собственно, в Ленинграде я бывала проездом регулярно, каждый год, но много ли успеешь посмотреть за 12 часов между пересадками с поезда на поезд? Тем более, что иногда по полдня приходилось тратить на переоформление транзитных билетов. Только и оставалось времени, что прогуляться по Невскому да заскочить на пару часов в ближайший музей. Хотелось детального знакомства с первой встречи поразившим мое воображение городом. И сейчас, на склоне лет, повидав достаточно много, я считаю Санкт-Петербург одним из самых красивых и необычных городов мира. Вместе со мной поехали еще две девочки из моей группы. Близки мы никогда не были, но хорошими приятельницами остались после этой поездки на всю жизнь. Кроме нас с разных концов Украины были еще несколько девушек-студенток. Турбаза наша размещалась в самом центре Питера на улице Дзержинского, бывшей и будущей Гороховой, в здании школы, неподалеку от Банкового мостика.  На лето школа превращалась во временное пристанище для украинских детей-туристов, классы становились спальнями. Группы заезжали на неделю, воскресенье было для нас выходным, обычно с группой работали два человека, всего одновременно мы принимали 10 групп. Таким образом, за два месяца каждый из нас поработал с семью группами, и по одной неделе, каждая пара отдежурила на базе. В задачу групповода входило: встретить и принять группу, довести на пешеходной экскурсии до нужного музея, сопровождать во время автобусных путешествий, организовывать вечерний досуг, провожать отъезжающих. Начальник турбазы оказался человеком веселым, энергичным и доброжелательным. На знакомство с городом и обустройство у нас было три дня. В первый же день начальник озадачил нас: самостоятельно пройтись по нескольким маршрутам, в частности, найти Эрмитаж, стрелку Васильевского острова, Петропавловскую крепость, Артиллерийский музей… Подобные задания мы получали и в последующие дни, к приезду первых групп уже вполне сносно ориентировались в Питере, благо, заблудиться в центре разумно устроенного города было весьма сложно. Кроме того, мы готовили к заезду детей саму турбазу: расставляли раскладушки, таскали матрасы и постельное белье. Эти матрасы я запомнила на всю жизнь: подвальная комната была забита ими доверху, меня, как самую легкую и шуструю (кто бы поверил, что я весила тогда 44 кг!) послали на самый верх, я сбрасывала матрасы девочкам. К обеду  от 300 матрасов были на пальцах кровавые мозоли.
В воскресенье вечером мы начали встречать первые группы на Витебском вокзале. Обычно, в группе было тридцать детей и два-три преподавателя. Приезжали к нам со всех концов Украины. Самой неприятной оказалась днепропетровская группа – неуправляемые, эгоистичные дети-зазнайки, презрительно взиравшие на окружающий мир. Странным было слышать возмущение расфуфыренной девицы после посещения Русского музея: « Это внеплановая экскурсия? А зачем же мы сюда ходили?!». Впрочем, это был единичный случай, в большинстве своем, и дети и преподаватели стремились посмотреть и узнать как можно больше. Самой приятной была  группа из Кировоградщины – серьезные, ответственные, самостоятельные. Их руководитель, худенькая темноглазая женщина, попросила внеплановую экскурсию в Кунсткамеру, причем аргументация меня поразила: «Пусть посмотрят, какими бывают последствия пьяного зачатия! Возможно, задумаются о своих будущих детях. Ничуть не рано, у меня тут десятиклассники, люди взрослые». Ну как  не вспомнить известный анекдот о Петре, заставившем брезгливого вельможу съесть заспиртованного уродца, «дабы отвращения к наукам не было». Самой самостоятельной была группа из Львовщины – сами устраивали себе экскурсии по вечерам, сами нашли фотографов. У нас, кстати, была договоренность с фотографами, на экскурсиях  всегда подводили свои группы к «своим» фотографам, город был четко разделен на зоны многочисленными представителями этого племени. Херсонцы и николаевцы возмущались отсутствием белого хлеба на столах: «у нас ржаной и свиньи не едят!». Была группа из Закарпатья с классической влюбленной парой, которая постоянно ходила в обнимку, замыкая колонну. Преподаватели тоже встречались разные: кто-то требовал немедленно повести их по магазинам, кто-то бесконечно пересчитывал своих детей, кто-то вообще не слишком обращал на детишек внимание. У меня был курьезный случай: вела по Невскому группу к Эрмитажу, шел дождь, и в плотной, прикрытой зонтами толпе группа  потерялась. Прихожу к Зимнему, а за мной стоят только два мальчика. Остальные подтянулись через несколько минут, успокаивая: «Не бойтесь, у нас никто не потеряется, все найдутся».
За два месяца, проведенных в Питере, моя робкая влюбленность в это чудо переросла в вечную любовь. Там невозможно просто гулять по улицам, мы ходили постоянно запрокинув головы, с полуоткрытыми ртами, с широко распахнутыми глазами. Хотелось вобрать, впитать в себя эту красоту, запомнить и сохранить навсегда. Мы были одержимы городом. Каждую свободную минутку бродили по его проспектам и набережным, ездили в знаменитые пригороды, гуляли в парках. Противу обыкновения, погода тоже благоприятствовала прогулкам, за все время выдалось не более недели пресловутых дождей. На выходные наш начальник организовывал для групповодов особые экскурсии: Золотая кладовая Эрмитажа, ахматовские и блоковские места, Петербург Достоевского… По вечерам мы ходили в театр и на концерты, а ночами на набережную. Знаменитые белые ночи были мне, рожденной много севернее Питера, не в диковинку, но от этого их очарование не пропадало. Мы часами любовались разводом мостов, прохождением морских судов по Неве, парадом  в день ВМФ, слушали вечный плеск волн о гранитные набережные, наблюдали за тающими в рассветной дымке акварельными очертания облаков…
Перед отъездом накупили на полученные за работу деньги (аж 70 рублей!) подарков домашним: индийский сатин из Гостиного двора, японские зонтики, косметика из «Ванды» и «Софии», кружевное белье из «Дрездена», дефицитные вкусности (кофе, хорошее сухое вино, шпроты) из стола заказов, восточные сладости из одноименного магазина на Невском. Все это до нашей провинции в те времена просто не доходило, и было в огромном дефиците.
Дома на вокзале меня встречала мама со своей больничной "скорой".  Взирая из окна машины на центральную площадь нашего областного центра, я поразилась - между кренкельными кирпичиками мостовой рос спорыш, прогуливались неспешно редкие прохожие, только пасущихся гусей и не хватало. Как все это отличалось от огромного шумного города, из которого я вернулась.

Вспоминая былое... Даже сейчас когда многое доступно и не только в цене  дело, но все равно лучшего аромата лосьона после бритья чем в "Софии" я с тех пор так и не встречал...

"Восточные сладости"... Миндаль жаренный в сахаре... Нуга... Ореховые трубочки... Ууууууу!!!
Рот слюной наполняется...

Да.. В Питер мне случилось попасть! Завидую... ::) ::)

Tany, пиши еще :D Так приятно читать...

Да, эр Уленшпигель, нуга, рахат-лукум, сливочное полено! :)
Я сама себе иногда завидую, эрэа Convollar :)
Yaga, продолжу по мере возможности ;)

Среди питерских воспоминаний особое место занимает моя встреча со шведской королевой. В ту неделю мы с моей напарницей и одногруппницей Ирой дежурили по турбазе. Полдня я, полдня Иринка. В свободное время ходили по городу. Невский проспект от нашей базы был в паре кварталов, поэтому, естественно, ходили пешком. Неделя эта выдалась холодной и дождливой, поэтому, вместо прогулки по паркам и улицам, я решила в очередной раз пойти в Русский музей. Надо сказать, что телевизора на базе, кажется, не было, радио мы тоже слушали редко, газеты покупали от случая к случаю и совершенно выпали из нормальной жизни. Где-то случайно, краем уха, я слышала, что в СССР прибыла с визитом шведская королевская чета.
Осмотр я начала с залов древнерусской иконы, но не успела посмотреть и пары икон, как в зал начали просачиваться подтянутые молодые люди с одинаковым каменным выражением лица.
- Королева сейчас зайдет, - шепнула мне старушка-смотрительница.
- Какая королева, шведская? – очумело поинтересовалась я.
- Шведская, король предприятия осматривает, а у нее культурная программа.
Пропустить явление настоящей королевы для советской девушки было непростительным грехом. Робко оглянувшись на внушительных молодчиков в черных костюмах, я изобразила заинтересованность очередным шедевром руско-византийской школы. Краем глаза, естественно, косила на дверь. Ожидание  мое не пропало втуне: Сильвия величественно вошла в зал в сопровождении свиты. Прошло много лет, но я отчетливо помню стройную красавицу в элегантном костюме в мелкую черно-белую клеточку «пепита», в желтой блузке и черных лаковых лодочках. Юбка до колен позволяла видеть стройные ноги, на загорелом под нездешним солнцем лице ярко светились серо-голубые глаза, на губах блуждала улыбка. Переводчик и экскурсовод начали что-то оживленно объяснять, королева внимательно слушала, вежливо наклонив голову. Я поспешила ретироваться в следующий зал. Через минуту королевский кортеж вошел туда же. Молодые люди в черном начали недоверчиво посматривать в мою сторону. Тут следует заметить, что видок у меня был еще тот! Самодельные джинсы (на настоящие, продаваемые фарцовщиками за 100 рублей денег не было), свитер грубой вязки со скандинавским рисунком, туфли-мокасины и полотняная сумка с силуэтом индейца через плечо. Ко всему этому копна кудрей на голове, ибо именно тем летом мне взбрело в голову снова отрастить волосы, и я, не смотря на все уговоры девчонок пойти в парикмахерскую, стоически терпела  связанные с моей беспорядочно торчащей шевелюрой неудобства.
Впрочем, королеву мой вид хиппи не слишком смутил, в отличие от строгих молодых людей. Только в пятом зале я сообразила, что разумнее отстать от королевской свиты, ибо ее культурная программа сведена до минимума, а я могу осматривать картины хоть до закрытия музея. Еще раз мы столкнулись с высокой гостьей в репинском зале – Сильвия смеялась перед «Запорожцами».

Смело можешь говорить ученикам (и не только)...:"Вот, когда мы встречались со шведской королевой"... :D ;)

:D ;D ;D

Блестяще!
Эх, оживают воспоминания... :)

Дракончик, спасибо :)

Муза

Стою у окна на кухне, прихлебываю чай, посматриваю одним глазом в окно, на растрепанные дождливым ветром кусты сирени и чубушника, другим на плиту – там шкварчит на сковородке лук с салом, надо уловить момент, когда кусочки сала окончательно подсушатся, а лук еще не потемнеет. Звонок в дверь. Как всегда, вовремя. И кого несет в самое неудобное время?
Продолжаю прихлебывать чай, пока не растаяли во рту остатки конфеты, подхожу к двери:
- Кто там?
Понятно, что не почтальон Печкин. За дверью сбивчивое дыхание, робкий шепот:
- Пустите, пожалуйста, я Муза.
Ну и имечко у девушки! Приоткрываю дверь – на пороге заплаканная девица неопределенной расцветки и раскраски. Вода капает с повисших прядок волос, стекает со щек, даже на кончике носа не капля, а целый ручеек.
- Заходите, чего ж под дождем стоять. Вы к кому?
- К вам. Я от одного поэта сбежала. Можно, я у вас тут немного побуду.
Да, сбежала, и, похоже, в чем мать родила, прямо из постели поэта, потому что замотана в какую-то промокшую тряпку, подозрительно похожую на простыню с меандровой каймой.
- Проходите в кухню. Босоножки можно снять, пол у меня чистый и теплый. Чаю налить?
- Н-не знаю… а вина нет?
Ничего себе девицы шастают по утрам!
-Отчего же нет, домашнее устроит?
Мокрое чудо молча кивает головой.
- Снимайте свою простынку, вот сухое полотенце. Простите, надо спасать обед!
Уфф, успела, еще немного, и лук превратился бы не в аппетитные ароматные чешуйки, а горелые ошметки. Теперь можно и вином заняться. Достаю из кладовки трехлитровую банку домашнего плодово-ягодного, наливаю в литровую кружку, наполняю до края стакан, протягиваю гостье.
- А воды можно?
Господи, да кто же вино водой запивает, чай не медицинский спирт.
- Можно, конечно. Вот колодезная, вот кипяченая.
Девица аккуратно смешивает в чистом стакане вино с водой в пропорции один к трем. Это что еще за античные замашки в жилище потомков скифов? Руси есть веселие пити. По-хорошему, ей бы сейчас перцовочка не помешала, на худой конец, бальзамчика в чай, где-то рижский в холодильнике завалялся и остатки белорусского имеются.
Муза отрывается от созерцания дна стакана, поднимает  глаза… глазищи. Фиалкового цвета, в окружении пушистых ресниц.
Я невозмутимо засыпаю накрошенный щавель в кастрюлю, добавляю туда же зажарку. Ну вот, супчик готов, теперь можно вплотную заняться странной гостьей.
- Простите, я вся внимание. Кто вы и от кого сбежали?
- Я Муза, вдохновительница поэтов и писателей. А сбежала от одного бездарного хамоватого поэта. Он всегда вызывал меня при помощи двух стаканов водки. Думаете легко мне приходилось?
- Понятно. То есть, не очень. Почему вы именно ко мне явились, разве мало народу, настоящих писателей и поэтов? Кстати, я тоже иногда пью водку. И писать не люблю ничего, особенно поурочные планы и деловую документацию.
- Мы могли бы попробовать написать прекрасные стихи…
- Стихи? По какому поводу? Обычно их влюбленные дурочки пишут, но в моем возрасте влюбляться просто нонсенс.
- А роман или, на худой конец, рассказ.
- Деточка, да я на эту писанину ухлопаю столько времени, сил и денег, а дальше что? Вы сможете заставить хоть одно издательство напечатать мою нетленку?
Фиалковые глаза становятся еще больше:
- Истинное назначение поэта…
- Да знаю я – глаголом жечь, быть Гражданином, очищаться через страдание. Так вот, солнышко, жечь я никого не хочу, пусть живут спокойно, сердечно-сосудистые заболевания и без того основной бич планеты. Гражданином быть у нас только депутаты могут, им это по карману. И страдать тоже не желаю, проще в душе помыться. Вам, кстати,  могу предложить.
- Куда же я теперь?
- Да живите сколько хотите, вино в кладовке еще есть, борща вот сейчас начерпаю, халатик мой вам коротковат будет, но такие ножки грех прятать. Только не приставайте ко мне с вашими глупостями. Телевизор посмотрите, книжку почитайте, в интернете поройтесь, авось найдете подходящий объект для своего внимания.
Теперь она живет у меня в доме. Смотрит с мамой сериал о страданиях очередной героини, перелистывает мои энциклопедии и методички, подолгу зависает в «Одноклассниках», играет с моим котом. Я ее не гоню, но и к себе особо не подпускаю. Так только, иногда…

;D ;D ;D :)
Похоже Муза чувствует себя, как дома...

"...халатик мой вам коротковат будет, но такие ножки грех прятать."
-----

Женщина, способная сказать такое другой женщине, достойна восхищения!  :-*

Хорошо, что иногда всё-таки подпускаете к себе Музу.... ;)

Эрэа Tany, очень интересные рассказы! :D Очень живые, как будто видишь всё своими глазами - и в то же врем со стороны. И про "картошку", и про раскопки, и про Питер с Музой.
Шведская королева специально пришла в этот музей, чтобы с Вами встретиться. :D
Про Музу - и грустно, и смешно у Вас получилось.

Yaga, да, прижилась :)
Drago63, так и у меня вроде бы не кривые, чему ж завидовать? ;D
Эрэа Convollar, куда ж от нее денешься?
Эр prince_bundle, спасибо :)

Вот и продолжение родилось :)

Вот так и живем
Муза старается не слишком  докучать. Поначалу  приставала со своими рассказами  о былых временах в прекрасной Элладе. «Вот пошли мы раз с Аполлоном…». Я эти излияния немедленно пресекаю – терпеть не могу златокудрых красавчиков с темным прошлым: « Иди-ка лучше Баскова послушай. Вон опять завел свою «Шарманку».  Чем тебе не Аполлон наших дней?». Маму от него давно тошнит, а тебе внове будет.
По вечерам она приходит ко мне в комнату поговорить «за жизнь». Приходится выпроваживать незваную гостью прочь, я прекрасно обойдусь без творческой бессонницы – тут все же Украина, а не Север с белыми ночами. В темные ночи спать положено, если поинтересней и приятней занятия не найдется. Иногда  пристает в самое неподходящее время: то на огород в сезон прополки увяжется, то в лес, то на речку, то и вовсе на работу. Хоть бросай детей на произвол судьбы посреди урока и записывай, что в голову пришло.
- Ты бы мне лучше помогла серию уроков для методички разработать – аттестация на носу, - намекаю я своей гостье.
- Тут Клио нужна, - отмахивается она.
- Шла бы тогда к настоящим поэтам, вон их сколько развелось, даже у нас в селе, книги свои издают. На юбилеи опасно стало ходить – что не тост, то поэма в стихах собственного сочинения! Этак несварение желудка заработать можно.
- Не пойду я к ним, они меня заставляют в национальный костюм переодеваться и все время о каких-то голодных детях рассказывают или на майдан зовут.
- То-то я смотрю, одна поэтесса третий год подряд моей маме на день рождения те же самые стихи дарит. Вдохновение иссякло. Тогда в город бы ехала – там писателей еще больше.
- Нет, тут воздух приятнее. Я у тебя лучше останусь.
- Да мне надоело вино каждый год делать. Магазинного ты не пьешь, у тебя от него аллергия, а на дорогое никакой моей бюджетной зарплаты не хватит. Лучше бы на водку перешла, как все интеллигентные женщины. Меньше риска отравиться.
На лице Музы появляется такое страдание – знать, своего беспутного поэта вспомнила, я покаянно умолкаю.
Иногда она сжаливается надо мной и уходит к маме. В такие мгновения мама с лихорадочным блеском в глазах достает несколько потрепанных общих тетрадей и начинает что-то править, переписывать, дополнять. Знаменитый роман пишется уже сорок лет. Терпения мамы и Музы хватает ненадолго: Музе не нравится мамин почерк, а маме мешают заботы о хозяйстве.
Тогда Муза пытается приставать к коту. Во всяком случае, янтарные глаза затягиваются поволокой, раздается тихое мурчание…
-Эй, парень, - окликаю я, - с искусственно созданными гм… особенностями твоего организма нечего пялиться на луну и мечтать о соседских кошках. Лучше о крысах и воробьях думай.
Кот виновато муркает, сползает с подоконника и взгромождается ко мне на грудь, уткнувшись носом в подбородок.
- То-то, - говорю я, - мы с тобой добытчики семьи, а не записные графоманы.
  Муза привыкла носить майки и джинсы, учится кататься на лыжах и велосипеде, интернет освоила лучше меня. Постоянно требует печь яблочные пироги и жарить картошку. Иногда я ее балую – покупаю простыню с античным орнаментом и мастерю хитон. Украшения у нас давно общие. Вот так и живем.

Так и живите! :D Чувствуется, что Муза вполне вписалась в ваше семейство. Даже с Цемом дружит. ;D

Уютно живёте! Муза у Вас себя чувствует почти как дома, и, право, не стоит с ней расставаться! ::)

Yaga, эрэа Convollar, спасибо, что поощряете нас с Музой :)

Эрэа Tany, в вышивании Ваша Муза тоже принимает участие? :)

Эр prince_bundle, похоже, принимает. Во всяком случае, отдельной музы вышивания в доме пока не наблюдалось, двоих Боливар я не вынесу ;D

По просьбе  эра Уленшпигеля попробую рассказать немного о ГДР :)

                                              Германия
Мое пребывание в этой стране выпало на застойно-перестроечные 1984-1989гг. Наши войска там именовались Группа советских войск в Германии или сокращенно ГСВГ. Служить нам довелось в небольшом саксонском городке Цайц, а потом в Ваймаре. По привычке пишу названия городов в их немецком звучании, так правильнее и привычнее. Конечно, мы уже были наслышаны об условиях службы в ГДР, но лучше один раз увидеть, чем…
Итак, наш поезд прибыл на вокзал Галле, где меня встретил муж и сразу же вручил монетку в 20 пфеннигов. На мой недоуменный вопрос пояснил – для туалета. Нынешним поколениям  не понять, что в СССР до перестройки платных туалетов просто не было, а перестроечный фильм «Операция – кооперация» недаром высмеивал бизнес на «вечных ценностях». Вторым потрясением стал привокзальный гаштет с огромными порциями отбивных и гарнира на больших тарелках  и отменнейшим пивом. Кстати, за все время пребывания в  стране мы плохого пива ни разу не встречали. Водка и ликеры бывали всякие, о вкусе многих традиционных немецких блюд и сладостей можно спорить, но пиво было отличным всегда, причем, в каждом городе свой сорт. А вот вид вокзала и пригородных поездов немного разочаровал поначалу – серые, несколько старомодные. Надо было пожить немного в стране, чтобы оценить удобства передвижения и немецкую пунктуальность в расписании движения. Если написано, что поезд отправляется в 8.51, то он в самом деле в  указанное время и отправится.
Наш артиллерийский полк располагался на окраине Цайца, в серых 4-5-этажных зданиях постройки начала века. Офицерские дома стояли совсем рядом – несколько панельных пятиэтажек и несколько старинных зданий. Отличие было в том, что панельные дома отапливали централизованно, а в старых зданиях приходилось топить печи. Семьи прапорщиков и лейтенантов обычно жили «с подселением», по 2-3 семьи в квартире. У каждой семьи  своя комната, кухня и ванная – общие. Мы поначалу временно жили тремя семьями на первом этаже, через пару месяцев перебрались на пятый этаж в трехкомнатную квартиру. Две маленькие комнаты занимала семья прапорщика с маленькой дочкой, большая комната с балконом принадлежала нам. Жили мы с соседями дружно и мирно. Вообще, за все пять лет жизни в ГДР мне плохие соседи ни разу не попались, мы дружили со всеми, помогали друг другу, одалживали деньги до зарплаты, присматривали за детьми, отмечали вместе праздники и дни рождения, угощали выпечкой и сладостями…
Работы женам офицеров в Цайце не было вообще. На большинство цивильных должностей командование предпочитало брать вольнонаемных, поэтому иметь работу считалось большим счастьем. Детей возили в школу  в Галле. Я через неделю после приезда съездила туда в поисках места учителя, но получила неопределенные туманные обещания – все штаты были заполнены  «вольняшками». Полученное мной воспитание не предполагало сидения без дела на шее у мужа, поэтому это вынужденное безделье переживалось довольно тяжело. На обратном пути из Галле  со мной произошел забавный эпизод. Я решила пообедать в кафе на вокзале, за столик ко мне подсело трое молодых немцев: парень и две девушки. По ряду признаков во мне сразу опознали русскую, парень что-то быстро сказал девицам, и они начали с любопытством меня рассматривать. В 26 лет я выглядела, смею думать, много симпатичнее двух худосочных невзрачных немок, но публика жаждала развлечения за мой счет. Мне принесли обед, молодые немцы с нескрываемым интересом уставились на «руссише швайн». Тут следует отметить, что столовые приборы у немцев даже в самых дорогих ресторанах сделаны из довольно паршивенького сплава, но зато и в самой дешевой забегаловке обязательно подадут не только вилку, но и нож. Немцы прекрасно знают, что наши люди ножом пользуются крайне редко и неумело. Под пристальными взглядами ухмыляющейся троицы я взялась за приборы, отрезала кусочек шницеля, отправила в рот. Лица моих визави поскучнели. Однако, интереса ко мне они не утратили.
- Es schmekt? – поинтересовался парень.
- Danke. Sehr schmekt, - улыбнулась я, прихлебывая пиво из высокого стакана.
На этот раз все трое начали улыбаться и одобрительно кивать.
Сказать по правде, кусок мне не лез в горло, но не уходить же было из-за стола. И тут обед принесли немцам. Я оттянулась по полной.
Как только парень положил в рот первый кусочек, я тут же отложила в сторону стакан и в упор уставилась на него:
- Es schmekt?
Ответом был громовой хохот девушек и растерянное лицо юноши.
Расстались мы почти друзьями.

Справедливости ради, надо сказать, что в целом к нам, советским, относились много лучше, чем мы иногда того заслуживали. Достаточно вспомнить толпы туристов, хватающих и пробующих все подряд, без намерения купить или оплатить испорченную вещь, их нелепые меховые шубы и пыжиковые шапки на фоне скромных вязаных шапочек и курток из плащевки, куда более подходящих к сырому немецкому климату. Обычно, завидев в Ваймаре толпу «руссико туристико», мы старались ничем не показать, что имеем к ним хоть какое-то отношение. Цайц находился вдали от туристических маршрутов, да и население здесь было преимущественно рабочим, шахтерским, поэтому к нам относились вполне терпимо. У нас появились знакомые хозяева гаштетов, булочных, продавцы в магазинах. По сравнению с окончательно к тому времени обнищавшим в плане товаров первой необходимости Союзом, Германия поражала воображение: разноцветные пакетики и упаковки, обилие ассортимента, дефицитные в СССР специи, продукты, напитки, красивая посуда, множество необходимых в хозяйстве милых мелочей, непривычное постельное и столовое белье… А еще удобная обувь, модная одежда и аксессуары, мягкая мебель, отменное обслуживание и КНИГИ! Книги, которые в Союзе всегда были в дефиците, продавались в полковых и немецких магазинах свободно. Правда, стоили они в три раза дороже, чем в СССР, но это нас не смущало. Часть своих товаров немцы производили специально для русских: знаменитые накидки на диваны – дивандеки, сервизы «Мадонна» с пастушками, пуховые одеяла… Все это распределялось через полковые магазины и выделялось, в первую голову, «заменщикам», т.е. офицерам, отслужившим в ГСВГ пять лет и убывающим в Союз к новому месту службы. Мой муж, как политработник, был в этой комиссии по распределению, поэтому в первый же месяц кто-то из продавцов предложил мне  дивандек. Я своего счастья не оценила, муж долго смеялся над попыткой «купить» его жену, к слову сказать, мы и уехали через пять лет без этих самых дивандеков и мягкой мебели, о чем я ни капельки не жалела. 

Спасибо!
[spoiler]Вспомнил сейчас про постельное белье, когда учился в Питере покупал впрок постельное белье, индийское, там можно было купить, а по всей стране дефицит жуткий, ну и качество фффф... последний комплект издержали лет через десять лет семейной жизни...[/spoiler]

И вам спасибо, что читаете :) Продолжу со временем [spoiler]и про постельное белье тоже есть забавные воспоминания ;D[/spoiler]

Danke! Sehr schmekt!  ;D

Ждём, эрэа Tany! Пишите - мы будем читать и вспоминать....

Эр Colombo, bitte schon ;D
Эрэа Convollar, пишу. И вы не забывайте писать :)

Tany, спасибо! Обязательно пиши еще. :)

Ягусенька, пишу по мере возможностей и сил ;)

А что это слово значит по немецки?

эс шмект - Вкусно?
битте - пожалуйста
данке шён - большое спасибо :)

Продолжаю о Германии
Цайц
Цайц остался, пожалуй, самым любимым немецким городом. Тихий, уютный, очень живописно расположенный, с исторической центральной частью, словно сошедшей с иллюстраций к книгам по европейскому средневековью. На пути к вокзалу была площадь-перекресток, где всегда пахло корицей, словно в книге о Тиме Талере, городской совет располагался в здании старинной ратуши, изогнутые, вымощенные булыжником  улочки, массивная башня, домишки с коричневыми скелетами деревянных балок, уютные маленькие магазинчики и кафе… Новый город находился на горе и тоже поражал обилием зелени, причудливостью скульптур и фонтанов. Панельные дома-многэтажки  раскрашены в яркие праздничные цвета. Вокруг города  много шахт, а крупнейшим предприятием был «Zekiva» - знаменитый завод по производству детских колясок. По пути в верхний город лежали кварталы полуразрушенных старинных зданий – память о минувшей войне. Жителей оттуда давно переселили в новые многоэтажки, а сами руины разбирать не спешили. Кстати, такие пустые заброшенные кварталы были не только в центре маленького Цайца, но и в таких больших городах, как Галле, Ляйпциг, Дрезден… А вот в Ваймаре их, практически, не было - город брали американцы и не слишком усердно подвергали разрушительным бомбардировкам и артобстрелам. Очень живописны были и окрестности Цайца – холмы, невысокие горы, быстрые речушки, озера в кольце поросших лесом пригорков, поросшие маками поля…
И еще немного о нашей жизни там :)

Нам, офицерским женам, не возбранялось свободно перемещаться по всей стране. Естественно, большинство предпочитали ездить с подругами, в большой компании, но я немного знала язык и любила одиночные поездки – можно было осматривать то, что хотелось, никуда не спешить, никого не поджидать, не заниматься неблагодарным трудом добровольного переводчика в магазинах. Большинство наших дам выучили пару фраз, типа «Сколько стоит?» и «Покажите мне это…» Дальше шел язык жестов. Была у меня в Ваймаре соседка, жена прапорщика из Львова, которая во всех немецких магазинах обращалась к продавцам исключительно на украинском языке. На все наши резонные замечания, что уж украинского-то немцы точно не понимают, она безаппеляционно отрезала: «Все воны, гады, чудово розумиють!».
Тут следует отметить, что за несколько лет до нашего приезда немецкое правительство резко повысило цены на все товары и, в то  же время, подняло зарплату населению. Наши же оклады оставались на прежнем уровне, таким образом, покупательная способность «руссише швайн» понизилась. К этому добавлялась почти поголовная безработица офицерских жен. Муж оставался единственным кормильцем семьи. Правда, в Союзе на сберкнижку шел второй оклад, но провезти с собой в ГДР  для обмена разрешалось не более 30 рублей, т.е. около сотни марок. Именно поэтому, радовались любой работе. Жены полковников и майоров работали в полковых магазинах, солдатских кафе, а жены прапорщиков и лейтенантов не стеснялись браться за швабру и тряпку. Чтобы немного помочь семье, летом в сезон, многие устраивались на сельхозработы в кооперативы. Вот этого начальство не одобряло, но все же смотрело на такие занятия сквозь пальцы. Дело в том, что у немцев, как и у нас, не хватало рабочих рук на селе. Мудрые «гансы» придумали очень простую систему: каждое утро часов в 5 в условленном месте в центре города появлялся автобус для желающих подзаработать. Студенты, домохозяйки, люмпены ехали к месту работы, получали пластиковое ведро, лестницу или корзинку и собирали черешню, клубнику, яблоки, смородину в зависимости от сезона. За каждое сданное ведро или корзинку выдавался жетон. Рабочим полагался завтрак в виде пары бутербродов и травяного чая. Единственное требование – собирать все подряд, не оставляя фруктов и ягод на верхушках деревьев. Трудились, как правило, до обеда, потом жетоны менялись на деньги, с собой позволялось взять немного собранных фруктов, работников отвозили назад. Тогда такая система была для нас внове, сейчас и у нас многие хозяйства и фермеры работают по схожему принципу. Я сумела поработать почти на всех видах работ, больше всего понравилось на черешне. Никогда в жизни не ела столько этой ягоды, еще и для мужа притащила рюкзак. А 30-40 марок за несколько часов хоть и утомительной, но привычной для меня работы, были существенным добавлением к семейному бюджету.

Текст, явно, не закончен и просто требует продолжения. ;) ;D

Бум стараться! ;D

Интересный рассказ. Кормили на сельхозработах хорошо?

Спасибо.
Так говорю же, бутерброды и чай ;) У немцев бутерброды весьма основательны.

У немцев бутерброды весьма основательны. - подтверждаю! И не только бутерброды. Булочки - вообще ням-м!

...  :D Эрэа Tany , спасибо Вам за этот рассказ! У меня дедушка - Царстов ему Небесное! -  был кадровым офицером, весь Союз объездил - за границей, правда, не служил. Зато наш покойный сосед Владимир Николаевич служил в ГДР и много рассказывал об этом...
:) Низкий поклон нашим офицерам - и их женам!

Эр Konstantin, спасибо, что заглянули на огонек :)

:D Это Вам спасибо! Я бы почаще заглядывал, да зрение не позволяет.  :)... 
::) А продолжение будет?

Вот оно, продолжение :)

Города, где я бывал

   В Ляйпциге я бывала несколько раз и с экскурсиями и в одиночку. Побывала в музее Лейпцигского процесса,  и, конечно же, на знаменитых ярмарках. Запомнился настоящий трубочист в центре города. Я поздно сообразила, что надо было дернуть его за фрак. До сих пор простить себе не могу. А со своими учениками я ездила на место Лейпцигской Битвы Народов. Больше всего поразило несоответствие между двумя памятниками: грандиозный монумент в виде гигантской башни от немцев и православная церковь в шатровом стиле рядом с захоронениями русских воинов. Внутри башни в огромном зале стояли гигантские фигуры, наверх вела винтовая каменная лестница, естественно пришлось подниматься пешком на несколько десятков метров. После угнетающего хмурого каменного великолепия монумента наша церковь показалась особенно светлой и милой.
   С экскурсией в Берлине была однажды и два-три раза проездом. Конечно, в обязательном порядке осмотрели достопримечательности: Трептов-парк, Унтер дер Линден, Берлинская стена, художественные музеи… Именно в Художественном музее перед кассой увидела американского офицера. Времена холодной войны еще не закончились, наши офицеры были великолепно осведомлены о вероятном противнике вплоть до имен командиров полков, стоящих напротив. По сути, Берлин для наших военных был закрыт, там позволялось бывать только проездом и, желательно, не в форме. Тем удивительнее  было увидеть в музее восточной части столицы офицера в темно-синей форме. Он непринужденно беседовал со своей спутницей, это была очень красивая пара. Стало немножко завидно – мы с мужем редко бывали где-то вместе, он сутками пропадал на службе, почти все интересное в стране я смотрела без него.
   Странное впечатление произвел Дрезден. С одной стороны множество дворцов в стиле барокко, великолепные музеи, с другой стороны – память о войне и варварских бомбардировках города. Изысканные, вычурные постройки времен саксонских курфюрстов казались мрачноватыми после бело-золотого великолепия растреллиевских дворцов. Конечно же, знаменитая картинная галерея. Кстати, на меня «Сикстинская мадонна» не произвела ожидаемого впечатления. Слишком, картинна, что ли… Намного дольше я простояла перед одной из самых загадочных картин Джорджоне «Спящей Венерой». Совершенное лицо и тело на фоне мирного пейзажа, тайна под прикрытыми веками отдыхающей богини…
   Германия известна обилием замков. Часть из них полуразрушены, находятся в очень живописных местах на вершинах утесов и холмов, а большинство отреставрированы и открыты для посещения. Мне довелось побывать в одном из самых величественных и грандиозных – Кёнингштайн в Саксонской Швейцарии. Настоящая рыцарская твердыня на неприступной скале, построенная по всем правилам фортификации. Немного не повезло с погодой – густой, обычный в этих местах, осенний туман надежно скрыл замок от нескромных взглядов  и не позволял насладиться открывающимся с крепостных стен видом.
   Каждый небольшой немецкий городок имеет свое лицо и славится чем-то особенным, тщательно выделяемым и хранимым. Наумбург, естественно, своим собором со знаменитыми скульптурами. Так интересно было увидеть хрестоматийные, знакомые по школьным учебникам,  изображения грозного маркграфа Экхерда и его кроткой жены Уты, послушать концерт органной музыки под сводами настоящего средневекового храма.
   В Эрфурте интереснее всего, пожалуй, зоопарк и Ига – постоянно действующая выставка цветов. Огромные павильоны и клумбы, покрытые, в зависимости от сезона, тюльпанами, розами, астрами…. Рукотворная сказка.
  Йена славится своим университетом и знаменитыми цейсовскими заводами оптики. Сам город очень уютный и милый. В Йене со мной и моей коллегой Надеждой М. произошел забавный случай – мы поехали в город на прогулку и за покупками. В Йене продавались в частном магазинчике забавные фигурки домовичков и русалок -  популярный для Союза подарок. Погуляв м возле университетской башни, исследовав книжный и обувной магазины, мы направили свои стопы к маленькой лавочке сувениров, и были остановлены сурового вида огромным полицейским. Тщетно я пыталась объяснить, что нам надо идти вперед, немец был непреклонен. Оказалось, что и других прохожих  не пускают, пешеходы столпились у края тротуара и во все глаза смотрели на противоположную сторону улицы. Мы смирились с неизбежным. Внезапно, здание напротив дрогнуло и начало рассыпаться. До нас донесся грохот взрыва, и вверх взмыло огромное облако пыли, укутав следы разрушения. В считанные секунды аварийное строение было снесено. Надежда в оцепенении смотрела перед собой, потом ухватила меня за руку:
- Боже, этот дядечка нас спас! Как хорошо, что он нас не пустил туда!
Зная педантичность немецких полицейских, можно было не сомневаться, что он не пустил бы нас в опасную зону ни под каким видом, но возбужденная Надя еще несколько дней припоминала, что была в нескольких шагах от настоящей опасности.

Спасибо, Тани! Продолжение следует? ;)

:) А куда ж денешься от читателей и воспоминаний? ;)

Дас ист фантастиш! Натюрлих! ;D
Читатели ждут продолжения! :)

Данке зер! :) Продолжение? Натюрлих!

Таки продолжения  ждем. Очень интересно.

Sehr interressant про Германию, прочла с удовольствием.  Уже нерусифицированные названия городов выдают бывалого человека: Ваймар, а не Веймар, Ляйпциг, а не Лейпциг :).  И другие языковые моменты понравились - особенно про "усё они, гады, чудово розумиют":). Если можно - очень хотелось бы ещё заметок про особенности преодоления языкового барьера.

И ведь такой Германии уже нет, она только в воспоминаниях. Так что поддерживаю - продолжайте!

Drago63, эр Уленшпигель, эрэа Ingolwen, спасибо :)
Я,конечно, не филолог, но пожелания читателей постараюсь учесть ;)

                              Ваймар
Через  год мужа перевели к новому месту службы в Ваймар. Девочки мне отчаянно завидовали, потому что Ваймар был много больше и интереснее Цайца, там располагалось несколько наших полков, военная прокуратура, комендатура, госпиталь, средняя школа. Был шанс найти работу. По приказу мужа солдаты притащили несколько ящиков для упаковки вещей, мне велено было уложить все и ожидать машину. Ожидание затянулось на целый месяц.
- Мы будем жить на территории полка на третьем этаже, - сообщил муж.
Когда грузовик подкатил к дому, я в недоумении воззрилась на серое неуклюжее  строение:
- А где же тут третий этаж?
- Увидишь.
Третий этаж оказался мансардой, абсолютно незаметной с земли. Собственно, раньше по легенде тут были эсэсовские казармы частей, охранявших Бухенвальд. На чердаке, естественно, никто в те времена не жил.
Но нет таких высот… Словом, наше жилье оказалось именно там. Широкая лестница вела к такому же широкому коридору, по нему иногда гоняли на велосипедах дети соседей-прапорщиков. С одной стороны коридора располагались кухни и бытовки, с другой – комнаты. Наша комната оказалась огромной, с двумя наклонными, выходившими на черепичную крышу, окнами. В первый же день, когда я перетаскивала на кухню посуду и банки с крупами, дверь захлопнуло сквозняком. Дружелюбная соседка тут же повели меня в свою комнату и предложила по крыше перебраться в мою квартиру. Для человека, половину детства поторчавшего на деревьях, это было парой пустяков.  Комнату мы поделили книжными полками на две части – большая служила для приема гостей, меньшая – спальней. На этаже жило десятка три семей и холостяков-одиночек, имелось три кухни, бытовка для стирки и умывания и единственный душ. Для помывки  в душе записывались в очередь. Горячую воду давали три раза в сутки по часу. За  это время надо было успеть постирать, помыться, вымыть посуду. Посуду я предпочитала мыть по утрам, когда основная масса народа спала, стирала в обед, а помыться удавалось редко. Муж обычно приходил со службы, когда от горячей воды оставались одни воспоминания. Потолки в комнатах и на кухне постоянно отсыревали и покрывались черным налетом. В комнатах мы переклеили обои, для оживления интерьера я пошила забавные занавески и нарисовала на огромном листе ватмана смешную картину. Но никакими силами невозможно было избавиться от постоянных спутников военных городков – тараканов. Они были всех сортов, возрастов и калибров. Особо наглые жили за решеткой холодильника, а самые извращенные оккупировали аптечку с лекарствами. На кухне они, по-моему, маршировали под доносившиеся снизу солдатские песни – в соседнем здании располагалась солдатская столовая, а неподалеку был плац для построений. Спасения от этой напасти в тех условиях не было. Наш зенитно-ракетный полк находился на постоянном боевом дежурстве и был элитным – тут служили преимущественно славяне и прибалты. К слову, контингент расположенного пониже пехотного полка состоял, в основном, из узбеков и азербайджанцев. С ними у командиров постоянно возникали проблемы преимущественно морально-этического характера. Т.е., горячих восточных парней предприимчивые немки с завидным постоянством обвиняли в изнасилованиях. На деле картина выглядела так: девицы частенько сами проникали в казармы, а потом выставляли счет командованию за понесенный ущерб. Дабы не портить отношений с местным населением, тем более, что факт контакта представителей двух цивилизаций наличествовал, нескольких виновных направляли в штрафбат, а пострадавшим целомудренным фройлян выплачивали солидную компенсацию. Иногда отступное платилось за дело. Так в соседнем гарнизоне часовой, любопытства ради, решил проверить, на самом ли деле народные немецкие автомобили делаются из пластмассы, и расковырял штык-ножом несколько «Трабантов» на стоянке.
Сразу за нашим полком начинался лес, тянувшийся до самого Бухенвальда. Сказать по правде, мне в Цайце очень не хватало настоящего леса, прогулки между немецкими дачами были не в счет. А тут, как оказалось, можно было собирать ежевику и настоящие грибы! Сразу же нашлась родственная душа – жена прапорщика  с соседней кухни Богдана Ивановна П. Через щель в бетонном заборе она повела меня сначала на ежевичную поляну, а потом на вырубку за опятами. Через  некоторое время я освоилась настолько, что при отсутствии попутчиков ходила в лес одна, даже пару раз основательно заблудилась, проплутала до ночи и вышла на другом конце города. Именно тут я увидела настоящие буковые леса и влюбилась в гигантские деревья с серебристыми стройными стволами. На краю леса располагалась каштановая аллея, а в целом, он был смешанным – тут  встречалось все от елей до берез и кленов.
Наш полк располагался на окраине города на горе, сам  Ваймар находился ниже. Естественно, культурный центр Германии, город Шиллера и Гете, город музеев и театров. Кстати, тут была неплохая оперная и балетная труппа. Очень красивы пригороды – парки, музеи, дворцы… Множество интересных зданий, скульптур, музеев. Как и в центре каждого немецкого города – пешеходная зона, старинные здания, модные магазины и кофейни… Никаких разрушенных кварталов – американцы знали, что эту зону будут освобождать они и почти не бомбили, поэтому все сохранилось в неприкосновенности. Из-за чрезмерного количества советских военных и туристов отношение к нам было много хуже, чем в Цайце. Ну, тут я немцев понимаю. Кому понравится орда нагловатых покупателей ковыряющих все пакетики на полках, лезущих без очереди к прилавку, тыкающих во все пальцами, причем, без намерения купить испорченные вещи. Да и выезды наших войск  на учения доставляли мало радости – редко обходилось без вывернутой брусчатки, снесенных светофоров, раздолбанных углов зданий. Ну не подходят средневековые улочки для советских танков и БТР с отличниками боевой  и политической подготовки за рычагами управления. Зато иногда поднималась в глубине души радость при виде прижимающихся к стенам  аборигенов во время прохождения нашей техники. Бухенвальд был от Ваймара в восьми километрах.

:) Да, в Германии очень уютно -  во всяком случае, в маленьких городках...  ;D А сейчас "предприимчивые фройляйн унд хеерен" любят дурить "руссише дойче"...

Танюша, очень интересно. Рубрика "глазами очевидца" :D Пишите еще, дорогая эрэа. ;)

Эр Konstantin, Yaga,  :)

Хорошие у вас мемуары. Каждый раз с удовольствием читаю...  ;)

Спасибо, эр Уленшпигель :)
Только "мемуары" слишком громко, так, записки полусумасшедшего ;D

С точки зрения историка, человека интересующегося эпохой, такие записки самый ценный материал.

                      Бухенвальд
Впервые в самый знаменитый немецкий концлагерь я попала еще до переезда в Ваймар. В первый год пребывания в ГДР мой муж умудрился дважды попасть в госпиталь. Один раз в Галле с пневмонией, которую заработал по моей нерасторопности и вине нашей железной дороги. Я не сообразила, помимо контейнера, отправить багаж с самым необходимым, а наш контейнер блуждал по дорогам Союза и Германии четыре(!) месяца. Каждое утро я, как на работу, отправлялась на вокзал в Цайце выяснять, где находится  наши вещи. Ситуация изменилась только, когда более внимательная пожилая немка еще раз уточнила вместе со мной каждую цифру номера контейнера. На цифре 4 она споткнулась.
- Фир?!
- Я, я – фир, - подтвердила я.
- О, майн Готт! – немка опять схватилась за голову.
Выяснилось, что коряво написанную четверку немцы принимали то за семерку, то за единицу. За это время наш контейнер дважды сходил из Союза в Германию и назад. Тем временем основательно похолодало, ежедневное построение на плацу в  кителе без шинели привело мужа в госпиталь.
  Во второй раз он попал в Ваймар с обострением давнего хронического заболевания глаз. По причине отсутствия работы я большую часть времени проводила со своим болящим и в поездах. Незадолго до выписки мне был обещан своеобразный подарок ко дню рождения – прогулка в Бухенвальд. Стояла золотая осень, леса, окружавшие концлагерь, полыхали золотом и багрянцем. Это был солнечный яркий день с синим, без единого облачка небом, с паутиной бабьего лета и ласковым теплом последних предзимних дней. Тем мрачнее казался контраст между черным плацем лагеря и окружавшей ограду яркой лесной каймой. Мы прошли через ворота со знаменитым «Jedem das Seine» и очутились в другом мире. Пожалуй, больше всего поражало бездушие и рационализм – смерть, поставленная на поток. Ничего не пропадало зря: волосы шли на набивание матрасов, кости дробились в специальной машине, зола продавалась в качестве удобрения… От бараков, практически ничего не осталось, их, собственно, начали разбирать после войны, об этом рассказывал еще дядя моего мужа, прошедший с боями путь с Харьковщины до Германии и  отслуживший в Ваймаре несколько лет после войны. На месте бывшего лагеря оставалось ограждение, дом коменданта, крематорий, музей. Причем, говорят, количество экспонатов в музее с каждым годом уменьшалось, наиболее шокирующие, типа коллекции кусков кожи с татуировками или абажюров из человеческой кожи, постепенно исчезали. На краю посыпанного черной крошкой плаца стояло высохшее дерево. По легенде, Гете, обожавший верховые прогулки в живописных окрестностях города, однажды присел тут отдохнуть и, глядя на великолепный пейзаж внизу, произнес: «Здесь чувствуешь себя по-настоящему свободным!» Мог ли предположить великий гуманист и вольнодумец, ЧТО будет здесь через несколько поколений?
Крематорий, ростомер для выстрелов в затылок, место гибели Тельмана, дорога смерти (узники должны были по ней бегом катить тяжелые тачки из каменоломни), барак для «медицинских» экспериментов…  И самое потрясающее, что люди тут умудрились создать подпольную организацию, подготовить восстание – к приходу американцев лагерь был освобожден своими силами! Пониже самого лагеря, в нескольких сотнях метров, находится гигантский мемориальный комплекс – скульптурная группа, стелы в память представителей более сотни национальностей, знаменитый «Бухенвальдский набат» - башня с колоколом. Вот только впечатления после увиденного в лагере, грандиозный памятник не производит. Отсюда открывается замечательный вид на лежащий у подножия горы город. Говорят, после освобождения, американский комендант приказал привести тысячу жителей славного города Ваймара и показать, что находилось рядом. Большинство божились, что даже не подозревали о творящихся тут ужасах

И за этот рассказ спасибо. Тоже нужно знать.

Да, нужно. Я потом еще там бывала два раза с учениками и с женсоветом, но первое впечатление было самым сильным.

    "Говорят, после освобождения, американский комендант приказал привести тысячу жителей славного города Ваймара и показать, что находилось рядом. Большинство божились, что даже не подозревали о творящихся тут ужасах"



Не просто "говорят" - привели, показали - в принудительном порядке.  Некоторые фрау от увиденного падали в обморок.

:) И вновь кланяюсь, эрэа Tany. Я Вас понимаю - довелось три года назад в Дахау побывать.  :'(    - больше всего поражало бездушие и рационализм – смерть, поставленная на поток. - аналогичная картина...

:) эр Уленшпигель
С точки зрения историка, человека интересующегося эпохой, такие записки самый ценный материал. -ППКС!

Присоединяюсь к поклонам. А мне довелось побывать в Освенциме, и та же картина: бережное сохранение всего, кроме людей. Надпись над входом в Освенцим давно известна своим перевернутым "B", и недавно - тем, что несколько поляков ее украли по заказу одного шведского коллекционера - интересно, куда он ее собирался приделать? Надпись и воров нашли, но на воротах теперь копия.

Картинки и история - здесь (http://ru.wikipedia.org/wiki/Arbeit_macht_frei).

Drago63, эры Уленшпигель, Konstantin, Colombo, вот чем чаще слышу фразы типа "Это не должно повториться", тем больше вижу случаев повторения в еще более жутких масштабах. Увы, ничему никого история не учит, или учит не тех и не тому >:(

Drago63, эры Уленшпигель, Konstantin, Colombo, вот чем чаще слышу фразы типа "Это не должно повториться", тем больше вижу случаев повторения в еще более жутких масштабах. Увы, ничему никого история не учит, или учит не тех и не тому

:'( Увы, эрэа Tany, это так. Сколько раз пришлось в этом убеждаться...То преподаватель - человек вроде бы добрый, честный, на полном серьезе говорит, что Адольф - хороший был мужик, а Холокоста не было... То другой утверждает, что ... африканцы Россию погубят... Помню, когда в школе работал, мой ученик, Олег, с гордостью сообщил. что он - нацист, и идет на великий праздник - было 20 апреля... "Разруха в головах".   А чуть что - "школа не доглядела". У нас вот на днях трагедия была -  на всю страну новость прогремела - маньяк зверски замучил 10 -летнюю девочку. А потом во всем обвиняли директора школы, в которой бедная девочка училась... :'(

Да уж, не совсем в тему, возможно, но у нас школа всегда во всем виновата, ну если исключить еще кацапов, евреев, хохлов... в зависимости от региона. У нас пару лет назад как раз на 20-е апреля милый парнишка убил свою знакомую соседку-пенсионерку. Имела неосторожность ходить в красной куртке. И ведь признали невменяемым стервеца.

Впрочем, не будем о грустном.

Гаштеты

Среди  самых ярких воспоминаний – немецкие гаштеты. Что такое гаштет? Определить одним, привычным нам, словом достаточно трудно, особенно в советское время, когда наш общепит особыми изысками не страдал, и сравнивать было не с чем. Прежде всего, конечно пивная, ибо море разливанное пива там – это непременный атрибут. Кроме того – рюмочная и закусочная, а также специализированный ресторанчик, местный клуб, любимое место общения и времяпровождения для окрестных жителей. В Цайце у нас любимым гаштетом был «В садике у Дитера». Его хозяин, среднего возраста брюнет вместе с женой Ренатой жили в деревне рядом с городом и являлись владельцами двух гаштетов. По неписанным правилам, кормили во всех гаштетах до семи вечера. Обычно подавали неизменные вурстхен – сосиски (отварные или жареные на гриле), копченые свиные ребрышки, куриные окорочка или крылышки – все это зависело от связей и предпочтений хозяина. К мясу -  различные гарниры:  картофель фри, запеченные или маринованные овощи, грибы… После семи вечера оставалось только пиво и более крепкие напитки. Поначалу нас поражала способность немцев без закуски пить водку, запивать пивом и снова возвращаться к водке. Конечно, советские офицеры им не уступали и не сдавались, но в домашней обстановке предпочитали все  же не смешивать различные напитки и закусывать основательно.  Впрочем, немцы ходили в гаштеты не за выпивкой, а за общением. Частенько можно было наблюдать за соседним столиком двух немолодых фрау, с тщательно уложенными седыми кудряшками, весь вечер потягивающих один стакан пива или рюмочку вишневого ликера и оживленно беседующих о своем, девичьем. Хозяин гаштета непременно на несколько минут подсаживался к каждому столику, справлялся о делах, принимал рюмку угощения и продолжал обход зала.
Очень популярны были специализированные гаштеты: рыбный, охотничий… В рыбных, как правило, зал украшали сети, штурвалы, муляжи рыб, в охотничьих – рога, чучела. Соответственно, подбирались салфетки, посуда, даже картонные подстаканники с рыбной или охотничьей символикой. Маринованные овощи в таких заведениях были бесплатным дополнением, их мог по своему вкусу выбрать на специальном столике каждый посетитель. Иногда, на наш вкус, к мясу или рыбе  подавались престранные гарниры. Так в Ваймар к форели добавляли смородиновое варенье, а в Зуле в охотничьем гаштете лосина подавалась с брусничным джемом.
По-настоящему пьяных немцев мы практически не встречали, но миф о том, что они пьют мало, развеивался при близком общении или тщательном наблюдении. Перед уик-эндом тележки в супермаркетах ломились от «фаустов» (750мл бутылок) с горячительными крепкими напитками, а пиво закупалось ящиками. Должность политработника предполагала обязательное общение с немецкими функционерами, в том числе, в неформальной обстановке. Помнится, в первый год  пребывания в стране нас пригласил к себе на вечер местный бонза. Конечно, было очень интересно побывать в доме у местных жителей. Прием произвел на меня двоякие впечатление. Комнаты были просторны, со вкусом обставлены, но, на мой взгляд, темно-коричневые крашеные стены и аскетическая пустота не слишком вязались с домашним уютом. Нас угостили парочкой неизменных бутербродов, мужчины выпили по бокалу брандвайна – местного заменителя коньяка, мы с хозяйкой по рюмке неизменного кирш – вишневого ликера, на десерт нас осчастливили кусочком шоколадного кекса, собственноручно изготовленного супругой. Мой сладкоежка-муж похвалил выпечку, предложил мне взять рецепт, но по его убийственному взгляду было ясно – если я  попробую воплотить немецкий рецепт в жизнь, наш брак окажется перед серьезными испытаниями. В гостях мы пробыли около часа.
К ответному ходу я готовилась три дня. В дело были пущены все изыски русской и украинской кухни в сочетании с привезенными из Союза припасами и возможностями немецких гастрономов. Для поддержания компании пригласили пару семей друзей-офицеров и соседей. Около трех часов ночи, после полуторачасового распивания в коридоре третьей бутылки «на посошок» наши гости удалились, горланя вперемежку немецкие и русские песни, отягощенные знанием нового тоста: «на коня». Мы с мужем устало переглянулись и пошли убирать со стола остатки банкета – вечер удался!

:D  ;D

признали невменяемым стервеца
:'( И это - не самый отвратительный случай...

Впрочем, не будем о грустном. Да!



:) Спасибо, эрэа Tany ! Германия предстала перед глазами, как наяву...

Тут вот в одной из  соседних веток форума одна особа просто упирается , что все должен решать суд... Вот как то мне представляется, что сие мнение основано не на знакомстве с  объективной реальностью...  ::)
"Да здравствует ... объективный и самый справедливый в мире суд!"  ;-v

:) Эр Уленшпигель
одна особа просто упирается , что все должен решать суд...

:) В принципе, я согласен, если он будет эффективным. Хотя после таких случаев, как трагедия с Аней Прокопенко у нас, на ум приходит другое слово, прости меня Господи - "самосуд". >:(


:) Эрэа Tany
По-настоящему пьяных немцев мы практически не встречали, но миф о том, что они пьют мало, развеивался при близком общении или тщательном наблюдении.

:D Это точно. Хотя такое пиво, как у них, и я бы с удоовльстием потреблял в огромных количествах. (Хорошего советского пива не застал - на момент распада СССР мне и 13 -ти не исполнилось...

Покажите мне такой суд, я сам буду за, но я люблю только научную фантастику... :'(

Yaga :-*
Эр Konstantin, пиво бывает хорошим и очень хорошим... ;D хотя, довелось мне пить нечто на Кавказе... ;)
Эр Уленшпигель, увы, да :(