Форум официального сайта Веры Камши

8)

Продолжение
[spoiler]-Так Ваша команда тоже на площади?! – Рейна расстроено опустила голову. – Ну все… Теперь нам точно никто не поможет!
- А что случилось, малыш? – Капитан Ивар присел на корточки рядом с девочкой. – Расскажи! Я видел, Город пустой, на рынке и в тавернах никого, дома закрыты…
- Это все из-за них! Из-за тех людей, которые на корабле с клетчатыми парусами приплыли!
- Я их видел, - кивнул капитан. – Они пришли после нас, и сразу направились к губернаторскому причалу, я подумал, важные гости…
- Это не гости, это маски! – выпалил вдруг Ян. – Вы их не видели, а у них маски вместо лиц!
- И они останавливают Часы! – перебила его Рейна. – Уже сломали Большие, и Маленькие, а теперь хотя еще и Вечные сломать! А тогда – все, понимаете?!
- И они заколдовали всех жителей, чтобы им не мешали!
- Понимаю… - протянул Капитан Ивар, выпрямляясь. – Слышал я кое-что об этих масках…
- Так Вы их знаете?!
- Не их, - поморщился Капитан. – О них. Моряки рассказывали, в море есть остров, и на нем даже домов нет, одни театры… И все люди носят маски, никогда не снимая. Говорят, они достигли необычайного искусства, но я никогда не слышал, чтобы они где-то еще появлялись…
- Капитан Ивар, это точно они! Маски! Что же делать, они всех забрали, а сами теперь… - Рейна беспомощно расплакалась. – И в море никто больше не выходит, и рыбу не покупают, только стоят там и смотрят, и смотрят!
- Сейчас же перестань! – строго сказал Капитан. – Вот еще, развела тут шторма! Что-нибудь придумаем, все вместе, если, конечно, молодой синьор меня не арестует…
- Я должен был бы это сделать, но, боюсь, у меня нет такой возможности! – вскинул голову Ян.
- Ян, ты что?! – возмутилась Рейна. – Прекрати немедленно задираться! Ты что, не понимаешь…
- Хватит споров, – спокойно остановил ее Капитан. - Нужно решать, как спасти Город! Я так понимаю, Маски и в самом деле хотят остановить Вечные Часы, значит, мы должны им помешать.
- Вечные Часы так просто не сломаешь! Нужно открыть механизм Ключом, который… ой.
- Вот именно, ой, – невозмутимо поддержал Яна Капитан Ивар. – И нам придется украсть его раньше, чем Маски до него доберутся.
- Опять?! Вы опять хотите украсть Ключ?!
-Не опять, а снова! А что, ты предпочитаешь отдать его нашим врагам?
- Нет, но…
- А раз нет, значит, это придется сделать нам. Вот только как?
- Пойти в Ратушу…
- И как ты собрался пройти через толпу? Думаете, они случайно собрали всех на площади перед Ратушей?
- Она самая большая…
- А еще теперь в Ратушу никто не войдет и не выйдет незамеченным! Ясно – сначала добудем Ключ, потом будем думать, как освободить горожан. Все, пошли! Эй! – окликнул Капитан Ивар нахмурившегося Яна. – У тебя есть другой план?
- А почему просто не захватить главаря и не потребовать, чтобы они ушли, а иначе мы его казним?
- Ты начитался пиратских историй, - покачал головой Капитан. – Ну кто тебе сказал, что они послушаются? Просто выберут себе нового предводителя. Может, мы прекратим спорить и займемся делом?!
Больше Ян не возражал, и все четверо, включая кота Алебастра, торопливо вернулись на площадь.
- Да, здесь нам не пройти… - покачал головой Капитан. – Мы к дверям и за час не пробьемся! Пошли с другой стороны, через окно.
Они обошли площадь переулками и, пробираясь пустыми дворами, вышли к задней стене Ратуши.
- Решетки! – ахнула Рейна, увидев тонкие кованые прутья, которыми были забраны полукруглые окна первого этажа.
- Сейчас разберемся. – Капитан Ивар ухватился за решетку, сильно дернул – и прутья, зашатавшись, повылезали из стены.
- Здорово! - невольно восхитился Ян.
Капитан только хмыкнул, разбил стекло рукояткой шпаги, распахнул раму, подтянулся – и забрался на подоконник.
- Залезайте! – протянул он руку друзьям. – Ян, подсади Рейну!
- Скорее уж я – его! – фыркнула девочка, подпрыгивая и легко подтягиваясь. – Эй, Ян, не отставай!
Через минуту все трое оказались наверху, а Алебастр запрыгнул сам, с разбегу.
Они были в Ратуше, в большом и гулком зале. Со стен в полумраке строго смотрели портреты Советников и Губернаторов, а в центре зала, за позолоченной решеткой, стояла высокая тумба из белого мрамора. На тумбе – стеклянный колпак, а под колпаком – маленький, как от шкатулки, серебряный ключик с колечком.
- Вот он! – Рейна подбежала к решетке. – Какой красивый! Ну, как мы его достанем?
- Хотел бы я знать… - Капитан Ивар подошел сзади. – Решетка такая частая, что через нее даже твоя ручка не пролезет!
- Так Вы что, на самом деле не знаете, как забрать Ключ? – Ян удивленно заморгал. – Вы же его крали!
- Ян!
- Я его не крал, - терпеливо вздохнул Капитан. – Сколько раз тебе повторять? Хотел, но не украл.
- Значит, Вы все-таки хотели!
- Ян, перестань! А что, если разбить стекло и зацепить Ключ чем-нибудь? – предложила Рейна. – Тогда мы его достанем!
- Это стекло разбить нельзя! – фыркнул Ян. – Можно подумать, тут простая стекляшка – да оно в трех пламенях закалено, я читал!
- И как же быть?
- Я думаю, здесь есть какой-то секрет, - задумчиво сказал Капитан Ивар, подергав золотую прядку волос над ухом. – Смотрите, даже замка нет – значит, решетку открывает какой-то секретный механизм.
-Пружина? – предположила Рейна.
-Может, и пружина… Так: Рейна, вот твоя часть стены, Ян – это твоя, я возьму на себя остальное. Нажимайте на все, что видите и до чего можете дотянуться, на каждый выступ, ясно!
-Ясно! – Рейна и Ян кинулись обследовать свои стены. Они нажимали на каждый выступ в каменных плитках, дергали за каждый завиток на портретах – ничего! Решетка оставалась неподвижной. Снаружи темнело, тени заползли в зал, а помост в центре площади засветился призрачным голубым светом. Изумрудные, Небесные и Вечные Часы пробили восемь, когда Ян, Рейна и Капитан Ивар снова встретились в центре зала.
- Не получилось! – с отчаянием вздохнула Рейна. – Ничего не получилось!
- Мы все осмотрели! – поддержал ее Ян.
- А может…
- Что?
- Может, мы не там искали?
- А где еще?! Всю Ратушу облазить?!
- Нет, не то… А если решетку открывает не пружина, а какое-то определенное слово? Или фраза?
- Какое?
- Не знаю…
- Нам что, теперь еще все слова перебирать?! – возмутился Ян.
- Нет, зачем же… ведь решетку делали очень давно, а тогда мастера придавали особое значение каждому слову. Раз Часы так важны для Города, то и слово должно быть очень важным! Что-то важное, понимаете?
- Любовь? – предположила Рейна.
- Слава?
- Правда?
Никакой реакции. Тени и тишина.
- Мечта?
- Надежда?
- Счастье?
- Вера?
- Знание?!
- Сила? Ой, Алебастр, ты что делаешь?! – Рейна вдруг заметила, что кот царапает один из прутьев решетки. – Тут нельзя точить когти, ты его поцарапаешь, Бастик, да перестань же!
Алебастр упрямо ткнул лапой прут и мяукнул.
- Похоже, он хочет, чтобы мы что-то увидели! – догадался Капитан Ивар. – Ну что там, Алебастр?
Он обошел решетку и опустился на одно колено у золотого прута, присмотрелся…
- Да здесь надпись! Рейна, Ян – смотрите!
И в самом деле – на решетке была выбита какая-то надпись, она шла вертикально, опускаясь до самого пола.
-Я не понимаю, что здесь написано! Рейна…
- Я не умею читать!
- Дайте мне! – Ян нетерпеливо оттолкнул их. – Это древний язык, но я его учил! Тут написано… написано… Вот: «Самая яркая искра  огня жизни».
- И все? Ты точно перевел?
- Вы что, мне не верите?! – возмутился сын губернатора. – Да сам Мастер Слов говорит, что у меня талант к древнему языку! Ну… Может, «ярчайшая», но что «искра костра жизни» - это точно!
- Загадка…- вздохнул Капитан, усаживаясь на пол. – Опять загадка…
- Неужели нельзя было просто написать нужное слово?!
- Так надежнее, - пожал плечами Ян. – Надпись можно прочесть, а вот разгадать трудно. Что это за «костер жизни»?
-Какое-нибудь явление? – неуверенно предположила Рейна. – Или опять чувство?
- Может, и чувство… Костер жизни, самая яркая искра костра… - забормотал Ивар, нахмурив лоб. – Костра жизни, самая яркая искра… Искра, искрящийся, искристый, искренний…
- Искренность! – воскликнула Рейна.
- Искренность? Ой…
Тихо щелкнув, решетка раскрылась, словно лепестки цветка, а стеклянный колпачок повернулся вокруг своей оси и откинулся в сторону.
-Получилось! – Капитан вскочил на ноги. – Рейна, ты молодец, ты угадала!
-Ура! Теперь берем Ключ, и…
Но не успел Капитан протянуть руку, как Ян неожиданно бросился вперед, и схватил Ключ, едва не свалившись через мраморную тумбу.
- Ян, что ты делаешь, отдай Ключ Капитану Ивару сейчас же! – возмутилась Рейна.
- Ни за что! Он его опять украдет! Я – сын губернатора, и Ключ будет у меня! – Ян отскочил в сторону, пряча руки за спиной.
- Ты же плохо видишь, ты его потеряешь!
- Не потеряю!
- Ладно, ладно, перестаньте ссориться! – Капитан Ивар примирительно поднял ладони. – Пусть Ключ будет у Яна, только ты не потеряй его, ладно?
- Не потеряю! – повторил Ян.
- Тогда уходим, нам тут больше нечего делать, вернемся на берег и подумаем… - но Капитан не успел договорить.
- Добрые синьоры! – прогнусавил вдруг чей-то противный тоненький голос. – Хорошие, благородные синьоры! – в призрачном свете от стены зала отделилась высокая фигура в клетчатом балахоне и сделала шаг к друзьям, протягивая руки.
- Бежим! – Капитан метнулся к окну, но было поздно: на подоконнике уже сидела другая фигура.
- Сюда! – но двери тоже заслонили собой враги.
Ивару пришлось отступить назад, к раскрытой решетке, заслонив собой Яна и Рейну.
- Кто вы и что вам нужно?! – крикнул он, выхватывая шпагу.
- Ой, какой сердитый синьор! – насмешливо прогнусавила фигура, делая еще шаг вперед и вступая в полосу света, проникавшего из окна. Рейна тоненько охнула и уткнулась лицом в рубашку Капитана, а Ян вцепился в Ивара с другой стороны. Это был тот самый человек, который первым шагнул на пристань с корабля! Он был очень высокий, весь ломкий, тощий, длинный балахон в красно-фиолетовые ромбы свисал с него, закрывая даже кончики пальцев, в черные волосы было вплетено бесчисленное множество маленьких злых колокольчиков, а лицо… Вместо лица у него была маска! Белая-белая, с черными глазами, а огромный рот вынулся дугой вниз, как у Печального Арлекина, да так и застыл, будто все время собирался зареветь! Кривляясь, чудище подошло еще ближе, и колокольчики дребезжали на каждый его шаг!
- Остановитесь! – крикнул Капитан Ивар. – Не подходите, или я убью Вас!
- Ой, какой злой господин, благородный господин, сердитый господин!
- Прекратите! – не выдержал Ян.
- Прекратите! Прееекратитеее! Пре–кра-ти-те! – заблеяли остальные маски.
Но предводитель резко хлопнул в ладоши, и они моментально замолчали.
[/spoiler]

Продолжение
[spoiler]- Пусть благородные, красивые господа не боятся! – завел он вкрадчивым голосом, наклоняясь вперед и складывая перед грудью рукава. – Мы бедные комедианты, мы не причиним им вреда, да и как можно?! Ой-ей, никак, мы только попросим благородных синьоров и прекрасную синьорину отдать нам одну вещицу, маааленькую такую вещичку, совсем благородным господам бесполезную, а нам очень нужную вещицу!
- Нет! – дрожащим голосом выкрикнул Ян. – Никогда не отдам!
- Пусть молодой синьор подумает! – угрожающе покачал головой Маска и бубенчики в его волосах глухо-глухо звякнули.
- Пусть подумает! – повторили остальные.
- Я не отдам вам Ключ! – Ян крепче вцепился в рубашку Ивара. – Вы сломаете Часы!
- Что за глупость пришла в голову молодому синьору?! – картинно изумился Маска. – Зачем бедным комедиантам ломать какие-то Часы?!
- А зачем тогда вам ключ?! – выкрикнула Рейна.
- Молодой и прекрасной синьорине незачем забивать свою головку пустыми делами! Отдайте нам ключ, и закончим с этим. – неожиданно его голос сделался жестким, из него как ветром сдуло фиглярство и гнусавость.
- Нет!
- Никогда!
- Хорошо!
Рейна и капитан Ивар потрясенно обернулись:
- Что?!
Ян сделал шаг в сторону и повторил:
- Хорошо!
- Вот и славненько, вот и …
- Но не даром! – перебил сын губернатора.
- И какой же платы потребует благородный синьор за маленький, бесполезный ключик?
- Ян, ты чего?! Что ты говоришь, ведь это же… они…- Рейна чуть не плакала.
- Помолчи, Рейна. – холодно оборвал ее Ян. – Не мешай.
- Что?! Да как же ты…
Но капитан Ивар тихонько сжал ее руку, и девочке пришлось замолчать.
- Хотите Ключ – тогда расколдуйте всех горожан!
- Расколдовать?! – расхохотался Маска. – Что имеет в виду молодой синьор?!
- Если вы сейчас же не расколдуете всех, я… Я сломаю Ключ!
Ян выхватил Ключ из кармана курточки и сделал вид, что хочет надломить тоненькие бороздки!
- Стой! – дернулась вперед Маска. – Не делай этого, не смей!
- Расколдуйте горожан!
- Но я не могу… - развел длинными рукавами тот.
- Как?! Ведь вы же…
- Я ничего не делал! Просто показал им представление, вот и все – разве я применял какие-то чары? Разве сковывал их цепями? Нет, сын губернатора, я всего лишь показал каждому его собственные желания, а дальше – их дело, смотреть или уйти из балагана! Ты же сумел уйти, так почему остальные не могут? – и маска расхохотался визгливым смехом, его слуги подхватили – и по залу загуляло гулкое острое эхо.
Ян растерянно хлопал глазами, озираясь по сторонам – он не знал, что же теперь делать…
- Ну, хорошо, – неожиданно Маска прекратил смеяться. - Хорошо, пожалуй, я могу немного помочь благородному синьору… Я ненадолго остановлю представление, и если благородный синьор сумеет позвать своих друзей – они откликнуться, но большего я не обещаю!
- Но…
- Только благородный синьор должен пойти с нами, он поможет нам открыть Часы Вечности, хи-хи-хи!
- Что?! Никуда ты не пойдешь!
- Но это правда… - Ян поднял на капитана Ивара испуганные зеленые глаза. – Механизм может открыть только тот, кто взял Ключ!
- Тогда мы пойдем вместе!
- И кто же позовет ваших друзей? – вкрадчиво напомнил Маска.
- Да замолчи ты! – не выдержал Капитан. – Или я тебя убью! Рейна, я ухожу с Яном, а ты останешься.
- Но…
- Позовешь мою команду, они должны услышать.
- Я не смогу! – отчаянно замотала головой девочка. – Нет, не смогу, я не умею!
- Сможешь. – уверенно кивнул Ивар. – Я знаю, что сможешь! – он опустился на корточки и заглянул ей в лицо. – Ты такая же храбрая, как твой отец. Рейна! Ты сумеешь нам помочь. Просто позови моих матросов, и скажи им, куда идти!
- Я… попробую…
- Вот и славно. – Капитан, поднявшись, обернулся к Маскам. – Сделаем так: мы все сейчас выйдем на площадь. Вы позволите девочке пройти через толпу и подняться на помост. Мы пойдем к Башне Часов и, как только окажемся наверху, вы остановите свое представление, чтобы мы видели все! А потом займемся остальным. Ясно?
- Ясно, ясно, благородный господин, умный господин, хороший господин! – заизвивался змеей Маска.
- Довольно! Незачем терять время.
Капитан Ивар, Рейна и Ян пошли вперед, к высоким дверям зала, ведущим на крыльцо Ратуши, Маски двинулись за ними, но никто не заметил, как Алебастр тихонечко шмыгнул в сторону, и исчез, растворившись в потемках. Двери распахнулись, в лицо друзьям ударил свежий ночной ветер, с высокого неба глядели прозрачные звезды, и где-то вдалеке билось о берег море. Люди по-прежнему стояли плотным кольцом, не отрывая пустых глаз от сиявшего голубоватым светом помоста.
- Не смотрите! – немедленно отвернулся Ян. – Капитан, Рейна – не смотрите туда!
- Вы обещали пропустить девочку. – опустив глаза, Капитан Ивар сделал шаг в сторону. - Выполняйте!
-Да, мой господин, да, я все выполняю!
Маска нелепо замахал длинными рукавами, зловеще взвыл – и люди откачнулись в стороны, освобождая узкий проход к центру площади.
- Рейна!
- Я боюсь! Я не смогу, ну точно!
- Рейна, просто иди, и не смотри туда. Когда эта мерзость будет остановлена – позови мою команду, просто позови их – я уверен, они услышат и придут на помощь! Иди же, Рейна!
И Рейна, словно во сне, спустилась по ступеням, не поднимая глаз, медленно пошла между живых стен…
- Не сумеет, - прошептал Ян.
- Сумеет, – откликнулся Капитан Ивар.
- Добрые господа, нам пора! – напомнил о себе Маска. Ян посмотрел на него с ненавистью, но подчинился – спустившись вниз, они повернули в другую сторону, пересекли площадь, шаги гулко звучали по пустым переулкам, дома стояли темные и холодные, без огня, без людей, только листья шуршали, опадая в неубранные дворики…
Но вот и окраина Города, вот и Старая Площадь. Высокий силуэт башни закрыл луну, тень легла под ноги. Ян поднял голову – там, наверху, были Вечные Часы. Длинные упорные стрелки медленно и спокойно двигались вперед, будто ничего и не случилось, круглый циферблат бесстрастно взирал на кучку людей у своего дома, людей, пришедших его разбить.
- Нам нужно подняться наверх, синьоры!
- Да, нужно! И не смейте ко мне прикасаться! – сын губернатора брезгливо сбросил со своего плеча ручку Маски.
Длинная винтовая лестница с полустертыми ступенями вела на верхний этаж, к механизму, куда долгие годы поднимался лишь седой Мастер Секунд. Луна светила в узкие амбразуры в стенах башни, ее холодный свет лучами прорезал темноту, ложился на грубые камни стен, испещренные непонятными знаками.
- Ты знаешь, что здесь написано? – тихо спросил Капитан Ивар, поднимавшийся следом за Яном.
-  Слова о верности, чести и справедливости. – ответил мальчик. – О дружбе, любви и правде. Похоже на стихи, но это уже ничего не значит…
И вот - последний этаж. Старая деревянная дверь тоненько скрипнула, распахиваясь – и Ян шагнул на площадку. Здесь было гораздо светлее, лунный блеск отражался от множества крохотных зеркал и разлетался повсюду причудливыми искрами. Как же здесь светло и легко должно быть в ясный солнечный день!
Механизм Вечных Часов окружала кованая решетка, и там, где она примыкала к стене, виднелась крохотная замочная скважина. Там, за решеткой, шевелились и тихонечко скрипели колесики, шестеренки и цепочки, сплетались и расплетались тонкие нити, поднимались и опускались золотые молоточки, кружились темные гвоздики, и лунные лучи то и дело вспыхивали на блестящих скобочках, покрытых древними узорами.
А в самой середине механизма неподвижно застыла темно-медовая капля янтаря. Она словно парила в воздухе, не касаясь ничего, теплая даже на вид, живая!
- Сердце Времени! – прошептал Капитан Ивар. – Так это не сказка!
- Открывай! – хрюкнул за спиной Маска. – Открывай решетку!
- А Рейна?
- Девчонка?
- Вы обещали! - капитан Ивар вновь выхватил шпагу. – Остановите представление!
- Ну, хорошо, хорошо! – Маска попятился назад: площадка была небольшой, и его подданные топтались на лестнице, бессильные помочь своему господину. – Получайте!
Растопырив руки, он забормотал заклинания, Ивар и Ян бросились к окну, из которого видна была площадь перед Ратушей.
Они увидели, как голубое сияние помоста заходило волнами, прыгая и опадая до самой земли, а потом сразу погасло.
Там, на площади, стало темно, и Рейна, скорчившаяся в тени помоста, осторожно приоткрыла глаза, подняла голову: ничего, толпа по-прежнему молча стояла вокруг. Девочка медленно поднялась, тихонечко взобралась по шаткой лесенке…
- Быстрее, ну быстрее же! – выдохнул капитан Ивар, различивший своими зоркими, привыкшими к морским просторам глазами, тоненькую фигурку, неуверенно выбравшуюся на помост.
А Рейна увидела под собой целое море человеческих голов, и глаз – глаз серых, голубых, карих, черных, безразлично уставившихся на нее, и ей стало страшно. Так страшно, что хоть поворачивайся и беги прочь, к дедушке! Она и повернулась бежать, но внезапно ткнулась носом в чей-то толстый живот!
- А-а-а-а! Кто это?!
Она отшатнулась прочь, однако ее не преследовали, не пытались схватить – человек, на которого она налетела, просто стоял неподвижно, опустив руки, и клетчатый балахон плотно обтягивал внушительное пузо, лицо скрывала белая маска с обвислыми щеками, но Рейна узнала печальные глаза, глядящие куда-то в недоступную даль, и черные волосы, которые шевелил морской ветер!
- Что она делает?! – в отчаянии воскликнул капитан Ивар. – Что же она делает?!
- Время вышло! – прогремел за его спиной жестокий смех предводителя Масок. – Я возобновляю представление!
- Нет!!  
Но поздно: помост уже снова вспыхнул голубым светом, и Рейна оказалась в самом его центре!
- Все пропало… - Ивар обреченно отвернулся от окна. – Мы погибли!
И не увидел, как Рейна на помосте внезапно кинулась вперед и обхватила шею толстяка руками:
- Папа! – прозвенел ее отчаянный вопль. – Папочка, очнись!!! Это же я, я, Рейна, папа!!!!
- Дочка? – неуверенно шевельнулись губы человека в маске. – Дочка?
- Папа, это я, ну очнись! – в голос плакала Рейна, обнимая отца. – Ты слышишь меня, папа?!
- Ренечка… - еле слышно выдохнул тот. – Где ты?
- Я здесь, я рядом с тобой, это я, папа! – Рейна схватила отца за руку и потянула вниз с помоста. - Пойдем со мной, пожалуйста, пойдем к дедушке! – Она тащила его, и плакала, и звала по имени, и они медленно, шаг за шагом, но приближались к лестнице, к спасительной прохладе тени!
А на башне Капитан Ивар бросился к решетке, закрывая ее своим телом:
- Вы не дотронетесь до Часов!
- Прочь! – взвыл Маска, наступая на него, растопырив руки. – Прочь, или умрешь! Мальчишка, открывай!
- Нет! – крикнул Ян, вскакивая с колен и выпуская Алебастра. Никто не заметил, когда вернулся кот, и как он проник в башню. – Я не буду открывать!
[/spoiler]

***
Мастер, как Вы и просили, спешу сообщить:
Я возвращаюсь. Багаж упакую - и еду.
С шутками мне бы, прощаясь, не переборщить,
Пса привязать, чтоб не мчался по свежему следу...
Здесь меня любят - я, право, не знаю, за что -
Люди простые, "плебеи", как Вы бы сказали.
Валом валят в разукрашенный цирк-шапито,
Дарят фиглярам букеты махровых азалий.
Яблони ветви тяжелые клонят к траве...
Мастер, подобной шарлотки Вы в жизни не ели!
Ночью над крышами лунный проходит корвет,
А на рассвете меня будит песня свирели...
Вообразите, здесь дамы не носят корсет.
Боже, какие счастливицы - дышат свободно!
Даже актриса участливый слышит совет,
А не холодное "милочка, что Вам угодно?"
Я полюбила рыбачить и пить молоко...
В этом году золотой уродилась пшеница...
Печь каравай оказалось не так уж легко...
Местный кузнец мне зачем-то повадился сниться...
Что там, в столице - открылся театр короля?
И, разумеется, он по соседству с таверной?
Если б Вы знали, как вечером пахнет земля!
Мастер, послушайте, я... не приеду, наверно.

Алебастр не зря вернулся. Что же дальше?
Вот это да! Отец Рейны жив.  Во время шоу она действительно его увидела или это была все-таки иллюзия?
Ян очень смелый - зря его всю жизнь так тщательно охраняли.

[spoiler]Магия Масок действует на тех, кто стоит неподвижно?[/spoiler]

Ох, какие стихи, эрэа!
Только ради того, чтобы их прочесть, стоило зайти на форум!
Респект! :)

  А стихи хорошие...

Последнее просто чудесное.  :)
Эрэа, а Вы свежие стихи выкладываете или "из закромов" вытаскиваете? Интересно просто.

prince_bundle, - интересная мысль... ;D сама я как-то не задумывалась над этим.
Spokelse, Уленшпигель, благодарю! :-[
Leana, когда как. :) Но это вот вчерашнее. :)

Продолжение
[spoiler]Рейна почти уже падала, голубой свет был вязким и жгучим, он держал девочку, не давая ей сделать и шага, а отец вдруг рванулся обратно, вырываясь из ее рук!
- Папа, стой! – всхлипнула Рейна. – Пожалуйста!!!
Она дернула его за руку, таща обратно, не удержалась на ногах – и полетела вниз с помоста, на землю! Площадь прыгнула ей навстречу и ударила в плечо, Рейна закричала от боли и страха…
- Ренечка? Ты ушиблась, маленькая моя?
- Папа? – размазывая слезы, Рейна приподнялась на камнях, которыми была вымощена площадь. – Папочка, ты здесь?
- Здесь! – теплые мягкие руки подняли Рейну с земли, обняли, как в детстве. –А где же мне быть, моя маленькая?
- Ты больше не уйдешь? – заплакала Рейна, прижимаясь к груди отца. – Не уходи, пожалуйста, не уходи!
- Никуда я не уйду! – засмеялся папа. – Не бойся, Ренечка, я с тобой!
- Правда?
- Правда, правда!
Рейна никак не могла поверить своему счастью! От радости она позабыла обо всем, только обнимала отца и плакала.
- Где ты был так долго, папа?! Мне говорили, что ты… ты…
- А разве что-то случилось? – удивился отец Рейны.
- Но как же! – девочка отстранилась и заглянула ему в лицо. – Ты что, ничего не помнишь?
- По правде говоря, нет! – смущенно улыбнулся Патрик.  – А что?
- Ой! – Рейна вдруг вскочила на ноги. – Папа! Нам же нужно спасать Яна, и капитана Ивара, они пошли на Башню, а Маски хотят сломать Вечные Часы, а Ключ у Яна, и он…
- Стоп! – прервал ее отец, стремительно поднимаясь: когда надо, увалень Патрик умел действовать очень быстро. – Какая опасность нам грозит, дочка? Успокойся и говори четко!
- Хорошо! – послушно кивнула Рейна. – Сейчас я тебе все расскажу, и мы им поможем, теперь точно поможем!

Тем временем на Башне Капитан Ивар схватился с Предводителем масок. Маска выхватил из рукава тонкий черный клинок и пытался пробиться к Яну, а Ивар закрывал его собой, не пропуская врага – только искры сверкали, и лунный свет полыхал на кончиках сталкивающихся шпаг!
- Капитан, не надо! Вас же убьют! – крикнул Ян. – Остановитесь!
- Вот еще! – отчаянно-весело откликнулся Ивар, только метнулись в свете луны его золотые волосы. – И не подумаю!
Но в этот момент Маска внезапно выкрикнул заклинание – и шпага капитана выпала из рук, а сам он пошатнулся, падая на одно колено.
- Открывай решетку, мальчишка, или я убью твоего друга!
- Это нечестно! – простонал Ивар, пытаясь подняться.
- Честность никому не нужна!
- Неправда! Лжец всегда проиграет!
- Хватит разговоров! Открывай решетку, мальчик, иначе…
- Ян, не делай этого!
- Я не могу, мне страшно! – Ян медленно подошел к решетке, трясущимися руками достал Ключ и попытался всунуть его в замочную скважину. Но руки мальчика дрожали так сильно, что целых две минуты он никак не мог этого сделать – Ключ попадал то справа от скважины, то слева, то выше, то ниже!
- Быстрее! – прорычал Предводитель Масок.
Ян вздрогнул от страха, рука его дернулась – и серебряные бороздки Ключа вошли точно в узкую щель, раздался щелчок, и… все. Ни туда, ни сюда – застрял!
- Пусти! – Маска отшвырнул Яна к стене, сам ухватился за ключ, он дергал его в разные стороны, толкал решетку так, что, казалось, она вот-вот не выдержит – напрасно! Замок заклинило.
- Ладно же! Я и так достану! -  и он просунул руку через прутья решетки, втянулся всем телом, рука в клетчатом рукаве все удлинялась и удлинялась, извиваясь между опасными колесиками механизма, а янтарная капелька задрожала, пытаясь отдалиться от этой руки. Но ее держали на месте древние силы, а Маска, зловеще шипя, уже почти дотянулся… И вот тут-то вперед бросился Алебастр, вцепился всеми когтями и зубами в ногу врага!
- А-а-а! – взвизгнул девчоночьим голосом Предводитель Масок, выдергивая руку. – Кто посмел, что это?! Отпусти немедленно! – и он принялся отдирать от себя кота, а лунный свет предательски упал на белую ленточку, обхватившую черную шею и маленький серебряный ключик, привязанный к ней!
- Он подменил Ключ! Гадкий мальчишка подменил Ключ!
- Алебастр, беги! – закричал Ян. – Беги!
Кот со всех лап метнулся назад, к лестнице, Маска хотел схватить его, но не успел, промахнулся – и шлепнулся на пол, так что вся башня задрожала.
-Задержите его! – страшным голосом закричал он. – Держите, у него Ключ!
Но Алебастр уже проскочил лестницу, царапаясь и кусаясь, выворачиваясь из хватающих рук – и помчался обратно, к Главной Площади!
-За ним! – предводитель вскочил на ноги и замахал рукавами. – За ним, догоните его, отнимите Ключ!
Маски, завывая и улюлюкая, сверзились с лестницы, и толпой помчались вдогонку коту; Ян и капитан Ивар  - за ними, они пролетели по спящим переулкам, и выскочили прямо в спины толпе. Алебастр метнулся под ноги плотно стоящим людям, направляясь к центру площади. Маски врезались в толпу, расшвыривая народ, а с помоста внезапно долетел отчаянный крик:
- Помогите! Мы здесь! Капитан, помогите нам!
Там, на помосте, метались две темных фигуры, а на них наступал голубой свет, грозя захватить, задушить, сжечь лучами!
- Продолжайте представление! – кричал Предводитель Масок, пробиваясь к помосту. – Продолжайте же, я приказываю!!!
А люди между тем уже начали шевелиться, приходя в себя, протирали глаза, словно проснувшись…
- Капитан, мы же не успеем! – отчаянно воскликнул Ян.
- Успеем!
- Они уже почти добежали, все пропало!
- Ха! – капитан Ивар с разбегу взвился в воздух, перекувыркнулся – и пошел кувыркаться, отталкиваясь от плеч и спин! Ян ахнул и открыл рот, глядя, как Капитан взлетает вверх, выгибается и вновь падает на толпу, повторяя сальто раз за разом, опережая бегущих к помосту масок!
- Продолжайте играть! – закричал Предводитель Масок, а капитан Ивар, последний раз взлетев в воздух, опустился на край помоста, обернулся…
- Альбатросы! – прогремел над толпой его голос. – Слушай мою команду! На абордаж!
Строго говоря, ему следовало бы крикнуть: «К бою!» или «В атаку!», но кто в такие минуты подбирает слова? Главное, чтобы тебя услышали! И капитана Ивара услышали: его матросы встрепенулись, поднимая головы, просыпаясь от дурмана колдовства – они еще не понимали, что же случилось, но видели, что капитан в опасности – и бросились на его защиту! Следом за масками взбежали на помост и накинулись на них, тесня к краю, сталкивая вниз, словно с палубы корабля!
А капитан вновь схватился с Предводителем, только шпаги сверкали, окутанные голубым сиянием! И на этот раз у Маски не было даже времени вспомнить вероломное заклинание – он едва успевал отбивать удары!
- Ты больше никому не причинишь вреда! – воскликнул Ивар, наступая на врага. – Никому на свете, клянусь!
- Капитан, осторожнее! – кричали матросы, но куда там – только звон стоял от сталкивающихся клинков!
- Рейна, берегись! – Ян, наконец, добежал до помоста и схватил девочку за руку. – Спускайся, там опасно!
И правда – длинный язык голубого света едва не дотянулся до ее лица, обжигая страшным своим холодом, но в этот момент шпага капитана Ивара, отбросив чужой клинок, вонзилась прямо в сердце Предводителя Масок.
И голубое сияние тут же погасло. На площади сразу стало темно, только луна светила с неба. И тихо. Замерли все: матросы, оттеснившие масок к краю помоста, Ян, закрывший Рейну плечом, люди внизу и двое врагов. Потом в этой тишине раздалось тихое шипение, будто пар выходил из проколотого пакета, и Предводитель Масок медленно осел на доски, съеживаясь на глазах. Клетчатый фиолетово-красный балахон укрыл его бесформенной кучей.
- Все, – спокойно сказал Капитан Ивар, отступая на шаг.
И действительно, все колдовство исчезло: люди в толпе начали приходить в себя, зашевелились, заговорили все разом, свита Предводителя, оставшись в одиночестве, жалась друг к дружке, и маски падали с их лиц, освобождая истинных людей, обращенных черным колдовством в чудовищ. Теперь эти люди потрясенно озирались по сторонам, не понимая, что же произошло с ними, почему они так нелепо одеты и как оказались в этом странном месте, да еще ночью, когда должны были спать у себя дома?!
[/spoiler]

Ян и Алебастр молодцы! Если бы не хитрость первого и реакция второго, ничего бы не получилось.

Ого! Такое бурное развитие событий...
Здорово!
Надеюсь, первая сказка на этом не закончится!

Эрэа Жак, какие замечательные стихи!..  :D
Спасибо Вам!

Присоединяюсь. Последнее стихотворение просто прелестно. Спасибо! :D

Теплое стихотворение :)

Эры и эрэа, благодарю! :)
Продолжение
[spoiler]- Капитан! – бросились к Ивару матросы. – Вы живы, Вы не ранены?!
- Нет, нет! – улыбнулся Ивар, глубоко вздыхая. – Все хорошо!
- Что здесь происходит? – раздался внезапно суровый голос, и площадь осветилась огнями факелов. – Отвечайте!
- Дорогу губернатору! Дорогу!
И это действительно был губернатор Города, вместе с женой, дочерью и слугами!
- Папа! Мама, сестренка! – Ян кинулся к отцу, обхватил руками, прижался.
- Вы живы, вы теперь все очнулись!
- Да что происходит? – недоуменно воскликнул Губернатор. – Ян, немедленно объясни мне, в чем дело?!
Но Ян больше и слова сказать не мог – только обнимал отца и плакал.
- Вы были околдованы, синьор. – ответил вместо него капитан Ивар. – Как и эти люди. Ваш сын боялся, что Вы никогда больше не очнетесь, но…
- Как посмел ты войти в Город, вор?! – прервал его Губернатор. – Стража! Арестовать его!
- Нет! – Рейна и матросы кинулись к капитану, закрыв его от стражников.
- Нет, отец! – Ян подбежал к ним и стал рядом.
- Нет, отец! – тихо, но твердо  повторила сестра Яна, Анна.
- Что?!
- Капитан Ивар – не вор! Это он спас наш Город, он убил Предводителя Масок, и защищал нас, отец!
- Его вина доказана! Арестовать!
-Не доказана, – капитан Ивар отстранил своих защитников и сделал шаг вперед. – Теперь я могу говорить!
Он опустился на колено рядом с телом Предводителя и одним движением сорвал с него маску!
- Не может быть… - в ярком свете факелов все увидели лицо сына Главного Казначея, того самого, что был свидетелем на суде.
- Я не крал Ключ!  - Капитан Ивар выпрямился и отступил на шаг.
-Тогда почему ты молчал?! Почему не рассказал все раньше?! – удивился Губернатор.
Ивар только вздохнул:
- Мне бы все равно не поверили… И я не мог предать друга, ведь он просил меня никому не рассказывать, что в ту ночь мы были в Ратуше вдвоем – он боялся, что и его накажут, я пообещал…
- Ах, значит, ты все-таки хотел украсть?!
- Не украсть! Я хотел только взять его в руки, потому что… потому… - и Капитан неожиданно замолчал.
- Говори же! Ты знал, что владеющий Ключом владеет сердцем Времени, и захотел этой власти?!
- Нет, клянусь! Есть легенда, что Ключом можно открыть не только механизм, но и сердце, и я хотел… открыть сердце одной синьоры…
- Хорошо, – важно кивнул губернатор. – Я принимаю твое объяснение и верю тебе. Капитан Ивар, с Вас снимаются все обвинения, Вы вновь гражданин нашего Города, и я щедро награжу Вас!
- Я бы ничего не сумел, если бы не Ян! – возразил Ивар. – Это он придумал подменить Ключ, а иначе все было бы напрасно!
- Вот как? – губернатор довольно улыбнулся. – Я рад, что мой сын не показал себя трусом, а сумел проявить находчивость!
- А я бы ничего не сумел, если бы не Рейна! – сказал покрасневший от похвалы Ян. – Это она ослабила чары! Она и ее отец!
- Очень хорошо! Завтра утром я жду всех в Ратуше, чтобы по достоинству наградить тех, кто спас наш Город! Ну а где же теперь Ключ, Ян?
- Здесь! – Ян посторонился, и вперед вышел кот Алебастр. – Баста тоже нужно наградить, отец! Ведь это он принес мне ключ от маминой шкатулки и спас настоящий!
- Замечательно, наградим и его! – губернатор осторожно снял с шеи кота ленточку с Ключом. – Но завтра. А сейчас – я отнесу Ключ обратно, и приказываю всем отдыхать!
И он, повернувшись, пошел к Ратуше. Люди тоже начали расходиться, усталые, но они все благодарили Яна, и Рейну, и Капитана за то, что те их спасли, и содрогались от ужаса, представляя, что могло бы иначе случиться с ними! В домах потихоньку зажигались уютным светом окна, Город оживал, над крышами заструились в небо тоненькие дымки, кошки повылезали на улицы и замяукали, а морской ветер радостно зашелестел листвой грушевых деревьев…Мама Яна обняла сына, прижала к себе и, не отпуская, повлекла за собой.
- Я завтра приду, Рейна! – крикнул сын губернатора. – Обязательно! Спокойной ночи!
- Спокойной ночи ,Ян!
- Так у меня ничего и не вышло… - грустно прошептал капитан Ивар, глядя им вслед. – И не выйдет уже никогда… Я хотел открыть ее сердце, но Ключ так и не попал в мои руки. – и он опустил голову.
- Капитан Ивар! – Рейна услышала его слова. - Вы ошибаетесь!
- Нет, я не ошибаюсь, малышка…
- Да ведь у вас есть Ключ!
- Разве?!
- Ну конечно! Вы что, не помните загадку? Про искру жизни? Это же и есть самый настоящий ключ, и никакого другого не нужно!
- Искренность? – изумленно выдохнул Капитан. – Ты говоришь про искренность?! Да, конечно же!
И он, сорвавшись с места, кинулся к краю помоста.
- Стойте! Синьор губернатор, остановитесь!
- Что такое? – губернатор удивленно повернулся.
- Я люблю Вашу дочь! Анна, я люблю тебя, слышишь?!
- Что?!
- Ивар! – ахнула сестра Яна и вдруг бросилась обратно, Капитан бежал  ей навстречу…
- Вот она, искренность! – потрясенно пробормотал старый Губернатор. – И никакого волшебства не нужно!
Вот почти и все. На следующий день в Городе был праздник по случаю свадьбы дочери Губернатора и Капитана Ивара, а еще Яну, Капитану, Рейне и ее отцу, и даже коту Алебастру было присвоено почетное звание Спасителей города. Их имена написали на стенах Ратуши, чтобы люди никогда не забыли, как опасно бывает полностью отдаться на волю своих желаний!
Рейна с дедушкой по-прежнему ловят рыбу, но теперь с ними отпускают и Яна, и Рейна учит его грести и правильно называть морские ветра и волны. Отец Рейны вновь стал коком на «Альбатросе», только теперь они не уходят в море так надолго, как раньше – ведь капитану Ивару есть куда возвращаться! И они возвращаются. Ранним утром, когда солнце поднимается из-за моря, и облака на небе вспыхивают алым, словно сердце, «Альбатрос» на всех парусах влетает в гавань Города, и капитан Ивар знает, что на берегу его уже ждут те, кого он любит: Рейна с дедушкой и Яном, и Анна. Потому что нет на земле ничего более важного, светлого и прекрасного, чем настоящая искренность!

Кот Алебастр замолчал и тихонько подвинул лапой пустую чашку на столе.
- Вот эта сказка! – восхищенно вздохнул Ромео. – Или это все взаправду было?
- Думаю, было, - усмехнулся Алебастр. – Только не здесь и давно.
- А кот Алебастр, который Город спасал – это ведь ты?
- Ну, - кот смущенно опустил мордочку. – Вообще-то, я, но я ничего такого и не делал…
- Что ты, ты – герой! А где этот Город? А что потом стало с теми масками? И почему ты ушел?
- Какой ты любопытный! – мяукнул Алебастр. – Город – далеко, с масками – да ничего с ними не стало, они ведь расколдовались, вернулись к себе домой, а мне захотелось еще попутешествовать… А тебе пора спать!
- Нет! – возмутился Ромео. – Еще не пора, и мне спать не хочется! Ой, что это?
- Тиу, тиу, тиу! – раздалось в темном саду. И снова так печально: - Тиииииииу…
- Кто это поет? – Ромео даже в кресле приподнялся, слушая. – Красиво и грустно так… Мастер Ворон, кто это? Птица?
- Птица… - вздохнул Белый Ворон, наклонив голову набок. – Только она не поет.
- Как же так – не поет?!
- Она зовет своего учителя. – объяснил кот. – Все время зовет…
- Как интересно! – закрутил головой Ромео. – А почему она его зовет? И что это за птица? Расскажите, ну пожалуйста!
- Но ведь уже поздно…
- Не-а, совсем не поздно, и мамы нет, а я один спать боюсь!
- Ну, хорошо… - сдался Мастер Ворон. – Эту историю я тебе р-раскажу, а потом – спать!
- Хорошо! – радостно закивал Ромео. – Давай же, рассказывай!
Белый Ворон посмотрел в сад, прислушался к шелесту листьев под ночным ветерком, к шепоту звезд на темном небе, и вздохнул.

История Мастера Ворона
- Эта история, - начал он. – История о птице, которая не умела петь…  Это была совсем обыкновенная Птица, серенькая, с голубыми крылышками и желтыми лапками, и она, так же, как и остальные птицы, клевала ягоды черники и подбирала зернышки на полях, днем летала по небу, а вечером забиралась в какой-нибудь куст, прятала голову под крыло и засыпала. Вот только петь Птица не умела совсем – все, что она могла, это вот так вот тихо и хрипло профыркать: «Уфр, ухр, ушр»…
Как же она расстраивалась, чего только не делала, чтобы научиться петь! Спрашивала совета у всех птиц в лесу, пыталась подражать их голосам, а однажды, несмотря на опасность, даже залетела в чей-то дом и прочитала человеческий учебник пения, но ровным счетом ничего в нем не поняла.
- Да брось ты эту затею! – говорили ей другие птицы. – Все равно никогда не научишься!
Но Птица не оставляла своих попыток. И вот, однажды ранним утром, когда Птица сидела на ветке клена и  изо всех сил пыталась хоть что-нибудь пропеть восходящей заре, на ветку рядом с ней опустился Голубь. Сразу было видно, что он прилетел издалека – в лесу, где жила Птица, у всех голубей перышки на шейке отливали голубым, а у этого голубя – зеленым.
- Привет! – поздоровался Голубь.
- Привет… - грустно кивнула Птица.
- А что это ты делаешь?
- Я? Я пытаюсь научиться петь.
- Получается? Спой что-нибудь!
- Уфр, ухр, уфр, ушр… - завела Птица.
- Ой, хватит! – замахал крылышками Голубь. – И давно ты пытаешься научиться?
- Всю жизнь! Мне так хочется петь, так хочется!
- А что говорят твои учителя?
- У меня нет учителей, я сама… - растерялась Птица. – Никто не хочет меня учить!
- Кажется, я могу тебе помочь! – важно заявил Голубь.
- Правда?!
- О да, я знаю одного Учителя, который мог бы научить тебя петь, только…
- Что?
- Он человек.
- Человек? И он сажает птиц в клетки?! – испугалась Птица.
- Вот еще! – возмутился Голубь. – Мастер Маттео никого в клетки не сажает! Я прилетал к нему на урок и улетал совершенно свободно!
- Так Вы сами у него учились?
- Разумеется! Вот, послушай – Учитель говорил, у меня прекрасный талант художественного воркования!
И Голубь раздул шею и заворковал, да так нежно, так красиво, что Птица захлопала крыльями от восторга:
- Какой Вы талантливый! [/spoiler]

Эрэа Жак, как замечательно то, что Вы творите! Стихи прекрасны. Проза очень интересна. Ваш кот Алебастр - настоящая находка. Его сказка очень-очень хороша. А как мне понравился Ваш "криворукий арт"! Ваша тема - настоящий праздник на ЗФ. В Вашу "лепоту" невозможно не влюбиться. Огромное Вам спасибо.  :-*

С искренностью - очень правильно!
Я за всех очень рада!
[spoiler]Приятно порадовало, что любимую Ивара зовут так же, как и меня ;D[/spoiler]

Интересно, что же с птицей дальше будет?..

Полярная Звезда, Анна - очень красивое имя, правда? :)
Yaga, благодарю Вас, эрэа. Мне очень приятны Ваши слова! :-[(http://www.design-warez.ru/uploads/posts/2009-07/1248589005_09.gif)

Продолжение
[spoiler]- Ну да, ну да… - довольно кивнул Голубь. – И если ты хочешь, я тебе расскажу, как найти моего Учителя.
- О да, конечно хочу, расскажите, пожалуйста!
- Мастер Маттео живет довольно далеко отсюда, - объяснил Голубь. – За этим лесом, и за еще одним лесом, и за холмами, и за широкой рекой. Там будет город с разноцветными крышами, так вот, тебе нужен тот дом, у которого зеленая крыша, запомни – зеленая, она там одна, не ошибешься. Прилетишь и скажешь, что от меня – Мастер Маттео тебя примет!
- И научит петь?!
- Ну, если Учитель Маттео не научит, - авторитетно вздохнул Голубь, - то уже никто не научит!
- Поняла! – воскликнула Птица. – Спасибо Вам, Голубь, я лечу!
И она тут же поднялась в воздух и быстро-быстро полетела к дальней опушке леса.
- Удачи! – крикнул вслед Голубь.
- Куда это она отправилась? – удивилась Сорока, свешиваясь с соседней ветки.
- Учиться петь!
- Вот глупая! Она – и учиться?! Да с таким голосом, как у нее, учиться молчать надо! – расстрекоталась Сорока.
- Почему? Я ведь научился! – возразил Голубь. – Вот, послушайте! – и он снова заворковал.
Но Сорока его не слушала – она понеслась по лесу, выкрикивая:
- Наша Птица полетела учиться петь! Наша Птица полетела учиться!
И другие птицы, услышав новость, тоже насмешливо пожимали крыльями:
- Вот глупая… Лучше бы делом занялась!
А Птица тем временем уже добралась до опушки своего леса, и смело влетела в чужой. Приближалась ночь, кругом быстро стемнело, в незнакомом лесу было страшно, то и дело раздавались непонятные выкрики и звуки, а между косматыми стволами деревьев зажигались чьи-то янтарно-желтые глаза, и жутко мигали из темноты. Птица очень боялась, она вся дрожала, ветки грозили ударить по крыльям, опутать и сбить на землю, но Птица летела и летела, и только перед самым рассветом забилась в какой-то куст, и уснула, вцепившись лапками в ветку.
Проснувшись, Птица поняла, что солнце поднялась уже высоко.
- Проспала! – ахнула она, выдираясь из куста. – Проспала!!
И она, даже не позавтракав, помчалась дальше. Чужой лес оказался таким длинным, что ей пришлось лететь над ним еще два дня, он тянулся и тянулся, темно-зеленый и густой, и Птице было одиноко лететь над ним, ведь здесь она никого не знала. Но и лес закончился – утром третьего дня Птица вылетела на его опушку, и увидела зеленый холмы. Здесь ей пришлось даже труднее, чем в лесу – ведь в холмах почти не было деревьев! Только глубокой ночью отыскала Птица подходящий куст, который мог бы приютить ее, но пробуждение оказалось ужасным: ее учуяла полосатая кошка! Кошка бесшумно подобралась к кусту, и потянулась к спящей Птице когтистой лапой, но нечаянно оцарапалась о колючку и мяукнула от боли. Птица проснулась, вытащила голову из-под крыла – увидела рядом с собой оскаленную кошачью морду, и от испуга взвилась вверх такой немыслимой свечкой, что кошка, прыгнув, промахнулась на волосок от ее хвоста.
Птица замахала крыльями, удирая прочь изо всех сил, и остановилась только тогда, когда страшный куст и кошка остались далеко-далеко позади, а впереди заблестела под яркими лучами солнца река.
- Какая широкая! – удивилась Птица, которая видела до сих пор только лесные ручейки. – Нужно поторопиться перелететь ее до темноты!
И она отважно продолжила путь. Впрочем, Птице повезло – день был безветренным и теплым, речные волны спокойно убегали к далекому морю, и солнце блестело на них золотой дорожкой. Следуя этой дорожке, перелетела Птица через реку, и увидела на другом берегу большой город с разноцветными крышами.
- Сколько же здесь домов! И у всех крыши! – подумала Птица. – А мне нужна зеленая, я точно помню, что зеленая!
Еще бы! Эти  слова – «зеленая крыша» - Птица повторяла всю дорогу, боясь позабыть или перепутать.
- Но где же эта крыша? – Птица кружила и кружила над городом, но ничего не могла найти. Крыши попадались совершенно всякие: красные, синие, голубые и белые, в полосочку, в клеточку и линеечку, но зеленой – ни одной.
- Что ж, ладно, - решила Птица. – Я найду ее завтра, ведь я уже тут! А сейчас поищу дерево, чтобы остановиться на ночлег.
Птица огляделась – и заметила вдалеке зеленую крону. Она полетела в ту сторону, но чем ближе подлетала, тем все яснее видела: странное дерево… квадратное… нет, это не дерево! Да это же крыша, зеленая крыша дома!
- Я нашла дом! – обрадовалась Птица. – Как хорошо, что я его нашла!
И она влетела во двор, усаженный тенистыми кустами душистой сирени, и опустилась на перила крыльца.
-Сейчас отдохну, поправлю перья – и войду. – сказала она себе, потому что ей на минуту стало немного страшно: а вдруг Учитель ее не примет? Или все-таки посадит в клетку?! Кто знает, что придет в голову человеку!
Из дома доносились какие-то звуки. Птица прислушалась: кто-то играл на пианино, и еще кто-то пел высоким тоненьким голоском, да так прекрасно, что у Птицы замерло сердце.
- Никогда я так не смогу! – чуть не плача, подумала она. – Но пусть не так, пусть хоть тихонечко, как воробей! Только бы мне научиться петь…
Тем временем пение и игра прекратились, стукнуло, открываясь, окно – и из него вылетела Соловей.
- Спасибо, Учитель! – крикнула Соловей.
- Не забывай тренироваться! – ответил ей приятный человеческий голос, и в окне показался высокий светловолосый человек с очень добрыми и умными глазами. – Каждый день, обязательно! До свидания!
- До свиданья! – и Соловей, взлетев над садом, пропала в вечерних сумерках.
- Сейчас войду, - подумала Птица. – И скажу, что...
Но она не успела решить, что же скажет, потому что в окно влетел Воробей и с ходу зачирикал:
- Извините, Учитель, я опоздал, но мама принесла зерно, и сказала брату охранять, а сестра…
- Ты и так опоздал, а еще болтаешь! – мягко укорил его Учитель. – Садись, я хочу проверить, как ты помнишь наш прошлый урок.
- Я помню, я помню! Вот – Чик-чирик-чик-чик, Чирик-чик-чик…
- Нет, не так, - тут же остановил его учитель. – Ты забыл, что нужно тянуть звук «и»! Ты слишком торопишься, попробуй-ка еще раз.
- Вот так? – и воробушек попробовал снова. Потом еще раз, и еще, и каждый раз учитель поправлял его, указывая на ошибки, пока, наконец, воробей не спел совершенно правильно.
- Слышали бы его наши воробьи! – подумала Птица. – Вот это певец!
- Хорошо, ты молодец. – похвалил на прощание учитель. – Только не запускай свое пение, ладно?
- Обещаю! – прочирикал Воробушек, выпархивая из окна. – До свидания, Учитель!
Он улетел, но Птица снова не успела войти: над садом показались две голубки, а когда у них закончился урок, прилетел еще один соловей, потом вороненок, и все это время Птица сидела на крыльце и слушала, как Учитель учит петь.
- Кажется, он не очень злой, - решила она. – И никого не сажает в клетку… Может быть, он научит и меня?
Пришла ночь, улицы города понемногу опустели, в небе зажглись яркие мохнатые звезды, и только тогда Мастер Маттео, наконец, проводил последнего ученика и собрался закрывать окно.
- Подождите! – закричала Птица, взлетая с крыльца. – Пустите меня!
- Кто там? – прищурился в темноту учитель.
- Это я, Птица, меня прислал к Вам Белый Голубь, он у Вас учился, и я тоже хочу, пожалуйста!
- Хочешь учиться? – переспросил Мастер Маттео. - Но я больше не беру учеников! Что ж, уже поздно, залетай в дом, не оставаться же тебе ночью на улице…
Птица влетела в комнату, и учитель закрыл окно. Комнатка оказалась небольшой и чистой, почти без мебели, только в центре стояло старое пианино, да рядом с ним – высокий столик для учеников.
- Пойдем на кухню, - предложил Мастер Маттео. – Ты, наверное, голодна?
На кухне он налил Птице в маленькую глиняную чашечку вишневого сока и положил рядом сдобное печеньице.
- Угощайся, Птица! Так ты говоришь, что тебя послал ко мне Белый Голубь? Как же, я его помню, талантливый и прилежный…
- Голубь сказал, что Вы сможете научить меня петь! – воскликнула Птица. – Я так этого хочу, я всю жизнь мечтаю петь, и если Вы меня не научите, я не знаю, что я буду делать!!!
- Во-первых, успокойся, – улыбнулся учитель. – Если бы ты прилетела чуть раньше, я бы взялся тебя учить, но завтра я уезжаю из города и отправляюсь в путешествие, поэтому…
- А можно мне с Вами?! Пожалуйста, пожалуйста, возьмите меня с собой, я буду помогать Вам в дороге!
- Как же ты мне поможешь, маленькая Птица? – рассмеялся Мастер Маттео. – Ну, хорошо, если ты уж так хочешь учиться петь, я не вправе тебе отказать – ведь я учитель, а учитель должен учить.
- Спасибо, Учитель! – радостно захлопала крыльями Птица. – Спасибо, спасибо, спасибо! Что я должна делать?
- Сейчас уже поздно для урока! – покачал головой Мастер Маттео. – Начнем завтра, а теперь ложись-ка спать вон на ту перину, ты ведь очень устала, я вижу!
Птица хотела возразить, что не устала и что она привыкла спать на кусте, но стоило ей положить голову на перину – и она тут же заснула.
На следующее утро Мастер и Птица покинули город. Все вокруг окутывал легкий туман, дома медленно ворочались, потягивались, просыпаясь, из сырой тишины по временам доносились мяуканье котов и неуверенные голоса первых птиц. Они прошли по улицам, тихо, как туманные тени, Птица сидела на плече Учителя, и молчала. Мастер Маттео тоже не говорил ни слова, и только его шаги приглушенно звучали по серым плитам. Сонные стражники растворили перед ними скрипнувшие ворота, и плитка улиц сменились дорожной пылью. Встало солнце, разогнало туман, и засияло на росистой траве, ударилось о склоны холмов. Мастер вышел из города со стороны, противоположной реке и лесу Птицы, и с каждым его шагом родной дом оставался все дальше за спиной, но Птица ничуть об этом не жалела: еще бы, ведь она нашла Учителя, который научит ее петь!
- Что ж, - сказал Валентин, когда город скрылся из виду. – Давай посмотрим, что ты умеешь, Птица! Спой мне что-нибудь.
- Уфр, ухр, уфр, ушр…- покорно завела Птица. – Уфр, урр…
Она пела и сама ужасалась своему голосу! Но Мастер Маттео внимательно выслушал ее и вздохнул:
- Бывало и хуже… Ладно, так и быть, я попробую научить тебя тому, что знаю сам.
И он достал из кармана куртки тонкую серебристую флейту.
- Послушай, и попробуй повторить вот этот звук. – он поднес флейту к губам и в утреннем воздухе прозвучала длинная, протяжная и звонкая нота.
- Повтори!
- УУУУ…- завела Птица.
- Нет, нет! Послушай еще раз!
Учителю пришлось играть одну и ту же ноту раз двадцать, прежде чем Птица смогла повторить хоть немного похоже. Она очень старалась, у нее даже голова закружилась от усердия, но каким же трудом давалось бедной учение!
Мастер Маттео шел через холмы и поля полных четыре дня, и за все это время они выучили всего три ноты. На пятый день впереди показался незнакомый город.
- Здесь живет мой бывший ученик, Белиндо! – сказал Птице Мастер Валентин. – Он первый, кого мы проведаем. Знаешь, Птица, я не видел его десять лет, а тогда он был совсем молоденьким и очень, очень талантливым! Наверное, он теперь дарит своим пением радость всем горожанам!
[/spoiler]

Окончание и в следующей записи еще кусочек Окончания :)
[spoiler]- Здесь живет мой бывший ученик, Белиндо! – сказал Птице Мастер Валентин. – Он первый, кого мы проведаем. Знаешь, Птица, я не видел его десять лет, а тогда он был совсем молоденьким и очень, очень талантливым! Наверное, он теперь дарит своим пением радость всем горожанам!
У ворот города учитель спросил стражника:
- Уважаемый, не подскажешь ли, как найти дом Белиндо-певца?
- Как?! Самого господина Белиндо?! – Удивился стражник. – А что тебе нужно?
- Я – его учитель, - с достоинством ответил Мастер Маттео. – Я уверен, Белиндо рад будет меня видеть.
- Вот уж сомневаюсь, - хмыкнул стражник. – К господину Белиндо просто так не попадешь! Ну, уж если тебе так нужно, иди прямо – в конце улицы будет его дворец, мимо не пройдешь!
- Дворец? – удивился Мастер Маттео, направляясь в указанном направлении. – Наверное, этот стражник что-то напутал –Белиндо был из бедной семьи, откуда же у него дворец возьмется! Да еще такой!
Дворец действительно был роскошный – Птица аж клюв раскрыла от удивления! Такой домина, и с колоннами, и с позолотой, и с оградой расписной! Вот открылись ворота – из них торжественно выступили стражники в алых плащах с золотыми алебардами, за ними – герольды с серебряными трубами, а следом, на роскошных носилках слуги вынесли толстого-претолстого господина, разодетого в перья и бархат!
- Дорогу господину Белиндо!- провозгласили герольды. – Дорогу господину Белиндо! Дорогу!
- Белиндо! – Ахнул Мастер Маттео. – Это же Белиндо!
И он бросился вперед, к носилкам:
- Линдо, малыш! Здравствуй!
- Что?! – Взвыл толстяк, покраснев от гнева. – Кто посмел обратиться ко мне?!
- Прочь, негодяй! – К Мастеру Маттео бросились стражники, отталкивая его своими алебардами от носилок. – Прочь от господина или умрешь!
- Белиндо! – Растерянно воскликнул Мастер Маттео. –Белиндо, ты меня не узнал? Это же я, Учитель Маттео!
- Прочь! – заревел Белиндо и затрясся всем жирным телом. – Не знаю никакого учителя! Пошел вон!
Свирепые стражники оттеснили их назад, а носилки с бывшим учеником Мастера Маттео быстро удалились по улице.
- Дорогу господину Белиндо! – кричали герольды. – Расступитесь! Дорогу!
- Не могу понять, что с ним случилось… - Удивленно пробормотал Мастер Маттео, провожая носилки глазами. – Он же был совсем другой, такой добрый, вежливый!
- Господин Белиндо теперь важный человек! – вздохнул выглянувший из своей мастерской на шум сапожник. – Его пение так понравилось господину губернатору, что он одарил господина Белиндо дворцом, слугами и золотом, пожаловал высокий чин и повелел петь только для себя!
- Так он больше не поет на площадях, не выступает на состязаниях певцов?!
- Куда там! – махнул рукой сапожник.  – Слушать пение господина Белиндо теперь достойны только избранные гости губернатора, так-то!
- Вот значит как… - печально покачал головой Мастер Маттео. – Что ж, Птица, пойдем дальше…
И они вновь побрели по улицам, а на ночлег остановились в гостинице на окраине города. Весь день учитель был молчалив и задумчив, только грустно вдыхал по временам, и Птице было его очень жалко.  Но назавтра город остался позади, Птица и Мастер Маттео снова вышли в солнечные поля.
И понемногу грусть и разочарование пропали из темных глаз Учителя.
- Что ж, Птица, продолжим уроки! – сказал он и взял в ладони флейту. – Ну-ка, проверим, не забыла ли ты то, что мы уже успели разучить!
Еще бы  Птица забыла! Да она помнила каждый звук! Но их было так мало… Дни проходили, а Птица только и могла, что более-менее правильно петь отдельные ноты, правда, к тому времени, когда впереди показался новый город, ей удалось соединить две из них! Какое же это было счастье – петь!
- Молодец! – улыбнулся Мастер Валентин. – И мы пока на этом остановимся – в этом городе живет другой мой ученик… надеюсь, у него все в порядке. – добавил он, нахмурившись.
Войдя в город, Птица и Учитель прошли по улицам, пересекли городскую площадь, парк…
- Энтониус жил где-то здесь… - Мастер Маттео огляделся по сторонам и окликнул прохожего:
- Уважаемый, где-то здесь раньше жил человек по имени Энтониус…
-Да! – махнул рукой прохожий. – Вон тот дом, в конце переулка. Только если вы хотите заказать у него песенку, то он сейчас очень занят – ему предложили очень крупный заказ, ведь у сына нашего губернатора скоро день рождения!
- О чем ты говоришь? – Мастер Маттео уже шагнул было к дому, но удивленно остановился. – При чем здесь сын вашего губернатора?
- Как?! Разве ты не знаешь? Мэтр Энтониус пишет на заказ хвалебные песни! И такие умные! – прохожий цокнул языком и покачал головой. – Такие красивые – просто шедевры!
- Шедевры… - потрясенно пробормотал Учитель. – Шедевры?!
И он, развернувшись, быстро зашагал прочь по улице.
- Что случилось, что с Вами, Учитель?! – тревожно спрашивала Птица. – Мы ведь даже не зашли к Вашему ученику!
- И ты еще спрашиваешь, что случилось?! – гневно перебил ее Мастер Маттео. – Да как ты не понимаешь – он пишет на заказ! И не просто по просьбам людей, которым хочется переложить на музыку легенду или услышать новую песню о героях, а хвалебные песенки для богатеньких мальчиков! Похвалюшки! И это Энтониус, который пел так, что заслушивались облака на небе и замирала заря!
Никогда еще Птица не видела своего Учителя в таком гневе – он шагал, не глядя по сторонам, размахивая руками, и бессвязно выкрикивая:
- На заказ! И я – его Учитель?! Продался!
Но затем гнев его утих. На город опускался серый промозглый вечер, в домах зажигались окна, горожане спешили к себе, из открытых окон доносились веселые голоса, и запахи теплого ужина.
- Учитель, - нерешительно начала Птица.
- Да, я знаю, нам надо найти ночлег. – тихо вздохнул Мастер Маттео. – Прости, напугал я тебя своим криком…
Они зашли в первую попавшуюся гостиницу, Мастер Маттео спросил горячего молока и хлеба для Птицы.
- А Вы разве не будете ужинать, Учитель? – удивилась Птица.
- Нет, мне хочется есть. Ложись спать, – ответил Мастер Маттео, не поднимая головы. Птице тоже не хотелось почему-то, но она выпила молоко, съела хлеб и устроилась на изголовье кровати. Однако среди ночи она проснулась. За окнами было темно, холодные звезды глядели в прогалы между домов. На столе догорал огрызок свечи, а Мастер Маттео сидел, сгорбившись и неподвижно глядя в огонь. Птица хотела что-то сказать – но не знала, что. Тогда она слезла с подушки, взлетела Учителю на плечо и тихонечко прижалась к его щеке. Мастер Маттео поднял пуку и накрыл ладонью ее крылья.
- Эх, Птица ты, Птица… - грустно вздохнул он. И больше ничего не сказал. Так они и сидели в темноте – свечка сгорела, шипя, а за окнами занимался холодный рассвет…
- Здесь, неподалеку, в деревне жил еще один мой ученик. – сказал Мастер Валентин Птице, когда они вышли из гостиницы и направились к городским воротам. – Вернее, ученица – ее звали Амарис, и у нее был чудный голос, будто звон серебряных колокольчиков на хрустальном ветру. Вряд ли она осталась жить на прежнем месте, ведь Амарис так хотела путешествовать, увидеть весь мир! И все же свернем с дороги, хорошо?
- Хорошо! – согласилась Птица, а про себя огорчилась: вдруг эта Амарис окажется такой же, как остальные?!
Но Мастер Маттео уже шагал по проселочной дороге, оставив в стороне широкий тракт. С утра ярко светило солнце, золотились поля и шелестели под ветром кудрявые рощи. Учитель снова играл на флейте, и она пела так, как Птица вряд ли когда-нибудь сумеет… Но Птицу это не огорчало – если она сможет петь хотя бы немножко, вот это будет счастье!
Однако под вечер голубое небо затянули тяжелые тучи, приковылявшие с севера, они скушали теплое солнце, и в полях сразу стало серо и бесприютно. Задул холодный, воющий ветер, и полился ледяной дождь!
- Залезай под куртку! – крикнул Мастер Маттео Птице сквозь вой ветра и шум дождя. – Здесь уже недалеко!
Промокшая Птица быстренько нырнула в куртку Учителя, и испуганно затихла там – в ее родном лесу не случалось таких гроз!
- Пришли! – Мастер Маттео, пригнувшись против ветра, побежал мимо первых домов, мимо заборов.
- Амарис жила где-то здесь! – прокричал он. – Сейчас мы найдем ее домик! Где-то здесь…
Он остановился – и Птица осторожно высунулась наружу: они стояли перед покосившейся лачугой с маленькими окошками и облезшей крышей.
- Здесь? – удивилась она.
Внезапно из-за шума грозы донеслась музыка – в доме кто-то пел и играл.
- Точно, здесь! – обрадовался Мастер Валентин. – Слышишь, Птица? Это голос Амарис!
И он решительно забарабанил в обшарпанную дверь.
[/spoiler]

Продолжение
[spoiler]Пение оборвалось.
- Кто там? – послышался из-за двери тоненький испуганный голосок.
-Амарис! Это я, твой учитель, помнишь?
-Мастер Маттео! – дверь тут же распахнулась и из нее выбежала худенькая светловолосая девушка в старом платьице из выцветшего ситца.
-Мастер Маттео! – Радостно повторила она. – Да Вы совсем промокли! Заходите скорее!
Учитель шагнул через провалившийся порог, и Амарис поспешно затворила за ним скрипучую дверь.
- Проходите, Мастер, садитесь у огня скорее! – захлопотала она. – Сейчас я сварю Вам кофе, правда, молока нет, и сахара тоже…
Птица выбралась из-под куртки и огляделась: весь домик ученицы Мастера Маттео составляла одна комнатка. В стене был грубо сложен очаг, у другой стены стояла узкая кроватка и стол на трех ножках. Пол в комнатке был неровный, доски потрескались и разошлись, через прохудившуюся крышу в одном месте капала вода в подставленное ведро, а из оконных щелей задувал ветер… Птица не разбиралась в человеческих жилищах, но это было самым бедным и неуютным из всех, которые она видела!
- Пейте, Учитель! – Амарис принесла от стола большую кружку и два кусочка хлеба. – Ваша Птица будет пить кофе?
- Амарис! – воскликнул Мастер Валентин.
- Да, Учитель?
- Что с тобой?! Почему ты до сих пор живешь в этом домишке?! Ты же так хотела путешествовать!
- Путешествовать… - печально повторила девушка, присаживаясь на краешек кровати и бережно поднимая к плечу старую-старую скрипку. – Учитель, да ведь чтобы путешествовать, нужны деньги! А где мне их взять?!
- Разве ты больше не поешь?
- Пою, - улыбнулась Амарис. – А как я могла бы жить иначе?! Но мое пение никому не нужно…
- Почему?!
- Потому, что это не модно. Сейчас все хотят слушать легкие песенки, но я не могу их петь, и на заказ писать тоже не могу… Поэтому, когда я играю, мне платят очень мало – этого на путешествие не хватит… - Амарис тронула смычком струны и те согласно запели, заговорили печально и светло о чем-то далеком и очень волшебном.
- Вот как… - Мастер Маттео вздохнул, опустив голову на руки. – Вот значит как оно теперь…
Весь вечер Амарис играла им на своей скрипке и пела – и голоса прекраснее Птица не слышала еще никогда! Даже соловьи, и те не умеют петь так красиво и печально!
Наутро Мастер Маттео попрощался со своей ученицей – он оставил ей мешочек с золотыми монетами и цветными камушками, который взял с собой в дорогу, и велел  немедленно уезжать из деревни и отправляться путешествовать.
А сам повернул обратно, домой.
- Разве у Вас больше нет учеников, Учитель? – удивилась Птица, но Мастер Маттео ничего ей не ответил. Он шел очень быстро, и за весь день ни разу не остановился отдохнуть, ни разу не взял в руки флейту. Ночь застигла их в полях за городом, в котором жил ученик, писавший песни на заказ.
Мастер Маттео сошел с дороги, и у подножия холма развел костер. Насадил на прутик лепешку, подогрел над огнем и протянул Птице.
- Ешь и ложись спать. Ты устала…[/spoiler]

Окончание
[spoiler]Птица скушала лепешку, напилась воды из пробегавшего рядом ручейка, вернулась к костру и улеглась на куртке Мастера Маттео, которую тот снял и бросил на траву рядом с костром. А Валентин достал свою флейту, поднес ее к губам и заиграл. Птица лежала и смотрела через пламя костра, как он играет, как сияют в темном небе золотые звезды, и слушала прекрасную мелодию.
- Так будет всегда, - подумала она, засыпая. – Как хорошо!
Утром Птицу разбудила какая-то возня: она открыла глаза и увидела, что Мастер Маттео торопливо собирает свою котомку.
- Мы уже уходим, Учитель? Я проспала?! – вскочила она на лапки.
- Я ухожу.
- Я сейчас!
-Нет, - Мастер Маттео выпрямился, закинув на плечо котомку. – Ты не поняла меня – я ухожу один. Я больше не буду учить тебя и не хочу, чтобы ты летела за мной.
- Почему?!
-Во-первых, ты бездарность. И даже я не смогу тебя ничему научить. А, во-вторых – зачем? Чтобы ты пела для богатых господ, или на заказ? Или чтобы жила в нищете, потому что твое пение никому не нужно? Нет, Птица, возвращайся домой, и живи, как жила до сих пор! Прощай.
И он, не оглядываясь, пошел прочь.
- Учитель! Подождите!!!! – Птица рванулась за Валентином, взлетела на холм. – Учитель!!!
Но он не оглянулся – уходил все дальше и дальше, уменьшаясь, то пропадая между холмов, то вновь появляясь на минуту…
- Учитель, вернитесь! – кричала Птица. – Учитель, Учитель!
Вернее, ей лишь казалось, что она продолжает звать его…
- Что это? – потрясенно прошептал Жаворонок, выглядывая из травы. – Кто это так поет?!
- Я никогда не слышала ничего более прекрасного! – удивленная ящерка выбежала на камень. – Кто это?
Над утренними холмами летела песня. Зовущая, печальная и невероятно прекрасная… Единственная в мире.
- Учитель! – звала Птица. – Вернитесь!
Но Мастер Маттео не вернулся.

-Разве он не слышал? – спросил Кот Алебастр.
- Слышал, - вздохнул Мастер Ворон. – Слышал и слышит до сих пор.
- Тогда почему?! Почему он не вернется?
- Ведь Птица не поет, она зовет! А кого будет она звать, если он вернется? Она же так хотела петь, и Учитель подарил ей эту возможность.
- Вместе с печалью и болью! – сердито возразил Кот.
- Тише! – взмахнул белым крылом Мастер Ворон. – Смотри!
Алебастр посмотрел на Ромео – и увидел, что мальчик спит, свернувшись клубочком в кресле. И улыбается во сне.
- Наверное, и хорошо, что он не знает, чем все закончилось! – Алебастр протянул лапу и осторожно поправил вязаный жилет, укрывая Ромео.
- Я так и знал, что он уснет, – пожал плечами Белый Ворон. – Никто никогда не дослушивает до конца эту сказку…
Что ж, Алебастр, нам пора. Скоро вернется его мама…
И он белой тенью скользнул с перил, пронесся между яблонями и исчез. Кот еще немножко посидел на столе, прислушиваясь к звучащей в саду печальной песне, потом спрыгнул вниз и тихонечко убежал в сад…
Луна светила на террасу, тени листвы плясали по полу, Ромео спал, а на шоссе загорелись фары подъезжающей машины.
[/spoiler]

Прекрасно!

Только почему мастера Маттео в двух местах Валентином зовут?  ???

Spokelse, лишнюю запись удалила.
Валентин? ой... ;D это из другой оперы. Сейчас пойду ловить... (просто параллельно с этой сказкой писался мой недо-роман, и герой по имени Валентин занимал очень много места в моей головушке) :) ::)

Эрэа Жак, и эта сказка чудесная и правдивая, как многие сказки. Спасибо. Белый Ворон тоже отличный сказочник. :)

Правда!  ;D

Очень красивая сказка, печальная, но и светлая...
Две сказки очень разные... Заставляют задуматься о многом!

  вот что значит все выходные провести без компьютера! ;D

  Зато сразу две замечательные сказки!  :D Храбрый Ян, отважный капитан Ивар, малышка Рейна, и, конечно же, Алебастр - и коварные Маски повержены, Часы спасены!  :D И, как и полагается во всякой хорошей сказке, свадьба! :)

  А сказка мудрого Ворона больше похожа на притчу. Мудрая, печальная история о цене таланта и славы, об Учителе и учениках...  :( и о маленькой упорной Птице, научившейся петь.  :)

  Спасибо, эрэа Жак! Не знаю, как Ромео, но меня очень тронули эти сказки.  :)   

***
Выходит, король, у нас с Вами одна мечта на двоих - услышать, как ветер поет, паруса наполняя свободой? Да только тот ветер, похоже, навечно утих, и давят на плечи тяжелые, душные своды. И разницы нет, что для Вас это своды дворца, а мне - серый камень сырой королевской темницы, мы оба - бродяги, причудливой волей Творца рожденные жить, а не в бархатном склепе пылиться!
Конечно, когда я Вам высказал это в лицо, Вы долго смеялись, красиво и звучно - для свиты: "Ну надо же было родиться таким наглецом!"
Мы квиты, король. Вот теперь мы действительно квиты.
Я знаю, что ночь Вы опять проведете без сна, что будет жестка Вам нежнейшая в мире перина, и снова проиграна будет с собою война, и кровью из раны - дурманящей выдержки вина...
Вы выросли в неге и в клетке, пускай золотой, а я - среди шайки воров и мошенников-нищих, но мы сроднены этой волчьей, голодной тоской, что требует воли и вечно край пропасти ищет.
Идти через шторм, не теряя над судном контроль... уйти от погони по первому, чистому снегу...
Мы жизни себе никогда не желали другой...
Мечтайте, король. И готовьтесь. Готовьтесь к побегу!

***
Капитану снятся который год
Острова, которых на карте нет.
Прижимается к боку пушистый кот,
Над продрогшей далью встает рассвет.
Старый кок на кухне готовит суп -
Ночью звезд нападало полный двор.
Зашивает ветхий, седой тулуп,
Продолжая ставший привычным спор:
-Капитан, но мы ведь бывали там,
Прочесали вдоль-поперек-насквозь,
По обоим билась волна бортам!
-Просто мы надеялись на авось.
Повезет ли, нет - невелик вопрос,
Лакомый повсюду найдется кус,
Если держит парус наш "Альбатрос",
То не все ль равно, какой выбрать курс?
-Капитан, но лоции, карты... -Лгут.
Составляли люди, как ты, как я.
(Ветер снежные нити свивает в жгут,
Оплетает мачты у корабля.)
-Если море есть - остров должен быть.
(Ледяной корою покрыт штурвал)
-Просто нужно очень хотеть доплыть,
Покорив девятый и сотый вал!
-То-то мы его... покорили, да.
И засели тут на сплошной припай.
-Я уверен, друг мой, не навсегда.
Не настолько ж наша судьба слепа!

Снится коку запах мясных котлет,
Кораблю во льдах снится рокот вод,
Острова, которых на карте нет,
Капитану снятся - который год...

С возвращением, эрэа.  :) Приятно снова Вас читать.
Особенно первое хорошо.

  Наконец-то Вы вернулись, эрэа!  :D Не пропадайте больше так надолго! :)

  Во всяком случае, это пожелание куда легче выполнить, чем мечты героев Ваших новых замечательных стихов. ;)

  Узнику легче сбежать, чем королю от короны, но... вдруг удастся?  ??? Захлопает над головой парус, наполняясь утренним ветром, и корабль отправится в далёкое-далёкое плавание по золотой дорожке зари, унося на борту бывшего короля.  :) А беглый пират (или кем является узник?) будет стоять рядом, жадно вдыхая морской воздух, пахнущий солью и свободой.
  И, может быть, капитану повезёт-таки встретить свои острова?   ::) А коку - наесться котлет...  :) ему уже так надоел звёздный суп!  ;D И эта деталь - 
Старый кок на кухне готовит суп -
Ночью звезд нападало полный двор.

превращает Ваше стихотворение в сказку.  :) Сказку бесконечных странствий в поисках мечты.

  Положил оба стихотворения в свою копилочку. :)

  [spoiler]Ну и пара слов о грамматике:

  рожденые жить - рождённые

  в неге и в клетке, пускай, золотой, - запятая после пускай не нужна.[/spoiler]

Жак, с возвращением! :D
1. Получит ли король это письмо? Найдёт ли в себе силы сбежать? Ведь тогда он уже не будет королём.
2. Второе стихотворение мне понравилось больше. Оно более конкретное, более зримое. Хочется верить, что корабль выберется изо льда, несмотря на пессимизм двух последних строк.  [spoiler]Если их убрать, после вод поставить многоточие?[/spoiler]

Зрэа Жак, чудесно, как и всегда!  :)

Красота! Особенно второе, про капитана. Словно наяву увидела!..