Форум официального сайта Веры Камши

Робер осторожно придвинул к себе стопку. Почерк у Альдо изменился – это он заметил сразу. Стыдно, но у него ни разу не возникло желание навестить Альдо в его заточении. И стыдно ему было не за то, что не навестил – а именно за то, что желания не возникло.
«Великая Талигойя от моря и до моря». Что это?!
Робер поднял глаза на Матильду. Принцесса покивала головой – дескать, читай, читай.
Робер, нахмурившись (почему-то сразу начали болеть глаза), принялся бегло просматривать страницы, исписанные меняющимся от слова к слову почерком.
Довольно неплохим языком там рассказывалось о том, как узурпаторы незаконным образом захватили власть над стихиями, им не принадлежащую; автор разъяснял, что нынешние Повелители не могут быть Повелителями по той причине, что умение владеть стихиями они получили незаконно – обманом и подлостью (причем кто кого обманул – было совершенно непонятно; не мог же Альдо искренне считать, что кто-то может обмануть камни или, к примеру, волны!).
- Но это же… но это же полная… ерунда!
- Это не ерунда, - отрезала Матильда, - а подлость! Негоднику неймется вернуть себе власть, и он пытается доказать, что имеет на нее больше прав, чем твой приятель. А заодно и Повелителями поставит тех, кто будет готов ему пятки лизать.
- А… откуда это? – Робер указал на бумаги; дотрагиваться до них не хотелось – как будто они были грязными.
- Левий дал, - Матильда улыбнулась; а ведь она и в самом деле симпатизирует маленькому клирику. – Он к Альдо монаха приставил, а Альдо его подкупил. То есть он так думает, что подкупил, на самом деле монах-то все сразу кардиналу рассказал – Левию его монахи преданы, как тебе твои южане, -  а тот велел «подметные письма» у него забирать и деньги за услугу брать, и побольше.
Робер покачал головой.
- А деньги-то зачем?
- Ну, во-первых, для достоверности. Альдо же не дурак, чтобы верить, что какой-то монах просто так ему помогает, «за идею». За идею у нас только Дикон глупый сражаться готов. А во-вторых…, - Матильда замолчала.
- Что – во-вторых? – переспросил Иноходец, но Матильда, пожалуй, его не слышала. А может, не хотела отвечать на вопрос – лгать-то она не любила, как и сам Эпинэ.
- Женить его надо, - вдруг решительно сказала Матильда. – Да на такой, чтобы и сковородкой могла приложить, в случае чего!
Хорошо, что Робер продолжал сидеть на полу – сиди он на стуле, он бы непременно упал.
- Да пошутила я, пошутила, - пояснила принцесса, но выражение лица… Нет, не похоже, чтобы пошутила!
- ДА не знаю я просто, что с ним делать! – в голосе прозвучало отчаянье, но чем Иноходец мог ей помочь? Он и сам не знал, что делать с Альдо. И с Диконом. И с Айрис. И с Вороном, Леворукий его подери!
- Может, поговорить с Левием? – пробормотал Робер только чтобы не молчать.
- Да не знает он, - махнула рукой Матильда. – А может, знает, да не хочет мне такое советовать. А вот ты с ним поговори, поговори! Может, он что дельное и скажет. Ладно, будем считать, что с делами разобрались. Сейчас пить будем.

Огромное Вам спаибо, эрэа nyushik. Читать Ваши тексты - наслаждение. А удовлетворив кусочек моего любопытства, Вы продлили мою жизнь до понедельника.  :D

как приятно читать такие отзывы!

Тогда вот ещё отзыв: Чту и Ожидаю (проды!) ::) ::) ;)
Кого ж давно не было? ??? Валентина? ;)

(*а ещё жалко, что не появлялось (вроде бы?) Ойгена и Бонифация. ;-v Но им, наверное, "сейчас" до того? ;)*)

Интееерееесно как... ::)

ой, Бонифаций с Левием, наверное, будут, а Ойген как-то пока не хочет на бумагу монитор клавиатуру ...
Словом, Ойген протустует против своего участия в фанфике! Может, еще уговорю...

Касера – а вернее, много касеры, - сделала свое дело: спал он без сновидений. Никаких молний, взывающих к ним девушек, никаких Рокэ с гитарами…
Робер – чуть ли не впервые за последний год, - чувствовал себя и в самом деле отдохнувшим. Голова не болела, шрам на запястье не ныл… Ну, просто загляденье!
Клемент шуршал на столе. Наверное, снова хотел есть.
- Ваше Крысейшество! – позвал Иноходец. Голос прозвучал как-то не так. Робер усмехнулся: пить надо меньше, тогда и голос будет звучать «так».
Клемент повернул голову и, как показалось Эпинэ, с возмущением поглядел на своего хозяина, а потом принялся тереть мордочку лапами. Вставать не хотелось совершенно. Эх, взять бы да и проваляться целый день! Но сейчас припрется Сэц-Ариж, заставит завтракать…
Клемент перестал «умываться», и, поглядев на хозяина, пискнул – не то возмущенно, не то испуганно.
- Сейчас, сейчас будем кушать, обжора!
Нет, с голосом что-то явно не то!
Робер сделал несколько шагов и чуть не упал, заметив свое отражение в зеркале. «Не то» было не только с голосом: из зеленоватой прохладной глубины на него глядело чужое – и вместе с тем чрезвычайно знакомое! – синеглазое и загорелое лицо.
- Лэйе Астрапе! – на сей раз вместо восклицания получился всхлип. Что же – сбылась мечта идиота! Теперь он находился в теле Ворона, а Ворон находился неизвестно где – вместе с его, Робера, телом.
Но почему он тогда у себя дома? Как он – то есть Ворон? – попал сюда? Расспросить слуг? Учитывая их преданность герцогу Эпинэ, вряд ли они будут отвечать на вопросы герцога Алва…
В дверь постучали.
- Войдите! – крикнул Иноходец, бросаясь назад к постели: не хватало еще, чтобы Сэц-Ариж застал его полуголым и пялящимся на свое отражение в зеркале. О Вороне и так ходит слишком много слухов – неприятных и, похоже, не имеющих ничего общего с действительностью.
- Господин герцог, - Сэц-Ариж поклонился изящно, но сдержанно. – Герцог Эпинэ просил Вам передать, что вынужден уехать, но что Вы можете располагать его особняком, как своим.

Неожиданно! Невероятно! Неподражаемо! Нет недостатков!

СУПЕР!!! Пожалуйста, проды!

 Прелесть!..  ;D

;D ;D ;D

ПЯТЬ!  ;D ;D ;D

;D

  ;D Новый писк гальтарской моды - "накладной живот как утепляющая деталь одежды"! Ждите в продаже!  ;D  ;D ;D

;D

  И не боятся такие шутки с дворянином проделывать? ;D Им еще их лавочка хоть немного дорога?  :P

 Интересно, что это означает? Что Дик станет "истинником"?.. :(
Эрэа nyushik, потрясающе! (*скандируя*): ПРО-ДЫ!!! :)

Эреа nyushik, вы нас разбаловали  . Три дня без продолжения - это так до-о-о-лго. :(

Просто прелестно, как сказал бы виконт Валме. Робер сидел в кресле и тупо пялился в зеркало. Черные  волосы и синие глаза никуда не девались. Плюнуть в отражение, что ли? Да уж, хорошее мнение по его милости сложится у слуг о Повелителе Ветров: сидит целый день сиднем, ни черта не делает, только в зеркале свою драгоценную особу разглядывает, а когда в этой самой драгоценной особе ничего не нравится – так еще и плюется в нее…
Впрочем, Ворон заслужил. За какими закатными тварями, спрашивается, он влез в его, Робера, тело?
«И хорошо ли он там с этим телом обращается?» - ехидно похихикивая, спросил внутренний голос. Внутренний голос был чрезвычайно похож на голос виконта Валме. Только этого еще и не хватало – раздвоения личности. Личность виконта Валме в личности герцога Эпинэ, находящегося в теле герцога Алва. Красота!
Единстенное, что радовало – Клемент признавал своего хозяина. Еду брал, на колени залазил. Словом, все как обычно. С другой стороны – вдруг он точно так же вел бы себя и с настоящим Вороном?
Хватит сидеть. Надо что-то делать, иначе он просто-напросто сойдет с ума, не дожидаясь момента, когда истечет семнадцатый день пребывания его в теле Алвы. Воспользоваться, что ли, советом Матильды и отправиться к Левию? Не сойдет ли маленький клирик с ума, если к нему явится герцог Алва – за советом, как бы ему обнаружить герцога Алва? Замечательная получится компания – сумасшедший Повелитель Молний и сумасшедший кардинал…
Клемент недовольно зашуршал: поведение незнакомца, в котором он почему-то чувствовал хозяина, его смущало, но есть он все равно хотел.
- Ты, толстопузый обжора, - роббер почесал пальцем мягкое пузико. – Дать тебе печенья с касерой? Или мне – в этом теле – положено давать тебе печенье, политое кэналлийским?
В дверь постучали. Сэц-Ариж стал отменно вежливым! А ведь когда Робер был Робером, тот мог вломиться и без стука – особенно когда считал, что Повелителю пора обедать или отдыхать.
- Оседлайте мне моего же…, - откуда у него тут может быть его жеребец? Или Алва – достоверности ради, - оставил Моро на конюшне Иноходца? Но не спрашивать же. – Жильбер, оседлайте мне жеребца.
Сэц-Ариж ошалело захлопал глазами. Точно так же, как хлопал, когда Робер  обратился к нему по имени, будучи еще в своем собственном теле. Тьфу! Все это похоже на дурной сон, и с каким бы удовольствием он проснулся! Интересно, что чувствовал Реджинальд в такой ситуации?
- Ваш герцог много рассказывал мне о Вас, - улыбка получилась плохо; впрочем, пускай думает, что герцог Алва просто перебрал.
- Через несколько минут Ваш жеребец будет готов. – Сэц-Ариж поклонился и исчез, никак не отреагировав на лестное замечание.

Вот так всегда. На самом интересном месте!
Зверски здорово эрэа nyushik.

Моро, стало быть, здесь. Как же Алва смог с ним расстаться? Дракко! Алва уехал на Дракко! Это было бы чрезвычайно неприятно… это должно было быть чрезвычайно неприятно, но ничего похожего Робер не испытывал. Как будто это он уехал на Дракко – тоже он, другой он. Чувство было… ну, по меньшей мере, странным.
Моро был оседлан – интересно, кого это он к себе подпустил, ведь Карваль отсутствовал? Почувствовав непонятный укол ревности, Иноходец погладил жеребца по лоснящейся шее. Моро коротко всхрапнул… так, пожалуй, приветственно. Что же, поедем на Моро. Только вот куда – поедем? Он отдал распоряжение седлать до того, как решил, куда же отправится. К кузине? Она не в курсе всех последних событий. К Марианне махнуть, что ли?
Моро покосился на лже-хозяина лиловым глазом.
- Мы с тобой поедем в Валентину, - сообщил Эпинэ и вскочил на коня. Получилось ловко и красиво – тело хранило все инстинкты своего хозяина, а наездником Алва был… ну, по крайней мере не худшим, чем Иноходец.

Мэллит стояла у окна. Названный Валентином уехал так давно… Мэллит уже несколько дней не могла спать. Названный Валентином умен, он не даст заманить себя в ловушку, он смел и отважен, он умело сражается, но разве сердцу скажешь – замолчи, не надо беспокоится, все будет в порядке?
Серый котенок играл на полу с голубой лентой. Повелевающий Волнами дал ему имя «Барс», да только какой же это Барс? Так, Барсик… Барсик, порой воображающий себя большущим о могучим барсом и выпускающий при этом достаточно острые коготки…
Что-то мягко шлепнулось на подоконник рядом с Мэллит. Котенок решил составить своей хозяйке компанию – уселся и уставился в окно.
- Ты тоже ждешь… Валентина? – Мэллит произнесла вопрос вслух только для того, чтобы разорвать повисшую густую, как кисель, тишину. Котенок, как того и следовало ожидать, не ответил, только потерся пушистой головкой о руку Мэллит и взлетел на ее плечо, довольно больно вцепляясь когтями в кожу.
Когти оцарапали кожу, но это – пустяки. Царапины заживут, по сравнению с болью, которая поселилась в сердце с отъездом Повелевающего Волнами, это просто пустяк…
Мягко открылась дверь. Мэллит инстинктивно прижала котенка к себе. На пороге стоял названный Валентином.
- Простите, если напугал Вас, я просто хотел засвидетельствовать Вам свое почтение.
Лицо бесстрастно, но серые глаза – в них тепло, или Мэллит снова обманывает себя?
Мэллит неосознанно прижала котенка крепче, пытаясь унять стук глупого сердца.

Эрэа, у меня просто не хватает слов, чтоб выразить мое восхищение! Могу только умолять: "Продолжения..."

PS. Эпизоды с Мэллит и Валентином - это что-то особенное!!!...

Клемент - умница! Узнал-таки любимого хозяина, даже в чужом теле!))  Как повезло Роберу с этим выдающимся крысом! :)

- Здравствуйте, герцог… Эпинэ, - пауза получилась почти незаметной.
Робер мрачно кивнул.
- А как Вы догадались… что это я?
Валентин пожал плечами.
- Право, не знаю. Просто сразу понял, что это именно Вы.
Интересно, что же это такое с его физиономией, что его сразу можно узнать? И Валентин, и Клемент… Хотя, с другой стороны – Сэц-Ариж ведь не узнал его…
- Вина? Или – ужин? Признаюсь честно, я зверски голоден.
Иноходец изумленно уставился на Валентина. Услышать от Спрута такое! Неужели на него так повлияла Торка?
- Пожалуй, и я не откажусь от ужина.
Валентин замялся.
- Я бы хотел…Словом, ужинать мы будем втроем – у меня гостит баронесса Сакаци.
Робер вздрогнул. Мэллит здесь! Впрочем, он ведь знал это, но все же…
- Я думаю, баронесса не узнает Вас в этом облике, и, пожалуй…
Робер кивнул. Пожалуй, Мэллит и вправду лучше думать, что с ними ужинает герцог Алва.
Холеная рука потянулась к колокольчику.
- Тобиас, ужин на троих.
Молчаливый слуга поклонился и удалился, бесшумный, как тень.
- Мне удалось кое-что узнать, но, я думаю, лучше нам все обсудить после ужина.
Интересно, что здесь подают на ужин? Почему-то вспомнилось название трактира – «Каракатица в меду». Там еще подавали недурное вино… А интересно, готовят ли каракатиц в меду?
Лэйе Астрапэ, ну почему, почему ему в голову лезут такие дурацкие мысли? Какие, к Леворукому, каракатицы в меду?
Тут Иноходец с ужасом услышал свой собственный голос, задающий этот же самый дурацкий вопрос вслух.
- В меду? – Спрут удивленно поднял русую бровь. – Впервые слышу, чтобы каракатиц готовили в меду.
Жаркая волна прошла, кажется, от живота до ушей: в принципе, Спрут мог счесть этот дурацкий вопрос за оскорбление.
- Простите, герцог, я вовсе не собирался…
Валентин, подняв бровь, молча глядел на него.
- А знаете, герцог, вполне возможно, что это… гм, так сказать, естественные реакции Вашего тела.
Какие реакции тела? Ну, предположим, тело Рокэ сохранило все свои навыки и умения (кстати, неплохо бы это проверить – почему ему это до сих пор не пришло в голову?), но при чем здесь нелепые высказывания? Ведь внутри тела герцога Алва – он, Робер Эпинэ…
- В некоторых древних рукописях, - любезно пояснил Валентин, - говорится, что полного обмена телами  - а вернее, разумами, - не происходит. Частица разума прежнего… э… хозяина тела остается, слишком маленькая, чтобы осуществлять контроль над телом, но все же достаточная, чтобы иногда этот контроль перехватывать.
Робер откинулся в кресле. Стало быть, его сознание соседствует с частью сознания Ворона? А часть сознания Робера, стало быть…
- Монсеньор, ужин подан.
Право слово, грех человека такого роста и такой стати держать в слугах – ему более пристало бы служить в гвардии. Впрочем, Сэц-Ариж и Карваль тоже были вояками, а не слугами, но, вместе с тем, почитали честью прислужить своему герцогу.
- Мы обсудим все после ужина, - еще раз напомнил Валентин, вставая и расправляя кружевные манжеты. – Прошу!
Пожалуй, манжеты следует расправить и ему: Ворон никогда не позволил бы себе сидеть за ужином в помятом виде, а ему следует помнить, что сегодня – по крайней мере, на время ужина – он герцог Алва.

"Ложка каракатиц портит бочку меда" (из "Кулинарной книги Дома Волн")  ;D

Подозреваю, что следующую главу - с описанием ужина - не стоит читать на голодный желудок, дабы не истечь слюной! Наверняка у Приддов кормят очень хорошо и вкусно - особенно если сам хозяин зверски голоден...  :)

Эрэа nyushik. Безупречно! А Робер оказывается - неряха.  ;D

Робер - не неряха, ему просто не до таких мелочей  ;D

Робер почти утонул в мягком и удобном кресле, которого, кажется, здесь раньше не было. Ужин оказался отменным – во всех отношениях. У Спрута умели кормить.
- Итак, я готов беседовать.
Готов. А вот он, Иноходец, не готов. Пожалуй, не стоило так объедаться, но сегодняшний ужин стал настоящим «праздником желудка». Прикрыв глаза, Робер хмыкнул себе под нос. Его размышления о еде были под стать не Ворону, в теле которого он находился уже четвертый день, а, пожалуй, Марселю Валме.
- Давненько я не получал такого удовольствия от ужина, - признал Эпинэ, тщетно пытаясь сесть ровно: мягкое кресло, казалось, само затягивало в свои недра. Впрочем, есть ли у кресла недра?
- Выпейте это, - Придд протянул бокал с чем-то пахнущим довольно резко.
Иноходец, не задумываясь, отхлебнул, почти сразу с удивлением отметив, как тягучая, мягкая дрема выпускает его из своих сонных лап. Через несколько минут он был уже вполне работоспособен – хоть садись на коня и скачи искать Айрис с Диконом.
- Семейный рецепт, - пояснил Придд. – По ночам над книгами порой тянуло спать…
Семейный рецепт. Ну да, Придды же все книжники. Валентин пил это, чтобы не уснуть при изучении очередного фолианта, а Иноходец – чтобы не заснуть от обжорства.
А удовольствие от ужина он и вправду получил. В последнее время чаще всего получалось так, что он даже не замечал, чем его кормили, а сегодня – виной тому было его общее состояние, или активизировались тайные центры удовольствия, которыми тело Ворона в отличие от его собственного, обладало – но он действительно смаковал каждый кусок.
К тому же – и это Робера несколько удивило, - ему было очень приятно наблюдать за Мэллит, а конкретно – прослеживать те взгляды, которые девушка исподтишка бросала на Валентина. Похоже, Мэллит полюбила, и его, Робера, это никак не задевало – ему даже не было грустно, наоборот, он был искренне рад за девушку. Пожалуй, так бы он радовался, если бы достойного и надежного человека полюбила его сестра.
Мэллит, по-видимому, была счастлива. Что ж, Валентин – не Альдо, он не обидит девушку, да вот только питает ли он ответные чувства? Пожалуй, надо бы с ним поговорить… Да вот только как?!
- Итак, Валентин, что Вам удалось узнать?
Придд сделал несколько шагов к камину, вернулся, и, немного помолчав (будь на его месте кто угодно другой, Робер бы подумал, что он выдерживает красивую паузу, но к Валентину, конечно же, такое предположение относиться не могло), - сообщил:
- Результаты, надо признать, оказались довольно неожиданными. Ну, во-первых, я нигде не нашел упоминания о том, что на Террасе Мечей можно выявить Повелителя. Установить принадлежность к тому или иному дому – да, но вот выявить Повелителя… Но я уверен – должно быть какое-то средство, скорее всего, я просто еще не нашел…
Боги, окажись на месте Придда … ну, хотя бы он сам – на каком фолианте он счел бы дело безнадежным и махнул бы рукой? Терпению этого парня можно просто позавидовать.
- Теперь о Доме Ветра. Есть все основания полагать, что… гм, сведения об отсутствии кровных вассалов неверны. Я назову Вам несколько человек, которые могут таковыми являться, а вернее – которые с равной вероятностью могут являться Повелителем Ветра.
Придд снова замолчал, и Робер с удивлением заметил, что в левой руке тот сжимает платок. Волнуется?!
- Если захотите, позже я расскажу подробно, каким образом я пришел к таким выводам, но для начала я сообщу сами выводы. Во-первых, кардинал Левий. Во-вторых – офицер Луиджи Джильди. Он… сподвижник герцога Алва…
Робер кивнул. Что-то тут не так. Конечно, агарисский кардинал и фельпский офицер (кажется, Джильди – фельпец, если он ничего не перепутал) – довольно неожиданные кандидатуры, но Валентин явно нервничал из-за кого-то другого.
- И, наконец… баронесса Сакаци, - сказал Придд, слегка побледнев.

Эрэа, пожалуйста, продолжения...

Умеете Вы удивить, эрэа nyushik. Блистательно!

Я только сегодня обнаружила на сайте это ЧУДО!
С одной стороны- обидно, что так поздно, с другой - все, что написано, прочитано без перерывов и пауз.
Эрэа! Я в восхищении! Спасибо Вам огромное.
Пожалуйста, продолжения!....

Мэллит ходила по своей комнате, прижимая к груди котенка. Что-то было не так, но вот что? Названный Валентином вернулся каким-то другим… Она не замечала этого – до ужина, но во время ужина он вел себя странно… Старательно, слишком старательно делая вид, что все в порядке.
Котенок принялся ворочаться, пытаясь вырваться из рук; Мэллит слегка придержала его. И гость… Странный, синеглазый, незнакомый, неправильный гость, почему-то так сильно напомнивший ей названного Робером… Но названный Робером давно не посещал Повелевающего Волнами…
А может, Валентин был не таким, как всегда, именно из-за визита неправильного гостя? Ведь, когда он приехал – он был таким как обычно… До момента, пока не приехал Повелевающий Ветрами, названный Рокэ… Мэллит вдруг почувствовала, что сегодняшнего гостя на самом деле звали как-то по-другому. Просто почувствовала: настоящее имя гостя было совсем-совсем другим… К тому же – ведь котенок, Барс – он был подарком Повелевающего Ветрами, а Повелевающий почему-то ничего о нем не спросил… Конечно, у Повелевающего много других забот, куда более важных – но, она была в этом уверена, - тот, кто называл себя Рокэ, никогда в жизни не обидел бы ни котенка, ни коня… Ни женщину.
Названный Валентином явно был рад этому гостю; что же заставило его стать… другим? Каким-то отстраненным, что ли? А может быть, он все-таки приехал уже в таком состоянии, просто ее глупое сердце, чуть не выпрыгнувшее из груди при виде Повелевающего Волнами, просто этого не заметило?
Котенок извернулся и принялся с силой толкать ее руку задними лапами, одновременно выпуская когти. Мэллит наклонилась и опустила котенка на пол; тот тут же успокоился и принялся с ожесточением вылизывать хвост.
В дверь постучали.
- Войдите! – Мэллит хотела сказать спокойно, но голос прервался.
Названный Валентином! Он все-таки пришел к недостойной! Он не отвратил от нее своего взора!
- Наш гость покинул нас, попросив передать Вам поклон; он не хотел Вас беспокоить.
Мэллит, сглотнув, наклонила голову.
- Ничт…
- Мэллит, нам нужно очень серьезно поговорить.
Мэллит испуганно сжалась. Кажется, названный Валентином впервые обратился к недостойной по имени.
- Мэллит, расскажите мне, пожалуйста, еще раз о… о сыновьях Кабиоховых.
Мэллит послушно начала:
- У Кабиоха было четыре сына: Флох, Рох, Оллиох и Вентох. Уходя, Он оставил ИХ, дабы правили Они миром Его именем и по закону Его. И было так, как было, пока не истек Срок, и не призвал Кабиох сынов своих, и ушли Они звездной Нитью, но перед исходом каждый избрал себе деву и породил наследника. И стали сыновья своих отцов величайшими властителями земными, исполненными мощи и мудрости. Сын Флоха получил власть над огнем земным и небесным, и завешал ему отец коня, рыжего, как огонь. Сыну Оллиоха подчинились Воды, и подарил ему отец барана, белого, как пена морская. Но у Роха родились близнецы, а у Вентоха – дочь по имени Гарелли. И решил Рох, что вышедший первым из материнской утробы будет повелевать камнями, песком и плодородной землей и получит быка, черного, как земля, а младший, именем Гох, проживет свою Жизнь простым смертным. Та же участь ждала и дочь Вентоха. И было так, как было, но мудрость Кабиоха превыше мудрости сынов Его, и встретил Гох, сын Роха, дочь Вентоха. и полюбили они друг друга великой любовью, и пошли от них мы, гоххоны, что значит «дети Гоха», правнуки Кабиоховы.

Мэллит замолчала, потом, подумав, добавила:
- Достославный Енниоль говорил мне, что вы называете Флоха, Властелина Огня земного и небесного, Астрапом, Оллиоха, Властелина всех Вод – Ундом, Вентоха, Властителя Ветра - Анэмом, а Роха, Властелина Земли – Литом.
Почему-то, после того, как она закончила говорить, ей стало легче. Как будто непонятная тяжесть, не дававшая ей дышать полной грудью, вдруг исчезла, растворилась сама собой…
- То есть вы, гогганы, на самом деле произошли от Роха, Повелевающего Скалами, и Вентоха, Повелевающего Ветром, - похоже, названный Валентином сказал это самому себе.
- По праву Первородства нам ничего не принадлежит, - твердо сказала Мэллит. – Наследником Роха стал его старший сын, наследником Вентоха – его сын…
- По праву Первородства, как ты говоришь, наследницей Вентоха должна была стать его дочь, Гарелли, если я правильно помню ее имя.
- Женщины не могут…, - губы плохо слушались, и фразу Мэллит не окончила.
- Это мы раньше так считали, - сообщил названный Валентином, - что женщины не могут получать Силу по наследству. Но…, - он замялся, - есть доказательство противоположного. В Доме Скал Повелителем стала женщина. Сестра Ричарда Окделла, Айрис. Сила сама избрала ее.
Айрис? Мэллит смутно помнила высокую худощавую девушку; кажется, она была в ссоре со своим братом…
- Поэтому, возможно, поскольку официально кровных вассалов у Дома Ветра нет, а Повелитель Ветра оказался… гм, Первородным из дома Раканов, то…
Повелевающий Волнами постоянно прерывался, подбирая слова. Что же, он хочет, чтобы глупая Мэллит поняла его. Только – зачем он все это ей рассказывает?
- Видите ли, Мэллит, у меня есть некоторые основания полагать, что Повелителем Ветра являетесь Вы.

:( Мэллит - не Айрис. Бедная девочка.
Вот это интрига!

Потрясающе! Вам удается удивлять читателей каждым кусочком текста! Мэллит - бедняжка :o! Все-то на нее миссии мировых масштабов валятся.

Похоже Система стабилизируется. Два Повелителя, две Повелительницы и подлинный Ракан посередине. Что-то будет.
Восхитительно! 

"Подняться из глубин"... кресла. :)
А надорские кресла, должно быть, тверды и незыблемы. Так что в них лучше не садиться - отсидите себе всё, что можно... ;D
Кресла Дома Молний - с электроподогревом. Опасайтесь ударов током! ;-v
Кресла Дома Ветра... хм-м... надувные? И такие легкие, что их унесет любым ветерком?
Нет, всё же кресла Дома Волн - самые комфортабельные со всех точек зрения! :)

Узелок там завязался, что ли? Луиза с силой дернула нитку. Ну, вот, оторвалась…И в вышивании дыра… Ну, может, оно и к лучшему – ей и самой не нравились эти пурпурные цветы. Рядом тихо дышала дочь, которую наконец-то тоже удалось пристрастить к вышиванию – после того, как у нее вместо портрета Савиньяка стала получаться именно та картинка, которую она и собиралась вышивать, Селина взялась за вышивание с удвоенным рвением. Луиза махнула рукой – ну, не хочет дочь за Савиньяка – стало быть, не судьба. За кэналлийца ей все равно не выйти – даже не смотря на то, что Айрис, похоже, от мыслей стать герцогиней Алва.
Но сейчас судьба Селины Луизу не интересовала. Вернее, этот интерес как-то отошел на второй план. После того, как своенравная девчонка сбежала в Гальтару, Луиза Арамона не могла думать ни о чем другом. Даже – как ни странно, - о судьбе синеглазого соберано.
- Мама, - Сэль подняла на мать заплаканные глаза, - Почему ты не сказала мне? Я должна была поехать с Айрис!
- Не говори глупостей! – прикрикнула мать. – Если бы ты больше читала, то ты бы знала, что на Террасу Мечей могут подниматься только эории! Так что от тебя пользы никакой не было бы! А вот помешать – помешать ты могла бы.
Селина вздохнула и закусила губу.
- Понимаешь, мама, Айри… она мне как сестра. Нет, я, конечно, люблю Амалию, но только… она еще маленькая, а Айрис…
Селина окончательно смутилась, но Луиза не собиралась помогать дочке заканчивать фразу.
- Жалко, что мы не можем с ней породниться по-настоящему, - прошептала дочь.
- Невозможно, - согласилась мать, - Разве что ты только соберешься совершить подвиг и выйти замуж за брата Айрис.
Сэль возмущенно фыркнула.
- Вот еще! Ричард – он… он…
- Ричард – поросенок, - спокойно сказала мать, - и я рада, что ты видишь в человеке прежде всего его душевные качества, а только после этого – его титул.
Селина махнула рукой.
- А может быть, тебе выйти замуж за Ларака? – спросила мать, почувствовав, что краснеет.
- Наль? – дочь удивленно округлила глаза. – Наль – он очень славный, но ведь он любит Айрис!
Любит, и это всем видно. Всем, кроме самой Айрис Окделл.
- Мама…
Судя по восторженному выражению лица, сейчас дочь ляпнет какую-нибудь глупость. – Мама… Я готова принести клятву Создателю... если Айрис вернется живой и здоровой – я… я выйду замуж за того, за кого ты скажешь!
Создатель, неужели и она была такой дурочкой в восемнадцать лет?!
- Селина, - мягко (в конце концов, она все же не мармалюка, хотя иногда так хочется ею побыть!) сказала Луиза, - такие жертвы Создателю не нужны, можешь мне поверить. К тому же девушка, выходящая замуж за нелюбимого, портит жизнь не только себе, но и мужу. А также – тем, кто ее любит, например, своей матери.
Ага, как же! Испортила она своим замужеством с Арамоной жизнь своей маменьке! Впрочем, в данной ситуации это никакого значения не имеет.
- Хорошо, - кивнула дочь, - Я выйду замуж за того, за кого мне  скажет Айрис.
Вот и разговаривай с ней после этого!
Луиза открыла рот, готовая разразиться длинной тирадой, но в этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвалась сияющая Айрис.

Дальше! Пожалуйста, дальше!

продолжения, пожалуйста !!!  :'(

Аааа! Я хочу знать, чем это кончится, но не хочу, чтобы это заканчивалось! Проды! Проды! Проды! Пожалууууйстаааа...

На лбу лежало что-то прохладное. Мэллит открыла глаза. Рука. Рука Повелевающего Волнами. Мэллит снова закрыла глаза и затаилась. Если Названный Валентином заметит, что она очнулась, он уберет руку, а ей этого так не хочется…Рука была прохладной, но от нее шло тепло… Нет, не правильно – это самой Мэллит становилось теплее от того, что рука лежала у нее на лбу…
- Мелания…
Она не отзывалась.
- Мэллит…
Нельзя притворяться. Названный Валентином не заслуживает того, чтобы его обижали.
Мэллит раскрыла глаза; прохладная ладонь тут же исчезла.
- Я не хочу быть Повелительницей Ветра, - прозвучало слишком жалобно, а ведь она обещала себе быть сильной…
- Все будет хорошо, - пальцы названного Валентином сжали ее ладонь, - Все будет хорошо, Мэллит.
Пускай все будет как угодно – лишь бы его пальцы не отпускали ее ладонь: от этого прикосновения она чувствует себя защищенной…
- Все будет хорошо, - прошептала Мэллит в  ответ.

- К герцогу Эпинэ, - бросил Ричард слуге, взбегая вверх по лестнице; слуга пытался что-то сказать, но Дикон не слушал:
- Докладывать не надо, я сам доложу!
Ему нужно срочно поговорить с Роббером! Ведь, если так пойдет дальше, скоро Повелителями станут… ну, просто непонятно кто станет! Конечно, Давенпорт – кровный вассал Дома Скал, но то, что за такой короткий промежуток времени Дом Скал получает уже третьего повелителя – это… это…. Неправильно это, вот что!
Лестница закончилась, но осознать это Ричард не успел – поэтому основательно приложился лбом к темной дубовой двери. Была бы здесь Айрис – она бы обязательно его высмеяла…
При мысли о сестре руки сами собой сжались в кулаки. Как она могла! Как она посмела! Ну, так уж случилось, он утратил свой статус Повелителя Скал, а Айрис – женщина, но, по крайней мере, она хотя бы Окделл! Если бы титут получил Ларак – он, Ричард, смирился бы – в конце концов, именно Реджинальд его названный наследник, но взять и вот так – просто так! – отдать Силу совершенно постороннему человеку!
Дикон толкнул дверь.
- Робер, я…
Человек, сидящий за столом, повернул голову, и Ричард почувствовал, как у него подгибаются колени.
- Эр Рокэ?!
Что, во имя закатных тварей, здесь делает Ворон?! Какой странный у него вид… И взгляд… Неужели он хочет его убить, убить прямо здесь? Ну, конечно, ведь теперь Дикон не представляет собой «ценности для будущего Талига». Он теперь не Повелитель, и, стало быть, совершенно не нужно дожидаться, когда он наконец обзаведется наследником. Ну, что же, он, Дикон, задешево свою жизнь не отдаст. Конечно, с Вороном ему не равняться, но никто не сможет сказать, что Повелитель Скал… Что бывший Повелитель Скал… Что сын святого Эгмонта и потомок святого Алана струсил. Жаль, правда, что ему не довелось скрестить шпаги со Спрутом…
- Сядь, Дикон.
«Дикон»?!! Не «юноша», а «Дикон»?!! Эр Рокэ никогда к нему не обращался подобным образом! Неужели… Неужели эр Рокэ… Это наказание! Наказание за то, что он слишком часто напоминал Валентину о его брате Джастине; а вот сейчас эр Рокэ… Да, он ведь уже не оруженосец…
Мысли путались, но одно Рачард знал твердо: живым он не дастся! Надо… надо сказать что-нибудь оскорбительное, такое, что заставило бы Ворона забыть о грязных намерениях и взяться за шпагу!
Ворон начал подниматься. Дикон инстинктивно шагнул назад и, зацепившись шпорой за ковер, упал.

на минуту переставая быть кровавой собакой Блестяще! И прочие куски все были хороши, но этот - абсолютно замечателен.

Это просто праздник какой -то! Эрэа nyushik, умоляю, не прекращайте радовать нас.

ой,  замечательно, восхитительно интересно!  :D :D :D

К Марианне? Или – к Эпинэ? Марсель Валме придержал коня. Пожалуй, сейчас он в первую очередь нуждается в отдыхе… А Эпинэ нуждается в отдыхе не меньше него, а еще он нуждается в его, Марселя, рассказе. Так что сперва, пожалуй, навестим Повелителя Молний, а потом нужно где-нибудь раздобыть цветы, цветы для Марианны. Как минимум – как знак благодарности за то, что она взяла на себя заботу о Котике, пока он заботился об Айрис Окделл.
- Монсеньора нет дома, - хмуро сказал высокий офицер; Марсель беспечно махнул рукой:
- Я подожду.
- Монсеньора нет уже несколько дней, - сообщил хмурый офицер. Марсель удивленно поднял брови. И где это закатные твари носят Эпинэ?
- В таком случае я все равно подожду, - решил он. – Ваш монсеньор как-то приглашал меня погостить… Вот я и погощу.
По крайней мере, в таком случае он не пропустит Эпинэ, если тому вдруг взбредет в голову, вернувшись ненадолго, отправиться еще куда-нибудь.
- У монсеньора также гостит герцог Алва.
Марсель не удержался и присвистнул. Алва? Гостит у кого-то? При наличии собственного особняка в десяти минутах езды?!
Наверх Марсель просто взлетел. То, что наверху не Алва, ясно даже… даже… даже герцогу Окделлу. Нет, пожалуй, герцог Окделл как раз не разберется, Ворона он видит перед собой или нет; юный Ричард способен не видеть очевидного, но видеть неочевидное и не видеть очевидного – это совсем разные вещи.
Человек, похожий на Рокэ Алву (Марсель усмехнулся: надо запомнить эту фразу, дипломату она может пригодится), стоял на коленях и пытался привести в чувство лежащего без сознания Ричарда Окделла. При виде этой картинки у Марселя отпали последние сомнения по поводу того, кто на самом деле перед ним:
- Эпинэ, и давно Вы э…
Глаза были синие, но взгляд, брошенный на Марселя стоящим на коленях человеком, нельзя было спутать ни с каким другим. Пожалуй, Ворон все же не прав: не выйдет из Эпинэ короля; он слишком близко принимает к сердцу … все, и проблемы каждого отдельного … гм, поданного не позволят ему со стороны взглянуть на проблемы государства в целом.
Мысль получилась… в стиле маркиза Габайру, пожалуй. Марсель даже представил, как старик, закутанный в плед по самый нос, воздевает к потолку иссохший палец.

У меня назрел вопрос. Про механизм обмена  :) Вот, вариант первый.  Алва и Айрис меняются телами. Затем - в теле Алвы оказывается Ларак. Тогда в теле Ларака должна оказаться Айрис. А Алва - остаться на месте.

Либо наоборот. Алва из тела Айрис перемещается в Ларака, а Ларак - в тело Айрис.

Либо - третье: между первым и вторым перемещением должен быть промежуток, когда все возвращаются в свои тела.

Судя по тексту, реализуется третий вариант. А можно ли как-то поймать Алву в  этот момент?

Об этом может рассказать только сам Алва - каким именно образом он перемещался. Я пока не в курсе, как и Робер :)

- Валме, как я рад Вас видеть!
Рокэ-Робер поднялся, бережно опустив сперва голову Окделла на ковер. А лучше бы, пожалуй, уронил – тогда, возможно, у парня мозги бы прочистились… А ведь, пожалуй, у Эпинэ проблемы с головой… Нет, не в том смысле, что и ему мозги надо прочищать, а в том, что голова у него болит, это сразу видно. Думать надо меньше, вот что, особенно если ты военный, а не дипломат.
- Вы испугали герцога Окделла? – небрежно спросил Валме и уселся, вытянув ноги.
- Он споткнулся, - в голосе Иноходца чувствовалась вина. – Нужно его перенести.
- Для этого есть слуги, - таскать на руках герцога Окделла Марселю совсем не хотелось. И совсем не из-за веса, хотя, надо признать, кабанчик он тот еще.
Эпинэ нахмурился. Не то в силу испытываемых к Окделлу материнских чувств он не хотел доверять его слугам, не то не знал, как отдавать приказания, находясь гм… в чужом теле.
Слуг Эпинэ все же вызвал; Окделла унесли в соседнюю комнату (высокий хмурый офицер пообещал, бросая на Ричарда косые взгляды, что непременно о нем позаботится), а затем слуги принялись накрывать на стол. Марсель порадовался: Эпинэ ел… ну, словом, не гурман он был, и все тут, но сейчас слуги готовили для гостя, знающего толк в хорошей еде и в хорошем вине. Марсель едва дождался, пока за слугами закрылась дверь, и устремился к столу.
- А знаете, Эпинэ, это хорошо, что Вы сейчас в шкуре Алвы, - оторванное крылышко перепелки попало в рот до того, как филейная часть коснулась стула; есть стоя было… не куртуазно, а есть в процессе… сажания себя на стул… Пожалуй, отца хватил бы удар. Но перепелка – перепелка была хороша, и второе крылышко отправилось следом за первым. Эх, жаль, Котика нет; впрочем, можно не опасаться, что он похудеет – у Марианны к нему относились чуть ли не лучше, чем к самому Марселю.
В принципе, нужно было сперва рассказать Иноходцу новости, а не хвататься за еду, но то, что побывало у него в желудке на протяжении последних суток, едой можно назвать весьма условно – скорее из-за количества, чем из-за качества. И Марсель старательно сделал вид, что не начинает рассказа, потому как ждет вопросов хозяина.

Ждем пробуждения болезненого, гм, поданного!  ;D ;D ;D

Не согласен с Марселем. Рассказ, а тем более этот, куда интереснее вопросов.

Клемент взобрался на стол с возмущенным писком. Ну, конечно же, его забыли пригласить! Робер украдкой глянул на Валме – хотелось поглядеть на его реакцию, но тот смотрел на Его Крысейшество благожелательно, и даже угостил кусочком печенки. Его Крысейшество принял дар с невозмутимым видом, и Робер подумал, что в этом крыс похож на Валме. От мысли стало смешно. Впрочем, Валме вообще действовал на него… умиротворяющее.
- Знаете, жаль, что Вы пропустили столь увлекательное зрелище! – Марсель вытер пальцы о салфетку. Помнится, у Марианны он всегда ел гораздо больше.
- Я даже не знаю, с чего начать…
Клемент возмущенно ткнулся носом в руку хозяина: в отличие от Валме, он еще не наелся.
- Лопнешь, обжора! – Иноходец почесал пальцем крысиную мордочку, но крыс сейчас хотел не ласки, а еды, и с возмущенным писком отодвинулся.
- А давайте ему пошьем накладной живот? – неожиданно предложил Валме. – Может, он после этого станет более … гм, умеренным в еде.
Робер хмыкнул, воочию представив себе Его Крысейшество с накладным пузом… и в круто завитом паричке.
- А потом отправим его послом, - с задумчивым видом добавил Марсель, - Судя по его виду, он куда умнее некоторых известных мне людей.
Робер промолчал. Похоже, это был камень в огород Дикона, но обсуждать эту тему с Валме ему не хотелось. Да и ни с кем другим – тоже. Хотя, конечно, с Диконом нужно что-то делать…
- Вы знаете, не хочу сказать ничего обидного, но порой герцог Окделл напоминает мне моего Котика, - задумчиво сказал Марсель. – Только Котик, пожалуй, более дружелюбное существо.
Наверное, как друг Ричарда, он сейчас должен возмутиться, потребовать от виконта извинений, но… но виконт прав. За Ричардом, как и за Котиком, приходится следить, чтобы он не натворил ничего, да только вреда от того, что может натворить Котик, все же меньше.
Мысль была предательская; мысль была постыдная; Робер почувствовал, как краска заливает не только щеки и уши, но и шею и, судя по ощущениям, даже спину.
Впрочем, деликатный Валме сделал вид, что не заметил.
- Итак, Вам рассказать кратко или подробно?
- Пожалуй, лучше подробно, - с языка сорвалось само собой; что же – он с удовольствием послушает подробный рассказ виконта – Валме непревзойденный рассказчик.

Продолжения! Продолжения! Продолжения!.....

;D ;D
пожалуйста, дальше!

В Гальтару они приехали, когда было уже совсем темно. Пожалуй, лучше всего было бы переночевать где-нибудь, а на место отправляться уже утром, но Айрис, не слушая ни Марселя, ни кузена, гнала лошадь, упрямо стиснув губы, и мужчинам оставалось только следовать за ней.
Марсель было попытался «воззвать к кузену» - Реджинальд производил впечатление человека благоразумного, даже, пожалуй, слишком благоразумного, но бывший толстяк (конечно, худеньким Ларака назвать было трудно, но и толстяком – тоже язык бы не повернулся) не отрывал взгляда от фигуры кузины. Выслушав Марселя, он кивнул, но было похоже, что смысл сказанного от него ускользнул. Давенпорт же в ответ на слова Валме просто пожал плечами, и виконту пришлось смириться. В конце концов, у него был с собой чудодейственный бальзам, с помощью которого он надеялся вернуть к жизни свое несчастное филейное место («А почему Вы смеетесь, герцог? Это у вас, военных, рабочий инструмент – рука, а у нас, дипломатов, после головы самым важным местом является э… извините, то, на чем мы сидим, потому что зачастую в дипломатии главное не переговорить собеседника, а, так сказать, пересидеть»).
Впрочем, когда они прибыли на место, оказалось, что Айрис была права: у подножия Террасы Мечей (впрочем, может быть, это и нельзя было назвать «подножием террасы», но как-то же назвать нужно?) беспокойно перебирал копытами линарец Ричарда.
Сам юный Окделл забил копытами только тогда, когда заметил их – до этого он производил непонятные действия, ползая по Террасе Мечей на коленках.
Заметив их, он подскочил – надо признать, довольно неизящным движением, как для человека, столько времени проведшего при дворе, - и бросился к сестре. А вернее, на сестру, вопя что-то несусветное, что, впрочем, Марселя совсем не удивило – герцог Окделл обычно говорил что-нибудь несусветное, а тут – просто усилил громкость. Надо признать, что девица Окделл справилась с братом еще до того, как Валме, Ларак и Давенпорт успели подбежать, и справилась довольно жестоким методом, ударив коленом э…. туда, куда мужчину, особенно еще не обзаведшегося потомством, бить не следует. Интересно только, кто ее обучил такому бесчеловечному, но, надо признать, очень действенному приему. Короче говоря, подоспевшие мужчины связали герцогу Окделлу руки его же поясом, а ноги – ремнем Давенпорта; хоть, возможно, это и было бесчеловечно, но, возможно, спасло герцогу Окделлу жизнь, а, возможно, и не только ему, потому что, лишенный подвижности, он тем самым лишен был и возможности вмешиваться в происходящее, а если бы вмешался – один Леворукий знает, чем бы все это закончилось. Окделл обладает поистине выдающейся способностью испортить даже самую обычную вещь, а уж происходившее на террасе обычным не назовешь. Пожалуй, в этот момент Марсель пожалел, что рядом нет папеньки – уж больно хотелось поглядеть, останется ли невозмутимым лицо дражайшего родителя в такой ситуации?

С удовольствием и нетерпением ожидаю новых подробностей о произошедшем на Террасе Мечей.
Не удержался, задам всего один вопрос.
Ну зачем они развязали Ричарда?

Потому что жалко его, придурка... Хотя, наверное, милосерднее было бы придушить :)
И мне жалко... Но надежд на то, что поумнеет, нету  ;D

Тем  временем Айрис принялась что-то выкрикивать – что-то непонятное, но такое знакомое, такое… как будто Марсель уже знал это когда-то, но потом забыл… Знание мучительно рвалось наружу, и слабый мозг (вот уж никогда бы раньше не подумал, что у него будет причина быть недовольным своим мозгом!) Марселя не мог справится с этим знанием… Рядом беспокойно завозился Ричард – лицо у него было такое, как будто он силится понять – нет, не понять, вспомнить слова, которые произносила Айрис, но он тоже не мог, и Марселю казалось, что как раз Ричард-то действительно знал эти слова, эти самые слова, а он, Марсель, не мог вспомнить что-то похожее, но не то, что говорила сейчас Айрис…
К горлу подступила тошнота, и в голове – как вовремя! – возникла мысль о жареной куропатке. А еще лучше – курице. Большой, хорошо прожаренной курице, с хрустящей коричневой корочкой… Марсель с досады сплюнул – кажется, древние силы пробудили в нем инстинкты, превращающие его в подобие Котика… Сплюнул неудачно – ниточка слюны сперва повисла на подбородке, а потом с громким – преувеличенно громким, непонятно-громким шлепком упала на сапог Окделла, но, на счастье, Ричард ничего не заметил.
Айрис подняла руки к небу и произнесла имя Литта – как будто позвала; и Литт – это мифическое существо, которое ни то никогда не существовало, ни то существовало, но давным-давно покинуло Кэртиану, - ответил. А может быть, ответила сама скала? Вздрогнула и издала непонятный рокот, почти членораздельный… Или Марселю только показалось… Да уж, хорошо, что батюшки нет рядом – вряд ли дражайшего родителя удалось бы подловить на том, что он утратил присущую ему невозмутимость, но вот Марселю бы точно грозил «разнос» - «за неподобающее дворянина и представителя славного рода Валмонов отвисание челюсти». Валме так ярко представил себе отца с воздетым к небу сосискообразным пальцем, что ему даже есть расхотелось.
Скала вздрогнула еще раз; Марсель задрал голову вверх и с недоумением обнаружил, что на небе не одна, а четыре луны. Нет, пожалуй, в большее недоумение его повергла собственная мысль о том, что четыре луны в такой ситуации – это так и должно быть…
Четыре луны завели в небе хоровод, подул пронизывающий ветер. Марсель поежился. Вот бы сейчас сюда его накладное пузо! А еще – такую же накладку на спину… А Айрис Окделл будет кашлять, с ней может случиться приступ… Эпинэ расстроится…
Глубоко вздохнув, Валме снял с себя плащ (ну, что делать – в конце концов он офицер по особым поручениям… а сейчас как раз такой случай… особопорученческий…) и, подойдя к герцогине Окделл, накинул плащ ей на плечи. Конечно, никакого выражения благодарности он не дождался – Айрис даже не заметила, но, пожалуй, он потом сочинит об этом какие-нибудь стихотворение в героическом стиле… И, перечитывая его тоскливыми зимними вечерами – обязательно сидя около камина, непременно с кубком подогретого вина в руке, - будет вспоминать, как страдал от холода в тот момент, когда любой нормальный человек страдал бы от страха…
В жутком желто-зеленоватом свете четырех лун скрестились молнии – сперва ему показалось, что четыре, потом – что больше, скала снова вздрогнула. С жуткими завываниями ветер закручивал в спирали снежные потоки… Слово «потоки» не годилось, но правильное слово он подберет позже, сидя в тепле, у камина… А снег, кажется, идет снизу вверх…
Слабое шевеление в том месте, где он оставил Окделла, вернуло его с небес на землю. Пугаться ему некогда, ему нужно за бывшим Повелителем Скал присматривать, а если он будет двигаться – то и замерзнуть у него шансов гораздо меньше будет. Может, Жиль Понси и посчитал бы такую смерть романтичной и красивой, но он все же предпочитает романтической смерти романтическую жизнь.

Окделл почти освободил руки – по крайней мере, ослабил узел достаточно; просто завязать узел по новой не получилось бы – герцог все-таки был приличного размера кабанюкой, и Марсель, оправдывая себя тем, что другого выхода у него нет, от души саданул кулаком по породистому герцогскому носу. Ну, пожалуй, не такой уж он был и породистый, этот нос, пожалуй, не более породистый, чем марселев кулак. До носа сестры носу Ричарда однозначно далеко.
А сестра Ричарда, дергая носом, как кролик (и как ему только удалось разглядеть это с такого расстояния?), выкрикнула что-то особенно громко и развела руки в стороны; между ее руками возникло голубоватое свечение – такого же оттенка, как молнии, пронзающие небо; Марсель успел удивиться – при чем здесь молнии, Айрис ведь Повелительница Скал? – скала вздрогнула еще раз, и Марсель погрузился в мягкую, теплую и тягучую темноту.

Ну вот опять, на самом интересном месте!  :( А сколько людей могут только мечтать об этом.  ;) Надежда умирает последней.  :)
Эрэа nyusik, примите благодарности, за подаренный Вами очередной кусочек радости.
P.S. А вот кусочек можно было бы и побольше.  :) 

В цитатник!)) И вообще эта фраза, на мой взгляд, великолепно передает неистребимо оптимистичную суть характера Марселя Валме. :) По английской поговорке: "Если бутылка наполовину пуста - это значит, что она наполовину полна"...

Ой, а ещё можно?

  Алва всех построит!  :P


  Какая трогательная, берущая за душу сцена!.. Эрэа  nyushik , сцены Валентина и Мэллит получаются наиболее трогательными. Признавайтесь, они - ваши любимчики?  ;)


  (*хватаясь за голову*): ну, кто под шумок познакомил девочку с Матильдой Ракан, а?  ;D

  "Я тебе говорил - дома поешь" (С) Ксандр Харрис. Надо было с собой термос флягу и бутербродов прихватить. Штук ...дцать...  ;D ;D ;D

  А накладка будет горбом?.. :P

  Бедный Дикон. Даже нос-то у него до сестринского не дотягивает. сплошная невезуха и дискриминация... :P

  Нет, решительно, Марселя надо было покормить заранее. У него даже сравнения... гастрономические... :P

  Какая прелесть!..  :)

Инна ЛМ, ППКС.

  Эрэа nyushik , а точно - "русую"? При каштановых волосах?  ???

  Сюрприз - это по-нашему!.. ;)

Лукач, ага.  ;) Интересный  расклад получился бы.  ;)

Инна ЛМ, ПЯТЬ!  ;D

  "Так и будешь не Повелительницей, а Повелителем..."

;D ;D ;D


  ;D "Вы меня... об...обс...обскорбили!.."

  ;D

  Да ладно уж, Ричард - не толстяк. Да и не Марселю бы говорить о лишнем весе... ;D ;D ;D

;D ;D ;D

  Бедный совестливый Робер... :(

  Марселю - ПЯТЬ - за наблюдения... ;D
  Эрэа nyushik , все чудесно... :) ПРОДЫ!..  ;) (*где тут самый умоляющий смайлик?*)

Не, если честно, Мэллит - вовсе нет, Валентин, пожалуй, да.

- Самым дурацким образом потерял сознание. При этом свалился на нашего юного друга, в результате чего пострадал его костюм. Думаю, он бы меня не простил, если бы находился в тот момент в сознании, но, к счастью, в сознание он пришел в ближайшем трактире, в котором мы остановились
Марсель задумчиво покрутил пряжку.
- Или не в ближайшем – я как-то плохо помню; дорогу  - помню, да только туда мы четыре дня добирались, а оттуда каким-то образом за два доехали… В дороге ничего интересного не случилось, кроме того, что Окделл сбежал. И главное ведь – как развязался, не понятно.  Давенпорт предложил развязать, но Айрис Окделл сказала, что лучше не надо, и я, например, был с ней полностью согласен, потому как наш юный друг, придя в себя, запросто мог счесть Давенпорта виновным во всех своих бедах и вызвать его на дуэль.
Ага, стало быть, Повелителем все же стал Давенпорт. Честно говоря, он думал, что это все же будет Ларак.
- Не вызывать же ему кузена, - продолжал Марсель, - К тому же, наш юный герцог вовсю делает вид, что не воспринимает Ларака всерьез, обманывая при этом главным образом самого себя…
Робер нахмурился.
- Так кто же теперь Повелитель Скал?
Валме потянулся.
- Давенпорт, но что-то мне подсказывает, что Айрис Окделл может в любую минуту – совершенно случайно, неконтролируемо, получить свою Силу назад.
Да уж, час от часу не легче!
- Ну, мы-то с Вами ни на что в этом случае повлиять не можем. Оставьте кого-нибудь приглядывать за Окделлом, а лучше будет, я полагаю, если его все-таки свяжут, и поедемте к Марианне. Всякие разные незначительные подробности я могу Вам рассказать и по дороге, но, признаться, за эти дни я порядком соскучился и по нормальной пище, и по нормальной выпивке, и, если честно, по нормальному женскому обществу. Потому как – без обид, Эпинэ, - Ваша… сестра Вашего друга… далеко не типичный представитель женского общества.

- Госпожа баронесса давно ждет Вас, - укоризненно качая головой, сказал Дамиан, выделяя слово «давно». – И господин барон также.
Крохотный барон, всплескивая ручками, уже неся им навстречу. Кажется, впервые за все годы знакомства – а кстати, сколько именно? забыл, как ни стыдно – забыл! – он увидал барона без паричка! Что же такое могло случиться, что барон, о привычках которого можно было сказать девизом Окделлов  - «тверд и незыблем», - вдруг им изменил?
- О, господин Валме! – барон чуть ли не стонал. – Господин Алва! Эвро…
Настолько несчастным Марсель его тоже еще не видел; взять его на руки и погладить по голове, что ли? Кажется, он становится похожим на Эпинэ в своем стремлении всех пожалеть.
- Эвро… она… у нее… у нее будут щенки!
- Так это же замечательно, - осторожно сказал Эпинэ; он, похоже, тоже никогда не видал маленького барона в таких растрепанных чувствах.
- Замечательно! – снова простонал Капуль-Гизайль, - но они ее погубят! Ваш Готти… простите, Котик… Он такой большой!
Марсель с трудом удержался, чтобы не присвистнуть. Ну, Котик, ну, проказник! Но главное – чем же они смогут помочь? А Дамиан топал сзади, и его укоризненный взгляд сверлил виконту спину.
- Идемте, идемте! – барон в страшном волнении вцепился в рукав Марселя и потащил его за собой. Эпинэ покорно поплелся следом.
- Она в будуаре у Марианны, - шепотом поведал Капуль-Гизайль.
А Эпинэ-то побледнел, бедняга! И как это ему удается – в теле Алвы-то! Загорелая побледневшая физиономия – это, знаете ли, зрелище не для слабонервных! Зря он вообще сюда приволок Иноходца – как-то забылось, что тот сейчас в чужом теле, а вот Марианна и барон будут удивлены…
Впрочем, остается надеяться, что в связи с родами Эвро им сейчас не до этого.
Котик сидел около двери. Стриженая шерсть начала отрастать, и пес выглядел… невообразимо.
- Ну, что ж ты? – спросил Марсель, опуская руку на косматую башку.
Котик вяло шевельнул хвостом, в котором уже трудно было узнать прежний нарядный помпон. Рядом стояла миска с едой. С нетронутой едой… Переживает? Понимает, что происходит – и переживает?
- Что то стал я слишком сентиментальным, - пробормотал Марсель. Нет, закончится вся эта катавасия – и в Ургот! По крайней мере, Фома и принцессы не вызывают желания их усыновить, как, к примеру, Эпинэ, а сегодня – еще и барон Капуйль.
Еще раз почесав Котика, Валме толкнул дверь. Баронесса, в чем-то невообразимом, стояла на коленях на ковре, а рядом тоненько поскуливала Эвро.
- Поможете мне? – Марианна подняла глаза; вид у нее был совершенно измученный. – Служанки нет, я одна не справлюсь.
Марсель вздохнул. Ну, что же, это – тоже занятие. В последнее время ему довольно часто приходилось делать что-то, чего он не делал ранее, чем же принятие родов хуже.
Эвро снова взвыла; поеживаясь, Марсель быстро, чтобы не было возможности передумать, кивнул:
- Помогу.
- Тогда вымойте руки и подайте мне вон то полотенце.

Сколько времени прошло? Несколько минут? Часов? Дней? Умиротворенная Эвро благодарно поблескивала темно-карими глазами, рядом с ней смешно копошились щенки. Целых пять штук. Какие крохотные! Ну, то есть… То есть, вообще-то – крохотные, но если их сложить всех вместе, то получается совершенно непонятно, как они… помещались… Марсель потряс головой. Дурацкие мысли, к Леворукому их. Дурацкие мысли, и день дурацкий… Нет, неправда, не дурацкий – замечательный день! До сих пор ему доводилось только отнимать жизнь, а сегодня он помог появиться на свет новой жизни… Впрочем, все же это явно не его призвание. Эх, надо будет рассказать отцу. Этак небрежно…
Марсель рассмеялся. Отец разводит астры, сын – помогает разродиться собаке! Мысли путались, но на душе было удивительно легко и светло! Настолько легко и светло, что вдруг он понял одну вещь, которая до этого все время ускользала. Надо немедленно сказать Эпинэ! Но Марианна не поймет, если они сейчас уйдут, а сказать так, чтобы никто, кроме Иноходца, не услышал, не получится. Ну, ничего, уж теперь-то, когда он понял, все точно будет хо-ро-шо!
И Марсель сладко потянулся; глаза Марианны стали как блюдца – конечно, она никогда не могла даже ожидать от Марселя Валме такого нарушения правил приличия, но это ничего, Марианна переживет, а он сегодня заслужи-и-и-ил!
Марсель потянулся еще раз, подмигнул Марианне и быстренько принял надлежащий вид – в комнату с растерянным выражением лица вошел барон.

Люди, следующий кусок будет в понедельник 8-го, потому как я уезжаю в командировку почти что в Бирюзовые земли.

:'(

:'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'( :'(

Знаете... поначалу очень интересно было читать, с удовольствием и нетерпением дожидалась каждой части продолжения... сюжет, опять же. любопытный. Но сейчас, по моему, и сюжет уже в сторону отброшен, а текст превратился в реализацию всех форумских мечтаний - поиздеваться на Диком, свести Мэллит с Валентином, найти Повелителя Ветра.. следующим пунктом будет женить Рокэ? :)

*страшным голосом*
...на Айрис...  ;D

Будем ждать, надеяться, ну и конечно верить. Вполне милые "издевательства", лично мне нравятся. А что в этом плохого? Тоже хорошая идея. Подождём.

 C@esar , ни в коем случае!  :P Не разбивать мечту стольких форумчан - свадьбу Робера и Айрис!..  ;)
Эрэа nyushik , про щенков получилось умилительно трогательно!  :) Ждем из Бирюзовых земель и - ПРОДЫ!.. ;)

Мечты, мечты, где Ваша сладость? (с)  ;D ;D ;D

Стоит помянуть бедолагу Айрис, как ты тут как тут и издеваешься  ;)
Нехорошо  ;D

Отсель вывод - не поминай имя .... всуе. :P :P

Фик великолепный, правда, я еще не все написаное прочитал, но пока очень нравится ;)
 


Угу. ;D А то заходишь ты на форум и сразу ищешь, вооружившись поиском, не помянул ли кто Айрис в суе... ::)

Отвечаю по пунктам:
1. "Поиздеваться над Диконом" - по-моему, над ним дополнительно издеваться не надо, он сам над собой издевается.
2. "Свести Мэллит с Валентином" - не знала, что это "реализация всех форумских желаний", как раз, по-моему, на форуме чаще высказывались в пользу Мэллит и Джильди. Но поскольку мое желание - свести Мэллит с Валентином, поэтому я их и свожу. Может, Вера Викторовна их не сведет, так я хоть в своем фанфике увижу реализацию собственных "мечт".
3. А неужели Вам неинтересно, кто на самом деле является ПОвелителем Ветра?  :D
4. Мне лично Рокэ ничего такого пока не сделал, чтобы взять вот так жестоко с ним обойтись  ;D Ну, разве что сам решит жениться, а меня в известность поставит  ;D ;D ;D ;D
Продолжение-то писать?

Ну конечно же писать, тем более
Ждем с нетерпением!

Эрэа nyushik, конечно, ПИСАТЬ! А мы будем (по)читать! ;)

ой, эр Plainer, давненько ВАс было не видать... я уж подумала, что Вы мое нетленное творение больше не читаете  ;)

Очень !! жду продолжения, очень-очень :)

Мне тоже больше нравится идея "свести" Мэллит с Джильди, но это совершенно не мешает читать  и с нетерпением ждать продолжения произведения Уважаемой nyushik :-*

Повторюсь.. "Продолжения, пожалуйста!"(умоляюще...)

Матильда подавила вздох и перевернула очередную страницу.
- Это Беатриса Борраска, - вот ведь, вроде как и не глядит на нее, а что на странице – знает. – Что Вы о ней скажете?
Матильда знала историю Беатрисы Борраски, «поруганной эории». Анэсти страшно нравилось пересказывать ее, добавляя все новые и новые подробности. Изображенная на рисунке молодая женщина была… была… была похожа на гиену. Гиену, пытающуюся замаскироваться под овцу.
- Шлюха, - припечатала Матильда. – Можно только пожалеть этого парня… Ринальди… Пожалуй, она сама соблазнила его, а потом побоялась, что правда всплывет – обгадила с ног до головы.
Пожалуй, при клирике не стоило бы использовать таких выражений, но в присутствии Адриана она всегда говорила, что думала – и именно теми словами, которыми думала. А Левий… Вот и поглядим, насколько он отличается от Адриана.
Маленкий клирик отхлебнул шадди. Кажется, просто спрятал за чашкой лукавую усмешку.
- Да, эта история … то, что известно людям, очень сильно отличается от того, что произошло на самом деле.
Матильда удивилась. А он-то откуда может знать, как все было на самом деле?
- Это изображение… Это копия, сделанная с портрета кисти самого Диамни Коро. Говорят, он умел видеть… Проникать в суть вещей… Портрет Ринальди его кисти – не менее замечательная вещь, и, глядя на изображенного на нем человека, проникаешься уверенностью, что к тому, в чем его обвинили, этот человек не  имеет никакого отношения.
- Портрет Ринальди?
Вот уж никогда не думала, что такое изображение вообще когда-либо существовало, и тем более – что сохранилось до сих пор.
- Орденр Славы хранит портрет Ринальди, который был другом основателя Ордена и который, смею заметить, не поверил обвинениям, выдвинутым в адрес друга. Я обещаю – Вы увидите этот портрет… И узнаете совсем другую версию тех событий, но – сначала мы должны заняться делом.

Нет, ;) эрэа nyushik, (по)читаю. :) С неослабевающим интересом. ::)
И правда "сбыча форумных мечт"... ;)
А Айрис за Рокэ выдавать не надо - жалко ж девочку. ;) Тем более она в его шкуре :P уже побывала.  Лучший вариант ИМХО - за Давенпорта. ("Герцог Алва и тот юноша... Давенпорт..." ;)) Или за Наля...
А Робера... Может Матильду омолодить? ;D Мечтать так мечтать! ;)

Еще через несколько страниц шло описание произошедшего на Террасе Мечей. Как Беатриса Борраска взошла на холм Абвениев, и четыре светящихся луча, четыре световых лезвия скрестились над головой юной женщины, обвиняющей в изнасиловании не кого-нибудь, а брата самого анакса. Четыре луча, подтверждающих ее правоту…
Матильда захлопнула книгу. История эории Борраски вызывала в ней не сочувствие, а глухое раздражение. Леворукий, но почему Левий глядит так укоризненно! Она вновь открыла книгу, вновь прочла описание, отодвинула книгу от себя. Ну, то, что на этой самой Террасе можно определить принадлежность к одному из четырех домов – это и так ясно, сама видала, как внучок зеленым Ундовым цветом светился… Да вот толку-то? Стоп! Ундовым?! Из этой истории следовало, что Повелители Ветра могли быть потомками либо Повелителя Ветра Борраски, либо – Раканами, но она никак не объясняла, каким образом Ракан оказался вовсе не Раканом.
Ох! «Снова за рыбу гроши», как говорит Лаци. При чем тут внук-то? Ведь она здесь, чтобы отыскать какую-нибудь информацию, которая сможет помочь Роберу! И – чего самой себе врать, тем более – на старости-то лет, - потому, что ей приятно общество кардинала.
А ведь Левий не зря ей подсунул читать именно эту книгу! Стало быть, он уже до чего-то додумался, а теперь хочет, чтобы она тоже до этого додумалась.
Матильда потерла виски. Пожалуй, выпей она рюмочку тюрегвизе – ей бы думалось гораздо легче! Твою кавалерию! Левий мог бы и сам догадаться угостить ее! Ждет, чтобы она попросила? А не дождется!
Матильда с независимым видом отцепила от пояса фляжку, открутила крышечку, сделала приглашающий жест.
Левий качнул головой; глаза его смеялись. Ну, и пусть смеется. А она хлебнет.

Давенпорта в обиду не дам. >:( >:( даже тебе. А Наля... забирайте. Пусть Закатные Кошки развлекутся. ;D ;D

Почему это, интересно, жаль Давенпорта? Вы что-то имеете против Айрис Окделл?  >:(
Хотя, с другой стороны, могу клятвенно заверить, что никаких "тайных" умыслов выдать замуж Айрис за Давенпорта у меня нет  ;D

Матильда сделала большой глоток и чуть не поперхнулась: во фляжке был не тюрегвизе! Там был шадди! Ну, Лаци, ну, погоди! Хотя – при чем здесь Лаци? Это дело рук Левия, вон, как смеется, зараза. А соображать она стала совсем туго…
- Удивительно вкусно пить холодный шадди, - сообщила она таким тоном, как будто горькое пойло появилось в ее фляжке не только с ее ведома, но и с согласия.
Теперь Левий смеялся в голос. Эх, жаль, что она потеряла свои пистолеты. Теперь только и может, что сидеть да прихлебывать дурацкий горький напиток.
- Простите великодушно, - отсмеявшись, Левий принял покаянный вид (впрочем, получился он у него не очень), - Сам не знаю, что на меня нашло.
Не знает он… Еще как знает! Твердо решив отомстить маленькому клирику (пригласить его в гости, да Бонифация – Левий говорил, они знакомы, - и тогда поглядим, кто еще будет смеяться… кто будет в состоянии смеяться), она снова придвинула к себе книгу. Если этот… голубок-издеватель что-то в ней обнаружил, то и она обнаружит – иначе это уже будет не она.

Матильде хорошо, она в крайнем случае, всегда может напустить на Левия Бонифация, и кардинал поведает о том, что он обнаружил. А у нас, вся надежда на Вас, эрэа nyushik. Огромное спасибо за продолжение.

Стучали? Луиза подняла с подушки тяжелую голову. Стучали или нет – не важно, а что разбудили – хорошо: когда такое снится, лучше сон не досматривать. Аглая Кредон в голубом платьице, обильно украшенном оборками, нравоучительным тоном сообщала дочери, что у ее покойного супруга господина Арамоны неожиданно обнаружился брат-близнец и она, Луиза, теперь просто обязана связать свою судьбу с братом почившего супруга.
Луизу передернуло. Надо же такому присниться! Как там учила Дениза – что нужно сказать, чтобы кошмар не повторялся?
В этот момент стук повторился.
Луиза натянуло одеяло до подбородка.
- Войдите!
Кого это закатные твари принесли? Что, если сон окажется… в руку? И сейчас из-за двери, требуя, чтобы она сама открыла дверь, появится Арамона в своих неизменных сапогах с белыми отворотами?
Дверь скрипнула и отворилась.
- Это я. Можно?
Под глазами Айрис залегли темные круги. Похоже, девочка еще не ложилась. Интересно, который сейчас час? И что такого могло случиться? Ведь еще вечером, когда Айри только приехала, ее личико прямо таки светилось счастьем…
- Заходи.
Айрис, придерживая одной рукой свечу, а другой – одеяло, боком втиснулась в щель. Ну, конечно, полностью-то дверь открыть – гораздо труднее, чем протиснуться в отверстие, которое впору разве только кошке придется.
- Я придумала… Я знаю, как определить, кто Повелитель Ветра.

Пришлось вставать. Разговор серьезный, не сидеть же в постели, натянув одеяло до подбородка.
- Понимаете… Я, когда была Повелительницей… Повелителем…
Оговорившись, Айрис залилась краской; Луиза сделала вид, что не заметила.
- Когда я была Повелителем, я… чувствовала… не знаю как объяснить. Что если над Рокэ… над герцогом Алвой… над Раканом нависнет угроза…
Айрис вышагивала по комнате, размахивая подсвечником. Не хватало еще пожара. Луиза, запахнув халат, мягко вынула подсвечник из тонкой руки – девушка, похоже, даже не заметила, продолжая возбужденно размахивать теперь уже ничем не занятой рукой.
- Ну, словом, я бы такую угрозу почувствовала… увидела… в виде призрачной скалы. Я думаю, каждый из Повелителей представлял бы ее себе в виде своей стихии. Волны, Молнии… И я знаю -  сделала бы все, чтобы удержать эту… скалу над его головой.
Вот и поди разбери, где здесь чувства Повелителя одной из стихий по отношению к Ракану, а где – чувства влюбленной девочки.
- Словом, - Айрис остановилась посреди комнаты и, в очередной раз взмахнув рукой, с недоумением на нее уставилась, похоже, только сейчас обнаружив отсутствие подсвечника. – Словом, я думаю, что можно было бы устроить… ну, не несчастный случай, но что-нибудь… чтобы Рокэ… герцогу Алва угрожала опасность – и тогда ему на выручку бросятся все Повелители, и мы сможем…
Ну да, идея просто гениальная. Герцогу Алва уже столько раз угрожала опасность – причем самых разнообразных видов, и до сих пор он как-то обходился без поддержки Повелителей. Нет, если быть честной, то нужно вспомнить, что Эпинэ и Придд и в самом деле оказали ему услугу, но вот Дикон… Впрочем, при девочке лучше ее братца не вспоминать.
- Понимаете… Это должна быть какая-нибудь такая опасность… С которой он не мог бы справиться сам.
Айрис нахмурила брови.
- Я еду к Роберу. Уж он-то что-нибудь обязательно придумает. К тому же у него сейчас должен гостить Валме, а он человек умный.
- Айрис, сейчас ночь! – осторожно напомнила Луиза. Если девочку останавливать слишком уж энергично – можно только добиться противоположного результата. Оставалось только взывать к рассудку.
Дочь Эгмонта фыркнула.
- Подумаешь! Я не боюсь ездить ночью!
- Но Робер может спать. Он в последнее время выглядит очень уставшим…
Айрис снова свела брови вместе, раздумывая.
- Ничего! – решила она, тряхнув головой. – Сегодня не выспится, зато, когда мы разрешим проблему, сможет спать спокойно.
Луиза вздохнула.
- Как хотите, Айрис Окделл, - периодически, особенно тогда, когда Айрис нужно было отругать или воззвать к ее разуму, Луиза называла девушку на «Вы», - но одну я Вас никуда не отпущу. Поедем вместе.

Если Роберу регулярно не давать высыпаться он может стать опасным не только для бывшей Повелительницы или Повелителя Скал, пожалуй он и станет той самой угрозой для Рокэ. Крайне любопытно посмотреть на действительно разгневанного Эпинэ.
Эрэа nyushik, на этот раз спасибо огроменное.

(Выглядывая из-из двери) Не справится сам?  ;D ;D (Злостное подхихикивание) Что там в какой-то теме говорилось, что Алва Рокэ сбежал из собственного дома из-за присутствия в нем некой девицы Айрис Окделл? ;D ;D
Да, и, кстати, спасибо еще раз эреа, за то, что радуете.  :D

Путешествовать по ночной столице было… странно. Все, абсолютно все выглядело совсем иначе, чем днем. Луиза заправила прядку под капюшон. Пожалуй, сама она в возрасте Арис не рискнула бы никуда переться ночью – ни сама, ни в компании с дуэньей, имейся у нее в наличии дуэнья.
Вот и особняк Эпинэ.
Айрис соскочила с лошади и принялась барабанить в ворота. Луиза открыла было рот, чтобы еще раз сообщить, который сейчас час, но в этот момент створка без скрипа (хорошие у Эпинэ слуги, надо признать) отворилась и выглянула чья-то заспанная недовольная физиономия.
- Доложите, пожалуйста, герцогу, что к нему герцогиня Окделл.
Физиономия уставилась на Айрис. На ней прямо гигантскими буквами было написано все, что обладатель физиономии думает о ночных гостях, явно самозванцах, потому как любому известно, что герцогини ночами не шастают.
- Герцог в отъезде.
Створка отъехала в сторону сильнее.
- Будете у нас останавливаться?
Интересно, в доме Эпинэ что – всем Приблудам вот так сразу предлагают кров? Впрочем, с герцога станется.
Айрис замотала головой.
- Нет, нет, спасибо… А господин Валме – он … гостит у вас?
Слуга кивнул, героическим усилием подавляя зевок.
- Гостит у нас, да только господина виконта тоже нет – они уехали в гости, к барону и баронессе Капуль-Гизайль.
Айрис поблагодарила и через секунду была уже в седле.
- А Вы не подскажете, любезный, как проехать к дому Кпуль-Гизайлей?
Слуга выбрался-таки за ворота и принялся объяснять. Луиза не слушала. Если они заблукают и не найдут дорогу к дому Марианны – будет только лучше. Как для самой Айрис – все же не пристало молоденькой девице посещать такие места, - так и для виконта. А то такое счастье себе даже и представить трудно – вламывание девицы Окделл в особняк Капуль-Гизайлей в самый неподходящий момент.

Впрочем, надеждам Луизы не суждено было сбыться. Искомый особняк не найти было просто невозможно. Несмотря на позднюю ночь (Луиза поежилась под плащом – еще немного, и можно будет сказать «раннее утро»), окна весело сверкали.
- Здесь играют, - пояснила Айрис деловито, спрыгивая с лошадки. – В карты. На деньги. Очень, кстати, интересно. Если бы я была мужчиной – я бы и сама играла. Пожалуй, не на деньги – у меня ведь нет своих денег… Но все же – играла бы. Почему в нашем мире все самое интересное – только для мужчин?
Луиза молча пожала плечами. Она и мама не раз задавалась тем же самым вопросом, с тем только исключением, что сама она в разряд «самого интересного» карточные игры никогда не включала.
- А откуда ты знаешь… Про игры?
Вопрос она, конечно, задала неправильно. Кто же в столице не знал, что в доме Капуль-Гизайлей играют? Луизу интересовало, откуда Айрис знала, что это «интересно», но Айрис, оказывается, вопрос поняла правильно.
- Знаю, - ответила она шепотом и залилась краской, такой яркой, что было заметно даже в тусклом свете фонаря. – Я же была… была в теле … герцога Алвы…
После того, как Айрис побывала в теле Алвы (а Алва, соответственно, в ее), девочка начала петь. То есть пела она и раньше, но тогда это более всего походило на вопли котов во время весенних «выяснений отношений». Может, покинув тело Айрис (как все-таки по-дурацки звучит!), Алва оставил ей и свое умение играть в карточные игры?
Луиза прикусила язык. Не хватало ей, дуре старой, только влезть со своим идиотским советом! Окделлы ведь меры ни в чем не знают, начни Айрис играть – проигрыш не остановит ее, наоборот, подзадорит, и она будет играть до тех пор, пока что-нибудь не выиграет… или пока у нее не останется ничего, что она могла бы проиграть…

Ох-хо!  ;D ;D Бедный Марсель ;D

Задумавшись, Луиза пропустила появление слуги. Удивительно благообразного, надо сказать. На Айрис и ее спутницу он уставился с явным неодобрением, однако ничего по этому поводу не сказал.
- Простите, любезный, не у вас ли виконт Валме?
Лицо слуги, еще мгновение назад такое суровое, расплылось в улыбке от уха до уха.
- Да, да! Милости просим, сударыни! В этом доме всегда рады друзьям виконта Марселя!
Луиза вздохнула и тоже слезла с лошади. А виконт, похоже, славный человек – у нее почти не было возможности сложить о нем мнение, но лицо слуги было столь красноречиво…
- Проходите, проходите! – теперь слуга был сама любезность. – У нас сегодня никого нет… Только свои… Друзья дома… Господин Марсель и господин герцог Алва.
Айрис побледнела так сильно, что Луиза подумала было подхватить ее под руку – не приведи Создатель, девочке станет плохо, и она грохнется в обморок! – но Айрис быстро совладала с собой.
- Собачка госпожи баронессы, Эвро, у нее сегодня появились щенятки! Да такие красивые! – хорошо, что слуга оказался таким говорливым и не заметил замешательства Айрис. А девочка уже вроде бы взяла себя в руки… Айрис – да, а она сама? Ну, признайся себе, Луиза, признайся – ведь сердце екнуло при упоминании имени кэнналийца? Айрис бледнеет, она краснеет, а красное лицо – оно куда заметнее, чем бледное…
Слуга распахнул белую раззолоченную дверь.

- Айрис, Вы? – шагнувший навстречу человек был черноволос и синеглаз, но Луиза уже знала: это не Рокэ.
Айрис, минуту назад приобретшая нормальный цвет, снова побледнела – почти до синевы. А потом вдруг резко покраснела, напомнив Луизе Реджинальда.
- Робер?! Вы… Вы – тоже?!
«Не в первый, но – в последний» - не к месту вспомнилось Луизе. Тогда они говорили об Алве. Прошло совсем немного времени, и сердце Айрис Окделл занято герцогом Эпинэ. Но – сама она этого не понимает. В случае с Алвой вбила себе в голову, что это любовь, а когда пришла любовь – настоящая, девочка просто не поняла…
Надо будет поговорить с ней. Поговорить по душам. Выбрать себе вышивание позануднее – чтобы не так обидно было, если испортит.
- Госпожа Арамона, - Робер-Рокэ склонился над ее рукой, а взгляда от Айрис не оторвал. – Дамы, если вы не против – давайте покинем этот гостеприимный дом.
Айрис, не разжимая сжатых в ниточку губ, кивнула.

Дамиан, передайте, пожалуйста, госпоже баронессе, что я… что мы уезжаем.
- Господин герцог, - лицо Дамиана сейчас вовсе не было таким благожелательным, как тогда, когда он говорил о Марселе Валме, - дамы искали господина барона, но господин барон сейчас занят…
- Именно поэтому, дражайший Дамиан, - показалось, или в голосе и вправду мелькнула интонация, которая была присуща только кэнналийцу? – мы и уезжаем, дабы не отвлекать милейшего Марселя… Ему передайте, пожалуйста, что гер… что у меня… что у герцога Эпинэ в гостях две дамы, которые хотели бы срочно его видеть.
Слуга слегка надулся. От гордости? Или обиделся?
- Ну, не так чтобы совсем срочно, - быстро поправился синеглазый Эпинэ, - Утром… Просто предупредите его, что для него есть новость. И извинитесь за меня перед баронессой.

- Господа! Господин герцог! Куда же Вы? – маленький барон настиг их уже на лестнице. – Марианна страшно, страшно обидится!
- Я завтра вечером принесу госпоже баронессе извинения лично, но сейчас – нам и правду нужно идти.
- Я понимаю, понимаю, - закивал завитым паричком барон. – Дела, дела… Да только Вы сегодня вовсе не в себе, господин герцог!
Робер развел руками, показывая, что ничего не может с этим поделать.
- Дайте слово, что вечером непременно посетите нас!
Толстячок-барон почему-то напомнил Луизе маленького петушка, энергичного и драчливого. Интересно, откуда такое сравнение? Пожалуй, на самом деле бедняга больше всего похож на морискиллу, певучую и безобидную, но образ петушка прочно зацепился за ее сознание.

Эрэа nyushik, дайте слово, что сегодня опубликуете ещё кусочек, а лучше несколько.  :)
Заранее большущее спасибо.

Слуга принес жареную свинину. С перчиком, с чесноком – и без всякого имбиря. Лиуза поймала себя на этой мысли – и удивилась. Мысль была не ее. Мысль была абсолютно чужая. Луиза абсолютно безразлично относилась к имбирю: нет – и хорошо, есть – и так съедим, но сейчас… Неужели в нее тоже кто-то вселился?
- Хорошо, что без имбиря, - медленно произнесла Луиза.
Айрис не обратила внимания. Эпинэ чуть было не выронил кусок изо рта, став на мгновение почти похожим на себя самого. Ну, в том смысле, что при виде него сейчас, пожалуй, даже Ричард Окделл догадался бы, кто на самом деле находится в теле Алвы.
- Я к тому, что имбирь пробуждает аппетит. Хотя перец, в принципе, тоже! – Луиза вздохнула. – А сейчас ночь…
И в самом деле, хватит лопать, дура старая! Нет, поправиться, конечно, ей бы не помешало – особенно в некоторых местах, да ведь жир – дело такое, нарастет там, где не надо, и не спросит. Интересно, на что похож мешок с костями, снабженный на талии жировыми складками?
Айрис вертела в руках вилку. Отобрать у нее, что ли? С момента, как в доме Марианны она увидела Робера в облике Алвы, она не проронила ни единого слова. Луиза от души сочувствовала девочке – она с сама с трудом совладала с собой. Впрочем, Эпинэ ей было жаль еще больше. Ляпнуть, что ли, еще какую-нибудь глупость?
- Айрис, может быть, Вы все же расскажете, зачем мы среди ночи разыскивали господина Эпинэ и господина Валме?
Ну, а глупость она спросила или нет – станет видно позже.
Айрис еще некоторое покрутила вилку, потом положила ее в тарелку и вымученно улыбнулась.
- Простите меня… Просто мне трудно привыкнуть, что Вы, Робер, теперь выглядите так.
Эпинэ кивнул и помрачнел еще сильнее.

А еще  (облизываясь) еще будет?  :D ;)

Скандирую:
Е-щё, Е-щё! Е-ЩЁ!

"Это должна быть какая-нибудь такая опасность… С которой он не мог бы справиться сам."
Вроде женитьбы на Айрис Окделл. ;D С братом бы посоветовалась :P с эром Августом :P кстати, тоже кандидат в Повелители Ветра ;D
ну и "А дальше?" ::) ;)

Марсель отложил перо. Очередное послание Франческе было готово. Его постигнет участь всех остальных – полетит в камин, но сейчас хотелось верить, что оно попадет к адресату… Стихов на этот раз не было – Марсель просто описал последние приключения: поездку в Гальтару и то, как он помогал принимать роды. Письмо получилось достаточно забавным. Жаль, что Франческа не прочтет…
Марсель потянулся. Когда он вернулся от Марианны, было раннее утро – совсем раннее, настолько раннее, что утром это мог считать только Герард Арамона. Спать не хотелось, есть – было еще рановато, и Валме взялся за письменные принадлежности. Написал отцу – раньше всегда делал это по необходимости, а сейчас – просто потому, что потянуло, а потом – потом письмо Франческе Скварца получилось как-то само собой… Теперь, пожалуй, все же нужно позавтракать и поехать к Роберу. Дамиан сказал, за ним приехала Айрис Окделл. Пожалуй, бедолагу надо спасать.
В дверь постучали.
- К Вам рэй Кальперадо, - доложил слуга.
Марсель присвистнул. Помяни Арамону – и он тут как тут. Ну, прямо Леворукий какой-то!
Герард, раздавшийся в плечах и какой-то повзрослевший, но такой же смущенный, кинулся бы Марселю на шею, но застенчивость все же взяла свое.
- Я от матушки прямо к Вам…
Надо же! Оказывается, кроме Алвы у мальчика появился и другой объект привязанности!
Валме ободряюще похлопал красного, как свекла, Герарда по плечу.
- Я рад Вас видеть. Сейчас распоряжусь по поводу завтрака – и с удовольствием пообщаюсь с Вами.
По дороге на кухню (на самом деле он мог просто вызвать слугу, но почему-то вдруг захотелось угостить мальчика чем-нибудь изысканным, таким, чего они, во времена своих странствий, были лишены) он велел одному из слуг зайти и забрать почту.

Вернувшись (Герард при его появлении вскочил с кресла, и Марсель погрозил ему кулаком), Валме принялся складывать письменные принадлежности. Письмо! Разрубленный змей, письмо! Он же специально отложил его в сторону!
- Приходил Ваш слуга за почтой. Одно письмо почему-то лежало отдельно, так я ему отдал! – рэй Кальперадо сиял как хорошо надраенный медный колокол.
- Отдал? Отдал?!
Марсель, чувствуя, что земля уходит из-под ног, чуть не упал в стоявшее около камина кресло. Теперь Франческа получит всю эту белиберду и будет думать, что он идиот. Впрочем, наверное, это даже лучше – ведь она будет думать о нем хоть что-то…
- Вносить? – на пороге стоял слуга; взгляд у него был укоризненный – хозяин просил нести еду, сказал, что со стола все соберет сам, а там как было навалено всяких бумаг – да так и осталось.
Марсель махнул рукой.
- Вносите

Вот за что люблю Марселя, так это за неизменный и неисправимый оптимизм!)) Как было бы хорошо (что в фанфике, что в ожидаемом томе СЗ), если бы он сблизился, а потом и подружился с Робером и передал ему хоть немного своей душевной бодрости. :) 
Вообще Марсель тут чрезвычайно "в характере"!

"Я встану так рано, что еще поздно будет" (С) К. Чуковский. От двух до пяти)  ;D

- Я… мне показалось, что я… словом, мне кажется, я придумала, каким образом можно вычислить Повелителя Ветра.
Айрис кратко изложила свой план; она побледнела так, что Робер испугался: как бы девочка не свалилась в обморок. Госпожа Арамона, судя по всему, подумала о том же, но – обошлось. Айрис закончила говорить и начала  быстро есть, судя по всему, даже не понимая, что делает. План был хорош – за одним единственным исключением: найти Повелителя Ветра срочно нужно было именно для того, чтобы «вернуть» Алву. С другой стороны… С другой стороны – Алве уже сейчас угрожает опасность, причем не какая-то гипотетическая, а самая что ни на есть настоящая – если он «застрянет» в чужом теле, то рассудок ему сохранить не удастся, а возможно – не только рассудок, но и жизнь.
А что, если попробовать? Мысль совершенно безумная, но, возможно, именно это и сработает… Определить тех, кто относится к Дому Ветра, объяснить им ситуацию и попробовать призвать Алва… Теоретически – опасность остаться безумным угрожала и ему, но – почему-то Иноходец был в этом абсолютно уверен, - Алва пройдет весь путь до конца, «посетив» максимально возможное количество чужих тел.

- Послушайте, а ведь герцогу Алва уже сейчас угрожает опасность, - решительно вмешалась Луиза. Синеглазому кэналлийцу грозит сумасшествие – а может быть, даже и смерть, - и не только ему, а и тому, в чьем теле он «застрянет», но Айрис представляет себе только физическую опасность, а Эпинэ – Эпинэ, судя по его виду, только что об этом подумал… Ну и ладно – Эпинэ не Эйвон Ларак, как-нибудь переживет, что женщины соображают и принимают решенияне хуже, чем мужчины.
- Точно! – лицо Айрис просветлело, и она вскочила из-за стола, чуть не выронив кусок мяса прямо изо рта. – Точно! Робер, ты уже который день в … э… в теле герцога Алвы?
Эпинэ задумался. Ему, бедняге, наверное казалось, что прошла целая вечность – а на самом-то деле сколько? Хорошо бы, если бы еще не 14-15 – тогда у них есть время…
Додумать ему не дали – слуга с испуганным лицом сообщил, что «герцог Окделл очнулся и буянит, требуя немедленно предоставить ему возможность поговорить с герцогом Эпинэ».

Какая прелесть!
Проды!!!!

Дикон потер виски. Голова просто разваливалась на части. «Если голова болит – значит, она есть», - говорил эр Рокэ. Эр Рокэ… Вспоминая то, что предшествовало потере сознания, Дикон застонал. Стало быть, все эти слухи действительно были правдой! Хотя, если честно – Ворон ведь и не отрицал. А он, доверчивый дурак, не мог примерить случившееся с Джастином Приддом – к себе. Дикон с силой долбанул кулаком по списнке ложа. Крепкая! Долбанул бы так в Надоре – обязательно бы поломалась…
«Надор весь поломался», - сказал Ворон. – «И, между прочим, по Вашей, юноша, вине».
Дикон затряс головой. Он ведь не спит, и в комнате он один – откуда тут взяться Ворону? Или – он лишился рассудка, и теперь слышит голоса? Конечно, от такого можно лишиться рассудка! Кстати – отчего он потерял сознание? Неужели Ворон ударил его по голове, чтобы потом…
Ричард похолодел. Нет, не может быть! Ворон бы предпочел, чтобы он был в сознании. И потом  - он не рещился бы на это здесь, в доме Робера. Робер! Нужно срочно с ним поговорить!
Дверь оказалась заперта. Ричард подергал ручку – ничего.
- Эй, кто нибудь! Откройте!
Дверь не поддавалась. И в коридоре звуков никаких. Никто его не слышит? Не может быть! Ворон бы обязательно кого-нибудь оставил… А в том, что его запер именно Алва – никаких сомнений. Ну, не Эпинэ же!
Дикон грюкнулся в дверь плечом а потом, не долго раздумывая, схватил тяжелое дубовое кресло и со всего размаху ударил им в дверь, замахнулся для второго удара – и в этот момент дверь распахнулась. На пороге стоял слуга – Окделл знал его, это был слуга Иноходца, а не Алвы, - и вид у него был укоризненный, точь-в-точь как у Эпинэ.
- Герцог, Вы могли просто позвонить – над Вашей кроватью висит шнурок для вызова слуг. Что Вы желаете?
- Я хочу, чтобы меня выпустили отсюда! – быстро сказал Ричард, заливаясь краской. Надо же, шнурок! А он и не заметил!
- Вы были не в себе, - с поклоном сообщил слуга, - и Вас заперли для Вашего же блага. Пока Вас не осмотрит врач, выпустить Вас я не могу.
Врач! Какой еще, к Леворукому, врач! Он здоров!
- Мне срочно нужен герцог Эпинэ! – строго сказал Дикон. На слуг строгий тон действует благотворно, что бы там ни говорили. – Срочно! Передайте ему, любезный, что я жду его.
- Герцог в отъезде, - сообщил слуга, - но как только вернется – я обязательно передам. А врач – врач Вас посетит в самом скором времени.
Дверь захлопнгулась, и Дикон услышал звук поворачивающегося в замке ключа.

Эрэа nyushik, дочитала все-все-все, что вы написали!
Не буду оригинальна: продолжения! ;)

В том, что Дикон будет буянить, когда очнется, у Иноходца не было никаких сомнений, но вот делать-то что? Пойти к нему и объяснить что он – на самом деле не Ворон, а Эпинэ? Да ведь Дикон и слушать не будет!
Робер бросил взгляд на госпожу Арамону. Женщина выглядела озадаченной. Конечно, она тоже не имеет представления, как утихомирить сына Эгмонта.
Айрис медленно вытерла руки о салфетку и встала.
- Я поговорю с Ричардом.
- Создатель, о чем?! – вырвалось у Робера, но он тут же прикусил язык. То, что он считает Ричарда неспособным к диалогу, еще не означает, что нужно это говорить приАйрис: у брата с сестрой и так отношения напряженные… а если говорить совсем честно – то просто никакие.
Айрис усмехнулась, и усмешка ее Эпинэ совсем не понравилась: слишком уж жесткой она казалась для молодой девушки.
- Чем меньше Дикон знает, тем лучше. Поэтому я не скажу ничего лишнего.
За Айрис закрылась дверь.
- Герцог, у Вас есть свой личный лекарь? – деловито спросила госпожа Арамона.

Госпожа Арамона - реалистка!
Или не хочет опять собственноручно возиться с ссадинами и царапинами?

- Герцог, у Вас есть свой личный лекарь? – а если, не приведи Создатель, нету, то будем надеяться на то, что обойдется царапинами и разорванным воротником. Царапины можно запудрить, а воротник зашить, в доме чужих глаз нет.
- Возможно, мне тоже следовало пойти? – обеспокоено спросил Эпинэ.
Нет, однозначно, он в присутствии Айрис начинает хуже соображать!
Луиза пожала плечами:
- Герцог, Вы хоть помните, в чьем теле Вы сейчас находитесь?
Увидь полусвинок кэнналийца – и, пожалуй, Эпинэ жить будет негде.
- Успокойтесь. Айрис девушка разумная, и все будет нормально, - сообщила Луиза, сама не веря ни в «разумность» Айрис, ни в то, что ее разговор с братцем окончится благополучно.
А Эпинэ – надо бы его чем-нибудь отвлечь. Каким-нибудь вопросом.п ускай глупым…
- Герцог, а Вы по-прежнему собираетесь жениться на Айрис?
Иноходец отшатнулся от стола.
Нет,пожалуй, лучше было бы задать какой-нибудь другой вопрос, но уже поздно… Вот так вот ляпнешь что-нибудь своим дурацким языком, а потом не знаешь, как расхлебать…
- Я предложил Айрис Окделл руку, потому что…
Эпинэ начал и замолчал. На, да мы и без тебя знаем, почему ты предложил Айрис руку, но ведь это было тогда?
- Потому что ей грозил монастырь. И потому, что это была единственная возможность помочь герцогу Алве.
Странная интонация. Как будто Эпинэ говорит сам с собой. Монастырь? Луиза знала, что Айрис должна была бы выйти замуж за Ракана-Таракана… Стоп, нельзя так не то что говорить – даже думать! Ведь настоящий Ракан – Алва… Но неужели Мирабелла заточила бы свою дочь в монастырь? Да, по дурацким законам Людей Чести младшая дочь не может выйти замуж раньше, чем старшая, а вдова Великого Эгмонта спала и видела, как бы выдать замуж одну из дочерей за Альдо, но монастырь?!! Можно ведь было выдать непокорную дочь замуж за кого угодно…
- Я не могу жениться на Айрис, - сообщил Эпинэ стене; уж хоть вид бы сделал, что говорит это собеседнице! – Потому что Айрис любит Алву.
- Айрис больше не собирается замуж за Алву, - слова сорвались с языка прежде, чем Луиза сообразила, что говорит. – После того, как она побывала в теле Алвы…
Вот же старая дура, старая и болтливая! Рот надо заклеивать, а еще лучше – язык отрезать, чтоб не выдавала чужие тайны.
Но, бросив взгляд на просветлевшее лицо Эпинэ, Луиза сражу перестала раскаиваться в сказанном.

Ключ в замке повернулся. Дикон вскочил. Робер? Нет, наверное, все же лекарь – слуга ведь говорил, что Робер в отъезде…
Дверь открылась; на пороге стояла его сестра.
- Айрис?! Ты что здесь делаешь?!
От изумления Ричард чуть не задохнулся. Что может делать незамужняя девушка в чужом особняке, в отсутствие хозяина?!
- Я пришла узнать, что тебе нужно, - безразличным тоном сообщила Айрис. – Доктора пока нет; может быть, ты в чем-нибудь нуждаешься?
Нуждается?! Еще бы! Он нуждается в ответе! В ответе на заданный вопрос!
- Я еще раз спрашиваю – что ты здесь делаешь?! Я, как твой Покровитель, имею право…
- Какой покровитель? – губы Айрис искривились в брезгливой усмешке. – После того, что произошло с Надором по твоей вине, ты еще имеешь право считать себя моим покровителем? Ты на Повелитель Скал, ты не покровитель женщин семейства Окделл – ты никто. Дейдри и Эдит погибли по твоей вине. А я – я не погибла только потому, что я сама себе покровитель.
Ричард сжал герцогскую цепь так, что костяшки пальцев побелели. Он… Она ответит за свои слова!
- А если тебя интересует, что я здесь делаю, так я отвечу! – тон сменился на притворно-радушный. – Я здесь живу. Робер – мой жених, и пожениться мы не успели из за твоего Таракана и из-за тебя. Но это все – формальности. Окончится траур, и он наденет мне на руку браслет…
Она говорила что-то еще, но Дикон уже не слышал. Кровь стучала в висках, мешая воспринимать то, что она говорила. Живет здесь! Девица семейства Окделлов! Дочь Великого Эгмонта! Бывшая Повелительница Скал! Просто живет в доме у совершенно чужого мужчины, который не стал еще ее мужем.
- Дрянь! – завопил Ричард. – Потаскуха!
И он поднял руку, чтобы влепить сестре пощечину. Пускай она снова расцарапает ему лицо, пускай – но она будет знать, как…
Твердые пальцы – откуда в ее руках столько силы?! – перехватили его руку.
- Послушай меня, Ричард Окделл, - Айрис говорила тихо, чуть ли не с шипением. – Если бы на твоем месте был нормальный человек, он бы и так после всего произошедшего с нашей семьей жалел бы, что не умер. Но ты… До тебя никогда и ничего не доходит. Подумай над тем, как вести себя, иначе я клянусь – ты действительно пожалеешь, что остался в живых.
Пальцы Айрис отпустили его руку. Ошалевший Ричард недоуменно уставился на кисть: там краснели два пятна. Откуда у нее столько силы?!
- Еду Вам пришлют, герцог Окделл. А врач Вас все-таки осмотрит – Ваше поведение наводит на мысль о том, что Вы не в себе, - сообщила Айрис преспокойно, как будто… как будто он ничего ей не говорил!
Дверь закрылась, замок щелкнул, и Ричард Окделл упал лицом на кровать, сдерживая рыдания.

Ай да Айри! Ай да поставила братца на место!  :D
Браво Айрис и дважды браво автору! :)

Дааа...Дикон безнадежен... :(

Продолжения, пожалуйста!  :)

Женившись, Эпинэ попадёт в надёжные руки.  ;) Эрэа nyushik, пожалейте парня. Вы уже лишили его повелительства, заставили мыть посуду и даже послали в нокаут. Дайти ему хотя выплакаться, вдруг полегчает.  :)
P.S. Здоровущее спасибо за продолжение.

А мне вот показалось, что это скорее девчачье поведение - падать на кровать. ??? Уж не становится ли....  ??? Тьфу, тьфу, тьфу!  ;D Это слишком даже для Ричарда!  ;D

Это просто праздник какой-то - не заходить на форум месячишко, и тут найти такой клад!

Не тепрится узнать, что было дальше.... (ловлю себя на мысли, что это фик,  а ведь как будто настоящее продолжение.. так охота счаться для Айри...)

Звуков драки слышно не было. Неужели обошлось? Или она, как обычно, не ожидает худшего? Может, Айрис просто прирезала братца? Нет, не может быть! Айрис Окделл – натура импульсивная, она может нанести увечье кому-нибудь только в запале, в драке, но чтобы просто так…
Дверь открылась, и явно довольная собой Айрис возникла на пороге.
- Все нормально, - сообщила она и уселась за стол. Девочка изо всех сил старалась выглядеть спокойной, но все же – когда это она столько ела?!
- Что ты ему сказала? – спросила Луиза, поймав благодарный взгляд Эпинэ (да, да, старая дура, человек, глядящий на тебя с благодарностью – это герцог Эпинэ, а не кто-то другой, и не надо пялиться в синие глаза!).
- Я сказала, что живу здесь, - сообщила Айри, не поднимая глаз.
- Ну и что?
Эпинэ не понял, по лицу видно, но Луиза – Луиза поняла. Интересно, после такого высказывания Айрис еще жива? Стало быть, пристукнула-таки братца чем-то тяжелым по голове.
Айрис передернула плечиками.
- Я ему сообщила, что живу здесь, потому что выйти замуж за тебя я не смогла из-за него. Но это ничего не меняет. Тогда он обозвал меня потаскухой и хотел ударить, но я ему не позволила.
Луиза поймала себя на том, что, как и Эпинэ, ошалело хлопает глазами.
- А еще я оставила ему на столе бутылку, а в бутылке – снотворное. – Невинно добавила девица Окделл.
- А снотворное-то ты где взяла?! – да, ничего не скажешь – умеют женщины из Дома Скал удивлять.
- У Вас…, - а глазки-то невинные – почти как у Катарины! – Я взяла без спроса. Я думала – ну, мало ли, зачем оно может мне понадобиться…
Луиза Арамона схватилась за сердце.
- Он не отравится? – если девчонка не рассчитала дозу, то может лишиться брата… и приобрести очередной повод терзаться.
- Он, может, еще и не выпьет, - пробормотал Эпинэ.
- Ричард? Не выпьет? После того, что я ему наговорила?! – Айрис презрительно фыркнула. – Выпьет. Но не отравится. Дозу я рассчитала правильно. Можете мне поверить.

- Нам нужно поехать к Эпинэ, - Повелевающий Волнами был хмур и барабанил пальцами по подоконнику.
Мэллит покорно кивнула. Нужно. Если она и в самом деле Повелевающая Ветрами… В это не верилось, но все же… Названный Валентином сказал: только все четыре Повелителя смогут помочь Первородному. Тому, кого она раньше называла неприятным… Как же часто она ошибалась в людях! Сначала называнный Валентином тоже не нравился ей, вернее – просто пугал…
- Это Вам. Наденьте, прошу Вас.
В руке названного Валентином была шкатулка. Украшение! Он принес ей украшение! Мэллит отшатнулась. Топазы, «золотые, как твои глаза, куничка!», похожие на вишни рубины… Нет, они были похожи не на вишни, они были похожи на капли крови, затвердевшие капли крови! Нет, она больше никогда не станет носить…
Какое у Повелевающего Волнами лицо! Она обидела его, отшатнувшись от его подарка! Она лучше умрет, чем обидит его! Мэллит медленно протянула руку. Да будь в этой шкатулке ядовитые змеи – она возьмет, только бы названный Валентином был доволен!
- Это старинная вещь, - он открыл шкатулку сам. – Это наша фамильная вещь… Вернее, даже не наша – это принадлежало моей матери, а к ней перешло по наследству от ее бабушки…
Мэллит осторожно протянула руку. Золотое украшение – такого она прежде никогда не видела, - состояло из крошечных листиков, сделанных из тончайшей проволоки. На некоторых листиках блестели драгоценные камни – синевато-зеленоватые, Мэллит не знала, как они называются. Камни были крочечными, они не подавляли…
- Как красиво! – прошептала Мэллит, не смея коснуться украшения. Не для глупой гоганни такая красота!
- Я хочу, чтобы… чтобы эта вещь принадлежала Вам, - сказал названный Валентином, и лицо его затвердело.
Как пылают щеки! Она не может, не может взять эту вещь! Названный Валентином слишком добр! Она недостойна! Она глядела в серые глаза, чувствуя, что не может больше смотреть, но одновременно и не в силах отвести взгляд…
Что-то мягкое плюхнулось ей на грудь, слегка оцарапав кожу.
- Мяу! – требовательно сказал котенок. Он хотел есть, он хотел внимания и ласки. – Мяу!
Названный Валентином вложил шкатулку в ее холодные пальцы, - Сообщите мне, когда будуте готовы ехать. Это срочно, Мелания! - И, поклонившись, вышел.

А вдруг он сонный захлебнётся слезами!  :) Всё-таки Валентин прежде всего Повелитель Волн, а потом уже влюблённый молодой человек. А я уж подумал что наоборот.
Спасибущее спасибо!

Да мне тоже жалко будет, если Дик захлебнется... Ведь тогда полсюжета коту под хвост! Но Айрис ведь никого не слушает!

Как никого? Что, и Вас тоже? Необходимо немедленно принять самые решительные меры.  ;D

Не, не слушает... творит, что хочет  ;D

Попробуйте повлиять на неё через Луизу. А то мы рискуем потерять не только Айрис, но и Робера. Вряд ли Эпинэ устоит перед её напором.  :)

Кто-то приехал. Открылись ворота, пропуская всадников. Дикон подскочил к окну. Может быть, это вернулся Робер? Кто-то, чьего лица не было видно, легко и грациозно – почти как Иноходец! – соскочил с коня, и помог даме в золотистом. Нет, Робер не привел бы женщину в дом, в котором живет его невеста. Вот дрянь! Как можно было так опозорить семью! И Робер тоже хорош! А еще друг! А девушка – девушка кого-то напоминает. Хрупкая такая, почти как Катари… Впрочем, сравнивать с Катари кого бы то ни было… В этот момент девушка подняла лицо – видимо, заметив Дикона, и Ричард понял, кто это. Мэллит! Но она ведь уехала? Или – вернулась, потому что не смогла без Альдо? Или нет – кто-то говорил, что она сняла заклятие или чем там они были связаны. Она тоже предала Альдо. А этот мужчина рядом с ней – в нем тоже есть что-то знакомое… Придд! Ну, конечно же, это Придд!
Дикон чуть ли не отпрыгнул от окна. Придд! В доме у Робера! И Алва! Это… это заговор! Против него! Его хотят погубить! Каким-нибудь изощренным способом – Алва наконец-то решил отомстить ему за неудавшееся отравление.
Ладони сами собой сжались в кулаки. Что же, он не даст издеваться над собой. Дверь. Надо забаррикадировать дверь! Разрубленный змей, она открывается наружу. А через коридор не прорваться – Ворон наверняка выставил охрану, а с его кэналлискими головорезами Ричарду не справиться.
Остается окно. Решетки нет. Неужели Робер не боится воров? Он удивительно беспечен! Впрочем, это только к лучшему. Высоковато, конечно, но он справится. Только… что же потом? Он – один против всех? Куда ему податься? Надора больше нет, Альдо в Нохе, и к нему никого не пускают, Катари не хочет его видеть, сестра спелась с Вороном и Приддом… Оставалось только заплакать, но он уже сегодня плакал, а это недостойно мужчины!
Решение пришло быстро. Он отправится в Гальтару! Снова – в Гальтару, но на этот раз ему никто не помешает! В прошлый его планы каким-то образом стали известны – а может, Айрис и не лгала, когда говорила, что поехала туда просто потому, что хотела кому-то передать свою Силу… Смешно! Взять – и вот просто так отдать то, что… что… эх, да что там говорить! Ну, раз Айрис сама отказалась, то он, Дикон, имеет полное право забрать то, что ему и так принадлежит! На этот раз его никто не остановит, ему никто не помешает, и справедливость установится…
«В прошлый раз, юноша, помнится, Вы обещали себе то же самое!» - опять в его голове звучит голос Ворона. Может быть, он и справду нездоров? Может, ему и в самом деле нужно дождаться лекаря? Нет, нет! Лекарь его просто отравит – а эр Рокэ будет сидеть и, улыбаясь, наблюдать за его агонией…
Ричард решительно сдернул с кровати покрывало. Что бы там ни было, что бы он не решил делать потом – а здесь оставаться нельзя. Ткань поддавалась плохо. Вот если бы у него был кинжал…
«А Айрис на твоем месте зубами бы разорвала!» - язвительно сказала эрэа Мирабелла. – «На самом деле  - у меня только один сын, и зовут его – Айрис Окделл!».
Ричард испугался. Он не был пьян, голова вроде бы перестала болеть – откуда тогда эти голоса? Но зубами на всякий случай попробовал. Получалось плохо. Интересно, у Айрис получилось бы лучше? Хотя у этой дряни когти и зубы как у дикого зверя… Просто неимоверная удача, что она в этот раз не располосовала ему лицо. А ведь могла бы…
«Да и в подушку рыдают только женщины», - эрэа Мирабелла была сама суровость. – «К тому же – не женщины дома Окделлов!».
Ричард испугался. Айрис стала Повелителем, а Повелителем может быть только мужчина… Неужели те Силы, которые сделали ее Повелителем, превратят ее в мужчину, а его, Дикона, в женщину?
«Зато, если она станет мужчиной, она не сможет выйти замуж за убийцу своего отца!» - сообщила герцогиня Окделл.
Ричард с перепугу рванул еще раз, сильнее – ткань затрещала, но не поддалась. Ну, по крайней мере, треск ктани – куда более приятный звук, чем то, что говорит мать… Особенно если учесть, что матери здесь нет. И вообще больше нет… До чего же хочется пить! Бутылка… А была ли тут бутылка, когда он очнулся? Только бы не «кровь» - еще одно напоминание о Вороне было бы… было бы… просто омерзительным!
В бутылке оказались «слезы». Кажется, вдовьи… А может, невесты… Вкус странноватый… Но удивительно приятный…
Ричард хлебнул еще, заливая рубашку. Вино побежало по жилам, в животе сделалось тепло, а на сердце – немного поспокойнее. Что же, жизнь налаживается. Сейчас он немного посидит – усталость сказывается, да и понервничал он. Посидит, а рубашка тем временем высохнет, и вино получше подействует, он успокоится, а потом легко разорвет это треклятое покрывало, и тогда его здесь ничего не удер…

Спасибо огромное! Прочитала все с большим удовольствием, восхищаюсь вашим талантом выдерживать героев в соответствии с их характерами по Матчасти. Параноидальный Дикон просто чудесен, сцены Мэллит - мечта! Марсель радует, как всегда, с его внутренними монологами. :-) Как и другие посетители форума, прошу продолжения и жду его с нетерпением!

вот и я боюсь :)

А я так надеялся, что слёзы пойдут ему на пользу. Ан нет, всё напрасно.  :( Неужели раздвоение сознания?  :o Вот это женщина! Ей даже собственная смерть нипочём.  :) Всё-таки Ричард нащёл выход из положения. Вот только тенденция меня настораживает. Сегодня бутылка, завтра бутылка...,  а потом он пойдёт собирать пустые бутылки? Жалко парня.  :'(
Неохватное спасибо.

Разрубленный змей, ну почему я не умею рисовать?! Так прям и вижу Дика, собирающего бутылки.
... - Эр Рокэ, Вам бутылочка не нужна? Так я заберу?

Ходит, ноет, бутылки просит.
А потом в пункт приёма носит.
Там за деньги продаёт
И в овраге касеру пьёт.
                  (переделка М. Горького)
Душераздирающее зрелище! 

Придд кусал губы. Кажется, сжерживая смех. Таким Робер его еще никогда не видел. Нет, Повелитель Волн был, как всегда, безукоризненен, но на кусок льда он больше не походил. Мэллит тоже было не узнать – она просто расцвела. Иноходец заметил это, не чувствуя ни боли, ни ревности – только светлую грусть. Как там говорила маленькая гоганни? От цветов остался один пепел? Похоже, что сквозь пепел начали прорастать новые цветы. Что ж, похоже, Валентин сможет сделать ее счастливой. Главное, чтобы им никто не помешал…
Мэллит не узнала его – Валентину пришлось объяснять, кто перед ней на самом деле, - и почему-то Иноходца это радовало. Как будто то, что Мэллит не узнала, не определила, кто перед ней, снимало с него… Груз? Чувство вины за прошедшую любовь, развеявшуюся, словно дым, как будто ее и не было?
А какая она стала красивая! Еще красивей, чем была раньше! Словно боязнь – боязнь расстроить Альдо, боязнь… своего несоотетствия, что ли, - не давала ее красоте раскрыться в полную силу…
- А где … герцог Окделл сейчас? И есть ли гарантии, что он не покинет помещение, в котором находится?
Валентин удивленно вздернул бровь: он, похоже, тоже не ожидал, что первой об этом подумает Мэллица.
Айрис качнула головой.
- Я бы почувствовала. Я…
Внезапно побледнев, она дернула ворот. Плохо?! И взгляд – почему у нее такой взгляд?!
- Прошу прощения, господа, мне нужно поговорить с госпожой Арамоной, - похоже, Айрис с трудом шевелила губами. Но, прежде, чем Иноходец успел испугаться по-настоящему, Айрис подхватила юбки, схватила свою дуэнью за рукав и чуть ли не силой поволокла ее по коридору.

Матильда отхлебнула из чашки. В ее возрасте трудно менять свои привычки и вкусы, но, похоже, она и впрямь пристрастится к шадди… Уж больно хорошо мозги прочищает.
- Это только тому, гица, кому есть что прочищать!
Лаци скалит зубы.
- Кого это ты, хотелось бы знать, имеешь в виду? – кажется, получилось достаточно сварливо, но Лаци смеется.
- Давай-ка мне касеру!
Шадди, конечно, хорошо, да вот, наверное, ей все же не поможет – Левий вон свой шадди хлебает, и что-то в тексте этом проклятом нашел… И ведь, змей подколодный, ничего ей не сказал! Стало быть, ей хоть убейся – а надо разгадать Левиеву загадку.
Книга уже сама собой открывалась на нужной странице. Ну, стало быть, гадюка подколодная Беатриса оболгала Ринальди Ракана, и родила ребенка от его старшего брата. Дальше-то что? Стоп! Стоп! Братец-то старший одновременно двух зайцев пытался убить – и ребенка сохранить, а братца своего, Силой обладающего, погубить! Но ведь у Ринальди тоже могли быть бастарды! Судя по описаниям, он отнюдь не сторонился женского пола! И, стало быть, его Сила должна была перейти кому-то от него, а вовсе не от его братца! С другой стороны – Ворон явно Ракан, Ракан, обладающий Силой… Она сама видела… А может ли быть несколько Раканов? Несколько Раканов, обладающих Силой Ракана? Нет, пожалуй, касеры лучше не надо – и так в ее голове перепуталось все, что могло перепутаться.
- Гица, так что, налить?
Какое там «налить»! Нужно срочно ехать к Левию. То, что пришло ей в голову… вряд ли Левий имел в виду то же самое, но своей догадкой все же лучше всего поделиться именно с ним.
- Пить будем потом, - мрачно сообщила вдовствующая принцесса своему отражению (и ведь сколько раз просила убрать зеркало, а то как-нибудь ночью себя увидит – да и помрет с перепуга!); отражение энергично закивало в ответ. – Вели седлать Бочку – к Левию поеду.

Я так и знал что эксперименты со снотврным до добра не доведут. А говорила: Такого парня загубила! Или ещё нет? Тогда срочно искусственное дыхание.  :) Неужели их потомок Капуль-Гизайль?  ;)

Не знаю, просто ночью проснулась с мыслью, что Алва не одинок в своем Раканстве  :-\ :-\

А действительно, должен же быть хоть какой-то запасной вариант. И все эти загадочные трансляции Роберу что-нибудь да значат. Но тогда диспозиция меняется... Короче, с нетерпением ждём беседы Матильды с Левием.
И чуть не забыл - необъятное спасибо!

Люди, продолжение будет в понедельник.

:'( :'( :'( :'(

Очень ждем... :'(

Заметьте, не я это предложил. (с)  :)

ждем  :D

Ещё как ждём.

Уже вторник...

Марсель тщательно обгладывал косточку. Отвык, ничего не скажешь, отвык! Гораздо привычнее было уронить косточку под стол, где к ее полировке тут же приступал Котик. Но Котика сейчас под столом не было, а куриной ножкой так удобно было прикрывать лицо. Наблюдать за сидевшими за столом было интересно. Пожалуй, не интересуй его столь сильно дипломатия – он бы мог стать писателем. Написал бы что-нибудь эдакое… возвышенно-героическое… и потом бы его с подвываниями цитировал Понси… Нет уж, увольте, лучше все же быть дипломатом. 
Айрис ковырялась в своей тарелке, тщательно – и тщетно – пытаясь сделать вид, что ее совсем-совсем не интересует, как герцог Эпинэ относится к баронессе Сакаци. Будь у Иноходца глаза – он бы заметил это и, наверное, поспешил бы сделать девице предложение руки и сердца. Взять, что ли, эту заботу на себя? Он в качестве свахи, пожалуй, имел бы успех. Вон с Котиком и Эвро как хорошо получилось! Ох, пожалуй, надо не забывать жевать, а то кто-нибудь еще заметит, что он с трудом сдерживает смех. Но и с этим проблема: если он будет столько есть, то вместо накладного брюха обзаведется настоящим.
А баронесса Сакаци прямо светится. Хорошенькая девушка, нет, пожалуй, даже красивая. И – сразу видно – счастлива. Влюблена в Валентина. Трудно ей, наверное. Молоденькие девушки хотят проявления эмоций, они хотят, чтобы им говорили о любви, а Валентин… Жаль ее – если она действительно Повелительница Ветра. Такая ноша не для этой девушки. Если даже Айрис отказалась… Холодея, Марсель отложил вилку. Фраза, услышанная им краем уха – он как раз пришел, когда герцогиня Окделл бежала проверять самочувствие своего драгоценного братца… «Я бы почувствовала, если бы с ним что-то случилось»? Кажется, так она сказала? Может быть, она, сама того не желая, вернула Силу? И все их путешествие оказалось совершенно напрасным?
Эпинэ вдруг дернулся; вилка со звоном ударилась о тарелку.
- Я… я сейчас вернусь, прошу прощения.
Разрубленный змей, ему же плохо! И это не связано с душевными переживаниями – ему плохо на самом деле, физически! Отравили?!
Эпинэ, пошатываясь, вышел из комнаты. За столом воцарилась тишина. Густая, тягучая и тягостная.
Первой не выдержала дуэнья Айрис.
- Надо поглядеть, что с ним. Кажется, ему нужна помощь.
Вот же славная женщина! И ничего, что лицом не вышла – общайсь с ней, об этом как-то забываешь. А почему она глядит на него? А, ну, конечно – не женщине же идти помогать бедолаге Эпинэ! А Валентин – со спутницей…
Проклиная себя за медлительность, Марсель бросился в спальню Робера. А если опоздал?! Дверь заперта… Марсель толкнул сильнее. Заперта, Леворукий его подери, этого Эпинэ! Марсель с разбегу ударил плечом и с размаху влетел в комнату. На кровати лежал Эпинэ. В виде Эпинэ. Ворон, по-видимому, выбрал не совсем удачный момент, чтобы вернуть себе свое тело.

Знаю, что вторник... Мне стыдно... Просто у меня написалась почти самая концовка - как-то так само собой получилось. НЕ выкладывать же сначала концовку, а потом серединку  ;)

Не нужно никаких концовок.
Пусть это продолжается как можно дольше....
И чаще....
Спасибо, эреа nyushik !

Не, намного дольше - не получится. Честно признаюсь - не от меня зависит. Меня даже Айрис не слушается, не говоря уже о ВОроне  ;D
Как в мультике про Простоквашино - "всего одно платье осталось", так и тут - всего одно тело осталось.

А дальше можно? (просительно виляя хвостом:-)

Действительно, пусть уж лучше будет Повелительницей Волн. Только не это, только не это!  :o Вы меня не на шутку напугали.   :-\ Кажись пронесло.  :D
Эрэа nyushik, невыразимое спасибо.

А еще?  ;)

Ждём-сссссссс.

- Гица, все же рано…
Рановато, конечно. Левий будет удивлен. А когда услышит то, что она хочет ему сообщить – будет удивлен еще сильнее.
- Ничего, ну, не выспится он сегодня…
Открывавший ворота монах сделал вид, что не расслышал, но ухмылка у него подозрительная. Да и сам он… на Бочку похож, вот что.
- Его Высокопреосвященство уже встал? У нас неотложное дело!
- Его Высокопреосвященство был бы рад видеть Вас, Ваше Высочество, даже посреди ночи!
Вот те на – и кто это здесь монахов галантности обучает? Неужто Левий? Или сегодня время удивляться не только кардиналу, но и ей?
- Но Его Высокопреосвященство уже четыре часа как работает.
Пожалуй, сейчас физиономия монаха еще сильнее стала напоминать лошадиную морду. Что ж, лошади ей нравятся, поэтому простим монаха за непочтительность и отправимся к Левию.
В кабинете Левия не оказалось.
- Его Высокопреосвященство, наверное, тренируется, - флегматично заявил монах с физиономией еще более наглой, чем была у привратника. – Да вон он, поглядите! – и он ткнул грязноватым пальцем в окно.
- Твою кавалерию! – надо же! На секунду даже показалось, что это не Левий, а покойный Адриан – настолько трудновоспринимаемой – а вернее, трудноприменимой к маленькому клирику, - оказалась увиденная ею картинка.
Левий и вправду тренировался – стоя посреди двора, целил в доску с нарисованным на нем человечком. С двух рук целил!
- Останься тут, Лаци! – буркнула вдовица и, подхватив платье (и дернул же Леворукий напялисть на себя эти тряпки! А ведь неприлично было отправляться в резиденцию кардинала в мужском платье!), бросилась к лестнице.
- Копченые ызарги! Что это Вы тут делаете?
- Ради Вас я велю отловить парочку и закоптить, - глаза Левия смеялись. – А где это Вы откопали новое ругательство?
Матильда пожала плечами.
- Хотите пострелять? – неожиданно предложил Левий и протянул ей один пистолет.
Матильда с достоинством поблагодарила. Знал бы он, какого труда ей стоило удержать на месте невесть отчего отказывающиеся повиноваться подбородок и губы! Вот уж чего не хватало! Давай, заплачь еще, дура старая!
Матильда выставила вперед ногу (ох, к закатным тварям эти длинные подолы!) и, прижмурившись, тщательно прицелилась.

Дождались!
Ну еще хоть кусочек маленький! :-[

Будет-будет! Я просто болела, и не очень писалось

Здоровья! :)

пасиба  ::)

- По-моему, мы с Вами заслужили, - Левий налил в маленькие рюмочки нечто густое и почти черное… Дивно булькающее. И дивно пахнущее. Дивно – и странно знакомо…
- Шаддийный ликер. Собственного изготовления.
Он, стало быть, еще и ликеры сам делает?
- А Вы, Ваше Высокопреосвященство, не вышиваете ли случайно? – елейным тоном поинтересовалась принцесса.
- Нет, - серьезно ответил Левий, - носки вот только вяжу.
Вот и пойми, когда он шутит, а когда говорит серьезно. Матильда попробовала напиток. Хорошо так попробовала – в рюмке осталось на самом дне. Напиток оказался сладким – и, как ни странно, вкусным! В таком виде шадди понравился Матильде гораздо больше.
- Понравилось?
А Левий тщеставен! Раньше она этого на замечала. Или раньше это не проявлалось? Или вообще – это касается только того, что создано его руками?
- Как там поживает Мориск?
Вот ведь наглая морда! Потому и монахи у него такие… ведь ясно же, что она приперлась с утра пораньше затем, чтобы поделиться своей новостью. И Левию это понятно. И нет, чтобы спросить: а что Вы там такого раскопали, блистательная Матильда?
- Благодарю, хорошо. Растет! – Матильда была сама любезность. А вот назло Левию – не скажу, пока сам не спросит! Ох, нет. Может быть, маленький кардинал и сделан из железа, а она – нет.
- Я поняла, на что Вы намекали, когда дали мне книгу! – выпалила она. – Рокэ Алва – Ракан, но он – не единственный Ракан. Алва унаследовали Силу от Эридани Ракана – поскольку Беатриса Борраска родила ребенка именно от него, но ведь не один Эридани владел Силой – ею в куда большей степени владел Ринальди. А Ринальди – с его образом жизни, - уж наверное оставил не одного бастарда. Так что уж наверное кто-то из них унаследовал силу?
Почему Левий на нее так странно смотрит?
- Я имел в виду совсем не это, - маленький клирик был чрезвычайно бледен, - совсем-совсем другое. Об этом я даже не подумал.

Вот ведь, после такого конца еще больше хочется дальше почитать.  ;D

Спасибо! после таких рецензий хочется дальше писать

Эрэа nyushik, берегите своё здоровье. От всей души желаю Вам не болеть. Приди Матильда по позже и она увидела бы как Левий "качает маятник". Поездка в Варасту и общение с Бонифацием не прошли даром. А кто был нарисован на мишени? Штанцлер? Хогберт? Или покойный муж?  ;D Это не Левию на зло, это нам пытка!  :) Слава Создателю! А вот теперь я заболею. Если не будет продолжения.  :)
Несказанное спасибо.

Спасибо! Буду стараться не болеть. А продолжение обязательно будет!

Кажеться и мне полегчало. Вот только надолго ли? Тут всё от Вас зависит.

Эрэа nyushik, хочуууу проду... ;)

- Пожалуй, нужно… отпустить гостей. – Валме наклонился и подтянул Иноходца повыше. С чего это он, интересно, такой тяжелый? Худой – а тяжелый… Эпинэ застонал.
- Простите… А ну ка, ну ка…
Да у него же сломано ребро! По крайней мере – одно. Интересно, говорить ему об этом или нет? Пожалуй, если не угомонится – придется сказать. А Рокэ мог бы обходиться с чужим телом и поаккуратнее. С другой стороны – спасибо, что вернул…. гм, в работоспособном состоянии.
- Вам нужно меньше думать, Эпинэ, - сообщил Марсель, подпихивая Робберу подушку под спину. – У Вас мысли тяжелые, поэтому и Вы сами – тяжелый. Вы, пожалуй, даже тяжелее меня – я имею в виду те времена, когда я еще не использовал накладной живот, обходясь своим, родным.
Иноходец через силу улыбнулся. Ну, и на том спасибо.
- Марсель, я прошу Вас – подите в столовую и сообщите, что я сейчас приду.
Валме поднял бровь.
- Со сломанными ребрами?
В случае с Эпинэ лучше преувеличить опасность; может, «сломанные ребра» подействуют лучше, чем «сломанное ребро»?
Эх, судя по его виду – не подействовало никак.
- Давайте я лучше позову всех сюда – если Вы так уж настаиваете на продолжении сегодняшнего совещания.
Хмурится. Ну, конечно, как же можно – выглядеть беспомощным в глазах дражайшей девицы Окделл? Особенно если учесть, что всего пять минут назад ты был бодрым синеглазым красацем…
- Нет, давайте вернемся в столовую. Я превосходно себя чувствую, - заявил Эпинэ и рывком поднялся. И тут же начал заваливаться назад.
Марсель аккуратно опустил его на подушку.
- Знаете, Эпинэ, я бы на вашем месте поберег силы. И это тело. Хотя бы потому, что ему и так уже досталось.
А, ну, конечно, тело мы беречь не хотим. Мы хотим решить существующую проблему, а потом поступим с этим телом по своему усмотрению. Например, пустим ему пулю в лоб… Что же, придется брать власть в свои руки.
- Послушайте, Эпинэ. Если Вы сейчас же не проявите благоразумие и не ляжете – я начну Вас шантажировать.
Удивленный Иноходец откинулся на подушки, а Марсель быстро выскользнул из комнаты. Эпинэ  удивлен? Считает, что его нечем шантажировать? Маркиз Габайру говорит, что каждого человека есть чем антажировать – нужно только хорошенько покопаться. Вряд ли это относится к Иноходцу – какой-то он, право, безгрешный. Но зато пока это сообразит сам Эпинэ – Марсель сделает то, что наметил.

Эрэа nyushik, колоссальное спасибо.

Айри переводила взгляд с Эпинэ на Валме, с Валме – на Придда, а с Придда – снова на Эпинэ. Да уж, Алва пошутил – теперь они все так похоже вскидывают бровь… Впрочем, и Айрис тоже. А может, на самом деле она просто старается не цепляться взглядом за баронессу Сакаци? Точно так же, как ты сама старалась не глядеть на Эпинэ, когда он выглядел как Алва.
- Я предлагаю отвезти госпожу баронессу в Гальтару и проверить... Ну, пускай мы пока не знаем, как определить, является ли человек Повелителем или нет, но хотя бы проверить на принадлежность к Дому Ветра.
Да, у Окделлов все просто. Проверить – и все тут. И главное, эта славная дурочка ведь готова согласиться, не раздумывая, выдержит она это испытание или нет.
Эпинэ попробвал приподняться. Вот уж кому лучше лежать! А ведь, соберись они в Гальтару – он не усидит дома! Виконт сказал – у него поломаны ребра. Интересно, во что это ввязался Алва?  Впрочем – и это вызывало недоумение у самоу Луизы, - сейчас она почему-то вовсе не думала о синеглазом кэнналийце. Возможно, потому, что он был в состоянии сам о себе позаботится. В отличие от Эпинэ, который мог заботиться только о других.
Подать знак Айрис? Так ведь не поймет! Надеяться на благоразумие Валентина? Да когда она на кого надеялась! К тому же – если Валентин считает, что баронессу Сакаци нужно подвергнуть испытанию, то пускай едет в Гальтару вместе с ней… да все равно, с кем еще они туда отправятся, да только чтобы Эпинэ об этом не знал!
- Простите, господа, но мне кажется, что герцогу Эпинэ несколько дней нельзя вставать с постели.

- Я думаю, что в первую очередь господина Эпинэ должен осмотреть врач. Кстати, я вызвал своего личного врача, и он уже здесь - войдет, как только Вы, герцог, разрешите мне его позвать. - Придд оставался бесстрастным, как всегда. Интересно, когда он успел вызвать своего лекаря? Ведь с момента, когда Викон сообщил, что Эпинэ «вернулся в свое тело, но оно оказалось несколько поврежденным, поэтому лучше будет продолжить разговор в его комнаты» до момента, когда они поднялись к Эпинэ, прошло всего несколько минут… У Эпинэ есть свой врач – но Спрут, похоже, доверяет только своим людям.
Иноходец устало махнул рукой – похоже, ему настолько больно, что он согласен на все, - и Придд открыл дверь, впуская невысокого и хрупкого человека.
- Господа, я прошу вас покинуть помещение, - такого густого баса трудно было ожидать от человека такого роста и телосложения. Он не повысил голоса, но интересно, как звучит крик в таком исполнении? Наверное, как рев громадного медведя!
Впрочем, лекарь голоса повышать не стал – явно сказывалась принадлежность к Дому Волны; он подошел к кровати и, повернувшись, обвел окружающих таким взглядом, что все без лишнего непоминания поспешили покинуть помещение.

Эрэа nyushik, ещё одно колоссальное спасибо.

Спасибо! Здоровья и вдохновения, жду продолжения!

Спасибище!

эххх, что же всё-таки  накопал Левий?

- Да, конечно, Вы правы, - Левий задумчиво ходил туда-сюда, держа чашечку с шадди в руках. Пряный запах дразнил ноздри. – Как же я-то не сообразил?
Матильда попыталась забрать чашку, но не тут-то было – Левий держал крепко, по-видимому, не понимая, что делает. Еще обольется сейчас! Матильда наклонилась и отхлебнула прямо из чашки. Ликер, конечно, вкуснее, но если чашка не будет такой полной – то, стало быть, и ожога у клирика на животе не будет. Хотя – какой там у него живот… С другой стороны – может, Левий обратит на ее выходку внимание и перестанет топать туда-сюда? А то у нее уже голова закружилась…
Левий внимания не обратил. А может, просто считал, что от «великолепной Матильды» можно ожидать чего угодно…
- Тогда это все меняет, - пробормотал Левий себе под нос и наконец-то поставил чашечку на стол.
- Что меняет-то? – не выдержала принцесса.
- Что? – кажется, Его Высокопреосвященство удивился тому, что кроме него в кабинете есть еще кто-то. Такого с ней еще не было: ее обожали, ее ненавидели – но чтобы не замечали?!
- Я спрашиваю – что меняет?
- Да все! – Левий махнул рукой. – Вся теория к закатным тварям!
- Да расскажите же Вы, в конце концов, в чем дело!
Левий сжал руки.
- У меня возникла теория, по какому принципу герцог Алва выбирает… гм, персонажей, в которых … с которыми меняется телами. И, следовательно, возникла идея, как можно определить, кто будет пятым. Но Ваше предположение – оно нарушает всю мою теорию!
И маленький клирик снова принялся расхаживать по кабинету. Ну, что же, пистолеты – под рукой, и, если он сейчас же не разъяснит ей, в чем дело, прийдется его припугнуть.
- Понимаете, я, кажется, вычислил, кто может являться Повелителем Ветра.

Пощады! Будьте милосердны! Кто Повелитель Ветра?!
Грандиозное спасибо.

ой, у меня тут чуть инфаркт не случился: точно помню: было 26 страниц, и вдруг - 12  ???  :'(

/*Ябедничает*/ Это все эр Станислав!

а все же, кто повелитель Ветра?

Хотите узнать раньше Матильды?  ;D

Разумеется!

Гипотеза:
"- Понимаете, я, кажется, вычислил, кто может являться Повелителем Ветра."
- Кто?! - спросила Матильда.
[spoiler]Тот, в чьём теле сейчас находится Алва, - ответил Левий. :P ;D[/spoiler]

Переходящий приз Повелителям? :)

Хочу - не то слово. Жажду!  :)

Ну, точно придется прппугнуть! А ведь так не хочется! Ну, себе-то хоть не ври – хочется, еще как хочется! Хочестя, чтобы Левий проявил хоть какие-то эмоции – а то какой-то он уж слишком безупречный…
- Я пришел к выводу, что Рокэ Алва посещает своих кровных вассалов. Айрис Окделл, которая стала Повелительницей Скал…, - Твою кавалерию, а Левий-то откуда это знает? Вероятно, Робер послушался таки ее совета и посетил маленького кардинала, – Реджинальд Ларак, который, наверное, должен был бы наследовать Айрис, если бы она решила отказаться от Повелительства, герцог Эпинэ… Кстати, в мою теорию прекрасно укладывалось даже то, что Сила Скал перешла не к Лараку, а к Давенпорту – мне кажется, что на самом деле это… гм, как бы шутка – абвениев ли, или Абсолюта – скорее всего, Повелитель, желающий отказаться от Силы, но не утративший права владеть ею, может на некоторое время действительно лишиться ее, а потом – получить обратно: по своей ли воле, или по воле этого самого Абсолюта…
Рассуждения по поводу Абсолюта Матильда пропустила мимо ушей. Что там Левий сказал по поводу Эпинэ? Алва успел побывать и в его теле? То-то Иноходец так давно не показывается! А она-то решила, что он совсем забыл старуху!
- Так что оставался – по крайней мере, мне так казалось, - всего один вариант: герцог Придд.
- Почему же – Придд? Алва ведь не…, - Леворукий, как же трудно подобрать слово, - не посетил Повелителя Ветров? Или он точно так же, как и все мы, не знает, кто это?
- Ну, думаю, что герцог-то как раз в курсе, - Левий усмехнулся. – Было бы странно, если бы он, истинный Ракан, не чувствовал своих кровных вассалов. А тем более – после того, как он побывал Зверем! Рокэ Алва, помимо всех вышеперечисленных, успел побывать еще неким рэем Кальперадо, в прошлом – господином Арамоной, и я подумал, что, возможно, рэй и является Повелителем Ветра.
Рэй Кальперадо… Арамона… фамилия что-то говорила, но вот что?
- А теперь я думаю, что Ворон может знать, что он не единственный Ракан, и может постараться поменяться телами именно с ним. А Раканом может быть кто угодно.
Раканом может быть кто угодно. Кроме ее злополучного внука, которому она привезла его любимый пирог с кремом, но о котором забыла,  как только Левий начал посвящать ее в свои идеи… Нет, на самом деле – забыла раньше, когда увидела пистолеты… Альдо, конечно, мерзавец, но она сама виновата в том, что он вырос именно таким. Она воспитала его таким – она и должна отвечать, отвечать наравне… Иначе – иначе она сама уподобится внуку.
- Знаете что, Ваше Высокопреосвященство… Все это, конечно, чрезвычайно интересно, и я думаю, что Вам нужно поделиться вашими соображениями с герцогом Эпинэ… Я даже готова сопровождать Вас туда, - вот так вот: главное – натиск; едем к Иноходцу – и все тут, главное – не дать Левию возможности подумать и отказаться, - Но для начала я бы хотела увидеть своего внука.
Левий поглядел на нее со странным выражением.
- Ваш внук учится играть на свирели, - сообщил он непонятно к чему. – И Вы, конечно, можете его повидать, но я бы Вам не рекомендовал. Привезенный Вами пирог и так скажет ему все: и то, что Вы не забыли его, и то, что Вы хотите его видеть. И, возможно, заставит задуматься: почему Вы, желая его повидать, все же не сделали этого.
Пирог? Какая бы разведка не была у маленького кардинала – откуда ему знать про пирог? Он что, устроил в ее вещах обыск? Но пирог – у Лаци, а лацци даст себя обыскать только в двух случаях: если ему прикажет его Гица или если он сам будет уже мертв…
- Вы знаете, у меня очень хороший нюх… И не определить по запаху, что Вы привезли внуку мой любимый пирог…
- Не знала, что клирикам позволяется любить сладкое, - попыталась съязвить Матильда.
- Я сам позволяю себе любить… или не любить.
Твою кавалерию, от его взгляда – мурашки по спине… Можно подумать, она разговаривает с покойным Адрианом…
- Тогда собирайтесь, и поехали к Эпинэ. В конце концов – со всем этим пора кончать! – заявила Матильда и решительно направилась к выходу, под взглядом Левия невольно стараясь выпрямить спину.

Фуууу, ну наконец-то разобрались.   :D Погодите, так Арнольд то же был из Повелителей? Это... это... у меня просто нет слов.  :) Дипломат! Политик! Это ж надо так владеть исусством намёков и недомолвок. А вот этого намёка Матильда не поняла.  :) Ещё один намёк?  ??? Я готов ехать следом.
Исполинское спасибо эрэа nyushik.

Намёк предельно ясен: надо бы поделиться с кардиналом его любимым пирогом!))  Тем более что Альдо своим поведением целого пирога и не заслуживает...:)

Ну да, а Альдо, получив полпирога, понял бы, ему намекают, что он ещё не достаточно хороший мальчик. Но если будет стараться, то заслужит поощрение в виде целого пирога.  :)

Половина пирога - наполовину хороший мальчик?

Или на пол пути к полному исправлению.  :)

Доест вторую половину пирога и исправится полностью

Зато от второй половины пирога Левий станет вполовину счастливее! :)

Поняла: Альдо вторую половину не отдавать (а то вдруг и недоисправится), отдать Левию - чтобы не испортился (и пирог, и Левий)  ;)

Так Вы у Альдо отобъёте всякую охоту к исправлению. Процесс же сложный, долгий и деликатный, требует стимуляции. Поэтому следует разработать систему премирования в малых формах. Например, эклер в виде жезла, или коронообразный тортик. Пусть парень порадуется. 

Разумно!)) Могу еще предложить леденец в виде меча - никакому другому сладкому продукту такую форму не придать: шоколадка быстро растает, потому что Альдо ведь будет постоянно таскать этот меч в руках... да еще и с тортиком на голове... \ ;D

А премии выдавать за доступные этому гражданину проявления хорошего поведения - как выражался мой младший брат в раннем детстве, "я сегодня два раза кошку не мучил!"  :) Удержался от соблазна набезобразничать - уже молодец.

Отличная идея - меч на палочке! А большего от него и не требуется. Вреда бы не было, и то хорошо.

А Гальтары ему в виде коструктора лучше, или из вафель? Наверное конструктор ::) Мелкую моторику пальцев развивает, говорят. Хорошо на развитие умственных способностей влияет.

Можно совместить. Пусть конструктор будет из вафель.   
Во-первых, при сборке потребуется особая тщательность, что научит осторожности при принятии решений.
Во-вторых, он станет соотносить свои желания со своими возможностями. Ведь в еду пойдёт только то, что не использовано на строительстве.
В-третьих, Альдо поймёт, что надо думать о чистоте своих рук. Как можно есть грязные вафли.
В-четвёртых, усвоет правило - всё что ты возводишь, недолговечно. Как город из вафель.

Так и запишем значить. Особливо мне про чистоту рук пондравилось и про недолговечность ::) Доходчиво.

На радость Клементу! ;D Что не съест - то понадкусывает.

А противостояние с Клементом заставит задуматься, как защитить свои творения от внешней угрозы. Тут меч-леденец не поможет, придётся всерьёз осваивать искусство охоты. В этом ему поспособствует Ричард. У него уже есть опыт.

Нельзя к Альдо Клемента пускать  :o Не умеет он с живыми существами правильно обращаться. Сначала пусть научится с резиновой уточкой правильно играть! А для Клемента мы отдельный вафельный дворец построим и касерой даже пропитаем, пусть радуется :)

Вот еще, Вы за кого переживаете?
Да Клемент с Альдо моментально управится. Тем более, что опыт у него уже есть. Тут больше за Альдо переживать надо. Что он бедненький с покусанным пальчиком делать будет? Пожалеет его кто?

Странный вопрос. А Повелитель Скал на что. С крысами дело имел, раны для него тоже не в новинку. Поможет, подскажет, поддержит, покажет.