Официальный сайт Веры Камши
Автопортрет и не только Вторая древнейшая Книги, читатели, критика Заразился сам, зарази товарища Клуб Форум Конкурс на сайте
     
  Зимний Излом т.2 Глава 1
Том второй

"Против ветра"

Часть 1

Мир *

Глава 1.

Ракана (б.Оллария).

400 год к.С. утро 3 дня Зимних Скал

1

Степь горела, над иссохшими мертвыми травами стелился остро пахнущий дым, ел глаза, забивался в нос, в горло. Полный пепла ветер гнал пламя прямо на Ричарда. Мимо юноши, спасаясь от огня, мчались, летели, бежали, ползли степные твари, а Ричард стоял над упавшей Соной, глядя в отчаянные лошадиные глаза, не в силах ни бросить мориску, ни подарить ей последний выстрел.

Кобыла отчаянно захрапела, силясь подняться. Куда там, нога была безнадежно сломана, кобылу пришлось бы пристрелить, даже окажись они в королевском парке.

Справа что-то прошелестело: ызарги, целая стая, родные братья выползших уже позапрошлой осенью из полыхавшего красноягодника… Тогда огонь спас от мерзких тварей погибших птиц, теперь укроет сперва Сону, а потом и ее хозяина – пешком от пожара не уйти, так стоит ли продлевать агонию?

- Монсеньер! Монсеньер, - из горячего марева вынырнуло встревоженное лицо. Джереми!

- Что случилось? - Дикон быстро сел на постели, - пожар?

- Пожар? – удивился слуга, - нет, монсеньер. Напали на герцога Эпинэ.

- Убили? – Ричард схватился за одежду, - Где он?

Только не это! Робер должен жить, должен поверить в победу, научиться радоваться. Если он мертв, это несправедливо, несправедливо и подло!

- Господин первый маршал ранен, - камердинер поднял свалившийся пояс и с поклоном подал хозяину, - возможно, Монсеньер захочет выслушать офицера, который привез известие?

- Конечно, - почти выкрикнул юноша, - где он?

- Я его проводил в Ореховый кабинет.

Ричард взмахнул гребенкой, приглаживая вздыбившиеся вихры, и на ходу застегивая камзол, выскочил из спальни. Бедный Иноходец! Вчерашнее раздражение растаяло, сменившись чувством вины. Неужели вчерашняя ссора станет их последней встречей. Святой Алан, только бы обошлось!

- Господин цивильный комендант, - худощавый невысокий офицер, явно не южанин, четко отдал честь, - Теньент Грейндж. Явился по распоряжению Первого маршала Талигойи.

По распоряжению? Уже легче. Если Робер может распоряжаться, он хотя бы в сознании.

- Рана опасна?

- Первый маршал легко ранен в плечо. К сожалению, во время боя открылась старая рана на запястье, началось кровотечение.

Плечо и запястье… Судьба вновь смилостивилась над последним Эпинэ, но везение не может быть вечным. Иноходец болтается по городу почти без охраны и не носит даже кирасу. Альдо ему говорил не раз и не два, но Робер вбил себе в голову, что он дома. Как же! В Олларии из-за каждого угла или выстрелят, или нож метнут…

Ричард огляделся, в глаза бросился франимский кувшин.

- Хотите выпить? - Он не станет больше злиться на Робера, что бы тот ни говорил. Иноходец потерял семью и восемь лет прожил в шкуре загнанного зверя, чего удивляться, что он на всех рычит, но это пройдет.

- Благодарю, - офицер лихо щелкнул каблуками, но на лице проступило сожаление, - Мое дежурство еще не кончено.

- Тогда шадди, - решил Дикон и дернул звонок, - а теперь садитесь и рассказывайте. Подробно. В каком состоянии вы оставили маршала и где?

- Я доставил его в особняк Эпинэ. По его приказу. На пороге Первый маршал потерял сознание.

- Потеря крови?

- Лекарь говорит, обычная простуда. Первый маршал явился к господину Капуль-Гизайлю, уже будучи больным.

Робер приходил к Марианне?! Тогда он точно не в себе. Иноходец чурался женщин даже в Сакаци, а ведь красотка Вица ему только что на шею не вешалась. Айрис не заслуживает такого мужа, но когда это счастье улыбалось достойным?

- Отвечайте по порядку. Где на герцога напали? Когда? Кто?

- На Монсеньера напали в доме барона Капуйль-Гизайль. Хозяина не было в городе, баронесса предложила гостю ужин…

- Вы хотите сказать, все произошло в доме Капуль-Гизайлей?!

- Да, - подтвердил офицер, - убийцы ворвались через дверь, которую баронесса считала ложной. Видимо, дело рук кого-то из слуг. Если б ни залаявшая левретка, господина маршала застигли бы врасплох.

- Сколько их было?

- Человек восемь или девять. Четверых Монсеньер уложил на месте, одного смертельно ранил, остальные бежали. Двое выскочили прямо на нас, мы их взяли, но негодяи ничего не знают. Обо всем договаривался вожак, а ему удалось удрать.

- Сторонники Олларов или кэналлийцы?

- Отребье со двора Висельников, - теньент брезгливо скривился, - вдевятером на одного, как раз по ним.

- А что говорит Мари… Госпожа баронесса?

- Герцог Эпинэ запретил расспросы, - на лице Грейнджа мелькнула досада, - Расследование подобных преступлений находится в ведении цивильного коменданта столицы. Монсеньер велел доложить обо всем вам.

- А капитан, то есть, генерал Карваль? Ему сообщили?

- Господин первый маршал не счел нужным.

Перестал доверять? Вряд ли! Просто Робер тоже хочет мира. Он не стал просить прощения, но дал понять, что кошмар в Доре не вина нового цивильного коменданта, а преступление старого. И это так и есть!

- Спасибо, теньент, - если понадобится он перетряхнет пол-Олларии, но убийц найдет, - сейчас подадут шадди, а потом мы отправимся на место происшествия. Вы покажете, где и как все произошло, передадите пойманных разбойников и можете быть свободны.

2

Тонконогая большеглазая собачка припала на передние лапки и зарычала, защищая хозяйку. Марианна слабо улыбнулась и подхватила левретку на руки.

- Доброе утро, сударь. Простите Эвро, она совсем растерялась… Вы наконец-то нашли время для старых друзей? Как мило.

- Счастлив видеть вас живой и невредимой, - совершенно искренне сказал Ричард и, спохватившись, добавил, - Увы, обстоятельства нашей встречи весьма печальны.

Марианна покачала головой:

- Если б ни они, я бы вряд ли вас принимала, так что я почти благодарна этим грабителям.

- Я был занят, - промямлил юноша, стараясь не вспоминать о рассыпанных на коврах черешнях и золотой розе в вырезе платья. Сейчас Марианна была в черном, а приснопамятные ковры убрали. Наверное, их испортила кровь.

- Цивильный комендант и должен быть занят, - ровным голосом произнесла красавица, и Ричард почувствовал себя лживой дрянью. Выкрикни он баронессе и всем женщинам мира, кем занято его сердце, Марианна бы поняла и приняла.

- Сударыня, вы можете говорить? – вопрос прозвучал глупо, ведь они уже говорят.

- Смогу, - баронесса подняла ресницы, ее глаза были по-прежнему прекрасны, - только скажите, как чувствует себя Эпинэ. Я… Я обязана ему жизнью!

- У Робера лихорадка, - начал Дик и понял, что женщине нужно другое. К счастью, Джереми был рядом, Ричард окликнул камердинера:

- Отправляйтесь в особняк Эпинэ, узнайте, как чувствует себя герцог, и возвращайтесь. Немедленно. Баронесса ждет вашего доклада. Вы поняли?

- Да, Монсеньер, - слуга по военной привычке щелкнул каблуками и исчез.

- Скоро мы все узнаем, - заверил Дик, - но, насколько мне известно, жизнь Робера вне опасности.

- Слава Создателю, - Марианна устало вздохнула и поднесла к виску руку. Бессонная ночь и пережитый страх давали себя знать все явственней.

- Скоро вы сможете отдохнуть, - заверил женщину Ричард, - Нокс, я расспрошу госпожу Капуйль-Гизайль, а вы примите у теньента Грейнджа преступников. Потом мы вместе займемся слугами.

- Слушаюсь, - лицо полковника ** осталось бесстрастным, но Дик не сомневался – северянин не испытывает ни малейшего желания возиться с грабителями. Военные чураются грязи. С какой готовностью все они, даже сюзерен, свалили черную работу на Айнсмеллера, и чем все кончилось? Убийствами невинных и пятном на репутации Раканов. Подручные мерзавца подстать бывшему начальнику, их придется менять по ходу дела, а пока Нокс с Джереми, нравится им это или нет, станут искать пособников Олларов и ловить разбойников.

- Ваш офицер недоволен, - тихо сказала баронесса, - и я его понимаю. Давайте обо всем забудем, ведь непоправимого не произошло.

- Мой офицер будет делать, что ему приказано, - отрезал Ричард. Марианна удивленно и грустно раскрыла глаза, и юноша пояснил, - Я не могу полагаться на людей Айнсмеллера, особенно, когда речь идет о вас. И я не могу оставить вас со слугами, один из которых предал.

- Спасибо, - прошептала красавица. Любопытно, где ее барон? Не вылетел же он в окно вместе со своими пичугами. Как бы Капуль-Гизайль ни перетрусил, ему пора появиться. Марианна вымученно улыбнулась.

- Если допроса не избежать, я предпочла б исповедоваться перед вами. Только, если можно, в другой комнате.

- Разумеется, - как он сам не сообразил, что ей страшно в разгромленном будуаре, - Куда вам будет угодно?

- Может быть, Янтарная спальня? - свела брови баронесса, - Я вправе предложить цивильному коменданту шадди или вина?

- Сударыня, - поклонился Дик, - я покорный слуга вашей красоты и готов идти за вами хоть в Рассвет.

- Вам рано в Рассвет, - женщина покачала головой и попробовала улыбнуться, - этот мир еще не одарил вас тем, чего вы достойны, но прошу вас.

Зеркальная прихожая… Дик был здесь лишь однажды, когда Ворон играл в карты с Килеаном. Юноша невольно тронул возвращенное кольцо, один камень напоминал о другом, найденном и потерянном. Жива ли маленькая ювелирша? Нужно расспросить тех, кто прибирал в Доре, не находили ли они толстушку в костюме ангелочка. Отчего-то казалось, что девочка жива и карас все еще при ней. Робер распорядился переписать уцелевших, вчера это казалось лишним, но, подумав, Дик признал, что Эпинэ действовал правильно. Просто они все устали, вот и наговорили друг другу лишнего, а через несколько часов Робер едва не погиб. Они могли никогда не увидеться, и последними сказанными друг другу словами остались бы взаимные упреки… Это было бы чудовищно!

- Вот моя келья, - баронесса отомкнула полускрытую золотистым шелком дверцу, - я здесь прячусь, когда устаю от… общества.

Комната была прелестной. Все оттенки желтого и оранжевого, аромат померанцев и роз, щебет неизбежной морискиллы превращали спаленку в уголок позднего лета. Женщина устало опустилась на круглый пуф.

- Я готова, - у Марианны не глаза, а карасы, а бледность ей только к лицу, - я хочу все рассказать раньше, чем упаду и усну. Или умру.

Иногда, чтобы защитить человека, приходится его мучить. Бедняжка хочет забыть кровавый кошмар, но он заставит ее вспомнить. Смог бы он так поступить с Катари? Никогда, но Катари подобной ночи не пережила бы!

- Вы обещали вино, - разговор не должен стать допросом, - оно сейчас пришлось бы кстати.

- В кувшине "Черная кровь", - поежилась Марианна, - ваша должность позволяет вам ее разлить или позвать слугу?

- Позволяет.

На алатском гобелене пышно цвели розы и летали алые с золотом бабочки. В Сакаци висели похожие вышивки, а сама баронесса напоминала сразу и Матильду, и Вицушку. Может ли быть, что госпожа Капуйль-Гизайль из Алати? Дикон наполнил два узких стакана:

- Ваше здоровье, сударыня!

- Постойте! Не пейте, - баронесса выхватила из рук юноши бокал, пригубила и виновато улыбнулась, - теперь никто не скажет, что я пыталась отравить гостя.

- Марианна, - не выдержал Ричард, - что вы?! Никто… Никто никогда не подумает!..

- Но это было в моем доме, - выкрикнула женщина, - в моем! Робер Эпинэ пришел, как друг, а на него напали…

- Ты в этом не виновата, - Дикон сам не понял, как схватил собеседницу за руки, - Это могло случиться с каждым!

- Нет, - баронесса мягко, но настойчиво освободилась, - только с теми, кто не слишком разборчив и излишне доверчив. Что я должна рассказать?

- То, что запомнила, - грудь Марианны высоко вздымалось, и Дик с трудом отвел взгляд от черного атласа, - как вышло, что в доме никого не оказалось?

Ворон – странный человек. Почему, при всей своей неразборчивости, он отказался от Марианны? Уж не потому ли, что боялся уронить свою репутацию непревзойденного любовника?

- Барон уехал за город, - белые руки на фоне платья казались фарфоровыми, - сейчас так трудно найти достойное вино. И не только вино, приходится договариваться с пригородными трактирщиками. Большинство слуг сопровождает… мужа. Мы решили, что во время королевских приемов наше скромное гостеприимство гостей не привлечет. Барон воспользовался случаем и решил пополнить запасы.

- Когда он вернется? - Бледность и тревога превращали уверенную в себе куртизанку в испуганную лань

.

- К вечеру, - Марианна взглянула на обручальный браслет и усмехнулась. Бедный барон, женившийся на красавице. Бедная красавица, связанная со смешным, расфуфыренным человечком. Удо Борн готов забыть о прошлом Марианны, но олларианские браки еще не отменены.

- Сколько человек было в доме?

- Я отпустила камеристку к матери, - женщина ссадила с колен левретку и поправила платье.

- Итак, вы отпустили служанку?

- На праздники… Ваннина мне верна… Она бы кричала, пыталась их прогнать, и ее бы убили. Из-за меня…

Она все-таки разрыдалась, по детски спрятав лицо в ладонях. Испуганно заскулила забившаяся под стол собачка, из высокой прически выпало несколько черепаховых шпилек. Ричард их поднял, баронесса судорожно всхлипывала, потом, не поднимая головы, попросила платок. Дик платок протянул, стараясь не глядеть на стройную шею, над которой трепетало несколько закрутившихся колечками прядок. Марианна вслепую нашарила клочок батиста, ненароком коснувшись пальцев Ричарда, и юноша не выдержал, поцеловал женщину в склоненный затылок. Баронесса вздрогнула и сильней сжала его запястье, от теплых волос пахло розами.

- Успокойся! – Дикон осторожно обнял мягкие плечи, привлекая женщину к себе. Марианна что-то прошептала, она не отбивалась и не завлекала. Они были одни среди золотых шелков.

- Ричард, - пробормотала Марианна, - заприте дверь… Ключ, на шее.

Когда Удо узнает, что случилось, он примчится, позабыв и гимнетов и Совет, но граф пока не знает. И маленький барон не знает, а Робер болен.

- Я запру, - руки юноши нашарили тоненькую золотую цепочку. Ключик неохотно покинул свой трон, - Я сейчас…

Ричард заставил себя разжать объятия. Он даже шагнул к дверце, но та распахнулась сама.

- Монсеньер, - выросший на пороге солдат уставился на растрепанную баронессу, и Дику захотелось пристрелить невежу на месте, - Тут разбойник один… Про вас орет. Говорит, он у вас вроде как на службе.

3

Губастого "висельника" Ричард вспомнил сразу. Прошлым летом негодяй поклялся Слепой Подковой разыскать убийц герцога Окделла. И что с ним теперь прикажете делать?

Ричард уселся в кресло, разглядывая вора, которого поздняя осень не сделала менее смуглым. С Марианной вышло глупо и некрасиво, но кто мешает нанести баронессе приватный визит через несколько дней? Госпожа Капуйль-Гизайль не только красива, но и умна. Да, сегодня она была не в себе, но это понятно: пережить нападение, узнать, что в твоем доме завелся предатель... Неудивительно, что красавица рванулась к тому, кто может ее защитить, но губастый объявился вовремя. Что бы было, застань кто-нибудь цивильного коменданта с баронессой?! Поползли бы слухи, а Спрут озаботился бы донести их до Катари. Почему все-таки она отказывается его принять? Стесняется или дело в сбесившейся Айрис…

- Монсеньер! Монсеньер, вы меня помните?!

Губастый. Никуда не денешься, нужно покончить с этим делом, а потом навестить Робера и сообщить о нападении Катари. Сегодня она просто не сможет его не выслушать.

- Вы меня помните?!

- Разумеется, - подтвердил Ричард, - но это ничего не значит. Если ты совершил преступление, ты за него ответишь.

- Я только стоял у входа, – зачастил подручный Тени, - Я не знал, кто тут… Мне не сказали…

- А что ты знал? – в ворье и вправду нет ничего достойного, ызарги и есть ызарги, - И где этот, как его, Джанис?

Сзади что-то звякнуло, и Ричард вспомнил, что они с "висельником" не одни. Впутывать незнакомого теньента в свои дела не хотелось, но если не объяснить, Грейндж, чего доброго, вообразить, что герцог Окделл якшается с отребьем.

- Этот человек видел того, кто хотел меня убить.

- Я его узнАю, если услышу, - встрял губастый, - я поклялся… Монсеньер знает. И Тень слышал…

- И где же он? - если на Робера поднял руку Джанис, он поплатится, но чего он искал, золота или крови? "Тень" обязан Ворону жизнью и властью, забывать о таком нельзя.

- Монсеньер, - запыхавшийся Джереми не забыл щелкнуть каблуками, - Герцог Эпинэ спит. Врач говорит, можно не опасаться.

- Сообщите об этом госпоже Капуль-Гизайль, - при всех прощаться с Марианной не стоит, - Засвидетельствуйте баронессе мое почтение, я навещу ее при первой же возможности.

- Слушаюсь, Монсеньер, - поклонился Джереми, и тут губастый с неожиданным проворством рванулся вперед, вцепившись слуге в рукав.

- Это он, - завопил воришка, тыча пальцем в Джереми, - Это он платил за убийство Монсеньера! Я его узнал, точно узнал…

- Этот человек говорит правду? - Грейндж ухватил слугу за плечо, - Ты платил за убийство герцога?

- Да! – орал "висельник", - в одеяло замотался, чтоб за жирного сойти, только голос не подменишь!

Ночная дрянь не лгала, Ричард это понял, едва взглянув на побелевшего камердинера.

- Что ты можешь сказать в свое оправдание? - так вот почему ему было неуютно в собственном доме. Он подпустил к себе змею и чувствовал это.

- Монсеньер, - глаза Джереми смотрели твердо, - Этот вор не лжет. Я действительно, по поручению генерала Люра, заплатил убийцам. Я прошу лишь об одной милости, о разговоре с Монсеньером наедине.

- Хорошо, - Святой Алан, неужели за ним охотились по приказу Симона, но почему?! - выйдете все!

- Нет, - Грейндж был хмур и решителен, - я останусь. Мое дежурство еще не кончено.

Он не уйдет. Выставить силой? Чтобы он побежал к Карвалю? И потом, цивильный комендант не должен иметь подозрительных тайн.

Ричард кивнул:

- Оставайтесь. Я слушаю, Джереми.

- Я был ординарцем генерала Люра, - Грейндж был ближе, но Джереми смотрел только на своего господина. Бывшего господина, - то есть не совсем так… Генерал меня спас и взял к себе. Я… Я немного пошалил с девицей, она не имела ничего против, но ее отец...

- Где эта девица теперь? – зачем-то спросил Дикон.

- Она моя жена, - просто ответил камердинер, - осталась в Корде с дочерью.

У Джереми есть жена и дочь? Бич никогда о них не говорил. Он вообще был неразговорчивым.

- Значит, за мою смерть платил Люра. Почему?

- Приказ тессория, - висельник или мещанин ползал бы на коленях, Джереми стоял навытяжку, - Леопольд Манрик хотел получить Надор. Титул, земли и дорожный откуп. Леонард Манрик должен был жениться на сестре Монсеньера, а дальше Оллар объявил бы его новым герцогом.

- Симон Люра это знал?

- Да, - подтвердил камердинер, - Правду сказать, генерал тогда и решил, что хватит с него морд этих рыжих. Сначала он отказаться хотел, да только с тессорием не потягаешься! Люра лямку с самого низа тянул, куда ему против Манриков переть было, да и толку-то. Один отказался - дюжина согласится.

- Значит, он согласился?

- Для виду. А потом маршалу Запада доложил, да что фок Варзов, что Манрики из одной миски едят. Фок Варзов, даром, что хорошего рода, а сказал, что из крапивного, прошу прощения, семени, вишня не вырастет. И что хватит с него, прошу простить, надорской заразы. Тогда генерал и придумал. Велел найти самых негодящих разбойников, а к вам человечка приставил, чтоб приглядывал.

Как все просто и понятно. Фламинго захотели Надор, а Олларам плевать на право крови. Между титулом и рыжим генералом стоял только сын Эгмонта. И совесть Симона Люра.

- Джереми, - подался вперед Ричард, - это ведь был ты? Ты стрелял в убийц?

Бывший капрал молчал, в первый раз за все время опустив глаза.

- Это был ты! – повторил Ричард, и Джереми нехотя кивнул.

_________________________________

* Высший аркан Таро Мир (Le Monde). Карта указывает на успешное завершение чего-либо (достижение последней ступени), успех (в том числе материальный), обретение высшего знания, достижение гармонии с миром.
Перевернутая карта предрекает крупную неудачу, невозможность добиться желаемого, отсутствие результатов, застой, отсутствие способности или возможности развития, разрыва сжимающегося вокруг вопрошающего круга.

** Капитаны Личной гвардии Повелителей имели звание полковников Талигойской армии.


 
 
Iacaa
 
Официальный сайт Веры Камши © 2002-2012