Форум официального сайта Веры Камши

Оно - драма с относительным хеппи-эндом.
Первая проба писать о грустном.
И опять - о лишь мельком упомянутом персонаже.
Оно само по себе вышло! Я и не думала писать на эту тему... Но что получилось, то получилось.
Буду очень рада любым комментариям!
За психологическую достоверность - не ручаюсь.


Половина десятого.
Бьют колокола.
Тяжёлый звон падает на улицы и крыши Эйнрехта, словно вгоняя их в землю.
На небе - ни облачка, а кажется, что рушится небо, тяжёлое, как колокольный звон.
Окно - открыто, и слепит глаза висящее надраенной рындой солнце, как говорил муж.
Лёгкий ветерок. С востока. Как раз из Рассвета...
Как же я надеюсь, что сегодня там будет одним обитателем меньше!
А что мне ещё остаётся? Надеяться - и молиться.
Что могла - я уже сделала.
Сейчас - черёд остальных.
Я не плакала, когда сердце сжималось от боли в ту роковую ночь. Я пыталась верить, что всё обойдётся.
Не обошлось.
Я не плакала, когда учтивый святой отец отдал мне браслет моего Ади. Рассказав о муже и Олафе.
Только ком в горле мешал говорить, чернота в глазах - видеть.
А когда он ушёл, напилась впервые в жизни.
До зелёных кошек.
Потом мне сказали, что я пыталась покончить с собой.
Как меня остановил Генрих - не знаю. Но брат всегда умеет настоять на своём...
Я бы умерла от горя, но Генрих опять меня удержал. Уговорил жить - ради шанса, что у меня... у нас с Ади... может быть ребёнок.
Генрих оказался прав.
Я родила сына. И назвала его Олафом - в честь человека, за которого мой муж отдал жизнь...
Даже если бы Ади не просил меня об этом, уезжая - а тогда мы ещё не знали, что я рожу сына - я бы по-другому не поступила. Просто не смогла бы...
Олаф... сложись всё по-другому - он стал бы избранным отцом моего сына.
Не сложилось.
Теперь - один мёртв, второго сегодня казнят.
Если не случится ничего непредвиденного.
А оно случится.
Наша семья всегда исповедовалась только Славе.
Когда-то Олаф мне сказал: если что случится - я всегда могу обратиться к святым отцам ордена Славы - и всегда получу нужную помощь.
Знал бы он, что его совет спасает ему жизнь...
Когда я узнала о приговоре, я не удивилась. От отморозка на троне и падали в море ждать другого было бессмысленно.
Только стало очень погано и очень тошно.
Я никогда не умела плакать. А бороться, стиснув зубы, меня научили моряки...
На исповеди в церкви облегчила не только душу, но и кошелёк, отдав почти все наши с Ади  сбережения и свои драгоценности. На благое и святое дело - чтобы Олаф остался жив.
Принимавший исповедь отец Луциан - и отдавший мне когда-то браслет - благословил меня. И обещал, что мой дар не окажется напрасным.
Я поинтересовалась - могу ли я ещё что-то сделать... Отец Луциан сказал мне растить сына и молиться. Пообещал обратиться за помощью, если будет нужно.
Я не выдержала и спросила - а можно ли устроить побег. Я над этим долго думала - но прекрасно понимала: в одиночку я не смогу ничего. А за каждым моим шагом следят фридриховы ублюдки. Даже с моряками не поговоришь...
Священник ответил мне, что всё в воле Создателя. В том числе - и успешный побег. Я пообещала святому отцу сделать всё, что в моих силах.
Впервые за последнее время меня немного отпустила кошмарная тяжесть.
Я не могла помочь мужу, но Олаф ещё жив, и я могу для него что-то сделать.
"Львы" обращались дважды ко мне за помощью - через моего духовника.
Первый раз - просили тёмную плотную ткань. Второй - много ниток.
Вероятно, для каких-нибудь повязок, чтобы не узнали...
Я не могу с оружием в руках освободить своего адмирала. Но что могла, я сделала.
Вчера отец Константин, мой духовник, дал мне понять, что попытка отбить Олафа состоится. Утром.
Теперь остаётся - ждать. И надеяться.
— Попросим же у Создателя, дабы вразумил, укрепил и не оставил заботой...
Скрещиваю пальцы.
Если повезёт - отдам свой любимый жемчуг. В "львином" храме.
Слёзы?.. откуда?..
Вероятно, слепит солнце.
Оно ничуть не пошевелилось...

Колокол смолк. А на сердце тяжесть осталась.
Опираюсь на подоконник. Неудачно - треснул рукав платья...
И отлично! Неприятности - сметана закатным кошкам, и пусть они будут у меня, а не у Олафа.
Вдалеке - отголоски боцманской дудки. В Эйнрехте?! Откуда?!
Впрочем, очень даже понятно, откуда.
Оттуда, где должна быть...
Не только жёны моряков не бросают своих. Настоящие моряки - а не всякие ублюдки - своих не бросают. Никогда.
И если я права, то Олаф уйдёт из Эйнрехта свободным.
Как его освободят - не знаю. Но не позже вечера - узнаю.
Галдят торговки, вовсю кричит какой-то выпивоха, зазывает к себе в лавку галантерейщик... А я всё смотрю в раскрытое окно. В темноте и духоте я - задохнусь.
Стою, смотрю. Думаю. Вспоминаю.
Первая встреча. Дочка трактирщика вовсю таращится на красавца-моряка с тёплыми глазами...
Первый букет цветов от Ади.
Первый поцелуй - робкий, несмелый.
Ну и что, что милый на 12 лет старше меня?! Мы друг друга любим, а остальное - неважно.
Наша с Ади свадьба. Любимый одевает мне на руку браслет, целует меня, и я тону в облаке счастья...
В годовщину нашей свадьбы Ади перевели на корабль Ледяного. С тех пор у нас эта дата - двойной праздник.
Первый удар - я никак не могла зебеременеть. Врачи сулили мне бесплодие... и сказали, что спасти меня может лишь воля Создателя.
Выручили свои. Скинулись на богатое пожертвование, Олаф - первый.
Через четыре года я забеременела.
И почти сразу же потеряла мужа.
Как у меня не случился выкидыш - не знаю. Я не врач.
Знала бы я, что ношу под сердцем ребёнка Ади - никогда бы не напилась...
Сейчас малыш много ест и ещё больше спит. Он вырастет большим, сильным и здоровым. Как отец. И дай ему Создатель ходить в юнгах у своего тёзки!
Создатель, дай это им обоим!!!

Крики горожан. Поймали вора...
Выглядываю в окно. Лучше глазеть на воришку, чем открыть сердце демонам уныния и жалости к себе. Прав отец Луциан, тысячу раз прав! И - Создатель, пусть твой верный раб окажется правым - в главном сейчас!
Кричат за углом, мне отсюда - не видно.
Как же тяжело ждать!..

Я глянула влево. Глупое сердце сделало отчаянное сальто и ухнуло куда-то вниз.
Двое горожан поддерживают монаха, троица направляется к уличающей вора толпе...
Монах идёт небыстро, но уверенно и с достоинством, хоть ему и нелегко.
Эту походку я узнаю - из тысячи.
Обошлось!
Создатель, обошлось!!!
Я радостно рассмеялась.
Идущий справа от монаха резко поднял голову, ища смеющегося. Грольше! И как я его не узнала?!.
Шлю ему широкую улыбку. Он узнал, быстро подмигнул в ответ.
Неосторожно шевелю рукой. Рукав порвался окончательно.
И - ещё раз - ура! Закатные кошки удачи, вот вам сметана, а мой адмирал пусть останется жив и свободен!
Вот они поравнялись со мной...
Провожаю идущих взглядом. На углу Олаф неожиданно оборачивается, на долю секунды мы встречаемся глазами. Мой дом - угловой, они недалеко отошли, лицо вижу - до мельчайших подробностей.
Плюнуть бы сейчас на всё, крикнуть что-нибудь разудалое, спрыгнуть бы вниз - второй этаж, невысоко, кинуться бы вдогонку, подбежать бы, упасть на колени, прижаться лицом к его рукам!.. Нельзя. Даже крикнуть нельзя. Только улыбаться. Хоть это! И это радует...
Улыбаюсь губами и глазами, вкладывая в улыбку всё, что на душе. И получаю усталую, быструю, тёплую улыбку в ответ.
Олаф, как я же рада, что вы живы! Только уцелейте, слышите?! Если вам придёт в голову блажь помереть, можете ко мне с сыном - не приходить!!!
Ну и чушь в голову лезет...
Провожаю уходящих взглядом.
Ушли.
Облегчённо выдыхаю.
Только бы всё остальное тоже удалось!..

Вечера я - еле дождалась. Я с ума сходила от беспокойства, хотя и не подавала виду.
На вечерню я отправилась в "львиный" храм - отдавать жемчуг и расспрашивать отца Луциана.
Всё удалось. Адмирала вывезли из Эйнрехта.
Хвала Создателю, храбрым морякам и их помощникам!..

Домой я шла спокойная, на душе было легко.
Мой сын вырастет похожим на отца... и на вас, мой адмирал. И вы ещё наплаваетесь вместе.

Я буду за вас молиться - Создателю и Морю. Надеюсь, мои молитвы не пропадут бесследно...

Оно - в целом и хорошо. Вообще очень мне лично нравится, когда начинают говорить "персонажи неизвестные".

Вы молодец, эрэа Полярная Звезда! Очень эмоционально выразительно и очень визуально. И ещё - мы только  слышим мысли женщины, а в то же время в тексте - действие. Он очень динамичный, этот текст. И видишь всё, даже оторованный рукав видишь. Спасибо! :)

Восторгаюсь. Претензии к лексике малообоснованны, поскольку всех традиций и обстоятельств мы не знаем. Так придирались к Анджею Сапковскому по поводу бранного слова "холера" - анахронизм, мол ("курва" вопросов не вызывала в принципе). "Падаль в море" - так и надо.

Но главное - интонация рассказа, от начала и до конца. Замечательно.

О, спасибо, это прекрасно!
Мне всегда было обидно от мимоходных мыслей Руппи о жене кпитана Шнееталя - что, вот так-таки иничего? А если как у вас - оооочень даже чего!
Спасибо! :)

Vieux Gogan, Convollar, Colombo, Мирилас, огромное вам спасибо!!! :D ;D Мне очень приятно!


Мне тоже нравится!
Есть такое... и музу бросать нельзя, и фонетика недоделанная вопиет ;D

Возможно... но отца Константина мне - мало!
Ясненько...
Мерси за критику!
Про "отморозка" - прямо мысли читаете! ;D
Остальное - не хочу менять... Я бы не сказала, что часто. Если бы через два слова на третье - был бы перебор. А так...

[spoiler]У меня Ваша тема упорно не открывается :([/spoiler]

Благодарю! :D
Не ожидала такой отзыв получить... опасалась, что не удастся передать словами то, что в мозгу родилось и так, как я это вижу и чувствую... Раз удалось, я очень рада!  ;D

Спасибо! :D
Падаль - она и в море падаль... плохо, когда эта падаль гробит других.
Ну так падаль - и получила по заслугам!

Интонация рассказа...  :D я опасалась, что она не понравится, окажется неудачной...

Спасибо! Рада, что это так!
Мне тоже было не по себе, и я не поверила. И попробовала взглянуть с другой стороны....
Руппи - не всеведущ... он тоже может ошибаться...
Я очень рада, что получилась приличная версия, не противоречащая логике сюжета! :D

Ради одного стиха новую тему заводить не хочу. Пусть будет тут. Тематика-то северная, дриксенская и кальдмеерская. Настрой драматичный, но не безнадёга. Значит, подходит.
Ради трёх фраз я думала написать фанфик. А получился стих, и так он мне даже милее. Вернее, я это упорно вижу не стихом, а песней. Оно родилось на бьющийся в сознании мотив и отчётливо им звучит. Я бы и рискнула спеть его под гитару, но мне не хватит пронзительности струн - я не соберано и с гитарой дружна не настолько. В общем, оно стих, мне нравится, вам, надеюсь, тоже понравится.


Снег шёл...

Снег шёл, теряясь в небе хрустальном,
Снег летел, оседая жемчужным морем.
Замок мёрз, и льдистым силуэтом
Окна вышиты.
Снег пел о прошлом и настоящем,
И о будущем, мелочном и великом.
Снег смолк, заслышав за толстой рамой
Тихий разговор.
В летах дама с морисской шалью,
В летах военный со льдом во взоре.
-Госпожа Штарквинд, при власти этой
Не выживу.
Не хочу, чтоб смерть моя стала зряшной,
Прошу Вас регента с его кликой
Уничтожить. Мёртвые не имут сраму,
Нужен им покой.
Не водить мне флот, не достать мерзавцев,
Но я мёртвым буду в разы полезней.
...Снег мчался в небо в извечном танце
С тихой песней.

Полярная Звезда
Ничего ж себе трактовка!..
Очень... интересная и моговыносящая. Очень.
Спасибо.

:-[ Я премного благодарна. Засмущаете!
А вообще... вообще я именно так всё и вижу. Как вижу, так пишу...
А чем она мозговыносяща, если не секрет?  :D

Полярная Звезда
Тем, что это не Элиза Олафа бросила регенту на растерзание, а он сам, добровольно, на смерть пошел.
Хотя против этой теории говорит - когда бы они успели переговорить? - но "за" то, что Олаф дергался - Руппи сам ли всё придумал, или подсказали ему. Чтобы Элизин план сорвать...

Ясненько...
М-м-м... Элиза же в письме Руперту, том самом, после нападения на возвращающихся из Талига Олафа и Руппи, пишет, что намерена встретиться с адмиралом. Сейчас полезу в книгу, приведу точную цитату.

Вот, нашла. СЗ, том 1.

Ну вот таким мне Олаф видится... ничего не могу с собой поделать... (с тем, что он мне очень дорог, тоже)...
Вот меня этот момент тоже подтолкнул к именно такому видению: то, как я чувствую Олафа и вот это вот неспокойствие по поводу самостоятельности придумки. Одно дело - привязанность между Руппи и его адмиралом, а другое дело, кто парня подтолкнул, если подталкивал. И раз это оказывается первым пунктом в выяснении диспозиции, это оч-чень важно... Да и каким: "— Я боялся, что тебе подсказали...
Олаф? Боялся?!" Уж слишком оно подозрительно и вопиет...

Очень хорошо...

Я очень польщена... :D

Да, но там ещё Готфрид жив и здоров. :)
А вот если Элиза втот же Морской Дом примчалась сразу после того, как брат свалился, и успела переговорить.... а уж если там были её верные люди, и они сумели это в тайне сохранить...
А почему бы и нет?!

Ага. Вот меня и вынесло от такого поворота - я ведь не додумалсь, а это очень и очень вероятно!
Хот - Элиза могли и... бросить. А Олаф мог понять, ПОЧЕМУ его бросили, и признать, что это может оказаться полезным. Для страны и дела свержения самозванного регента. И опять-таки испугаться, что Руппи стал оружием в чьих-то нехороших руках...

Да, такое тоже могло быть! Или же в том разговоре в замке Элизы могли обсудить ситуацию и просчитать разные варианты, в том числе и при раскладе болезни/смерти Готфрида и регенстве Фридриха... и прикинуть действия в них. А потом их же и придерживаться...

Да... Оба варианта довольно вероятны. При обоих вариантах Олафа очень беспокоит эта возможность, что Руппи использует кто-то нехороший. Причём беспокоит постоянно и сильно. Ведь Олаф сразу после побега, как из лодки вылезли, так дотошно и серьёзно спрашивал, куда, дескать, Руппи направляется? Успокоился, когда чётко услышал - к Рихарду и Максимиллиану, следы заметать будем, а эти двое - люди честные и сами по себе. И что Руперт сразу же вернётся... Когда первый раз читала, я удивилась: мол, чего так волноваться, Руппи со товарищи ж виднее, раз планировали... А теперь перечитываю и удивляюсь, как я сразу не поняла причины такого чуть ли не допроса.