Форум официального сайта Веры Камши

Сагранна
каменное небо
над дорожной пылью,
в синее до боли
тяжело глядеть.

в густоте небесной
бьётся птичья стая,
хочет — и не может
с ветром улететь.

каменное небо
над высокой башней.
на цветах — горчащий
выступает мёд.

синий бок кувшина,
рядом тают розы...
жаром дышит небо,
скоро упадёт.

и его осколки
растревожат землю,
всё сметая синей
каменной волной...

из осколков неба
на обломках Круга
вырастут, быть может,
васильки весной.

Красиво!
А еще есть?

Удивительно дополняет волшебную графику, эр Гленке, спасибо.

Есть. И не менее волшебное.
[spoiler]Эр Гленке, выложите, а? Такой красотой надо делиться... ;)[/spoiler]
З.Ы. А за "Сагранну" - отдельное спасибо.

Совершенно волшебно! А ещё?..

Страшно, светло, пронзительно, больно - трудно сказать, как именно и чего больше. Стихи, слова, а в голове почему-то отпечатывается ощущение, и сразу из него - "картинка", зрительный образ. Не знаю, был бы такой "прыжок через бкувы", или нет, без знания, что автор рисует, и как именно рисует, но сейчас это так.

Спасибо большое. Ещё есть колыбельные, северные, каштанные и пегокобыльи строчки. Какие-то даже можно петь)

[spoiler]закатная колыбельная

На полях небесных маки отцветают
и в ладонь роняют искры-лепестки.
Лунная кобыла в облаках гуляет —
и хвостом туманным гасит огоньки.

Алые травинки, клёны и рябина,
травы — те же звёзды. Осенью — в Закат,
где на тёплом камне кошки золотые
у огня согрелись — и клубками спят.

Спи, тепло и тихо в доме, кори-эме,
пусть закат тревожный, нас не испугать.
Если будешь смелым, прилетит сегодня
огненная кошка колыбель качать.

Засыпает пламя, обратившись пеплом.
спи, тебе не надо на закат глядеть.
Там у горизонта Башня рвётся в небо,
и никак не может солнце догореть...


ещё колыбельная (с кобылицей из первой)

Бесконечно травам вдоль дорог клониться,
там, за травным морем, бродит кобылица,
и плывут в тумане годы, свечи, лица.
спи, ничто не может дважды повториться.

Кобылица бродит в серебре луны,
нет беды и нет победы, только сны.

Ветер гонит тучи по лугам небесным
к югу и заморским странам неизвестным.
Там сидят на ветках дево-рыбо-птицы...
расправляют крылья, чтоб тебе присниться.

Ураганы, грозы, волны, валуны...
Нет беды и нет победы, только сны.

Звёзды — словно пчёлы, жёлтые и злые,
падают в ладони ветра неживые.
Мёд их разольётся из ковша по небу
медленным рассветом, сном, что был и не был.

Спи, пока ведёт нас вдаль клубок луны...
нет беды и нет победы, только сны.



агарисская колыбельная

Засыпай — весь город лёг.
Легче ждать судьбу во сне.
Нашим жизням вышел срок,
мы никто в чужой войне.

Высохшей лимонной долькой
месяц над волнами горький.
Лодочка качается...
мир с тобой прощается.

Засыпай, беда придёт
в поздний или ранний час.
Небо алым полыхнёт,
а потом не станет нас.

Будем снами-городами
островами-облаками.
Колыбель качается,
песня продолжается...

Над угасшей местью
ветер носит песню.


у судьбы в рукаве...

У судьбы в рукаве сто путей —
перепутанных нитей,
путы клятв, перепутья дорог,
повороты событий.

Засыпай, моя радость,
что ещё остаётся...
Очень страшно глядеть назад,
а вперёд — придётся.

У судьбы в рукаве голоса,
тех, о ком я тоскую,
всё звучат и зовут
сквозь времён черноту густую.

Засыпай, моё сердце,
во сне будем метаться.
Очень больно теперь уйти,
но больней — остаться.

У судьбы в рукаве старый мир,
он - надломленный стебель.
Нас ведёт неверной тропой
наваждение, небыль…

Засыпай же, душа…
Не уйти, пусть двери открыты.
Мы, как листья, к этой земле
градом прибиты.[/spoiler]

Эр glenke, нет слов от восхищения!

А Север получается довольно депрессивным.

[spoiler]письмо

Мама, здесь не растёт виноград,
снова ветер сдувает с неба
лоскутки синевы, опять
будет хлеб пополам со снегом...

Это небо трудно держать,
и от боли устали руки.
Девы-птицы поют для нас,
но метелью уносит звуки.

Снег уляжется, как всегда,
толстым белым ковром молчанья.
Я пишу... пусть к тебе плывёт
облаками моё дыханье.

Ты увидишь в погожий день,
как тебе улыбаться буду
с облаками, что приплывут
из метельного ниоткуда.

дождь в Торке

Дождинки ползут по стеклу,
и тянутся серые тропки
куда-то за раму окна...
Там горы, оттуда приходят
ненастье, беда и война.

Не слушай, не слушай, не надо.
Там так же противятся сну...
И в дождь зажигаются свечи,
в ненастье, беду и войну.

На улице — топкая тьма,
и дождь заливает тропинки,
гляжу в переливы окна.
И слышу: там горы, оттуда
несчастья, дожди и война.

Не слушай, не слушай, не надо.
У каждого раны свои —
и горы, с которых приходят
война, непокой и ручьи.

Все мысли — про дождь и войну.
пустые, как шкурки каштанов,
слова, и судьба, и вина...
Мы сами — нависшие горы,
откуда беда и война.

Не вспомнить, что было иначе.
Когда-то, наверное, сны —
о мире и дальних раскатах
грозы, а не этой войны.[/spoiler]

Эр Гленке, это прекрасно. Вот просто слов других нет...

Эр glenke, признаЮсь задним числом: вот только что отослала ваши колыбельные (разумеется, указавши авторство) одной по-настоящему сумасшедшей молодой маме - настолько сумасшедшей, что не ленится петь дочке вживую.   [spoiler]Ну, не одним же "Когда воротимся мы в Портленд" девчуху баюкать! :)[/spoiler]

"Север" пошла переваривать, про это так сразу не скажешь.

Спасибо большое. а колыбельные становятся совсем живыми, когда их поют) это такая радость)

ещё северно-морское и о луне.

[spoiler]сбивчивое письмо в тёплые края

Снова зима, за нею вряд ли придёт иное,
холод окно завесил белою пеленою.
Свечи горят в потёмках, воском закапав строки.
Здесь и морские волны, кажется, одиноки...

Письма идут так долго, что забываю — было
или приснилось это — свечи, слова, чернила...
Снова пишу о море, пусть ты уже читала...
Камни в солёной пене, водоросли и скалы.

Хочешь смеяться — смейся, мало ли что приснится?
Между небом и морем нет никакой границы.
Вдаль корабли уводят облачные теченья,
волны несут за ними тени и отраженья.

Хексберг плывёт сквозь зиму — медленно и упрямо.
Дую на пальцы, снегом ночь заметает рамы.
Чёрно-белые скалы, руки в чернильных пятнах...
Птицы — вернутся в гнёзда... А я не хочу обратно.


светит луна

Светит луна над садом,
вишни белее,
чем белая кошка,
что год живёт в Багерлее.

Глаза у неё — свечами
горят ночами.

Светит луна на крыши,
и черепица
бледною чешуёю
рыбы оборотится.

Лица в подушках тонут —
приснился омут...

Светит луна, на площади
бьются тени,
от невидимых ран
умирает мирное время.

Страшно луне над Нохой,
луне — плохо...[/spoiler]

Очень подходит для Луиджи.

А мне эта строчка напомнила Жермона :)

Сказать, что очарована, это ничего не сказать....

Потрясающие стихи, эр Гленке... просто слов нет. "Сбивчивое письмо" сегодня целый день в голове, сразу и наизусть.
А колыбельные действительно хорошо поются, я своему младшему  попробовала спеть - ему понравилось, только Агарисскую не смогла, горло перехватывает
[spoiler]Честно говоря, колыбельные и письма проняли в буквальном смысле до слез. Может, потому что младший мал, но уже не настолько, чтобы ничего не понимать... Мальчиишки - они такие[/spoiler]

Как-то так тепло на душе стало.
Спасибо, эр Гленке.
Очень легко строки на музыку ложаться. Только вот подумалось: стихи одни, а песня-то у каждого своя получается.

Эр glenke, замечательно! И Север - вовсе не депрессивный, а строгий... И особенно - луна...

"Страшно луне над Нохой,
луне — плохо..."

Мороз по коже...

Эр glenke, спасибо за Ваши замечательные стихи!  :) Даже жалко, что некому петь колыбельные. Разве что кошке.  :P Так она и без них спит. ;)  А Торкские и Хексбергские напевы вовсе не депрессивные, они печальные, немного суровые - и очень красивые.  :) У Вас просто волшебные стихи!  :D И так легко запоминаются.  :)

Спасибо большое)
а дети могут даже не знать слов, но безошибочно чувствуют настроение...

Письма - все -  такие многомерные. Больше, чем трёх- точно. Как можно быть одновременно тем, кто пишет, и той, кто читает? А вот как-то так оно у вас получилось.
А "Светит луна" похоже на спонтанное заклинание. В столице есть городские колдуньи? Вроде бы, не слышно про таких, но вот похоже. Или как если бы Мэллит с её сумасшедшим лунным чутьём стояла ночью у окна и боялась.

спасибо. большое-большое. ещё есть осенние с Пегой и фульгой.

[spoiler]Пегой Кобыле (снова из серии «хоть плачь»)

Вот, родная, и всё, паутинки летят,
поседели за долгое лето.
По холодной стене ты за ними бредёшь,
словно ищешь ответа, просвета...

Где конец? Он в землистой осенней листве
или будет у края Рассвета?..
Там, где клевер и донник растут под стеной,
синий вечер и вечное лето.

Стук копыт, и дыхание стынет моё,
всё мертвее становятся тени.
Раз за разом ведёт кем-то замкнутый круг
только к страху, беде и крушеньям.

Вот, родная, и всё, завершается Круг,
но начнётся он — тем же, и снова
будут старые стены, луна и война,
будто не было в мире иного.[/spoiler]


[spoiler]каменной фульге в саду
(из серии «хоть плачь»)

Как под этим небом жить
и от ветра не закрыться?
От тяжёлых серых туч
улетают к морю птицы.
Крылья, что огнём горят,
опустила ты напрасно.
Сердце меркнет угольком
на ветру — кроваво-красным.
Листья заметают сад,
и дорожки леденеют.
Пальцы тёплые дрожат,
каменеют, холодеют...
Попрощаемся опять
до тепла и первоцветов?
Почему ты не летишь?
Год за годом, осень, лето...[/spoiler]

Эр glenke, "спасибо. большое-большое"(с) - Вам!
За эти прекрасные и щемящие строки!

Эр glenke, большое спасибо! очень-очень-очень понравилось!

И ещё... немного географическое.

[spoiler]Депрессивная Вараста

***
У мира ломается голос.
Вараста — холодный ветер,
простуженный резкий говор
о том и об этом свете —

как алое стало белым,
как белое почернело,
и чёрною стала Башня,
а птица осталась белой.

Вараста — колючей охрой
цепляется за ресницы.
Допеть, долететь — но голос
и крылья не служат птице...

Ломается голос мира,
звучат по-другому песни.
Не мучь, я устал от веры,
что будет конец чудесней...

Что боль не коснётся сердца,
что горю нас не настигнуть.
Тут Зимний Излом случится,
а сломанному — погибнуть.


и Сакаци. Дорожное что-то.

Не очнуться от пыли дорожной,
тёплый вечер и чёрные ели...
У травы на обочине имя —
словно детское, из колыбели -

где и горечь, и сладость едины:
Ан-чи-я — тебя ветер качает,
в темноте твоё имя как будто
этот мир без конца повторяет.

Мягко стелет, поёт на закате
о дорожной пыли приворотной.
Горько знать, что иного не будет,
и качаться травинкой бессчётной.

Звёзды падают — ветер сзывает
их за дальние тёмные горы.
— Сладко, Ан-чи-я, ждать бесконечно?
— Спи.
— Нескоро?...
— Нескоро-нескоро. [/spoiler]

и светлая колыбельная про дождь и Ожерелье Миров...

[spoiler]про Ожерелье колыбельная

Осень, дождь над липами,
жёлтыми и тихими,
ландыши поникшие -
не видать земли...

Ничего не надобно,
ни о чём не прошено,
и следы Создателя
мраком заросли.

Бусина качается
на паучьей ниточке,
в капле отражается
мир наоборот...

Бусина качается,
жёлтая, холодная...
и в ладонь Создателя
каплей упадёт.

Осень, дождь и сумерки,
светлые, последние.
Утром лужи чёрные
обметает лёд.

Далеко в неведомом
Бог идёт по ниточке.
Ожерелью новые
бусины несёт. [/spoiler]

Это волшебно. Других слов не придумывается... :D

Волшебная сказка!.. Спасибо Вам, эр glenke!

Про Варасту очень понравилось.

спасибо.

А всё вернулось на круги своя. К зимним письмам.

[spoiler]Снова письмо из Торки

Птичье право — улетать на юг,
не прощаться, не жалеть о прошлом.
Снег идёт, и белым запорошен
тёмный двор... и стен знакомый круг.

Птичье право – выбирать пути,
сверху видно всё, как на ладони.
Лес – ковром, и муравьями – кони.
Я не принял этого, прости.

Зимней Торкой дан мне небосвод,
полный звёзд, каких на свете нету,
И Закатный Пламень, и Рассветный…
От метели всё вокруг плывёт.

Пеной белой, слепотой тоски
занесло окно, не видно ночи,
письма всё короче и короче…
Тёмный двор… и стены, как тиски.

Я храню – не в силах потерять –
птичье право рядом оставаться,
вьюжных писем нежных слов касаться —
тех, что ты не можешь написать.[/spoiler]

Как хорошо, эр  glenke! Просто - слов нет...

 

спасибо, эр glenke.
"птичье право..." - замечательно. Просто прекрасно.

ещё немного осеннего...

[spoiler]Про потери. Робер.

Осень отбирает дорогое
с болью, с кровью. Времени пласты –
мёрзлой глиной, и комками соли
снег усыпал жёлтые листы.

Никуда не деться и не кануть
в тихий омут – горе переждать.
Ветер из несбывшихся порывов
тянет нить, и мне по ней шагать.

Пусто в мире – небо и дорога.
Нет в остывшей глине ничего…
Как отбить, вернуть себе былое,
позабыв о том, что нет его?


Вдруг Пегая знать не знает, что в море есть морские коньки)

Есть на свете море

Пегая Кобыла…
Палых листьев горе…
Далеко отсюда
есть на свете море.

Ветер над волнами
ледяным порывом,
ленточкой закатной
переплёл им гривы.

Небо невесомо.
Брось дела земные,
Пегая Кобыла,
там коньки – морские.

Нижет кто-то бусы –
ягоды рябины –
нам осталось жизни
меньше половины.

Всё равно, послушай.
Жить – увидеть море.
Стать коротким словом
в вечном разговоре. [/spoiler]

Ох, эр Гленке... Я и так была невысокого мнения о собственных способностях, а теперь и вовсе комплекс неполноценности развился. Остаётся только по-хорошему позавидовать - я так никогда не смогу написать. Очень здорово! Радуйте нас дальше, пожалуйста.

Вы знаете, когда на самом деле встречаешь поэзию, не рифмы, а подлинное, то разом лишаешься голоса. Вот хочешь что-то сказать, но что-то сказать - это уже меньше, чем не сказать. А не сказать - тебя не услышат.

P.S. Это всего лишь одно из того, что понравилось.

И еще два любимых. Эр Гленке, но Вы ОЧЕНЬ талантливы, я просто отмечаю то, что показалось мне лучшим.
[spoiler]Бесконечно травам вдоль дорог клониться,
там, за травным морем, бродит кобылица,
и плывут в тумане годы, свечи, лица.
спи, ничто не может дважды повториться.

Кобылица бродит в серебре луны,
нет беды и нет победы, только сны.

Ветер гонит тучи по лугам небесным
к югу и заморским странам неизвестным.
Там сидят на ветках дево-рыбо-птицы...
расправляют крылья, чтоб тебе присниться.

Ураганы, грозы, волны, валуны...
Нет беды и нет победы, только сны.

Звёзды — словно пчёлы, жёлтые и злые,
падают в ладони ветра неживые.
Мёд их разольётся из ковша по небу
медленным рассветом, сном, что был и не был.

Спи, пока ведёт нас вдаль клубок луны...
нет беды и нет победы, только сны.[/spoiler]

Одно только "но". Образ пчел, желтых и злых, которые падают в ладони неживые - для меня это не сочетается. Если они злые, значит живые, а как неживое может удержать живое?

[spoiler]Осень, дождь над липами,
жёлтыми и тихими,
ландыши поникшие -
не видать земли...

Ничего не надобно,
ни о чём не прошено,
и следы Создателя
мраком заросли.

Бусина качается
на паучьей ниточке,
в капле отражается
мир наоборот...

Бусина качается,
жёлтая, холодная...
и в ладонь Создателя
каплей упадёт.

Осень, дождь и сумерки,
светлые, последние.
Утром лужи чёрные
обметает лёд.

Далеко в неведомом
Бог идёт по ниточке.
Ожерелью новые
бусины несёт.
[/spoiler]

Краси-и-иво... :)

спасибо :)

Ой. это я напутал - нужно было иначе строить фразу - это пчёлы неживые.

Эр Гленке, а новых стихов нет или Вы просто не выкладываете?
/тонкий намек/ ;)

Сейчас почти не пишется. Только про море немного... такой конспект и полусон над учебником)

[spoiler]попытки конспекта по землеописанию (Померанцевое море, где-то недалеко от о. Марикьяра) (где всё равно рано или поздно появляются пираты)

Далеко-далеко, у моря, есть песок и синие скалы,
там живут медузы и крабы, мне об этом книга сказала.
Там деревья, и ветер ветви переплёл, как куски каната.
Серебристо-серая зелень, стебельки полыни и мята.
Вот параграф второй: «оливы, несомненно, полезны краю...»
Шорох перьев и волны света, я над книгою засыпаю...
К берегам приплывают часто за водой из ручья пираты.
Их оливковый любит ветер, провожает, летя к Закату.
Он приносит обрывки песен, что когда-то пропеты были
и достались в наследство ветру вместе с небом и тёплой пылью.
Корабли уплывают дальше — по вечерней небесной глади.
Пропадают синие скалы... остаётся строка в тетради. [/spoiler]

Как хорошо! Такая ускользающая мечта...
Браво, эр glenke!

Классно! "Куски каната" только не нравятся. Все остальное - классно! :)

Эр Glenke, действительно, как на размышления над учебником. И сразу все представляешь, что там написано. :D
Эреа Ингрид, мне кажется, что канат как раз к месту - тематика-то у стихотворения морская. :)
После "у моря" не нужна ли запятая?

Очень пронзительно... и грустно, грустно.... но грусть светлая
Эр Гленке, ваши стихи создают настроение, и оно остается как послевкусие от хорошего красного вина, терпкость, легкая горечь, ускользающая сладость...
Прекрасно
[spoiler]Для меня ваша поэзия сравнима по воздействию с поэзией Хуана Рамона Хименеса[/spoiler]

Эр prince_bundle, ну кому как. Для меня канаты однозначно толще ветвей деревьев, ветви перепутываются легче, ИМХО. К тому же куски - это короткие отрезки. В этом месте стихотворения сравнение мне кажется неудачным. Но стихотворение в целом очень нравится. :)

Волшебно Эр Glenke.Ваши колыбельные как путешествие в сказку. Печальную временами, но несомненно красивую

спасибо большое)

prince_bundle, точно, я запятую упустил) спасибо за неё)

ещё из зимы в лето

[spoiler](Жермон Катарине)


мы не помним друг друга, верно?
пишем редко и о погоде.
кстати, вьюга. тоска безмерна
по бесснежной твоей природе.

никуда от зимы не деться–
зло и терпко её дыханье.
у тебя так легко согреться,
но куда убрать расстоянье?

знаешь, утром порезал палец,
так нелепо… о край страницы.
книги, верно, людей читают,
отмечая надежды «птицей».

мы не помним друг друга в этой
круговерти тепла и стужи…
напишу тебе о погоде
и пойму, что ответ – не нужен.[/spoiler]

Осень, дождь над липами... (С)
Кажется, родится песня... Алеф, ты не против?

А теперь читается иначе. НЕ НАДО ему туда - в её "бесснежность". Там, наверное, вообще "без-" чего бы то ни было.

Артано, конечно не против)

немножко ещё.

о невозможности вернуть(ся)
[spoiler]
ладонь опять холодит стекло,
у белых окон учусь зиме.
учусь запутывать так свой след,
чтобы назад не вернуться мне.

задую тусклый огонь свечи.
нам не понять, что нужно судьбе.
тонкий трещит под ногами лёд —
ломкая тропка моя к тебе.

я научился не ждать весны.
только порою в морозном сне
вижу — как солнечной полосой
тает тропинка твоя ко мне.[/spoiler]

из предвесенней (иногда бывает) Торки.
[spoiler]
до весны осталось два письма,
два почтовых длинных перехода.
нет, теплей не станет, тут полгода…
или дольше?.. тянется зима.
помнишь, я писал про первый снег,
вьюжный, лёгкий, на тебя похожий?
как летел за шляпою прохожий,
а метель – за ним. и этот бег
тропкою на белый лист ложился.
о последнем снеге рассказать?
вечен он, я в этом, убедился –
север, от него не убежать.
до конца осталось две строки.
стёкла стынут, в окна дует ветер.
вот и точка. надпись на конверте.
прошлых слов сухие лепестки.[/spoiler]

фельпская песня
(про море, закатных кошек и сонный штиль)
[spoiler]***
когда волна кусает борта,
и вёсла все в белой пене,
не вспоминай свой далёкий дом,
любовь и цветы сирени.

волна-волна, за одной одна!
пусть ветер срывает глотку!
а в трюме прячется сонный штиль
в бочке из-под селёдки!

когда на мачтах огни горят
глазами закатной кошки,
не думай «я зря бороздил моря!»,
танцуй и пой — на дорожку!

Закат-Закат, ты Рассвета брат,
у тебя морская походка.
а в трюме прячется сонный штиль
в бочке из-под селёдки!

когда луны не видать совсем
и мачты трещат, ломаясь,
богам не молись, покрепче держись,
заранее не прощаясь.

луна-луна, пей вино до дна
за путь наш земной короткий.
никто не выпустил сонный штиль,
что в бочке из-под селёдки.[/spoiler]

Эр Glenke, великолепные стихи. Как бездонные озера, в которых отражается небо. И письмо Жермона, и другие.
[spoiler]"О невозможности вернуть(ся)" - он ведь не вернется, никогда больше с ней не будет, не так ли?
Опять я со своими запятыми. Показалось, что ее можно поставить после "совсем" в когда луны не видать совсем
и мачты трещат, ломаясь...
[/spoiler]

Эр Гленке, прекрасные стихи, как сама жизнь, Торка, зима и море. Огромное спасибо. Такие стихи - праздник для души (Вашей - когда Вы пишете, нашей - когда мы читаем). :)

спасибо :)

ещё - весенняя Торка.
[spoiler]письмо из Торки

в Торке весна, даже тучи, и те — посветлели,
тихо плывут надо мною, как пена морская.
мы слишком долго зимой и разлукой болели,
чтобы сейчас не заметить опасного края.

в Торке весна, представляешь? не верится даже.
волнообразные горы, кругом первоцветы.
нам бы вдохнуть и забыться в различных пейзажах,
не отвечая на глупое милое «где ты?».

в Торке весна лунной медью лишает покоя,
манят на белой стене золотистые тени...
время уйти от тепла, и на север с собою
боль унести в холода, где не будет сирени. [/spoiler]

стойкая эсператистская песенка

[spoiler]у кошки четыре всего ноги,
и глаза, как осенний лист.
но гладить её не моги, не моги,
потому что ты эсператист.

когда на улице благодать,
греет солнце и птичий свист,
запирай окно и учись страдать,
потому что ты эсператист.

если хочется вкусной тебе еды,
с искушением насмерть борись.
не поможет — сходи и попей воды,
потому что ты эсператист.

если сон затуманивает глаза,
говорит: засыпай, свернись...
прочь гони эту ересь и жди всегда,
потому что ты эсператист.[/spoiler]

«А там, не успеешь оглянуться, подагра, старость, астры…» (В. Камша, Шар Судеб, С. 147)

как-то астры и их компания зацепили...

Бертрам Валмон Марселю и просто в пространство

[spoiler]я узнал об осени внезапно, стало холодно, а речи потеплели.
пугалу на поле вместо шляпы капюшон монашеский надели.
улетела лёгкость вместе с летом, бабочками, пылью придорожной.
я не видел, упустил сквозь пальцы тот исход — банальный, но тревожный.
огороды, осень... что случилось...? каплуны к обеду — это вкусно.
на десерт политика осталась — от такого делается грустно.
только звёзды, их названье «астры» (ты пустил козу, Марсель, на небо!) —
астры светят тонкими лучами, расцветают, побеждая небыль.
всё, что нужно нам, — отца послушай! — как отец, бывало, слушал деда:
раз — обедать нужно только с толком, два — чтоб астры нас равняли с небом.
говоришь: «Подагра, старость, астры»? не слыхал глупее измышленья.
прочь с отцовских глаз, сходи на кухню, принеси родителю печенья.
эта осень много наломает дров, и жизней, сучьев и побегов...
поздний мотылёк в окошко бьётся, белый, словно ожиданье снега... [/spoiler]

Эр glenke, до чего хорошие стихи! Последними двумя очарована до глубины души. Ваши стихи светятся и греют изнутри так же, как ваши рисунки и "кукольное". :-*

Стихи, как всегда выше всех похвал, которые множно бросить к их условным ножкам (строкам, словам, буковкам). :) Все три очень-очень понравились. Но все-таки "От Бертрама Вальмона Марселю..." особенно. Огромное Вам спасибо, эр!

Больше всего понравилась "Стойкая эсператитская песенка".

спасибо))

наверное, Мэллит. о белых ночах.
[spoiler]
белая ночь. ты не знаешь, что это такое?
северным летом, когда облетает сирень,
кто-то мешает, неведомый нам, «слёзы» с «кровью»,
в холод ночной добавляя бессолнечный день.
в окна гляжу — там туманно, и бело, и тускло,
только на башне привратной горят огоньки.
белая ночь — это сразу тревожно и грустно —
как на прощанье коснуться любимой руки.
всё растворится в пронизанном светом тумане:
стены, тропинки, дома, весь привычный уют —
только не бойся — туман не плотнее той ткани,
что твои сёстры, смеясь, при светильниках ткут.
белою ночью луна — словно остров далёкий.
кажется, можно на хрупкой скорлупке доплыть.
там, на луне, нет глухой, безнадёжной печали,
только белая ночь. ты сумеешь её полюбить?[/spoiler]

и ещё одно. тоже Мэллит.
[spoiler]
«что живому печаль — то мёртвому радость» (Канцлер Ги, Песня о мёртвой долине)

знаешь, каждый день одно и то же —
стены белые и ожиданье злое,
пусть скорее что-нибудь случится,
я немногого прошу — покоя...
ты немногое даёшь: надежду —
рвёт перо бумагу — для больного.
затвори окно, луна тягуча,
как гальтарское бессмысленное слово.
больше нет на свете сонных улиц,
кроме моря — ничего не стало.
тихие ночные разговоры,
словно птиц, по небу разметало.
носит их по миру: юг ли, север...
и морисский шад в своей пустыне
вдруг шепнёт сквозь сон чужое слово,
сам не зная, скажет твоё имя.
снова белых стен тяжёлый камень,
я пишу страницу за страницей.
в никуда. быть может, после жизни
радостью разлука обратится? [/spoiler]

Эр Glenke, здорово! :) У Мэллит очень тонкий поэтический вкус.
О ком же она так печалится (2-е стихотворение)...

Эр Glenke, вы пишете замечательные стихи! Спасибо большое!
Особенно понравилось про Жермона и Мэллит.

спасибо)

о. это не она, а о ней)

Красиво! Очень!
Всю тему прочла зараз - под хорошее настроение и пишу отзыв.
Стихи разные - как по теме, так и по настрою. Но все они - с душой. И обаянием. Это - главное!

Ясно. :) О Мэллит только так и можно говорить! :D

ещё сонно-письменное.

[spoiler]***
дождь графитом штрихует горы.
серым кругом — луна.
это Торка, весна, как видишь,
здесь не совсем весна.
снег пойдёт — обещает небо.
явь холодна и зла.
спать бы век в темноте, где небыль,
чтобы боль не нашла.
миг, другой — и шагну с порога:
снится чужая даль,
в рыжей дымке пылит дорога,
солнце нагрело сталь.
сад камней и другие лица.
дождь-граница-война...
это — правда, иное — снится.
сказочная страна...
мир зелёный на шёлке вышит:
мостик, цветы и дом...
здесь драконы живут на крышах,
грозы под их крылом.
понимаю, что всё — виденье,
игра, не мои слова...
но, просыпаясь, шепчу чужое:
«...от слёз мокры рукава».[/spoiler]

и если бы в Агарисе росли пушащие всё тополя)

[spoiler]***
в желтизну домов окно открыто,
я пишу по пыльному стеклу.
будет дождь. он имя прочитает
и сотрёт... пушинки на полу...

мутным облаком окутан город,
дымом без огня щекочет нос...
вьётся пух. страшней закатных тварей
душу рвёт не заданный вопрос.

тополя до срока поседели,
жёлтые дома, как корабли,
в море, в мареве... плывут? взлетели?
город оторвался от земли?

жарко. агарисские торговки
замолчали... переводят дух...
в тишину моё окно открыто,
и за ним один летящий пух.[/spoiler]

погодное)
[spoiler]
дождик для Олларии

дождик, дождик, где ты есть,
быстрый, длинногривый?
прилетай, в садах грустят
яблони и сливы.
кардинал с утра в делах:
думы да приёмы...
оживи его водой —
чистой, невесомой.
дождик, дождик, лей сильней,
и над Багерлее
капель звонкий перестук
всех оков сильнее.
дождик, в Ноху загляни
где коты — бесстрашны.
ручейками обними
камни, стены, башни.
дождик, ночью попляши
с лунным отражением,
раз-два-три — полёт, порыв,
головокружение.
без тебя тоска и пыль,
быстроногий, где ты?
близким громом отзовись
и пролейся летом.[/spoiler]

колыбельная барона Ульриха-Бертольда
[spoiler]без акцента :)

шестопёр плывёт по небу,
а за ним плывёт другой.
спят сейчас не то что раньше —
пфе! — накрывшись с головой!

ляг пораньше, тренируйся,
старших не перебивай.
шестопёр бери с собою
и из рук не выпускай.

спи, не жалуйся на стужу,
одеяло — слабакам!
им подушки и перины,
а земля и небо — нам.

славно спать на горном склоне,
видеть сон, как над тобой
шестопёр плывёт по небу,
а за ним плывёт другой. [/spoiler]

Отличные стихи!  :D

Эр glenke, прекрасные стихи! :D

спасибо большое)

набросок. снова север и море.

***
волны в Хексберг синее, чем глубокие тени.
на камнях у причала мёрзлой коркою соль.
там зима: навсегда ли? на долгое время.
отпусти меня к морю и остаться позволь.
заскрипят под ногами снег с песком и ракушки...
будет ветер с Заката в небе солнце студить.
отпусти меня в море от незыблемой суши:
волны «воле» созвучны, море — слову «любить».

Ой, какое последнее...

Прекрасный набросок. Выглядит, как цельное стихотворение. :)

Замечательнеший набросок!

спасибо большое)

ещё немного.

письмо, как обычно, с севера

заметает горную дорогу.
здесь, за поворотом — облака
парусиной рваною упали,
ждут ветров с тоскою моряка...
здесь маяк — луна, что водит кругом:
горы, говор эха... сон больной.
я носил письмо твоё с собою —
стёрлись буквы, словно путь домой.
сонными и снежными часами
повторял, что ты на свете есть:
далеко, как в песне, за горами,
но не здесь — темнела сталь — не здесь.
напиши мне... наяву, во сне ли —
назови по имени опять.
и, покуда спят война и вьюга,
я смогу твой голос различать...

бергерская колыбельная о море

по небу уплыли корабли на запад,
в облачный закат.
здесь метель — прибоем в запертые ставни,
как сто лет назад.
нам достались горы, едкой солью память...
засыпай скорей,
и увидишь чаек, спрутов и русалок,
жителей морей.
раньше нас носили на руках по миру
волны да ветра.
но никто не силах с временем сразиться
и вернуть вчера.
утром до рассвета поднимись на башню —
ждать небесный флот.
ветром раздувает флаг, и наш кораблик
всё равно плывёт!

про кляксу

если вы в тетрадке кляксу посадили — не грустите,
дорисуйте крылья, лапы и красивый чёрный хвост,
подпишите: «то не клякса, а великий рокыалва,
он клюёт мои ошибки даже в самый строгий пост».
дальше можете в тетрадке чем угодно заниматься:
хоть историей древнейшей... хоть вином и табаком.
слова поперёк не скажут — так внушительная клякса
сильно на умы влияет, тем, кто с Алвою знаком.
если вы — случайным взмахом, посылая весть с камчатки
тем, кому на первых партах жарко, как в Кагете днём,
опрокинете чернила и тетрадь совсем зальёте,
грех расстраиваться — морю применение найдём.
там по дну шагает клякса, распушив вороньи перья,
рокыалва не исчезнет, только сменится пейзаж...
а над бездною чернильной, двоеточием моргая, ждёт
магистр грешный Лойсо и кусает карандаш.
смело мокрую тетрадку в фиолетовых разводах
вы сдавайте на проверку — пусть в душе разброд и спор:
«две недели без прогулок! в школу всех родных и близких!
получу за это двойку...» Ворон каркнет: «Невемор!»

Класс! Спасибо, эр Гленке, за поднятое настроение!

Эр Гленке, большое спасибо! :D

Чудесно, как всегда :D

Все изумительно, но это - особенно:
Все слилось в едином вихре,
Вместе с Эдогава Рампо -
Орден Водяной Вороны.
Просто полный Невермор! ;D

Превосходные стихи. Поселяются в душе сразу же и навсегда. Браво

Потрясающе красивые стихи! Некоторые колыбельные и Олларийский дождик читаю ребёнку для засыпания :)